Апелляционное постановление № 22К-3460/2017 от 25 мая 2017 г. по делу № 22К-3460/2017

Судья Житникова И.И.

Дело № 22К-3460


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Пермь 26 мая 2017 года

Пермский краевой суд в составе:

председательствующего Чащухиной Л.В.,

при секретаре Балабановой К.В.

с участием прокурора Сухаревой Л.А.,

обвиняемого Г.,

защитника – адвоката Мамедовой Т.В.,

переводчика Г1.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи дело по апелляционной жалобе адвоката Мамедовой Т.В. в защиту интересов обвиняемого Г. на постановление Ленинского районного суда города Перми от 18 мая 2017 года, которым

Г., дата рождения, уроженцу ****,

продлён срок содержания под стражей на 2 месяца, всего до 3 месяцев 2 суток, то есть до 21 июля 2017 года.

Изложив содержание судебного решения и существо апелляционной жалобы, заслушав выступление обвиняемого Г. и защитника Мамедовой Т.В., поддержавших доводы жалобы, мнение прокурора Сухаревой Л.А. об оставлении судебного решения без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Г. обвиняется в разбойном нападении в составе группы лиц, с незаконным проникновением в жилище.

19 апреля 2017 года Г. задержан в качестве подозреваемого в порядке ст. 91 УПК РФ, в этот же день ему предъявлено обвинение по ч. 3 ст. 162 УК РФ.

24 апреля 2017 года Г. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 2 суток, то есть до 21 мая 2017 года.

Срок предварительного расследования по делу продлён в установленном законом порядке до 12 месяцев, то есть до 21 июля 2017 года.

Следователь обратился в суд с ходатайством о продлении Г. срока содержания под стражей на 2 месяца, а всего до 3 месяцев 2 суток, то есть до 21 июля 2017 года, которое судом удовлетворено.

В апелляционной жалобе адвокат Мамедова Т.В. в защиту обвиняемого Г. считает судебное решение незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением уголовно-процессуального закона. Ссылаясь на нормы действующего законодательства, указывает, что предоставленный обвиняемому переводчик Г1. является носителем даргинского языка с дахадаевским диалектом, а Г. владеет даргинским языком с цудахарским диалектом, в связи с чем переводчик Г1. сообщил, что не может произвести перевод. Поэтому стороной защиты был заявлен отвод переводчику в связи с некомпетентностью, а также в связи с тем, что он является сотрудником правоохранительных органов и может иметь профессиональную заинтересованность. Суд в удовлетворении отвода переводчика отказал, чем нарушил права обвиняемого давать показания на родном языке. Ограничение обвиняемого права пользоваться языком, которым он владеет, и помощью переводчика является нарушением уголовно-процессуального закона и влечёт отмену судебного решения. Просит отменить судебное решение.

Проверив представленные материалы, изучив доводы жалобы, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст. ст. 97-99, 108 УПК РФ, мера пресечения может быть избрана обвиняемому, подозреваемому при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый, подозреваемый скроется от дознания, предварительного следствия, может продолжать заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. При этом учитываются тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства. Заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения.

Согласно ч. 2 ст. 109, ч. 1 ст. 110 УПК РФ, срок содержания под стражей обвиняемому продляется, если не изменились основания для применения данной меры пресечения. При этом, продление срока содержания под стражей свыше 6 месяцев может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случаях особой сложности уголовного дела.

Данные требования закона судом первой инстанции соблюдены.

Из материалов уголовного дела следует, что при задержании Г. не было допущено процессуальных нарушений. Представленные органом предварительного расследования материалы свидетельствуют об обоснованности выдвинутого в отношении Г. подозрения в совершении преступления.

Признаков волокиты по делу не усматривается. В ходатайствах о продлении срока содержания под стражей следователем указывается перечень следственных и иных процессуальных действий, которые были произведены ранее и производство которых требуется. Данных о том, что срок содержания под стражей Г. продляется для выполнения одних и тех же следственных действий, нет.

Расследование уголовного дела представляет особую сложность, обусловленную способом, организацией, количеством фигурантов и преступлений, географией их совершения, необходимостью проведения различного рода следственных действий, включая такие долговременные, как судебные экспертизы, а также установления других эпизодов противоправной деятельности лиц, привлечённых к уголовной ответственности.

Продление Г. срока содержания под стражей вызвано необходимостью производства ряда дополнительных следственных и иных процессуальных действий, направленных на установление всех обстоятельств, подлежащих доказыванию, и завершение предварительного расследования. Ходатайство следователя содержит перечень конкретных следственных и иных процессуальных действий, позволяющий контролировать эффективность предварительного расследования.

Изучив сведения о личности и поведении Г., оценив характер и степень общественной опасности инкриминируемого ему преступления, суд пришёл к правильному выводу о том, что основания для применения меры пресечения в виде заключения под стражу не изменились и сохраняют свою актуальность в настоящее время.

Так, Г. обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, по месту регистрации не проживает, принял меры к сокрытию следов преступления, не имеет устойчивых социальных связей.

Изложенные обстоятельства с достаточной уверенностью указывают на невозможность применения к обвиняемому иной меры пресечения, поскольку, находясь на свободе, он может скрыться, продолжить преступную деятельность, воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Данных о наличии у Г. заболеваний, препятствующих содержанию под стражей, материалы дела не содержат.

Вопреки доводам жалобы, право Г. на защиту не нарушено.

Так из ответа ректора Дагестанского государственного университета, исследованного в суде апелляционной инстанции, в школах Республики Дагестан изучают даргинский литературный язык независимо от принадлежности к тому или иному наречию или диалекту даргинского языка; в МКОУ «***» преподается даргинский язык и литература.

Согласно справке за подписью директора школы, в период 1998-2008 годы и 2009-2010 годы Г. обучался в МКОУ «***», получил аттестат о полном среднем общем образовании, русский язык и родной язык усвоил на оценку «хорошо».

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, конституционных прав обвиняемого судом первой инстанции не допущено.

Таким образом, оснований для отмены либо изменения судебного решения, в том числе, по доводам апелляционной жалобы, не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Ленинского районного суда г. Перми от 18 мая 2017 года в отношении Г. оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Мамедовой Т.В. – без удовлетворения.

Судебное решение может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 401.2 УПК РФ.

Председательствующий: (подпись)