Решение № 2-37/2019 2-37/2019(2-994/2018;)~М-818/2018 2-994/2018 М-818/2018 от 26 марта 2019 г. по делу № 2-37/2019

Дело № 2-37/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

С. Корткерос 27 марта 2019 года

Корткеросский районный суд Республики Коми в составе председательствующего судьи- Буян Э.Ф., при секретаре- Соловьевой М.В.., с участием прокурора Сердитовой М.А., истцов- ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, представителя ответчика ГБУЗ «Корткерпосская ЦРБ» ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по искам

Прокуратуры Корткеросского района, в интересах ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 к

ГБУЗ РК «Корткеросская центральная районная больница»

о признании незаконным приказов об изменении штатного расписания, о переводе на другую работу, восстановлении в прежней должности.

У С Т А Н О В И Л :

04.12.2018 прокуратура Корткеросского района обратилась в суд с иском к ответчику, с учетом уточненных требований, в интересах неопределенного круга лиц и ФИО1, с требованиями признать незаконным приказ гл.врача ГБУЗ РК «Корткеросская центральная районная больница» (далее- «КЦРБ» Корткеросской ЦРБ) от <дата> № ХХХ в части исключения из штатного расписания учреждения с <дата> должностей санитарок (младших медицинских сестер по уходу за больными) терапевтического, хирургического, педиатрического, акушерского отделений, отделения анестезиологии-реанимации (с палатной реанимации и интенсивной терапии) в количестве 24,5 ставок; признать незаконным приказ и.о. гл. врача КЦРБ № ХХХ от <дата> о переводе ФИО1 на другую работу; обязать КЦРБ восстановить в должности переведенную на должность санитарки (мойщицы) ФИО1 с <дата>.

10.12.2018 истец ФИО4 обратилась с иском к КЦРБ о признании незаконным приказа № ХХХ от <дата> о переводе на другую должность санитарки (мойщицы), восстановлении в прежней должности младшей медсестры по уходу за больными (далее- мл. медсестры) с <дата>, восстановлении надбавки за вредность 15% и отпускной период 54 календарных дня.

17.12.2018 истцы ФИО2 и ФИО3 обратились в суд с заявлением к КЦРБ с исковыми требованиями о признании незаконным приказа о переводе на должность санитарки (мойщицы) от <дата> № ХХХ, от <дата> № ХХХ, соответственно, и восстановлении их в прежней должности санитарок <...> отделения с <дата>.

В обоснование исковых требований прокурор указал, что <дата> между КЦРБ и ФИО1 заключен бессрочный трудовой договор, согласно которому последняя принята на должность санитарки, <дата> издан приказ о переводе ФИО1 с должности санитарки терапевтического отделения на должность санитарки (мойщицы) с <дата>, основанием перевода указано личное заявление ФИО1 от <дата>, тогда же заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, в соответствии с которым она переводится на должность санитарки (мойщицы), которое вступает в силу с <дата>. Ссылаясь на нормы трудового законодательства, в т.ч. ст.74 ТК РФ, Положения о лицензионной деятельности, приказ Минздрава России от <дата> ХХХ «Об утверждении порядка оказания мед.помощи взрослому населению по профилю «<...>», прокурор указывает на отсутствие законных оснований для сокращения должности, ранее занимаемой ФИО1, по причине несоответствия общим требованиям, установленным для соответствующих мед.организаций структуры и штатного расписания Корткеросской ЦРБ, утвержденного приказом от <дата> № ХХХ с <дата>, из которого исключены должности санитарок (младших медсестер по уходу за больными) и введены должности санитарок (мойщиц), отнесенные к прочему (немедицинскому) персоналу; трудовая функция ФИО1 фактически не изменилась, что свидетельствует о незаконно примененной процедуре перевода на другую должность в силу ст. 72.1 ТК РФ; допущено нарушение прав ФИО1 на справедливую заработную плату; согласие ФИО1 на перевод на другую должность и на заключение дополнительного соглашения по трудовому договору не являлось добровольным, т.к. она полагала, что если не напишет заявление, то ее уволят; нарушение прав ФИО1 является следствием дискриминационных действий, проводимых КЦРБ в отношении работников, т.к. целью проведения реорганизации является сокращение расходов, вместе с тем сокращение расходов учреждения путем сокращения заработной платы отдельной категории работников не допустимо; ФИО1 не ознакомлена с приказом от <дата> № ХХХ «Об изменении штатного расписания».

ФИО4, ссылаясь в обосновании иска на аналогичные доводы, отраженные в иске прокурора, указала, что <дата> КЦРБ с нею заключен трудовой договор о принятии ее на должность мл.медсестры по уходу за больными, с <дата> убрали ночные дежурства и перевели на 0,75 ст., в <дата>. их оповестили о переводе с <дата> на должность санитарок (мойщиц), при этом уведомление о переводе не дали. <дата> издан приказ о ее переводе на должность санитарки (мойщицы), дополнительное соглашение к трудовому договору ХХХ от <дата> получила только в сентябре. В ее обязанности возложены функции сестры-хозяйки, буфетчицы-раздатчицы и мл.медсестры по уходу за больными, при этом не оплачивают за вредность санитарке (мойщице), фактически проведено сокращение штата работников мл.мед.персонала, соответственно у работодателя не имелось основания для издания приказа на ее перевод, считает, что ее согласие на перевод и заключение дополнительного соглашения не было добровольным, т.к. юридически не грамотна и очень испугалась остаться без работы и увольнения, данное обещание должно было быть зафиксировано в протоколе общего собрания работников. Так как обжалуемые действия КЦРБ вступили в силу с <дата>, именно с этого момента она поняла, что ее права нарушены, в частности, выполняя прежнюю работу, она стала получать минимальную заработную плату, в связи с чем просит отсчитывать срок давности с указанной даты.

ФИО2 и ФИО3, ссылаясь в обосновании иска на аналогичные доводы, отраженные в иске прокурора, указали: ФИО2- что <дата> КЦРБ с нею заключен трудовой договор о принятии ее на должность санитарки, <дата>, <дата> издано дополнительное соглашение к трудовому договору ХХХ о переводе ее на должность санитарки (мойщицы); Залюбовская- что <дата> КЦРБ с нею заключен трудовой договор о принятии ее на должность санитарки, <дата> издано дополнительное соглашение к трудовому договору ХХХ о переводе ее на должность санитарки мойщицы. Фактически функции не изменились, они выполняют как и ранее работу и обязанности мл.медсестры, фактически проведено сокращение штата работников мл.мед.персонала, соответственно у работодателя не имелось основание для издания приказа на их перевод, считают, что их согласие на перевод и заключение дополнительного соглашения не было добровольным, т.к. сделано под давлением, <дата> проведено было собрание, после которого написано заявление, впоследующем руководством было сказано, что, если они заберут заявления, то будут уволены по сокращению, они юридически не грамотны и очень испугалась увольнения.Так как обжалуемые действия КЦРБ вступили в силу с <дата>, именно с этого момента они поняли, что их права нарушены, в частности, выполняя прежнюю работу, они стали получать минимальную заработную плату, в связи с чем просят отсчитывать срок давности с указанной даты.

<дата> вышеуказанные заявления в судебном заседании были объединены в одно производство.

В судебном заседании прокурор, истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 на требованиях настаивали, дополнительно указав, что о переводе их из младшего медицинского персонала в «Прочий» они узнали только из должностной инструкции санитарок (мойщиц), в других документах, в т.ч. в Дополнительных соглашениях, приказах о переводе с <дата>, эти сведения отсутствовали. Вместе с тем они выполняли с <дата> прежние функции младшего мед.персонала: санитарок и мл.медсестер по уходу за больными.

Представитель ответчика КЦРБ ФИО5 с исковыми требованиями истцов не согласился в полном объеме, поддержав доводы изложенные в письменных отзывах, считает истцами пропущен срок обращения в суд, суду пояснив, что в настоящее время решается вопрос о внесение изменений в штатное расписание и введение должностей младшего мед.персонала по уходу за больными в некоторых отделениях больницы, однако с какого времени и их количество будет определено в последующем.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерство здравоохранения по РК и ТО Росздравнадзор по РК своих представителей в суд не направили, надлежащим образом извещены о времени и дате рассмотрения дела.

Минздрав РК в письменных возражениях от <дата> просил рассмотреть дело без своего представителя, и вынести законное и обоснованное решение на усмотрение суда.

ТО Росздравнадзор по РК суду <дата> направил письменное сообщение со ссылкой на Конституцию РФ, Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ», принимаемые в соответствии с ними другие федеральные законы, законы и иные нормативные правовые акты субъектов РФ, о рекомендательном характере установления структуры и штата мед.организации, при этом, указав о нарушении КЦРБ лицензионных требований при осуществлении медицинской деятельности, в частности соответствия структуры и штатного расписания юридического лица, входящего в государственную или муниципальную систему здравоохранения, общим требованиям, установленным для соответствующих медицинских организаций, а именно: отсутствие в штате терапевтического стационара младшего мед.персонала.

Заслушав стороны, специалиста ФИО10, свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, проверив материалы дела, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Истцы работали в Корткеросской ЦРБ в должностях младшего медицинского персонала: санитарок, мл.медсестры по уходу за больными до <дата> в стационарных отделениях, в частности ФИО1 в должности санитарки <...> отделения, ФИО2 и ФИО3- санитарками <...> отделения, ФИО4- младшей медицинской сестры по уходу за больными <...> отделения. Данный факт подтверждается трудовыми книжками, заключенными трудовыми договорами, дополнительными соглашениями, должностными инструкциями и ответчиком не оспаривается.

Фактическое не исполнение истцами до <дата> обязанностей, предусмотренных должностными инструкциями, указанное свидетелем ФИО11, в частности по уходу за больными, не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения дела. Доказательств, однозначно подтверждающих данный факт, суду не предоставлено. Кроме того, в последующем указанный свидетель показала, что необходимость ухода за больными в стационаре имеется, как и необходимость наличия младшего мед персонала для этих целей, однако не в том количестве, которое ранее было предусмотрено.

16.07.2018 в Корткеросской ЦРБ было проведено собрание- заседание комиссии по вопросу определения работников, обладающих преимущественным правом на оставление на работе и не подлежащих увольнению при сокращении численности, на котором до работников, было доведено о необходимости оптимизации численности персонала, в т.ч. категории младшего медицинского персонала и обсуждался вопрос о нескольких вариантах проведения мероприятий: путем объединения отделений и соответствующем сокращении численности штата или, оставив численность, перейти добровольно на должность санитарок (мойщиц), в т.ч. о введении новой системы оплаты труда, в результате чего гарантировался базовый оклад в размере <...> руб., с понижением стимулирующих надбавок, исключением надбавок за вредность, которые будут производиться на основании ст. 147 ТК РФ, установлением ночных надбавок не менее 20%, который будет устанавливаться руководством учреждения.

На данном собрании, на котором присутствовали истцы, было принято решение о необходимости в течение текущей недели санитаркам принять решение о добровольном переводе на должность санитарки (мойщицы), написав письменное заявление. Как установлено при рассмотрении дела, сам текст протокола собрания истцы не видели, с ним их не ознакамливали, подписями своими работники лишь подтверждали факт присутствия на собрании.

Вместе с тем доводы истцов об отсутствии при проведении собрания старших мед. сестер, а также укороченных сроках, установленных для принятия решения о переводе, о юридической неграмотности, являются не состоятельными, поскольку на данном собрании, что следует из протокола, а также было подтверждено свидетелями и не оспаривалось истцами, не принималось какого-либо решения, обязывающего выполнить какие-либо действия в принудительном порядке, не созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов, напротив, указано на добровольность принятия решения на оформление заявления на перевод с занимаемой должности на другую- санитарку (мойщицу). Кроме того, в последующем истцы имели возможность отозвать заявления до <дата>, однако с такими заявлениями к работодателю не обращались.

В соответствии со ст. 11 ТК РФ трудовым законодательством и иными актами, содержащими нормы трудового права, регулируются трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения.

Все работодатели (физические лица и юридические лица, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Согласно ст. 15 ТК РФ трудовыми отношениями являются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу ст. 72 ТК РФ изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

В соответствии со ст. 72.1 ТК РФ перевод на другую работу - постоянное или временное изменение трудовой функции работника и (или) структурного подразделения, в котором работает работник (если структурное подразделение было указано в трудовом договоре), при продолжении работы у того же работодателя, а также перевод на работу в другую местность вместе с работодателем. Перевод на другую работу допускается только с письменного согласия работника, за исключением случаев, предусмотренных частями второй и третьей статьи 72.2 настоящего Кодекса.

Судом по материалам дела установлено, что <дата> истцом ФИО1 было оформлено заявление о ее переводе с <дата> на должность санитарки (мойщицы) <...> отделения на постоянную работу. В тот же день истец была ознакомлена с оспариваемым приказом о переводе с <дата> № ХХХ от <дата> с должности санитарки <...> отделения. Данный приказ издан на основании Дополнительного соглашения от <дата> и личного заявления, что подтверждается подписью ФИО1

ФИО4 <дата>. было написано заявление работодателю о переводе на должность санитарки (мойщицы) <...> отделения на постоянную работу с <дата> на 1 ставку, в тот же день она была ознакомлена с приказом КЦРБ № ХХХ от <дата> о переводе с <дата> с должности младшая медицинская сестра по уходу за больными (далее- ММС по уходу за больными) в санитарки (мойщицы) в <...> отделении. Данный приказ издан на основании Дополнительного соглашения от <дата> и личного заявления, о чем имеется подпись ФИО4.

ФИО2 <дата> было написано заявление работодателю КРЦБ о переводе на должность санитарки (мойщицы) <...> отделения на постоянную работу с <дата> В тот же день она была ознакомлена с приказом КЦРБ ХХХ от <дата> о переводе с <дата> с должности санитарки на должность санитарки (мойщицы) в <...> отделении. Данный приказ издан на основании Дополнительного соглашения от <дата> и личного заявления, о чем имеется подпись ФИО2.

ФИО3 <дата> было написано заявление работодателю КРЦБ о переводе на должность санитарки (мойщицы) <...> отделения на постоянную работу с <дата>. В тот же день она была ознакомлена с приказом КЦРБ № ХХХ от <дата> о переводе с <дата> с должности санитарки на должность санитарки (мойщицы) в <...> отделении. Данный приказ издан на основании Дополнительного соглашения от <дата> и личного заявления, о чем имеется подпись ФИО3.

Согласно входящему штемпелю ФИО1 <дата> обратилась к Прокурору Корткеросского района с заявлением о проведении прокурорской проверки и защите ее прав, с просьбой обратиться в суд в ее интересах. В заявлении указала, что работает в ГБУЗ РК «Корткеросская ЦРБ» с <дата> санитаркой <...> отделения. <дата> получила дополнительное соглашение к трудовому договору ХХХ от <дата>, по которому с <дата> санитарок отделения переводят на должность санитарок (мойщиц), с чем снижается заработная плата, снимаются надбавки к заработной плате, а именно: доплата, интенсивность, качество, уменьшается продолжительность ежегодного оплачиваемого отпуска. При этом работает по-прежнему не нормировано, смена длится 24 часа.

Дополнительное соглашение от <дата> с указанием новой должности, видов работ подписано ФИО1 <дата>- одновременно с приказом, что подтверждается оформленным в прокуратуру заявлением и показаниями свидетеля ФИО12 о том, что одновременно ею предоставлялись эти документы для ознакомления и это не могло быть позже <дата>, т.к. с <дата> сокращались должности.

Довод истцов об оформлении указанных документов, а именно: приказов о переводе и Дополнительных соглашений, об ознакомлении с ними в более поздний срок, в ходе судебного заседания однозначного подтверждения не нашел, поскольку свидетель Темяк, предупрежденная об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, суду показала, что именно ею указанные документы и их проекты были подготовлены к <дата>, точную дату ознакомления истцов с данными документами не помнит, но точно это было до <дата>. В судебном заседании установлено, что истцы ознакомились с документами в отсутствии иных лиц, сам факт явки в отдел кадров истцов в <дата>, о чем поясняли иные свидетели, не свидетельствует об ознакомлении истцов в тот день именно с вышеуказанными документами.

С должностной инструкцией санитарки (мойщицы) ФИО1 ознакомлена 28.09.2018, ФИО4 02.10.2018-, о чем имеется подпись в их должностных инструкциях, ФИО2 и ФИО3 должностные инструкции на санитарку (мойщицу) не подписаны, но утверждены 26.09.2018, в связи с чем, суд считает возможным согласиться с показаниями данных истцов об ознакомлении с ними в конце сентября 2018 года. Данный факт ответчиком не оспаривается.

С учетом материалов дела, установленных судом обстоятельств, суд не может согласиться с позицией прокурора и истцов о необходимости исчисления срока исковой давности с 01.10.2018, когда истцы фактически начали исполнять обязанности по должности санитарок (мойщиц), со ссылкой, что приказ мог быть отменен, т.к. факта обращения истцов об отмене приказов до <дата> или принятия каких-либо действий со стороны работодателя в данной части судом не установлено. Также суд считает необоснованным доводы о том, что перевод фактически был произведен без их согласия, оспаривая добровольность оформления заявления о переводе, подписания приказов и дополнительных соглашений.

Кроме того, суд критически относится к доводам об отсутствии вышеуказанных документов на момент обращения ФИО1 в прокуратуру. Из журнала устного приема ФИО1 <дата> не следует данный факт, поскольку ФИО1 обращалась по вопросу возможности увольнения по сокращению, которой разъяснено трудовое законодательство. Кроме того, в порядке ст.62 ТК РФ работники могли воспользоваться правом по обращению к работодателю с письменным заявлением, при котором работодатель обязан не позднее трех рабочих дней со дня подачи этого заявления выдать работнику трудовую книжку в целях его обязательного социального страхования (обеспечения), копии документов, связанных с работой (копии приказа о приеме на работу, приказов о переводах на другую работу, приказа об увольнении с работы; выписки из трудовой книжки; справки о заработной плате, о начисленных и фактически уплаченных страховых взносах на обязательное пенсионное страхование, о периоде работы у данного работодателя и другое). При этом в течение всего периода к работодателю письменно о выдаче документов истцы не обращались.

Вместе с этим по смыслу ст. 71 (пункт "о") и 72 (пункт "к" части 1) Конституции РФ судебная процедура, включая производство по делам, вытекающим из трудовых отношений, определяется законодателем.

Положения ст. 37 Конституции РФ, обуславливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по соглашению решать вопросы, связанные с возникновением, изменением и прекращением трудовых отношений, предопределяют вместе с тем обязанность государства обеспечивать надлежащую защиту прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации, как социальном правовом государстве. При этом законодатель учитывает не только экономическую (материальную), но и организационную зависимость работника от работодателя (в распоряжении которого находится основной массив доказательств по делу), в силу чего устанавливает процессуальные гарантии защиты трудовых прав работников при рассмотрении трудовых споров в суде.

Действующим законодательством обязанность работодателя знакомить работников с штатным расписанием не предусмотрена. Отсутствие ознакомления с приказом об изменении штатного расписания не свидетельствует о нарушении прав истца, поскольку содержащиеся в них действия, касающиеся непосредственно истцов, доведены до них в должностной инструкции.

В силу вышеизложенных норм, суд считает возможным согласиться с позицией прокурора и истцов о том, что в части включения должности санитарки (мойщицы) в прочий мед.персонал истцы узнали лишь при получении ими должностной инструкции, с которой они ознакомлены: <дата>- ФИО1, <дата>- ФИО4, о чем имеется подпись в должностной инструкции, ФИО2 и ФИО3 должностные инструкции на санитарку (мойщицу) не подписаны, но утвержденные <дата>, и не могли быть предоставлены истцам ранее данного срока.

При установленных обстоятельствах суд приходит к выводу, что со всеми условиями перевода на должность санитарки (мойщицы) истцы были ознакомлены именно с момента ознакомления с должностной инструкцией, именно с указанного момента истцы узнали о нарушении прав со стороны ответчика и в силу ст. 392 ТК РФ имели право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Таким образом, на момент обращения с рассматриваемыми исковыми заявлениями истцами срок обращения в суд не пропущен, в данной части довод ответчика подлежит отклонению.

Приказом ГБУЗ РК «Корткеросская центральная районная больница» от <дата> № ХХХ исключены из штатного расписания ГБУЗ с <дата> должности санитарок (ММС по уходу за больными) в акушерском, педиатрическом и отделении анестезиологии – реанимации (с палатой реанимации и интенсивной терапии) по 0,75 ставки. Данный приказ в последующем был отменен приказом № ХХХ от <дата>.

Приказом Корткеросской ЦРБ от <дата> № ХХХ, в связи с проведением работ по сокращению неэффективных расходов путем оптимизации численности младшего мед.персонала в рамках реализации приказа Минздрава РК от <дата> ХХХ-р с последующими изменениями, внесены изменения в штатное расписание по ГБУЗ РК «Корткеросская ЦРБ» с <дата>, исключены из него следующие должности: санитарка (ММС по уходу за больными), санитарка (ММС по уходу за больными) (для паллиативных коек) в терапевтическом отделении, санитарка (ММС по уходу за больными) и санитарка (операционная) в хирургическом отделении; санитарка (ММС по уходу за больными) в педиатрическом, акушерском отделении, отделении анестезиологии-реанимации (с палатой реанимации и интенсивной терапии), и в п.2 Приказа включены в штатное расписание с <дата> в указанных отделениях должности санитарок (мойщиц).

Из штатного расписания на <дата> следует, что в отделениях Корткеросской ЦРБ отсутствуют должности санитарок и ММС по уходу за больными, в том же количестве имеются санитарки (мойщицы). Данный факт также подтверждает вменение должностных обязанностей санитарок (ММС по уходу за больными) на санитарок (мойщиц).

На момент оформления ФИО1, ФИО4, ФИО3, ФИО2 заявления о переводе, а также издания оспариваемых приказов ФИО1 и др. должность санитарки (мойщицы) <...> отделениях в штате КЦРБ с <дата> предусмотрена не была. Данный довод прокурора является обоснованным. Однако данное обстоятельство не является процессуальным нарушением, поскольку с <дата> истцы были по документам переведены на указанные должности. Вместе с тем суд считает, что фактического перевода с должности санитарки (младшей медицинской сестры по уходу за больными) на должность санитарки (мойщицы) не было произведено, поскольку должностные обязанности остались прежними- связанные с уходом за больными.

Довод ответчика, что внесли в должностную инструкцию санитарок (мойщиц) лишь обязанность по оказанию помощи медсестрам отделений, суд считает не состоятельным, т.к. по должностной инструкции в ЕКТС именно помощь медсестре по уходу за больными является обязанностью младшей медицинской сестры по уходу за больными и санитарки, что также подтверждается Профессиональным стандартом младшего мед.персонала, утвержденного приказом Минтруда и соц.защиты РФ от <дата> ХХХ. Несоответствие должностной инструкции истцов, введенных с <дата>, должностным обязанностям санитарки (мойщицы) подтверждается, материалами дела, вмененными на истцов обязанностями, которые также не соответствуют должностным обязанностям, предусмотренным в типовой форме должностной инструкции, утвержденной приказом Министерства здравоохранения РК от <дата> ХХХ которым дополнен приказ Минздрава РК от <дата> ХХХОб оптимизации численного младшего медицинского персонала в государственных учреждениях здравоохранения РК, в отношении которых Министерство здравоохранения РК осуществляет функции и полномочия учредителя», во исполнение которого по пояснениям представителя ответчика были проведены переводы, в т.ч. истцов. Должностная инструкция санитарки (мойщицы) предусматривает выполнение обязанностей лишь по надлежащему санитарному состоянию рабочего места своего и мед.работников, помещений в Учреждении (отделении), посуды и вспомогательных предметов, уборку мусоросборников, какие- либо обязанности, относящиеся к уходу за больными, помощи медсестрам в осуществлении данных обязанностей, не предусмотрено. Данный факт также подтверждается письмом Минздрава РК от <дата> ХХХ, направленным в адрес Корткеросской ЦРБ, о необходимости приведения должностных обязанностей санитарок (мойщиц) в соответствие с действующим законодательством и ведомственными нормативно-правовыми актами.

При разрешении дел, связанных с переводом на другую работу, необходимо иметь в виду, что отказ от выполнения работы при переводе, совершенном с соблюдением закона, признается нарушением трудовой дисциплины, а невыход на работу – прогулом, что следуете из п.19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами РФ ТК РФ»

В ходе судебного заседания установлено, что истцы выполняли требования должностной инструкции, в т.ч. обязанности по уходу за больными, в том числе после <дата>, доказательств обратного ответчиком не предоставлено.

В Дополнительных соглашениях, в Должностных инструкциях, определяющих функциональные обязанности санитарок (мойщиц) ГБУЗ РК «Корткеросская ЦРБ», истцам вменены должностные обязанности, ранее предусмотренные в должностных обязанностях санитарок и младших медсестр по уходу за больными, которые выполняли истцы до <дата>. Довод ответчика, что функциональные обязанности изменены, поскольку на санитарок (мойщиц) возлагается лишь обязанность в виде помощи медсестре по уходу за больными, не свидетельствует об изменении должностных обязанностей.

Из анализа должностных обязанностей младшей медсестры по уходу за больными и санитарки, предусмотренных в Едином квалификационном справочнике должностей руководителей, специалистов и служащих, раздел «Квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения», утвержденном приказом Минздравсоцразвития России от 23.07.2010 № 541н, и должностных обязанностей санитарок (мойщиц), возложенных на истцов, следует, что на них возложены аналогичные функции, как санитарок, так и младшей медсестры, не зависимо от их наименования: санитарная обработка, гигиенический уход за тяжелобольными пациентами (умывание, подмывание, обтирание кожных покровов, полоскание полости рта), помощь медсестре в кормлении пациента с недостаточностью самостоятельного ухода, за функциональным состоянием пациента, производить смену постельного и нательного белья, размещение и перемещение пациента в постели и др.

Данные обязанности истцы продолжают выполнять по настоящее время, что также нашло подтверждение в ходе рассмотрения дела, в т.ч. по показаниям свидетеля ФИО17 Необходимость выполнения обязанностей санитарок и младших медсестер по уходу за больными в стационарных отделениях Корткеросской ЦРБ также было подтверждено свидетелем гл. медсестрой ФИО11 Наличие тяжелобольных пациентов в отделениях, в т.ч. после <дата>, в частности в терапевтическом отделении, нашел подтверждение по материалам дела. В опровержения данных фактов, при наличие возложенных на истцов обязанностей по Дополнительным соглашениям и должностным инструкциям, суду не предоставлено. При этом, не исполнение обязанностей в связи с проведением ремонтных работ в отделении, отсутствие родов в акушерском отделении, при наличие иных пациентов, не свидетельствует об обратном.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что должностные обязанности санитарок, младших медсестер по уходу за больными, выполняемые истцами до <дата> и должностных обязанностей санитарок(мойщиц) в Корткеросской ЦРБ являются идентичными, что указывает на фиктивный перевод истцов с одной должности на другую, поскольку функциональные обязанности не изменились.

В связи с изложенным суд полагает, что действия главного врача Корткеросской ЦРБ по переводу истцов ФИО1, ФИО4, ФИО3 и ФИО2 на должность санитарки (мойщицы) является незаконным, а потому они подлежат восстановлению в должностях, ранее занимаемых ими с отменой приказов об их переводе с <дата> на должность санитарок(мойщиц). В данной части исковые требования истцов и прокурора подлежат удовлетворению.

Вместе с тем, судом не усматривается оснований для признания незаконным приказа Корткеросской ЦРБ № ХХХ от <дата> в части исключения из штатного расписания учреждения с <дата> должностей санитарок (мл.медсестер по уходу за больными) <...> в количестве 24,5 ставок.

Реализуя закрепленные Конституцией РФ ( ст.34 ч.1, ст.35 ч.2) права, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения.

В соответствии с п.7 ч.2 ст. 14 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон N 323-ФЗ) к полномочиям федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения, относится в том числе установление общих требований к структуре и штатному расписанию медицинских организаций, входящих в государственную и муниципальную системы здравоохранения.

Статьей 37 Федерального закона N 323-ФЗ установлено, что медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями. Порядок оказания медицинской помощи разрабатывается по отдельным ее видам, профилям, заболеваниям или состояниям (группам заболеваний или состояний) и включает в себя в том числе рекомендуемые штатные нормативы медицинской организации, ее структурных подразделений.

Структура и штатная численность устанавливаются руководителем медицинской организации исходя из объема проводимой лечебно-диагностической работы и численности обслуживаемого населения с учетом рекомендуемых штатных нормативов, предусмотренных порядками оказания медицинской помощи.

Согласно п.5 Порядка составления штатного расписания учреждениями здравоохранения, утвержденного приказом Министерства здравоохранения и медицинской промышленности Российской Федерации от 18.01.1996 N 16 "О введении форм штатных расписаний учреждений здравоохранения", порядок расположения структурных подразделений и должностей в них определяется руководителем учреждения здравоохранения. Примерные формы штатного расписания приведены в приложениях 1 - 3 к Порядку составления штатного расписания учреждениями здравоохранения, утвержденному Приказом N 16.

Кроме того, в соответствии с п.1 ст.52 ГК РФ юридические лица действуют на основании уставов, которые утверждаются их учредителями (участниками).

Согласно п.1.4, 5.9 устава ГБУЗ «Корткеросская ЦРБ», утвержденного Министерством здравоохранения РК 21.05.2013, Учреждение является юридическим лицом, главный врач Учреждения утверждает штатное расписание и др.

Таким образом, в рамках действующего законодательства ответчик, в лице главного врача, правомочен самостоятельно принимать решения, касающиеся своей деятельности, в том числе и по вопросам формирования структуры, штатного расписания, принятия и утверждения локальных нормативных актов и др.

В связи с изложенным требования прокурора в данной части удовлетворению не подлежат.

Также не подлежат удовлетворению требования ФИО4 в части восстановления надбавки за вредность 15% и отпускной период 54 кал.дня.

Согласно трудовому договору ХХХ по найму работника в ГБУЗ РК «КЦРБ» от <дата> ФИО4 работодателем предоставлена работа по должности младшей медицинской сестры по уходу за больными в <...> отделении с установлением должностного оклада, ставки заработной платы <...> руб. в месяц, выплат компенсационного характера: районным коэффициентом 20% должностного оклада, надбавки за работу в районах, приравненных к районам Крайнего Севера – 50% должностного оклада, надбавки за вредные и опасные условия труда – 15% должностного оклада, из выплат стимулирующего характера: выплат за стаж непрерывной работы в учреждениях здравоохранения в размере 30% должностного оклада; надбавки за интенсивность и высокие результаты работы и надбавки за качество работ – по итогам работы за месяц; премиальные выплаты – по итогам работы за год. Также работнику предоставляется ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, продолжительностью 16 календарных дней за работу в условиях Крайнего Севера и приравненных к ним территорий; 10 календарных дней – за ненормированную работу.

Дополнительным соглашением к трудовому договору ХХХ от <дата> изменен должностной оклад, ставка заработной платы на <...>. в месяц (0,75 ставки), надбавка за вредные и опасные условия труда в размере 15% и отпуск за ненормированную работу в размере 10 календарных дней сохранены. Указанное также отражено в приказе КЦРБ № ХХХ от <дата> о переводе ФИО4 на другую работу с <дата>.

Из дополнительного соглашения от <дата> к трудовому договору ХХХ от <дата> следует об ознакомлении ФИО4 с перечнем нормативных актов организации, в том числе Положением об оплате труда и Правилами внутреннего трудового распорядка. При этом указанное дополнительное соглашение ФИО4 в оригинальном экземпляре, предоставленном работодателем, подписано <дата>.

Согласно Перечню рабочих мест, на которых проводилась специальная оценка условий труда, сводной ведомости результатов проведения специальной оценки условий труда от <дата> санитаркам <...> отделения установлен 2 итоговый класс, которым повышение размера оплаты труда и предоставление дополнительного отпуска не установлено. При этом ФИО4 была принята в <...> отделение Корткеросской ЦРБ с <дата> на должность мл. медсестры по уходу за больными. Оценка условий труда по занимаемой истцом должности не проводилась, вместе с тем ФИО4 надбавка за вредные и опасные условия труда была предусмотрена и выплачивалась до <дата>.

Также специальная оценка условий труда рабочих мест, проведенная в 2018 г., не содержит как должность младшей медицинской сестры по уходу за больными, так и санитарки (мойщицы) <...> отделения.

В данной части довод представителя ответчика об отсутствии оснований для проведения специальной оценки условий труда рабочего места мл. мед.сестры <...> отделения, т.к. не истек 5 летний (с <дата>) срок, установленный законодательством для данных мероприятий, является необоснованным, поскольку оценка труда по данной должности, как следует из материалов дела, не проводилась, что является незаконным. Однако в данной части требования ФИО4 не заявлены.

Приказом КЦРБ № ХХХ от <дата> утверждено Положение об оплате труда работников КЦРБ, действующее с <дата>, которым предусмотрены доплаты за работу во вредных и опасных условиях труда по результатам оценки условий труда. Согласно п.3.2.1 доплаты за работу во вредных и (или) опасных условиях труда работникам учреждения устанавливаются в соответствии со ст.147 ТК РФ. Перечень должностей работников учреждения, с которыми с учетом конкретных условий работы устанавливаются доплаты за работу в опасных и тяжелых условиях труда, работы с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда и ее размеры указаны в Приложении №1, согласно которому должность младшей медицинской сестры по уходу за больными и санитарки (мойщицы) <...> отделения не предусмотрены.

В соответствие со ст.147 ТК РФ оплата труда работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, устанавливается в повышенном размере. Минимальный размер повышения оплаты труда работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, составляет 4 процента тарифной ставки (оклада), установленной для различных видов работ с нормальными условиями труда. Конкретные размеры повышения оплаты труда устанавливаются работодателем с учетом мнения представительного органа работников в порядке, установленном ст.372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов, либо коллективным договором, трудовым договором.

В связи с не проведением работодателем оценки условий труда рабочего места мл. медсестры по уходу за больными в <...> отделении, оснований для установлении доплаты за вредные условия труда в настоящее время не имеется.

Согласно положениям ст.101, 119 ТК РФ ненормированный рабочий день – это особый режим работы, в соответствии с которым отдельные работники могут по распоряжению работодателя при необходимости эпизодически привлекаться к выполнению своих трудовых функций за пределами установленной для них продолжительности рабочего времени. Перечень должностей работников с ненормированным рабочим днем устанавливается коллективным договором, соглашениями или локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников. Работникам с ненормированным рабочим днем предоставляется ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, продолжительность которого определяется коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка и который не может быть менее трех календарных дней.

Приказом № ХХХ от <дата> утверждены Правила внутреннего трудового распорядка для работников Корткеросской ЦРБ, из п.5.3 которого следует, что ненормированный рабочий день в Учреждении вводится на работников, перечень должностей которых устанавливается коллективным договором, соглашением или иным локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников (Приложение № 1 к ПВТР). Приказом КЦРБ № ХХХ от <дата> «О внесении изменений в ПВТТ» внесены изменения в Приложение №1 к ПВТР, согласно которым в перечне профессий и должностей с ненормированным рабочим днем отсутствует должность санитарок (младших медицинский сестер по уходу за больными). ФИО4 была ознакомлена с указанными изменениями, что следует из ее подписи в дополнительном соглашении от <дата>. Соответственно в данной части требований истцу следует отказать в связи с пропуском без уважительных причин 3х-месячного срока, установленного для обращения в суд. Кроме того сама ФИО4 в судебном заседании сообщала, что их перевели на дневную работу, сняли ночные с <дата>, доказательств наличия у нее ненормированного рабочего дня суду не предоставлено.

Вместе с тем, требование ФИО4 о восстановление отпускного периода в 54 кал.дня, с учетом 10 дополнительных дней за вредность, является необоснованным, поскольку дополнительный отпуск за вредные условия труда трудовым договором от <дата>, дополнительными соглашениями к нему, в т.ч. действующими до <дата>, предусмотрен не был.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования прокуратуры Корткеросского района, ФИО4 удовлетворить частично, исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3 удовлетворить в полном объеме.

Признать незаконным приказы ГБУЗ РК «Корткеросская центральная районная больница» № ХХХ от <дата>, от <дата> № ХХХ, от <дата> № ХХХ, от <дата> № ХХХ, от <дата> № ХХХ о переводе ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 на другую работу.

Обязать ГБУЗ РК «Корткеросская центральная районная больница» восстановить в должности санитарки <...> отделения ФИО1, санитарок <...> отделения ФИО2 и ФИО3, младшей медицинской сестры по уходу за больными <...> отделения ФИО4.

В исковых требованиях прокуратуры Корткеросского района о признании незаконным приказа Корткеросской ЦРБ № ХХХ от <дата> в части исключения из штатного расписания учреждения с <дата> должностей санитарок (младших медсестер по уходу за больными) терапевтического, хирургического, педиатрического, акушерского отделений, отделения анестезиологии-реанимации (с палатной реанимации и интенсивной терапии) в количестве 24,5 ставок, а также ФИО4 о восстановлении надбавки за вредность 15% и отпускной период 54 дн. отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Коми через Корткеросский районный суд в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Судья Буян Э.Ф.

В окончательной форме решение изготовлено 01 апреля 2019 года.