Решение № 2-3752/2025 2-3752/2025~М-3027/2025 М-3027/2025 от 20 августа 2025 г. по делу № 9-276/2025~М-1179/2025

УИД № 31RS0016-01-2025-001796-22 Дело № 2-3752/2025


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 августа 2025 года г. Белгород

Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи Приходько Н.В.

при секретаре Куликова Т.А.,

с участием прокурора Кошманова Я.В., представителя истцов ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3, ФИО4 к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

ФИО3 и ФИО4 обратились в суд с вышеуказанным исковым заявлением к ФИО5, в котором просят взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда в пользу ФИО3 600 000 руб., в пользу ФИО4 100 000 руб.

В обоснование исковых требований ссылаются на следующие обстоятельства: 03.08.2022 около 21 ч. 00 мин. водитель ФИО5 управляя автомобилем «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, двигался по автодороге <адрес> по левой проезжей части на двух полосной дороге в одном направлении со стороны <адрес> в сторону <адрес> при движении прямо совершил наезд на двух велосипедистов ФИО4 и ФИО3, которые двигались, один по левому краю, а второй посередине проезжей части в попутном направлении движению транспортных средств. В результате произошедшего ДТП истцам причинен вред здоровью. Телесные повреждения, полученные истцами при ДТП, причинили им огромные физические и нравственные страдания.

Представитель истцов ФИО1 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просил иск удовлетворить в полном объеме. Дополнительно пояснил, что после ДТП ФИО5 не принес свои извинения истцам, моральный вред не загладил, не интересовался их здоровьем. При этом истцам причинен моральный вред в связи с причинением вреда их здоровью, кроме того, до ДТП они вели активный образ жизни.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2, заявленные исковые требования не признал. Считает, что причинение вреда здоровью потерпевших наступило вследствие противоправного поведения и грубой неосторожности самих потерпевших. По результатам административного расследования, истцы были привлечены к административной ответственности. В отношении ФИО5 вынесено постановление по делу об административном правонарушении, согласно которому производство по делу в отношении него прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности. Считает, что оснований для опровержения невиновности ФИО5 не имеется, вина ФИО5 не может быть установлена в гражданском процессе на основании доказательств, которые были использованы судом при постановлении решения по делу об административном правонарушении. Поскольку истцы двигались на велосипедах, которые также являются транспортными средствами, т.е. источниками повышенной опасности, то в данном случае не подлежит применению правило абз. 2 ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), запрещающее отказ в компенсации вреда в случае причинения вреда жизни и здоровью гражданина независимо от вины. По мнению представителя ответчика ФИО2 в рассматриваемом случае вред возмещается на общих основаниях в порядке ст. 1064 ГК РФ в связи с причинением вреда здоровью участника ДТП, управлявшего транспортным средством и допустившим ДТП.

Кроме того, вопреки доводам представителя истцов ФИО1 – ФИО5 непосредственно после ДТП осуществил денежную компенсацию в связи с причинением вреда здоровью ФИО3 путем перечисления денежных средств в размере 25 000 руб., ФИО4 в качестве компенсации был приобретен и передан мобильный телефон.

Просил уменьшить размер компенсации морального вреда с учетом имущественного положения ФИО5, который осуществляет обязательства по погашению кредитных обязательств, оказывает материальную помощь родителям, утратил возможность осуществлять трудовую деятельность, приносимую достаточный доход в связи с повреждением автомобиля, невозможностью его эксплуатации длительное время после ДТП, транспортное средство до настоящего времени не отремонтировано, и с учетом его состояния здоровья – имеет 3 группу инвалидности.

Прокурор Кошманова Я.В. в заключении полагала, что исковое заявление подлежит частичному удовлетворению посредством взыскания с ответчика в пользу ФИО3 25 000 руб., а в пользу ФИО4 – 10 000 руб. компенсации морального вреда.

Истцы ФИО3, ФИО4, ответчик ФИО5, надлежащим образом извещенные о дне, времени и месте рассмотрения дела, судебными повестками, врученными их представителям, о чем в деле имеются расписки, в судебное заседание не явились, сведений об уважительности причин неявки суду не предоставили, ходатайств об отложении судебного заседания не заявляли, обеспечили явку своих представителей.

Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд рассмотрел дело в отсутствие истцов и ответчика, надлежащим образом извещенных о дне, времени и месте судебного заседания.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора Кошманова Я.В., полагавшей необходимым исковые требования истца удовлетворить частично, исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно п. 2 ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

П. 1 ст. 1079 ГК РФ предусматривает ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих. В частности, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п., осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1), установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение вреда здоровью (морального вреда) является вина причинителя.

Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом (ст. 1100 ГК РФ).

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1, судам надлежит иметь в виду, что в силу ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

Из материалов дела следует, что 03.08.2023 в 20 ч., управляя на 14 км. автодороги <адрес> в <адрес> автомобилем <данные изъяты> государственный регистрационный знак № ФИО5 двигаясь по левой крайней полосе вне населенного пункта при свободной правой, совершил наезд на велосипедистов ФИО3 и ФИО6

Как установлено в судебном заседании, собственником транспортного средства <данные изъяты>, является ФИО5

Постановлением Ракитянского районного суда Белгородской области от 08.08.2024 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) в отношении ФИО5, производство по административному делу в отношении ФИО5 прекращено на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности.

14.10.2024 решением Белгородского областного суда постановление судьи Ракитянского районного суда Белгородской области от 08.08.2024 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, в отношении ФИО5, оставлено без изменения.

Ссылки представителя ответчика ФИО2 на отсутствие доказательств вины ФИО5 в ДТП подлежат отклонению, по следующим основаниям.

Вопреки доводам ФИО2, прекращение дела об административном правонарушении в связи с истечением срока привлечения к административной ответственности не препятствует гражданам, юридическим лицам защищать свои права и законные интересы, отстаивать свою позицию в рамках гражданского судопроизводства в полном объеме на основе принципов состязательности и равноправия сторон.

Поскольку дело об административном правонарушении прекращено по нереабилитирующим основаниям, указанное постановление не является доказательством отсутствия вины ответчика в инкриминируемом деянии.

Несмотря на прекращение дела об административном правонарушении, вина ФИО5 в совершении ДТП установлена, о чем содержится вывод в постановлении судьи Ракитянского районного суда Белгородской области от 08.08.2024, согласно которому оснований для прекращения производства по делу в отношении ФИО5 в связи с отсутствием состава административного правонарушения не имеется.

Таким образом, прекращение дела об административном правонарушении в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности не освобождает виновное лицо, в данном случае ФИО5, от обязанности компенсировать моральный вред.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда, с учетом требований разумности и справедливости (ст. 1101 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1, учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Согласно п. п. 2, 3 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Как следует из материалов по факту ДТП от 03.08.2023, а именно из протокола осмотра места ДТП и схемы к нему, на <адрес>, напротив поворота на <адрес> примыкающего к главной дороге справа (по направлению движения со стороны <адрес>), за пешеходным переходом, слева находится разделительная полоса, переходящая в соединение проезжих частей встречного направления движения, произошло ДТП – наезд автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак № под управлением ФИО5 на двоих велосипедистов, двигавшихся в попутном направлении со стороны <адрес>. Дорога имеет по две полосы в одном направлении. Зафиксировано наличие на левой полосе дороги (в направлении движения) осыпи пластиковых частей зеркал автомобиля, следов бурого цвета (<адрес>). ФИО5 указал на место нахождения следов бурого цвета, как на место совершения наезда. На автомобиле и на двух велосипедах имеются механические повреждения.

На фототаблице, прилагаемой к протоколу, зафиксирована обстановка на месте ДТП, следы, осколки предметов, места расположения автомобиля и велосипедов, имеющиеся на них повреждения.

Согласно схеме дислокации дорожных знаков и дорожной разметки следует, что поворот на <адрес>. Дорога четырехполосная, по две полосы в каждом направлением. За указателем поворота на <адрес> (дорожный знак 6.10.1) и перед поворотом находится пешеходный переход.

Из объяснений ФИО5 от 07.08.2024 следует, что он двигался на указанном автомобиле из <адрес>. Около 19:00 – 20:00 в районе поворота на <адрес> на левой полосе по ходу движения он столкнулся с двумя велосипедистами. Они оба пострадали. Во время обнаружения велосипедистов его ослепило солнце. Он начал применять экстренное торможение, но столкновения избежать не удалось. После столкновения его автомобиль откатился вперед, и он оставил его на правой полосе в районе автобусной остановки, т.к. было повреждено ветровое стекло и ограничился обзор. Выйдя из машины, оказывал помощь пострадавшим, один из которых сидел на асфальте и у него были ссадины, и кровь, он пытался говорить, но речь ФИО5 не разобрал. Он дал им аптечку и воду, попросил остановившегося водителя вызвать скорую. Второй велосипедист пострадал меньше, он стоял на обеих ногах, ходил по месту ДТП, отказался от предложенной ФИО5 воды и аптечки, так как был занят освобождением полосы от поврежденных велосипедов. «Я двигался около 80 км/ч в момент обнаружения велосипедистов, попытался применить экстренное торможение, однако столкновения не удалось. В момент ДТП погода была ясная. Дорожное покрытие было сухое. ДТП произошло очень быстро, одновременно с обнаружением велосипедистов. Меня ослепило солнце, после чего я пытался применить экстренное торможение. После столкновения, я ослабил нажим на педаль тормоза, возможно отпустил ее совсем, так как в лицо полетели осколки ветрового стекла».

Давая объяснения 05.08.2023 ФИО4 пояснил, что «Перед выездом проверили тех. состояние велосипедов, надели велошлемы, выехали. … С наступлением сумерек был включен сигнал габаритов, задний на территории <адрес>. Поездку осуществлял вместе со своим другом ФИО3 … При въезде в <адрес> мы приняли решение развернуться. Двигаясь по краю проезжей части начали принимать меры к развороту, убедились в отсутствии препятствий сзади, подали сигналы о повороте левой рукой, начали совершать маневр, друг двигался за мной на расстоянии около метра. При перестроении справой стороны на левую, мы получили удар в спину, перед ударом сигнала автомобиля не слышал, зеркала заднего вида на велосипедах отсутствовали, наколенники, налокотники отсутствовали. В это время солнце было на закате и слепило глаза, мы оба были в солнцезащитных очках. Наезд был совершен автомобилем <данные изъяты> …, водитель которого всячески помогал, предлагал помощь, аптечку, возможно вызвал скорую и ГАИ. Водитель объяснил наезд ослепившим его солнцем. Водитель после совершения ДТП по сегодняшний день оказывает поддержку».

Из объяснений ФИО3 следует, что 03.08.2024 около 20 ч. вместе с ФИО4 двигались на велосипедах по крайней правой полосе у правого края указанной автодороги со стороны <адрес>. В районе <данные изъяты>., где находится поворот на <адрес>, они решили развернуться. Забуга ехал впереди на дистанции около 1 м. Не доезжая до пешеходного перехода, он поднял левую руку, обозначив маневр перестроения налево, посмотрел назад. В левой полосе автомобилей не было. Они практически синхронно перестроились в левую полосу. До пешеходного перехода было примерно 10-15 м. Они продолжили движение по левой полосе ближе к левому краю. Забуга ехал впереди его. Проехав от пешеходного перехода 10-15 м к месту, где заканчивался левый «отбойник» стали готовиться к развороту. Забуга практически съезжал с левой полосы. Он (ФИО3) потерял сознание. Очнулся, когда его грузили в машину скорой помощи.

При освидетельствовании ФИО5 инспектором ДПС состояние алкогольного опьянения не установлено (л.д.28-29).

ФИО3 и ФИО4 начальником ОГИБДД привлечены к административной ответственности по ч. 2 ст.12.29 КоАП РФ, за нарушение п. 24.2 ПДД РФ – за движение при управлении велосипедами вне населенного пункта по дороге общего пользования из четырех полос по левой полосе движения.

Данные постановления не были обжалованы и вступили в законную силу.

Из заключения автотехнической судебной экспертизы № 246 следует, что механизм столкновения указанного автомобиля и велосипедистов следующий: велосипедисты Забуга и ФИО7 двигались по указанной автодороге. Полосу их движения до маневра установить не представляется возможным. На <данные изъяты> указанной автодороги на перекрестке в какой-то момент времени велосипедисты приступили к совершению маневра поворота налево с левой полосы в направлении движения. Автомобиль двигался по автодороге по левой полосе несколько сзади велосипедистов. При сближении транспортных средств произошел их контакт. Первоначальный контакт с серым велосипедом произошел между передней частью правой стороны автомобиля, а контакт с оранжево-черным велосипедом произошел между передней частью левой стороны автомобиля. Угол между продольными осями транспортных средств в момент их столкновения составляет величину около 5 градусов+-5 градусов и 55 градусов +-5 градусов, соответственно. Ориентируясь на установленные углы расположения транспортных средств, велосипедисты совершали маневр поворота влево с левой полосы в направлении движения. В данной дорожно-транспортной обстановке водителю автомобиля ФИО5 следовало руководствоваться требованиями первой части п. 9.4 и п. 9.10 ПДД РФ, а велосипедистам Забуга и ФИО3 – требованиями пунктов 8.1, 8.2, 8.5 ПДД РФ. При проведении автотехнических экспертиз исследование вопроса о наличии технической возможности предотвращения происшествия производится лишь в отношении тех водителей, которые пользуются преимущественным правом для проезда в намеченном направлении. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации таким правом в соответствии с требованиями п. 9.4 ПДД РФ пользовались велосипедисты, осуществлявшие маневр поворота налево из пределов крайней левой полосы в направлении движения к <адрес>, в то время как водитель автомобиля перемещался вне населенного пункта по левой полосе в направлении движения к <адрес> несколько позади данных велосипедистов.

Судом отклоняются доводы представителя ответчика ФИО2 о том, что вышеуказанное заключение является недопустимым доказательством и подлежит исключению, так как таковым оно не признано в рамках рассмотрения дела об административном правонарушении. Более того, судом в постановлении сделан вывод о том, что экспертиза проведена в соответствии с требованиями ст. 26.4 КоАП РФ, порядок проведения экспертизы не нарушен, поэтому оснований для признания заключения недопустимым доказательством не имеется.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что ФИО5 нарушил п.п. 9.4, 9.10, 1.5 ПДД Российской Федерации – двигаясь по левой крайней полосе вне населенного пункта при свободной правой, не выбрал безопасную дистанцию до впереди двигающегося транспортного средства, а именно велосипедистов ФИО3 и ФИО6 и совершил наезд на них.

По заключению судебно-медицинской экспертизы № 550 у ФИО3 имелись повреждения: <данные изъяты>, которые квалифицируются в совокупности, так как имеют единый механизм образования (автомобильная травма), и причинили вред здоровью средней тяжести. Также у ФИО3 имелись <данные изъяты>. Все повреждения причинены тупыми предметами, идентифицирующие признаки которых не отобразились, либо при травматическом контакте с таковыми, какими могли быть выступающие части движущегося транспорта. Не исключается возможность их образования ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно выписке из медицинской карты ФИО3 в ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница святителя Иоасафа», ФИО3 с 09.08.2023 по 22.08.2023 находился у них на стационарном лечении с диагнозом: <данные изъяты>

Представитель истцом ФИО1 пояснил, что длительное время ФИО3 не мог жевать, период восстановления был долгим, в настоящее время ему до сих пор не разрешается <данные изъяты>.

Справкой ФИО14 подтверждается, что ФИО3 отсутствовал на рабочем месте 65 календарных дней по листкам нетрудоспособности, а именно с 03.08.2023 по 06.10.2023, что также подтверждается копиями электронных листков нетрудоспособности.

По заключению судебно-медицинской экспертизы № 551 у ФИО6 имелись повреждения: <данные изъяты>, не причинившие вреда здоровью. Все повреждения причинены тупыми предметами. Не исключается возможность их образования 03.08.2023.

При этом ФИО3 и ФИО6 в свою очередь тоже нарушили п. 24.2 ПДД Российской Федерации двигаясь на велосипедах вне населенного пункта по дороге общего пользования из четырех полос по левой полосе движения совершали поворот налево.

В силу безусловной обязанности водителей соблюдать ПДД, каждый участник дорожного движения вправе рассчитывать на их соблюдение другими участниками дорожного движения.

При наличии вины причинителя вреда основанием для отказа в иске является умысел потерпевшего, а для уменьшения размера возмещения – грубая неосторожность потерпевшего (за исключением возмещения отдельных расходов, указанных в законе).

Согласно п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

В соответствии с п.17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

При грубой неосторожности нарушаются обычные, очевидные для всех требования, предъявляемые к лицу, осуществляющему определенную деятельность. К проявлению грубой неосторожности, как правило, относится нетрезвое состояние потерпевшего, содействовавшее причинению вреда его жизни или здоровью, грубое нарушение Правил дорожного движения пешеходом или лицом, управляющим механическим транспортным средством.

Суд принимает во внимание нормы п. 2 ст. 1083 ГК РФ, разъяснения в п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 с учетом различной природы грубой и простой неосторожности и существа грубой неосторожности, под которой следует понимать такое поведение потерпевшего, при котором он осознавал, что его действиями (бездействием) ему же и может быть причинен вред, при этом он предвидит характер вреда, не желает его возникновения, легкомысленно рассчитывает на его предотвращение, и приходит к выводу о наличии в действиях истцов грубой неосторожности, поскольку они понимали, что нарушают ПДД, движение по левой полосе на четырехполосной дороге вне населенного пункта, осуществляли поворот налево, должны были предвидеть наступление вреда, не желали его возникновения.

Разрешая требование ФИО3 и ФИО4 о взыскании с ФИО5 компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ). В связи с этим, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных истцами требований, и следовательно, необходимости их удовлетворения, поскольку в судебном заседании установлено, что в дорожно-транспортном происшествии истцы получили телесные повреждения: ФИО3 причинен вред здоровью средней тяжести, ФИО4 – повреждения, не повлекшие вред здоровью.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевших.

Согласно чеку по операции 10.08.2023 ФИО5 перевел ФИО3 25 000 руб.

Товарным чеком от 04.08.2023 и кассовым чеком от 04.08.2023 на сумму 12 999 руб. представленными представителем ответчика, подтверждается приобретение сотового телефона <данные изъяты>.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании утверждал, что данные денежные средства перечислены ответчиком истцу ФИО3 в счет компенсации морального вреда, сотовый телефон приобретен ответчиком истцу ФИО4 также в счет компенсации морального вреда.

Не оспаривая получение данных денежных средств истцом ФИО3 и получение сотового телефона истцом ФИО4, представитель истцов настаивал на том, что данные действие произведены ответчиком в счет возмещения материального ущерба, а не компенсации морального вреда. Обратил внимание, что в чеке по операции отсутствует назначение платежа.

Кроме того, в судебном заседании со слов представителя истцов ФИО1 установлено, что истцы получили страховую выплату, при обращении за которой в страховую компанию сведения о получении 25 000 руб. и сотового телефона не предоставляли. Размер полученных страховых выплат: ФИО3 – 250 000 руб., ФИО4 – 70 000 руб.

Таким образом, вопреки доводам представителя истцов ФИО1, в судебном заседании установлено, что ФИО5 предпринимал попытки загладить истцам причиненные страдания: перечислил ФИО3 25 000 руб., приобрел ФИО4 сотовый телефон, которые он расценивал как компенсацию морального вреда, а поскольку о данных выплатах истцы в страховую компанию не сообщили, значит данные выплаты не могут быть расценены, как компенсация имущественного ущерба.

Согласно справке серии №, ФИО5 является <данные изъяты>.

У ФИО5 имеется два кредитных обязательства в АО «Райффайзен Банк», что подтверждается справками о задолженности по кредиту, из которых следует, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ задолженность по кредитам:

- кредитный договор <данные изъяты>;

- кредитный договор <данные изъяты>.

Из представленных графиков платежей установлено, что сумма ежемесячных платежей по двум вышеуказанным кредитным договорам у ФИО5 составляет <данные изъяты>.

Со слов представителя ответчика ФИО5 не женат, детей не имеет, помогает своим родителям, недвижимого имущества в собственности не имеет, ему принадлежит транспортное средство <данные изъяты>, которое до настоящего времени не восстановлено. В настоящее время получает около <данные изъяты> руб. в месяц, утратил возможность осуществлять трудовую деятельность, приносящую достаточный доход, в связи с повреждением автомобиля Ситроен и невозможностью его эксплуатации длительное время после ДТП – сначала в связи с незаконным удержанием органами полиции на специализированной стоянке более года после вступления в силу постановления по делу об административном правонарушении, а после выдаче разрешения – в связи с повышением стоимости запасных частей, необходимых для восстановления автомобиля и отсутствием достаточных для того сбережений.

Согласно справке <данные изъяты> от 27.06.2025 ФИО5 проходил лечение в данном учреждении по путевке с 17.06.2025 по 02.07.2025.

Однако доказательств отсутствия в собственности недвижимого имущества, нахождения на иждивении родителей, справки о размере заработной платы, суду не представлено.

Оценивая представленные доказательства относительно материального положения ответчика, суд приходи к выводу, что ФИО5 доказательств невозможности трудится на более оплачиваемой работе суду не представил, группа инвалидности установленная ответчику, ограничений к работе не предусматривает, у него имеется возможность ежемесячно погашать кредитные обязательства в размере <данные изъяты> руб., не допускает просрочку платежей.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает причинно-следственную связь между дорожно-транспортным происшествием, произошедшим 03.08.2025 с участием ФИО3, ФИО4 и ФИО5, обстоятельства дела –грубая неосторожность самих потерпевших, фактическое причинение ФИО3 средней тяжести вреда здоровью, ФИО4 – повреждений, не повлекших вред здоровью, характер физических страданий (болевые ощущения, произведенные операции), а также характер и объем нравственных страданий истцов, поведение ответчика (непосредственно после ДТП предлагал аптечку, воду, интересовался самочувствием истцов, потом перечислил ФИО3 денежные средства в размере 25 000 руб., приобрел сотовый телефон Забуга стоимостью 12 999 руб.), материальной положение ответчика, а также требования разумности и справедливости суд полагает возможным взыскать в счет компенсации морального вреда в пользу ФИО3 сумму в размере 25 000 руб., в пользу ФИО4 – 10 000 руб.) которая, по мнению суда, соответствует последствиям перенесенных каждым из истцов нравственных страданий, согласуется с конституционными принципами ценности жизни, здоровья и достоинства личности, а также соответствует принципам разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, а с другой не допустить неосновательного обогащения потерпевших и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Судом отклоняются доводы представителя ответчика о том, что поскольку истцы двигались на велосипедах, которые также являются транспортными средствами, т.е. источниками повышенной опасности, то в данном случае не подлежит применению правило абз. 2 ч. 2 ст. 1083 ГК РФ, вред возмещается на общих основаниях в порядке ст. 1064 ГК РФ, как несостоятельные, основанные на неверном толковании норм материального права, поскольку исходя из смысла положений ч. 1 ст. 1079 ГК РФ, п.п. 1.2 ПДД, разъяснений, содержащихся в п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1, велосипед источником повышенной опасности не является, в связи с чем вопрос о взаимодействии транспортных средств рассмотрению не подлежит.

Велосипедист является уязвимым участником дорожного движения.

Кроме того, в соответствии с п. 3 ст. 7 Конвенции о дорожном движении (вместе с «Техническими условиями, касающимися автомобилей и прицепов») (заключена в г. Вене 08.11.1968) водители должны проявлять повышенную осторожность в отношении таких наиболее уязвимых участников дорожного движения, как пешеходы и велосипедисты и, в частности, дети, престарелые лица и инвалиды.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в пользу бюджета муниципального образования «Город Белгород» подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 6 000 руб. (два требования неимущественного характера о компенсации морального вреда).

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

исковое заявление ФИО3 (паспорт серии №), ФИО4 (паспорт серии №) к ФИО5 (паспорт серии №) о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5 (паспорт серии №) в пользу ФИО3 (паспорт серии №) компенсацию морального вреда в размере 25 000 руб.

Взыскать с ФИО5 (паспорт серии №) в пользу ФИО4 (паспорт серии №) компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО5 (паспорт серии №) в доход муниципального образования «Город Белгород» государственную пошлину в сумме 6 000 руб.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Н.В. Приходько

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Н.В. Приходько