Решение № 2-247/2019 2-247/2019~М-50/2019 М-50/2019 от 12 февраля 2019 г. по делу № 2-247/2019

Дело № 2-247/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Ишим Тюменской области 13 февраля 2019 года

Ишимский городской суд Тюменской области в составе:

председательствующего судьи Турсуковой Т.С.,

при секретаре Подушковой К.А.,

а также с участием истца ФИО1, представителя третьего лица МО МВД России «Ишимский» ФИО2, представителя третьего лица прокуратуры Тюменской области ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Тюменской области о компенсации морального вреда и возмещении судебных расходов.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ МО МВД России «Ишимский» в отношении истца было возбуждено уголовное дело по <данные изъяты>, которое впоследствии было прекращено заместителем Ишимского межрайонного прокурора по основанию п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в действиях истца состава преступления, за истцом было признано право на реабилитацию. Полагая, что незаконно был подвергнут уголовному преследованию, просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, указывая, что сам факт незаконного уголовного преследования является основанием для его возмещения. Уголовное преследование осуществлялось с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в качестве подозреваемого был привлечен с ДД.ММ.ГГГГ, в качестве обвиняемого – ДД.ММ.ГГГГ. На момент возбуждения уголовного дела истец работал охранником в <данные изъяты> с дислокацией в <адрес>. Лицом, ведущим дознание, работодателю истца было сообщено о привлечении его к уголовной ответственности, вынужден был уволиться с работы, так как обязательным условием получения лицензии охранника является отсутствие судимости и действующего привлечения к уголовной ответственности. Основным требованием к работнику <данные изъяты> является отсутствие судимости. Работодателем на него начало оказываться давление, так как место работы удалено от <адрес>, он не мог своевременно являться к дознавателю, которым также оказывалось моральное давление, выражавшееся в том, что в случае неявки будет избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, так как он ранее судим. Под давлением работодателя, дознавателя и адвоката, назначенного дознавателем, который склонял признать вину, был вынужден уволиться с работы. Из-за всего перечисленного испытал сильные моральные страдания, так как не мог доказать свою невиновность, одновременно неся значительные судебные расходы. Просит взыскать с ответчика за счет казны Российской Федерации в счет компенсации морального вреда 100000 рублей.

Определением судьи от ДД.ММ.ГГГГ в принятии искового заявления в части требования о возмещении судебных расходов в размере 75000 рублей отказано, поскольку данное требование не подлежит рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, так как ФИО1 просил о возмещении расходов на услуги адвоката (защитника), которые были оказаны в рамках производства по уголовному делу.

В судебном заседании истец ФИО1 требование о компенсации морального вреда поддержал по изложенным в иске основаниям, дополнительно пояснил, что уголовное преследование в отношении него продолжалось ДД.ММ.ГГГГ, он был вынужден уволиться, так как работодатель поставил ультиматум – чтобы он увольнялся, если он не может одновременно работать и решать свои проблемы. Увольнялся он по собственному желанию, но под давлением. Также работодатель ему пояснил, что если он станет обвиняемым по уголовному делу, то не сможет работать, так как на охранную организацию может быть наложен штраф. Уволился он ДД.ММ.ГГГГ, обвиняемым по делу стал ДД.ММ.ГГГГ. С ДД.ММ.ГГГГ он вновь трудоустроен в той же организации. У него трое детей, супруга не работает, семья осталась без средств к существованию. Мера пресечении в отношении него не избиралась, но он не мог ездить на работу в другой город, так как дознаватель говорил, что в случае неявки по вызову его могут взять под стражу. С какими-либо письменными заявлениями о выезде на работу к дознавателю не обращался, отказов на такие ходатайства не получал. Действия должностных лиц в рамках расследования, действия адвоката, назначенного ему бесплатно, не обжаловал, но он писал заявление о замене дознавателя, ему был дан ответ. Действия дознавателя незаконными не признавались. Требование о компенсации морального вреда основывает на необоснованном уголовном преследовании, а не на том, что действия каких-либо должностных лиц в ходе дознания были незаконными. Также пояснил, что в иске ошибочно указано о наличии у него судимости. В отношении него ранее возбуждалось уголовное дело, которое было прекращено за примирением сторон.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание при надлежащем извещении не явился, ходатайств об отложении дела слушанием не заявил. Суду представлены письменные возражения Управления Федерального казначейства по Тюменской области, согласно которым исковые требования ответчик полагает не подлежащими удовлетворению, так как размер компенсации морального вреда в размере 100000 рублей является явно завышенным, не отвечает принципам разумности и справедливости. Также полагает, что истец не подтверждает документально причиненный ему вред, в материалах уголовного и гражданского дела отсутствуют сведения, согласно которым истец подвергался насилию, пыткам, другому жесткому или унижающему человеческое достоинство обращению. Полагает, что истец неверно истолковывает неправомерность незаконного уголовного преследования, унижающего достоинство личности. Истцом не представлено доказательств оказания на него давления в период уголовного преследования со стороны работодателя, дознавателя и адвоката, назначенного дознавателем, из-за которого (давления) ему пришлось уволиться с работы, испытал сильнейший эмоциональный стресс и душевные страдания. Требование истца основано исключительно на праве реабилитации без доказательственной базы несения морально-нравственных страданий.

Представитель третьего лица - Прокуратуры Тюменской области ФИО3. не оспаривая право истца на реабилитацию и компенсацию морального вреда, считает исковые требования необоснованно завышенными и просит их удовлетворить частично с учетом принципа разумности и справедливости. Указывает, что жалоб на незаконные действия дознавателя, в том числе на оказание давления, истцом не подавалось. Имело место лишь обращение о длительности расследования. Истцом не представлено доказательств оказания давления на него с чьей-либо стороны, в том числе со стороны работодателя. Истец уволен по собственному желанию, на момент увольнения статуса обвиняемого не имел, приобрел его только с момента составления обвинительного акта – с ДД.ММ.ГГГГ. В настоящее время он вновь работает в той же организации, потому негативных последствий для истца полагает в данной части не наступило. Мера пресечения в отношении истца не избиралась, он не был ограничен в передвижениях, с ходатайствами о выезде к месту работы не обращался, отказов в этом не получал.

Представитель третьего лица МО МВД России «Ишимский» ФИО2 в судебном заседании с иском не согласилась, полагая заявленный размер компенсации завышенным, просила о его снижении с учетом требований разумности и справедливости. Также поддержала доводы письменных возражений, из которых следует, что для привлечения к гражданско-правовой ответственности в соответствии со ст. 1069 ГК РФ необходимо наличие совокупности условий: противоправность поведения (действия или бездействия) лица, на которое предполагается возложить ответственность; наступление вреда и доказанность его размера; причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями; вину причинителя вреда. Недоказанность хотя бы одного из необходимых условий влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований. Прекращение уголовного дела в данном случае не свидетельствует о незаконности действий сотрудников органов внутренних дел. Бремя доказывания незаконности действий сотрудников полиции (юстиции), в исковом гражданском судопроизводстве лежит на истце. На момент возбуждения уголовного дела, юридическое значение имеет лишь повод к возбуждению, но на данной стадии не устанавливаются все элементы состава преступления, не решается вопрос о виновности лица, лицо не привлекается к уголовной ответственности. Необходимо учитывать, что действует презумпция правомерности совершаемых со стороны должностных лиц действий. Исполнение органами публичной власти или должностными лицами своих функций в пределах предоставленных им полномочий всегда правомерно, даже если при этом происходит причинение вреда. Неправомерными эти действия становятся лишь при их совершении без полномочий либо с их превышением или при злоупотреблении ими. Акты органов власти предполагаются законными, поэтому для возложения имущественной ответственности в данном случае необходимо предварительное признание таких актов недействительными в судебном порядке. В судебном порядке процессуальные документы, выносимые сотрудниками МО МВД России «Ишимский» незаконными не признавались. Таким образом, незаконность действий сотрудников органов внутренних дел истцом не доказана. Также указывает, что в период проведения предварительного расследования в отношении истца мер пресечения не применялось, ФИО1 мог свободно пользоваться всеми предполагаемыми правами, в том числе правом передвижения, правом на отдых. Полагает, что для определения оценки степени нравственных страданий необходимо привлечение специалиста - <данные изъяты>. Сумма, указанная в исковом заявлении ничем не подтверждается, указывает, что истцу необходимо обосновать требуемый размер компенсации, в том числе заключением специалиста о степени нравственных страданий, а также о наличии причинно-следственной связи между действиями сотрудников МО МВД России «Ишимский» и наступившими негативными последствиями в <данные изъяты> здоровье истца. Кроме того, как в материалах уголовного дела, так и в материалах настоящего гражданского дела отсутствуют материалы, подтверждающие увольнение ФИО1 с работы в связи с возбуждением в отношении него уголовного дела. Само по себе возбуждение уголовного дела не несет в себе негативных последствий, в виде наличия у лица, в отношение которого ведется уголовное преследование отметки в базе данных о наличии судимости. Считает, что предъявленные ФИО1 исковые требования чрезмерно завышены и не обоснованы, их необходимо уменьшить.

Заслушав участвующих по делу лиц, изучив представленные доказательства, суд считает иск подлежащим частичному удовлетворению ввиду следующего.

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами.

В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Статьями 151, 1099, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено возмещение морального вреда, если гражданину причинены физические или нравственные страдания действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Согласно ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде возмещается за счет казны Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости; характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 УПК РФ).

Возмещение лицу имущественного вреда, причиненного в ходе уголовного судопроизводства, устранение последствий морального вреда и восстановление его в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах осуществляются по основаниям и в порядке, предусмотренным статьями 133 - 139, 397, 399 УПК РФ, нормами других федеральных законов и иных нормативных правовых актов, регламентирующих указанные вопросы.

С учетом положений части 2 статьи 133 и части 2 статьи 135 УПК РФ право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 УПК РФ, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.

На досудебных стадиях к таким лицам относятся подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которых прекращено в том числе по основаниям, предусмотренным пунктом 2 части 1 статьи 24 УПК РФ (отсутствие в деянии состава преступления).

Возмещение морального вреда, согласно статье 136 УПК РФ, помимо компенсации морального вреда в денежном выражении, предусматривает принесение прокурором реабилитированному официального извинения от имени государства за причиненный ему вред; помещение в средствах массовой информации сообщения о реабилитации, если сведения о применении мер уголовного преследования в отношении реабилитированного были распространены в средствах массовой информации; направление письменных сообщений о принятых решениях, оправдывающих гражданина, по месту его работы, учебы или по месту жительства.

В силу ч. 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", возмещение морального вреда является одной из составляющих реабилитации, включающей в себя, кроме того, право на возмещение имущественного вреда, восстановление в трудовых, пенсионных и жилищных и иных правах, и принимая во внимание, что в соответствии с частью 6 статьи 29 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации иски о восстановлении трудовых, пенсионных и жилищных прав, возврате имущества или его стоимости, связанные с возмещением убытков, причиненных гражданину незаконным осуждением, незаконным привлечением к уголовной ответственности, незаконным применением в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, могут предъявляться в суд по месту жительства истца, исходя из аналогии закона (часть 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), иск о компенсации морального вреда в денежном выражении также может быть предъявлен реабилитированным в суд по месту жительства или по месту нахождения ответчика либо в суд по месту своего жительства.

Согласно разъяснений, содержащихся в п.21 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

По делу установлено, что постановлением дознавателя МО МВД России «Ишимский» от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п.В ч.2 ст. 115 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Мера пресечения, мера процессуального принуждения в отношении ФИО1 в ходе предварительного расследования не избирались, в соответствии со ст. 91 УПК РФ он не задерживался, что следует из материалов уголовного дела №, исследованного в судебном заседании.

ДД.ММ.ГГГГ заместителем Ишимского межрайонного прокурора ФИО5 вынесено постановление о прекращении производства по указанному уголовному делу в отношении ФИО1 по основанию п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, при этом постановление о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 по признакам состава преступления, предусмотренного <данные изъяты> признано законным. Из постановления заместителя прокурора следует, что действия ФИО1 <данные изъяты>, в силу чего его действия не являются преступлением.

Из материалов уголовного дела также следует, что в отношении ФИО1 дознавателем ДД.ММ.ГГГГ направлялся запрос по месту его работы, был истребован характеризующий материл, сведения о доходах. То есть сведения о возбуждении в отношении истца уголовного дела и подозрении в совершении преступления стали известны его работодателю.

В материалах уголовного дела имеются сведения о принесении Волкову А.И. прокурором извинений от имени государства как реабилитированному лицу.

Как следует из представленных истцом копии приказа о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 уволен из <данные изъяты> с должности <данные изъяты> по инициативе работника ДД.ММ.ГГГГ.

Из копии трудовой книжки истца следует, что после указанного увольнения истец принят на работу в ту же организацию, на ту же должность с ДД.ММ.ГГГГ и продолжает работать до настоящего времени.

Учитывая данные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 имеет право на компенсацию морального вреда за счет казны Российской Федерации в связи с реабилитацией.

Доводы возражений представителя третьего лица МО МВД России «Ишимский» о необходимости доказывания истцом противоправности действий должностных лиц суд находит несостоятельным, поскольку требования истца основаны не на положениях ст. 1069 ГК РФ. При разрешении требований реабилитированного суд не вправе возлагать на него обязанность доказать наличие вины конкретных должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в причинении ему вреда в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, поскольку в силу положений пункта 1 статьи 1070 ГК РФ, а также части 1 статьи 133 УПК РФ такой вред подлежит возмещению независимо от вины указанных лиц.

По смыслу закона - ст. 1070 ГК РФ сам факт прекращения уголовного преследования в отношении лица по реабилитирующим основаниям свидетельствует о незаконности привлечения к уголовной ответственности.

Незаконное привлечение гражданина к уголовной ответственности умаляет ряд его прав и гарантий, предусмотренных и статьей 150 (пункт 1) ГК РФ и Конституцией Российской Федерации, в частности, право на защиту своей чести и доброго имени (статья 23).

Из приведенных правовых и конституционных норм, а также из правовых позиций Конституционного Суда РФ и Верховного Суда РФ усматривается, что лицо, незаконно привлеченное к уголовной ответственности, во всех случаях испытывает нравственные страдания, то есть ему причиняется моральный вред. Поэтому для решения вопроса о компенсации морального вреда, причиненного реабилитированному лицу, достаточен сам факт незаконного привлечения его к уголовной ответственности. Указанные обстоятельства сами по себе причиняют гражданину нравственные страдания в виде переживаний по этому поводу, то есть свидетельствуют о причинении истцу морального вреда. То есть, в подобных случаях факт причинения реабилитируемому лицу морального вреда является очевидным и не требует доказывания.

Также несостоятелен довод возражений третьего лица о том, что истцом не представлено доказательств причинения морального вреда, необходимости заключений специалистов. Истец в иске, в судебном заседании не ссылался на причинение вреда его здоровью вследствие уголовного преследования.

Довод представителя ответчика о том, что отсутствуют сведения о том, что истец подвергался насилию, пыткам, иному жестокому, унижающему человеческое достоинство обращению в ходе дознания не может служить основанием к отказу в иске.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает обстоятельства привлечения истца к уголовной ответственности, категорию преступления, в совершении которого он подозревался, а затем обвинялся, относящегося к преступлениям небольшой тяжести; учитывает длительность уголовного преследования (более трех месяцев), степень и характер физических и нравственных страданий истца, связанных с индивидуальными особенностями истца и обстоятельствами дела, а также требования разумности и справедливости.

Суд также учитывает, что из приказа об увольнении истца следует, что он был уволен по собственному желанию, что им не оспаривалось суде, на момент увольнения обвинение ему предъявлено не было, доказательств давления на него со стороны работодателя, вызванного фактом возбуждения уголовного дела, не представлено. Кроме того компенсация морального вреда направлена на возмещение физических и нравственных страданий, а не на возмещение утраченного заработка, а также не служит инструментом восстановления трудовых прав в случае, если они были нарушены в результате незаконного уголовного преследования.

Учитывая изложенное, требования разумности и справедливости, суд полагает, что в пользу истца с Министерства финансов Российской Федерации за счёт Казны Российской Федерации подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 20 000 рублей, в остальной части требований надлежит отказать.

Руководствуясь ст.56, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счёт Казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.

В остальной части требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тюменский областной суд с подачей апелляционной жалобы через Ишимский городской суд в течение месяца с момента написания решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 18 февраля 2019 года.

Председательствующий: /подпись/

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>