Апелляционное определение № 33-34/2026 33-4113/2025 от 27 апреля 2026 г.

ВОРОНЕЖСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

№ 33-34/2026

УИД 36RS0004-01-2024-011679-65

Строка 2.074


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 апреля 2026 г. г. Воронеж

Судебная коллегия по гражданским делам Воронежского областного суда в составе:

председательствующего Анисимовой Л.В.,

судей Бондаренко О.В., Сорокина Д.А.,

при секретаре Еремишине А.А.,

с участием прокурора Урывской К.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи АнисимовойЛ.В.,

гражданское дело № 2-256/2025 по иску ФИО16 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Ставропольского края «Городская клиническая больница города Пятигорска» о возмещении вреда, причиненного здоровью, взыскании утраченного заработка, компенсации морального вреда, взыскании денежных средств, уплаченных по договору о предоставлении платных медицинских услуг, штрафа,

по апелляционной жалобе государственного бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «Городская клиническая больница <адрес>»

на решение Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ,

(судья районного суда Николенко Е.А.),

У С Т А Н О В И Л А :

ФИО1 обратилась в суд с иском к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Ставропольского края «Городская клиническая больница города Пятигорска» о возмещении вреда, причиненного здоровью, компенсации утраченного заработка, компенсации морального вреда, взыскании денежных средств, уплаченных по договору о предоставлении платных медицинских услуг, штрафа.

В обоснование заявленных требований истец указала, что ДД.ММ.ГГГГ между сторонами был заключен договор о предоставлении платных медицинских услуг. По указанному договору истец обязалась оплатить следующие медицинские услуги: 1 койко-место (<данные изъяты>), <данные изъяты>2 степень), наложение повязки (пластическая хирургия), консультация врача-анестезиолога-реаниматолога, внутривенная седация (более 1 часа), питание для пациентов пластической хирургии. В соответствии с п. 3.1 договора стоимость медицинских услуг согласно прейскуранту составила 83656 рублей. Во исполнение своих обязательств по указанному договору истцом была внесена предоплата в размере 83656 рублей.

В этот же день в период времени с 15 ч. 10 мин. до 18 ч. 40 мин. неустановленное лицо, являющееся сотрудником ответчика, находясь в его операционной, действуя умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность и неизбежность наступления общественно опасных последствий, в ходе проведения планового оперативного лечения (<данные изъяты> проводимого истцу, оказало услуги, не отвечающие требованиям безопасности жизни истца, что привело к <данные изъяты> с развитием комы, являющейся угрожающим жизни состоянием, обладающим признаками тяжкого вреда здоровью, что подтверждается постановлением о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от ДД.ММ.ГГГГ.

Вследствие указанных обстоятельств истец стала инвалидом первой группы, что подтверждается справкой МСЭ№ №, выданной ФКУ «ГБ МСЭ по Воронежской <адрес>» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ. Истцу установлена № ограничения способности к трудовой деятельности.

В Индивидуальной программе реабилитации №ДД.ММ.ГГГГ/2023 к протоколу проведения медико-социальной экспертизы №ДД.ММ.ГГГГ/2023 от ДД.ММ.ГГГГ указано, что истец нуждается в медицинской помощи.

Принимая во внимание назначение истцу курса реабилитации, отсутствия возможности получения указанных медицинских услуг бесплатно, истец была вынуждена заключить договор целевого займа для оплаты услуг по реабилитации в условиях стационара, оказываемых обществом с ограниченной ответственностью «Реабилитационный центр ФИО17». Денежные средства предоставлялись заемщику путем их перечисления на счет ООО «РЦ ФИО18», в соответствии с договорами, в которых заемщик была указана в качестве пациента. В дальнейшем денежные средства были возвращены истцом, что следует из расписок. В связи с чем, истец просила взыскать с ответчика в счет возмещения вреда, причиненного здоровью, денежные средства, затраченные на реабилитацию, в размере 3 608 400 рублей.

На момент причинения вреда здоровью истец осуществляла трудовую деятельность в ООО «<данные изъяты>» в должности заместителя коммерческого директора, что подтверждается трудовой книжкой AT-IX №. Среднемесячный заработок за двенадцать месяцев работы истца, предшествующих повреждению здоровья, составил 102133,40 рублей.

В настоящее время истец ограничена в передвижении, что причиняет ей сильные душевные волнения и переживания. Истец не может совершить практически никаких элементарных действий без посторонней помощи, не может произносить никаких звуков. Истец испытывает сильнейшее чувство дискомфорта от того, что ее близкие вынуждены тратить много времени на нее. Все это причиняет ей сильнейшие нравственные страдания и вызывает чувство обиды.

ФИО1 просила взыскать с ответчика в счет возмещения вреда, причиненного здоровью, денежные средства в размере 3 608 400 рублей, компенсацию утраченного заработка в размере 1 796 240 рублей 52 копейки, компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей, денежные средства, уплаченные по договору о предоставлении платных медицинских услуг, в размере 83656 рублей, штраф в размере 5244148 рублей 26 копеек за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, а также возложить на ответчика обязанность по выплате истцу с ДД.ММ.ГГГГ компенсации утраченного заработка в размере 109 629 рублей 99 копеек с последующей индексацией пропорционально росту величины прожиточного минимума на душу населения.

Решением Ленинского районного суда г. Воронежа от ДД.ММ.ГГГГ с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Ставропольского края «Городская клиническая больница города Пятигорска» в пользу ФИО1 взысканы денежные средства в счет возмещения вреда, причиненного здоровью, в размере 3533 900 рублей, компенсация утраченного заработка в размере 2207 573 рублей 81 копейки, денежные средства, оплаченные по договору о предоставлении платных медицинских услуг, в размере 83656 рублей, компенсация морального вреда в размере 3000 000 рублей, штраф в размере 4412 564 рублей 90 копеек, а всего 13237 694 рубля 71 копейка.

На государственное бюджетное учреждение здравоохранения Ставропольского края «Городская клиническая больница города Пятигорска» возложена обязанность выплачивать ФИО1 компенсацию утраченного заработка в размере 125 526 рублей 03 копейки с последующей индексацией в соответствии с положениями ст. 1091 ГК РФ, ежемесячно, начиная с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 отказано.

В апелляционной жалобе ГБУЗ Ставропольского края «Городская клиническая больница города Пятигорска» просит отменить решение Ленинского районного суда г. Воронежа от ДД.ММ.ГГГГ, полагает, что суд первой инстанции нарушил принцип состязательности сторон, необоснованно отказал в назначении дополнительной судебно-медицинской экспертизы с постановкой вопроса о том, могли ли стать причиной осложнений во время и после оказания медицинской помощи, имеющиеся у пациента заболевания, проблемы, связанные со здоровьем, о которых не был предупрежден ответчик. Ответ на поставленный вопрос состоит во взаимосвязи со степенью вины ответчика, а также влияет на соразмерность заявленных требований о возмещении вреда, так как в соответствии с договором на оказание платных медицинских услуг пациент предупрежден о возникновении неблагоприятных последствий вследствие наличия противопоказаний и заболеваний, а также письменно предупрежден о факторах риска непреднамеренного причинения вреда здоровью и неблагоприятного исхода.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель истца адвокат по ордеру ФИО19 просил решение Ленинского районного суда г. Воронежа от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 адвокат по ордеру ФИО3 просил решение Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции посредством видео-конференц связи на базе Пятигорского городского суда участвовали третье лицо ФИО14 и ее представитель ФИО10, которые выражали несогласие с заключением судебной экспертизы.

Другие лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, судом были надлежащим образом извещены, в том числе путем публикации сведений на официальном сайте Воронежского областного суда, на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия сочла возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив в соответствии со статьями 327 и 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, и представленных на нее возражений, исследовав имеющиеся в деле доказательства, выслушав заключение прокурора, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно статье 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации). Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации). Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации (статьи 20, 41).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Закон об основах охраны здоровья).

Согласно пункту 1 статьи 2 Закона об основах охраны здоровья здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Закона об основах охраны здоровья).

В статье 4 Закона об основах охраны здоровья закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Закона об основах охраны здоровья).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Закона об основах охраны здоровья).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Закона об основах охраны здоровья).

В пункте 21 статьи 2 Закона об основах охраны здоровья определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Закона об основах охраны здоровья формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Закона об основах охраны здоровья).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № в п. 11 Постановления «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснил, что установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит в том числе компенсация морального вреда (параграф 4 главы 59 ГК РФ).

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со статьей 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ).

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинской организации или его работников.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 ГК РФ. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).

Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования, производства по делу об административном правонарушении не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов гражданского дела, ДД.ММ.ГГГГ между ГБУЗ СК «ГБК» г. Пятигорска (исполнитель) и ФИО1 (потребитель) заключен договор о предоставлении платных медицинских услуг (далее – договор), согласно п. 1.1. которого исполнитель на основании обращения потребителя обязуется оказать ему следующие медицинские услуги:

- тариф 1 койко-дня <данные изъяты>), стоимостью 3301 рублей,

- <данные изъяты> (2 степень), стоимостью 70000 рублей,

- наложение повязки (<данные изъяты>), стоимостью 300 рублей,

- консультация врача-анестезиолога-реаниматолога, стоимостью 1500 рублей,

- внутривенная седация (более 1 часа), стоимостью 8000 рублей,

- питание для пациентов пластической хирургии, стоимостью 555 рублей,

а потребитель обязуется оплатить услуги в размере, порядке и сроки, которые установлены настоящим договором (том 1 л.д.16-17).

Согласно п. 3.1. договора стоимость медицинских услуг, согласно прейскуранту составляет 83656 рублей.

ФИО1 обязательства по договору исполнены своевременно и надлежащим образом, что подтверждается представленными чеками (том 1 л.д.19).

ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 15 ч. 10 мин. до 18 ч. 40 мин. неустановленное лицо, являющееся сотрудником ответчика, находясь в его операционной, действуя умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность и неизбежность наступления общественно опасных последствий, в ходе проведения планового оперативного лечения <данные изъяты>), проводимого истцу, оказало услуги, не отвечающие требованиям безопасности жизни истца, что привело к <данные изъяты>, являющейся угрожающим жизни состоянием, обладающим признаками тяжкого вреда здоровью.

Постановлением следователя следственного отдела по г. Пятигорск следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ставропольскому краю от ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело по факту совершения преступления, предусмотренного п. «в» части 2 статьи 238 УК РФ. Поводом для возбуждения уголовного дела послужило сообщение о преступлении – рапорт старшего следователя следственного отдела по г. Пятигорск следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ставропольскому краю об обнаружении признаков преступления, предусмотренного статьей 238 УК РФ, зарегистрированный ДД.ММ.ГГГГ в следственном комитете по городу Пятигорск следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ставропольскому краю и материалы процессуальной проверки № (том 1 л.д.20-21).

В соответствии со справкой ФКУ «ГБ МСЭ по Воронежской области» Минтруда России БМСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ серии МСЭ-№ № ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ впервые установлена № инвалидности на срок до ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.22). Назначена пенсия по инвалидности (том 1 л.д.214).

Согласно заключению эксперта ФГКУ «Судебно-экспертный центр Следственного комитета Российской Федерации» № от ДД.ММ.ГГГГ экспертом при ответе на вопрос «В полном ли объеме проведено обследование ФИО1 при её обращении в медицинское учреждение ДД.ММ.ГГГГ?» сделан следующий вывод. ДД.ММ.ГГГГ в 08:59 по предварительной договоренности с оперирующим хирургом ФИО1 была госпитализирована в хирургическое отделение № (отделение <данные изъяты>) ГБУЗ СК «ГКБ» г. Пятигорска для проведения в плановом порядке пластической операции по улучшению эстетического вида зоны верхних и нижних век - «<данные изъяты> При поступлении в стационар ФИО1 была осмотрена лечащим врачом: выяснены жалобы, отображена история заболевания и жизни, из которых стало известно о перенесенной операции в годовалом возрасте по поводу <данные изъяты>, при этом был удален <данные изъяты> а также двух самостоятельных родах под эпидуральной анестезией (родились здоровые дети № лет назад). При опросе пациентки установлено наличие головных болей, купируемых приемом суматриптана (по поводу головной боли данных об обследовании нет; периодичность приема и дозировка препарата не указаны), наличие аллергической реакции в виде сыпи на прием лекарственного препарата <данные изъяты> (причина приема препарата, периодичность и дозировка, а также интенсивность аллергической реакции, и чем купировалась не указано). Проведено физикальное обследование. В результате обследования общее состояние ФИО1 было расценено как удовлетворительное, уровень сознания по шкале Глазго 15 баллов, что соответствует ясному сознанию. Указаны: рост 165 см; масса тела 62 кг; индекс массы тела: 22,77 кг/м2; параметры функционирования дыхательной и сердечнососудистой деятельности - соответствующие норме, также указана степень насыщения крови кислородом (сатурация) 100%. Описано местное состояние анатомической области, планируемой к операции. Проведены предоперационные осмотр и консультация анестезиологом. Лабораторное обследование в необходимом объеме ФИО1 выполнила амбулаторно, заблаговременно до госпитализации, результаты выполненных анализов и исследований, приложены к медицинской карте №.

Таким образом, обследование ФИО1 при её госпитализации ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ СК «ГКБ» г. Пятигорска для проведения в плановом порядке <данные изъяты> было достаточно для предполагаемого объема хирургического вмешательства и соответствовало положениям Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», санитарных правил и норм СанПин № «Санитарно-эпидемиологические требования по профилактике инфекционных болезней», Приказа Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «<данные изъяты>

Также экспертной комиссией указано, что до оперативного вмешательства ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 не было выявлено заболеваний или состояний, способных привести к внезапной острой дыхательной недостаточности и остановке сердечной деятельности, а также признаков неврологического дефицита и проявлений энцефалопатии. Экспертная комиссия обращает внимание, что при выполнении компьютерной томографии головного мозга ДД.ММ.ГГГГ были выявлены признаки, <данные изъяты> Данная патология в клинический поиск и дифференциальную диагностику не была включена, а при последующих КТ исследованиях, наличие предположительных признаков аномалии не нашли подтверждения.

Ретроспективный анализ показывает: по результату обследования, проведенного в предоперационном периоде, у ФИО1 противопоказаний для проведения операционного вмешательства в условиях анестезиологического сопровождения (неингаляционная, местная анестезия с внутривенной седацией) не имелось. Общее состояние пациентки непосредственно перед оперативным вмешательством расценено как удовлетворительное, сознание ясное, каких-либо особенностей в деятельности дыхательной и сердечнососудистой системы выявлено не было.

Ретроспективный анализ документов позволил экспертной комиссии утверждать, что ФИО1 для вводного наркоза было введено <данные изъяты> что превышает рекомендованную дозу <данные изъяты> для индукции в общую анестезию взрослых пациентов и привело к стремительному развитию <данные изъяты> расценивается как дефект лечения.

Оперативное лечение в объеме <данные изъяты> не было противопоказано ФИО1, было проведено правильно в соответствии с правильно выставленным диагнозом: <данные изъяты> - исходом оперативного вмешательства явилось заживление операционных ран без осложнений. Методика и объем проведенной операции соответствовали положениям Приказа Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю <данные изъяты>».

После проведенной ФИО1 успешной СЛР и в ближайшем постреанимационном периоде тяжесть состояния пациента была недооценена, а именно не установлен факт и степень повреждения <данные изъяты>, не установлена причина <данные изъяты>, что привело к отсутствию правильной терапии на этапе завершения операции и в последующем периоде, что является дефектом диагностики и, как следствие дефектом лечения.

Отсутствие постоянного мониторирования (контроля) показаний следящей аппаратуры: ЧСС, ЧД, сатурация, линия ЭКГ при проведении анестезиологического пособия во время хирургического вмешательства не позволило предотвратить развитие <данные изъяты> у ФИО1, осложнившейся <данные изъяты> исходом в <данные изъяты>, расценивается как дефект лечения, приведший к ухудшению состояния (возникновению нового состояния) ФИО1 и в соответствии с п. 25 и п. 6.2.6 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда причинённого здоровью человека», утверждённых приказом Минздравсоцразвития РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н, расценивается как причинивший тяжкий вред здоровью ФИО1 Следовательно, между дефектом лечения и неблагоприятным исходом – развившейся у ФИО1 <данные изъяты> имеется прямая причинно-следственная связь.

В соответствии с положениями Приказа Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю <данные изъяты> методики и требования хирургом при выполнении <данные изъяты> ФИО1 были соблюдены без нарушений, на что указывает заживление послеоперационных ран без осложнений.

При оказании медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ СК «Городская клиническая больница» г. Пятигорск» были допущены следующие дефекты:

- дефекты ведения медицинской документации (множественные исправления);

- дефект лечения в виде введения высокой дозы <данные изъяты> для вводного наркоза;

- дефект лечения в виде избыточности анестезиологического пособия:

- совместное применение <данные изъяты>

- дефект лечения в виде отсутствия контроля анестезиологом за функционированием жизненноважных функций организма (постоянного мониторирования показаний следящей аппаратуры: частота сердечных сокращений (ЧСС), частота дыхания (ЧД), сатурация, линия ЭКГ) при проведении анестезиологического пособия во время оперативного вмешательства;

- дефект диагностики и, как следствие дефект лечения после проведения ФИО1 успешной СЛР и в ближайшем постреанимационном периоде тяжесть состояния пациента была недооценена, не установлен факт и степень повреждения <данные изъяты>, не установлена причина остановки <данные изъяты>, что обусловило отсутствие терапии.

Кроме того, в соответствии с порядком оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология», утвержденному приказом Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н, анестезиолог должен был остановить проведение операции по абсолютным показаниям в целях сохранения жизни пациента и начать проведении интенсивной терапии, направленной на борьбу с последствиями и осложнениями <данные изъяты>, чего сделано не было. и является дефектом лечения.

Дефект лечения в виде отсутствия постоянного мониторирования (контроля) показаний следящей аппаратуры: ЧСС, ЧД, сатурация, линии ЭКГ при проведении анестезиологического пособия во время хирургического вмешательства обусловил развитие <данные изъяты> у ФИО1, осложнившейся <данные изъяты>

Неправильная оценка состояния пациента после проведенной успешной СЛР, отсутствие диагностики причин остановки <данные изъяты> у ФИО1 не позволили проводить адекватную терапию, направленную на предотвращение последствий поражения <данные изъяты>. Отсутствие данных об изначальной степени поражения <данные изъяты> не позволяет судить о возможности предотвращения развития неблагоприятных последствий (их усугубления) при правильной терапии в ближайшем постреанимационном периоде.

Таким образом, допущенные дефекты не являлись причиной аномального, непредсказуемого и неотвратимого развития патологического процесса и связаны исключительно с бездействием медицинского персонала, то есть возникшие неблагоприятные последствия были предсказуемы и предотвратимы.

Перед проведением косметологической и хирургической операции – <данные изъяты> проведение аллерготестов на переносимость <данные изъяты> не регламентировано, стандарты по проведению аллерготестов перед операцией не разработаны.

Проведение планового оперативного вмешательства возможно только при получении всех необходимых результатов исследований. В случае их отсутствия оперативное вмешательство должно быть отложено до предоставления необходимых результатов обследования (том 2 л.д.103-250, том 3 л.д.1-21).

Определением судебной коллегии по гражданским делам ФИО2 областного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена судебная экспертиза с постановкой вопросов: какие заболевания имелись у пациента ФИО1 на момент проведения операции (<данные изъяты>) ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ Ставропольского края «Городская клиническая больница» города Пятигорска, в том числе имелась ли <данные изъяты>? Имеется ли причинно-следственная связь между наступлением последствий проведения ДД.ММ.ГГГГ операции пациенту ФИО1 (нарушение снабжения головного мозга кислородом, приведшее к развитию <данные изъяты> с исходом в <данные изъяты>) и оказанием ей медицинской помощи сотрудниками ГБУЗ Ставропольского края «Городская клиническая больница» города Пятигорска»? Наступил ли негативный исход операции в виде ухудшения состояния здоровья пациента ФИО1 (нарушение снабжения <данные изъяты> кислородом, приведшее к развитию <данные изъяты> вследствие тяжести сопутствующих заболеваний с учетом ответа на первый вопрос?

В соответствии с заключением эксперта АНО «Центр медицинских экспертиз» № от ДД.ММ.ГГГГ согласно представленным медицинским документам, у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на момент проведения операции <данные изъяты>) ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ Ставропольского края «Городская клиническая больница» г. Пятигорска, были диагностированы следующие заболевания и состояния:

1987 год – оперирована по поводу <данные изъяты>, попутно был удален <данные изъяты>.

2013 год, 2016 год – самостоятельные роды под эпидуральной анестезией.

Аллергические реакции на лекарственные препараты: отмечает аллергическую реакцию на «<данные изъяты> с появлением сыпи.

ДД.ММ.ГГГГ – диагноз: <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ –диагноз: <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ – <данные изъяты>.

Других сведений о выявленных у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, заболеваний до ДД.ММ.ГГГГ, в представленных медицинских документах не содержится.

Диагноз «<данные изъяты> была установлена под вопросом в условиях ГБУЗ Ставропольского края «Городская клиническая больница» г. Пятигорска, при дальнейших обследованиях не подтвержден.

Данные заболевания и состояния, выявленные у ФИО1, не являются причиной развития у нее «<данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>, вероятно по типу <данные изъяты>). <данные изъяты>.

Функционирующие <данные изъяты>. Стойкие значительно выраженные нарушения статодинамических функций. Умеренные нарушения дыхательной и пищеварительной систем.

Сопутствующие заболевания: OU-<данные изъяты>, незначительные нарушения сенсорных функций (зрения).

Хронических <данные изъяты> очаговый. Незначительные нарушения пищеварительной системы.

Двусторонняя <данные изъяты>.

Формирующийся очаговый <данные изъяты> обоих стоп (<данные изъяты>

Согласно представленным документам, у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, выявлены следующие заболевания и состояния:

<данные изъяты>, проведенных реанимационных мероприятий от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>

Функционирующие <данные изъяты>. Стойкие значительно выраженные нарушения статодинамических функций. Умеренные нарушения дыхательной и пищеварительной систем.

Сопутствующие заболевания: OU-<данные изъяты>, незначительные нарушения сенсорных функций (зрения).

Хронических <данные изъяты> очаговый. Незначительные нарушения пищеварительной системы.

<данные изъяты>

Формирующийся очаговый <данные изъяты> (поверхностный пролежень 1-2 ст.).

Данная патология у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, развилась в ходе проведения ей оперативного лечения от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>», под местными анестезиями с седацией, из-за превышения дозы <данные изъяты> сочетании с терапевтической дозой <данные изъяты>, то есть имеется прямая причинно-следственная связь между оказанием ФИО1 медицинской помощи сотрудниками ГБУЗ Ставропольского края «Городская клиническая больница г. Пятигорска» и развитием у нее вышеперечисленной патологии (т. 5 л.д. 172-175).

Разрешая спор, суд первой инстанции, пришел к обоснованному выводу о наличии правовых оснований для возложения на ответчика ответственности по компенсации морального вреда и возмещении материального ущерба в виде расходов на оказание платных медицинских услуг по договору, медицинских услуг по реабилитации, утраченного заработка.

Установив, что медицинские услуги оказаны истцу некачественно, результат, для получения которого обращалась истец, не достигнут, при этом обстоятельств, освобождающих ответчика от ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств, не установлено, суд первой инстанции правомерно взыскал с ответчика в пользу истца уплаченные по договору о предоставлении платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ денежные средства в размере 83656 рублей, указав, что акт оказанных услуг от ДД.ММ.ГГГГ был подписан ФИО1 одновременно с заключением договора, поскольку в ходе проведения операции ФИО1 потеряла сознание, после чего была переведена в реанимационное отделение.

Оснований не согласиться с выводом суда первой инстанции о взыскании с ответчика в пользу истца денежных средств в счет возмещения вреда, причиненного здоровью, в размере 3533 900 рублей, затраченных на оказание медицинских услуг по реабилитации, судебная коллегия не усматривает.

Конституционный суд Российской Федерации в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П «По делу о проверке конституционности статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО11» пришел к следующим выводам: сложившееся в правоприменительной практике толкование пункта 1 статьи 1085 ГК РФ, исключающее возмещение потерпевшему расходов на лечение, в котором он нуждался вследствие причинения вреда его здоровью и которое ему показано на основании клинических рекомендаций - при том, что у него формально имелась возможность получения Медицинской помощи в рамках программы ОМС, - фактически ограничивает самостоятельный выбор потерпевшим способа лечения.

Верховный Суд Российской Федерации обращал внимание судов на то, что, если потерпевший, нуждающийся в соответствующих видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов (подпункт «б» пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

С учетом этого, в ряде случаев допускается взыскание в пользу потерпевшего понесенных им расходов на лечение, когда медицинское учреждение, в которое гражданин имел возможность обратиться в рамках программы ОМС, не может оказать соответствующую медицинскую помощь в связи с неприменением в нем необходимых способов (методов) лечения или обследования либо в связи с невозможностью сделать это в необходимые (исходя из состояния пациента) сроки ввиду отсутствия материалов, исчерпания квот или по иным причинам организационно-технического характера, притом что ожидание лечения могло бы в значительной степени осложнить процесс выздоровления пациента.

В тех же случаях, когда потерпевшие предъявляют требования о взыскании расходов на лечение, понесенных в связи с обращением в медицинские организации и получением в них платных медицинских услуг (в виде проведения консультаций и обследований, выполнения операций и иных процедур), которые входят в перечень медицинских услуг, гарантированных государством, и которые могли быть оказаны тем же или другим медицинским учреждением без взимания платы, но позже или с использованием других способов (методов) лечения, также одобренных клиническими рекомендациями, суды обычно отказывают в удовлетворении этих требований и исключают названные расходы из суммы компенсации.

Таким образом, несмотря на то что Пленум Верховного Суда Российской Федерации в упомянутом постановлении ориентирует суды на необходимость установления всех фактических обстоятельств, связанных с решением вопроса о возмещении расходов на лечение и иных дополнительных расходов потерпевшего, на практике, опираясь на буквальное толкование оспариваемого законоположения, суды нередко ограничиваются установлением наличия или отсутствия у потерпевшего права на получение тех видов и того объема услуг, которые предоставляются в рамках программы ОМС, и при наличии такого права, безотносительно к эффективности и срокам оказания медицинской помощи, отказывают в возмещении соответствующих расходов с причинителя вреда.

Такой подход фактически стимулирует потерпевшего пользоваться лишь теми из предусмотренных клиническими рекомендациями способами лечения, которые охватываются программой ОМС, в противном случае, оплатив за счет собственных средств медицинские услуги, в том числе в целях более качественного, эффективного и своевременного лечения, предлагаемого в клинических рекомендациях, лицо, как правило, лишается возможности компенсации понесенных в связи с этим расходов за счет причинителя вреда.

В каждом конкретном случае пациенту в целях оказания наиболее эффективной медицинской помощи лечебным учреждением с учетом действующих клинических рекомендации наряду с бесплатными (финансируемыми, в частности, за счет средств ОМС), как правило, могут быть предложены иные методы и способы лечения (восстановления здоровья), что отражает надлежащий баланс между свободой действий оказывающего медицинскую помощь врача и специальными возможностями органов публичной власти по бесплатному оказанию медицинской помощи (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-О). Такие способы и методы лечения предоставляются в качестве платных медицинских услуг и предполагают в том числе приобретение лекарственных препаратов, специализированных продуктов лечебного питания, медицинских изделий (пластин, винтов, протезов, имплантатов), используемых в лечении, за счет пациента. Пациент вправе выбрать именно платную медицинскую услугу с учетом мнения лечащего врача, который, избирая тактику лечения применительно к случаю пациента, указывает, что конкретный способ является предпочтительным, поскольку, например, позволит избежать серьезного оперативного вмешательства в дальнейшем, минимизирует последствия травмы (заболевания), компенсирует утраченное качество жизни после повреждения здоровья. Таким образом, выбор варианта лечения - платного или бесплатного - остается правом пациента.

Пункт 1 статьи 1085 ГК РФ не может рассматриваться как направленное на необоснованные ограничения законных интересов потерпевшего в применении выходящих за пределы программы ОМС методов лечения. Получение медицинской помощи в рамках программы ОМС является типичным, наиболее востребованным, но не обязательным для пациента, а в отдельных случаях и вовсе невозможным. Это характерно для случаев, когда конкретный эффективный метод лечения не входит в программу ОМС, а также когда обращение за бесплатной медицинской помощью сопряжено с длительным ожиданием консультации врача, проведения обследования и прочими объективными сложностями. Стремление потерпевшего восстановить свое здоровье любыми доступными способами, в том числе не покрываемыми за счет средств ОМС, не может само по себе рассматриваться в качестве предосудительного.

Таким образом, пункт 1 статьи 1085 ГК РФ не противоречит Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не ограничивает права лица на охрану здоровья и медицинскую помощь и не дает оснований для отказа в возмещении разумных и обоснованных расходов, понесенных на лечение таким лицом, которое могло получить лечение этого повреждения здоровья бесплатно в рамках программы ОМС, но избрало платное лечение, соответствующее клиническим рекомендациям, в случаях, когда иное повлекло (могло повлечь) для его здоровья неблагоприятные последствия (в частности, если вынужденное ожидание получения бесплатного лечения существенно ухудшит прогноз состояния здоровья гражданина или непропорционально увеличит время восстановления его здоровья, либо если гражданин испытывает физические страдания, которые могут быть прекращены или минимизированы только оказанием соответствующей медицинской помощи, либо если платный способ (метод) лечения более эффективен или больше подходит гражданину по индивидуальным медицинским показаниям, чем предоставляемый бесплатно).

Как следует из материалов дела, ФКУ «ГБ МСЭ по Воронежской области» Минтруда России БМСЭ № для истца определена индивидуальная программа реабилитации инвалида (том 1 л.д.72-79).

Согласно протоколу решения комиссии по отбору пациентов на плановую госпитализацию в ФГБУ «ФЦМН» ФМБА России № от ДД.ММ.ГГГГ рассмотрение вопроса о проведении медицинской реабилитации в условиях ФГБУ «ФЦМН» ФМБА возможно только при условии <данные изъяты> (том 1 л.д.80-81).

Согласно справкам БУЗ ВО «Воронежская городская поликлиника №» от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 рекомендована реабилитация в реабилитационных центрах типа: институт мозга, институт речи, РЦ «Три сестры», РЦ «Преодоление», ЛРЦ и др. (т. 1 л.д.23).

Из представленной справки БУЗ ВО «Воронежская городская поликлиника №» следует, что ФИО1 себя не обслуживает. С ДД.ММ.ГГГГ и по настоящее время нуждается в реабилитационном лечении в присутствии сопровождающего лица (том 3 л.д.108).

Согласно справке ООО «Реабилитационный центр «<данные изъяты>» ФИО1 проходила курсы восстановительного лечения в ООО «Реабилитационный центр <данные изъяты>» в периоды с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ. Диагноз: <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты> (т.4 л.д.45).

В связи с диагнозом ФИО1, пациентке показано постоянный уход и обслуживание стороннего лица, поскольку ФИО1 не в состоянии сама себя обслуживать. Нуждается в постоянном наблюдении или сопровождении со стороны сопровождающего лица или индивидуальным платным постом.

Из материалов дела усматривается, что между ООО «РЦ «<данные изъяты> (центр), ФИО12 (законный представитель), ФИО1 (пациент) и ИП ФИО13 (заказчик) заключены договоры оказания медицинских услуг № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которыми центр оказал пациенту возмездные медицинские услуги по реабилитации в условиях стационара в соответствии с планом реабилитации, указанным в приложении к договору.

Согласно актам приема-передачи выполненных работ (услуг) к вышеуказанным договорам общая стоимость оказанных медицинских услуг по реабилитации составила 3533 900 рублей. Взыскивая указанную сумму с ответчика, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание назначение истцу курса реабилитации, отсутствие возможности получения указанных медицинских услуг бесплатно. Обратного стороной ответчика не доказано.

Статьей 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен порядок исчисления заработка (дохода), утраченного в результате повреждения здоровья.

Размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности (пункт 1 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 указанной статьи в состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам, как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие.

Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была принята на работу в ООО <данные изъяты>» на должность заместителя коммерческого директора, что подтверждается копией трудовой книжки.

ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор расторгнут в связи с признанием работника полностью неспособным к трудовой деятельности в соответствии с медицинским заключением, пункт 5 части 1 статьи 83 ТК РФ (том 1 л.д.50-69).

Из представленной справки о доходах ФИО1 за 2022 год, общая сумма дохода составляет 1255854 рубля (том 1 л.д.70, 206), за 2023 год, общая сумма дохода составляет 534100,32 рубля (том 1 л.д.70 -71, 206-210).

Отделением Фонда пенсионного и социального страхования РФ представлены сведения об оплате больничного листа за период 02.2023 – 12098,45 рублей, 07-08. 2023 – 21777,21+268585,59 (том 1 л.д.211).

Принимая во внимание утрату ФИО1 трудоспособности, суд первой инстанции обоснованно взыскал с ответчика компенсацию утраченного заработка за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с учетом индексации в размере 2207573 рублей, а также возложил на государственное бюджетное учреждение здравоохранения Ставропольского края «Городская клиническая больница города Пятигорска» обязанность выплачивать ФИО1 компенсацию утраченного заработка в размере 125526 рублей 03 копейки, ежемесячно, начиная с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ (срок установленной инвалидности).

При определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции учитывал фактические обстоятельства дела, при которых истцу был причинен вред (наличие дефектов оказания медицинской помощи, причинение вреда здоровью, наличие прямой причинной связи), степень физических страданий ФИО1, связанных с физической болью в связи с причинением вреда здоровью, степень ее нравственных страданий в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, состояние ее здоровья, инвалидность, отсутствие возможности самостоятельно передвигаться и обслуживать себя в полном объеме, полноценно участвовать в жизни несовершеннолетних детей, а также принимал во внимание требования разумности и справедливости.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Судебная коллегия считает, что размер компенсации морального вреда определен судом с учетом всех заслуживающих внимания обстоятельств, характера и степени перенесенных истцом нравственных и физических страданий, степени вины медицинского учреждения, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности.

Оснований к изменению размера, взысканной судом компенсации морального вреда, судебная коллегия не усматривает.

Придя к выводу, что ФИО1 является потребителем услуг, оказываемых ответчиком в рамках договора об оказании платных медицинских услуг, учитывая, что вред здоровью истицы причинен в связи с ненадлежащим оказанием услуг по указанному договору, суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании с ГБУЗ Ставропольского края «Городская клиническая больница города Пятигорска» в пользу ФИО1 штрафа, подлежащего взысканию на основании пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О защите прав потребителей» в размере 4412 564 рублей 90 копеек.

Вместе с тем, судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции об удовлетворении требований ФИО1 в части взыскания с ответчика штрафа основанными на неправильном толковании норм материального права.

Статьей 779 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Правила настоящей главы применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных, за исключением услуг, оказываемых по договорам, предусмотренным главами 37, 38, 40, 41, 44-47, 49, 51, 53 настоящего Кодекса.

Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № (действовавшим на период спорных правоотношений) утверждены Правила предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг.

Согласно пункта 2 названных Правил, платные медицинские услуги - это медицинские услуги, предоставляемые на возмездной основе за счет личных средств граждан, средств юридических лиц и иных средств на основании договоров, в том числе договоров добровольного медицинского страхования; потребитель - физическое лицо, имеющее намерение получить либо получающее платные медицинские услуги лично в соответствии с договором. Потребитель, получающий платные медицинские услуги, является пациентом, на которого распространяется действие Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Пунктом 27 Правил предусмотрено, что исполнитель предоставляет платные медицинские услуги, качество которых должно соответствовать условиям договора, а при отсутствии в договоре условий об их качестве - требованиям, предъявляемым к услугам соответствующего вида. В случае, если федеральным законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации предусмотрены обязательные требования к качеству медицинских услуг, качество предоставляемых платных медицинских услуг должно соответствовать этим требованиям.

В силу статьи 79 Закона об основах охраны здоровья медицинская организация обязана осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательством и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядком оказания медицинской помощи и стандартами медицинской помощи.

Из части 2 статьи 98 названного выше закона следует, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации не только за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, но и за нарушение прав в сфере охраны здоровья.

К основным принципам охраны здоровья относятся приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; доступность и качество медицинской помощи.

Совокупность обстоятельств, имеющих значение для дела, определяется судом исходя из норм материального права, подлежащих применению, с учетом основания иска, доводов и возражений сторон.

Суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования ФИО1 о взыскании с ГБУЗ Ставропольского края «Городская клиническая больница г. Пятигорска» штрафа, предусмотренного законом Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-I «О защите прав потребителей» исходил из того, что в добровольном порядке требования истца ответчиком не удовлетворены.

Вместе с тем, судом не учтено, что вопрос о качестве оказанной ФИО1 медицинской услуги и причинении при этом вреда здоровью, разрешался только в процессе судебного разбирательства. Размер компенсации морального вреда был определен судом после установления в судебном порядке вины исполнителя в нарушении прав истицы.

Учитывая изложенное, судебная коллегия находит решение суда первой инстанции в части взыскания с ГБУЗ Ставропольского края «Городская клиническая больница <адрес>» в пользу ФИО1 штрафа, подлежащим отмене, с принятием в отмененной части нового решения об отказе в удовлетворении требований о взыскании с ответчика штрафа.

В остальной части решение Ленинского районного суда г. Воронежа от ДД.ММ.ГГГГ подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба ГБУЗ Ставропольского края «Городская клиническая больница города Пятигорска» без удовлетворения.

Руководствуясь частью 1 статьи 327.1, статьями 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Ленинского районного суда г. Воронежа от ДД.ММ.ГГГГ отменить в части взыскания с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Ставропольского края «Городская клиническая больница города Пятигорска» в пользу ФИО1 штрафа в размере 4412 564 рубля 90 копеек.

Принять в данной части новое решение.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Ставропольского края «Городская клиническая больница города Пятигорска» о взыскании штрафа в размере 5244 148 рублей 26 копеек за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя отказать.

В остальной части решение Ленинского районного суда г. Воронежа от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, апелляционную жалобу государственного бюджетного учреждения здравоохранения Ставропольского края «Городская клиническая больница города Пятигорска» – без удовлетворения

Председательствующий:

Судьи коллегии:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ