Апелляционное определение № 33-2436/2026 от 16 апреля 2026 г.

Дело № 33-2436/2026 (УИД № 27RS0001-01-2023-004562-82)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 апреля 2026 года г. Хабаровск

Судебная коллегия по гражданским делам Хабаровского краевого суда

в составе:

председательствующего Гвоздева М.В.

судей Новицкой Т.В., Матвеенко Е.Б.,

с участием прокурора Максименко Е.В.,

при секретаре Евтушенко М.Е.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4, ФИО5, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО1, к акционерному обществу «СОГАЗ», ФИО6 о взыскании невыплаченной части страховой выплаты, единовременного пособия, неустойки, компенсации морального вреда,

по иску ФИО6 к ФИО4, ФИО5, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО1, об установлении факта, имеющего юридическое значение, признании права на получение страховой суммы, единовременного пособия,

по иску ФИО8 к акционерному обществу «СОГАЗ» об установлении факта, имеющего юридическое значение, признании права на получение страховой суммы, единовременного пособия,

по апелляционной жалобе ФИО6, апелляционному представлению прокурора Хабаровского района Хабаровского края на решение Хабаровского районного суда Хабаровского края от 30 апреля 2025 года,

Заслушав доклад судьи Матвеенко Е.Б., выслушав прокурора Максименко Е.В., представителя ФИО6 - ФИО7, ФИО4 ее представителя ФИО9, ФИО5, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО4, ФИО5, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО1, обратились в суд с иском к АО «Согаз», ФИО6 о взыскании невыплаченной части страховой суммы, единовременного пособия, неустойки, компенсации морального вреда.

В обоснование требований указали, что ФИО2 погиб при прохождении военной службы ДД.ММ.ГГГГ. Погибший ФИО2, являлся сыном ФИО4, отцом несовершеннолетнего ФИО1 и супругом ФИО5 В связи с наступившим страховым событием они обратились в страховую компанию АО «Согаз». ДД.ММ.ГГГГ им произведена частичная выплата страхового возмещения. Страховщик осуществил выплату страховой суммы каждому в размере 742 116 руб. 01 коп. и единовременного пособия в размере 1 113 174 руб. 01 коп., 1/4 часть выплаты страховщиком не была произведена в связи с поступившим заявлением в страховую компанию заявлением ФИО6, претендующего на выплату страхового возмещения, как отца погибшего военнослужащего ФИО2 Вместе с тем, сведения об отце погибшего внесены в актовую запись о рождении ФИО2 со слов матери. ФИО6 при жизни сына факт своего отцовства не устанавливал. Таким образом, на момент обращения в страховую компанию иных лиц, кроме них, обладающих правом на получение страхового возмещения не имелось. Действия страховой компании по удержанию <данные изъяты> доли страхового возмещения в сумме 742 116 руб. 01 коп. и 1 113 174 руб. 01 коп. в пользу лица, не являющегося выгодоприобретателем, считают незаконным. Необоснованная задержка страховщиком выплаты страховых сумм влечет обязанность страховщика по уплате неустойки в размере 1 % страховой суммы за каждый день просрочки. В результате неправомерных действий ответчика по невыплате им полного страхового возмещения они испытывают нравственные и моральные страдания.

Просили взыскать с АО «СОГАЗ» в пользу ФИО4, ФИО5, ФИО1, каждому недоплаченную часть страхового возмещения в размере 247 372 руб., недоплаченное единовременное пособие в размере 371 058 руб., неустойку за задержку выплаты страховой суммы за период с 6 февраля 2023 по 20 июля 2023 года в размере 405 690 руб. 06 коп., неустойку за задержку выплаты единовременного пособия за период с 6 февраля 2023 по 20 июля 2023 года в размере 608 535 руб. 12 коп., компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

ФИО10 обратился в суд к ФИО4, ФИО5, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО1, об установлении факта, имеющего юридическое значение, признании права на получение страховой суммы по обязательному государственному страхованию, единовременного пособия в связи с гибелью военнослужащего.

В обоснование требований указал, что является биологическим отцом ФИО2, матерью которого является ФИО4 При регистрации рождения ребенка сведения об отце были записаны со слов матери. ФИО4 указала отцом - ФИО11, тогда как он имеет фамилию ФИО6. Из уведомления Министерства обороны Российской Федерации № 235 от 11.09.2022 года ему стало известно о <данные изъяты>. Ввиду имеющихся разночтений в документах сына, который носил фамилию матери ФИО12 и отчество Арабжонович, он обратился в суд с заявлением об установлении факта родственных отношений, но его заявление оставлено без рассмотрения. Установить факт отцовства в настоящее время не представляется возможным, поскольку его сын погиб. Полагает, что в соответствии с Федеральным законом РФ от 28.03.1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации», он является выгодоприобретателем страховой выплаты в связи с гибелью застрахованного лица (сына), как фактический воспитатель. Несмотря на то, что отцовство не было установлено, он участвовал в воспитании сына, поддерживал с ним связь, оказывал ему материальную поддержку. Сын всегда считал его своим отцом, у них были близкие родственные отношения до самой гибели.

Просил признать его фактическим воспитателем ФИО2, признать за ним право на получение <данные изъяты> части единовременного пособия в размере 1 113 174,01 руб. и <данные изъяты> страховой суммы в размере 742 116,01 руб. после смерти военнослужащего ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ года.

Третье лицо, заявляющее самостоятельное требование относительно предмета спора ФИО8 обратился с иском к АО «СОГАЗ» о взыскании <данные изъяты> части страховой выплаты и <данные изъяты> части единовременного пособия.

В обоснование требований указал, что ФИО2 погиб при прохождении военной службы ДД.ММ.ГГГГ. Погибший ФИО2 являлся его пасынком, которого он воспитывал с 2003 года, поскольку проживал совместно с его матерью ФИО4 Официальный брак со ФИО4 был зарегистрирован в 2012 году, что не исключает участие в воспитании сына супруги с 2003 года. После гибели ФИО2 он

совместно с супругой обратились с заявлением о выплате страховой суммы в АО «СОГАЗ», но получил отказ, так как в соответствии с п.3 ст.2 Федерального закона РФ от 28.03.1998 г. № 52-ФЗ выгодоприобретателем является, в том числе, и отчим застрахованного лица, в случае, если он воспитывал и (или) содержал погибшего военнослужащего не менее пяти лет. Настаивает на том, что ФИО6 никакого участия в жизни сына не принимал, не обеспечивал его материально и никакого интереса к воспитанию ребенка не проявлял.

Просил взыскать с АО «СОГАЗ» в его пользу часть страховой суммы в размере 742 116,01 руб., часть единовременного пособия в размере 1 113 174,01 руб.

Определением Хабаровского районного суда Хабаровского края суда от 06.02.2024 года гражданские дела по иску ФИО4, ФИО5, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО1 к АО «СОГАЗ», ФИО6 о взыскании части страховой выплаты, части единовременного пособия, неустойки, компенсации морального вреда, по иску ФИО6 об установлении факта, имеющего юридическое значение, признании права на получение части страховой выплаты, части единовременного пособия объединены в одно производство, для совместного рассмотрения.

Определением судьи Хабаровского районного суда Хабаровского края от 29.02.2024 г. ФИО8 признан третьим лицом, заявляющим самостоятельные требования относительно предмета спора, принят иск ФИО8. к АО «Согаз» для совместного рассмотрения с ранее поданными иском и заявлением.

Решением Хабаровского районного суда Хабаровского края от 14.03.2024, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии Хабаровского краевого суда от 29.08.2024 г., исковые требования ФИО4, ФИО5, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО1, оставлены без удовлетворения.

Исковые требования ФИО6 удовлетворены частично.

ФИО6 признан фактическим воспитателем ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ, с рождения до совершеннолетия.

За ФИО6 признано право на получение 1/8 части единовременного пособия в размере 556 587 руб., и 1/8 части страховой суммы в размере 371058 руб. после смерти военнослужащего ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

Исковые требования ФИО8. удовлетворены частично.

ФИО8 признан фактическим воспитателем ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ, с 2003 года до достижения им совершеннолетия.

За ФИО8 признано право на получение 1/8 части единовременного пособия в размере 556 587 руб., и 1/8 части страховой суммы в размере 371058 руб. после смерти военнослужащего ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

Указанное решение фактически исполнено, что подтверждается платежными поручениями № 91538 от 06.10.2024, № 915537 от 06.10.2024, № 915594 от 06.10.2024.№ 93284 от 07.10.2024.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 28.11.2024 года решение Хабаровского районного суда Хабаровского края от 14.03.2024 года, апелляционное определение Хабаровского краевого суда от 29.08.2024 года

отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Решением Хабаровского районного суда Хабаровского края от 30.04.2025 г. исковые требования ФИО4, ФИО5, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО1, исковые требования ФИО6 оставлены без удовлетворения.

Исковые требования ФИО8 удовлетворены, судом постановлено:

признать ФИО8., <данные изъяты> фактическим воспитателем ФИО2, <данные изъяты>, умершего ДД.ММ.ГГГГ, с 2003 года до достижения им совершеннолетия.

Признать за ФИО8 право на получение 1/4 части единовременного пособия в размере 556587,00 руб., и 1/4 части страховой суммы в размере 371058,00 руб. после смерти военнослужащего ФИО2, <данные изъяты>, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

В апелляционной жалобе ФИО6 просит решение суда отменить в части удовлетворения исковых требований ФИО8 принять новое решение об удовлетворении требований ФИО6 Полагает, что выводы суда об уклонении ФИО6 от исполнения обязанностей родителя противоречат материалам дела. Просит принять во внимание то, что ФИО4 никогда не обращалась в суд с заявлением о признании отцовства и взыскании с него алиментов, что свидетельствует о том, что за время раздельного проживания у ФИО4 не возникло желания получать денежные средства в качестве алиментов. Судом не было принято во внимание то, что он выполнял родительские обязанности в виде заботы о здоровье, физическом и нравственном, духовном и психологическом развитии сына, который при жизни признавал его отцом, между ними сложились родственные доверительные отношения. В период с 1998 г. по 2003 г. он проживал со ФИО4 одной семьей, что предполагает содержание им и воспитание сына. В свою очередь ФИО8 не представлено доказательств фактического воспитания ФИО2, совместного с ним проживания, выполнения им родительских обязанностей. Полагает то, что представленные ФИО8 характеристики из школы и из детского сада, где указано на исполнение ФИО13 родительских обязанностей в отношении ФИО2 вызывают сомнения, так как выданы по истечению сроков давности хранения указанной информации. Кроме того, сама ФИО4 является заведующей детского сада. То есть, заинтересована в исходе данного дела по иску супруга ФИО8

В апелляционном представлении прокурор Хабаровского района просит решение суда отменить в части удовлетворения исковых требований ФИО8 указав на то, что брак между ФИО8, и ФИО4 (до брака ФИО12) заключен 10.11.2012 г., то есть, менее чем за 5 лет до достижения ФИО2 совершеннолетия. Материалы дела не содержат бесспорных и достоверных доказательств, подтверждающих то, что ФИО8 воспитывал и содержал погибшего военнослужащего до 18 лет, сама по себе регистрация брака с матерью ФИО2 об этом не свидетельствует.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 25.09.2025 г. решение суда первой инстанции отменено в части удовлетворения исковых требований ФИО8., в отмененной части принято новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО8 В остальной части решение суда оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 29.01.2026 апелляционное определение Хабаровского краевого суда от 25.09.2025 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции прокурор Максименко Е.В., представитель ФИО6 - ФИО7 поддержали апелляционное представление, апелляционную жалобу и изложенные в них доводы.

ФИО14, ФИО2 на удовлетворении апелляционной жалобы ФИО6 возражали, просили довзыскать в их пользу страховую выплату и единовременное пособие.

Ответчик ФИО8 умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти II ДВ №, выданным Отделом ЗАГС администрации муниципального района имени Лазо Хабаровского края.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные о времени и месте рассмотрения жалобы, в том числе в порядке части 2.1 статьи 113, статьи 117 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в суд апелляционной инстанции не явились, сведения о причинах неявки не представили, с ходатайством об отложении рассмотрения дела к суду не обращались.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. 167, 327 ГПК РФ и разъяснениями, содержащимися в п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность принятого судом решения на момент его вынесения.

В силу требований ч. 4 ст. 390 ГПК РФ, разъяснений, изложенных в абз.1 п.41 постановления Пленума от 22 июня 2021 года № 17 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции», в случае отмены постановления суда первой или апелляционной инстанции и направления дела на новое рассмотрение указания суда кассационной инстанции о применении и толковании норм материального права и норм процессуального права являются обязательными для суда, вновь рассматривающего дело (ст.379.6, ч.4 ст.390 ГПК РФ).

Изучив материалы дела, выслушав прокурора Максименко Е.В., представителя ФИО6 - ФИО7, ФИО4 ее представителя ФИО9, ФИО5, с учетом указаний суда кассационной инстанции, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждается, что согласно свидетельству о рождении родителями ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, являются: отец ФИО11, мать ФИО15.

Сведения об отце внесены на основании заявления матери.

Биологическим отцом ФИО2, является ФИО6, что сторонами не оспаривается.

10.11.2012 г. заключен брак между ФИО8 и ФИО15, после чего жене присвоена фамилия «ФИО4».

27.11.2020 г. заключен брак между ФИО2 и Милой А.Л., после чего жене присвоена фамилия «ФИО5».

Согласно свидетельству о рождении II-ДВ № от 18 января 2021 года ФИО2 и ФИО5 являются родителями ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения.

Военнослужащий ФИО2 погиб ДД.ММ.ГГГГ, место смерти <данные изъяты> в период прохождения службы в связи с исполнением обязанностей военной службы.

С заявлениями о выплате единовременного пособия, страховой суммы в связи с гибелью военнослужащего в страховую компанию АО «Согаз» обратились ФИО5 - супруга застрахованного лица, действующая в своих и в интересах несовершеннолетнего ФИО1 - сына застрахованного лица, ФИО4 - мать застрахованного лица, ФИО6 - отец застрахованного лица, ФИО8 - отчим застрахованного лица.

Страховой компанией ФИО5, ФИО1, ФИО4 произведены выплаты единовременного пособия - 1 113 174,01 руб., (по 1/4 доле каждому), а также страховой суммы - 742 116,01 руб. (по 1/4 доле каждому).

В осуществлении выплаты в пользу ФИО8 отказано, ввиду отсутствия обстоятельств, свидетельствующих об осуществлении ФИО8 воспитания военнослужащего более 5 лет до его совершеннолетия.

Кроме того, отказано в осуществлении страховой выплаты в пользу ФИО6 ввиду непредоставления документов, подтверждающих, что указанный в свидетельстве о рождении в качестве отца ФИО11 и обратившийся с заявлением, и указанный в материалах как отец ФИО6 являются одним лицом.

Разрешая исковые требования сторон, суд первой инстанции, с учетом положений Федерального закона от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», Федерального закона от 28.03.1998 № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации», ст. 969 Гражданского Кодекса Российской Федерации, ст.ст. 61, 63, 66, 69, 71 Семейного кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов», установив факт уклонения от выполнения ФИО6 своих обязанностей родителя, в том числе, его воспитании, защиты прав и интересов, а также уклонении от материального обеспечения своего сына ФИО2 с 4-х летнего возраста до его совершеннолетия, отказал в удовлетворении требований ФИО6, установив фактическое исполнение обязанностей родителя ФИО8, удовлетворил требования последнего на получение 1/4 части единовременного пособия и 1/4 части страховой суммы после смерти военнослужащего ФИО2

В удовлетворении требований ФИО4 и ФИО5, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО1 отказал, указав на отсутствие оснований для выплаты единовременного пособия и страховой суммы в большем размере.

Решение суда обжалуется в части удовлетворения исковых требований ФИО8 и отказа в удовлетворении требований ФИО6

В соответствии с пунктом 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).

Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (пункт 2 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. На военнослужащих возлагаются обязанности по подготовке к вооруженной защите и вооруженная защита Российской Федерации, которые связаны с необходимостью беспрекословного выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе с риском для жизни. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. - Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 1 статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»).

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации».

В силу положений статьи 1 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся, в том числе военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.

Пунктом 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ в редакции, действовавшей на дату наступления страхового случая - гибели военнослужащего ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, было определено, что выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица следующие лица: супруга (супруг), состоявшая (состоявший) на день гибели (смерти) застрахованного лица в зарегистрированном браке с ним; родители (усыновители) застрахованного лица; дедушка и (или) бабушка застрахованного лица при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее трех лет в связи с отсутствием у него родителей; отчим и (или) мачеха застрахованного лица при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее пяти лет; несовершеннолетние дети застрахованного лица, дети застрахованного лица старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, его дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях; подопечные застрахованного лица; лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактический воспитатель). Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение (данный порядок не распространяется на лиц, указанных в абзацах четвертом и пятом настоящего пункта).

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее членам семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года № 22-П, от 19 июля 2016 года № 16-П).

Пунктом 4 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», вступившим в силу с 11 августа 2020 года, к членам семьи военнослужащего, имеющим право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности, отнесены лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели).

Из приведенных нормативных положений следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, в том числе военнослужащим, принимавшим участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семьи военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, в числе которых выплаты выгодоприобретателям страховой суммы по обязательному государственному страхованию.

К поименованному в пункте 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ кругу лиц (выгодоприобретателям) по обязательному государственному страхованию в случае гибели (смерти) застрахованного лица при исполнении обязанностей военной службы в силу Федерального закона от 14 июля 2022 года № 315-Ф3 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» отнесены фактические воспитатели - лица, признанные судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение, фактически воспитывавшими и содержавшими застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права) (пункт 1 статьи 61 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей.

Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей (абзацы первый и второй пункта 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 64 Семейного кодекса Российской Федерации защита прав и интересов детей возлагается на их родителей.

Согласно статье 65 Семейного кодекса Российской Федерации родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей. При осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию. Способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей.

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на общение с ребенком, участие в его воспитании и решении вопросов получения ребенком образования (пункт 1 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Родитель, проживающий отдельно от ребенка, имеет право на получение информации о своем ребенке из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций социального обслуживания и аналогичных организаций. В предоставлении информации может быть отказано только в случае наличия угрозы для жизни и здоровья ребенка со стороны родителя. Отказ в предоставлении информации может быть оспорен в судебном порядке (пункт 4 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу второму статьи 69 Семейного кодекса Российской Федерации родители (один из них) могут быть лишены родительских прав, если они уклоняются от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов.

Из приведенных положений семейного законодательства, а также из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что семейная жизнь предполагает наличие тесной эмоциональной связи между ее членами, в том числе между родителями и детьми, взаимную поддержку и помощь членов семьи, ответственность перед семьей всех ее членов. При этом основной обязанностью родителей в семье является воспитание, содержание, защита прав и интересов детей. Поскольку родители несут одинаковую ответственность за воспитание и развитие ребенка, данная обязанность должна выполняться независимо от наличия или отсутствия брака родителей, а также их совместного проживания. Невыполнение по вине родителей родительских обязанностей, в том числе по содержанию детей, их материальному обеспечению, может повлечь для родителей установленные законом меры ответственности, среди которых лишение родительских прав. В числе правовых последствий лишения родительских прав - утрата родителем (родителями) права на льготы и государственные пособия, установленные для граждан, имеющих детей.

Законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, предусмотрел в качестве лиц, имеющих право на получение страховой суммы, фактических воспитателей военнослужащих. Цель такой выплаты - компенсировать лицам, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, оставшегося без опеки родителей, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью в период прохождения военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Как следует из материалов дела в обоснование заявленных требований о признании за ФИО8 прав на получение выплат страхового возмещения и единовременного пособия, последний приводит доводы о том, что ФИО6 не достоин быть получателем спорных сумм в связи с гибелью в период прохождения военной службы его сына ФИО2, принимавшего участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, поскольку не проявлял должной заботы о своем сыне, не оказывал ему моральную, физическую, духовную поддержку, не интересовался здоровьем своего ребенка. Проживая отдельно от своего ребенка, не предпринимал действий для участия в его воспитании и развитии. Вместе с тем, он (ФИО4) со своей супругой ФИО4 вырастили и воспитали ФИО2 - защитника Отечества.

На аналогичные обстоятельства ссылается ФИО4

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции в части отказа ФИО6 в удовлетворении исковых требований, поскольку доводы последнего о том, что он длительное время надлежащим образом воспитывал ФИО2, содержал его до совершеннолетия и вырастил защитником Отечества, в связи с чем, ему должно быть выплачено страховое возмещение в целях компенсации нравственных и материальных потерь, связанных с гибелью военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, должным образом не подтверждены.

Доводы ФИО4 о том, что она самостоятельно воспитывала и содержала сына, а биологический отец ФИО6 при жизни ФИО2 об установлении отцовства не заявил, в установленном законом порядке факт отцовства не установил, следовательно, не имеет права на получение мер социальной поддержки по обязательному государственному страхованию, связанных с возмещением вреда, причиненного гибелью военнослужащего, ничем не опровергнуты.

То, что ФИО2 признавал ФИО6 своим отцом, между ними сложилась близкая родственная связь, он, как отец указан в заявлении при поступлении в колледж, а также указан в качестве выгодоприобретателя в личном деле военнослужащего наряду с матерью, супругой и сыном, доказательств виновного поведения и уклонения от выполнения обязанностей по воспитанию и содержанию ребенка не имеется, иногда оказывал сыну материальную помощь, сын мог проживать у него непродолжительное время, не могут являться основанием для удовлетворения заявленных требований, поскольку материалы дела не содержат бесспорных и достоверных доказательств участия ФИО6 в воспитании сына, формировании его личности, оказания моральной, физической, духовной поддержки и материальной помощи ФИО18 в течение пяти лет до достижения последним совершеннолетия.

Представленная ФИО6 переписка в мессенджере WhatsApp ФИО6 с контактом «А. сын» свидетельствует о том, что общение носило нерегулярный характер, периодически оказанная сыну материальная помощь составляла незначительный размер от 200 рублей до 500 рублей и имела место быть уже после достижения ФИО2 совершеннолетия.

Представленные в материалы дела фотографии также не подтверждают факт участия ФИО6 именно в воспитании сына вплоть до его совершеннолетия, поскольку фотографии ФИО2 в несовершеннолетнем возрасте представлены в количестве всего пяти штук за весь период до 18 лет.

Допрошенные по ходатайству ФИО6 свидетели ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22 подтвердили факт общения ФИО6 со своим сыном, однако никто из указанных свидетелей не пояснил, с какой периодичности и в каком размере ФИО6 выплачивалось содержание на сына до его совершеннолетия, допустимых (письменных) доказательств указанных выплат материалы дела не содержат. Кроме того, ни один из указанных свидетелей не подтвердил, какой периодичностью, продолжительностью и в какой период ФИО6 выполнял функции фактического воспитателя несовершеннолетнего ФИО2 Показания свидетелей носят общий, не конкретизированный характер, который не позволяет с достоверностью установить их достоверность.

Более того, сам ФИО6 в суде первой инстанции не указывал период, в течение которого он заботился о здоровье, физическом, психологическом, духовном и нравственном развитии ФИО2, участвовал в его жизни и обеспечении им получения образования, а также содержал его.

Разовые советы по воспитанию, а также разовая материальная или иная помощь, в отсутствие доказательств, подтверждающих постоянное участие в жизни ребенка, оказании помощи в обучении, создании материальных и психологических, эмоциональных условий для нормального развития ребенка вплоть до его совершеннолетия к фактическому воспитанию и содержанию несовершеннолетнего отнесены быть не могут.

Учитывая то, что ФИО6 имел возможность общения с сыном после расставания с его матерью, доказательств того, что ФИО4 чинила препятствия в общении между ФИО2 и ФИО6 не имеется, однако в течение длительного времени отец не принимал активного участия в духовном и моральном воспитании сына, материально на постоянной основе его не содержал, юридически отцовство не оформлял, оснований для признания за ним права на получение части страховой выплаты, части единовременного пособия не усматривается.

При таких обстоятельствах, в отсутствии доказательств, подтверждающих то, что ФИО6 не менее пяти лет до совершеннолетия сына принимал какие-либо меры для создания ФИО2 условий жизни, необходимых для его развития, проявлял о нем заботу, оказывал ему моральную, физическую, духовную поддержку, содержал его материально, довод жалобы ФИО6 о том, что, как фактический воспитатель ФИО2 он имеет право на получение спорных выплат, подлежит отклонению.

Следовательно, решение суда в части отказа ФИО6 в удовлетворении исковых требований подлежит оставлению без изменения.

ФИО8, в обоснование заявленных требований, указывает, что с 2003 года проживал с матерью военнослужащего ФИО2, официально их брак зарегистрирован в 2012 году. Как отчим ФИО2, фактически воспитывал его с четырехлетнего возраста как родного сына, взял на себя все обязанности родителя, наряду с его биологической матерью.

Удовлетворяя требования ФИО8 и признавая его фактическим воспитателем ФИО2, в связи с чем, ему должно быть выплачено страховое возмещение в целях компенсации нравственных и материальных потерь, связанных с гибелью военнослужащего при исполнении обязанностей военной службы, а также единовременное пособие, суд первой инстанции исходил из того, что заявитель приходился отчимом погибшему военнослужащему, между ними сложились семейные отношения, проживал совместно с матерью военнослужащего и с ним одной семьей, материально содержали ФИО2 до совершеннолетия и вырастили защитником Отечества.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их взаимосвязи и совокупности с учетом вышеуказанного правового регулирования, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции в указанной части.

Материалы дела не содержат бесспорных и достоверных доказательств, подтверждающих то, что ФИО8 принимал какое либо участие в воспитании военнослужащего ФИО2, имелись ли между ФИО8 и ФИО2 фактические семейные связи в течение определенного законом времени (не менее пяти лет). Предпринимал ли ФИО8 какие-либо меры для создания сыну ФИО4 условий жизни, необходимых для его развития, проявлял ли заботу о нем, оказывал ли ему моральную, физическую, духовную поддержку, содержал ли его материально, при том, что ФИО8 официально трудоустроен не был.

Судебная коллегия отмечает, что ФИО8 вступил в брак с матерью ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения только 10.11.2012 г., то есть тогда когда ФИО2 уже исполнилось 14 лет.

Сам факт совместного проживания ФИО8 со ФИО4 (ФИО12) и ее сыном ФИО2, в том числе до заключения брака не является безусловным доказательством, подтверждающим участие ФИО8 в воспитании и содержании ФИО2 до его совершеннолетия.

Допрошенные по ходатайству ФИО8 свидетели ФИО24, ФИО25, ФИО26, подтвердили факт общения ФИО8 с ФИО2, однако никто из указанных свидетелей не пояснил, с какой периодичности и в каком размере ФИО8, будучи безработным оплачивалось содержание на ФИО2 до его совершеннолетия, допустимых (письменных) доказательств указанных выплат материалы дела не содержат. Кроме того, ни один из указанных свидетелей не подтвердил, какой периодичностью, продолжительностью и в какой период ФИО8 выполнял функции фактического воспитателя несовершеннолетнего ФИО2 Показания свидетелей носят общий, не конкретизированный характер, который не позволяет с достоверностью установить их достоверность.

Разовые советы по воспитанию, а также разовая материальная или иная помощь, в отсутствие доказательств, подтверждающих постоянное участие в жизни ребенка, оказании помощи в обучении, создании материальных и психологических, эмоциональных условий для нормального развития ребенка вплоть до его совершеннолетия к фактическому воспитанию и содержанию несовершеннолетнего отнесены быть не могут.

Тот факт, что отец ребенка указанные обязанности не выполнял, не свидетельствует о том, что обязанности по воспитанию и содержанию сына в полной мере осуществлял ФИО8 в течение определенного законом времени (не менее пяти лет).

При таких обстоятельствах, представленные в материалы дела характеристики в отношении ФИО2 из детского сада от 26.01.2024 г. и МБОУ СОШ с. Георгиевка от февраля 2024 г., согласно которым ФИО8 принимал участие в воспитании сына, не могут быть приняты во внимание, как доказательства, подтверждающие фактическое воспитание и содержание несовершеннолетнего, которые вызывают большие сомнения в их достоверности, принимая во внимание то, что в период поступления ФИО2 в МБОУ Детский сад № 12 и до 2003 г., его заведующей являлась ФИО4 (ФИО12), которая заинтересована в исходе данного дела в интересах своего супруга ФИО8 Сами характеристики выданы спустя более 22 лет и 12 лет после нахождения ФИО3 в указанных учреждениях.

С учетом изложенного, утверждения ФИО4 о том, что фактически воспитанием и содержанием ее сына непосредственно занимался ФИО8, не могут быть приняты во внимание, как бесспорные и достоверные доказательства и расцениваются судебной коллегией, как заинтересованность ФИО4 в исходе данного дела в интересах ее супруга ФИО8

При указанных обстоятельствах, у суда первой инстанции не имелось оснований для удовлетворения заявленных ФИО8 требований, следовательно, решение суда в указанной части подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в их удовлетворении.

С выводами суда о том, что ни ФИО6, ни ФИО8, не могут быть признаны фактическим воспитателем погибшего, следовательно, к кругу выгодоприобретателей не относятся, согласился суд кассационной инстанции.

Учитывая категорию спора, независимо от доводов апелляционных жалоб, представления, судебная коллегия на основании абзаца второго части 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает необходимым отменить решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении требований ФИО4, ФИО5, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО1, исходя из следующего.

Принимая во внимание то, что ФИО6 и ФИО8 к кругу выгодоприобретателей после смерти ФИО2 не относятся, следовательно, единовременное пособие в размере 1 113 174 руб. 01 коп., страховая сумма в размере 742 116 руб., которые были зарезервированы АО «СОГАЗ» в связи с обращением других выгодоприобретателей (биологического отца, отчима), независимо от их фактической выплаты последним, подлежат распределению между выгодоприобретателями в равных долях, а именно с АО «СОГАЗ» подлежит взысканию в пользу его матери ФИО4, супруги ФИО5, сына ФИО1 по 371 058 руб. - единовременное пособие, по 247 372 руб. - страховая сумма.

Поскольку после смерти ФИО2 наличие единственных выгодоприобретателей, каковыми являются ФИО4, ФИО5, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО1 установлено лишь судом апелляционной инстанции, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения требований ФИО4, ФИО5, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО1 о взыскании с АО «СОГАЗ» неустойки, предусмотренной пунктом 4 статьи 11 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ за несвоевременную выплату страховой суммы и единовременного пособия.

Судебная коллегия также не находит оснований для удовлетворения требований ФИО4, ФИО5, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО1 о взыскании в их пользу компенсации морального вреда, так как наличие со стороны ответчика действий, нарушающих личные неимущественные права истцов либо посягающих на принадлежащие им другие нематериальные блага, не установлено.

На основании ст. 103 ГПК РФ, с АО «СОГАЗ» в доход бюджета городского округа «Город Хабаровск» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 17 476 рублей 45 копеек.

Ввиду изложенного, решение суда первой инстанции подлежит отмене в части на основании п.п.1, 4 ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329,330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Хабаровского районного суда Хабаровского края от 30 апреля 2025 года отменить в части удовлетворения требований ФИО8, отказа в удовлетворении требований ФИО4, ФИО5, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО1, в отмененной части принять новое решение.

В удовлетворении исковых требований ФИО8 отказать.

Исковые требования ФИО4, ФИО5, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «СОГАЗ» (ИНН №) в пользу ФИО4 (паспорт №) единовременное пособие в размере 371 058 рублей, страховую выплату в размере 247 372 рубля.

Взыскать с акционерного общества «СОГАЗ» (ИНН №) в пользу ФИО5 (паспорт №) единовременное пособие размере 371 058 рублей, страховую выплату в размере 247 372 рубля.

Взыскать с акционерного общества «СОГАЗ» (ИНН №) в пользу несовершеннолетнего ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения в лице его законного представителя ФИО5 (паспорт №) единовременное пособие размере 371 058 рублей, страховую выплату в размере 247 372 рубля.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с акционерного общества «СОГАЗ» (ИНН №) в доход бюджета городского округа «Город Хабаровск» государственную пошлину в размере 17 476 рублей 45 копеек.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня составления мотивированного апелляционного определения через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 30.04.2026.

Председательствующий:

Судьи: