Апелляционное постановление № 22-2560/2025 от 22 сентября 2025 г. по делу № 1-106/2025

Судья 1-инстанции Никешин Л.А. Дело № 22-2560/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

23 сентября 2025 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего судьи Серебренникова Е.В., помощника судьи Кузубова С.А., с участием прокурора Пашинцевой Е.А., осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Герделеско А.Р., путем использования системы видеоконференц-связи,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1 – адвоката Герделеско А.Р. на приговор Усть-Илимского городского суда Иркутской области от 14 июля 2025 года, которым

ФИО1, (данные изъяты), несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 года, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении;

в соответствии со ст. 75.1 УИК РФ, постановлено обязать ФИО1 по вступлении приговора в законную силу прибыть в территориальный орган уголовно-исполнительной системы для получения предписания о направлении к месту отбывания наказания и следовать в колонию-поселение за счет государства самостоятельно;

срок отбывания наказания в виде лишения свободы исчислен со дня прибытия осужденного в колонию-поселение, зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за один день время следования ФИО1 к месту отбывания наказания;

осужденному ФИО1 разъяснено, что в случае уклонения от получения предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок, он может быть объявлен в розыск и задержан на срок до 48 часов, который может быть продлен судом до 30 суток, и заключен под стражу с направлением в колонию-поселение под конвоем в порядке, предусмотренном ст. ст. 75 и 76 УИК РФ;

дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами постановлено исполнять самостоятельно после отбытия наказания в виде лишения свободы,

решена судьба вещественных доказательств и гражданского иска,

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Судом установлено, что преступление совершено 29 октября 2024 года в р.п. Железнодорожный Усть-Илимского района Иркутской области при обстоятельствах, указанных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 – адвокат Герделеско А.Р. с приговором суда не согласна, считает его незаконным и необоснованным по причине допущения судом существенных нарушений норм УПК РФ, а также несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам, установленным судом. Обращает внимание, что стороной защиты был заявлен ряд ходатайств, в удовлетворении которых судом было необоснованно, по мнению адвоката, отказано. Указывает, что из показаний ФИО1 следует, что, двигаясь по автодороге рядом с центром проезжей части, он увидел какой-то силуэт, после чего сразу произошел удар в левую переднюю часть его автомобиля, хотя совершая перед этим обгон, он убедился, что на встречной полосе нет никаких препятствий, которые помешали бы ему совершить обгон. При этом место наезда на пешехода, по ее мнению, достоверно не установлено, а наличие на обочине осколков бампера, зеркала и вязаной шапки, не может свидетельствовать о месте дорожно-транспортного происшествия (ДТП), поскольку указанные предметы могли неконтролируемо перемещаться в результате удара, либо в результате смещения их другими автомобилями, проезжающими мимо. Утверждает, что аналогичная ситуация складывается и с телом погибшего, которого могло отбросить от центра проезжей части на обочину. При этом указывает, что из показаний свидетелей, допрошенных в судебном заседании установлено, что движение на автодороге не прекращалось и было интенсивным. Кроме того, оспаривает заключение автотехнической экспертизы, полагая, что данная экспертиза проведена формально, а эксперт руководствовался исходными данными, противоречащими материалам уголовного дела. При этом указывает, что стороной защиты было заявлено ходатайство о проведении следственного эксперимента для воссоздания обстоятельств произошедшего и проверки механизма ДТП, однако в удовлетворении данного ходатайства судом было необоснованно и формально отказано без приведения убедительных мотивов отказа. Оспаривает выводы суда о том, что механизм ДТП установлен и доказан. Приводя показания свидетелей ФИО19 и ФИО20. считает, что они получены с нарушением норм УПК РФ, поскольку их допрос проводился совместно и одновременно в форме беседы. Кроме того, указывает, что из показаний свидетеля ФИО21 следует, что мужчина-пешеход двигался ему навстречу, а из заключения экспертизы и показаний допрошенных в судебном заседании экспертов следует, что в момент столкновения потерпевший был обращен спиной к автомобилю. Кроме того, в судебном заседании было установлено, что потерпевший шел на работу, при этом место его работы находилось в нескольких десятках метров на противоположной стороне дороги, а потому сторона защиты утверждала в судебном заседании о том, что потерпевший мог переходить дорогу, направляясь к месту работы, либо намеревался перейти дорогу и шел по проезжей части по полосе встречного движения. Однако, данная позиция стороны защиты судом проверена не была, а отказ судом в проведении следственного эксперимента привел к неполноте и необъективности судебного разбирательства, а также нарушил право ФИО1 на защиту. Поясняет, что в приговоре суда указано, что место ДТП установлено по адресу: <адрес изъят>, однако, р.п. Железнодорожный является самостоятельным поселком, а не часть г. Усть-Илимска и относится к Усть-Илимскому району. Также, находит необоснованным указание суда о том, что на схеме зафиксировано расположение автомобиля после наезда на пешехода, поскольку это противоречит показаниям ФИО1 Обращает внимание, что стороной защиты было заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, содержание и выдержки из которого приводит в жалобе, однако в удовлетворении данного ходатайства судом было необоснованно отказано, что привело к нарушению прав ее подзащитного, а приговор постановлен судом в нарушение ст. 252 УПК РФ. Также необоснованным находит и постановление суда, которым отказано в удовлетворении ходатайств стороны защиты о назначении и проведении дополнительных судебно-медицинской и трассологической экспертиз. Утверждает, что с учетом того, что суд исключил из объема предъявленного обвинения указание на нарушение ФИО1 требований дорожной разметки 1.1 ПДД, а также с учетом показаний свидетеля ФИО22 об определении им середины проезжей части визуального по собственным ощущениям, у суда не имелось оснований не доверять показаниям ее подзащитного о том, что наезд на пешехода произошел, когда ФИО1 находился практически на своей полосе движения. Также, оспаривает и выводы суда о том, что нарушение ФИО1 требований п.п. 1.3, 1.4 и 10.1 ПДД РФ состоят в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, повлекшем смерть потерпевшего ФИО23. При этом ссылается на показания свидетеля ФИО24., который не пояснял о том, что видел именно потерпевшего ФИО25., а также показания ФИО26., которой о произошедших событиях известно только со слов мужа. В этой связи указывает на отсутствие достаточных доказательств того, что пешеход, о котором указывает ФИО27 являлся именно ФИО28 Приводя свои суждения, находит, что нарушение требований знака 3.20 и п. 11 ПДД РФ не состоят в причинно-следственной связи с ДТП. Кроме того, находит противоречивыми выводы суда о наличии прямой причинно-следственной связи с ДТП ввиду нарушения ФИО1 требований п. 10.1 ПДД РФ, поскольку в приговоре суда указано, что доводы стороны защиты о том, что ее подзащитным скоростной режим нарушен не был, какого-либо определяющего и существенного значения не имеют. Обращает внимание, что суд расценил отношение ФИО1 к предъявленному ему обвинению, как непризнание своей вины, однако, ФИО1 не отрицал факта наезда на пешехода, а лишь указал о том, что это произошло в силу неожиданного появления пешехода на проезжей части. Кроме того, суд сослался на объяснения ФИО1, которые не исследовал в судебном заседании. С учетом изложенного, просит приговор суда, а также постановления, вынесенные по результатам рассмотрения ходатайств стороны защиты, отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и его защитник адвокат Герделеско А.Р. доводы апелляционной жалобы поддержали, просили об отмене приговора и направлении уголовного дела на новое судебное рассмотрение.

Прокурор Пашинцева Е.А. высказалась против удовлетворения доводов апелляционной жалобы, указала о законности и обоснованности приговора суда.

Выслушав мнения сторон, исследовав представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния, вопреки утверждениям стороны защиты, установлена совокупностью доказательств, полученных в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, проверенных в судебном заседании. Каждому доказательству суд дал оценку, с точки зрения относимости, допустимости, а в их совокупности – достаточности для постановления обвинительного приговора.

Суд апелляционной инстанции признает выводы суда об оценке приведенных в приговоре доказательств обоснованными и достаточно мотивированными, оснований сомневаться в их правильности, не имеется.

Доводы апелляционной жалобы защитника о невиновности ФИО1 аналогичны доводам, которые защита выдвигала в суде первой инстанции, и были им проверены. Судом дана оценка утверждениям стороны защиты о том, что место дорожно-транспортного происшествия не установлено, невозможно установить существенные обстоятельства дела, нельзя доверять заключению автотехнической экспертизы, а также показаниям свидетелей, которые, по мнению защитника противоречат друг другу и показаниям ее подзащитного. В приговоре подробно проанализированы и опровергнуты все вышеприведенные утверждения защитника, с чем суд апелляционной инстанции соглашается по следующим основаниям.

Суд правильно оценил показания свидетелей ФИО29 и ФИО30., которые являлись непосредственными очевидцами ДТП, при этом указали, что в момент ДТП автомобиль «(данные изъяты)» находился слева от них, намереваясь их обогнать, при этом свидетель ФИО31 прямо указал о том, что потерпевший находился на обочине, описали место и механизм происшествия, оснований сомневаться в их достоверности не имеется, так как они подтверждаются обстановкой, зафиксированной протоколами следственных действий, а также показаниями свидетелей ФИО32 и ФИО33., приведенных в приговоре, то есть соответствуют всей совокупности исследованных по делу доказательств.

Показания осужденного ФИО1 о нахождении потерпевшего на середине дороге, и о том, что в момент столкновения он находился в своей полосе движения, завершив маневр обгона, напротив, прямо противоречат проверенным судом апелляционной инстанции доказательствам в их совокупности, в связи с чем судом правильно оценены как недостоверные в этой части.

Доводы стороны защиты о недопустимости и недостоверности проведенной по делу автотехнической экспертизы судом первой инстанции были проверены, в том числе путем вызова в судебное заседание экспертов, и судом дана надлежащая оценка данному доказательству в приговоре, оснований для иных выводов у суда апелляционной инстанции не имеется, как и не имеется оснований полагать, что какие-то сведения в ней не соответствуют действительности. Доказательств обратного стороной защиты не представлено. При этом доводы жалобы о том, что полоса движения, на которую выехал ФИО1, была свободна для движения на достаточном расстоянии, что пострадавший мог находиться по центру дороги или переходить ее, поскольку автомобиль под управлением ФИО1 в момент столкновения уже находился в своей полосе для движения транспортных средств, а также, что у ФИО1 отсутствовала техническая возможность избежать наезда на пешехода, также были проверены в судебном заседании и мотивированно отвергнуты судом первой инстанции, с чем также соглашается и суд апелляционной инстанции, находя доводы жалобы и суждения ее автора направленными на переоценку доказательств, положенных судом в основу приговора и оцененных судом в соответствии с положениями закона.

Приведенный в жалобе довод о получении показаний свидетелей ФИО34 с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, а потому недопустимости данных показаний, также проверен судом первой инстанции и мотивированно отвергнут, при этом не согласиться с данными мотивами у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Что же касается доводов о направлении движения потерпевшего в момент наезда на него автомобиля, то суд первой инстанции исключил данный момент из объема предъявленного обвинения, в связи с чем доводы жалобы на этот счет суд апелляционной инстанции не проверяет. Однако это не свидетельствует о том, что свидетель ФИО35 видел какого-то иного человека, поскольку из его показаний следует, что он видел именно потерпевшего, который шел по обочине или краю проезжей части слева.

Доводы жалобы о неверном указании места ДТП в приговоре, суд апелляционной инстанции находит неубедительными, поскольку на л.д. 9 приговора указано, что 29 октября 2024 года в утреннее время, но не позднее 7 часов 32 минут, ФИО1 управлял технически исправным автомобилем «(данные изъяты)», осуществлял движение по автодороге <адрес изъят><адрес изъят> указанной улиц допустил наезд на пешехода ФИО36., который двигался по краю встречной проезжей части, в результате чего последний получил телесные повреждения, от которых скончался на месте.

Также, соглашается суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции о том, что нарушение ФИО1 при управлении автомобилем требований пунктов 1.3, 1.4, 1.5, п.10.1. и 11.1 ПДД РФ, а также требований дорожного знака 3.20 ПДД РФ состоят в прямой причинно-следственной связи с ДТП и наступившими последствиями в виде смерти ФИО37., находя апелляционные доводы об обратном противоречащими собранным по делу доказательствам.

С учетом позиции ФИО1, не отрицавшего факта наезда на пешехода, но давшего им собственное толкование, суд правильно указал в приговоре его позицию в отношении своей невиновности.

Таким образом, все подлежащие доказыванию в силу ст.73 УПК РФ обстоятельства, при которых ФИО1 совершено преступление, судом установлены и в приговоре изложены правильно. Приговор постановлен на достаточной совокупности доказательств, доводы об обратном необоснованны.

Суд верно, в соответствии с предъявленным обвинением, квалифицировал действия ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Кроме того, как видно из протокола судебного заседания в ходе судебного разбирательства обеспечены права сторон, в том числе стороны защиты представлять доказательства, заявлять ходатайства, участвовать в исследовании доказательств по делу в полном объеме. Все заявленные ходатайства разрешены судом в установленном порядке. Право на защиту ФИО1 было обеспечено, в том числе, путем предоставления ему на всех стадиях судопроизводства защитника, которым являлся профессиональный юрист – адвокат. С принятыми судом по ходатайствам сторон решениями, вопреки доводам жалобы, суд апелляционной инстанции соглашается. Нарушений принципов состязательности и равноправия сторон судом первой инстанции не допущено. Оснований для возращений уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ не имелось, пределы судебного разбирательства, установленные ст. 252 УПК РФ, судом соблюдены.

Суд, с учетом данных о личности осужденного, его поведения в судебном заседании, обоснованно признал его вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания судом учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность подсудимого, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

По настоящему делу эти требования закона выполнены. Наказание осужденному ФИО1 назначено справедливое, как по виду, так и по размеру, при этом, учтены все, имеющие значение для разрешения вопроса о наказании обстоятельства на момент постановления приговора.

Оснований полагать, что судом при назначении наказания не учтены какие-либо данные о личности осужденного или смягчающие наказание обстоятельства, либо неверно оценены характеризующие осужденного сведения, не имеется.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признал активное способствование раскрытию преступления, оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, состояние здоровья осужденного, принятие мер по выплате денежной компенсации брату погибшего. Ссылка при учете смягчающего обстоятельства на объяснение ФИО1, не ухудшает его положение, в связи с чем не может быть признано нарушением, влекущим изменение или отмену приговора.

Иных смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств по делу не имеется.

Обстоятельств, отягчающих наказание, суд обоснованно не усмотрел.

Судом обоснованно при назначении наказания применены положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, наказание назначено в установленных пределах.

В применении положений, предусмотренных ч. 6 ст. 15, ст. 64 и ст. 73 УК РФ судом мотивированно отказано, с чем суд апелляционной инстанции соглашается, поскольку по делу не установлены исключительные обстоятельства.

Вид исправительного учреждения судом указан верно, в соответствии с положениями п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ. Зачет времени следования к месту отбывания наказания произведен.

Таким образом, нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора либо его изменение по доводам апелляционной жалобы не допущено, в ее удовлетворении следует отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Усть-Илимского городского суда Иркутской области от 14 июля 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу его защитника – без удовлетворения.

Настоящее постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения.

В случае обжалования осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении своей жалобы судом кассационной инстанции.

Председательствующий Е.В. Серебренников