Приговор № 1-200/2017 от 24 декабря 2017 г. по делу № 1-200/2017

П Р И Г О В О Р № 1-200/2017

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 декабря 2017 г.

Заднепровский районный суд г. Смоленска Смоленской обл. РФ,

судья Дворянчиков Е.Н., при секретарях Фрейман М.А. и Молчанове П.А., с участием: гособвинителей - помощников Заднепровского райпрокурора г. Смоленска ФИО7, ФИО8, ФИО9, адвокатов Гуркаева О.Ф. и Лышковского А.В., подсудимых ФИО10 и ФИО11, защитников, наряду с профессиональными, - ФИО и ФИО1, рассмотрев материалы уголовного дела по обвинению

ФИО10, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, <данные изъяты>, зарегистрированного проживающим по адресу: <адрес>,

ФИО11, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, <данные изъяты>, зарегистрированного проживающим по адресу: <адрес>, судимого

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

обоих - в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30- п. «г» ч. 4 ст. 228-1, п. «а» ч. 3 ст. 228-1 УК РФ,

у с т а н о в и л :

ФИО11 и ФИО10 - каждый - виновны в:

совершённом группой лиц по предварительному сговору покушении на незаконный сбыт наркотических средств;

совершённом группой лиц по предварительному сговору приготовлении к незаконному сбыту наркотических средств в крупном размере.

Преступления совершены при следующих обстоятельствах.

Являющиеся друг другу родственниками (<данные изъяты>) ФИО11 и ФИО10 по предложению иного неустановленного органом предварительного расследования лица (далее по тексту приговора - Соучастник № 1), договорились как между собой, так и с тем Соучастником № 1, о совместном незаконном сбыте наркотиков.

В связи с этим не позднее чем в 11 часа 05 минут 16 мая 2017 года Соучастник № 1 при неустановленных обстоятельствах приобрёл наркотическое средство каннабис (марихуану), расфасованное в семь фольгированных свёртков (пакетиков), общей совокупной высушенной массой каннабиса <данные изъяты> грамма. Приобретя тот каннабис, Соучастник № 1 при неустановленных обстоятельствах не позднее чем в 11 часов 05 минут 16 мая 2017 года спрятал указанные семь фольгированных свёртков (пакетиков) с наркотиком в тайнике, оборудованном на неустановленном месте придомовой территории <адрес>.

После этого посредством мобильной телефонной связи через Интернет-мессенджер Соучастник № 1 сообщил ФИО10 о том тайнике с марихуаной (каннабисом). ФИО10, в свою очередь, действуя согласно ранее достигнутой договорённости на сбыт наркотиков с ФИО11 и с Соучастником № 1, примерно не позднее чем в 11 часов 05 минут 16 мая 2017 года прибыл на придомовую территорию <адрес>, и забрал из тайника тот каннабис (совокупной его массой <данные изъяты> грамма).

Согласно договорённости с ФИО11 и с Соучастником № 1 на сбыт наркотика, ФИО11 и ФИО10 должны были бы позже спрятать те пакетики (свёртки) с каннабисом - для последующей передачи тех пакетиков с наркотиком таким способом иным наркозависимым лицам, - в тайниках, оборудованных ФИО10 и ФИО11 по усмотрению подсудимых в различных местах <адрес>. Об этих тайниках, которые оборудовали бы подсудимые, ФИО10 и ФИО11 потом должны были бы сообщить Соучастнику № 1. Соучастник № 1 же - согласно договорённости с подсудимыми, - позже должен был бы сообщать о том или ином конкретном тайнике с марихуаной тому или иному наркозависимому лицу, осуществившему электронный платёж в пользу Соучастника № 1 за сбываемый каннабис. Кроме того, Соучастник № 1 должен был бы осуществлять в пользу ФИО10 и ФИО11 электронные платежи из расчёта по 150 рублей за каждый оборудованный таким образом подсудимыми тайник с каннабисом.

Действуя затем согласно достигнутой с Соучастником № 1 и с ФИО11 на сбыт марихуаны договорённости, ФИО10 в период времени примерно с 11 часов 05 минут 16 мая 2017 года по 15 часов 39 минут 16 мая 2017 года оборудовал 7 тайников со свёртками с каннабисом, с совокупной высушенной массой наркотика в тех семи тайниках, равной <данные изъяты> грамма.

Эти тайники были оборудованы ФИО10 в выбранных им по своему усмотрению местах:

- на <данные изъяты>) на придомовой территории <адрес>, - свёрток с каннабисом массой <данные изъяты> грамма (далее по тексту приговора - тайник № 1);

- на <данные изъяты>) на придомовой территории <адрес>, - свёрток с каннабисом массой <данные изъяты> грамма (далее по тексту приговора - тайник № 2);

- <данные изъяты>) лестничной площадки <адрес>, - свёрток с каннабисом массой <данные изъяты> грамма (далее по тексту приговора - тайник № 3);

- у <данные изъяты> у входа в подъезд <адрес>, - свёрток с каннабисом массой <данные изъяты> грамма (далее по тексту приговора - тайник № 4);

- у входа в <адрес>, - свёрток с каннабисом массой <данные изъяты> грамма (далее по тексту приговора - тайник № 5);

- <данные изъяты> многоквартирного дома <адрес>, - свёрток с каннабисом массой <данные изъяты> грамма (далее по тексту приговора - тайник № 6);

- <данные изъяты> придомовой территории <адрес>, - свёрток с каннабисом массой <данные изъяты> грамма (далее по тексту приговора - тайник № 7).

Одновременно в то время, пока ФИО10 оборудовал все семь вышеуказанных тайников с марихуаной, вместе с ФИО10 на местах оборудования всех тех семи тайников находился и ФИО11. Как только ФИО10 оборудовал тот или иной очередной тайник, ФИО11 - тем самым действуя во исполнение совместной с ФИО10 и Соучастником № 1 договорённости на совместный сбыт каннабиса, - последовательно сообщал посредством мобильной телефонной связи через Интернет-мессенджер Соучастнику № 1 о местонахождении всех тех семи тайников.

Так, сообщения о месте расположении тайников ФИО11 направлял Соучастнику №1:

о тайнике № 1, - в 15 часов 39 минут 16 мая 2017 года;

о тайнике № 2, - в 15 часов 48 минут 16 мая 2017 года;

о тайнике № 3, - в 15 часов 50 минут 16 мая 2017 года;

о тайнике № 4, - в 15 часов 53 минуты 16 мая 2017 года;

о тайнике № 5, - в 15 часов 57 минут 16 мая 2017 года;

о тайнике № 6, - в 16 часов 16 мая 2017 года;

о тайнике № 7, - в 16 часов 02 минуты 16 мая 2017 года.

Однако, так как сотрудники Управления по контролю за оборотом наркотиков УМВД РФ по <адрес> вели 16 мая 2017 года оперативное наблюдение за ФИО10 и ФИО11, то подсудимые были уже после того, как смогли оборудовать вышеназванные семь тайников с каннабисом, были задержаны полицейскими.

После задержания обоих подсудимых полицейские в период с 20 часов 20 минут 16 мая 2017 года по 21 час 47 минут 16 мая 2017 года, проводя оперативно-розыскные мероприятия в виде обследований участков местности и помещений, обнаружили и последовательно изъяли все вышеназванные 7 свёртков (пакетиков) с каннабисом, совокупной его высушенной массой <данные изъяты> грамма, ранее спрятанные подсудимыми в 7 вышеуказанных тайниках.

Таким образом, по не зависящим от воли как ФИО10 и ФИО11, так и их Соучастника № 1, обстоятельствам, все 7 свёртков (пакетиков) с каннабисом совокупной высушенной массой наркотика <данные изъяты> грамма так и не были реализованы кому-либо постороннему, а были изъяты из незаконного оборота сотрудниками полиции.

Каннабис (марихуана), общей совокупной высушенной массой <данные изъяты> грамма, согласно данным списка Постановления № 1002 от 01.10.2012 г. «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ для целей статей 228 и 228-1, 229 и 229-1 УК РФ» Правительства РФ, относится к наркотическим средствам, оборот которых в России запрещен.

Кроме того, ФИО11 и ФИО10 по предложению иного неустановленного органом предварительного расследования лица (далее по тексту приговора - Соучастник № 2), договорились как между собой, так и с тем Соучастником № 2, о совместном незаконном сбыте наркотиков.

В связи с этим не позднее чем в 15 часов 05 минут 16 мая 2017 года Соучастник № 2 при неустановленных обстоятельствах приобрёл наркотическое средство - смесь, содержащую производное N-метилэфедрона, расфасованную в пятнадцать свёртков (пакетиков), общей совокупной массой наркотика <данные изъяты> грамма. Приобретя тот наркотик, Соучастник № 2 при неустановленных обстоятельствах не позднее чем в 15 часов 05 минут 16 мая 2017 года спрятал указанные пятнадцать свёртков (пакетиков) с наркотиком в тайнике, оборудованном на неустановленном месте придомовой территории <адрес>

После этого посредством мобильной телефонной связи через Интернет-мессенджер Соучастник № 2 сообщил ФИО10 о том тайнике с наркотиком. ФИО10, в свою очередь, действуя согласно ранее достигнутой договорённости на сбыт наркотиков с ФИО11 и с Соучастником № 2, в период примерно не позднее чем с 16 часов 02 минут 16 мая 2017 по 19 часов 16 мая 2017 года совместно с ФИО11 прибыли на придомовую территорию <адрес>. На том месте ФИО11 сначала забрал из тайника тот наркотик (совокупной его массой <данные изъяты> грамма), а затем передал все те пятнадцать свёртков (пакетиков) с производным N-метилэфедрона ФИО10.

Согласно договорённости с ФИО11 и с Соучастником № 2 на сбыт наркотика, ФИО11 и ФИО10 должны были бы позже спрятать те пятнадцать пакетиков (свёртков) с производным N-метилэфедрона - для последующей передачи тех пакетиков с наркотиком таким способом иным наркозависимым лицам, - в тайниках, оборудованных ФИО10 и ФИО11 по усмотрению подсудимых в различных местах <адрес>. Об этих тайниках, которые оборудовали бы подсудимые, ФИО10 и ФИО11 потом должны были бы сообщить Соучастнику № 2. Соучастник № 2 же - согласно договорённости с подсудимыми, - позже должен был бы сообщать о том или ином конкретном тайнике с наркотиком тому или иному наркозависимому лицу, осуществившему электронный платёж в пользу Соучастника № 2 за сбываемое производное N-метилэфедрона. Кроме того, Соучастник № 2 должен был бы осуществлять в пользу ФИО10 и ФИО11 электронные платежи за каждый оборудованный таким образом подсудимыми тайник с наркотиком.

Однако, так как сотрудники Управления по контролю за оборотом наркотиков УМВД РФ по <адрес> вели 16 мая 2017 года оперативное наблюдение за ФИО10 и ФИО11, то подсудимые были задержаны 16 мая 2017 года полицейскими. После задержания ФИО10 и ФИО11 оперсотрудники полиции, действуя в рамках ФЗ РФ «Об оперативно-розыскной деятельности», в ходе оперативно-розыскного мероприятия - обследования участка местности, - 16 мая 2017 года примерно в 19 часов 32 минуты обнаружили и изъяли у задержанного ФИО10 15 свёртков (пакетиков) с производным N-метилэфедрона, - которые к моменту их задержания ФИО10 и ФИО11 по независящим от их воль обстоятельствам ещё не успели разложить по другим тайникам, каковые подсудимые согласно договорённости с Соучастником № 2 на совместный сбыт наркотика намеревались позже оборудовать.

Таким образом, по не зависящим от воли как ФИО10, так и ФИО11 и их Соучастника № 2, обстоятельствам, все 15 свёртков (пакетиков) с производным N-метилэфедрона совокупной массой наркотика <данные изъяты> грамма так и не были реализованы кому-либо постороннему, а были изъяты из незаконного оборота сотрудниками полиции.

Производное N-метилэфедрона, общей совокупной массой 5,03 грамма, согласно данным списка Постановления № 1002 от 01.10.2012 г. «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ для целей статей 228 и 228-1, 229 и 229-1 УК РФ» Правительства РФ, относится к наркотическим средствам в крупных размерах, оборот которых в России запрещен.

Подсудимый ФИО10 вину фактически признал частично и показал, что однажды на одном из Интернет-сайтов подсудимый ФИО10 выяснил несколько «ник-неймов», используемых в различных Интернет-мессенджерах одним и тем же лицом, занимающимся дистанционным сбытом наркотиков.

Подсудимый ФИО10 стал через те мессендрежы вести с тем лицом переписку; то лицо сообщало таким образом ФИО10 о местах нахождения того или иного тайника с наркотиком.

Так, 16 мая 2017 года подсудимый ФИО10 в таком текстовом сообщения узнал о месте нахождения в районе <адрес> подобного тайника. После этого ФИО10 также написал своему <данные изъяты> - подсудимому ФИО11, - текстовое электронное сообщение о поступившей ФИО10 информации о наличии того тайника с наркотиками.

Затем ФИО10 забрал наркотики из того тайника, после чего ФИО10 и ФИО11 в тот же день встретились и в районе <адрес> оборудовали по своему усмотрению 7 тайников с марихуаной. ФИО10 непосредственно оборудовал те тайники, а ФИО11 мобильным телефоном фотографировал каждый тайник, и затем сообщал электронной перепиской по мессенджеру о том тайнике лицу, изначально организовавшему сбыт наркотиков.

Так, согласно договорённости, ранее достигнутой в электронной переписке, организатор сбыта наркотиков должен был бы сообщать о места нахождения тайников с наркотиками, оборудованных ФИО10 и ФИО12, другим наркопотребителям. При этом за каждый оборудованный подсудимыми тайник организатор сбыта должен был бы выплачивать подсудимым деньги, - вне зависимости от того, был ли потом в итоге непосредственно передан кому-либо постороннему наркотик, или не был.

ФИО10 также показал, что после того, как подсудимые разложили марихуану по оборудованным ими тайникам и сообщили о тех тайниках организатору сбыта, то организатор вскоре в тот же день уже по другому Интернет-мессенджеру сообщил ФИО10 о том, что имеется новый тайник с наркотиком в районе <адрес>

После этого ФИО10 сообщил о той информации ФИО11, и подсудимые приехали в район <адрес>. ФИО10 и ФИО11 стали искать тайник с наркотиком, и тайник непосредственно нашёл ФИО11. Найдя свёрток с наркотиком, ФИО11 отдал тот свёрток ФИО10, после чего ФИО10 стал удерживать тот наркотик при себе в одежде, надетой на ФИО10. ФИО10 полагал тогда, что и изъятый в районе <адрес> наркотик подсудимые потом также разложат по тайникам, ими оборудованным, и сообщат о тех тайниках организатору наркосбыта.

Однако вскоре на том месте - в <адрес>, - и ФИО10 и ФИО11 были задержаны полицейскими, изъявшими при личном досмотре удерживаемый при себе ФИО10 свёрток с наркотиком.

После задержания и ФИО11 и ФИО10 сразу же добровольно сообщили полицейским о сделанных ими ранее тайниках с марихуаной, а также дали признательные показания об инкриминируемых им обстоятельствах наркосбыта.

ФИО10 полагает, что в его действиях нет квалифицирующих признаков - совершения преступления группой лиц по предварительному сговору, - и его действия являются единым преступлением, а не двумя самостоятельными.

В данный момент подсудимый ФИО10 раскаивается в содеянном и просит суд о снисхождении к нему.

Подсудимый ФИО11 вину фактически признал частично и показал, что однажды на одном из Интернет-сайтов подсудимый ФИО10 - <данные изъяты> подсудимого ФИО11, - выяснил несколько «ник-неймов», используемых в различных Интернет-мессенджерах одним и тем же лицом, занимающимся дистанционным сбытом наркотиков.

Подсудимый ФИО10 стал через те мессендрежы вести с тем лицом переписку; то лицо сообщало таким образом ФИО10 о местах нахождения того или иного тайника с наркотиком.

Так, 16 мая 2017 года подсудимый ФИО10 в таком текстовом сообщения узнал о месте нахождения подобного тайника. После этого ФИО10 также сообщил ФИО11 о поступившей ФИО10 информации о наличии того тайника с наркотиками.

Затем ФИО10 забрал наркотики из того тайника, после чего ФИО10 и ФИО11 в тот же день встретились и оборудовали по своему усмотрению 7 тайников с марихуаной. ФИО10 непосредственно оборудовал те тайники, а ФИО11 мобильным телефоном фотографировал каждый тайник, и затем сообщал электронной перепиской по мессенджеру о том тайнике лицу, изначально организовавшему сбыт наркотиков.

ФИО11 также показал, что после того, как подсудимые разложили марихуану по оборудованным ими тайникам и сообщили о тех тайниках организатору сбыта, то подсудимые приехали в <адрес>. ФИО10 и ФИО11 стали искать другой тайник с наркотиком, и тайник непосредственно нашёл ФИО11. Найдя свёрток с наркотиком, ФИО11 отдал тот свёрток ФИО10, после чего ФИО10 стал удерживать тот наркотик при себе в одежде, надетой на ФИО10.

ФИО11 тогда только лишь помог ФИО10 найти свёрток с наркотиком, и ФИО11 не знал и не задумывался над тем, что именно потом сам ФИО10 намерен делать с тем наркотиком.

Однако вскоре на том месте - в <адрес>, - и ФИО10 и ФИО11 были задержаны полицейскими, изъявшими при личном досмотре удерживаемый при себе ФИО10 свёрток с наркотиком.

После задержания и ФИО11 и ФИО10 сразу же добровольно сообщили полицейским о сделанных ими ранее тайниках с марихуаной, а также дали признательные показания об инкриминируемых им обстоятельствах наркосбыта.

ФИО11 полагает, что в его действиях нет квалифицирующих признаков - совершения преступления группой лиц по предварительному сговору, - и его действия в отношении N-метилэфедрона сбытом наркотика никак не являются.

В данный момент подсудимый ФИО11 раскаивается в содеянном и просит суд о снисхождении к нему.

Свидетель ФИО2 - оперсотрудник Управления по контролю за оборотом наркотиков УМВД РФ по <адрес>, - показал, что в связи с поступившей в мае 2017 года к ФИО2 и к его коллегам оперативной информацией о том, что какие-то не установленные на тот момент лица с помощью других лиц - в частности, как позже выяснилось, с помощью подсудимых ФИО10 и ФИО11, - занимаются на территории <адрес> дистанционным незаконным сбытом наркотиков, сотрудниками полиции 16 мая 2017 года были произведены оперативные мероприятия, направленные на пресечение той незаконной деятельности.

Так, сначала из оперативной информации полицейские знали, что 16 мая 2017 года в районе <адрес> лица, оборудующие тайники с розничными партиями наркотиков, должны будут забрать мелкооптовую партию. В итоге после того, как из тайника те лица забрали свёрток с наркотиком, те лица были задержаны полицейскими.

Теми задержанными оказались подсудимые ФИО10 и ФИО11. После задержания у ФИО10 были изъяты хранимые им свёрток с наркотиком, банковская расчётная карта и мобильный телефон. У ФИО11 при его досмотре полицейские изъяли две банковские расчётные карты.

В изъятом тогда мобильном телефоне была обнаружена электронная переписка в Интернет-мессенджере, содержащая адреса 10 тайников с наркотиками, ранее оборудованных подсудимыми. Так переписка велась подсудимыми с адресатами, имевшими два разных «ник-нейма».

От ФИО10 и ФИО11 тогда же полицейским сразу стало известно, что ранее подсудимые уже оборудовали 10 тайников с наркотиками. Полицейские в присутствии подсудимых стали производить осмотры мест оборудования тайников в районе <адрес>, и в семи из десяти тех мест обнаружили и изъяли свёртки с розничными партиями наркотиков. В трёх местах наркотиков на момент осмотра уже не было.

Обнаруженные наркотики были упакованы, также были составлены протоколы, фиксировавшие ход и результаты тех ОРМ.

Из данных в суде показаний свидетеля ФИО3, а также из показаний свидетеля ФИО4 (т. 2 л.д. 72-74), данных ФИО4 в стадии предварительного расследования и оглашённых в судебном заседании, следует, что 16 мая 2017 года ФИО4 и ФИО3 присутствовали в качестве понятых при производстве оперсотрудниками полиции различных опермероприятий.

Так, сначала ФИО4 и ФИО3 в районе <адрес> присутствовали при личных досмотрах двух задержанных мужчин. При личном досмотре одного из них полицейские обнаружили и изъяли свёрток с наркотиком, а также мобильный телефон. У второго задержанного при досмотре обнаружили и изъяли банковские расчётные карты.

В мобильном телефоне, изъятом у задержанного, находилась электронная переписка с адресами 10 тайников.

После этого полицейские в присутствии ФИО4 и ФИО3 приехали вместе с задержанными лицами в район <адрес>, где осмотрели места оборудования тех 10 тайников. В семи из десяти осмотренных мест были обнаружены и изъяты свёртки с наркотиками.

Обнаруженные наркотики были упакованы, также были составлены протоколы, фиксировавшие ход и результаты тех ОРМ.

Подтверждается вина подсудимых:

протоколом (т. 1 л.д. 7-9) осмотра места происшествия, предметов и документов, согласно которому в 19 часов 20 минут 16 мая 2017 года в районе <адрес> у ФИО11 были обнаружены и изъяты в том числе и две банковские карты;

протоколом (т. 1 л.д. 10-44) осмотра места происшествия, предметов и документов, согласно которому в 19 часов 32 минуты 16 мая 2017 года в районе <адрес> у ФИО10 были обнаружены и изъяты полимерный свёрток с содержимым, мобильный телефон и банковская карта; тем же протоколом зафиксировано наличие в электронной памяти изъятого телефона электронных фотографий и текстовой переписки, содержащий адреса ранее оборудованных тайников с наркотиками;

протоколом (т. 1 л.д. 47-49) обследования в 19 часов 47 минут 16 мая 2017 года участка местности в районе <адрес>, в ходе того обследования ФИО10 и ФИО11 указали место, откуда они ранее изъяли свёрток с наркотиком;

протоколом (т. 1 л.д. 50-51) обследования в 20 часов 20 минут 16 мая 2017 года в районе <адрес>, где <данные изъяты> был обнаружен и изъят свёрток с наркотиком;

протоколом (т. 1 л.д. 52-53) обследования в 20 часов 32 минуты 16 мая 2017 года в районе <адрес>, где <данные изъяты> был обнаружен и изъят свёрток с наркотиком;

протоколом (т. 1 л.д. 56-57) обследования в 21 час 05 минут 16 мая 2017 года в районе <адрес>, где <данные изъяты> был обнаружен и изъят свёрток с наркотиком, а затем <данные изъяты> был обнаружен и изъят ещё один свёрток с наркотиком;

протоколом (т. 1 л.д. 58-59) обследования в 21 час 22 минуты 16 мая 2017 года в районе <адрес>, где <данные изъяты> был обнаружен и изъят свёрток с наркотиком;

протоколом (т. 1 л.д. 60-61) обследования в 21 час 37 минут 16 мая 2017 года в районе <адрес>, где <данные изъяты> был обнаружен и изъят свёрток с наркотиком, а затем <данные изъяты>, был обнаружен и изъят ещё один свёрток с наркотиком.

Согласно выводам химического исследования и заключения химической экспертизы:

изъятое 16 мая 2017 года при личном досмотре задержанного ФИО10 вещество, содержавшееся в пятнадцати полимерных пакетиках (свёртках), является наркотическим средством, - производным N-метилэфедрона, совокупной массой наркотика <данные изъяты> грамма;

изъятое 16 мая 2017 года при обследованиях территорий, прилегающих к многоквартирным домам в районе <адрес>, а также помещений подъездов тех домов, вещество растительного происхождения, содержавшееся в семи фольгированных пакетиках (свёртках), является наркотическим средством, - марихуаной (каннабисом), высушенной массой <данные изъяты> грамма (т. 1 л.д. 74-79, т. 1 л.д. 188-197).

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы, ФИО10 каким-либо хроническим или временным психическим расстройством, каковое лишало бы его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдал как в момент совершения инкриминируемого ему деяния, так и не страдает в настоящее время. Также у ФИО10 не обнаруживается признаков хронического алкоголизма, либо наркомании, либо токсикомании.

У ФИО10 обнаруживаются не исключающие вменяемости признаки <данные изъяты>, но в применении принудительных мер медицинского характера в виде лечения и наблюдения у психиатра он не нуждается, а также не нуждается в лечении у врача-нарколога (т. 2 л.д. 171-173).

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы, ФИО11 каким-либо хроническим или временным психическим расстройством, каковое лишало бы его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдал как в момент совершения инкриминируемого ему деяния, так и не страдает в настоящее время. Также у ФИО11 не обнаруживается признаков хронического алкоголизма, либо наркомании, либо токсикомании.

У ФИО11 обнаруживаются не исключающие вменяемости признаки <данные изъяты>, но в применении принудительных мер медицинского характера в виде лечения и наблюдения у психиатра он не нуждается, а также не нуждается в лечении у врача-нарколога (т. 2 л.д. 235-237).

Заключения экспертиз подробны и мотивированы, потому суд соглашается с их выводами.

Предварительным следствием действия обоих обвиняемых квалифицированы:

по действиям в отношении марихуаны - как преступление, предусмотренное п. «а» ч. 3 ст. 228-1 УК РФ, то есть как совершённый группой лиц по предварительному сговору незаконный сбыт наркотических средств;

по действиям в отношении производного N-метилэфедрона - как преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30 - п. «г» ч. 4 ст. 228-1 УК РФ, то есть как совершённое группой лиц по предварительному сговору покушение на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере.

Прокурор в суде предложил квалифицировать содеянное обоими подсудимыми - соответственно, - по ч. 3 ст. 30- п. «а» ч. 3 ст. 228-1 УК РФ и по ч. 1 ст. 30- п. «г» ч. 4 ст. 228-1 УК РФ.

Суд соглашается с позицией прокурора и квалифицирует действия как ФИО10, так и ФИО11:

в отношении марихуаны - как преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30- п. «а» ч. 3 ст. 228-1 УК РФ, то есть как совершённое группой лиц по предварительному сговору покушение на незаконный сбыт наркотических средств;

в отношении производного N-метилэфедрона - как преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 30 - п. «г» ч. 4 ст. 228-1 УК РФ, то есть как совершённое группой лиц по предварительному сговору приготовление к незаконному сбыту наркотических средств в крупном размере.

Так, обвинение, предъявленное ФИО10 и ФИО11 по ч. 3 ст. 30- п. «а» ч. 3 ст. 228-1 УК РФ, подтверждается совокупностью доказательств, - показаниями свидетелей ФИО3, ФИО4 и ФИО2.

Так, из показаний полицейского ФИО2 следует, что 16 мая 2017 года в районе <адрес> полицейские в связи с ранее уже имевшейся оперативной информацией о происходившем незаконном дистанционном сбыте наркотиков в ходе проводимых ОРМ задержали ФИО10 и ФИО11.

Из показаний полицейского ФИО2 и из показаний понятых ФИО3 и ФИО4 следует, что после задержания подсудимых оперсотрудники полиции в присутствии двух понятых в ходе личного досмотра ФИО10 изъяли у того свёрток с наркотиком и мобильный телефон. В электронной памяти того мобильного телефона имелась архивированная электронная текстовая переписка, содержащая адреса ранее оборудованных 10 тайников с наркотиками. При последующем осмотре полицейскими в присутствии понятых мест оборудования тех тайников в семи из десяти мест были обнаружены и изъяты свёртки с наркотиками.

Суд учёл, что показаний перечисленных свидетелей согласуются и с выводами химической экспертизы - о химическом составе и массе наркотиков, изъятых при осмотрах мест оборудования подсудимыми тайников.

Помимо изложенного, перечисленные доказательства согласуются с протоколами обследования участков местности оборудования тайников, зафиксировавших изъятие в совокупности семи свёртков (пакетиков) с растительным веществом.

Кроме того, вышеуказанные доказательства согласуются и с собственными признательными показаниями самих подсудимых, потому у суда нет оснований для того, чтобы сомневаться в доказанности вины обоих подсудимых в группой лиц по предварительному сговору покушении на незаконный сбыт марихуаны.

Доводы защитников подсудимых и самих ФИО10 и ФИО11, что их действия якобы не содержат квалифицирующего признака преступления - совершения покушения на незаконный сбыт наркотика группой лиц по предварительному сговору, - не принимаются судом.

Так, из показаний самих подсудимых следует, что ФИО10, узнав от Соучастника № 1 сведения о месте нахождения свёртка с мелкооптовой партией марихуаны, сообщил о том ФИО11, после чего оба подсудимые, каждый руководствуясь корыстью, самым непосредственным образом исполняли объективную сторону преступления, - ФИО10 оборудовал тайники с розничными порциями марихуаны, а ФИО11 сразу же в электронной переписке уведомлял Соучастника № 1 о местах оборудования тех тайников.

Суд приходит к выводу о том, что содеянное подсудимыми в отношении марихуаны является покушением на незаконный сбыт наркотика. Так, подсудимые смогли разложить марихуану в оборудованные ФИО10 и ФИО11 тайники - для последующего сбыта наркотика в розницу. Следовательно, подсудимые выполнили зависящие лично от них действия, являющиеся исполнением части объективной стороны сбыта группой лиц по предварительному сговору наркотиков.

Однако, так как в итоге по не зависящим от воли как ФИО10 и (или) ФИО11, так и их неустановленного Соучастника № 1, обстоятельствам, каннабис из тех оборудованных подсудимыми тайников был изъят полицейскими ещё до момента, когда марихуна из тайников могла была бы быть изъята посторонними наркоманами-покупателями, то суд и квалифицирует эти действия обоих виновных как неоконченное преступление - покушение, по ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст. 228-1 УК РФ.

Обвинение, предъявленное ФИО10 и ФИО11 по ч. 1 ст. 30- п. «г» ч. 4 ст. 228-1 УК РФ, подтверждается совокупностью доказательств, - показаниями свидетелей ФИО3, ФИО4 и ФИО2.

Так, из показаний полицейского ФИО2 следует, что 16 мая 2017 года в районе <адрес> полицейские в связи с ранее уже имевшейся оперативной информацией о происходившем незаконном дистанционном сбыте наркотиков в ходе проводимых ОРМ задержали ФИО10 и ФИО11.

Из показаний полицейского ФИО2 и из показаний понятых ФИО3 и ФИО4 следует, что после задержания подсудимых оперсотрудники полиции в присутствии двух понятых в ходе личного досмотра ФИО10 изъяли у того свёрток с наркотиком и мобильный телефон. В электронной памяти того мобильного телефона имелась архивированная электронная текстовая переписка, содержащая адреса ранее оборудованных 10 тайников с наркотиками. При последующем осмотре полицейскими в присутствии понятых мест оборудования тех тайников в семи из десяти мест были обнаружены и изъяты свёртки с наркотиками.

Суд учёл, что показаний перечисленных свидетелей согласуются и с выводами химической экспертизы - о химическом составе и массе наркотиков, изъятых при личном досмотре ФИО10.

Помимо изложенного, перечисленные доказательства согласуются с протоколом осмотра месте происшествия, предметов и документов, зафиксировавшим изъятие у ФИО10 упаковки с пятнадцатью свёртками (пакетиками) с порошко-комкообразным веществом.

Кроме того, вышеуказанные доказательства согласуются и с собственными признательными показаниями самих подсудимых, потому у суда нет оснований для того, чтобы сомневаться в доказанности вины обоих подсудимых в группой лиц по предварительному сговору приготовлении к незаконному сбыту наркотика.

Доводы защитников подсудимых и самих ФИО10 и ФИО11, что их действия якобы не содержат квалифицирующего признака преступления - совершения приготовления к незаконному сбыту наркотика группой лиц по предварительному сговору, - не принимаются судом.

Так, из показаний самих подсудимых следует, что ФИО10, узнав от Соучастника № 2 сведения о месте нахождения свёртка с мелкооптовой партией производного N-метилэфедрона, сообщил о том ФИО11, после чего оба подсудимые самым непосредственным образом исполняли объективную сторону преступления, - ФИО10 и ФИО11 искали в указанном им Соучастником № 2 месте тайник с наркотиком. Когда ФИО11 лично нашёл свёрток с наркотиком, то обнаруженное производное N-метилэфедрона он передал ФИО10, хранившему потом при себе наркотик вплоть до момента изъятия наркотика полицейскими.

Из показаний ФИО10 следует, что он намеревался потом также оборудовать тайники с тем производным N-метилэфедрона, - по образцу тайников с марихуаной, ранее оборудованных обоими подсудимыми.

Суд учёл, что упаковка с производным N-метилэфедрона сразу же содержала пятнадцать свёртков с наркотиком; такая мелкая расфасовка наркотика - как и то, что количество наркотика превышала пять граммов, то есть являлось крупным размером, -свидетельствовали о том, что целью хранения обоими подсудимыми того наркотика был именно последующий незаконный его сбыт, а не возможное личное употребление самими ФИО10 и (или) ФИО11.

Потому к показаниям подсудимых, - в той части, в которой они противоречат вышеприведённым доказательствам, - суд относится критически, расценивая эти показания как попытку смягчить для себя уголовную ответственность.

Суд приходит к выводу о том, что содеянное подсудимыми в отношении производного N-метилэфедрона является не покушением на незаконный сбыт наркотика, а только лишь приготовлением к таковому сбыту. Так, подсудимые по не зависящим от их воль - как по не зависящим и от воли Соучастника № 2 обстоятельствам, - не смогли разложить наркотик в тайники, которые ФИО10 и ФИО11 намеревались позже оборудовать - для последующего сбыта наркотика в розницу. Следовательно, подсудимые не выполнили все зависящие лично от них действия, являющиеся исполнением части объективной стороны сбыта и (или) покушения на сбыт группой лиц по предварительному сговору наркотиков.

Потому суд и квалифицирует эти действия обоих виновных как неоконченное преступление - приготовление, по ч. 1 ст. 30 - п. «г» ч. 4 ст. 228-1 УК РФ.

Содеянное виновными не может быть признано единым продолжаемым преступлением. Так, доводы ФИО10 и ФИО11 о том, что они общались посредством переписки по различным Интернет-мессенджерам с одним и тем же лицом, организовавшим сбыт как марихцуаны, так и производного N-метилэфедрона, - но только лишь использовавшим разные «ник-неймы», - основаны лишь на предположениях самих подсудимых.

Однако, из буквального содержания (т. 2 л.д. 1-24) осмотра архивированной электронной памяти мобильного телефона, изъятого у ФИО10, следует, что переписка по мессенджерам ФИО10 с Соучастником № 1 и с Соучастником № 2 свидетельствует о том, что Соучастник № 1 и Соучастник № 2 - это разные лица.

Кроме того, из показаний подсудимых следует, что уже после того, как Соучастник № 1 организовал исполнение ФИО10 и ФИО11 действий, направленных на незаконный сбыт марихуаны, то Соучастник № 2 организовал исполнение ФИО10 и ФИО11 действий, направленный на незаконный сбыт иного наркотика, - производного N-метилэфедрона.

Следовательно, в данном случае совместный преступный умысел у подсудимых возникал разновременно.

Суд принял во внимание, что нарушений, влекущих признание недопустимыми собранных по делу доказательств, - на которых суд основывает обвинительный приговор, - при производстве предварительного следствия не допущено.

При назначении наказания суд учитывает данные о личностях подсудимых:

ФИО11: судимого, характеризуемого в целом удовлетворительно; фактически явившегося с повинной, частично признавшего вину и раскаявшегося в содеянном; оказавшего активное способствование органу расследования в раскрытии преступления и изобличении соучастников, оказавшего способствование раскрытию и расследованию иных преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков (что является смягчающими вину обстоятельствами);

ФИО10: не имевшего судимости, характеризуемого в целом удовлетворительно; фактически явившегося с повинной, частично признавшего вину и раскаявшегося в содеянном; оказавшего активное способствование органу расследования в раскрытии преступления и изобличении соучастников, страдающего не исключающим вменяемости <данные изъяты> (что является смягчающими вину обстоятельствами).

С учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личностях виновных, суд не считает возможным применить при назначении наказания положения ст. 73 УК РФ, и потому наказанием обоим подсудимым избирает лишение свободы, без дополнительных наказаний.

Суд не усматривает оснований и для применения при назначении наказания положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения на менее тяжкую категории совершённых преступлений.

Между тем, такие обстоятельства, как активное способствование как ФИО10, так и ФИО11, раскрытию преступлений и изобличению соучастников, суд признаёт исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности совершённых обоими подсудимыми преступлений. Потому суд считает возможным применить при назначении наказания как ФИО10, так и ФИО11, положения ст. 64 УК РФ, и назначает обоим подсудимым наказание в виде лишения свободы ниже низшего предела санкции части 4 ст. 228-1 и (соответственно) части 3 ст. 228-1УК РФ.

Вещественными доказательствами суд распоряжается следующим образом:

наркотические средства и сопутствующие им предметы, - как запрещённые к свободному гражданскому обороту, - уничтожаются;

мобильный телефон с СИМ-картой, - как предметы, не несущий непосредственно в себе информации, имевшей бы доказательственное значение, но имеющий материальную ценность, и явившийся непосредственным орудием совершения преступления, - подлежит обращению в доход России;

компьютерный диск с записью об электронных платежах, - как предмет, несущий информацию, имеющую доказательственное значение, - подлежит хранению при деле;

банковская карта, эмитированная <данные изъяты> на имя ФИО11, - как предмет, не несущий непосредственно в себе информации, имевшей бы доказательственное значение, но имеющий материальную ценность, - подлежит возврату осуждённому ФИО11.;

банковские карты, эмитированные <данные изъяты> на имена ФИО5 и ФИО6, - как предметы, не несущие непосредственно в себе информации, имевшей бы доказательственное значение, но имеющие материальную ценность, - подлежат возврату банку-эмитенту.

Руководствуясь ст. ст. 296- 310 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО10 признать виновным в совершении:

преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст. 228-1 УК РФ, и с применением положений ч. 3 ст. 66, ч. 1 ст. 62 и ст. 64 УК РФ, назначить за данное деяние наказание в виде 6 (шести) лет лишения свободы, без штрафа и без ограничения свободы;

преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 30 - п. «г» ч. 4 ст. 228-1 УК РФ, и с применением положений ч. 2 ст. 66, ч. 1 ст. 62 и ст. 64 УК РФ, назначить за данное деяние наказание в виде 6 (шести) лет лишения свободы, без штрафа и без лишения права заниматься какой-либо деятельностью и (или) занимать какие-либо должности.

В силу положений ч. 2 ст. 69 УК РФ, окончательное наказание ФИО10 по совокупности преступлений, путём частичного сложения, определить в виде 7 (семи) лет лишения свободы, без штрафа, без ограничения свободы и без лишения права заниматься какой-либо деятельностью и (или) занимать какие-либо должности, с содержанием в ИК строгого режима.

ФИО11 признать виновным в совершении:

преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст. 228-1 УК РФ, и с применением положений ч. 3 ст. 66, ч. 1 ст. 62 и ст. 64 УК РФ, назначить за данное деяние наказание в виде 6 (шести) лет лишения свободы, без штрафа и без ограничения свободы;

преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 30 - п. «г» ч. 4 ст. 228-1 УК РФ, и с применением положений ч. 2 ст. 66, ч. 1 ст. 62 и ст. 64 УК РФ, назначить за данное деяние наказание в виде 6 (шести) лет лишения свободы, без штрафа и без лишения права заниматься какой-либо деятельностью и (или) занимать какие-либо должности.

В силу положений ч. 2 ст. 69 УК РФ, наказание ФИО11. по совокупности преступлений, путём частичного сложения, определить в виде 7 (семи) лет лишения свободы, без штрафа, без ограничения свободы и без лишения права заниматься какой-либо деятельностью и (или) занимать какие-либо должности.

В силу положений ч. 5 ст. 74, ст. 70 УК РФ, условное осуждение, установленное ФИО11. приговором от ДД.ММ.ГГГГ суда по <данные изъяты> УК РФ, отменить, и часть неотбытого наказания присоединить к наказанию по настоящему приговору, окончательно - по совокупности приговоров, - определив наказание в виде 8 (восьми) лет лишения свободы, без штрафа, без ограничения свободы и без лишения права заниматься какой-либо деятельностью и (или) занимать какие-либо должности, с содержанием в ИК строгого режима.

Приговор от ДД.ММ.ГГГГ суда в отношении ФИО11 исполнять самостоятельно.

Меру пресечения обоим осуждённым - содержание под стражей, - до вступления приговора в законную силу не изменять. Срок отбывания как ФИО10., так и ФИО11., наказания исчислять с ДД.ММ.ГГГГ.

Зачесть в срок отбывания ФИО10. наказания период содержания его под стражей - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Зачесть в срок отбывания ФИО11. наказания периоды содержания его под стражей - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно, а также с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Вещественные доказательства:

наркотические средства и сопутствующие им предметы - уничтожить;

мобильный телефон с СИМ-картой, - обратить в доход федерального бюджета РФ;

компьютерный диск с записью, - хранить при деле;

банковскую карту, эмитированную <данные изъяты> на имя ФИО11, - вернуть осуждённому ФИО11.;

банковские карты, эмитированную <данные изъяты> на имена (соответственно) ФИО5 и ФИО6, - вернуть банку-эмитенту ПАО <данные изъяты>

Приговор может быть обжалован в Смолоблсуд в апелляционном порядке в течение 10 суток, осуждёнными в тот же срок со дня вручения им копий приговора. В случае подачи ими апелляционных жалоб осуждённые будут вправе ходатайствовать о своём личном участии в апелляционном разбирательстве Смолоблсуда.

Председательствующий Е.Н. ДВОРЯНЧИКОВ