Апелляционное постановление № 22-2129/2018 от 7 июня 2018 г. по делу № 22-2129/2018

Судья р/с Гарбар И.Ю. Дело № 22-2129/2018


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кемерово 8 июня 2018 года

Судья Кемеровского областного суда Шушакова С.Г.

с участием прокурора Яхонтовой Е.А.

осужденного ФИО1

адвоката Кутовой И.В.

при секретаре Сударевой Н.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного ФИО1 на приговор Ленинск-Кузнецкого районного суда Кемеровской области от 14 марта 2018 года, которым

ФИО1, <данные изъяты> судимый:

1) 29 октября 2014 года Беловским районным судом Кемеровской области по п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 3 годам лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года;

2) 30 сентября 2015 года Ленинск-Кузнецким районным судом Кемеровской области по п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года;

3) 31 марта 2017 года Ленинск-Кузнецким городским судом Кемеровской области по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы, по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 6 месяцам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 4 месяцам лишения свободы, по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы, в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний – к 3 годам лишения свободы. На основании ч. 4 ст. 74 УК РФ условное осуждение по приговору Беловского районного суда Кемеровской области 29 октября 2014 года и приговору Ленинск-Кузнецкого районного суда Кемеровской области от 30 сентября 2015 года отменено. В соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговорам Беловского районного суда Кемеровской области 29 октября 2014 года и Ленинск-Кузнецкого районного суда Кемеровской области от 30 сентября 2015 года и окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года 3 месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима,

осужден по п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору Ленинск-Кузнецкого городского суда Кемеровской области от 31 марта 2017 года назначено окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года 4 месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания исчислен с 14 марта 2018 года.

Произведен зачет в срок отбытия наказания времени содержания под стражей по приговору Ленинск-Кузнецкого городского суда Кемеровской области от 31 марта 2017 года с 22 июля 2016 года по 20 января 2017 года и с 31 марта 2017 года по 13 марта 2018 года, по приговору Беловского районного суда Кемеровской области от 29 октября 2014 года с 11 июля 2014 года по 28 октября 2014 года.

Приговором определена судьба вещественных доказательств.

Огласив содержание обжалуемого приговора и доводы апелляционной жалобы осужденного ФИО1, заслушав осужденного ФИО1 и защитника Кутову И.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Яхонтовой Е.А., возражавшей по доводам апелляционной жалобы и полагавшей необходимым постановление суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

приговором суда ФИО1 осужден за кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в иное хранилище, с причинением значительно ущерба гражданину.

Преступление совершено <данные изъяты> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 ставит вопрос об отмене приговора и передаче уголовного дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции. Указывает на то, что при рассмотрении уголовного дела он не признавал себя виновным в совершении кражи, однако суд неправильно оценил его показания. Ссылается на то, что суд не удовлетворил его ходатайство о повторном вызове и допросе свидетелей. Суд не учел, что его допрос на предварительном следствии производился с нарушением уголовно-процессуального закона. Обращает внимание, что он отказался от защитника в судебном заседании, так как не доверял ему.

В возражениях на апелляционную жалобу прокурор просит оставить ее без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1 поддержал доводы своей жалобы, дополнительно обратил внимание на то, что хищение автомобиля из гаража С. он совершил один, по своей инициативе и что суд необоснованно отказал ему в удовлетворении ходатайства о назначении стационарной <данные изъяты> экспертизы.

Рассмотрев материалы уголовного дела, проверив доводы, приведенные в апелляционной жалобе, а также возражения на нее, суд апелляционной инстанции считает необходимым приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Виновность ФИО1 в совершении кражи автомобиля, принадлежащего С., группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину, с незаконным проникновением в иное хранилище, установлена, подтверждается исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре доказательствами, которым судом дана надлежащая оценка.

Доводы ФИО1 о том, что хищение автомобиля из гаража С. он совершил один, по своей инициативе, изложенные в суде апелляционной инстанции, являются несостоятельными, противоречат фактическим обстоятельствам дела и опровергаются исследованными судом показаниями самого ФИО1 на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого, согласно которым К. предложила ему похитить автомобиль С. и продать его на запчасти. Он согласился. П. и В. о намерении совершить кражу ничего не говорили. Вчетвером поехали в <адрес>. Подъехав к дому С., он и К. пошли во двор дома, зашли в летнюю кухню, где потерпевший хранил ключ от гаража, однако ключ не нашли. Молотком, найденным в кухне, он ударил по замку и гараж открылся. Он и К. зашли в гараж, сели в автомобиль. Ключом, лежащим на панели в салоне автомобиля, он завел автомобиль и выехал на улицу, где подобрал П. и В. После чего все вчетвером уехали в <адрес>, где катались по городу, распивали спиртное, после чего он совершил ДТП и их задержали сотрудники полиции.

В ходе допроса в судебном заседании ФИО1 изменил свои показания и стал утверждать, что хищение автомобиля из гаража С. он совершил один, по своей инициативе, из-за неприязненных отношений к С., сговора на совершение кражи между ним и К. не было и что на предварительном следствии он дал признательные показания при допросе в качестве подозреваемого, так как сотрудником полиции на него оказывалось психологическое давление, однако суд обоснованно в приговоре дал им критическую оценку и привел убедительные мотивы в обоснование вывода о виновности ФИО1 в содеянном, которые объективно подтверждаются собранными по делу доказательствами, в том числе:

– показаниями потерпевшего С. об обстоятельствах произошедшего, из которых следует, что вечером ДД.ММ.ГГГГ он поставил автомобиль в гараж. На следующий день, утром, он обнаружил, что автомобиль угнали из гаража, замок валялся на земле. Автомобиль оценивает в 90 000 рублей, ущерб для него значительный;

– показаниями К., данными в ходе предварительного следствия, в качестве подозреваемой и обвиняемой, в отношении которой уголовное дело прекращено, в связи с примирением с потерпевшим, на основании ст. 76 УК РФ, согласно которым она предложила ФИО1 похитить автомобиль у С., продать его по запчастям, а деньги поделить между собой. Ранним утром ДД.ММ.ГГГГ она, ФИО1, П. и В. на такси приехали в <адрес>, где жил С. Она и ФИО1 пошли во двор дома, а П. и В. остались на улице. П. и В. о намерении совершить кражу ничего не говорили. Она знала, что С. хранит ключи от гаража в летней кухне, а ключи от автомобиля находятся в салоне. Они зашли в летнюю кухню, чтобы найти ключи от гаража, однако ключи не нашли. После чего ФИО1 чем-то сломал замок гаража и зашел в гараж. ФИО1 завел автомобиль ключом, найденным в салоне и выехал на улицу. Она села к нему в автомобиль. В автомобиль также сели П. и В. и они вчетвером уехали в <адрес>, где катались, распивали спиртное и были задержаны сотрудниками полиции;

– показаниями свидетеля П., из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ он распивал спиртное с ФИО1 К., после чего втроем поехали к Пионерскому парку, а затем за В. Забрав В., поехали в деревню, где ФИО1 и К. зашли в какой-то двор, а он остался с В. ФИО1 выехал на автомобиле из гаража потерпевшего. На автомобиле вчетвером поехали в город, где были задержаны сотрудниками полиции;

– показаниями свидетеля В., согласно которым ДД.ММ.ГГГГ за ним на такси заехали ФИО1, К. и П. и они поехали в какую-то деревню. Приехав в деревню, ФИО1, и К. куда-то ушли, а он остался с П. ФИО1 и К. приехали на автомобиле <данные изъяты>, на котором они уехали в город, где катались и распивали спиртное, после чего были задержаны сотрудниками полиции;

– показаниями свидетелей Ш. и Р. (сотрудников полиции), согласно которым последними было получено сообщение об угоне автомобиля <данные изъяты> из <адрес>. Данный автомобиль был замечен у завода ДД.ММ.ГГГГ Они стали преследовать автомобиль. Когда автомобиль остановился, из него выскочили трое парней и девушка, которых они задержали;

– показаниями свидетеля Л. (следователя, в производстве которой находилось настоящее уголовное дело), согласно которым она допрашивала ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого. Допросы производились в соответствии с требованиями УПК РФ, в присутствии защитника, без посторонних лиц. В ходе допросов ФИО1 давал признательные, последовательные показания. Никакого психологического и физического давления на ФИО1 не оказывалось. Протоколы допросов ФИО1 были прочитаны им и его защитником, каких-либо замечаний от них не поступало;

– протоколом очной ставки между ФИО1 и К., из которого следует, что ФИО1 подтвердил, что К. предложила ему совершить кражу автомобиля у С., поскольку у нее были к последнему неприязненные отношения, он согласился и оба совершили кражу, а К. полностью подтвердила показания ФИО1;

– протоколами осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ и другими письменными материалами.

Суд с достаточной полнотой исследовал собранные по делу доказательства и привел в приговоре убедительные мотивы в опровержение доводов осужденного ФИО1 о том, что хищение автомобиля из гаража С. он совершил один, по своей инициативе, из-за неприязненных отношений к С., сговора на совершение кражи между ним и К. не было и что на предварительном следствии он дал признательные показания при допросе в качестве подозреваемого, так как сотрудником полиции на него оказывалось психологическое давление, дав надлежащую оценку показаниям осужденного, лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, потерпевшего, свидетелей.

Не согласиться с выводами суда, у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Признавая достоверность сведений, сообщенных лицом, в отношении которого уголовное дело прекращено, потерпевшим, свидетелями, суд правильно исходил из того, что их допросы проводились с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, а показания согласовывались с достаточной совокупностью других доказательств по делу и подтверждались реально произошедшими событиями.

Противоречий в показаниях лица, в отношении которого производство по уголовному делу прекращено, потерпевшего, свидетелей по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, и которые повлияли, или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности осужденного ФИО1 по п. п. «а», «б», «в» ч. 2 ст.158 УК РФ, на правильность применения уголовного закона, суд не усмотрел. Считать эту оценку неверной у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Доводы осужденного о том, что его допрос на предварительном следствии производился с нарушением уголовно-процессуального закона являются несостоятельными, поскольку как усматривается из протоколов допросов, а также протокола очной ставки с участием ФИО1, данные следственные действия были проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с участием защитника, правильность отраженных в них сведений удостоверена подписями участвующих лиц, в том числе осужденного и его защитника, заявлений и сведений о нарушении его прав в них не содержится.

Вопреки доводам жалобы, как следует из протоколов судебного заседания, ходатайство о повторном вызове и допросе свидетелей осужденным не заявлялось.

Отказ осужденного от защитника Ч. в судебном заседании, не свидетельствует о нарушении права последнего на защиту.

Как усматривается из материалов уголовного дела, адвокат Ч. участвовала во всех следственных и иных процессуальных действиях, в которых обязательно участие защитника, позиции обвиняемого и его защитника по всем вопросам, возникающим в ходе судебного разбирательства, были совпадающими. На стадии предварительного расследования и в ходе судебного производства ФИО1 претензий по поводу ненадлежащего осуществления адвокатом Ч. своих процессуальных обязанностей не заявлял, в связи с чем, суд апелляционной инстанции считает, что адвокатом Ч. были предприняты все меры по защите ФИО1, защита ею своего доверителя велась профессионально и грамотно. Более того, в виду отказа осужденного от защитника Ч., последнему судом был назначен защитник М., что свидетельствует о том, что суд обеспечил осужденному реализацию права на защиту, гарантированного последнему Конституцией РФ.

Вопреки доводам осужденного, последнему судом обоснованно было отказано в удовлетворении ходатайства о назначении <данные изъяты> экспертизы, поскольку оснований для ее проведения у суда не имелось.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что органами следствия при производстве предварительного расследования и судом при рассмотрении дела в судебном заседании каких-либо нарушений закона, влекущих отмену судебного решения или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, допущено не было, дело расследовано и рассмотрено всесторонне, полно и объективно.

Действия осужденного правильно квалифицированы по п. п. «а», «б», «в» ч. 2 ст.158 УК РФ.

Оснований для переквалификации действий осужденного не имеется.

При назначении наказания, суд в соответствие с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, данные о его личности, обстоятельства, смягчающие наказание, а также отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденного, судом учтено: признание вины, раскаяние в содеянном на предварительном следствии, состояние здоровья, <данные изъяты> мнение потерпевшего, не настаивающего на строгом наказании, а также то обстоятельство, что он не являлся инициатором совершения преступления. Иных обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, судом не установлено.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, конкретных обстоятельства дела, суд пришел к обоснованному выводу о том, что исправление ФИО1 возможно только в местах лишения свободы, назначив ему наказание в виде реального лишения свободы, посчитав, что данное наказание будет отвечать закрепленным в УК РФ целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Оснований для применения ст. ст. 15, 64, 73 УК РФ суд не установил, свои выводы мотивировал.

Окончательное наказание ФИО1 назначено с учетом требований ч. 5 ст. 69 УК РФ.

Назначенное осужденному наказание соответствует санкции статьи, по своему виду и размеру является справедливым.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Ленинск-Кузнецкого районного суда Кемеровской области от 14 марта 2018 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Судья С.Г. Шушакова