Решение № 2-268/2018 2-268/2018~М-252/2018 М-252/2018 от 15 июля 2018 г. по делу № 2-268/2018

Дело № 2-268/2018


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

16 июля 2018 года р.п. Ишеевка

Ульяновский районный суд Ульяновской области

в составе председательствующего судьи Э.Р. Касымовой,

с участием старшего помощника прокурора

Ульяновского района Ульяновской области ФИО1,

при секретаре Л.Ф. Калимуллиной,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «Ямалмеханизация» о взыскании морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Ямалмеханизация» (далее сокращенно- ООО «Ямалмеханизация») о взыскании морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием. В обоснование иска указал, что он работал в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов у ответчика ООО «Ямалмеханизация» с 27.01.2011 года по 15.03.2011 года, с 03.04.2011 года -машинистом бульдозера. 21.04.2017 года трудовой договор расторгнут по соглашению сторон пункт 1 части первой ст.77 Трудового Кодекса РФ. В 2017 году ФИО2 установлены два профессиональных заболевания: 1) хроническая радикулопатия пояснично-крестцового уровня с компрессией L5 корешка справа на фоне выраженных дегенеративно-дистрофических изменений позвоночника. Множественные протрузии м/п дисков L1-S1, стойкий выраженный болевой синдром (акт о случае профессионального заболевания №12 от 07 декабря 2017 года). По данному заболеванию установлено 30 % утраты трудоспособности. 2) двусторонняя нейросенсорная тугоухость с умеренной степенью снижения слуха (акт о случае профессионального заболевания №11 от 07 декабря 2017 года). По данному заболеванию установлено 30% утраты трудоспособности. Причиной профессионального заболевания является длительное воздействие на организм вредных производственных факторов- общая вибрация, не соответствие гигиеническим нормативам тяжести и напряженности труда, повышенный уровень шума; наличие вины работника не установлено. Условия труда ФИО2 не соответствуют санитарно-гигиеническим требованиям по величине вредных производственных факторов: общая вибрация- согласно протоколу №651-В от 26.02.2010 эквивалентный уровень виброскорости (общая вибрация) по оси Х-119 дБ при ПДУ 116 дБ, превышение на 3 дБ; по оси Y-119 дБ при ПДУ 116 дБ, превышение на 3 дБ; по оси Z-108 дБ при ПДУ 107 дБ, превышение на I дБ; напряженность трудового процесса- фактическая продолжительность рабочего дня составляет 10-12 часов, при допустимом 9 часов и не соответствует по гигиеническим нормативам по тяжести трудового процесса (до 50% времени смены, нахождение в неудобной и/или фиксированной позе; пребывание в вынужденной позе (на коленях, на корточках и т.п.) до 25% времени смены. Нахождение в позе стоя до 80% времени смены. Условия труда ФИО2 не соответствуют санитарно-гигиеническим требованиям по величине вредных производственных факторов: шум- согласно протоколу №651-Ш от 26.02.2010 г. фактическое 83 дБА при ПДУ 80 ДБА, превышение на 3 дБ. Общая оценка условий труда ФИО2 по совокупности вредных производственных факторов характеризуется классом- 3.2. вредный (по показателям воздействия шума- класс 3.1. показателям общей вибрации- класс 3.1 показателям напряженности- класс 3.1., тяжести трудового процесса- класс 3.1.). В связи с полученными профессиональными заболеваниями ФИО2 испытывает нравственные и физические страдания. В период с 09.06 по 23.06.2016 года ФИО2 находился на обследовании и лечении в профпатологическом отделении №2 ГУЗ «Ульяновский Областной клинический центр профессиональной патологии». Жалобы при поступлении: на боли в поясничном отделе позвоночника с иррадиацией в нижние конечности, больше влево, боли в шейном отделе позвоночника, в руках, слабость кистей, снижение слуха на оба уха, шум в ушах. В период с 18.08 по 04.09.2017 года ФИО2 находился на обследовании и лечении в профпатологическом отделении №2 ГУЗ «Ульяновский областной клинический медицинский центр оказания помощи лицам, пострадавшим от радиационного воздействия и профессиональной патологии. Врачебная комиссия №43 от 05.09.2017 года впервые установила диагнозы профессиональных заболеваний- хронической радикулопатии и нейросенсорной тугоухости. ФИО2 нетрудоспособен в профессии машиниста бульдозера; ему противопоказан труд в вынужденной рабочей позе, с вибрацией, физическими перегрузками, в контакте с переохлаждением, шумом, превышающем ПДУ. Рекомендовано диспансерное наблюдение профпатолога, невролога; показано санаторно-курортное лечение в санаториях для заболеваний нервной системы, заболеваний опорно-двигательного аппарата; назначено поддерживающее лечение (программа реабилитации: обезболивающие, витамины, хондропротекторы); ФИО2 нуждается в слуховом аппарате согласно заключению сурдолога. ФИО3 переживает по поводу состояния своего здоровья; испытывает дискомфорт при общении с другими людьми из-за болезни органов слуха; испытывает на боли в поясничном отделе позвоночника с иррадиацией в нижние конечности. ФИО3 проживает с супругой и детьми. В силу ст.37 Конституции РФ каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, и администрация предприятия была обязана обеспечить работнику безопасные условия труда. В силу требований ст. 219 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда. В соответствии со ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом. В соответствии с п.3 ст.8 Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (в редакции от 29.07.2017) возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. В соответствии сост. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, этот вред причинившим. Просит взыскать с ООО «Ямалмеханизация» компенсацию морального вреда в сумме 500 000 руб.

Истец ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал, пояснив, что он действительно работал в должности машиниста бульдозера в течении 31 года 6 месяцев, однако ни на одном предприятия, где он работал в данной должности не было таких неблагоприятных условий работы, как в ООО «Ямалмеханизации». Это было связано с тем, что работа осуществлялась в карьере, где в условиях мерзлоты приходилось вначале рыхлить грунт, а это вызывало сильную вибрацию и шум. Помимо этого они работали без выходных по 10-12 часов: 1 месяц в ночное время, 1 месяц в дневное время. Поэтому считает, что профессиональные заболевания возникли у него именно в период работы у данного работодателя. Кроме того, в период работы в должности машиниста бульдозера он ежегодно проходил медицинские осмотры, в ходе которых ранее данные заболевания не были выявлены, он признавался годным к работе в данной должности.

Представитель истца ФИО2 по доверенности ФИО4 в судебном заседании исковые требования истца поддержала, пояснив, что неправильное указание отчества ФИО2 в актах о случае профессионального заболевания являются опиской. Данные акты не оспаривались работодателем, были подписаны представителями работодателя без каких-либо замечаний. Профессиональные заболевания у ФИО2 были выявлены в период его работы у данного работодателя- ООО «Ямалмеханизация». Наличие вины работника в получении данных профессиональных заболеваний не установлено. До момента начала работы ФИО2 в ООО «Ямалмеханизация» он ежегодно проходил медицинские осмотры, был признан здоровым и годным к работе, никаких отклонений в здоровье ФИО2 установлено не было. Установлено, что условия труда ФИО2 в ООО «Ямалмеханизация» не соответствуют санитарно-гигиеническим требованиям по величине вредных производственных факторов: шум, общая вибрация. Таких данных в отношении других работодателей, у которых ФИО2 работал в аналогичной должности, не имеется. Поэтому оснований определять компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию с ответчика с учетом времени работы истца в должности машиниста бульдозера у данного работодателя, не имеется. Кроме того, при определении размера компенсации морального вреда просила учесть, что ФИО2 установлено 30% утраты трудоспособности по двум заболеваниям, которые затрагивают два важных органа человека. В связи со значительным снижением слуха истец испытывает значительные неудобства в общении. Вследствие заболевания опорно-двигательного аппарата у истца присутствуют постоянные болевые ощущения.

Представитель ответчика ООО «Ямалмеханизация», извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, в отзыве на иск указал, что требования истца удовлетворению не подлежат. В соответствии с частью 1 статьи 184 Трудового кодекса Российской Федерации, при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника. Порядок расследования и учета профессиональных заболеваний регламентируется Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 г. № 967 «Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний». Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. Истцом к исковому заявлению приложены акт о случае профессионального заболевания №11 от 07.12.2017 (далее - акт №11) и акт о случае профессионального заболевания №12 от 07.12.2017(далее-акт№12). В пункте первом акта №11 указано, что данный акт составлен в отношении ФИО2, в то время как истцом выступает ФИО2, то есть, установить, что указанный акт составлен именно в отношении истца не представляется возможным, поскольку очевидны различия в отчестве лица, в отношении которого составлен акт, и лица, являющегося истцом. В пункте 17 акта №11 указано, что профессиональное заболевание возникло вследствие длительного воздействия вредных производственных факторов - повышенный уровень шума в течение профессиональной деятельности, причиной профессионального заболевания в пункте 18 акта №11 указано длительное воздействие на организм вредного производственного фактора -шума. Стаж работы по профессии машинист бульдозера на дату составления акта №11, как указано в пункте 8 акта №11, составлял 31 год 6 месяцев, из указанного времени, как утверждает истец в исковом заявлении, он работал в ООО «Ямалмеханизация» с 2011 года по 2017 год. В пункте 21 акта №11 указано, что лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, не усматриваются. В пункте 1 акта №12 указано, что данный акт составлен в отношении ФИО2, в то время как истцом выступает ФИО2. То есть, установить, что указанный акт составлен именно в отношении истца не представляется возможным, поскольку очевидны различия в отчестве лица, в отношении которого составлен акт, и лица, являющегося истцом. В пункте 17 акта №12 указано, что профессиональное заболевание возникло вследствие длительного воздействия вредных производственных факторов- повышенного уровня общей вибрации, а также несоответствие гигиеническим нормативам, тяжесть и напряженность труда в течение профессиональной деятельности. Согласно пункту 18 акта №12 причиной профзаболевания послужило длительное воздействие на организм вредного производственного фактора- общая вибрация, несоответствие гигиеническим нормативам тяжести и напряженности труда. При этом пунктом 9 акта №12 установлено, что трудовой стаж, связанный с воздействием повышенных уровней вибрации, тяжести и напряженности труда составляет 31 год 6 месяцев, из указанного времени, как утверждает истец в исковом заявлении, он работал в ООО «Ямалмеханизация» с 2011 года по 2017 год. В пункте 21 акта №11 указано, что лица, допустившие нарушения государственных санитарно- эпидемиологических правил и иных нормативных актов, не усматриваются. В то же время, если судом будет установлено, что истец получил профзаболевание, в том числе в период работы у ответчика, необходимо учитывать, что абзацем вторым пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. Согласно п. 2 ст. 1100 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страдании, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает степень вины ответчиков, а также степень воздействия вредных производственных факторов при работе у ответчика, степень физических и нравственных страданий истца, размер утраты профессиональной трудоспособности, а также те, обстоятельства, что причиной возникновения профессионального заболевания истца является не только работа у ответчика, но также и работа у иных работодателей во вредных условиях труда, поскольку в акте №11 и акте №12 указано, что профессиональное заболевание возникло вследствие длительного воздействия вредных производственных факторов в течение профессиональной деятельности, то есть, в течение 31 года 6 месяцев, из которых, как утверждает истец в исковом заявлении, он работал в ООО «Ямалмеханизация» только шесть лет. С учетом изложенного, ответчик полагает, что при вынесении решения необходимо принимать во внимание принцип разумности и справедливости, учитывая тот факт, что профзаболевание получено ответчиком вследствие длительного воздействия вредных производственных факторов в течение профессиональной деятельности.

Представитель привлеченного в качестве третьего лица Регионального отделения Фонда социального страхования РФ по Ямало-Ненецкому автономному округу, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, в заявлении в адрес суда просил рассмотреть дело в отсутствие своего представителя, указав, что в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» ФИО2 получает все причитающиеся выплаты. Возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профзаболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Выслушав явившихся лиц, свидетеля, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение старшего помощника прокурора Ульяновского района Ульяновской области Тульчанской Е.В., суд приходит к следующему.

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) определено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Из разъяснений пункта 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

В силу ст. 220 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ) в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Согласно ст. 21 ТК РФ работник имеет право на защиту своих трудовых прав, свобод и законных интересов всеми не запрещенными законом способами; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами; обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в размере и условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ч. 1 ст. 212 ТК РФ). Аналогичные положения содержались в ст. 139 Кодекса законов о труде Российской Федерации, действовавшего на момент причинения вреда здоровью истца.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно абзаца 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО2 в период с 03.04.2011 по 21.04.2011 работал в ООО «Ямалмеханизация».

В период с 09.06 по 23.06.2016 года ФИО2 находился на обследовании и лечении в профпатологическом отделении №2 ГУЗ «Ульяновский областной клинический медицинский центр оказания помощи лицам, пострадавшим от радиационного воздействия и профессиональной патологии».

Согласно Санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) № 07 от 12.09.2016 года, условия труда ФИО2 не соответствуют санитарно-гигиеническим требованиям по величине вредных производственных факторов: шум- согласно протоколу №651-Ш от 26.02.2010 г. фактическое 83 дБА при ПДУ 80 дБА, превышение на 3 дБ; общая вибрация- согласно протоколу №651-В от 26.02.2010 эквивалентный уровень виброскорости (общая вибрация) по оси Х-119 дБ при ПДУ 116 дБ, превышение на 3 дБ; по оси Y-119 дБ при ПДУ 116 дБ, превышение на 3 дБ; по оси Z-108 дБ при ПДУ 107 дБ, превышение на 1 дБ; напряженность трудового процесса- фактическая продолжительность рабочего дня составляет 10-12 часов, при допустимом 9 часов и не соответствует по гигиеническим нормативам по тяжести трудового процесса (до 50% времени смены, нахождение в неудобной и/или фиксированной позе; пребывание в вынужденной позе (на коленях, на корточках и т.п.) до 25% времени смены. Нахождение в позе стоя до 80% времени смены. Общая оценка условий труда ФИО2 по совокупности вредных производственных факторов характеризуется классом- 3.2. вредный (по показателям воздействия шума- класс 3.1. показателям общей вибрации- класс 3.1 показателям напряженности- класс 3.1., тяжести трудового процесса- класс 3.1.).

В период с 18.08 по 04.09.2017 года ФИО2 находился на обследовании и лечении в профпатологическом отделении №2 ГУЗ «Ульяновский областной клинический медицинский центр оказания помощи лицам, пострадавшим от радиационного воздействия и профессиональной патологии имени героя Российской Федерации Максимчука В.М.».

Врачебная комиссия №43 от 05.09.2017 года впервые установила диагнозы профессиональных заболеваний- хронической радикулопатии и нейросенсорной тугоухости. ФИО2 нетрудоспособен в профессии машиниста бульдозера; ему противопоказан труд в вынужденной рабочей позе, с вибрацией, физическими перегрузками, в контакте с переохлаждением, шумом, превышающем ПДУ. Рекомендовано диспансерное наблюдение профпатолога, невролога; показано санаторно-курортное лечение в санаториях для заболеваний нервной системы, заболеваний опорно-двигательного аппарата; назначено поддерживающее лечение (программа реабилитации: обезболивающие, витамины, хондропротекторы); ФИО2 нуждается в слуховом аппарате согласно заключению сурдолога.

Согласно Акту о случае профессионального заболевания № 11 от 07.12.2017 года заболевание ФИО2 (двусторонняя нейросенсорная тугоухость с умеренной степенью снижения слуха) является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия повышенного уровня шума. Наличие вины работника не установлено.

Согласно Акту о случае профессионального заболевания № 12 от 07.12.2017 года заболевание ФИО2 (хроническая радикулопатия пояснично-крестцового уровня с компрессией L5 корешка справа на фоне выраженных дегенеративно-дистрофических изменений позвоночника. Множественные протрузии м/п дисков L1-S1, стойкий выраженный болевой синдром) является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия на организм вредного производственного фактора- общая вибрация, не соответствие гигиеническим нормативам тяжести и напряженности труда. Наличие вины работника не установлено.

Согласно справке МСЭ-2011 № 0117581 Бюро № 1- филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Ульяновской области» ФИО2 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30% до 01.03.2019 в связи с профессиональным заболеванием от 05.09.2017 (Акт о профессиональном заболевании № 11 от 07.12.2017).

Согласно справке МСЭ-2011 № 0117582 Бюро № 1- филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Ульяновской области» ФИО2 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30% до 01.03.2019 в связи с профессиональным заболеванием от 05.09.2017 (Акт о профессиональном заболевании № 12 от 07.12.2017).

Рассматривая требования о компенсации морального вреда, суд исходит из того, что вред здоровью истца был причинен в период исполнения им трудовых обязанностей. Согласно Трудовому кодексу Российской Федерации работодатель обязан обеспечить безопасные условия труда работника и исключить причинение вреда здоровью.

На основании исследованных в судебном заседании доказательств установлено, что профессиональное заболевание возникло у истца в связи с работой в ООО «Ямалмеханизация» в условиях длительного воздействия вредных факторов, в связи с чем, требование истца о взыскании с работодателя компенсации морального вреда является правомерным.

Применительно к спорным правоотношениям основанием ответственности работодателя за вред, причиненный здоровью работника, является вина в необеспечении им безопасных условий труда. Обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда здоровью работника лежит на работодателе.

Доказательств, бесспорно подтверждающих отсутствие вины в причинении вреда здоровью истца, работодателем представлено не было. Напротив, исследованные в судебном заседании доказательства свидетельствуют о том, что безопасные условия труда работодателем обеспечены не были, поскольку установлено, что условия труда ФИО2 не соответствовали санитарно-гигиеническим требованиям по величине вредных производственных факторов: шум, общая вибрация.

Довод ответчика о том, что следует учесть продолжительность работы ФИО2 в ООО «Ямалмеханизация», который составляет 6 лет из 31 года 6 месяцев, в течении которых он подвергался воздействию вредных производственных факторов, суд отвергает в связи со следующим.

Профессиональные заболевания у ФИО2 были выявлены в период его работы именно у данного работодателя- ООО «Ямалмеханихзация».

До момента начала работы ФИО2 в ООО «Ямалмеханизация» он ежегодно проходил медицинские осмотры, был признан здоровым и годным к работе, никаких отклонений в здоровье ФИО2 установлено не было. Данные обстоятельства подтверждены данными медицинских осмотров 2002, 2003, 2005, 2007г.г., выпиской из амбулаторной карты.

Установлено, что условия труда ФИО2 в ООО «Ямалмеханизация» не соответствуют санитарно-гигиеническим требованиям по величине вредных производственных факторов: шум, общая вибрация. Данные факты установлены документально.

Таких данных в отношении других работодателей, у которых ФИО2 работал в аналогичной должности, не имеется.

Допрошенная в качестве свидетеля Б.Е.В.- заведующая отделением ГУЗ «УОКМЦ ОПЛПРВ и ПП им. Максимчука В.М.» пояснила, что ФИО2 был направлен в ГУЗ «УОКМЦ ОПЛПРВ и ПП им. Максимчука В.М.» профпатологом по месту жительства с подозрением на наличие профессионального заболевания. ГУЗ «УОКМЦ ОПЛПРВ и ПП им. Максимчука В.М.» рассматривает связь имеющегося заболевания с профессией либо отсутствие данной связи. В данном случае данная связь была установлена. На момент установления профессионального заболевания ФИО2 работал в ООО «Ямалмеханизация». Несмотря на то, что стаж работы ФИО2 в условиях воздействия опасных вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли бы вызвать профессиональное заболевание, составляет 31 год 6 месяцев и на протяжении всех этих лет он работал в одной и той же профессии, данных об условиях работы на предыдущих местах работы описать невозможно, т.к. таких данных нет. При этом в Санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника по последнему месту работы в ООО «Ямалмеханизация» хорошо описаны условия работы. Эти данные установлены Управлением Роспотребнадзора по ЯНАО, которое воспользовалось архивными данными 2010 года, когда была проведена аттестация рабочих мест и указано на несоответствие условий труда ФИО2 санитарно-гигиеническим требованиям по величине вредных производственных факторов. Ухудшения в состоянии здоровья ФИО2 наступили в период работы в ООО «Ямалмеханизация», данных о том, что ухудшения состояния здоровья имели место до момента начала его работы в ООО «Ямалмеханизация», не имеется. Согласно имеющимся данным о медицинских осмотрах начиная с 2002 года, он был здоров.

В связи изложенным, оснований определять компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию с ответчика с учетом времени работы истца в должности машиниста бульдозера у данного работодателя, не имеется.

Неправильное указание отчества ФИО2 в Актах о случае профессионального заболевания № 11 и № 12 от 07.12.2017 года: в графе 1 вместо «Рафагатович» указано «Рафгатович», суд считает опиской. Об этом свидетельствует тот факт, что в тех же актах в графе 18 отчество ФИО2 указано правильно, как «Рафагатович». Ответчиком не представлено данных о том, что данные акты относятся к иному лицо с данными фамилии, имени, отчества- ФИО2, которое бы состояло в трудовых отношениях с ООО «Ямалмеханизация»

Ввиду отсутствия в ТК РФ норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Согласно ст. 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суд учитывает, что истец испытывает физические и нравственные страдания в связи с возникновением профессионального заболевания, результатом которого явилась частичная утрата профессиональной трудоспособности. Необходимо также принять во внимание, что возникновение профессионального заболевания явилось следствием воздействия вредных производственных факторов и ненадлежащего обеспечения работодателями безопасных условий труда.

Кроме того, следует учесть, что ФИО2 установлено 30% утраты трудоспособности по двум заболеваниям, которые затрагивают два важных органа человека. В связи со значительным снижением слуха истец испытывает значительные неудобства в общении. Вследствие заболевания опорно-двигательного аппарата у истца присутствуют постоянные болевые ощущения.

С учетом изложенного, суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ООО «Ямалмеханизация» в пользу истца, в размере 350 000 руб.

В оставшейся части в иске ФИО2 надлежит отказать.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально удовлетворенным исковым требованиям.

С ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета госпошлина, от уплаты которой истец был освобожден в силу закона.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «Ямалмеханизация» о взыскании морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Ямалмеханизация» в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, 350 000 руб. 00 коп.

В оставшейся части в иске ФИО2 отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Ямалмеханизация» госпошлину в доход местного бюджета в сумме 300 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ульяновский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

СУДЬЯ: Э.Р. КАСЫМОВА

Решение принято в окончательной форме 23 июля 2018 года