Апелляционное определение № 33-4498/2026 от 6 апреля 2026 г.

63RS0040-01-2024-001402-86

Судья: Гильманов Р.Р. Гр. дело № 33-4498/2026 (№2-35/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

07 апреля 2026 года г. Самара

Судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда в составе:

Председательствующего: Топтуновой Е.В.,

Судей: Кривицкой О.Г., Крайковой А.В.,

при помощнике судьи: Сафонове А.Н.,

при участии прокурора Сергеевой Е.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Октябрьского районного суда г. Самары от 30 мая 2025 года,

Заслушав доклад по делу судьи Самарского областного суда Топтуновой Е.В., судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФГБУ «426 военный госпиталь» Министерства обороны РФ и Министерству обороны Российской Федерации., в котором просил взыскать солидарно с ФГБУ «426 военный госпиталь» Министерства обороны РФ и Министерства обороны Российской Федерации денежные средства в размере 299 358,50 руб., а также компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

В обоснование заявленных требований указал, что Истец является ветераном военной службы, майором в отставке, не один десяток лет лечился в 334 стоматологической поликлинике, расположенной по адресу: <адрес>. Пломбирование, напыление, протезирование, удаление, применение медицинских лекарств - все это производилось на основании ФЗ «О статусе военнослужащих» бесплатно или за незначительную оплату. Начиная с июля - августа 2023 года у истца возникла необходимость в протезировании. Пришлось вновь обратиться в вышеуказанное поликлиническое отделение, а именно в стоматологическую поликлинику ПУРВО г. Самара, по вышеуказанному адресу, где истец состоит на учете и на него заведена медицинская карта. В течение июля, августа, сентября и начала октября 2023 года истцу санировали ротовую полость, то есть поочередно удалили несколько зубов верхней челюсти. Кроме того подготовили ротовую полость к протезированию. Затем изготовили протез, но носить его не представляется возможным – истец испытывает постоянную боль. Причина заключается в том, что после удаления в верхней челюсти зубов, возникли наросты, набухания, бугорки, которые не проходят и не позволяют носить протез продолжительное время, а тем более жевать. Бугорки возникли в местах десны, где производилась инъекция обезболивающим препаратом. По прошествии нескольких недель истец обратился за помощью и советом к хирургу данной поликлиники ФИО2. Он предложил выход из возникшей ситуации - это срубать эти наросты молотком. На возникшее предложение истец ответил отказом. После неудачной попытки использования льготы, предоставленной истцу ФЗ «О статусе военнослужащих» на бесплатное протезирование, ФИО1 обратился за платной стоматологической помощью в ЧУЗ «КБ» РЖД - Медицина» <адрес>, расположенный по адресу: <адрес>, где истцу оказали качественную медицинскую помощь в виде: установку 3-х имплантов, включая осмотр, анестезию, шовный материал, и сам имплантат, общей стоимостью 117 180 рублей; производство ортонантомографии на сумму 1050 рублей; конусно-лучевая томография одной челюсти на сумму 2250 рублей, а всего оказано услуг на общую сумму 120 480 рублей. Кроме того истец обратился в стоматологическую ассоциацию <адрес>, расположенную по адресу: <адрес>, которые дали заключение, согласно которому: на альвеолярном отростке верхней челюсти в области удаленных 1.2, 1.1, 2.1, 2.3, 2.4, 2.5, 2.6 слизистая оболочка воспалена, травмирована, имеются множественные экзостозы. Рекомендовано: провести хирургическую подготовку альвеолярного отростка верхней челюсти перед последующим повторным протезированием. Считает, что в результате неправомерных действий ответчика истцу были причинены убытки, связанные с лечением и протезированием зубов на сумму 120 480 рублей. После подачи искового заявления в суд у истца также возникли дополнительные расходы в следующем размере. С ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина Самара» истцом был заключен договор на оказание платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ №. Согласно заказ-наряду № от ДД.ММ.ГГГГ были выполнены следующие услуги:

- припасовка индивидуальной ложки: изготовление индивидуальной ложки стоимостью 858,50 рублей;

- изготовление индивидуального абатмента при протезировании с опорой на дентальных имплантатах в количестве 5 шт. общей стоимостью 46 240 рублей;

- фрезерование индивидуального абатмента из титана в количестве 5 шт. общей стоимостью 17 000 рублей;

- изготовление коронки металлокерамикой в количестве 12 шт. общей стоимостью 82 110 рублей;

- отливка единицы каркаса под металлокерамику из КХС в количестве 12 штук общей стоимостью 8 160 рублей.

Общая стоимость вышеуказанных работ составила 154 368,50 рублей. Данные работы были оплачены истцом полностью, что подтверждается кассовым чеком от ДД.ММ.ГГГГ. Кроме этого, истцу были установлены формирователи десны в количестве 3 шт. общей стоимостью 23 010 рублей, что подтверждается актом об оказанных услугах по договору от ДД.ММ.ГГГГ № и договором на оказание платных медицинских услуг № от ДД.ММ.ГГГГ. Данные услуги были полностью оплачены, что подтверждается кассовым чеком от ДД.ММ.ГГГГ. Также истцу был сделан ОПТГ стоимостью 1100 рублей, что подтверждается заключенным договором на возмездное оказание медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ №. Данные услуги были полностью оплачены, что подтверждается кассовым чеком от ДД.ММ.ГГГГ. Также истцом были понесены расходы за рентгенографию зубов 11, 12, 21, 23, 24, 25, 26 в размере 400 рублей, что подтверждается договором оказания платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ №. Данные услуги были полностью оплачены, что подтверждается чеком от ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, общая сумма дополнительных расходов составила 178 878,50 руб., а общая сумма затрат составила 299 358,50 руб.

Решением Октябрьского районного суда г. Самары от 30 мая 2025 года постановлено:

«Исковые требования ФИО1 к ФГБУ «426 военный госпиталь» Министерства обороны РФ и Министерству обороны Российской Федерации, о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с ФГБУ «426 военный госпиталь» Министерства обороны РФ (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 5000 (пять тысяч) рублей.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований – отказать.

В случае недостаточности имущества ФГБУ «426 военный госпиталь» Министерства обороны РФ, на которое может быть обращено взыскание, возложить субсидиарную ответственность на Министерство обороны Российской Федерации».

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, удовлетворив исковые требования в полном объеме.

При этом указал, что судом первой инстанции нарушены нормы материального и процессуального права.

В заседании судебной коллегии представитель ФИО1 – ФИО3 доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, просил решение суда отменить, исковые требования удовлетворить в полном объеме.

ФИО1 доводы своего представителя поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, в заседании судебной коллегии не явились, извещены надлежаще.

Судебная коллегия в соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Рассмотрев дело в порядке, предусмотренном главой 39 ГПК РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с пунктами 3, 4 части 1 статьи 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке является, в том числе, несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права.

Неправильным применением норм материального права являются: неприменение закона, подлежащего применению; применение закона, не подлежащего применению; неправильное истолкование закона (часть 2 статьи 330 ГПК РФ).

Такие ошибки были допущены судом первой инстанции.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно статье 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»:

1) здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма;

2) охрана здоровья граждан - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи;

3) медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг;

4) медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение;

5) медицинское вмешательство - выполняемые медицинским работником и иным работником, имеющим право на осуществление медицинской деятельности, по отношению к пациенту, затрагивающие физическое или психическое состояние человека и имеющие профилактическую, исследовательскую, диагностическую, лечебную, реабилитационную направленность виды медицинских обследований и (или) медицинских манипуляций, а также искусственное прерывание беременности…

7) диагностика - комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента, данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патолого-анатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий;

8) лечение - комплекс медицинских вмешательств, выполняемых по назначению медицинского работника, целью которых является устранение или облегчение проявлений заболевания или заболеваний либо состояний пациента, восстановление или улучшение его здоровья, трудоспособности и качества жизни;

9) пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния;

10) медицинская деятельность - профессиональная деятельность по оказанию медицинской помощи, проведению медицинских экспертиз, медицинских осмотров и медицинских освидетельствований, санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий и профессиональная деятельность, связанная с трансплантацией (пересадкой) органов и (или) тканей, обращением донорской крови и (или) ее компонентов в медицинских целях;

11) медицинская организация - юридическое лицо независимо от организационно-правовой формы, осуществляющее в качестве основного (уставного) вида деятельности медицинскую деятельность на основании лицензии, предоставленной в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о лицензировании отдельных видов деятельности. Положения настоящего Федерального закона, регулирующие деятельность медицинских организаций, распространяются на иные юридические лица независимо от организационно-правовой формы, осуществляющие наряду с основной (уставной) деятельностью медицинскую деятельность, и применяются к таким организациям в части, касающейся медицинской деятельности. В целях настоящего Федерального закона к медицинским организациям приравниваются индивидуальные предприниматели, осуществляющие медицинскую деятельность.

Частью 5 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ предусмотрено право пациента, в том числе, на профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям; получение консультаций врачей-специалистов; облегчение боли, связанной с заболеванием, состоянием и (или) медицинским вмешательством, методами и лекарственными препаратами, в том числе наркотическими лекарственными препаратами и психотропными лекарственными препаратами; возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Согласно части 2 статьи 32 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ к видам медицинской помощи относятся: 1) первичная медико-санитарная помощь; 2) специализированная, в том числе высокотехнологичная, медицинская помощь; 3) скорая, в том числе скорая специализированная, медицинская помощь; 4) паллиативная медицинская помощь.

В силу положений частей 2 и 3 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 16 Федеральный закон от 27.05.1998 N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих", военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, имеют право на бесплатное получение медицинской помощи, в том числе изготовление и ремонт зубных протезов (за исключением протезов из драгоценных металлов и других дорогостоящих материалов), бесплатное обеспечение лекарственными препаратами для медицинского применения по рецептам на лекарственные препараты, бесплатное обеспечение медицинскими изделиями по назначению врача в соответствующих медицинских, военно-медицинских подразделениях, частях и в организациях федеральных органов исполнительной власти, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба (далее - военно-медицинские организации).

Права и социальные гарантии военнослужащих и членов их семей, указанные в пунктах 2-4 настоящей статьи, распространяются на офицеров, уволенных с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями, общая продолжительность военной службы которых в льготном исчислении составляет 20 лет и более, а при общей продолжительности военной службы 25 лет и более вне зависимости от основания увольнения и на членов их семей, а также на прапорщиков и мичманов, уволенных с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями, общая продолжительность военной службы которых составляет 20 лет и более.

Граждане, уволенные с военной службы, имеют право на медицинскую помощь в медицинских организациях государственной или муниципальной систем здравоохранения и подлежат обязательному медицинскому страхованию в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с Инструкцией о порядке оказания стоматологической, ортопедической помощи военнослужащим, отдельным категориям граждан, уволенных с военной службы, и членам их семей в Министерстве обороны Российской Федерации, являющейся Приложением к указаниям начальника ГВМУ МО РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, я имею право на бесплатное изготовление и ремонт зубных протезов (за исключением протезов из драгоценных металлов и других дорогостоящих материалов) (далее - зубопротезирование) за счет средств выделяемых из федерального бюджета на содержание Министерства обороны Российской Федерации в военно-медицинских организациях Министерства обороны Российской Федерации (далее - военно- медицинские организации), медицинских организациях государственной и муниципальной систем здравоохранения (далее - медицинские организации) при отсутствии военно-медицинских организаций или соответствующих отделений в них либо специального медицинского оборудования.

Из материалов дела следует, что ФИО1 является ветераном военной службы, майором в отставке.

В 2023 году ФИО1 обратился в ФГБУ «426 военный госпиталь» Министерства обороны РФ с желанием протезироваться.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 ВА. указывает, что медицинская помощь в ФГБУ «426 военный госпиталь» Министерства обороны РФ была оказана ему ненадлежащим образом.

С целью установления качества оказанной ФИО1 медицинской помощи в рамках данного гражданского дела определением суда от 10.09.2024 по делу была назначена судебная медицинская экспертиза, производство которой поручено ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы».

По результатам проведения судебной экспертизы в суд было представлено заключение эксперта № 05-7-114 «П» от 31.01.2025.

Из аналитико-синтезирующей части экспертного заключения следует, что ФИО1 обратился в ФГБУ «426 военный госпиталь» Министерства обороны РФ в 2023 году с желанием протезироваться

- июль - октябрь 2023 года проведена санация ротовой полсти, удаление зубов на верхней челюсти, подготовка к протезированию;

- проведено изготовление и установка протеза верхней челюсти;

- претензий к внешнему виду протеза не имелось;

- возникли боли при ношении протеза верхней челюсти в связи с наличием экзостозов;

- возникновение экзостозов ФИО1 связывает с инъекциями обезболивающих препаратов: «бугорки возникли в местах десны, где производилась инъекция обезболивающим препаратом»;

- рекомендовано хирургическое удаление экзостозов;

- отказался от хирургического лечения экзостозов и обращение для дальнейшего лечения в ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД Медицина» города Самара, Стоматологическая поликлиника», где произвели установку трех имплантов;

- обратился в «Стоматологическую ассоциацию Самарской области», которая дала заключение, согласно которому: на альвеолярном отростке верхней челюсти в области удаленных 1.2, 1.1, 2.1, 2.3, 2.4. 2.5, 2.6 слизистая оболочка воспалена, травмирована, имеются множественные экзостозы; рекомендовано: провести хирургическую подготовку альвеолярного отростка верхней челюсти перед последующим повторным протезированием.

Таким образом, основная претензия со стороны ФИО1 заключается в образовании экзостозов в местах удаленных зубов и невозможностью не изготовленный в ФГКУ «426 военный госпиталь» МО РФ протез, в связи с чем пришлось проводить дальнейшее лечение на платной основе в ЧУЗ «Клиничс больница «РЖД Медицина» города Самара. При этом образование экзостозов истец связывает с инъекциями обезболивающим препаратом.Анализ данных медицинских документов относительно медицине! помощи, оказанной ФИО1 в ФГКУ «426 военный госпиталь» МО РФ.

- 14.06.2023 г. жалобы на дефект коронок; при осмотре дефекты штампован* коронок, произведено снятие штампованных коронок, пациент направлен w рентгенологическое исследование;

- 17.07.2023 г. жалобы на дефект мостовидного протеза 21/12; направлен на ОП7Г. консультация ортопеда;

- 31.07.2023 г. осмотр после ОПТГ: рекомендовано удаление 1.1, 1.2, 2.1, 2.3. 2.^1 2.5, 2.6, зубов;

- 31.07.2023 г. - 11.08.2023 г. удалены 1.1, 1.2, 2.1, 2.3, 2.4, 2.5, 2.6 зубы; каких-либв) осложнений удаления зубов не зафиксировано; показание для удаления являлось в первуш очередь запланированное ортопедическое лечение с согласия (желания) пациента;

- 31.08.2023 г. - 22.09.2023 г.: снятие оттисков, определение центральное^ соотношения челюстей, проверка, постановкой на восковой базис, сдача ЧСПП (частично съемного пластинчатого протеза);

- 22.09.2023 г. рекомендовано хирургическое удаление экзостозов, от которое» ФИО1 отказался.

Медицинская помощь ФИО4 в ФГКУ «426 военный госпиталь» МО РФ была своевременной относительно времени обращения, показанной и общепринятой в данной клинической ситуации (диагноз: «Частичное отсутствие зубов на верхней челюсти 1 класс по Кеннеди. Частичное отсутствие зубов на нижней челюсти 1 класс по Кеннеди. Потеря жевательной эффективности по ФИО5 32%. Этиологический фактор: кариес и его осложнения): снятие штампованных коронок и мостовидного протеза в связи с их дефектами, удаление 1.1, 1.2, 2.1, 2.3, 2.4, 2.5, 2.6 зубов с установкой ЧСПП (частично съемного пластинчатого протеза).

Рентгенологическое обследование перед началом лечения было проведено. Осложнений удаления зубов не зафиксировано. Удаление зубов проводилось под инфильтрационной анестезией артикаином. Развитие экзостозов вследствие удаления зубов (в данном случае комиссия экспертов считает, что более верно говорить об атрофии-деформации альвеолярного отростка (подтверждается в том числе рентгенологическими данными) верхней челюсти с наличием острых краев альвеол удаленных зубов) является закономерным результатом удаления зубов и не связано с инъекциями обезболивающего препарата артикаина. Рекомендованное лечение экзостозов - хирургическое удаление является легитимным и общепринятым.

При анализе представленных медицинских документов в ФГКУ «426 военный госпиталь» МО РФ, установлены дефекты медицинской помощи ФИО1 в части ведения медицинской документации:- отсутствует план лечения;

- отсутствует диагноз при начале лечения в 2023 году."

Сами по себе дефекты медицинской помощи в части вышеперечисленных дефектов оформления медицинской документации к каким-либо негативным последствиям не привели и не находятся в причинной связи с проведенной ФИО4 врачами-специалистами ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» дентальной имплантацией.

Осуществленное в ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» г. Самара дальнейшее лечение ФИО4 являлось одним из вариантов возможного протезирования.

Допрошенные в судебном заседании эксперты ФИО6 и ФИО7 полностью поддержали выводы, изложенные в заключении эксперта № 05-7-114 «П» от 31.01.2025.

В соответствии со статьей 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (пункт 1).

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (пункт 2).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (пункт 3).

В силу пункта 3 статьи 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

В силу пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» судам следует иметь в виду, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2013 № 13 «О применении норм гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции», исходя из принципа процессуального равноправия сторон и учитывая обязанность истца и ответчика подтвердить доказательствами те обстоятельства, на которые они ссылаются, необходимо в ходе судебного разбирательства исследовать каждое доказательство, представленное сторонами в подтверждение своих требований и возражений, отвечающее требованиям относимости и допустимости (статьи 59, 60 ГПК РФ) (пункт 13).При возникновении сомнений в достоверности исследуемых доказательств их следует разрешать путем сопоставления с другими установленными судом доказательствами, проверки правильности содержания и оформления документа, назначения в необходимых случаях экспертизы и т.д. (пункт 14). При исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов (пункт 15).

В соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч. 1).

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч. 4).

В соответствии с ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 данного кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Судом первой инстанции принято указанное заключение судебной экспертизы в качестве надлежащего относимого и допустимого доказательства. Заключение судебной экспертизы сторонами не оспаривалось, квалификация судебных экспертов, надлежащим образом предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, сомнений не вызывает, исследование ими проведено в пределах специальных знаний. Доказательств, свидетельствующих о заинтересованности экспертов в исходе дела, не представлено, выводы заключения носят категоричный, а не вероятностный характер.

Заключение судебного эксперта ясное и полное, противоречий не содержит, сомнений в правильности и обоснованности не вызывает.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Отказывая в удовлетворении исковых требований о взыскании материального ущерба на общую сумму 299 358,50 руб., суд первой инстанции исходил из того, что ответчиками доказано, что медицинская помощь ФИО4 в ФГКУ «426 военный госпиталь» МО РФ была своевременной относительно времени обращения, показанной и общепринятой в данной клинической ситуации. Рентгенологическое обследование перед началом лечения было проведено. Осложнений удаления зубов не зафиксировано. Удаление зубов проводилось под инфильтрационной анестезией артикаином. Развитие экзостозов вследствие удаления зубов (в данном случае комиссия экспертов считает, что более верно говорить об атрофии-деформации альвеолярного отростка (подтверждается в том числе рентгенологическими данными) верхней челюсти с наличием острых краев альвеол удаленных зубов) является закономерным результатом удаления зубов и не связано с инъекциями обезболивающего препарата артикаина. Рекомендованное лечение экзостозов - хирургическое удаление является легитимным и общепринятым. Действия ФГКУ «426 военный госпиталь» МО РФ по оказанию медицинской помощи ФИО1 не находятся в причинной связи с проведенной ФИО4 врачами-специалистами ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» дентальной имплантацией и понесёнными истцом материальными затратами.

Судебная коллегия, в указанной части соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на имеющихся по делу доказательствах, в соответствии с установленными фактическими обстоятельствами дела и нормами закона, регулирующими возникшие между сторонами правоотношения.

Выводы эксперта не оспорены истцом, судебной коллегией поставлен на обсуждение вопрос о намерении истца ходатайствовать о назначении по делу повторной судебной экспертизы, истец от назначения повторной судебной экспертизы отказался.

Для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Таким образом, применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинская организация – ФГБУ «426 ВГ» МО РФ должна доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО1, медицинская помощь которому была оказана ненадлежащим образом.

Дефекты ведения медицинской документации, выразившийся в отсутствии плана лечения, отсутствия диагноза при начале лечения в 2023 году, суд принимает во внимание при вынесении решения суда, при этом судом учитывается, что дефекты медицинской помощи в части вышеперечисленных дефектов оформления медицинской документации к каким-либо негативным последствиям не привели и не находятся в причинной связи с проведенной ФИО4 врачами-специалистами ЧУЗ КБ «РЖД-Медицина» дентальной имплантацией.

Разрешая спор по существу и частично удовлетворяя исковые требования ФИО1, суд первой инстанции руководствовался положениями ст. 38 Конституции Российской Федерации, ст. ст. 150, 151, 1064, 1068, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ, регулирующих спорные правоотношения, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинении вреда жизни или здоровью гражданина" и от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" по их применению, и исходил из того, что в ходе рассмотрения дела установлены ненадлежащее оказание ФИО1 сотрудниками ФГБУ «426 ВГ» МО РФ, принимая во внимание вышеизложенное, учитывая фактические обстоятельства дела, степень, характер и объем понесенных физических, душевных и нравственных страданий, полученных вследствие выявленных дефектов оказания медицинской помощи в виде дефектов ведения медицинской документации, индивидуальных особенностей истца, принципы разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда, обеспечив реальное соблюдение баланса интересов сторон, способствуя восстановлению нарушенных в результате причинения вреда здоровью прав потерпевшего, в связи с чем пришел к выводу о причинении истцу нравственных страданий и наличии оснований для компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции принял во внимание фактические обстоятельства дела, характер и степень вины ответчика в причинении вреда, обстоятельства причинения вреда, а также характер и степень нравственных страданий ФИО1, в связи с чем определил к взысканию с ответчика компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции о наличии правовых оснований для компенсации морального вреда, судебная коллегия не может согласиться с решением суда в части размера взысканной компенсации по следующим основаниям.

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Как следует из положений гражданского законодательства, а также разъяснений Пленума Верховного Суда РФ моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством, в том числе, путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав гражданина в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи он вправе заявить требования о взыскании с соответствующей медицинской организации компенсации морального вреда.

Пунктом 2 статьи 150 ГК РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 26 постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33, суду необходимо установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 названного постановления).

Согласно разъяснений, данных в п. 49 вышеназванного постановления, требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 судебной коллегией признаются обоснованными в части размера взысканной компенсации морального вреда, как не соответствующей объему допущенных нарушений, характеру и тяжести причиненного вреда, требованиям разумности и справедливости.

Таким образом, судебная коллегия считает, что определенный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда не в должной мере возмещает причиненный истцу вред, не отвечает требованиям разумности и справедливости. С учетом всех обстоятельств дела, существа допущенных нарушений, характера и тяжести страданий ФИО1, судебная коллегия приходит к выводу, что решение в части размера компенсации морального вреда следует изменить, увеличив размер денежной суммы, взыскать с ФГБУ «426 военный госпиталь» Министерства обороны РФ в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

Таким образом, с учетом изложенного, решение суда первой инстанции подлежит изменению в части взысканного судом размера компенсации морального вреда и указания на взыскание компенсации морального вреда в пользу истца с ФГБУ «426 военный госпиталь» Министерства обороны РФ в размере 30 000 руб.

ФГБУ «426 Военный госпиталь» Министерства обороны РФ является бюджетным учреждением.

Учредителем ФГБУ «426 Военный госпиталь» Министерства обороны РФ является Министерство обороны РФ.

Согласно части 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской федерации бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Согласно пункту 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Таким образом, по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения, а, следовательно, в данном случае при недостаточности имущества субсидиарная ответственность может быть возложена на собственника имущества - Министерство обороны РФ.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Октябрьского районного суда г. Самары от 30 мая 2025 года изменить в части размера компенсации морального вреда взысканного с ответчика в пользу истца, увеличив размер компенсации морального вреда до 30 000 рублей.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 удовлетворить частично.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) в течение трех месяцев через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 21.04.2026г.

Председательствующий:

Судьи: