Апелляционное постановление № 22-1701/2025 от 26 ноября 2025 г. по делу № 1-17/2025

Судья Алиева К.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

уг.д.

№ 22-1701/2025
г. Астрахань
27 ноября 2025 г.
Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе: председательствующего Тагировой А.Ш.,

при ведении протокола секретарем Кудайбергеновой А.А.,

с участием прокурора Даудовой Р.Р.,

представителей потерпевших Заплавновой О.В., ФИО1,

защитника осужденного ФИО2 - адвоката Губашевой Г.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Трубицина Д.Н. на приговор Лиманского районного суда Астраханской области от 16 апреля 2025 г., которым

ФИО2 ФИО41, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, не судимый,

осужден:

- по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 300 часам обязательных работ,

- оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступления.

Постановлено о признании за ФИО2 права на реабилитацию и возмещение вреда в порядке гл. 18 УПК РФ.

Решены вопросы о мере пресечения и о судьбе вещественных доказательств.

На основании ч. 3 ст. 306 УПК РФ постановлено о выделении из дела материалов уголовного дела в части оправдания ФИО2 с направлением руководителю следственного органа для производства предварительного расследования и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Заслушав доклад судьи Тагировой А.Ш. по обстоятельствам дела и доводам апелляционного представления, выслушав мнение прокурора Даудовой Р.Р., поддержавшей доводы апелляционного преставления, выслушав представителей потерпевших Заплавнову О.В., ФИО1, защитника ФИО2 - адвоката Губашеву Г.С., просивших в удовлетворении представления прокурора отказать, суд апелляционной инстанции,

У С Т А Н О В И Л:

Приговором суда ФИО2 признан виновным в незаконном приобретении и хранении без цели сбыта наркотического средства в значительном размере, он же оправдан по предъявленному обвинению в причинении смерти ФИО14 по неосторожности.

Преступление, связанное с незаконным оборотом наркотических средств совершено ФИО2 в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО2 вину в совершении преступления предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ признал в полном объеме, по ч. 1 ст. 109 УК РФ вину не признал.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Трубицин Д.Н., ставит вопрос об отмене приговора в части оправдания ФИО2 по ч. 1 ст. 109 УК РФ, вследствие несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, допущенных судом противоречий в своих выводах.

Указывает, что органами предварительного следствия ФИО2 обвинялся в причинении смерти ФИО14 по неосторожности, путем производства непроизвольного выстрела из ружья в спину впереди идущего ФИО14, причинившего потерпевшему телесные повреждения, от которых тот скончался на месте.

Суд пришел к выводу о том, что указанные обстоятельства в обвинении имели место, однако подсудимый ФИО2 к ним непричастен.

В обоснование своих выводов суд указал, что кроме собственных показаний ФИО2 о виновности в совершении преступления, данных в ходе предварительного следствия, его причастность к причинению смерти ФИО14 ничем не подтверждена. При этом суд в своих рассуждениях принимает во внимание показания ФИО2 о непричастности к совершению преступления, которые он дал спустя продолжительный промежуток времени в судебном заседании и пришел к выводу о причастности к преступлению другого лица – свидетеля Свидетель №1, чем нарушил требования ст. 252 УПК РФ и ст. 49 Конституции Российской Федерации.

Оценивая представленные стороной обвинения доказательства – показания ФИО2 при допросе в качестве подозреваемого о причастности к причинению смерти по неосторожности, поставил безосновательно под сомнение добровольность показаний ФИО2, причастность к которым им стала оспариваться только в ходе судебного разбирательства, тогда как он допрашивался на стадии предварительного следствия неоднократно в течение продолжительного времени.

Выводы суда о том, что первоначальные показания ФИО2 о причастности к преступлению даны без разъяснения ему прав, положений ст. 51 Конституции РФ и без участия адвоката, не основаны на материалах дела. Вопреки выводам суда, первоначальные подробные показания ФИО2 от 28 декабря 2023 г. об обстоятельствах произошедшего, которые были подтверждены им и 26 января 2024 г. в ходе дополнительного допроса, где он указал, что возможно по неосторожности нажал на спусковой курок, когда складывал ружье, специально на спусковой курок не нажимал, не хотел стрелять в ФИО14, все произошло по неосторожности, получены органом предварительного следствия в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с разъяснением прав подозреваемому, в присутствии адвоката, удостоверены подписями адвоката и ФИО2, замечания к данным протоколам отсутствовали.

Вывод суда о том, что кроме признательных показаний ФИО2 его виновность ничем не подтверждается, высказаны вопреки материалам дела, поскольку совокупность доказательств виновности ФИО2 представлена суду при рассмотрении дела по существу, однако суд отдал предпочтение непоследовательным показаниям ФИО2 в суде о его непричастности, признав их достоверными, при этом оставил без внимания их непоследовательность, что напротив свидетельствует об их недостоверности.

Кроме собственных показаний ФИО2, его вина в совершении преступления подтверждается: показаниями свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2; показания ФИО2 также согласуются с протоколом осмотра места происшествия от 24 декабря 2023 г. и выводами эксперта № 3425 от 22 октября 2024 г. о том, что на марлевом тампоне со смывом с правой руки ФИО2 обнаружен комплекс элементов, характерных для следов продуктов выстрела из огнестрельного оружия и значительно превышающих их количество; аудиозаписью вызова на номер 112 с сообщением Свидетель №1 о том, что «работник убил работодателя, Хабиба путем случайного выстрела из ружья без курка»; выводами судебно-медицинского эксперта по трупу ФИО14, а также результатами баллистической экспертизы ружья.

Полагает необоснованным исключение из числа доказательств показаний свидетелей Свидетель №3 и ФИО9, поскольку эти свидетели допрашивались по обстоятельствам проведения процессуальных действий, результаты которых отражены в процессуальных документах, были предметом исследования суда.

Оспаривая вывод суда о неполноте предварительного следствия, указывает, что причастность ФИО2 к совершению преступления, установлена совокупностью доказательств исследованных судом, а непроведение проверки показаний на месте, в силу ст. 38 УПК РФ не является доказательством невиновности ФИО2. Кроме того, нахождение ФИО2 в день совершения преступления в сильном алкогольном опьянении, не позволило провести вышеуказанное следственное действие.

Отмечает, что заключение психолого-лингвистического исследования № 39-24 от 22 апреля 2024 г. не соответствует требованиям статей 74, 88 УПК РФ, а поэтому не может являться доказательством.

Признавая допустимыми и соглашаясь с показаниями специалистов ФИО10 и ФИО11 о том, что ФИО2 не производил выстрел в ФИО14, суд фактически переложил свою функцию на специалистов, взяв их показания в основу оправдательного приговора, оставив без внимания, что проверка и оценка доказательств по уголовному делу отнесена к исключительной компетенции суда.

Обращает внимание, что видеозапись от 24 декабря 2023 г., на которой ФИО2 дает показания о совершенном им преступлении, получена сотрудниками полиции сразу после совершения преступления, при первоначальном сборе и фиксации доказательств, без оказания какого-либо давления.

Выводы суда о противоречивости показаний Свидетель №1 показаниям свидетелей Свидетель №7 и Свидетель №6 не обоснованы, поскольку при допросе Свидетель №1 сразу указал о наличии долговых обязательств перед ФИО14, что посредством мобильных средств связи в общем чате отправлял сообщения о лишении жизни ФИО14, если тот его обманет, не намереваясь этого делать, а в последующем отправил им голосовые сообщения, о том, чтобы они забыли эту информацию, после чего удалил группу.

Считает необоснованной ссылку суда на показания свидетелей о невозможности ФИО2, в силу возраста, переместить тело ФИО14, поскольку этот вывод основан на субъективном мнении лиц, не являющихся экспертами, специалистами, что не свидетельствует о невиновности ФИО2

Отмечает, что в нарушение требований ст. 252 УПК РФ суд вышел за пределы предъявленного обвинения, указав на возможную причастность к убийству ФИО14 свидетеля Свидетель №1, а выводы суда относительно возможных обстоятельств появления на правой руке ФИО2 следов выстрела, ничем не подтверждены и являются домыслом.

Полагает, что вопреки выводам суда, заключение баллистической экспертизы № 3 от 25 января 2024г. и показания эксперта ФИО26, не являются доказательствами невиновности ФИО2

Считает, что суд необоснованно признал в качестве недопустимого доказательства протокол дополнительного допроса ФИО2, в которых он не отрицал возможность нажатия на спусковой крючок при складывании ружья, при этом отмечает, что данные показания согласуются с выводами судебно-медицинского эксперта в части направления раневого канала, установившего, что место входной огнестрельной раны расположено на задней поверхности груди в сторону передней поверхности груди, что подтверждается показаниями ФИО2 о расстоянии между ними в момент выстрела около 3-х метров и что потерпевший находился спиной к стрелявшему. Это повреждение имеет прямую причинную связь с наступлением смерти.

По приведенным доводам просит приговор отменить в части оправдания ФИО2, а дело направить на новое судебное разбирательство.

В возражениях на апелляционное представление адвокаты Заплавнова О.В., Губашева Г.С. указывают о законности, обоснованности, справедливости приговора и просят оставить его без изменения.

Проверив материалы дела в части предъявленного ФИО2 обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ, суд апелляционной инстанции находит приговор в этой части законным, обоснованным и справедливым.

Вывод суда о виновности ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, и подтверждаются совокупностью исследованных и проверенных в судебном заседании доказательств, подробно приведенных в приговоре, в том числе:

- показаниями ФИО2, который не оспаривал факт приобретения 10 сентября 2023 г. в районе <адрес>, путем срыва листьев и верхушечных частей конопли, часть из которой употребил путем курения, остальное забрал и хранил при себе в пакете с вещами для личного потребления пока сверток с коноплей не был обнаружен и изъят сотрудниками полиции;

- показаниями свидетеля Свидетель №3 об обстоятельствах доставления ФИО2 в отдел полиции для дачи объяснений, где выходя из машины, ФИО2 выкинул на землю сверток с наркотическим средством растительного происхождения, который с его слов собрал в районе <адрес>; при освидетельствовании выявлен факт немедицинского употребления ФИО2 наркотического вещества - марихуаны без назначения врача, за что ФИО2 был привлечен к административной ответственности по ч.1 ст.6.9 КоАП РФ;

- данными содержащимися: в протоколе осмотра участка местности от 24 декабря 2023 г., согласно которым на земле обнаружен черный пакет с веществом растительного происхождения, при этом ФИО2, пояснил, что пакет с дикорастущей коноплей принадлежит ему, коноплю он собрал 10 сентября 2023г.; протоколе осмотра места происшествия от 26 декабря 2023 г., согласно которым осмотрен участок местности, где ФИО2 10 сентября 2023 г. собрал для личного употребления листья дикорастущей конопли;

- выводами эксперта, согласно которым, вещество в высушенном состоянии массой 39,28г., изъятое у ФИО2 24 декабря 2023 г., является наркотическим средством растительного происхождения каннабисом (марихуана).

Этим, а также другим доказательствам, суд дал надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, и правильно квалифицировал действия ФИО2 по ч. 1 ст. 228 УК РФ как незаконные приобретение, хранение без цели сбыта наркотического средства в значительном размере, что не оспаривается сторонами по делу.

Наказание ФИО2 по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 228 УК РФ назначено судом с учетом степени общественной опасности содеянного, обстоятельств дела и данных о личности осужденного, наличия смягчающих наказание обстоятельств и отсутствия отягчающих.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2 суд, обоснованно признал активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку подсудимым на стадии досудебного производства по уголовному делу сообщены сведения об обстоятельствах, времени и месте приобретения наркотического средства, ранее неизвестных органу предварительного расследования, признание вины и раскаяние в содеянном, положительную характеристику по месту жительства, состояние здоровья, в том числе связанное с особенностями психики, возраст.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ судом не установлено.

Наказание осужденному назначено в пределах, установленных санкцией ч. 1 ст. 228 УК РФ. Справедливость назначенного наказания сомнений не вызывает.

По данному делу, органом предварительного следствия ФИО2 обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, а именно в том, что 23 декабря 2023 г. в период времени с 11 часов 30 минут по 17 часов 30 минут, находясь на территории крестьянско-фермерского хозяйства ФИО14, расположенного по адресу: <адрес>, в 30 км от <адрес> на западно-центральный кряж, где являлся разнорабочим, загоняя с прибывшим на данное КФХ ФИО14 поголовье мелкого рогатого скота в загон на территории КФХ, будучи в состоянии алкогольного опьянения, имея на плече гладкоствольное, длинноствольное, одноствольное охотничье ружье модели ИЖ-18ЕМ-М, №, 12 калибра, действуя небрежно, не имея достаточного навыка обращения с огнестрельным оружием, не убедившись, находится ли ружье на предохранителе, принял решение перезарядить указанное ружье, находящееся у него в руках, с целью чего вставил патрон в ствол ружья, а после сложил ружье, при этом произвел непроизвольный выстрел из указанного ружья в спину впереди идущего ФИО14, чем причинил ФИО14 телесные повреждения, от которых последний скончался на месте. Смерть ФИО14 наступила от массивной кровопотери с гемоперикардом, развившихся вследствие проникающего, огнестрельного, дробового ранения задней поверхности груди с повреждениями ребер, легких, сердца, перикарда, пищевода, трахеи, аорты. Повреждение прижизненное, образовалось незадолго до наступления смерти в результате выстрела из огнестрельного оружия (орудия) и имеет прямую причинную связь с наступлением смерти, расценивается как тяжкий вред здоровью.

Суд первой инстанции по результатам рассмотрения дела в части предъявленного обвинения по ч. 1 ст. 109 УК РФ, пришел к выводу, что представленными органом предварительного следствия доказательствами не подтверждается причастность ФИО2 к совершению указанного преступления и на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ оправдал ФИО2 в связи с непричастностью к совершению преступления.

Проверив материалы дела в этой части, обсудив доводы апелляционного представления и возражений на них, суд апелляционной инстанции полагает, что приговор суда в части оправдания ФИО2 подлежит отмене, а уголовное дело в этой части направлению на новое судебное рассмотрение, по следующим основаниям.

В соответствии со статьями 7, 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым в случае, если он постановлен в строгом соответствии с уголовно-процессуальным законом, и основан на правильном применении уголовного закона.

Выводы суда, изложенные в приговоре, не должны содержать существенных противоречий, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного или оправданного, на правильность применения уголовного закона или определение меры наказания.

В силу требований ст. 305 УПК РФ суд обязан указать в оправдательном приговоре, почему одни доказательства признаны им достоверными, а другие отвергнуты.

При постановлении приговора суд должен дать объективную оценку всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам, как подтверждающим выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, так и противоречащим этим выводам.

В силу ст. 87 УПК РФ проверка доказательств проводится судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство.

Согласно требованиям ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Указанные требования закона судом первой инстанции в полной мере не соблюдены.

Так, рассмотрев дело по существу, суд первой инстанции пришел к выводу, что подсудимый ФИО2 к совершению данного преступления непричастен и установил, что 23 декабря 2023 г. в период времени с 11 часов 30 минут по 17 часов 30 минут, на территории крестьянско-фермерского хозяйства ФИО14, расположенного по адресу: <адрес>, в 30 км от <адрес> на западно-центральный кряж, произведен выстрел из гладкоствольного, длинноствольного, одноствольного охотничьего ружья модели ИЖ-18ЕМ-М, №, 12 калибра, в спину ФИО14, чем ему причинены телесные повреждения, от которых последний скончался на месте. Смерть ФИО14 наступила от массивной кровопотери с гемоперикардом, развившихся вследствие проникающего, огнестрельного, дробового ранения задней поверхности груди с повреждениями ребер, легких, сердца, перикарда, пищевода, трахеи, аорты. Повреждение прижизненное, образовалось незадолго до наступления смерти в результате выстрела из огнестрельного оружия (орудия) и имеет прямую причинную связь с наступлением смерти, расценивается как тяжкий вред здоровью.

В обоснование принятого решения, суд в приговоре указал, что обвинение построено на доказательствах, которые носят предположительный характер; сторона обвинения в качестве доказательств виновности ФИО2 ссылается на его показания в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого, обвиняемого неподкрепленные совокупностью иных доказательств и от которых ФИО2 отказался в суде.

Обосновывая вывод об оправдании подсудимого по предъявленному обвинению, суд, в том числе сослался:

- на показания подсудимого ФИО2 в судебном заседании, отрицавшего вину в причинении ФИО14 смерти по неосторожности и указавшего, что стрелял в потерпевшего из ружья Свидетель №1, он, опасаясь расправы со стороны Свидетель №1, по требованию последнего, взял вину на себя;

- показания потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №1 - дочерей ФИО14 о наличие у Свидетель №1 долга перед ФИО14 в размере 200000р., зафиксированного в его блокноте;

- содержащиеся в блокноте ФИО14 записи о наличии у Свидетель №1 долга перед ФИО14;

- показания свидетелей Свидетель №2 и ФИО16, подтвердивших наличие у Свидетель №1 долга перед ФИО14, а также их показания в части физических данных потерпевшего и ФИО2, который не смог бы самостоятельно перетащить труп ФИО14 на столь значительное расстояние;

- показания свидетеля Свидетель №2 о том, что он нашел недалеко от места, где обнаружил 23 декабря 2023 г. машину ФИО14, а в ней сильно пьяного ФИО2, - куртку и кофту на молнии, которые ранее видел на Свидетель №1;

- показания свидетелей Свидетель №7 и Свидетель №6 о том, что Свидетель №1 присылал им голосовые сообщения с намерениями убить ФИО14, после чего они удалились из группового чата, а на следующий день 24 декабря 2023 г. ФИО34 написал о том, чтобы они забыли все сказанное, после чего они подумали, что Свидетель №1 что-то натворил;

- показания экспертов ФИО10 и ФИО11, проводивших комплексное психолого-лингвистическое исследование ФИО2, об отсутствии искажений сообщаемой ФИО2 информации о своей непричастности к совершению преступления, что подтверждается видеозаписью, производимой при проведении исследования;

- показания свидетелей Свидетель №9 и ФИО12, - родственников подсудимого о том, что ФИО2 взял вину на себя, поскольку ему угрожал его напарник, приставив ружье;

- показания эксперта ФИО26, проводившего исследование ружья, из которого был произведен выстрел в ФИО14, о том, что без нажатия на спусковой крючок ружья, производство выстрела невозможно;

- данные протокола осмотра места происшествия от 24 декабря 2023г., согласно которым ружье было выдано Свидетель №1, осведомленным и о месте хранения патронов;

- выводы эксперта по трупу ФИО14 о том, что смерть наступила от массивной кровопотери с гемоперикардом, развившихся вследствие проникающего, огнестрельного, дробового ранения задней поверхности груди с повреждениями ребер, легких, сердца, перикарда, пищевода, трахей, аорты. Повреждение прижизненное, образовалось незадолго до наступления смерти в результате одного выстрела из огнестрельного оружия (орудия). Повреждение имеет прямую причинную связь с наступлением смерти.

Кроме того, как указал суд первой инстанции, остальные представленные обвинением доказательства: - протоколы выемки, получения образцов, осмотра предметов, справки, заключения по результатам медицинских биологических экспертиз, относятся к доказательствам, подтверждающим действия органов предварительного следствия, направленные на сбор и фиксацию доказательств по делу, - не содержат сведений, на основании которых возможно установление причастности ФИО2 к совершению преступления.

Между тем, по мнению суда апелляционной инстанции, суд в приговоре допустил противоречивые суждения при оценке доказательств, вольное толкование ряда доказательств, противоречащее содержанию данных доказательств, оценил доказательства каждое в отдельности и не дал оценки совокупности всех представленных сторонами доказательств.

Так, суд, обращаясь к показаниям подсудимого ФИО2 на стадии предварительного следствия и признавая их недостоверными, указал, что ФИО2 отказался от признательных показаний, данных им на стадии предварительного следствия, а его первоначальные показания, как и сообщенные ФИО2 сведения о его причастности к преступлению при проведении осмотра места происшествия 24 декабря 2023 г., а также представленные на видеозаписях от 24 декабря 2023 г., выданных сотрудником полиции Свидетель №3, и видеозаписи при даче пояснений по материалу проверки № №, представленной следователем Свидетель №11, которые даны ФИО2 без разъяснения ему прав, положений ст. 51 Конституции РФ и без участия адвоката, опровергаются его собственными показаниями, данными в суде, о том, что он выстрел из ружья в ФИО14 не производил.

Давая такую оценку всем показаниям ФИО2 на стадии предварительного следствия, суд оставил без внимания и должной оценки, что ФИО2 стал оспаривать свою причастность к совершению преступления только на стадии судебного разбирательства и что на протяжении предварительного следствия он неоднократно допрашивался об обстоятельствах произошедшего с участием защитника, с разъяснением ему процессуальных прав и положений ст. 51 Конституции РФ, в том числе 28 декабря 2023 г. - в качестве подозреваемого, в присутствии адвоката ФИО24 и в процессе допроса обстоятельно и подробно излагал события 23 декабря 2023 г., указывал, что в тот день был в сильной степени алкогольного опьянения и вследствие неосторожного обращения с ружьем, в процессе перезарядки, при складывании ружья, произошел выстрел, он не думал, что ружье может выстрелить, не заметил, что дуло ружья было направлено в спину впереди идущего ФИО14 (л.д. 160-167, т. 1); при дополнительном допросе 26 января 2024 г., ФИО2 подтвердил ранее данные им 28 декабря 2023 г. показания, дополнительно пояснив, что возможно по неосторожности нажал на спусковой курок, когда складывал ружье, однако не делал этого специально, не хотел стрелять в ФИО14 и не целился ему в спину, все произошло по неосторожности, не обратил внимания, куда был направлен ствол ружья (л.д. 201-204 т. 2). По результатам допросов ни у ФИО2, ни у его защитника не возникло замечаний, жалоб относительно проведенной следователем процедуры допроса и правильности фиксации показаний ФИО2

Отдавая приоритетное значение показаниям подсудимого ФИО2 в судебном заседании, суд указал, что они подтверждены заключением № № от 22 апреля 2024 г. специалистов ФИО10 и ФИО11 и их пояснениями о том, что по результатам комплексного психолого-лингвистического исследования в речевом поведении ФИО2 при даче им пояснений отсутствуют психологические и лингвистические признаки искажения сообщаемой информации о том, что он 23 декабря 2023 г. не брал ружье, не производил непроизвольный выстрел в спину ФИО14, что показания на следствии он давал из чувства страха перед Свидетель №1, что выстрел в ФИО14 23 декабря 2023 г. произвел Свидетель №1, что Свидетель №1 говорил, что застрелит ФИО14, что Свидетель №1 после того как убил ФИО14, приставил ружье к его груди и заставил взять вину на себя, что показания, данные им в суде 27 марта 2024 г. являются объективными, отражающими реальную картину события преступления (л.д. 39-79 т. 4).

Соглашаясь с указанным заключением специалистов, суд не дал оценки данному заключению с точки зрения его соответствия требованиям допустимости доказательств, не учел, что проведено оно в непроцессуальном порядке, а на основании обращения ФИО2, путем исследования представленных им же копий протоколов допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также по результатам беседы подсудимого со специалистами.

Суд первой инстанции, подвергая критической оценке показания ФИО2 в качестве подозреваемого и обвиняемого о причинении им смерти ФИО14 по неосторожности, указал, что они не подтверждены совокупностью иных доказательств, при этом оставил без должного внимания выводы эксперта ФИО13 № от 22 октября 2024 г. о том, что на марлевом тампоне со смывом с правой руки ФИО2 обнаружен комплекс элементов: сурьма, свинец, медь и олово, характерный для следов продуктов выстрела из огнестрельного оружия и значительно превышающих их количественное содержание на «контрольном образце» (л.д. 64-71, т. 6); выводы эксперта ФИО13, производившего судебную физико-химическую экспертизу по исследованию следов продуктов выстрела, о том, что на куртке ФИО2, на верхней передней части полукомбинезона (штанов) обнаружен комплекс элементов: сурьма, свинец и медь, характерных для следов продуктов выстрела из огнестрельного оружия и значительно превышающих их количественное содержание на «контрольных образцах» (л.д.51-61 т.6).

Суд первой инстанции отдал приоритетное значение выводам и пояснения эксперта ФИО13 в судебном заседании о том, что следы продуктов выстрела из огнестрельного оружия могли образоваться как при контакте с предметами, загрязненными продуктами выстрела, так и вследствие ненадлежащего упаковывания объектов исследования, что могло повлечь перенос веществ с одного участка на другие, сославшись на показания свидетеля Свидетель №11 о том, что фотографирование одежды с трупа ФИО14, одежды ФИО2 при осмотре предметов он производил, помещая предмет одежды на пол в своем кабинете, затем на том же участке пола он производил манипуляции по переворачиванию и смене предметов одежды, данные фототаблицы к протоколу осмотра предметов от 27 января 2024 г., оценил вышеприведенные заключения экспертиз как не являющиеся "достоверными" доказательствами причастности подсудимого к совершению преступления, а пояснения эксперта - согласующимися с показаниями ФИО2 о том, что после выстрела Свидетель №1 приставил ружье к его груди и передал ему в руки стреляные патроны (гильзы).

Между тем, суд, кроме показаний ФИО2 о передаче ему Свидетель №1 в руки стреляных патронов (гильз) после выстрела в ФИО14, не привел иных доказательств, подтверждающих эти обстоятельства, а также не учел, что, несмотря на невыполнение следователем предусмотренных процессуальным законом требований "по упаковке и опечатыванию изъятых предметов одежды как объектов последующей экспертизы микроналожений", следы продуктов выстрела, на куртке ФИО2, обнаружены именно в области рукавов и на верхней передней части полукомбинезона (штанов).

Давая оценку заключению баллистической экспертизы № от 25 января 2024 г. (л.д.137-160 т. 2) и делая вывод о том, что заключение подтверждает только событие преступления, но не указывает на причастность к нему ФИО2, суд указал, что из заключения экспертизы и показаний эксперта ФИО26, следует, что производство выстрела без нажатия на спусковой крючок из ружья, представленного на экспертизу, невозможно; для производства выстрела из данного ружья необходимо его взвести путем сложения, а затем произвести манипуляции путем нажатия на спусковой крючок, а ФИО2 утверждал о том, что выстрел прозвучал при складывании ружья и обвинением выстрел обозначен как непроизвольный.

Однако суд оставил без внимания, что органом следствия по результатам проведенной баллистической экспертизы, ФИО2 был дополнительно допрошен и не исключил возможность нажатия спускового крючка ружья, вследствие чего произошел выстрел, сославшись при этом на то, что 23 декабря 2023 г. находился в сильной степени алкогольного опьянения и в полной мере не может воспроизвести все события того дня.

Кроме того, суд не сопоставил показания ФИО2 на стадии предварительного следствия о том, что в момент выстрела ФИО14 находился спиной к нему и на незначительном расстоянии, с выводами эксперта о том, что характер обнаруженных на одежде потерпевшего огнестрельных повреждений свидетельствуют о близком выстреле с расстояния примерно 5 - 6 метров стрелявшего от потерпевшего и что потерпевший находился спиной к стрелявшему.

В судебном заседании были оглашены показания свидетеля Свидетель №1, данные им на стадии предварительного следствия, из которых следует, что 24 декабря 2023 г. в 08 часов при обходе, решив посмотреть баранов, которых выпасал ФИО2, в загоне для животных обнаружил тело ФИО14 без признаков жизни, к телу вели следы волочения с территории у загона. Он побежал к ФИО2, стал спрашивать, что случилось с ФИО14. ФИО2 был пьян, ничего внятно сказать не смог, повторял, что это случайность. Он заметил ружье, которое лежало на кровати ФИО2, накрытое одеялом. Из речи ФИО2 он понял, что накануне тот загонял в баз баранов, когда приехал ФИО14 и стал ему помогать. В это время ФИО2 решил перезарядить ружье, которое взял с собой пасти баранов, во время перезарядки ружье выстрелило, при этом тот попал в спину ФИО14. Он забрал ружье, посмотрел, в нем не было патрона или гильзы, две пустые гильзы лежали рядом, отнес ружье и положил на порог у входа в помещение ФИО14. После этого он позвонил по номер «112» и сообщил о случившемся.

Отвергая достоверность показаний свидетеля обвинения ФИО15, суд указал, что они не соответствуют показаниям ФИО2 о его непричастности к совершению преступления, а также противоречат показаниям свидетелей Свидетель №7, Свидетель №6, Свидетель №4, однако не конкретизировал, в чем выразились противоречия в показаниях указанных лиц, которые суд не смог устранить в ходе судебного разбирательства вследствие отсутствия свидетеля ФИО15

Между тем, на стадии предварительного следствия свидетель ФИО15 не отрицал, что знаком с Свидетель №7 и ФИО4, общался с ними посредством сети Интернет в групповом чате приложения «Ватсап», 23 декабря 2023 г. отправлял сообщение в их групповой чат о лишении жизни ФИО14, если тот его обманет, не намереваясь этого делать. Вечером того же дня он удалил данную группу, а 24 декабря 2023 г. после звонка в полицию он вспомнил о сообщениях в чате, поэтому отправил Свидетель №7 и Свидетель №6 голосовые сообщения, чтобы они забыли, о чем он им говорил.

Об этих же обстоятельствах сообщили свидетели ФИО3 Р.А. и Свидетель №6, допрошенные в судебном заседании.

Кроме того, ФИО15 в своих показаниях указал, что имел долговые обязательства перед ФИО14, летом 2023 г. он занимал у ФИО14 180 тысяч рублей на лечение сына, договорились, что ФИО14 будет удерживать зарплату и поголовье МРС, которым должен с ним расплатиться за работу, в счет долга, никаких ссор и скандалов по этому поводу с ФИО14 у него не было. Из ружья он ни разу не стрелял, брал в степь с собой два раза (т. 1 л.д. 170-176, т. 2 л.д. 238-244).

Свидетели Свидетель №2 и ФИО16, а также потерпевшие Потерпевший №2 и Потерпевший №1 - дочери потерпевшего ФИО14 также подтвердили наличие у Свидетель №1 долга перед ФИО14 в размере 200тысяч рублей, что было зафиксировано в блокноте потерпевшего. Никто из указанных лиц не сообщил суду, что у ФИО15 и ФИО14 имелись неприязненные отношения либо между ними происходили ссоры, а также разногласия относительно предстоящего расчета ФИО14 с ФИО15, в связи с его окончанием работы у потерпевшего.

Суд первой инстанции, соглашаясь с показаниями подсудимого ФИО2 об обстоятельствах произошедшего 23 декабря 2023 г., данными им в ходе судебного разбирательства, указал, что они нашли свое объективное подтверждение в показаниях потерпевших Потерпевший №1, Потерпевший №2, свидетелей Свидетель №2, ФИО17, усомнившихся в том, что ФИО2 с учетом его возраста и физических данных мог самостоятельно перетащить тело ФИО14 с места его падения от выстрела к месту обнаружения его трупа в загоне.

Однако на каких фактических данных основаны эти показания потерпевших и свидетелей, в приговоре суда не содержится.

Находя убедительными причины, которые сообщил ФИО2, утверждая, что оговорил себя на следствии, суд указал, что не видит оснований не доверять показаниям подсудимого, поскольку они подтверждены совокупностью доказательств, а именно: показаниями свидетеля Свидетель №2 о том, что спустя нескольку дней после того, как он вечером 23 декабря 2023 г. обнаружил машину ФИО14, увязшую в луже неподалеку от своего КФХ, а в ней сильно пьяного ФИО2, неподалеку от того места он нашел куртку и кофту на молнии, эту одежду он ранее видел на Свидетель №1, что подтвердил в судебном заседании и ФИО2, указав, что 23 декабря 2023 г. Свидетель №1 был именно в этой одежде.

В судебном заседании осмотрена куртка, выданная Свидетель №2, установлено, что имеются срезы, которые делал эксперт, с рукавов, плеч, спины, груди.

На куртке и кофте, выданных Свидетель №2, согласно выводам эксперта обнаружен комплекс элементов: сурьма, свинец, медь и олово, характерных для следов продуктов выстрела из огнестрельного оружия и значительно превышающих их количественное содержание на «контрольных образцах».

Однако, делая такой вывод, суд первой инстанции не установил, почему Свидетель №2, обнаружив указанную одежду недалеко от автомобиля ФИО14 через несколько дней, после исследуемых судом событий, представил ее только в период судебного разбирательства, а также не учел, что принадлежность этой одежды именно Свидетель №1 установлена только показаниями свидетеля Свидетель №2 и подсудимого ФИО2

Кроме того, согласно выводам эксперта, проводившего физико-химическую экспертизу по исследованию следов продуктов выстрела, на тампонах со смывами с правой и левой рук Свидетель №1 следов продуктов выстрела не обнаружено.

При таких обстоятельствах, в нарушение требований уголовно-процессуального закона, суд первой инстанции показания потерпевших, свидетелей, осужденного и письменные доказательства по делу не проверил путем их сопоставления, тогда как изложенные в них сведения имеют значение для установления обстоятельств, указанных в ст. 73 УПК РФ.

Судом первой инстанции не приняты во внимание все обстоятельства, которые могли повлиять на решение вопроса о виновности либо невиновности ФИО2, выводы суда о том, что стороной обвинения не представлено бесспорных и достаточных доказательств, основаны на односторонней оценке доказательств, которые судом первой инстанции с достаточной полнотой не проверены.

Учитывая, что при рассмотрении дела и оценке доказательств допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения, приговор в части оправдания ФИО2 по ч. 1 ст. 109 УК РФ подлежит отмене с направлением дела в этой части на новое судебное рассмотрение.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции необходимо устранить допущенные нарушения, всесторонне и объективно исследовать все обстоятельства по делу, оценить исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, в том числе с учетом тех доводов апелляционного представления прокурора, которые не получили оценку в настоящем постановлении, и принять по делу законное и обоснованное решение.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.20, 389.28, 389.33 УПК Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л :

Приговор Лиманского районного суда Астраханской области от 16 апреля 2025г. в отношении ФИО2 ФИО42 в части его оправдания по ч. 1 ст. 109 УК РФ - отменить, передать дело в этой части на новое рассмотрение в тот же суд со стадии судебного разбирательства иным составом.

В остальном приговор оставить без изменения.

Апелляционное представление государственного обвинителя Трубицина Д.Н. - удовлетворить.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента оглашения и может быть обжаловано в Четвертый кассационной суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК Российской Федерации в течение шести месяцев с момента его вынесения.

В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.Ш. Тагирова