Апелляционное постановление № 22-1498/2021 от 17 марта 2021 г. по делу № 1-101/2020

Судья Фазлиахметов И.Р. дело № 22-1498-2021


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 18 марта 2021 года

Пермский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Симбиревой О.В.,

при секретаре судебного заседания Конькове Э.А.,

с участием прокурора Захарова А.В.,

адвоката Мосягиной Т.Н.,

оправданного Б.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Кузнецова А.С. на приговор Нытвенского районного суда Пермского края от 25 января 2021 года, которым

Б., родившийся дата в ****, несудимый,

оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 238 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, с признанием права на реабилитацию.

Решен вопрос по мере пресечения и вещественным доказательствам.

Изложив содержание приговора, существо апелляционного представления и возражений адвоката Мосягиной Т.Н., заслушав мнение прокурора Захарова А.В., поддержавшего доводы апелляционного представления, выступления оправданного Б. и адвоката Мосягиной Т.Н. об оставлении судебного решения без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

органами предварительного расследования Б. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ, а именно в том, что являясь оператором-наполнителем на установке по заправке автомобилей сжиженным углеводородным газом, не предназначенной для заправки бытовых газовых баллонов, на АГЗС, расположенной по адресу: ****, оказал услуги, не отвечающие требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей при следующих обстоятельствах.

В соответствии с Договором № 1 об оказании услуг от 10 января 2019 года, Б. с 10 января 2019 года принят на работу в ООО «***» в качестве оператора-наполнителя автогазозаправочной станции, обязан строго соблюдать правила эксплуатации технологического оборудования, правила техники безопасности и пожарной безопасности. Ранее Б. прошел обучение в АНО «Пермский краевой центр подготовки кадров строительной отрасли и жилищно-коммунального хозяйства» по профессии «Оператор АГЗС», то есть получил допуск только к эксплуатации автомобильной газозаправочной станции сжиженным углеводородным газом и наполнению баллонов сжиженным углеводородным газом на АГЗС.

В соответствии с п. 1 ст. 7 Закона РФ от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» потребитель имеет право на то, чтобы услуга при обычных условиях ее использования была безопасна для жизни и здоровья потребителей; в соответствии с п. 2 ст. 7 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», если техническим регламентом не установлена иная форма оценки соответствия технического устройства, применяемого на опасном производственном объекте, обязательным требованиям к такому техническому устройству, оно подлежит экспертизе промышленной безопасности до начала применения на опасном производственном объекте; в соответствии с п.п. 509, 520, 521, 522 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила промышленной безопасности опасных производственных объектов, на которых используется оборудование, работающее под избыточным давлением», утвержденных приказом Ростехнадзора № 116 от 25 марта 2014 года, наполнение баллонов газами должно быть произведено по инструкции, разработанной и утвержденной наполнительной организацией в установленном порядке с учетом свойств газа, местных условий и требований руководства (инструкции) по эксплуатации и иной документации изготовителя баллона; наполнение баллонов сжиженными газами должно соответствовать нормам, установленным изготовителем баллонов и (или) техническими условиями на сжиженные газы; баллоны, наполняемые газом, должны быть прочно укреплены и плотно присоединены к наполнительной рампе; не допускается наполнение газом баллонов, у которых истек срок назначенного освидетельствования, срок службы, установленный изготовителем, либо отсутствуют надлежащая окраска или надписи; согласно пп. 20, 21 Правил безопасности автогазозаправочных станций газомоторного топлива, утвержденных приказом Ростехнадзора № 559 от 11 декабря 2014 года, оборудование, применяемое на автозаправочных станциях, подпадающее под действие технических регламентов, должно пройти соответствующую оценку соответствия, иметь паспорта и руководства по эксплуатации организаций-изготовителей; из пп. 187, 191, 192, 193, 194 Правил безопасности для объектов, использующих сжиженные углеводородные газы, утвержденных приказом Ростехнадзора № 558 от 21 ноября 2013 года, следует, что при проведении на объекте, использующем сжиженные углеводородные газы, наполнения баллонов необходимо следить за исправностью и безопасной эксплуатацией наполнительных установок, а также напольных весовых установок; эксплуатация наполнительных установок не допускается при неполном количестве или неисправности крепежных деталей; наполненные баллоны должны проходить стопроцентный контроль наполнения; баллоны после наполнения газом должны подвергаться контрольной проверке степени наполнения методом взвешивания или иным, обеспечивающим контроль за степенью наполнения; все наполненные баллоны должны быть проверены на герметичность и закрыты резьбовой заглушкой; в соответствии с пп. 9.1.2, 9.1.7, 9.1.8, 9.1.11, 9.2.5, 9.2.6, 9.2.8, 9.2.9, 9.3.2, 9.3.6 Стандарта отрасли «Техническая эксплуатация газораспределительных систем. Газонаполнительные станции и пункты. Склады бытовых баллонов. Автозаправочные станции ОСТ 153-39.3-052-2003», утвержденного Приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 27 июня 2003 года № 259, наполнение баллонов сжиженным углеводородным газом производится в наполнительном отделении, персоналом наполнительного отделения в соответствии с производственными инструкциями, с разрешения мастера после соответствующей проверки баллонов; контрольные весы, применяемые для контрольного взвешивания баллонов, перед началом каждой рабочей смены необходимо проверять при помощи гири-эталона; запрещается наполнять сжиженным углеводородным газом баллоны, у которых истек срок периодического освидетельствования, поврежден корпус; поступившие от потребителя порожние баллоны до наполнения подвергаются проверке, включающей внешний осмотр, в том числе вентилей и клапанов с целью выявления наружных повреждений; определение наличия остаточного давления кратковременным открытием вентиля (клапана), определение даты очередного освидетельствования; баллоны, имеющие дефекты, направляются на ремонт и переосвидетельствование; баллоны, годные для наполнения, передаются на наполнительные установки и карусельные агрегаты; после наполнения все баллоны должны пройти стопроцентное взвешивание на контрольных весах или с помощью других разрешенных методов; в процессе наполнения баллонов персонал проверяет соответствие баллонов, поступивших на наполнение, требованиям настоящего ОСТ; правильно устанавливает баллоны на весы и следит за точным наполнением баллонов, не допуская их переполнения; следит за давлением сжиженного углеводородного газа по манометру; не допускает ударов баллонов друг о друга; проверяет два раза в смену точность показаний весов путем установки рейсмуса на нулевое деление; не допускает утечек сжиженного углеводородного газа; после наполнения баллона персонал: устанавливает баллон на контрольные весы; проверяет правильность количества залитого в баллон сжиженного углеводородного газа; записывает в журнал наполнения баллонов дату наполнения, номер и вместимость баллона, массу газа в баллоне в килограммах; устанавливает баллон на конвейер и направляет на выдачу потребителю.

Действуя умышленно, осознавая, что в результате его преступных действий могут наступить общественно опасные последствия и безразлично относясь к их наступлению, в нарушение вышеуказанных норм закона, Б. 20 сентября 2019 года в период с 19:25 часов до 19:40 часов, находясь на АГЗС и исполняя обязанности оператора-наполнителя, по просьбе участника оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка» В., приехавшего на территорию указанной АГЗС на автомобиле, при помощи установки по заправке автомобилей сжиженным углеводородным газом, не предназначенной для заправки бытовых газовых баллонов, используя ранее приисканную металлическую насадку-переходник, осознавая, что заправка газом баллонов бытового назначения на АГЗС запрещена ввиду отсутствия контрольных весов, устройств для безопасного опорожнения неисправных и переполненных баллонов, а также самого оборудования, применяемого для заправки бытовых газовых баллонов, без контрольного взвешивания, используя насадку-переходник, осуществил заправку бытового газового баллона, не имеющего документов, смесью сжиженного углеводородного газа на сумму 500 рублей, включающую оплату за сжиженный углеводородный газ и предоставленные услуги, не убедившись, соответствует ли техническое состояние баллона требованиям для его эксплуатации, не истек ли срок его эксплуатации, не удостоверившись в дате его последнего освидетельствования, не проверив герметичность резьбовых и сальниковых соединений вентиля баллона после наполнения, наличия резьбовой заглушки, не измерив давление в баллоне, осознавая при этом, что своими действиями по оказанию услуги, не отвечающей требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, создает угрозу безопасного функционирования АГЗС, жизни и здоровью В., находившегося в непосредственной близости от заправляемого баллона бытового назначения, а также иных лиц, находящихся в непосредственной близости от АГЗС, связанную с возможностью утечки газа из баллона, воспламенения паров газа при их утечке, взрыва газо-воздушной смеси и (или) пожара вследствие разрыва баллона при превышении предельного давления, наличия механических повреждений, разгерметизации вентиля (клапана), в связи с чем оказанные 20 сентября 2019 года Б. услуги по заправке сжиженным углеводородным газом бытового газового баллона не отвечали требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей.

Судом в отношении Б. постановлен оправдательный приговор в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Кузнецов А.С. ставит вопрос об отмене приговора с передачей уголовного дела на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе. В обоснование своей позиции указывает, что выводы суда об отсутствии в действиях Б. состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ, не соответствуют требованиям уголовного и уголовно-процессуального закона, повлияли на исход дела, и повлекли незаконное освобождение лица от уголовной ответственности за совершенное преступление. Полагает, что материалы уголовного дела содержат достаточно доказательств, отвечающих требованиям относимости, допустимости и достоверности, и опровергающих вышеуказанные выводы суда.

Ссылаясь на разъяснения, данные в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 г. № 18 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьей 238 Уголовного кодекса Российской Федерации», согласно которому уголовная ответственность по ч. 1 ст. 238 УК РФ наступает при условии, что опасность товаров, продукции, работ или услуг для жизни или здоровья человека является реальной, указывает, что по делу проведена судебная экспертиза, из которой следует, что услуга, предоставленная Б. 20 сентября 2019 года на АГЗС по заправке газового бытового баллона В., имела реальную угрозу жизни и здоровья, как в отношении потерпевшего, так и в отношении иных лиц, находящихся на АГЗС, таким образом, вывод суда об отсутствии реальной угрозы является необоснованным. Кроме того, о наличии реальной угрозы жизни и здоровья потребителя В. в результате действий Б. свидетельствуют письмо руководителя Западно-Уральского управления Ростехнадзора о том, что при заполнении газового бытового баллона, Б. грубо нарушил требования промышленной безопасности, а также показания свидетеля В1. о том, что Б. нарушил производственную характеристику и Правила безопасности для объектов, использующих сниженные углеводородные газы.

Опровергает выводы суда о признании недопустимыми доказательствами результаты оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка», поскольку документы оформлены и предоставлены в соответствии с требованиями Закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности», ведомственным приказом МВД, и соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона.

Анализируя порядок и основания проведения оперативно-розыскных мероприятий «проверочная закупка» и «оперативный эксперимент», указывает, что по данному делу была проведена именно «проверочная закупка».

Кроме того, считает, что выводы суда о нарушении конституционных прав В. и иных лиц при проведении оперативно-розыскного мероприятия не мотивированы, поскольку иного способа выявить и пресечь преступные действия Б. у органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, не имелось, признавая результаты оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка» недопустимым доказательством суд вышел за пределы ст. 252 УПК РФ. Указывает, что при новом рассмотрении уголовного дела, после отмены приговора Нытвенского районного суда Пермского края от 31 июля 2020 года, нарушения, указанные в апелляционном постановлении Пермского краевого суда от 18 сентября 2020 года, суд не устранил.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Мосягина Т.Н. считает приговор суда законным и справедливым, просит оставить его без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции полагает, что при рассмотрении уголовного дела допущены существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов, повлиявшие на исход дела.

В соответствии со ст. 389.17 УПК РФ, основанием отмены приговора в апелляционном порядке являются существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Согласно ст. 389.16 УПК РФ, приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда и в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие; выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного или оправданного.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства и основан на правильном применении уголовного закона.

Исходя из требований ст. 305 УПК РФ, в описательно-мотивировочной части оправдательного приговора излагаются: существо предъявленного обвинения; обстоятельства уголовного дела, установленные судом; основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие; мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения; мотивы решения в отношении гражданского иска.

В соответствии со ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ, судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. Проверка доказательств производится судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство. Каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, данным в п. 6 постановления Пленума от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», в описательно-мотивировочной части приговора надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого.

Однако по данному уголовному делу вышеуказанные требования уголовно-процессуального закона в полной мере судом первой инстанции не соблюдены

Оправдывая Б., суд первой инстанции посчитал, что представленных стороной обвинения доказательств недостаточно для признания в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ, и вынесения по делу обвинительного приговора, а в соответствии со ст. 14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого.

При этом суд первой инстанции положил в основу оправдательного приговора показания подсудимого Б. о том, что опасности от его действий при заправке баллона не было, так как он использовал фабричный переходник, заправка осуществляется через штуцер, на котором имеется клапан, перекрывающий подачу газа при заполнении баллона более чем на 85 %, при этом он удостоверился, что баллон не просрочен и герметичность не нарушена, путем ручного взвешивания определил, что баллон пустой, и заправил его наполовину; показаниями свидетеля Г. о том, что на момент проведения оперативно-розыскного мероприятия баллон был исправен и пуст, поэтому реальной угрозы не существовало; показания свидетеля В1. о том, что опасность заключается в том числе при дальнейшей эксплуатации баллона, которая зависит от разных факторов.

Вместе с тем, анализ имеющихся в деле доказательств в их совокупности, не дает оснований согласиться с указанными выводами суда, поскольку, делая вывод об отсутствии реальной угрозы от действий Б., суд не дал оценки всем представленным органами предварительного следствия доказательствам, не сопоставил их с другими доказательствами, не указал о допустимости либо недопустимости этих доказательств, имеющих существенное значение для юридической оценки действий Б., и не принял во внимание правовую позицию, изложенную в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года за № 18 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьей 238 УК РФ», согласно которой, уголовная ответственность по ч. 1 ст. 238 УК РФ наступает при условии, что опасность товаров, продукции, работ или услуг для жизни или здоровья человека является реальной, о реальной опасности товаров и продукции может свидетельствовать, в частности, наличие в них на момент производства, хранения, перевозки или сбыта веществ или конструктивных недостатков, которые при употреблении или ином использовании этих товаров и продукции в обычных условиях могли повлечь смерть или причинение тяжкого вреда здоровью человека, а о реальной опасности выполняемых (выполненных) работ или оказываемых (оказанных) услуг – такое их качество, при котором выполнение работ или оказание услуг в обычных условиях могло привести к указанным тяжким последствиям, в тех случаях, когда для установления характера опасности товаров, продукции, работ или услуг требуются специальные знания, суды должны располагать соответствующими заключениями экспертов или специалистов.

Так, согласно письму руководителя Западно-Уральского управления Ростехнадзора Ч. от 16 октября 2019 года, ООО «***» осуществляет реализацию газа на автозаправочной станции, предназначенной для заправки газобаллонных автомобилей, на таких баллонах установлены мультиклапаны, которые не позволяют переполнить автомобильный баллон и при достижении предельного объема газа (85% от геометрического объема баллона) происходит прекращение заполнения баллона. Бытовые баллоны таким мультиклапаном не оборудованы, для их наполнения проектируется специальная рампа, которая не позволяет переполнить баллон, таким образом, при заправке бытового баллона газом, оператор АГЗС Б. грубо нарушил требования промышленной безопасности при наполнении баллона.

Из показаний свидетеля В1. следует, что Б., осуществляя заправку газового бытового баллона, нарушил производственную инструкцию и разделы 1V, VШ ФНП Правил безопасности для объектов, использующих сжиженные углеводородные газы, утвержденных приказом Ростехнадзора от 21 ноября 2013 года № 558, так как визуально не определил техническое состояние баллона и наличие не испарившихся остатков, а наполнение газового бытового баллона произвел через струбцину, предназначенную для газобаллонных автомобилей, сам факт заправки является грубым нарушением требований промышленной безопасности.

Эксперт С., допрошенный в судебном заседании подтвердил наличие в действиях Б. угрозы для жизни и здоровья потерпевшего.

В соответствии заключением эксперта № 961-20 от 21 июля 2020 года, в действиях Б. по заправке бытового газового баллона выявлены нарушения, которые могли повлечь угрозу для жизни и здоровья потребителей, а именно: он не определил визуально техническое состояние газового баллона; не установил срок его изготовления или испытания; не произвел взвешивание баллона, не определил массу пустого баллона и наличие не испарившихся остатков; наполнение произвел через струбцину, предназначенную для заправки газобаллонных автомобилей; на заправочной станции отсутствует рампа для заправки бытовых баллонов. При этом экспертом установлено несоблюдение Б. обязательных требований ФНП «Правила безопасности для объектов, использующих сжиженные углеводородные газы», утвержденных приказом Ростехнадзора № 558 от 21 ноября 2013 года.

Опровергая выводы эксперта о наличии угрозы для жизни и здоровья потребителей, суд сослался на показания Б. о том, что перед заправкой баллона тот визуально определил его техническое состояние, установил срок его изготовления, и проверил его наполненность путем ручного взвешивания, а также на то обстоятельство, что именно физические дефекты насадки-переходника явились основанием для вывода экспертов о том, что использование такой насадки при заправке бытового баллона газом свидетельствует о наличии реальной опасности причинения смерти или вреда здоровью человека, между тем, данная насадка-переходник была изъята следователем спустя продолжительное время и без соответствующего резинового уплотнителя, на отсутствие которого, как на признак дефекта насадки-переходника, указано в заключении эксперта. По мнению суда первой инстанции данные обстоятельства не свидетельствуют об опасности действий осужденного для жизни или здоровья потребителей.

Таким образом, отвергая заключение экспертов о наличии угрозы для жизни и здоровья потребителей, суд нарушил правила оценки доказательств, поскольку оценил данное заключение только с учетом показаний Б., данных в ходе судебного рассмотрения, и не принял во внимание другие доказательства в совокупности, в том числе, вышеуказанное письмо руководителя Западно-Уральского управления Ростехнадзора Ч. от 16 октября 2019 года, показания свидетеля В1. и эксперта С.

Не получили надлежащую оценку в совокупности с другими доказательствами также показания Б., данные в ходе предварительного расследования о том, что он осознавал, что для заправки бытовых баллонов оборудование АГЗС не подходит, баллон мультиклапаном не оснащен, в связи с чем при переполнении газового баллона могла произойти его разгерметизация.

Не учтены судом и нормативно-правовые акты, которые содержат прямой запрет заправки на АГЗС баллонов бытового назначения, в том числе, Правила безопасности автогазозаправочных станций газомоторного топлива, утвержденных приказом Ростехнадзора № 559 от 11 декабря 2014 года.

Также заслуживают внимания доводы апелляционного представления о необоснованности признания результатов оперативно-розыскной деятельности недопустимыми доказательствами.

Результаты оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовному делу в соответствии со ст. 89 УПК РФ не могут использоваться только в случае, если они не отвечают требованиям, предъявляемым уголовно-процессуальным законом к доказательствам.

Согласно ст. 7 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» основаниями проведения оперативно-розыскных мероприятий являются, в том числе, ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

Согласно п. 4 ч. 1 ст. 6 указанного закона, «проверочная закупка» предусмотрена как один из видов оперативно-розыскных мероприятий.

По смыслу закона, проверочная закупка это оперативно-розыскное мероприятие, заключающееся в контролируемом возмездном приобретении имущества органом, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, или по его поручению третьим лицом, в рамках решения задач оперативно-розыскной деятельности.

Необходимым условием законности проведения оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка» является соблюдение оснований и условий для ее проведения, предусмотренных ст.ст. 7 и 8 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

Выводы суда о том, что в ходе оперативно-розыскного мероприятия фактически проведен оперативный эксперимент, а не проверочная закупка, и в этой связи доказательства, полученные в результате его проведения являются недопустимыми, и мотивы, по которым суд пришел к данному выводу нельзя признать убедительными, поскольку как следует из материалов дела, В. по поручению правоохранительных органов совершил возмездную сделку по приобретению сжиженного углеводородного газа, путем заправки им баллона на АГЗС, данное мероприятие было направлено на проверку сведений, ставших известных правоохранительным органам о том, что на АГЗС осуществляют незаконную деятельность, связанную с реализацией сжиженного углеводородного газа, путем заправки им бытовых баллонов.

Кроме того, судом не указаны конкретные положения Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», согласно которым он пришел к выводу о том, что фактически было проведено оперативно-розыскное мероприятие «оперативный эксперимент», а не «проверочная закупка», ссылка суда на ст. 49 ФЗ от 8 января 1998 года № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах» об этом также не свидетельствует, поскольку данная норма закона регламентирует порядок проведения, в том числе, контролируемых сделок наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, а также инструментов или оборудования, то есть действует относительно веществ, оборот которых запрещен или ограничен на основании закона.

При этом суждение суда о том, что при проведении оперативно-розыскного мероприятия не была обеспечена безопасность В., а также иных лиц, находящихся в непосредственной близости от АГЗС, противоречит его выводам об отсутствии реальной угрозы от действий Б. при заправке им баллона газом.

Таким образом, приведенный в приговоре по настоящему делу анализ доказательств свидетельствует о несоблюдении судом правил оценки доказательств.

Вышеприведенные недостатки, допущенные судом первой инстанции при оценке доказательств, изложенных в приговоре, могли оказать существенное влияние на разрешение вопроса о виновности Б. в совершении преступления, что свидетельствует об обоснованности доводов апелляционного преставления о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела. Правильными признает суд апелляционной инстанции и доводы апелляционного представления о наличии существенных нарушений уголовно-процессуального закона, в связи с чем обжалуемый приговор не может быть признан законным, обоснованным и мотивированным и подлежит отмене, а уголовное дело – передаче на новое судебное разбирательство.

При новом рассмотрении дела суду надлежит устранить допущенные нарушения, полно, всесторонне и объективно исследовать представленные сторонами доказательства, дать им надлежащую оценку, и принять по делу законное и обоснованное решение.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранную на стадии предварительного следствия, в отношении Б. следует сохранить.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Нытвенского районного суда Пермского края от 25 января 2021 года в отношении Б. отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе со стадии судебного разбирательства.

Меру пресечения в отношении Б. оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Судебное решение может быть обжаловано в кассационном порядке в течение 6 месяцев в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через Нытвенский районный суд Пермского края, а по истечении этого срока непосредственно в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий подпись