Апелляционное определение № 33АП-1398/2026 от 21 апреля 2026 г.

28RS0004-01-2025-012190-09

Дело № 33АП-1398/2026 Судья первой инстанции

Докладчик Грибова Н.А. Данилов Е.А


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 апреля 2026 года г. Благовещенск

Судебная коллегия по гражданским делам Амурского областного суда в составе:

председательствующего судьи Щеголевой М.Э.,

судей коллегии Грибовой Н.А., Шульга И.В.,

при секретарях Моисеенко Е.А., Перепелициной Л.Е..

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о защите чести и достоинства, взыскании компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе представителя истца ФИО3 на решение Благовещенского городского суда Амурской области от 17 ноября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Грибовой Н.А., выслушав пояснения истца ФИО1, ее представителя ФИО3, ответчика ФИО2, его представителя адвоката Бронникова И.Д., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском, указав, что 20 марта 2025 года, являясь постоянным читателем Telegram-канала «Благовещенск №1» (@amurblg1), аудитория которого составляет более 40 000 пользователей, ознакомилась в публикацией о нападении бродячих собак в районе ул. Игнатьевское шоссе 10/2, с приложением видеозаписи выразила мнение в комментарии, что собаки на видео не проявляют агрессии, однако в ответ в адресный чат Telegram-канала поступило голосовое сообщение от пользователя «Труш Сергей», которое содержало высказывания в адрес истца в крайне оскорбительной и унизительной форме.

Оскорбления в данном голосовом сообщении адресованы истцу публично, в сообществе, участниками которого являются коллеги истца, знакомые – активные пользователи мессенджера Telegram и читатели канала «Благовещенск №1», что повлекло для истца острое эмоциональное переживание, депрессию, испытание унижения, стыда, тревоги. Высказывания ответчика нанесли ущерб чести и достоинству истца.

С учетом уточнений предмета иска, истец просила суд

обязать ответчика опубликовать в письменной форме публичное опровержение распространенных им в адрес истца оскорбительных высказываний и сведений, порочащих ее честь, достоинство и деловую репутацию, в следующей редакции: «Я, ФИО2, публично опровергаю ранее опубликованные мной сведения и оскорбительные высказывания в адрес ФИО1, размещенные 20 марта 2025 года в Telegram-канале «Благовещенск №1» (@amurblg1), признаю их недостоверными, вымышленными и направленными на умаление ее чести, достоинства и деловой репутации»;

опубликовать указанные опровержения посредством размещения текста в Telegram-канале «Благовещенск №1», либо иным способом, аналогичным способу распространения сведений, содержащих оскорбления;

взыскать с ФИО2 в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 70 000 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 рублей, по оплате госпошлины в размере 4 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 участия не принимала, обеспечив явку представителя ФИО3, который настаивал на удовлетворении требований по основаниям, приведенным в иске.

Представитель ответчика адвокат Бронников И.Д. просил в иске отказать, указав, что пользовательское соглашение «Telegram» и политика конфиденциальности «Telegram» мессенджер «Telegram» позиционируют как предоставляющий площадку для общения информационный посредник, не имеющий цели идентификации лица, использующего тот или иной никнейм. При регистрации личность будущего пользователя не устанавливается, какие-либо идентифицирующие документы не запрашиваются. При этом телефонные номера играют роль уникальных идентификаторов, выбранные пользователем имя профиля, фотографии профиля и имя пользователя всегда доступны другим пользователям Telegram. Поскольку отображаемое имя не обязательно должно совпадать с настоящим именем пользователя, оспаривал принадлежность аккаунта с установочными данными «Сергей Труш» ответчику, обратив внимание, что доказательств распространения порочащих сведений об истце в деле не имеется, фиксация факта распространения порочащих сведений нотариальным осмотром Интернет-страницы или заключением специалиста по исследованию цифровой информации не обеспечена.

Решением суда в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО3, оспаривая решение суда, просит его отменить. Приводит доводы о несоответствии выводов суда обстоятельствам по делу, о неверной оценке представленных в дело доказательств. Обращает внимание, что при даче объяснений сотрудникам полиции ответчик признавал факт высказывания оскорблений в адрес истца в ходе общения в Telegram-канале, полагает, что истцом доказана принадлежность спорного голосового сообщения пользователю «Труш Сергей», которым является ответчик и который в сообщении, адресованном истцу, использовал нецензурные выражения, допускал сравнение истца с животными, приписывал умственную неполноценность и др., т.е. допускал публичное оскорбление, что привело к подрыву деловой репутации истца и общественного мнения. Настаивает на том, что в профиле истца имелась ее фотография, позволяющая идентифицировать истца как реального владельца профиля. Указывает, что судом необоснованно не приняты во внимание показания свидетеля Ф.И.О.12, подтверждающие вину ответчика.

В письменных возражениях ответчик ФИО2 полагал, что основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

В суде апелляционной инстанции истец ФИО1, ее представитель ФИО3 настаивали на отмене решения суда по доводам апелляционной жалобы.

Ответчик ФИО2, его представитель адвокат Бронников И.Д. полагали решение суда законным и обоснованным, просили в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Иные участвующие в деле лица в суд апелляционной инстанции не явились, извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы направлены в их адрес заблаговременно по адресам места нахождения и места жительства. В соответствии со ст.167 ГПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием к рассмотрению дела.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы и дополнений к ней по правилам ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, принимая во внимание существо письменных возражений, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, в мессенджере Telegram создан канал «Благовещенск №1», участником которого является истец с именем пользователя «Марина Марина», в профиле размещена фотография, принадлежащая истцу.

Из оснований иска следует, что 20 марта 2025 года в указанном Telegram-канале была опубликована информация с видеозаписью о нападении бродячих собак. Ознакомившись с видеоматериалом, истец выразила мнение, что собаки на видео не проявляют агрессии. В ответ на сообщение истца в адресный чат Telegram-канала поступило голосовое сообщение от пользователя «Труш Сергей», содержащее высказывания в адрес истца в оскорбительной и унизительной форме.

По данному факту на основании заявления истца 02 июня 2025 года МО МВД «Благовещенский» вынесено постановление о возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО2 по признакам административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 5.61 КоАП РФ.

Указывая о публичном оскорблении истца ответчиком, причинении последним ущерба чести и достоинству истца, причинении в связи с этим морального вреда, выразившегося в нравственных страданиях, ФИО1 обратилась с настоящим иском в суд.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции руководствовался нормами ст. ст. 150, 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывал разъяснения в п. 7, 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести, достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», исходил из отсутствия доказательств распространения ответчиком сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию истца, счел недоказанным непосредственное отношение спорных сведений и их адресность истцу ФИО1, пришел к выводу об отказе в иске в части требований о возложения на ответчика обязанности опубликовать публичное опровержение распространенных сведений.

Применив нормы ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений в п.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суд отказал в требованиях о взыскании компенсации морального вреда, указав, что истцом не представлено доказательств нарушения ответчиком ее личных неимущественных прав.

Судебная коллегия не может в полной мере согласиться с вышеприведенными выводами суда первой инстанции.

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 ГК РФ).

Абзац десятый статьи 12 ГК РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть первая статьи 151 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями в абз.3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 « О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 2 постановления от 15 ноября 2022 года № 33).

Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что нематериальными благами являются в том числе, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, а также иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона.

Как следует из предмета иска, истцом заявлено к ответчику два требования, одно из которых о взыскании компенсации морального вреда, обоснованное оскорбительным содержанием голосового сообщения ответчика, размещенного под постом истца, соответственно адресованного истцу.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции, положенными в основу отказа в данной части иска со ссылкой на отсутствие в деле доказательств нарушения ответчиком личных неимущественных прав истца.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз.6 п. 9 постановления от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести, достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», на ответчика, допустившего высказывание в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статьи 150, 151 ГК РФ).

Оскорбления, совершенные путем направления СМС-сообщений либо личных сообщений, в том числе голосовых, в мессенджерах или социальных сетях, подлежат квалификации по части 1 статьи 5.61 КоАП РФ (пункт 48 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 июня 2021 года).

Таким образом, действующее законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда. Указанный способ защиты нарушенного права является самостоятельным, и его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты.

Соответствующие разъяснения оставлены судом первой инстанции без внимания. При этом, в нарушение статей 56, 57, 67 ГПК РФ суд не дал надлежащей правовой оценки приводимым доводам ФИО1 в качестве оснований для взыскания компенсации морального вреда, в частности о том, что содержащиеся в голосовом сообщении сведения носят оскорбительный характер, унижая доброе имя, честь и достоинство истца, что повлекло нарушение эмоционально-психологического состояния истца, выразившегося в переживаниях, испытании стыда по данному поводу, депрессии.

В подтверждение данных доводов сторона истца представила в дело голосовое сообщение, содержащее лексику с использованием нецензурной брани, что подтверждено соответствующим файлом на флэш-накопителе, переписку, фиксирующую последовательность направления текстовых и голосовых сообщений пользователем «Труш Сергей» в ответ на сообщения пользователя «Марина Марина», т.е. истца.

В распоряжении суда первой инстанции имелись также материалами дела об административном правонарушении, содержащем объяснения ответчика о принадлежности ему абонентского номера телефона и имени пользователя «Труш Сергей», с которого направлено оспариваемое истцом голосовое сообщение.

Суд первой инстанции приходя к выводу о недоказанности истцом факта распространения ответчиком сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, а также о том, что рассматриваемые сведения не имеют отношение к истцу и ему не адресованы, формально освободил ответчика от доказывания отсутствия своей вины в причинении ФИО1 морального вреда.

Судебная коллегия, восполняя пробелы процессуальной деятельности суда первой инстанции в соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ, а также разъяснениями в п.43постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», распределив бремя доказывания, проанализировав представленные в дело доказательства, в том числе новые, приходит к выводу об обоснованности требований истца в части взыскания компенсации морального вреда.

Как видно из материалов дела и не оспаривалось сторонами, в мессенджере Telegram создан канал «Благовещенск №1», участником которого является ФИО1 с именем пользователя «Марина Марина» при использовании телефона с абонентским номером <номер>.

Из заявления ФИО1 в МО МВД «Благовещенский» от 21 марта 2025 года, следует, что 20 марта 2025 года в 13 часов 10 минут посредством сети «Интернет» в мессенджере Telegram в комментариях под записью новостного канала «Благовещенск №1» ФИО2 высказал в адрес ФИО1 оскорбления.

Из объяснений ФИО2 от 05 мая 2025 года следует, что он имеет абонентский номер, который привязан к аккаунту Telegram, 20 марта 2025 года около 13 часов в мессенджере Telegram в комментариях под постом от 20 марта 2025 года о том, что собаки напали на женщину, оставлял комментарии, предъявленные на скриншотах. В ходе общения с другими участниками канала «Благовещенск №1», вступил в спор с одним из пользователей, личность которого им не идентифицирована, допустив эмоциональные высказывания в крайней степени возмущения от ответа на его комментарий, задач оскорбления не ставил, это была реакция на поведение пользователя.

Согласно сведениям скриншота-переписки между пользователями «Марина Марина» и «Сергей Труш» на л.д. 20-24 ( материала), в период с 13.14 минут по 13.18 минут имеется голосовое сообщение длительностью 49 секунд в 13 часов 18 минут, размещенное пользователем «Сергей Труш» под постом пользователя «Марина Марина», которое при воспроизведении, зафиксированном на СД-диске, в приложении к административному материалу, аналогично приобщенному к материалам дела на флеш-накопителе, содержит голосовое сообщение, относящееся к предмету спора, адресовано пользователю «Марина Марина», каковым является истец.

В соответствии с ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Лицо, представляющее аудиозаписи на электронном или ином носителе либо ходатайствующее об их истребовании, обязано указать, когда, кем и в каких условиях осуществлялись записи (ст. 77 ГПК РФ).

Таким образом, аудиозаписи отнесены ГПК РФ к самостоятельным средствам доказывания.

Судом апелляционной инстанции предложено стороне истца дополнительно представить нотариально заверенную копию указанного голосового сообщения (аудиозаписи), однако, согласно пояснениям Куколь А.С. данное сообщение из переписки пользователем удалено.

При изложенных обстоятельствах переписка, представленная в материалы дела истцом, является допустимым и надлежащим доказательством, подтверждающим обстоятельства, на которые ссылался истец в основание требований в исковом заявлении.

Повода не доверять представленным истцом скриншотам переписки, содержащим спорное голосовое сообщение, отправленное пользователем «Сергей Труш» и адресованное непосредственно пользователю «Марина Марина», каковым является истец, у суда первой инстанции не имелось.

Данные доказательства не входят в противоречие с иными имеющимися в деле доказательствами, принятыми судом, при том, что с заявлением о подложности представленных истцом доказательств в порядке, установленном ст. 186 ГПК РФ, ответчик не обращался, и соответствующие доказательства не предоставлял.

Проанализировав представленные в дело доказательства в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, признавая их относимости к делу и достаточность для рассмотрения спора по существу, судебная коллегия приходит к выводу о том, что высказывание пользователя «Сергей Труш» и его направление посредством голосового сообщения в адрес истца под его постом осуществлено именно ответчиком. Доказательств обратного в деле не имеется.

Поскольку данное голосовое сообщение выражено в оскорбительной форме, выходящей за пределы осуществления ответчиком права на свободу выражения своих мнений и убеждений, а избранная для этого форма была явно несоразмерна целям и пределам осуществления ответчиком указанных прав, судебная коллегия полагает, что материалами дела объективно подтвержден факт нарушения ответчиком неимущественных благ истца, обладающего правом на доброе имя, достоинство личности и на защиту от оскорблений.

Согласно разъяснениям в п.14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33« О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека, в числе которых чувства унижения, беспомощности, разочарования, переживания в связи с временным ограничением или лишением каких-либо прав.

В силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинения потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (абз. 1 п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца с ответчика, судебная коллегия учитывает вышеприведенные нормы материального права, регламентирующие порядок определения размера компенсации морального вреда, разъяснения по их применению, принимая во внимание конкретные обстоятельства, при которых причинен вред, грубый и оскорбительный характер допущенных ответчиком высказываний в адрес истца в контексте переписки, последствия от данных высказываний, отразившиеся на эмоционально-психологическом здоровье истца, объем данных страданий, приходит к выводу о взыскании в пользу истца с ответчика денежной компенсации морального вреда в размере 5000 рублей.

По мнению судебной коллегии, данный размер отвечает требованиям разумности и справедливости, способен обеспечить баланс интересов сторон, является адекватным и реальным, соразмерным последствиям нарушения неимущественных благ истца в результате противоправных действий ответчика. Кроме того, данный размер компенсации согласуется с признаком справедливого вознаграждения истцу за нравственные страдания.

На размер компенсации морального вреда не может повлиять публичный характер распространения данной информации в Telegram канале «Благовещенск №1», на чем настаивает в апелляционной жалобе истец.

В этой связи судебная коллегия учитывает, что спорные высказывания не носят публичный характер, поскольку как обоснованно отмечено судом первой инстанции, каких-либо персональных данных истца, с помощью которых ее можно определить (идентифицировать) в тексте переписки другим пользователям, не имеется.

Указанное в тексте переписки имя пользователя «Марина Марина» не подпадает под определение персональных данных в смысле п. 1 ст. 3 Федерального закона от 27 июля 2006 года №152-ФЗ «О персональных данных» и другими пользователями бесспорно не могло быть индивидуализировано.

Показания свидетеля ФИО4 о том, что истец, позиционируя себя как пользователь «Марина Марина», размещенной фотографией она могла быть идентифицирована участниками данного Telegram-канала как ФИО1, являются субъективным мнением свидетеля о спорной ситуации, вследствие чего не могли быть положены в основу выводов суда по существу спора.

В соответствии с п. 1 ст. 152 ГК РФ, гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство и деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

Согласно п. 5 ст. 152 ГК РФ, гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.

В силу ст. 152 ГК РФ, исковые требования о защите деловой репутации могут быть удовлетворены при одновременном наличии следующих условий: факта распространения иным лицам в отношении истца сведений; такие сведения должны быть не соответствующими действительности; сведения должны быть порочащими деловую репутацию истца. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Согласно правовой позиции в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 ГК РФ значение для дела, являются факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Порочащими являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Как указано в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

В рассматриваемом случае, судебной коллегией не установлена совокупность обстоятельств, имеющими в силу ст. 152 ГК РФ юридическое значение для дела, а именно не подтверждены факт распространения ответчиком несоответствующих действительности либо оскорбительных высказываний об истце, их несоответствие действительности.

Из дела следует, что спорные высказывания ответчика являются по своей правовой природе оскорблением истца, вследствие чего они не могли быть проверены судом на предмет их соответствия действительности.

Факт распространения ответчиком несоответствующих действительности либо оскорбительных высказываний именно об истце материалами дела также не подтвержден.

При изложенных обстоятельствах, основания для применения правовых механизмов, предусмотренных ст. 152 ГК РФ, в рассматриваемом случае не установлено. Таким образом, судом правомерно отказано истцу в требованиях о возложении на ответчика обязанности по опубликованию в письменной форме публичных опровержений в Telegram-канале «Благовещенск №1», либо иным способом, аналогичным способу распространения сведений, содержащих оскорбления.

Поскольку выводы суда первой инстанции в части отказа истцу в удовлетворении иска о взыскании компенсации морального вреда не соответствуют обстоятельствам дела, при их рассмотрении судом допущено неправильное применение норм материального и нарушение норм процессуального закона, судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения суда в данной части по основаниям п.3,4 ч.1 ст. 330 ГПК РФ, с принятием нового решения о частичном удовлетворении этих требований. В остальной части решение суда, являясь обоснованным, отмене либо изменению по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

Руководствуясь ст.ст.328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А :

решение Благовещенского городского суда Амурской области от 17 ноября 2025 года отменить в части отказа в удовлетворении требований о компенсации морального вреда.

Принять в указанной части новое решение.

Взыскать с ФИО2 (паспорт <номер>) в пользу ФИО1 (паспорт <номер>) компенсацию морального вреда в размере 5 000 (пять тысяч) рублей, отказав в удовлетворении данной части иска в большем размере.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу истца ФИО1 – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий:

Судьи коллегии:

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 30 апреля 2026 года.