Решение № 2-869/2026 2-869/2026~М-283/2026 М-283/2026 от 2 марта 2026 г. по делу № 2-869/2026

УИД 74RS0032-01-2026-000447-28

Дело № 2 - 869/2026


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

26 февраля 2026 г. г. Миасс Челябинской области

Миасский городской суд Челябинской области в составе

председательствующего судьи Захарова А.В.

при помощнике судьи Теркиной К.В.

с участием прокурора Яшниковой Ю.Р.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Уральский завод пожарной техники» о взыскании компенсации морального вреда

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Уральский завод пожарной техники» (далее по тексту – АО «УЗПТ», ответчик) о взыскании с последнего компенсации морального вреда в размере 800 000 рублей и расходов по оплате услуг представителей в сумме 30 000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что с ДАТА по ДАТА состоял в трудовых отношениях с ответчиком, работая в должности электрогазосварщика. ДАТА при выполнении работы по сварке металлических конструкций на сварочном посте произошла вспышка из-под стола без последующего горения, результатом чему явилось возгорание одежды (штанов) и получение истцом технических ожогов лица и тела. Причиной несчастного случая на производстве явилось несовершенство технологического процесса, в том числе недостатки в изложении требований безопасности и технологической документации, не удовлетворительная организация производства работ, в том числе не обеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины. Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, являлись руководители АО «УЗПТ». Причинённым вредом здоровью истцу нанесён моральный вред, выражающийся в физических (сильная боль от ожогов) и нравственных страданиях (переживания за будущую возможность возврата к нормальной жизни). В добровольном порядке компенсировать истцу причинённый вред ответчик отказывается (л.д. 4-16).

В судебном заседании истец ФИО1 и его представители ФИО2, ФИО3 поддержали заявленные требования по указанным выше основаниям, пояснив, что истец находился на излечении с ДАТА по ДАТА (47 дней), выйдя на работу ДАТА, затем был уволен за прогул, после чего не продолжительное время работал на ином предприятии. Членом профсоюза не являлся. Защитный костюм сварщика работодателем не выдавался, в результате чего истец был вынужден выполнять работу электрогазосварщика в собственной одежде, не обладающей необходимыми защитными свойствами. В результате несчастного случая ФИО1 получил тяжкий вред здоровью (площадь ожогов тела 13 %), в настоящее время ищет работу, на бирже труда не зарегистрирован. Обезображивания лица и тела не произошло, в дополнительных операциях по состоянию здоровья не нуждается. Истец проживает один, нуждается в деньгах (не имеет постоянного дохода), посильную помощь ему оказывают родственники. До получения травмы (несчастного случая) истец профессионально спортом не занимался, членом команды или сборной не являлся. В настоящее время истец стесняется следов ожогов на лице и ноге, из-за чего испытывает дискомфорт в общении с людьми (в т.ч. с противоположным полом) и одежде.

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании полагал исковые требования не подлежащими удовлетворению по причине их чрезмерности и не разумности, указывая на легкий исход несчастного случая для здоровья истца и наличие вины самого ФИО1 в произошедшем (не использование защитного костюма сварщика по собственной инициативе по причине жаркой погоды, не надлежащий контроль истца за состоянием своего рабочего места (не убрал баллончик с аэрозольным антипригарным спреем из - под рабочего стола, взрыв которого из-за искр сварочного аппарата и явился причиной получения ожогов)). Заключение должностных лиц Государственной инспекции труда (ГИТ), предписание и иные документы ГИТ ответчиком не обжаловались и в настоящее время полностью исполнены, претензий к ГИТ по факту проведения расследования несчастного случая и оформления документации не имеется. Материальное положение ответчика не является тяжёлым.

Прокурор Яшникова Ю.Р. полагала исковые требования ФИО1 обоснованными и подлежащими удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости.

Заслушав участвующих лиц, заключение прокурора и исследовав все материалы дела, суд полагает исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Конституцией Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливаются гарантии социальной защиты (ч. 2 ст. 7); каждому гарантируется социальное обеспечение в предусмотренных законом случаях (ч. 1 ст. 39).

Под охраной здоровья граждан понимается совокупность мер политического, экономического, правового, социального, культурного, научного, медицинского, санитарно-гигиенического и противоэпидемического характера, направленных на сохранение и укрепление физического и психического здоровья каждого человека, поддержание его долголетней активной жизни, предоставление ему медицинской помощи в случае утраты здоровья.

Понятие здоровья человека применительно к законодательству - это состояние полного физического и психического благополучия, а право человека на здоровье - его личное неимущественное право находиться в состоянии полного физического и психического благополучия.

Право человека на охрану здоровья является по своему содержанию самостоятельным личным неимущественным правом, тесно связанным с правом на здоровье, при этом его реализация обеспечивается различными отраслями права.

Согласно ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексу – ТК РФ) трудовыми отношениями являются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно положениям ст. 20 ТК РФ сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель. Работником является физическое лицо, вступившее в трудовые отношения с работодателем. Работодателем является физическое лицо либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником.

В силу ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Факт регистрации ответчика в качестве юридического лица подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ и не оспаривается сторонами (л.д. 73-88).

Факт наличия между сторонами трудовых отношений и исполнение истцом своих трудовых обязанностей в момент несчастного случая подтверждается трудовым договором и дополнениями к нему, приказами по личному составу, а равно признаётся и не оспаривается сторонами (л.д. 25-28, 115-132).

В силу требований трудового законодательства (ст. ст. 212, 227, 237 ТК РФ) обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя, который обязан расследовать несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя.

Из представленных сторонами документов (акты о несчастном случае на производстве, письменное обращение истца к прокурору города, досудебная претензия, материалы расследования несчастного случая, заключение государственного инспектора труда НОМЕР от ДАТА) следует, что в 13-53 час. ДАТА в АО «Уральский завод пожарной техники» с электрогазосварщиком ФИО1, выполняющим работу на условиях трудового договора, произошёл несчастный случай. При выполнении истцом сварочных работ по сварке металлических конструкций по заданию начальника цеха, произошла вспышка из под стола, без последующего горения. ФИО1 выбежал со своего рабочего места в расплавленных штанах, ему на помощь пришли другие сотрудники. После вспышки начальник цеха обнаружил под рабочим столом в зоне возможного разлёта искр баллончик с антипригарным спреем (используется при подготовке к сварочным работам). ФИО1 подвергся техническому воздействию и получил поражения кожных покровов. С истца незамедлительно сняли одежду и вызвали бригаду скорой медицинской помощи.

В ходе расследования было установлено, что инструктажи с ФИО1 (вводный, повторный), проверки знаний по охране труда не проводились, костюм специальный для выполнения сварочных работ не выдавался. Истец не был обеспечен работодателем: одеждой специальной защитной, фартуком для защиты от искр, средствами защиты ног и рук, головы, лица, что является нарушением положений ст. ст. 214, 221 Трудового кодекса РФ.

Причинами несчастного случая с истцом, связанного с производством, являются: несовершенство технологического процесса, в том числе недостатки в изложении требований безопасности в технологической документации; неудовлетворительная организация производства работ, в том числе не обеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины.

Лицами, ответственными за допущенные нарушения законодательства и иных нормативно правовых, локальных правовых нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая, являются: АО «УралПОЖТЕХНИКА», и.о. генерального директора общества, главный инженер и начальник цеха общества.

Факт грубой неосторожности со стороны истца ФИО1 в ходе дополнительного расследования не установлен (л.д. 29- 60).

Заключение государственного инспектора труда по расследования несчастного случая и иные документы ГИТ ответчиком не оспаривались, предписание, выданное должностным лицом ГИТ по фактам выявленных нарушений в области охраны труда, ответчиком исполнено.

В соответствии со ст. ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Соответственно, суд приходит к выводу о том, что виновным в несчастном случае на производстве с истцом ФИО1, имевшим место ДАТА, является ответчик.

Доказательств иному суду ответчиком не предоставлено.

С учетом изложенного, суд не соглашается с доводом стороны ответчика о наличии вины самого ФИО1 в произошедшем несчастном случае (л.д. 100-107), поскольку материалами дела (включая заключение государственного инспектора труда) установлена вина именно ответчика и его должностных лиц в произошедшем, между тем как факт грубой неосторожности со стороны истца не установлен.

Суд отмечает, что именно работодатель (ответчик) не выдал истцу необходимые средства индивидуальной защиты (СИЗ), в том числе абсолютно необходимые при производстве сварочных работ одежда специальная защитная, фартук для защиты от искр, средствами защиты ног и рук, головы, лица.

В этой связи утверждение ответчика о том, что истец по собственной инициативе не воспользовался защитной одеждой (по причине жаркой погоды), а начал выполнение сварочных работ в не предназначенной для этого домашней одежде (синтетические тренировочные штаны), на выводы суда не влияют, поскольку отсутствуют доказательства того, что работодатель выдал истцу необходимую защитную одежду, что являлось обязанностью ответчика. В той связи утверждение представителя ответчика о том, что фактически у истца имелась специальная защитная одежда, является голословным (не подтверждённым надлежащими доказательствами), и во внимание суда не принимается.

Суд так же обращает внимание, что именно ответчик не провёл надлежащие инструктажи по технике безопасности истцу (в том числе и в части требований охраны труда при производстве сварочных работ), что так же свидетельствует о нарушениях требований законодательства именно со стороны ответчика, а не истца.

Из медицинской документации ФИО1 (сведения о периоде нетрудоспособности, выписные и переводные эпикризы, фотографии ожогов, медицинское заключение от ДАТА и др.) следует, что в результате названного выше несчастного случая истец находился на излечении с ДАТА по ДАТА по поводу термического ожога пламенем головы, верхних и нижних конечностей 1-2 степени, повреждено 11% поверхности тела, что относится к категории тяжёлой степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве (л.д. 61-72, 166-173).

При данных обстоятельствах суд полагает, что у истца ФИО1 в результате несчастного случая на производстве имело место именно тяжёлая степень тяжести повреждения здоровья.

В той связи указание на степень тяжести вреда здоровью «лёгкая», сделанное в заключении государственного инспектора труда и в первичном медицинском заключении от ДАТА, суд полагает ошибочным, поскольку из более позднего медицинского заключения от ДАТА, сделанного по результатам выздоровления истца (т.е. по итогам всех предпринятых медицинских мер), следует, что итоговая категория причинённого истцу вреда здоровью при несчастных случаях на производстве именно тяжёлая. При вынесении заключения государственного инспектора труда и медицинского заключения от ДАТА (т.е. сделанного по прошествии незначительного периода времени после несчастного случая и до выздоровления истца), являлось невозможным точное установление степени тяжести вреда здоровью ФИО1, так как его выздоровления и заживления термических ожогов не произошло.

Статьёй 21 Трудового кодекса РФ (ТК РФ) регламентировано право работника на компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Статьёй 22 ТК РФ предусмотрена обязанность работодателя компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года № 2 (в ред. от 09.12.2025) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со ст. 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В силу ст. 1079 Гражданского кодекса РФ (далее по тексту – ГК РФ), юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 ГК РФ.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи.

Предусмотренная указанными выше правовыми нормами ответственность является гражданско-правовой и применяется в случаях, когда между потерпевшим и причинителем вреда, владельцем источника повышенной опасности, нет трудовых отношений.

По смыслу ст.1079 ГК РФ источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами, в том числе и при производстве сварочных работ.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Физические страдания работника выражаются в форме болевых ощущений.

Нравственные страдания заключаются в негативных переживаниях лица, в том числе и в связи с возникновением профессионального заболевания.

Общими условиями компенсации морального вреда работодателем является наличии вины последнего в причинении морального вреда, за исключением случаев, когда вред был причинен жизни или здоровью работника источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

Статьи 151, 1101 ГК РФ предусматривают, что размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО1, суд учитывает, что последнему в результате несчастного случая на производстве причинены тяжкие телесные повреждения, на протяжении длительного периода времени у истца имел место стойкий болевой синдром, вызванный ожогами лица и тела, у истца отсутствовал умысел на причинение себе вреда здоровью, следствием несчастного случая явилось наличие рубца на ноге, сам истец не имеет высокого дохода. Из объяснений стороны истца, данных в судебном заседании следует, что ФИО1 в результате несчастного случая длительное время был лишен возможности вести прежний, привычный ему образ жизни. Временная утрата здоровья так же сказалась на психоэмоциональном состоянии истца, который переживает своё состояние, был вынужден принимать лекарства и посещать мед. учреждения, испытывает тревогу за своё здоровье и личную жизнь в будущем вследствие последствий термических ожогов. С учетом изложенного, объёма и характера причиненных истцу как физических, так и нравственных страданий, всех обстоятельств дела, в том числе обстоятельств получения истцом травмы и поведения ответчика, требований разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального в размере 300 000 рублей.

Истребуемый истцом размер компенсации морального вреда в размере 800 000 рублей не подлежит взысканию с ответчика в силу принципов разумности и справедливости, принимая во внимание, что истец не нуждается в дальнейшем лечении (в т.ч. в оперативном) и коррекции лица и тела, обезображивания лица не произошло, с ДАТА ФИО1 трудоспособен, т.е. полностью восстановился после несчастного случая.

Суд отмечает, что компенсация морального вреда является мерой, призванной компенсировать лицу причинённые ему физические и (или) нравственные страдания, и не должна являться способом обогащения лица.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из договора оказания юридических услуг, расписки, показаний стороны истца следует, что истцом были оплачены юридические и представительские услуги в сумме 30 000 рублей (л.д. 89-92). Представителями истца был проделан следующий объем работ: составление обращения в ГИТ и взаимодействие с ГИТ, ходатайства и досудебной претензии, оказана устная консультация (включающая изучение законодательства и судебной практики), получение копий документов, составление иска и направление его копий, участие в судебном заседании суда первой инстанции. Суд отмечает, что размер вознаграждения адвоката, участвующего в гражданском судопроизводстве по назначению суда в порядке, предусмотренном ст. 50 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, или в административном судопроизводстве в порядке, предусмотренном ст. 54 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, за один рабочий день участия составляет не менее 550 рублей и не более 1200 рублей (п. 23(1) Постановления Правительства РФ от 01.12.2012 г. № 1240 в посл. ред.).

Размер оплаты труда адвокатов в Челябинской области, оказывающих бесплатную юридическую помощь гражданам в рамках государственной системы бесплатной юридической помощи, за представление интересов в суде общей юрисдикции составляет 1 700 рублей за один день участия в судебном заседании суда первой инстанции, за составление заявлений (кроме исковых заявлений (заявлений) в суд общей юрисдикции) и жалоб (кроме апелляционных, кассационных, надзорных жалоб в суд общей юрисдикции), запросов, ходатайств и других документов правового характера - 600 рублей за один документ; составление исковых заявлений (заявлений) в суд общей юрисдикции – 1 500 рублей за один документ; составление апелляционных, кассационных, надзорных жалоб в суд общей юрисдикции – 2 350 рублей за один документ (Постановление Правительства Челябинской области от 20.06.2012 г. № 292 – П).

Из сведений, представленных Южно-Уральской торгово-промышленной палатой Челябинской области следует, что на рынке юридических услуг отсутствуют фиксированные цены за ведение дел и представительство интересов в суде. Данная стоимость обычно является договорной и складывается из разных составляющих (ознакомление с материалами дела, подготовка процессуальных документов, формирование доказательственной базы, участие в судебных заседаниях и др.).

На основе информации, полученной при изучении рынка юридических услуг установлено, что стоимость юридических услуг за ведение типовых несложных судебных дел по состоянию на 2025-2026 г.г. в судах общей юрисдикции составляла: консультация устная – 970 рублей, консультация письменная – 2 060 рублей, составление искового заявления – 4 375 рублей, составление ходатайств и других процессуальных документов – 1 720 рублей, представительство в суде первой инстанции 4 250 рублей за одно заседание.

С учётом стоимости подобных услуг, оказываемых юристами (в т.ч. адвокатами) в УрФО, требованиям разумности, действительности и необходимости понесённых расходов, с учетом категории дела, отсутствии судебной экспертизы, наличие значительной документальной и доказательственной базы, суд полагает обоснованным и справедливым определить размер компенсации заявителю на возмещение юридических услуг, исходя из следующего расчёта: составление обращения в ГИТ и взаимодействие с ГИТ, составление ходатайства и досудебной претензии, оказание устной консультации (включающей изучение законодательства и судебной практики), получение копий документов, составление иска и направление его копий – 26 000 рублей; представление интересов в суде первой инстанции (с учетом реально затраченного времени и проделанной представителем работы) 4 000 рублей, т.е. всего в пользу заявителя в счёт возмещения расходов по оплате юридических и представительских услуг подлежит взысканию 30 000 рублей. Стороной ответчика не предоставлено доказательств своего тяжёлого материального (финансового) положения, не позволяющего ему компенсировать реально понесённые истцом расходы, необходимые для восстановления своего нарушенного права.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

Поскольку истец освобождён от уплаты государственной пошлины в силу закона (ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ), последняя подлежит взысканию с ответчика в размере 3 000 рублей в доход местного бюджета (ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ). На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ суд

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО1 к Акционерному обществу «Уральский завод пожарной техники» о взыскании компенсации морального вреда частично удовлетворить.

Взыскать с Акционерного общества «Уральский завод пожарной техники» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (СНИЛС НОМЕР) в счет компенсации морального вреда 300 000 (триста тысяч) рублей 00 копеек и расходы по оплате юридических услуг в сумме 30 000 рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части иска ФИО1 к Акционерному обществу «Уральский завод пожарной техники» отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Уральский завод пожарной техники» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3 000 рублей 00 копеек.

Настоящее решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Миасский городской суд Челябинской области.

Председательствующий:

Мотивированное решение суда составлено 03.03.2026 года.