Апелляционное определение № 33-17337/2025 от 8 декабря 2025 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-17337/2025 Судья: Заведеева И.Л.

УИД 78RS0004-01-2023-000532-42


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 9 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

Председательствующего Луковицкой Т.А.

судей Игумновой Е.Ю., Бородулиной Т.С.

с участием прокуроров Барсуковой Е.Н., ФИО1

при помощнике судьи Гаджиевой Н.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-13/2024 по иску заместителя прокурора Санкт-Петербурга в защиту интересов субъекта Российской Федерации-города федерального значения Санкт-Петербурга в лице Комитета имущественных отношений Санкт-Петербурга и в защиту неопределенного круга лиц к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о применении последствий недействительности ничтожных сделок, прекращении права собственности, обязании снять с кадастрового учета земельный участок, сохранении права на земельный участок, обязании принять меры по формированию и постановке на кадастровый учет вновь сформированного земельного участка, возврате в неразграниченную государственную собственность земельного участка по апелляционной жалобе ФИО3, ФИО4 на решение Зеленогорского районного суда Санкт-Петербурга от 24 декабря 2024 года.

Заслушав доклад судьи Луковицкой Т.А., объяснения явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

Заместитель прокурора Санкт-Петербурга обратился в Зеленогорский районный суд Санкт-Петербурга и иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4, в котором после уточнения требований в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) просил применить последствия недействительности ничтожных сделок:

- соглашения о перераспределении земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной собственности, и земельных участков, находящихся в частной собственности от 02.06.2020 № СП-27/2020, заключенного между Комитетом имущественных отношений Санкт-Петербурга и ФИО2, в части включения земельного участка площадью 1 600 кв.м в состав образуемого земельного участка с кадастровым номером <...>;

- договора дарения, заключенного 27.04.2022 между ФИО2 и ФИО3, в части дарения земельного участка с кадастровым номером <...> площадью 11 002 кв.м, расположенного по адресу: <...>;

- договора дарения, заключенного 17.08.2023 между ФИО3 и ФИО5 И.Б.Б., в части дарения земельного участка с кадастровым номером <...>, площадью 11 002 кв.м, расположенного по адресу: <...>;

- прекратить право собственности Белоцерковского И.Б.Б. на земельный участок площадью 11 002 кв.м, расположенный по адресу: <...> с кадастровым номером <...>;

- обязать Белоцерковского И.Б.Б. в лице его законного представителя снять с кадастрового учета земельный участок площадью 11 002 кв.м, расположенный по адресу: <...> с кадастровым номером <...>;

- сохранить за ФИО2 земельный участок площадью 8 628 кв.м, а также перешедшую в результате перераспределения часть земельного участка № <...> площадью 774 кв.м, принадлежащего ранее ФИО6;

- обязать ответчика принять меры по формированию и постановке на кадастровый учет вновь сформированного земельного участка площадью 9 402 кв.м;

- возвратить в неразграниченную государственную собственность земельный участок площадью 1 600 кв.м (т. 3 л.д. 119-124).

В обоснование заявленных требований указал, что в ходе проверки исполнения федерального законодательства при передаче земельного участка из государственной (муниципальной) собственности в собственность ответчиков установлено незаконное приобретение прав на государственную землю, которая неоднократно объединялась и преобразовывалась.

Так, в ходе проверки установлено, что в соответствии со схемой расположения земельного участка, утвержденной распоряжением Комитета имущественных отношений Санкт-Петербурга (далее - КИО Санкт-Петербурга) от 06.03.2020 № 525-РЗК границы земельного участка с кадастровым номером <...> образованы из земельных участков с кадастровыми номерами <...> и земель общего пользования (государственных земель) от Б до В (600 м), от Д до Е (1 000 кв.м), что в совокупности составляет 1 600 кв.м.

Вместе с тем, по мнению истца, указанные земельные участки площадью 1 000 кв.м и 600 кв.м не являются самостоятельными земельными участками и могли быть сформированы в размере не менее 1 200 кв.м как отдельные земельные участки за счет свободных земель общего пользования.

B связи противоречием соглашения о перераспределении земель пп. 3 п. 1 ст. 39.28, п. 1 ст. 11 Земельного кодекса Российской Федерации (далее - ЗК РФ) на основании протеста, принесенного прокурором Санкт-Петербурга, распоряжение КИО Санкт-Петербурга от 06.03.2020 № 525-РЗК «О перераспределении земель, находящихся в государственной собственности и земельного участка, находящегося в частной собственности» отменено распоряжением КИО Санкт-Петербурга от 23.08.2024 № 190-Р.

ФИО2 27 апреля 2022 года подарила земельный участок с кадастровым номером <...> своему сыну ФИО3, который в последующем 17 августа 2023 года передал указанный земельный участок в собственность на основании договора дарения Белоцерковскому И.Б.Б.

Истец полагал, что согласно ст. 167, ч. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК PФ) сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, в связи с чем все последующие сделки также ничтожны.

Поскольку требования земельного законодательства при перераспределении земельных участков были нарушены, то соглашение нельзя признать законным, в связи с чем оно является ничтожной сделкой.

Таким образом, части земельного участка с кадастровым номером <...> в размере 600 кв.м и 1 000 кв.м подлежат возврату в собственность субъекта Российской федерации - города федерального значения Санкт-Петербурга в лице КИО Санкт-Петербурга.

Решением Зеленогорского районного суда Санкт-Петербурга от 24 декабря 2024 года исковые требования заместителя прокурора Санкт-Петербурга удовлетворены. Суд постановил: применить последствия недействительности ничтожных сделок: соглашения о перераспределении земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной собственности, и земельных участков, находящихся в частной собственности от 02.06.2020 № СП-27/2020, заключенного между Комитетом имущественных отношений Санкт-Петербурга и ФИО2 в части включения земельного участка площадью 1 600 кв.м в состав образуемого земельного участка с кадастровым номером <...>; договора дарения, заключенного 27.04.2022 между ФИО2 и ФИО3 в части дарения земельного участка с кадастровым номером <...> площадью 11 002 кв.м, расположенного по адресу: <...>; договора дарения, заключенного 17.08.2023 между ФИО3 и ФИО5 И.Б.Б. в части дарения земельного участка с кадастровым номером <...>, площадью 11 002 кв.м, расположенного по адресу: <...>. Прекратить право собственности Белоцерковского И.Б.Б. на земельный участок площадью 11 002 кв.м, расположенный по адресу: <...> с кадастровым номером <...>. Обязать Белоцерковского И.Б.Б. в лице его законного представителя снять с кадастрового учета земельный участок площадью 11 002 кв.м, расположенный по адресу: <...> с кадастровым номером <...>. Сохранить за ФИО2 земельный участок площадью 8 628 кв.м, а также перешедшую в результате перераспределения часть земельного участка № <...> площадью 774 кв.м, принадлежащего ранее ФИО6 Обязать ответчика принять меры по формированию и постановке на кадастровый учет вновь сформированного земельного участка площадью 9 402 кв.м. Возвратить в неразграниченную государственную собственность земельный участок площадью 1 600 кв.м. Взыскать с Комитета имущественных отношений Санкт-Петербурга в пользу ФИО2 денежные средства в размере 7 308 980 рублей.

ФИО3, ФИО5 И.Б.Б. в апелляционной жалобе просят решение суда отменить как незаконное, принять по делу новое решение, ссылаясь на то, что вывод суда о неприменении срока исковой давности основан на неправильном применении и толковании норма материального права. Указывает, что вывод суда о ничтожности соглашения от 02.06.2020 как заключенного с нарушением требований земельного законодательства не соответствует обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам, обращая внимание на то, что суд уклонился от оценки доводов допрошенного в судебном заседании специалиста ФИО7, а также представленного ответчиками заключения специалиста. Полагает, что решение суда о сохранении за ФИО2 земельного участка площадью 9 402 кв.м без ее волеизъявления на его принятие в собственность противоречит принципу диспозитивности, поскольку указанное лицо распорядилась земельным участком путем дарения сыну. Ссылается на то, что нарушение принципа диспозитивности создало правовую неопределенность в отношении жилых домов, находящихся на земельных участках, поскольку договоры дарения данных домов не оспариваются, и их собственником в настоящее время является несовершеннолетний ФИО5 И.Б.Б.

Частью 1 ст. 327 ГПК РФ предусмотрено, что суд апелляционной инстанции извещает лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения жалобы, представления в апелляционном порядке.

Истец, извещенный о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, направил в суд своего представителя, действующего на основании удостоверения.

Ответчик ФИО2, извещенный о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явился. Интересы указанного ответчика представлял адвокат, назначенный судом в порядке ст. 50 ГПК РФ – ФИО8

Ответчики ФИО9, ФИО5 И.Б.Б., извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явились.

Третье лицо ФИО10, извещенное о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явилось, воспользовалось правом, предусмотренным ст. 48 ГПК РФ, на ведение дела через представителя.

Иные третьи лица, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явились.

С учётом требований ч. 2.1 ст. 113 ГПК РФ сведения о времени и месте проведения судебного заседания размещены в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на официальном сайте Санкт-Петербургского городского суда.

На основании изложенного, руководствуясь положениями ч. 3 ст. 167, ст. 327 ГПК РФ, судебная коллегия определила рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие не явившихся лиц.

Согласно выписки из протокола распределения судебных дел в автоматизированном режиме посредством ПС ГАС «Правосудие» «Модуль распределения дел» от 15.07.2024 дело распределено судье-докладчику Луковицкой Т.А. В судебном заседании 2 сентября 2025 года дело рассматривалось в составе председательствующего судьи Луковицкой Т.А., судей Игумновой Е.Ю. и Бородулиной Т.С. На основании п. 2 ч. 5 ст. 14 ГПК РФ в судебном заседании 29 октября 2025 года произведена замена судьи Бородулиной Т.С. на судью Савельеву Т.Ю. В судебном заседании 09 декабря 2025 года на основании п. 2 ч. 5 ст. 14 ГПК РФ произведена замена судьи Савельевой Т.Ю. на судью Бородулину Т.С. Дело доложено и рассмотрено с самого начала в составе председательствующего судьи Луковицкой Т.А., судей Игумнова Е.Ю. и Бородулиной Т.С.

Ознакомившись с материалами дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, что на основании заявления ФИО2 6 марта 2020 года КИО Санкт-Петербурга издано распоряжение № 525-РЗК об осуществлении в соответствии со схемой расположения земельного участка на кадастровом плане территории перераспределения земель, находящихся в государственной собственности, и земельного участка с кадастровым номером <...>, площадью 8 628 кв.м по адресу: <...>, и образования земельного участка площадью 10 228 кв.м по адресу: <...> (местоположение: <...>), добавлено 1 000 кв.м с восточной стороны и 600 кв.м с западной стороны. Вновь образованному земельному участку присвоен кадастровый номер <...> (т. 1 л.д. 120-122).

В последующем на основании заявлений ФИО6 (собственника земельного участка с кадастровым номером <...> по адресу: <...>, смежный с земельным участком с кадастровым номером <...>) и ФИО2 от 5 марта 2021 года КИО Санкт-Петербурга 9 апреля 2021 года издано распоряжение № 585-РЗК об утверждении схемы расположения указанных земельных участков на кадастровом плане территории (т. 1 л.д. 123-127). В результате образован земельный участок <...>, расположенный по адресу: <...>, с кадастровым номером <...>, площадью 11 002 кв.м; в последующем ФИО2 и ФИО3 приобрели права на данный земельный участок.

Согласно сведениям региональной геоинформационной системы Санкт-Петербурга земельный участок с кадастровым номером <...> (ранее земельный участок с кадастровыми номерами <...>) в соответствии с Правилами землепользования и застройки Санкт-Петербурга, утвержденными постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 21.06.2016 № 524 (далее – Правила) расположен в территориальной зоне Т1Ж2-2 (зоне индивидуального жилищного строительства), в которой максимальная площадь земельного участка не устанавливается, а минимальная составляет 1200 кв.м (п. 2.3.7.1 п. 2.3 приложения № 7 к Правилам).

В соответствии со схемой расположения земельного участка, утвержденной распоряжением КИО от 6 марта 2020 года № 525-РЗК границы земельного участка с кадастровым номером <...> образованы из земельного участка с кадастровым номером <...> и земель общего пользования (государственных земель) от Б до В (600 кв.м), от Д до Е (1000 кв. м), что в совокупности составляет 1600 кв.м.

Вместе с тем части земель от Б до В и от Д до Е не являются самостоятельными земельными участками, могли быть сформированы в размере не менее 1200 кв.м как отдельные земельные участки за счет свободных земель общего пользования (государственных земель), расположенных в кадастровом квартале <...>.

В соответствии с п. 2.3.7.1 приложения № 7 к Правилам часть земельного участка от Б до В могла быть сформирована как отдельный земельный участок не менее 1200 кв.м за счет государственных земель, прилегающих к земельным участкам с кадастровыми номерами <...> и <...>, часть от Д до Е могла быть сформирована как отдельный земельный участок не менее 1200 кв.м за счет государственных земель, прилегающих к земельному участку с кадастровым номером <...>.

Обоснованность вышесказанного подтверждается суждением специалиста Военно-космической академии имени А.Ф. Можайского от 17 июня 2024 года, приобщенного к материалам гражданского дела (т. 2 л.д. 94-98).

В этой связи на основании протеста прокуратуры Санкт-Петербурга, распоряжение КИО от 6 марта 2020 года № 525-РЗК «О перераспределении земель, находящихся в государственной собственности и земельного участка, находящегося в частной собственности» отменено распоряжением КИО от 23 августа 2024 года № 190-Р в связи с противоречием соглашения о перераспределении земель пп. 3 п.1 ст. 39.28, п. 1. ст. 11 ЗК РФ (т. 2 л.д. 155-159).

ФИО2 27 апреля 2022 года подарила земельный участок с кадастровым номером <...> ФИО3, который в последующем 17 августа 2023 года передал указанный земельный участок в собственность в соответствии с договором дарения Белоцерковскому И.Б.Б. (т. 3 л.д. 46-50).

В ходе рассмотрения дела судом в качестве специалиста был опрошен кадастровый инженер ФИО7; в представленном суду заключении от 26 сентября 2024 года им была выражена позиция о соблюдении положений ЗК РФ при совершении государственным органом действий по перераспределению спорных земель (т. 3 л.д. 4-19).

Удовлетворяя исковые требования, суд, руководствуясь положениями ст.ст. 1, 11, 167, 168, 301 ГК РФ, ст.ст. 10, 11, 11.10, 39.28, 39.29, 392 ЗК РФ, Правилами землепользования и застройки Санкт-Петербурга, пришел к выводу, что факт нарушения требований земельного законодательства при перераспределении земель установлен; соглашение о перераспределении земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной собственности, и земельных участков, находящихся в частной собственности от 2 июня 2020 года № СП-27/2020, заключенное между КИО Санкт-Петербурга и ФИО2, в части включения земельного участка площадью 1 600 кв.м в состав образуемого земельного участка с кадастровым номером 78:38:0022122:3060 является ничтожной сделкой, в связи с чем и все последующие сделки являются ничтожными.

Суд также пришел к выводу о применении последствий недействительности ничтожных сделок в виде: прекращения права собственности Белоцерковского И.Б.Б. на земельный участок площадью 11 002 кв.м, расположенный по адресу: <...> с кадастровым номером <...>; обязания Белоцерковского И.Б.Б. в лице его законного представителя снять с кадастрового учета указанный земельный участок; сохранения за ФИО2 земельного участка площадью 8 628 кв.м, а также перешедшей в результате перераспределения части земельного участка с кадастровым номером <...> площадью 774 кв.м, принадлежащего ранее ФИО6; обязания ответчика принять меры по формированию и постановке на кадастровый учет вновь сформированного земельного участка площадью 9 402 кв.м; возвращении в неразграниченную государственную собственность земельного участка площадью 1 600 кв.м.

Суд взыскал с КИО Санкт-Петербурга в пользу ФИО2 денежные средства в размере 7 308 980 рублей.

Судебная коллегия находит указанные выводы суда правильными, основанными на совокупной оценке собранных по делу доказательств и требованиях норм материального права, регулирующих возникшие спорные правоотношения.

Отклоняя как несостоятельный довод апелляционной жалобы о том, что суд в нарушение норм права не применил срок исковой давности, в обоснование которого указывает, что срок начал течь с момента заключения и исполнения соглашения о перераспределении земель от 2 июня 2020 года, судебная коллегия исходит из следующего.

В силу п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ.

По общему правилу, закрепленному в п. 1 ст. 200 ГК РФ, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

На основании п.п. 1, 2 ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В п.п. 4, 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав, в частности, о передаче имущества другому лицу, совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества, например, земельного участка, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По смыслу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации при обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (часть 1 статьи 45 и часть 1 статьи 46 ГПК РФ, часть 1 статьи 52 и части 1 и 2 статьи 53, статья 53.1 АПК РФ), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

Из материалов дела следует, что прокуратурой были проведены проверки в апреле 2023 года. Именно в результате данных проверок установлен факт незаконного выбытия из государственной собственности земельного участка площадью 1 600 кв.м, поскольку ранее 2023 года органами прокуратуры подобная проверка не проводилась. Кроме того, на систематической основе данные из КИО Санкт-Петербурга в органы прокуратуры не поступают в связи с отсутствием в законодательстве закрепления за КИО Санкт-Петербурга такой обязанности.

У прокуратуры отсутствовала возможность получения у КИО Санкт-Петербурга информации о выбытии спорного участка из государственной собственности.

Кроме того, в рассматриваемом споре прокурор действует в целях восстановления и защиты общественных и государственных (публичных) интересов.

Исковое заявление было подано в августе 2023 года, из чего следует, что трехлетний срок исковой давности пропущен не был, выводы суда первой инстанции в указанной части являются обоснованными.

Также подлежит отклонению довод апелляционной жалобы о том, что вывод суда о ничтожности соглашения от 02.06.2020 как заключенного с нарушением требований земельного законодательства не соответствует обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу п.п. 1, 2 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В предмет доказывания по данной категории дел входят: 1) сам факт совершения сделки в установленной законом форме; 2) наличие обстоятельств, образующих основание для признания сделки недействительной, то есть обстоятельств, свидетельствующих о незаконности содержания сделки (ст.ст. 168 - 170 ГК РФ); 3) исполнение сделки сторонами, в том числе получение хотя бы одной из сторон того или иного материального или нематериального, но подлежащего оценке удовлетворения.

В соответствии с п. 1 ст. 11.2 ЗК РФ земельные участки образуются при разделе, объединении, перераспределении земельных участков или выделе из земельных участков, а также из земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности.

В силу п. 1 ст. 11.7 ЗК РФ при перераспределении нескольких смежных земельных участков образуются несколько других смежных земельных участков, и существование таких смежных земельных участков прекращается, за исключением случая, предусмотренного пунктом 12 статьи 39.29 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 11.9 ЗК РФ предельные (максимальные и минимальные) размеры земельных участков, в отношении которых в соответствии с законодательством о градостроительной деятельности устанавливаются градостроительные регламенты, определяются такими градостроительными регламентами.

Аналогичное положение закреплено в пп. 2 п. 6 ст. 30 Градостроительного кодекса Российской Федерации (далее – ГрК РФ).

На основании пп. 5 ст. 7 ГрК РФ к полномочиям органов государственной власти субъектов Российской Федерации в области градостроительной деятельности относятся, в том числе, согласование проектов правил землепользования и застройки в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

В соответствии с пп. 8 ст. 1 ГрК РФ правила землепользования и застройки - документ градостроительного зонирования, который утверждается нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, нормативными правовыми актами органов государственной власти субъектов Российской Федерации - городов федерального значения Москвы, Санкт-Петербурга и Севастополя и в котором устанавливаются территориальные зоны, градостроительные регламенты, порядок применения такого документа и порядок внесения в него изменений.

Согласно п. 4.1 ст. 63 ГрК РФ правила землепользования и застройки субъектов Российской Федерации - городов федерального значения Москвы, Санкт-Петербурга и Севастополя утверждаются нормативными правовыми актами высших исполнительных органов субъектов Российской Федерации - городов федерального значения Москвы, Санкт-Петербурга и Севастополя.

Ст. 12 Закона Санкт-Петербурга от 24.11.2009 № 508-100 «О градостроительной деятельности в Санкт-Петербурге» принятие решения о подготовке проекта Правил застройки Санкт-Петербурга принимается Правительством Санкт-Петербурга, одновременно решаются вопросы землепользования и застройки территории Санкт-Петербурга.

Согласно пп. 3 п. 2 ст. 30 ГрК РФ правила землепользования и застройки включают в себя градостроительные регламенты.

В Санкт-Петербурге действуют Правила землепользования и застройки Санкт-Петербурга, утвержденные Постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 21.06.2016 № 524.

В ст. 39.29 ЗК РФ закреплен порядок заключения соглашения о перераспределении земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в частной собственности.

Пп. 9, 11 п. 9 указанной статьи уполномоченный орган принимает решение об отказе в заключении соглашения о перераспределении земельных участков при наличии хотя бы одного из следующих оснований: образование земельного участка или земельных участков предусматривается путем перераспределения земельного участка, находящегося в частной собственности, и земель, из которых возможно образовать самостоятельный земельный участок без нарушения требований, предусмотренных статьей 11.9 настоящего Кодекса, за исключением случаев перераспределения земельных участков в соответствии с подпунктами 1 и 4 пункта 1 статьи 39.28 настоящего Кодекса; имеются основания для отказа в утверждении схемы расположения земельного участка, предусмотренные пунктом 16 статьи 11.10 настоящего Кодекса.

В силу пп. 3 п. 16 ст. 11.10 ЗК РФ основанием для отказа в утверждении схемы расположения земельного участка является разработка схемы расположения земельного участка с нарушением предусмотренных статьей 11.9 настоящего Кодекса требований к образуемым земельным участкам.

В п. 2.3.7 Приложения № 7 к Правилам землепользования и застройки закреплены предельные размеры земельных участков и предельные параметры разрешенного строительства, реконструкции объектов капитального строительства, и согласно п. 2.3.7.1 минимальная площадь земельных участков для индивидуального жилищного строительства - 1200 кв. м (судом первой инстанции установлено и сторонами не оспаривалось, что спорный участок расположен в территориальной зоне Т1Ж2-2 – зона индивидуального жилищного строительства, для которой максимальный размер не установлен, однако установлен минимальный размер земельного участка).

Поскольку части земельных участков от Б до В (600 кв.м) и от Д до Е (1 000 кв.м) могли быть сформированы как отдельные земельные участки площадью не мене 1 200 кв.м, КИО Санкт-Петербурга как орган, наделенный полномочиями по распоряжению земельными участками, надлежало отказать в перераспределении земель и образовании нового земельного участка.

Судом апелляционной инстанции принимается во внимание то обстоятельство, что в ходе рассмотрения дела (до принятия судом итогового решения) 23 августа 2024 года КИО Санкт-Петербурга был удовлетворен протест Прокуратуры Санкт-Петербурга, поступивший в КИО Санкт-Петербурга 23 августа 2024 года, а именно: принято распоряжение № 190-р, которым отменено ранее принятое распоряжение № 525-РЗК от 6 марта 2020 года.

То обстоятельство, что распоряжение было принято в день поступления в КИО Санкт-Петербурга протеста прокуратуры, правового значения не имеет, поскольку в силу п. 2 ст. 23 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-I «О прокуратуре Российской Федерации» протест подлежит обязательному рассмотрению не позднее чем в десятидневный срок с момента его поступления. То есть установлен максимальный срок рассмотрения протеста, однако отсутствует запрет на его рассмотрение в более короткий срок.

Кроме того, анализ протеста прокурора и порядок его рассмотрения КИО Санкт-Петербурга не входят в предмет исследования (доказывания) в рамках настоящего дела.

В апелляционной жалобе ФИО3, ФИО5 И.Б.Б. также указывают на то, что в качестве единственного доказательства, на котором основан вывод о возможности образования самостоятельных земельных участков площадью не менее 1 200 кв.м, судом принято суждение специалиста ФИО11, в котором, по мнению апеллянтов, наоборот, указано на невозможность образования самостоятельных земельных участков. Также податели апелляционной жалобы обращают внимание на то, что суд уклонился от оценки доводов допрошенного в судебном заседании специалиста ФИО7, а также представленного ответчиками заключения специалиста. Однако данный довод не может быть принят во внимание ввиду следующего.

Согласно ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательства, то есть сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, - могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В силу ч.ч. 1-3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Гражданским процессуальным законодательством не предусмотрено такое доказательство как пояснения (объяснения) специалиста, проводившего внесудебное исследование.

В ст. 187 ГПК РФ указано: «Заключение эксперта оглашается в судебном заседании. В целях разъяснения и дополнения заключения эксперту могут быть заданы вопросы».

Однако данная норма относится к допросу эксперта, проводившему исследование на основании решения суда о назначении по делу экспертизы.

Также в ГПК РФ имеется ст. 188, согласно положениям которой в необходимых случаях при осмотре письменных или вещественных доказательств, воспроизведении аудио- или видеозаписи, назначении экспертизы, допросе свидетелей, принятии мер по обеспечению доказательств суд может привлекать специалистов для получения консультаций, пояснений и оказания непосредственной технической помощи (фотографирования, составления планов и схем, отбора образцов для экспертизы, оценки имущества).

Однако в данной норме речь снова идет не о специалисте, проводившем исследование на досудебной стадии.

С учетом изложенного суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что указанное заключение специалиста и его пояснения не являются заключением судебной экспертизы, были сделаны в интересах ответчиков, следовательно, к данному заключению специалиста следует относиться критически, поскольку специалист об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний не предупреждался, в связи с чем представленное заключение не может быть принято в качестве надлежащего доказательства по делу, а его наличие в материалах дела само по себе не является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска по заявленным основаниям.

Сама по себе ссылка на отсутствие в тексте решения суда указание на оценку каждого довода указанного ответчиками специалиста не свидетельствует о наличии достаточных оснований для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку отсутствие в нем дословного перечисления всех доказательств и доводов не означает, что указанные они не исследовались судом первой инстанции при вынесении решения.

В целях проверки доводов апелляционной жалобы, всестороннего и полного исследования доказательств судом апелляционной инстанции из Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга были истребованы копии: административного искового заявления, определения о принятии административного искового заявления, определения об отказе в приостановлении производства, определения о назначении судебной экспертизы, определения о возобновлении производства, - по деду № 2а-1666/2025 по административному иску Белоцерковского И.Б.Б. к КИО Санкт-Петербурга о признании незаконным решения, приобщенные к материалам дела в порядке ст.327.1 ГПК РФ.

В рамках указанного дела административным истцом обжалуется распоряжение КИО Санкт-Петербурга № 190-р от 23 августа 2024 года об отмене распоряжения КИО Санкт-Петербурга от 6 марта 2020 года № 525-РЗК.

Определением Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от 12 мая 2025 года по делу № 2а-1666/2025 назначена экспертиза, на разрешение которой поставлены вопросы: 1) являются ли изломанными границы земельного участка с кадастровым номером <...>, сформированного путем перераспределения земельного участка, находящегося в частной собственности, и земель, находящихся в государственной собственности? 2) создают ли границы земельного участка с кадастровым номером <...> препятствия в рациональном использовании земель и в чем они заключаются? 3) имели ли место нарушения процедуры формирования земельного участка с кадастровым номером <...> путем перераспределения земельного участка, находящегося в частной собственности, и земель, находящихся в государственной собственности? 4) имели ли место нарушения норм законодательства или иного правового акта при создании земельного участка с кадастровым номером <...>?

Производство экспертизы поручено экспертам ООО «ГСЭК».

В судебном заседании 09 декабря 2025 года судебной коллегией было отказано в приобщении заключения эксперта № 2а-1666/25-ЗУ от 15 августа 2025 года, составленного в результате проведения экспертизы на основании указанного определения суда, поскольку отсутствуют основания, предусмотренные ст. 327.1 ГПК РФ. Заключение составлено после принятия судом решения от 24 декабря 2024 года и по иному делу, по которому прокурор не участвовал в разрешении вопроса о назначении экспертизы, в связи с чем не реализовал свои права, связанные с назначением экспертизы.

Не является основанием для отмены решения суда довод апелляционной жалобы о том, что последствия оспариваемого решения суда не могут отвечать интересам субъекта Российской Федерации.

Исковое заявление по настоящему делу подано прокурором в порядке статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.

Как определено пунктом 1 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации, от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

В соответствии с Положением о Комитете имущественных отношений Санкт-Петербурга, утв. Постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 16 февраля 2015 года N 98, реализация государственной политики в сфере земельных отношений на территории Санкт-Петербурга возложена на Комитет имущественных отношений Санкт-Петербурга, который был привлечен к участию в деле, однако, решение суда не обжалует.

Судебная коллегия отклоняет довод апелляционной жалобы о том, что решение суда о сохранении за ФИО2 земельного участка площадью 9 402 кв.м без ее волеизъявления на его принятие в собственность противоречит принципу диспозитивности, поскольку указанное лицо распорядилась земельным участком путем дарения сыну.

В силу п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Судебная коллегия полагает, что в данном случае судом не нарушен принцип диспозитивности, поскольку решением суда не ограничены права ФИО2 Правильно применив положения ст.ст.14, 167, 168, суд первой инстанции, правомерно сохранил за ФИО2 земельный участок в виде, которым указанное лицо в дальнейшем также вправе распорядиться по собственной воле и в своем интересе. При этом возвратил в неразграниченную государственную собственность земельный участок площадью 1600 кв.м

С учетом установленных обстоятельств дела нет оснований полагать, что судом нарушен принцип единства судьбы земельного участка и расположенных на нем жилых домов, поскольку первоначальное соглашение между ФИО2 и КИО Санкт-Петербурга заключено в нарушение положений действующего законодательства.

Факт того, что ФИО5 И.Б.Б. является собственником жилых домов, сам по себе не является основанием для признания за ним права собственности на земельный участок, который должен быть возвращен ФИО2, поскольку в результате применения последствий недействительности ничтожной сделки сторона должна быть поставлена в положение, существовавшее до совершения сделки (в данном случае судом учитывается, что ФИО2 был возвращен земельный участок площадью 8 628 кв.м – первоначальный размер спорного участка, а также перешедшая в результате перераспределения часть земельного участка № <...> площадью 774 кв.м, следовательно площадь вновь сформированного земельного участка составляет 9 402 кв.м). В результате признания первоначального соглашения ничтожным ничтожными стали и все последующие сделки.

Таким образом, суд с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам, выводы суда не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, нормы материального и процессуального права применены верно. Процессуальных нарушений, влекущих безусловную отмену решения, судом не допущено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает, что обжалуемое решение, принятое в соответствии с установленными в суде обстоятельствами и требованиями закона, подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба, которая не содержит предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда первой инстанции – оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь положениями ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Зеленогорского районного суда Санкт-Петербурга от 24 декабря 2024 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 21 декабря 2025 года