Решение № 2-120/2025 2-120/2025(2-1497/2024;)~М-1289/2024 2-1497/2024 М-1289/2024 от 21 октября 2025 г. по делу № 2-120/2025

УИД 59RS0029-01-2024-002139-13 КОПИЯ

Дело № 2-120/2025 (2-1497/2024)


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

08.10.2025 г. Нытва

Нытвенский районный суд Пермского края в составе:

председательствующего судьи Михайловой А.И.,

при секретаре судебного заседания Сабуровой А.С.,

с участием истца ФИО6,

ответчика ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому ФИО6 к ФИО7 о возмещении вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда, судебных расходов,

у с т а н о в и л :

ФИО6 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО7 о взыскании ущерба причиненного в результате ДТП в размере 388 800 руб., судебные расходы по оплате экспертных услуг в размере 8 000 руб., компенсации морального вреда в размере 100 000 руб., государственную пошлину.

В обоснование исковых требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ по адресу <адрес>., произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего истцу автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный номер № региона и транспортным средством, трактором <данные изъяты> государственный регистрационный знак № регион, находящегося под управлением ФИО7 На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность ФИО7 не была застрахована, гражданская ответственность истца была застрахована в страховой компании СПАО "<данные изъяты>", полис ОСАГО № срок страхования с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Истец считает, что виновником произошедшего дорожно-транспортного происшествия является водитель трактора <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № регион, то есть ФИО7, поскольку им не соблюдены правила обязывающие водителя убедиться в том, что транспортное средство, следующее за его транспортным средством, начало обгон, и при совершении поворота ФИО8 не был включен указатель поворота, который включать водитель должен при совершении поворота; при начале движения; перед тем, как переместиться из одного ряда в другой; при остановке. А также перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения. В результате не соблюдения ФИО7 указанных требований, было совершено столкновение указанных выше транспортных средств. ДД.ММ.ГГГГ старшим инспектором ДПС ОВ ДПС ЕИБДД ОМВД России по Нытвенскому городскому округу лейтенантом полиции фио1 в отношении ФИО7 на основании п. 2 ч. 1 ст. № КоАП РФ вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении по факту дорожно-транспортного происшествия по адресу: <адрес>, Шерья - Усть Шерья, Шерья 0,2 км., произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, при этом вина кого-либо из водителей установлена не была. Однако было установлено, что ФИО7 были нарушены правила, сопутствующие аварии и на него был составлен протокол об административном правонарушении по ст. № КоАП РФ, ст. № КоАП РФ. В результате указанного дорожно-транспортного происшествия принадлежащему истцу на праве собственности автомобилю <данные изъяты> государственный регистрационный номер № региона, были причинены механические повреждения. Для определения стоимости причиненного материального ущерба истец обратился ООО НПО "<данные изъяты>". В соответствии с экспертным заключением № от ДД.ММ.ГГГГ стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный номер № региона составляет № рублей № копеек. Каких-либо телесных повреждений ни истец, ни пассажиры: его несовершеннолетние внуки не получили, но опасаясь за жизни и здоровье своих несовершеннолетних внуков, которые в момент дорожно-транспортного происшествия находились в автомобиле <данные изъяты>, и свою жизнь и здоровье, испытал сильные душевные потрясения. А так как у истца диагностировано заболевание «<данные изъяты>» № степени, в связи с чем с № года состоит на учете у врача-терапевта, то в результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия на протяжении не менее № дней у него наблюдалось повышенное артериальное давления, которое необходимо было постоянно контролировать и принимать лекарственные препараты. Компенсацию морального вреда оценивает в размере № руб. Также истцом понесены дополнительные расходы на проведение автотехнической экспертизы в размере № рублей, что подтверждается договором об оказании услуг и квитанцией об оплате. В адрес ответчика была направлена претензия с требованием о возмещении ущерба, возникшем в результате дорожно- транспортного происшествия, однако до настоящего времени ответа на претензию не поступило, ущерб не возмещен.

Истец ФИО6 в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований.

Ответчик ФИО7 в судебном заседании в удовлетворении исковых требований просил отказать.

Суд, заслушав истца, ответчика, исследовав материалы дела, материалы дела об административном правонарушении КУСП №, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, приходит к следующему.

В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Установленная данной статьей презумпция вины причинителя вреда предполагает, что на потерпевшем лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является именно ответчик (причинную связь между его действиями и нанесенным ущербом). В свою очередь, причинитель вреда несет только обязанность по доказыванию отсутствия своей вины в таком причинении, если законом не предусмотрена ответственность без вины.

При этом ответственность, предусмотренная вышеназванной нормой, наступает при совокупности условий, включающей наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вину, подтвержденность размера причиненного вреда, а также, причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии со ст. 935 Гражданского кодекса Российской Федерации законом на указанных в нем лиц может быть возложена обязанность страховать: риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровья или имуществу других лиц или нарушения договоров с другими лицами.

Согласно ст. 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств. Обязанность по страхованию гражданской ответственности распространяется на владельцев всех используемых на территории Российской Федерации транспортных средств, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 3 и 4 настоящей статьи.

В соответствии со ст. 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ № по адресу <адрес> км., произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств: <данные изъяты> государственный регистрационный знак № под управлением ФИО7, принадлежащий ему на праве собственности и автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак № под управлением ФИО6, принадлежащий ему на праве собственности.

В результате ДТП автомобиль истца <данные изъяты> государственный регистрационный знак № получил механические повреждения.

Указанные обстоятельства подтверждаются административным материалом по факту дорожно-транспортного происшествия КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, в котором в том числе имеется схема с места ДТП, объяснения водителей ФИО7 и ФИО6

В отношении ФИО7,ДД.ММ.ГГГГ г.р. вынесено постановление по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.№ КоАП РФ (<данные изъяты>), наложено административное взыскание в виде административного штрафа в размере № руб., составлен протокол об административном правонарушении по ч. № КоАП РФ (<данные изъяты>).

ДД.ММ.ГГГГ старшим инспектором ДПС ОВ ДПС ГИБДД ОМВД России по Нытвенскому городскому округу вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении по факту ДТП произошедшего ДД.ММ.ГГГГ № по адресу <адрес> км., на основании пункта 2 части 1 статьи № КоАП РФ..

Транспортное средство <данные изъяты> государственный регистрационный знак № принадлежит ФИО6 на основании свидетельства о регистрации транспортного средства №. Транспортное средство Трактор колесный <данные изъяты> государственный регистрационный знак № принадлежит ФИО7 на основании свидетельства о регистрации машины № и карточки учета самоходной машины (л.д.37,137 т. 1)

Гражданская ответственность собственника и водителя автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак № ФИО6 на момент ДТП была застрахована в СПАО «<данные изъяты>» (полис серии №). (л.д.38 т.1).

Гражданская ответственность собственника и водителя транспортного средства <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № на момент дорожно-транспортного происшествия застрахована не была.

Согласно Договору наряд-заказу ООО «<данные изъяты>» стоимость ремонтных работ автомобиля <данные изъяты> составила № руб. Данная сумма истцом оплачена, что подтверждается печатью ООО «<данные изъяты>». В ходе судебного разбирательства истец пояснил, что автомобиль отремонтирован частично. (л.д. 152-155 т.1).

В обоснование размера ущерба истцом в материалы дела представлено экспертное заключение ООО НПО «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно котрому стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак № составила № руб. (л.д.17-34 т. 1).

ДД.ММ.ГГГГ истцом в адрес ФИО7 была направлена претензия с требованием о возмещении ущерба, возникшем в результате дорожно- транспортного происшествия, которая оставлена без удовлетворения. (л.д. 48-53 т.1).

По запросу суда в материалы дела представлен проект организации дорожного движения по автомобильной дороге «<адрес>» км № (л.д. 87-126 т.1).

В ходе судебного разбирательства ДД.ММ.ГГГГ был допрошен свидетель фио1, старший инспектор ГИБДД ОМВД России по Нытвенскому городскому округу, судом предупрежден об уголовной ответственности в соответствии со статьями 307-308 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Свидетель пояснил, что данное дорожно-транспортное происшествие помнит. ДТП было совершено на проселочной, накатанной дороге, в тот период по данной дороге был большой поток машин, поскольку все хотели объехать пробку в связи с ремонтом на трассе, № машин в течение № минут. В тот период времени была сухая погода, если машина проезжала, то поднимала пылевую завесу, от трактора не могло быть плевой завесы поскольку его скорость не более № км/ч. Ширина дороги около № метров, обочин на дороге нет, проезжая часть заканчивается растительностью. По ходу движения, в месте ДТП, был отворот налево, куда соответственно осуществлял поворот трактор. В момент ДТП <данные изъяты> находился на встречной полосе, на которой осуществлял обгон трактора. Видеорегистратора у водителей не было, было вынесено постановление об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении. На месте ДТП нельзя было определить, кто в кого врезался. Сам момент ДТП не видели. До ДТП было сообщение по <адрес>, что водители не соблюдают скоростной режим, в связи, с чем выехали на место. При столкновении за <данные изъяты> и трактором стояло № машины, дорога была перекрыта, некоторые машины развернулись, кто-то объезжал по полю Задняя ось трактора была на уровне с ножом, прицеп не выходил за габариты трактора. Удар был в районе ножа. Объяснение от водителей брал он, Югов был привлечен за отсутствие государственного регистрационного знака При повороте на проселочную дорогу знаков дорожного движения не имелось, по <данные изъяты> есть знак населенный пункт на белом фоне. На месте ДТП вину никто не признал. Когда подъехали между <данные изъяты> и трактором было расстояние № метра, трактор отъехал от места столкновения, но не покинул место ДТП, Югов пояснял, что ехал к себе на земельный участок, который расположен у границы дороги. Диск <данные изъяты> на месте ДТП был поврежден, по его мнению замены бы не требовалось, был так же поврежден капот, крыло. В момент ДТП инспекторами делаются фотографии, которые размещаются в базе АЮС. В летний период отворот налево, куда следовал Югов, заметить невозможно из-за растительности. При написании объяснения, давление на Югова не оказывали. После ДТП ФИО9 предлагали подойти к водителю <данные изъяты> договорится между собой. Проселочная дорога и дорога по <адрес> одинаковая по ширине. На проселочной дороге была высокая трава, кусты отсутствовали.

Также ДД.ММ.ГГГГ был допрошен свидетель фио2, который предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307-308 УК РФ.

фио2 пояснил, что истец ФИО7 знаком, поскольку его машина подходила для проведения следственного эксперимента по факту ДТП. Марка машины <данные изъяты>, по габаритам почти похожа на машину <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ был приглашен для следственного эксперимента по факту ДТП. Также в следственном эксперименте принимали участие сотрудник ГИБДД, истец ФИО7, представитель истца ФИО10 Замеры производились сотрудниками ГИБДД, представителем истца ФИО11 Замеры которые производились, и были записаны в схему соответствовали действительности. Дорога на которой проводился следственный эксперимент полевая (песок с примесями глины). Ширина дороги примерно № метров, обочин нет, место ДТП было возле металлического забора земельных участков собственников. Расстояние от забора до дороги № метра. Сотрудник ГАИ сделал все необходимые замеры. Замечания при проведении следственного эксперимента не было. По полевой дороге, где произошло ДТП, если трактор едет по середине дороге, не будет возможности совершить обгон.

Определением Нытвенского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ назначена судебная автотехническая экспертиза, которая поручена экспертам <данные изъяты>.

По результатам проведенного экспертного исследования <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ № экспертом фио3 сделаны следующие выводы:

1. При столкновении данных транспортных средств ДД.ММ.ГГГГ, определить механизм столкновения (автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № регион въехал в отвал трактора <данные изъяты> государственный регистрационный знак № регион либо наоборот)?

Решение поставленного вопроса не имеет технического смысла, по причине, указанной в исследовательской части.

2. Определить скорость автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак № регион в момент столкновения с трактором <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № регион ДД.ММ.ГГГГ на автодороге «<данные изъяты>» № км.?

Так как на схеме осмотра места происшествия на проезжей части автодороги не зафиксировано следов колес автомобиля <данные изъяты>, экспертным путем определить скорость движения не представляется возможным.

3. Какими пунктами Правил дорожного движения Российской Федерации, должен был руководствоваться каждый из участников данного дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ?

В исследованной ситуации водителю трактора <данные изъяты> с прицепом ФИО9, следовало руководствоваться требованиями п.п. 8.1, 8.2 Правил дорожного движения.

Выполнив требования п.п. 8.1, 8.2 Правил дорожного движения, то есть, заблаговременно подав сигнал левого поворота, убедившись в безопасности и не создавая помех автомобилю <данные изъяты>, водитель трактора <данные изъяты> с прицепом Югов располагал возможностью предотвратить столкновение.

В действиях водителя трактора <данные изъяты> с прицепом ФИО9, с технической точки зрения, усматривается несоответствие требованиям п.п. 8.1, 8.2 Правил дорожного движения.

В исследованной ситуации водителю автомобиля <данные изъяты> ФИО6 следовало руководствоваться требованиями п. 10.1 (ч.2) Правил дорожного движения.

Если удаление автомобиля <данные изъяты> от места столкновения в момент начала маневра левого поворота трактора <данные изъяты> с прицепом было более величины остановочного пути (более № м.), то в данной ситуации водитель ФИО6 располагал технической возможностью предотвратить столкновение при своевременном принятии мер к экстренному торможению.

В действиях водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО6, с технической точки зрения усматривается несоответствие требованиям п. 10.1 (ч. 2) Правил дорожного движения.

Если удаление автомобиля <данные изъяты> от места столкновения в момент начала маневра левого поворота трактора <данные изъяты> с прицепом было менее или равно величине остановочного пути (менее или равно № м.), то в данной ситуации водитель ФИО6 не располагал технической возможностью предотвратить столкновение при своевременном принятии мер к экстренному торможению.

В действиях водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО6, с технической точки зрения, несоответствия требованиям Правил дорожного движения не усматривается (л.д. 2-11 т. 2).

Оценивая по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, экспертное заключение ФБУ Пермская ЛСЭ от ДД.ММ.ГГГГ № эксперта фио3 суд принимает его в качестве надлежащего доказательства.

При этом, суд исходит из следующего.

Деятельность сторон, других лиц, участвующих в деле, и суда, направленная на установление обстоятельств, имеющих значение для дела, и обоснования выводов о данных обстоятельствах составляет существо судебного доказывания.

Особенность судебного доказывания состоит в том, что оно осуществляется в установленной законом процессуальной форме, то есть процесс судебного доказывания урегулирован нормами права, а также оно осуществляется с использованием особых средств - судебных доказательств, отличающихся от доказательств несудебных.

Отличительным признаком судебных доказательств, позволяющим отграничить их от доказательств несудебных, является наличие процессуальной формы.

Сведения о фактах из тех или иных источников не могут извлекаться судом в произвольном порядке, закон строго регламентирует форму, в которой эти сведения должны быть получены, а именно: в процессуальной форме объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. Сведения о фактах, полученные в иной не предусмотренной законом процессуальной форме, не могут использоваться для установления фактических обстоятельств дела и обоснования выводов суда об этих обстоятельствах.

Как предусмотрено ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов (ч. 1).

Согласно ч. 1 ст. 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, либо выполненные иным позволяющим установить достоверность документа способом. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий (схемы, карты, планы, чертежи).

Доказательствами в этом случае являются сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, документы составляют вещественную основу, на которой информация зафиксирована любым способом письма.

Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда (ч. 2 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела (ст. 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), такие доказательства являются относимыми.

Данная норма права содержит предписание для суда, она адресована и сторонам, третьим лицам, которые должны представлять в обоснование своих требований и возражений только относимые к делу доказательства. В случае представления не относимых к делу доказательств суд отказывает в их принятии.

Относимость доказательств также определяет полноту и достаточность доказательственного материала, позволяя исключить из процесса доказывания доказательства, не являющиеся необходимыми для правильного рассмотрения дела.

Как следует из ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определяющей допустимость доказательств, обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации приведены общие критерии, на которые должен ориентироваться суд при оценке доказательств.

Согласно ч. 1 данной статьи суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч. 3).

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч. 4).

Согласно ч. 1 ст. 79 данного кодекса при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Экспертизой является проводимое экспертом (экспертами) исследование объектов с целью получения на основе специальных знаний информации об обстоятельствах, имеющих значение для дела. Экспертом является назначенное в установленном законом порядке лицо, обладающее специальными знаниями, необходимыми для проведения экспертного исследования, а заключение эксперта - это вывод эксперта, сделанный по результатам проведенного исследования, содержащийся в письменном документе установленной законом формы.

При этом эксперт является источником доказательства, самим судебным доказательством выступает содержащаяся в заключении эксперта информация об обстоятельствах, имеющих значение для дела.

Как следует из положений ст. 67, ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение эксперта не имеет особого доказательственного значения. Оно необязательно для суда и оценивается судом в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами, оценка судом заключения эксперта отражается в решении по делу. Суд должен указать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано.

Заключение эксперта, полученное по результатам внесудебной экспертизы, не являются экспертными заключениями по рассматриваемому делу в смысле ст. 55 и 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, такие заключения могут быть признаны судом письменными доказательствами, которые подлежат оценке в совокупности с другими доказательствами.

С учетом изложенного получение на основе специальных знаний информации об обстоятельствах, имеющих значение для дела, возможно лишь посредством назначения и проведения судебной экспертизы, которую суд обязывает провести ч. 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае недостаточности собственных познаний.

Согласно ч. 2 ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам, в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов.

Следует также учитывать, что представленные сторонами письменные доказательства в форме заключений экспертных организаций, составленных, в том числе, по поручению финансового уполномоченного, не являются экспертными заключениями в смысле ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, они представляют собой письменные доказательства, которые не могут быть оценены судом применительно к положениям ст. ст. 85 и 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации как судебная экспертиза.

Суд отмечает, что получение заключения судебной экспертизы является необходимостью, судом перед экспертом ставятся вопросы, ответы на которые являются существенными для правильного разрешения спора, а потому полученное по результатам исследования заключение не может согласно ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являться недопустимым доказательством.

Оценив заключение эксперта по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд принимает его в качестве допустимого, относимого и достоверного доказательства.

Согласно п. 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № (далее - Правила дорожного движения), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В силу п. 1.5 Правил дорожного движения участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В соответствии с п. 8.1. Правил дорожного движения перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Сигналу левого поворота (разворота) соответствует вытянутая в сторону левая рука либо правая, вытянутая в сторону и согнутая в локте под прямым углом вверх. Сигналу правого поворота соответствует вытянутая в сторону правая рука либо левая, вытянутая в сторону и согнутая в локте под прямым углом вверх. Сигнал торможения подается поднятой вверх левой или правой рукой.

Согласно п. 8.2. Правил дорожного движения подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения.

Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

Как следует из материалов дела и пояснений, участников дорожно-транспортного происшествия, ДД.ММ.ГГГГ по сухой грунтовой (песчаной, песчано-суглинистой) дороге <адрес> км. двигался Трактор <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО7, со скоростью не более № км/ч и автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный знак № под управлением ФИО6 со скоростью не более № км/ч.

При этом, световые указатели Трактора <данные изъяты> государственный регистрационный знак № под управлением ФИО7 были в неисправном состоянии, что в ходе судебного заседания участниками не оспаривалось.

Из объяснений ФИО7, данных в ходе проверки материала по факту дорожно-транспортного происшествия КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что двигаясь на тракторе <данные изъяты> г.р.з. № к своему земельному участку в сторону <адрес> на нулевом километре совершил наезд на автомашину <данные изъяты>. При повороте не убедился в безопасности маневра и совершил столкновение с обгонявшим его автомобилем <данные изъяты> госномером № В ДТП не пострадал, в медицинской помощи не нуждаюсь. Претензий к сотрудникам ГИБДД не имею.

Из объяснений ФИО6 следует, что он с внуками поехал на дачу в <адрес>. Так как у поворота на <адрес> шел ремонтные работы дорожного покрытия, поехал через <адрес>. При выезде из <адрес> показал поворот на обгон трактора «<данные изъяты>» с телегой. Во время обгона трактор резко повернул налево. Трактор поворот не показывал, так как у него нет поворотников и не было номера. Он резко тормозил, но все равно ковшом трактор зацепил его машину. Трактор с места столкновения отъехал назад. ФИО12 получила повреждения.

Учитывая изложенное, принимая во внимание, схему с места ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, объяснения водителей, данных в ходе проверки материала КУСП №, фотоматериалы с места ДТП, суд приходит к выводу, что данное дорожно-транспортное происшествие – это следствие действий водителя ФИО7, который в нарушении п.8.1,8.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, при повороте налево заблаговременно не подал сигнал указателями поворота или рукой, не убедился в безопасности своего маневра, создал помеху автомобилю истца, в результате чего допустил столкновение с транспортным средством ФИО6

Нарушение ФИО7 Правил дорожного движения, находится в прямой причинно-следственной связи с состоявшимся ДТП, и как следствие с причиненным истцу ущербом.

Доводы ответчика о том, что он заворачивал к себе на земельный участок не освобождает его от соблюдения Правил дорожного движения РФ в том числе п.п. 8,1 и 8.2 ПДД РФ. Перед началом совершения поворота налево ФИО7 должен был заблаговременно подать сигнал левого поворота (либо световыми сигналами транспортного средства, при их неисправности или отсутствии, рукой) и только убедившись в безопасности своего маневра и не создавая помех автомобилю <данные изъяты> совершить поворот на свой земельный участок.

Суд также критически относится к доводам ответчика о том, что совершая маневр поворота налево он заблаговременно подал рукой сигнал поворота убедился в безопасности своих действий. При даче объяснений в ходе проверки по факту ДТП ответчик пояснил, что не убедился в безопасности маневра и совершил столкновение с автомобилем истца. Данные объяснения, данные в ходе проверки материала суд признает достоверными, поскольку даны участниками сразу после дорожно-транспортного происшествия. Записи в объяснениях о том, что ответчик подавал сигналы рукой не имеется. В объяснениях водителя ФИО6 указано, что сигналы водителем трактора поданы не были. Кроме того, в ходе судебного заседания ответчик указывал на то, что зеркала заднего вида у трактора в неудовлетворительном состоянии.

В экспертном заключении эксперт фио3 указал, что поскольку величины расстояния, которое трактор с прицепом преодолел с момента начала маневра левого поворота до момента столкновения не зафиксировано, при настоящем состоянии исходных данных в категоричной форме не предоставляется возможным определить, располагал ли водитель автомобиля <данные изъяты> технической возможностью предотвратить столкновение при своевременном принятии мер к экстренному торможению.

При этом, экспертом на вопрос суда №, были сделаны выводы в вероятной форме:

Если удаление автомобиля <данные изъяты> от места столкновения в момент начала маневра левого поворота трактора <данные изъяты> с прицепом было более величины остановочного пути (более № м.), то в данной ситуации водитель ФИО6 располагал технической возможностью предотвратить столкновение при своевременном принятии мер к экстренному торможению.

В действиях водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО6, с технической точки зрения усматривается несоответствие требованиям п. 10.1 (ч. 2) Правил дорожного движения.

Если удаление автомобиля <данные изъяты> от места столкновения в момент начала маневра левого поворота трактора <данные изъяты> с прицепом было менее или равно величине остановочного пути (менее или равно № м.), то в данной ситуации водитель ФИО6 не располагал технической возможностью предотвратить столкновение при своевременном принятии мер к экстренному торможению.

В действиях водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО6, с технической точки зрения, несоответствия требованиям Правил дорожного движения не усматривается (л.д. 2-11 т. 2).

В ходе судебного заседания был допрошен эксперт фио3, который на вопрос суда о возможности столкновения данных транспортных средств, при условии одномоментности начала совершения обоими участниками дорожного движения маневров: трактором - поворота налево и автомобилем Ниссан - обгона, пояснил, что экспертным путем определить невозможно,

В ходе судебного разбирательства достоверно выяснить расстояние автомобиля <данные изъяты> от места столкновения в момент начала маневра левого поворота трактора <данные изъяты> с прицепом не удалось.

Таким образом, суд не усматривает в действиях ФИО6 нарушений Правил дорожного движения и наличие обоюдной вины.

Принимая во внимание установленные обстоятельства, руководствуясь вышеуказанными нормами материального права, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО6 о взыскании ущерба причиненного дорожно-транспортным происшествием являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

В целях определения стоимости восстановительного ремонта, судом была назначена автотехническая экспертиза, которая поручена экспертам ФБУ Пермская ЛСЭ.

По результатам проведенного экспертного исследования <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ № экспертом фио4 сделаны следующие выводы:

1. Относятся ли повреждения автомобиля <данные изъяты> гос. номер № (ПО фотоматериалам, находящихся в гражданском деле) к ДТП произошедшего ДД.ММ.ГГГГ на автодороге <адрес> км?

Выявленные повреждения автомобиля <данные изъяты> гос. номер № указанные в исследовательской части заключения, могли образоваться в рассматриваемом событии от ДД.ММ.ГГГГ.

5. Какова стоимость восстановительного ремонта транспортного средства <данные изъяты> гос. номер № на ДД.ММ.ГГГГ без учета износа и с учетом износа?

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты> гос. номер № с учетом и без учета износа на заменяемые детали по состоянию на момент ДТП ДД.ММ.ГГГГ составляет № руб. (л.д.242-252 т. 1).

На основании ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований или возражений по делу.

Как уже указывалось выше, заключение эксперта оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Оценивая заключения экспертов фио4 <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № суд приходит к выводу о том, что данное заключение соответствует вопросам, поставленным перед экспертом, содержит полные и обоснованные выводы, эксперт имеет соответствующую квалификацию, судебная экспертиза проведена с соблюдением требований статей 84 - 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Не согласившись с данным экспертным заключением в части стоимости литого диска (л.д. 249 т.1, каталожный номер № в сумме средней стоимости № руб.), ответчиком была представлена справка индивидуального предпринимателя фио5 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой рыночная стоимость нового литого диска на автомобиль <данные изъяты> составляет: № в зависимости от модели от № рублей; № в зависимости от модели от № рублей; № в зависимости от модели от № рублей.

В ходе судебного заседания, на основании ходатайства ответчика был вызван эксперт фио4 для пояснения разницы стоимости переднего правого колеса (литого диска). Эксперт пояснил, что при проведении данной экспертизы руководствовался, кроме всего прочего Методическими рекомендациями по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований КТС в целях определения ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки, Программным комплексом, Интернет ресурсом, указанным в заключении. В данном случае, с учетом марки автомобиля, используя каталожный (уникальный) номер детали, а именно №, определил используя интернет источники в количестве трех штук, среднюю стоимость № руб. Данный диск был поврежден, требовалась его замена. О каком диске идет речь (оригинальная запчасть или аналог) в представленной ответчиком справке не указано, оригинальные детали (диск) на данный автомобиль не может стоить меньше № рублей. Цена зависит оригинальная деталь или нет. Экспертиза была проведена по фотоматериалам поврежденного транспортного средства, без учета тех деталей которые уже были заменены истцом. На вопрос ответчика, ответил, что передняя правая дверь имеет скол и смещение крыла в фотоматериалах данное повреждение было отражено.

Представленную ответчиком справку индивидуального предпринимателя фио5 от ДД.ММ.ГГГГ суд не принимает во внимание, поскольку данная справка носит информационный характер, без учета марки и модели автомобиля, также не указан уникальный номер детали. Кроме того, к справке не приложены документы, подтверждающие квалификацию специалиста, которым дано заключение о рыночной стоимости детали. Данная оценка не опровергает выводов эксперта.

Ходатайств о назначении повторной (дополнительной) автотехнической экспертизы ответчиком не заявлено. Рецензий иной экспертной организации на экспертные заключения экспертов <данные изъяты> суду ответчиком не представлено. Каких-либо обстоятельств, позволяющих признать данные заключения судебной экспертизы недопустимыми либо недостоверными доказательством по делу, не имеется.

Доводы ответчика направленные на несогласие с перечнем повреждений <данные изъяты> со ссылкой на то, что автомобиль был участников иных дорожно-транспортных средств о чем имеются записи на официальном сайте ГИБДД не подтверждены доказательствами. Экспертным путем экспертом фио4 был дан ответ на первый вопрос о том, что выявленные повреждения автомобиля <данные изъяты> гос. номер № указанные в исследовательской части заключения, могли образоваться в рассматриваемом событии от ДД.ММ.ГГГГ. Доказательств обратного ответчиком не представлено.

Таким образом, определяя размер причиненного истцу ущерба, суд руководствуется экспертным заключением <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому стоимость восстановительного ремонта транспортного средства автомобиля <данные изъяты> гос. номер № с учетом и без учета износа на заменяемые детали по состоянию на момент ДТП ДД.ММ.ГГГГ составляет № руб. Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию ущерб в размере № руб.

Разрешая требования о компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ФИО7 в пользу истца суд исходит из следующего.

Как разъяснено в абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.), либо нарушающими имущественные права гражданина.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" закреплено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

В соответствии с п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Таким образом, истцом не представлено доказательств причинения вреда жизни или здоровью источником повышенной опасности ответчика, представленная копия с медицинской карты (л.д. 41-41 оборот т.1) таковым не является, поскольку не отображает наличие повреждений здоровью истца в период дорожно-транспортного происшествия и после. Данные медицинские документы носят информационный характер об обращении и наличии диагноза у истца. Как пояснил истец в судебном заседании повреждения здоровья ему и его пассажирам не нанесено, за медицинской помощью он не обращался.

На основании изложенного, в требовании о взыскании компенсации морального вреда в размере № руб. суд отказывает. Представленная справка на л.д.

Согласно ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истец просит возместить ему расходы по оплате экспертных услуг в размере № рублей. Несение данных расходов подтверждено квитанцией и договором от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 39,40 т.1). Суд признает данное требование обоснованным, поскольку установление размера ущерба было необходимо для подачи иска в суд, соблюдения требований об установлении цены иска, подсудности, оплаты госпошлины.

Таким образом, с ответчика в пользу истца суд взыскивает расходы по оплате услуг эксперта размере № руб.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ суд взыскивает с ответчика в пользу истца расходы по оплате государственной пошлины в сумме № рублей с учетом удовлетворенных требований истца. Факт уплаты государственной пошлины подтверждается чеком по операции (л.д. 13 т. 1).

На основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд взыскивает государственную пошлину с ответчика в доход бюджета Нытвенского муниципального округа в сумме 1 651 руб., в соответствии с нормами ст.333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

исковые требования ФИО6 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, паспорт гражданина Российской Федерации №, ИНН № в пользу ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН № ущерб в размере 385 700 рублей, государственную пошлину в размере 10 492 руб., расходы на оплату услуг эксперта в размере 8 000 руб., всего 404 192 руб.

В удовлетворении исковых требований в оставшейся части отказать.

Взыскать с ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения государственную пошлину в доход бюджета Нытвенского муниципального округа в сумме 1 651 рубль.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Нытвенский районный суд Пермского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья подпись А.И. Михайлова

Копия верна.

Судья А.И. Михайлова

Мотивированное решение изготовлено 22.10.2025.