Решение № 2-2274/2025 2-54/2026 2-54/2026(2-2274/2025;)~М-2188/2025 М-2188/2025 от 7 мая 2026 г. по делу № 2-2274/2025

Дело № 2-54/2026
24 апреля 2026 г.
г. Котлас
29RS0008-01-2025-004037-78


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Котласский городской суд Архангельской области в составе

председательствующего судьи Дружининой Ю.В.

при секретаре Паутовой К.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к страховому акционерному обществу «РЕСО-Гарантия», акционерному обществу «Тандер», обществу с ограниченной ответственностью «Сельта» о взыскании страхового возмещения, убытков, неустойки, штрафа,

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратилась в суд с иском к страховому акционерному обществу «РЕСО-Гарантия» (далее – САО «РЕСО-Гарантия»), акционерному обществу «Тандер» (далее – АО «Тандер») о взыскании страхового возмещения, убытков, неустойки, штрафа.

В обоснование требований указала, что 15 декабря 2024 г. произошло дорожно-транспортное происшествие (далее - ДТП), в результате которого автомобилю истца причинены механические повреждения. 14 марта 2025 г. истец обратилась в САО «РЕСО-Гарантия» с заявлением о выплате страхового возмещения в форме выдачи направления на ремонт. 29 мая 2025 г. ответчик отказал истцу в выплате страхового возмещения, поскольку виновником ДТП является водитель автомобиля Hyundai Solaris, государственный регистрационный знак №, принадлежащего истцу. Решением финансового уполномоченного от 11 сентября 2025 г. истцу отказано в удовлетворении требований к ответчику. Просит суд, с учетом уменьшенных исковых требований, взыскать с САО «РЕСО-Гарантия» страховое возмещение в размере 400 000 руб., неустойку в размере 400 000 руб., штраф, а также взыскать с надлежащего ответчика убытки в размере 173 400 руб., государственную пошлину и почтовые расходы.

Определением суда (в протокольной форме) к участию в деле в качестве соответчика привлечено общество с ограниченной ответственностью «Сельта» (далее – ООО «Сельта»).

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена своевременно и надлежащим образом, направила представителя.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании просил требования удовлетворить. Полагал, что виновником ДТП является водитель автомобиля MAH TGS, государственный регистрационный знак №, что подтверждается проведенной по делу судебной экспертизой и показаниями свидетеля. Указал, что представленная ФИО4 видеосъемка обрезана, поскольку данным видеорегистратором невозможно осуществлять запись фрагментами.

В судебное заседание представители ответчиков САО «РЕСО-Гарантия», АО «Тандер», ООО «Сельта» не явились, извещены своевременно, надлежащим образом, представлены возражения.

Финансовый уполномоченный, третьи лица ФИО4, ФИО5, ФИО6, представители общества с ограниченной ответственностью «Автодороги» (далее – ООО «Автодороги»), акционерного общества «Альфа-Страхование» (далее – АО «Альфа-Страхование») в судебное заседание не явились, извещены своевременно, надлежащим образом.

Суд на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) определил рассматривать дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив исковое заявление, выслушав представителя истца, свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено судом и это следует из материалов дела, 16 декабря 2024 г. на 875 км автодороги М8 «Холмогоры», произошло ДТП, в ходе которого ФИО5, управляя автомобилем Hyundai Solaris, государственный регистрационный знак №, в ходе завершения маневра – обгон автомобиля MAH TGS, государственный регистрационный знак № с прицепом, под управлением ФИО4 и принадлежащего на праве собственности АО «Тандер», при перестроении на правую полосу движения не справился с управлением и допустил столкновение с прицепом автомобиля Газель, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО6 и принадлежащего на праве собственности ООО «Автодороги», движущегося впереди в попутном направлении, после чего съехал с дороги в кювет и перевернулся. В результате указанного ДТП транспортное средство истца получило механические повреждения.

Постановлением инспектора ИАЗ Госавтоинспекции ОМВД России «Шенкурское» от 07 мая 2025 г. производство по делу об административном правонарушении по ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) прекращено на основании п. 2 ст. 24.5 КоАП РФ за отсутствием состава административного правонарушения (Том 2, л.д. 21-23).

В ходе рассмотрения дела об административном правонарушении экспертно-криминалистическим центром Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Архангельской области (далее – УМВД России по АО) проведена экспертиза, согласно заключению № № которой, в обоих версиях водителей автомобилей Hyundai Solaris и MAH TGS с прицепом имеются противоречия касаемо траектории движения последнего транспортного средства перед происшествием. Подтвердить или опровергнуть каждую из версий, изложенных водителями указанных транспортных средств, экспертным путем не представилось возможным, поскольку при осмотре места происшествия не были зафиксированы (обнаружены) следы от автомобиля MAH TGS с прицепом, а также отсутствует видеозапись с регистратора указанного транспортного средства. Эксперт высказал свою точку зрения, что после того, как автомобиль Hyundai Solaris, находясь в боковом скольжении (заносе) опередил автомобиль MAH TGS с прицепом, последний находился на своей полосе движения и двигался со скоростью 65 км/ч.

По выводам эксперта при рассмотрении версии водителя автомобиля MAH TGS с прицепом водитель автомобиля Hyundai Solaris должен был руководствоваться требованиями п.п. 9.9, 9.10, 10.1 (абз. 1), 10.3 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее – ПДД РФ). В случае полного и своевременного выполнения водителем автомобиля Hyundai Solaris указанных ПДД РФ у него имелась техническая возможность избежать возникновения заноса транспортного средства с последующим столкновением с прицепом автомобиля Газель;

по версии водителя автомобиля Hyundai Solaris водитель автомобиля MAH TGS с прицепом должен был руководствоваться требованиям п. 11.2 ПДД РФ, а водитель автомобиля Hyundai Solaris должен был руководствоваться п.п. 10.1 (абз. 1, 2), 10.3 ПДД РФ. В случае полного и своевременного выполнения водителем автомобиля Hyundai Solaris указанных ПДД РФ у него имелась техническая возможность избежать возникновения заноса транспортного средства с последующим столкновением с прицепом автомобиля Газель. Эксперт указал, что если бы водитель автомобиля Hyundai Solaris действовал в соответствии с указанными выше требованиями, то одно происшествие могло замениться другим, а именно автомобиль Hyundai Solaris мог контактировать с прицепом автомобиля MAH TGS (Том 2, л.д. 24-30).

Решением судьи Виноградовского районного суда Архангельской области от 07 ноября 2025 г. по делу № 12-36/2025 указанное постановление изменено, из описательно-мотивировочной части исключены выводы о нарушении ФИО5 п.п. 9.9, 9.10, 10.1, 10.3 ПДД РФ.

Автогражданская ответственность ФИО5 застрахована в АО «Альфа - Страхование», ФИО4 и ФИО6 – в САО «РЕСО-Гарантия».

14 марта 2025 г. в адрес ответчика поступило заявление истца о страховом возмещении убытков путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания автомобилей (далее – СТОА) (Том 1, л.д. 214-218).

18 марта 2025 г. САО «РЕСО-Гарантия» письмом уведомило истца о необходимости предоставления недостающих документов – постановления по делу об административном правонарушении, которое возвращено организацией почтовой связи «За истечением срока хранения» (Том 1, л.д. 225-226, 227-230).

21 марта 2025 г. ответчик направил в ОМВД России «Шенкурское» запрос о предоставлении необходимых документов: схемы ДТП, постановления по делу об административном правонарушении на виновника ДТП, сведения об участниках ДТП (Том 1, л.д. 231).

01 апреля 2025 г. страховой компанией произведен осмотр транспортного средства, по результатам которого составлен акт осмотра (Том 1, л.д. 234-236).

21 марта 2025 г. в САО «РЕСО-Гарантия» из компетентных органов поступили запрашиваемые документы: копия постановления, копия схемы ДТП, копия рапорта по ДТП (Том 1, л.д. 237-244).

29 мая 2025 г. ответчик уведомил ФИО2 об отказе в страховой выплате, поскольку водитель ФИО5 является причинителем вреда в ДТП (Том 1, л.д. 250).

08 июля 2025 г. от истца в адрес ответчика поступило заявление о восстановлении нарушенного права с требованиями о выплате убытков, неустойки, в удовлетворении которого страховая компания ответила отказом (Том 2, л.д. 1, 2).

Решением финансового уполномоченного от 11 сентября 2025 г. в удовлетворении требований ФИО2 к САО «РЕСО-Гарантия» отказано (Том 1, л.д. 189-190).

В связи со спором относительно наличия в действиях водителя автомобиля Hyundai Solaris и водителя автомобиля MAH TGS вины в ДТП, а также размера ущерба судом по ходатайству стороны истца назначена экспертиза, производство которой поручено обществу с ограниченной ответственностью «АК» (далее - ООО «АК»).

Согласно заключению эксперта № № от 16 марта 2026 г. анализ представленной видеозаписи, выполненной видеорегистратором, установленным в кабине автомобиля MAH TGS, позволяет говорить о том, что с момента ее начала она полностью соответствует объяснениям и показаниям водителя автомобиля MAH TGS, при этом она не позволяет установить, как развивалась дорожно-транспортная ситуация за несколько секунд до ее начала, то есть данная видеозапись не позволяет в категоричной форме подтвердить или опровергнуть объяснения водителя автомобиля Hyundai Solaris, а именно, не позволяет достоверно установить, имело ли место смещение автомобиля MAH TGS на сторону встречного движения в процессе выполнения водителем автомобиля Hyundai Solaris маневра обгона автомобиля MAH TGS с прицепом.

Но эксперт обращает внимание на то, что к моменту начала представленной видеозаписи автомобиль MAH TGS с прицепом двигается уже строго по своей стороне проезжей части автодороги и никаких маневров, ни вправо, ни влево не осуществлял, скорость своего движения резко также не изменял, то есть двигался прямолинейно по своей стороне проезжей части автодороги с постоянной скоростью около 65-66 км/ч.

В связи с данными обстоятельствами эксперты пришли к выводу, о том, что обе версии происшествия, изложенные водителями автомобилей Hyundai Solaris и MAH TGS, являются технически состоятельными, поэтому были рассмотрены обстоятельства происшествия, изложенные обоими водителями.

В соответствии с версией водителя автомобиля Hyundai Solaris ФИО5

Исходные данные для указанной версии: скорость движения автомобиля Hyundai Solaris около 100 км/ч, скорость движения автомобиля MAH TGS с прицепом не более 65…66 км/ч; автомобиль MAH TGS с прицепом без включения светового указателя левого поворота начал перестроение на сторону встречного движения, когда автомобиль Hyundai Solaris уже осуществлял маневр обгона автомобиля MAH TGS с прицепом и находился напротив автомобиля – тягача (то есть примерно напротив его середины); во избежание столкновения с перестраивающимся влево автомобилем MAH TGS водитель автомобиля Hyundai Solaris увеличил скорость своего движения и стал смещаться ближе к левому краю проезжей части (ближе к левой обочине); в момент, когда автомобиль Hyundai Solaris поравнялся с кабиной автомобиля MAH TGS, водитель автомобиля Hyundai Solaris, уходя от бокового столкновения с автомобилем MAH TGS, левыми колесами управляемого им автомобиля выехал на левую обочину, в результате чего утратил контроль над его управлением и начал двигаться в неуправляемом заносе, что впоследствии привело к столкновению с прицепом попутного автомобиля Газель, выезду на правую обочину, съезду в правый кювет и опрокидыванию.

В данной версии водитель автомобиля MAH TGS с технической точки зрения должен был действовать, руководствуясь требованиями п.п. 1.5 (абз. 1), 8.1 (абз. 1), 8.2, 10.3 (абз. 1 и 4), 11.2 (абз. 1 и 4) и 11.3 ПДД РФ, согласно которым соответственно:

- участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда;

- перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения;

- подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения. Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности;

- вне населенных пунктов разрешается движение легковым автомобилям при буксировке прицепа, грузовым автомобилям с разрешенной максимальной массой более 3,5 т на автомагистралях - не более 90 км/ч, на остальных дорогах - не более 70 км/ч;

- водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если следующее за ним транспортное средство начало обгон;

- водителю обгоняемого транспортного средства запрещается препятствовать обгону посредством повышения скорости движения или иными действиями.

В свою очередь водитель автомобиля Hyundai Solaris, осуществляя вне населенного пункта маневр обгона автомобиля MAH TGS, с технической точки зрения должен был действовать, руководствуясь требованиями п.п. 10.1 (абз. 1), 10.3 (абз. 1, 2), 11.1 ПДД РФ, с момента же обнаружения опасности для своего движения в виде обгоняемого им автомобиля MAH TGS, перестраивающегося влево с целью выполнения маневра обгона автомобиля Газель с прицепом, водителю автомобиля Hyundai Solaris уже необходимо было действовать в соответствии с требованиями п.п. 9.9 и 10. 1 (абз. 2), согласно которым:

- запрещается движение транспортных средств по разделительным полосам и обочинам, тротуарам и пешеходным дорожкам (за исключением случаев, предусмотренных п.п. 12.1, 24.2 - 24.4, 24.7, 25.2 Правил);

- водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства;

- вне населенных пунктов разрешается движение мотоциклам, легковым автомобилям и грузовым автомобилям с разрешенной максимальной массой не более 3,5 т на автомагистралях - со скоростью не более 110 км/ч, на остальных дорогах - не более 90 км/ч;

- прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

В исследуемой версии развития дорожно-транспортной ситуации перед происшествием в действиях водителя автомобиля MAH TGS усматривается противоречие требованиям п.п. 1.5 (абз. 1), 8.1 (абз. 1), 8.2, 10.3 (абз. 1 и 4), 11.2 (абз. 1 и 4) и 11.3 ПДД РФ, но при этом не усматривается противоречий требованиям п. 10.3 (абз. 1 и 4) ПДД РФ, поскольку автомобиль осуществлял свое движение со скоростью не более 65…66 км/ч, не превышающей установленного ограничения в 70 км/ч, но одновременно с этим создал своими действиями помеху и опасность для движения обгоняющему его автомобилю Hyundai Solaris.

В свою очередь в действиях водителя Hyundai Solaris эксперт не усмотрел противоречий требованию п.п. 11.1 ПДД РФ, но при этом усмотрел противоречия требованиям п.п. 9.9, 10.1 и 10.3 (абз. 1, 2) ПДД РФ, поскольку в момент начала выполнения маневра обгона автомобиля MAH TGS сторона встречного движения была полностью свободна от транспортных средств, в процессе выполнения маневра обгона скорость движения автомобиля составляла около 100 км/ч, соответственно, превышала максимально допустимую величину 90 км/ч, а с момента возникновения опасности для движения водитель автомобиля Hyundai Solaris решил завершить маневр обгона, для чего еще больше увеличил скорость своего движения и частично выехал на левую, по ходу его движения, обочину.

Эксперт пришел к выводу, что анализ данной версии развития дорожно-транспортной ситуации перед происшествием позволяет заключить, что у водителя автомобиля MAH TGS имелась техническая возможность избежать данного ДТП, для чего ему необходимо и достаточно было в полной мере выполнить требования п.п. 1.5 (абз. 1), 8.1 (абз. 1), 8.2, 10.3 (абз. 1 и 4), 11.2 (абз. 1 и 4) и 11.3 ПДД РФ, а именно не приступать к выполнению маневра обгона автомобиля Газель с прицепом до момента завершения автомобилем Hyundai Solaris обгона управляемого им автомобиля MAH TGS.

Решить вопрос о том, имел ли водитель автомобиля Hyundai Solaris техническую возможность избежать ДТП, если бы его действия соответствовали требованиям п.п. 9.9, 10.1 и 10.3 (абз. 1, 2) ПДД РФ эксперту не представилось возможным, поскольку неизвестно:

- как располагался бы автомобиль Hyundai Solaris относительно передней и задней части автомобиля MAH TGS, когда водитель последнего приступил к выполнению маневра обгона автомобиля Газель с прицепом, в случае, если бы автомобиль Hyundai Solaris в процессе выполнения маневра обгона автомобиля MAH TGS двигался бы со скоростью не более 90 км/ч;

- на какое конкретное расстояние в поперечном направлении дороги сместился автомобиль MAH TGS при попытке выполнения маневра обгона автомобиля Газель с прицепом и позволяла ли оставшаяся слева от него ширина проезжей части двигаться автомобилю Hyundai Solaris без его частичного выезда на левую обочину;

- произошло ли бы боковое столкновение автомобиля Hyundai Solaris с автомобилем MAH TGS (или его прицепом), если бы водитель автомобиля Hyundai Solaris с момента обнаружения опасности незамедлительно применил бы меры экстренного торможения, а не стал увеличивать скорость своего движения с целью завершения маневра обгона и не выехал бы левыми колесами на левую обочину.

Исследование версии автомобиля MAH TGS ФИО4

Исходные данные для указанной версии: скорость движения автомобиля MAH TGS не более 65…66 км/ч; скорость движения автомобиля Hyundai Solaris не известна и установить по представленным материалам не представляется возможным; автомобиль MAH TGS перед происшествием двигался прямолинейно, не совершая никаких маневров, скорость движения не увеличивал, а также торможение не производил; при выполнении водителем автомобиля Hyundai Solaris маневра обгона автомобиля MAH TGS он допустил занос управляемого транспортного средства, в результате чего столкнулся с прицепом автомобиля Газель.

В данной версии развития дорожно-транспортной ситуации перед происшествием водитель автомобиля Hyundai Solaris осуществляя вне населенного пункта маневр обгона автомобиля MAH TGS, с технической точки зрения должен был руководствоваться требованиями п.п. 9.9, 10.1 и 10.3 (абз. 1, 2), 11.1 ПДД РФ.

В свою очередь водитель автомобиля MAH TGS, осуществляя свое прямолинейное движение вне населенного пункта должен был действовать в соответствии с требованием п. 10.3 (абз. 1 и 4), а при обнаружении опасности для движения в виде обгоняющего его автомобиля Hyundai Solaris, двигающегося в состоянии неуправляемого заноса, с технической точки зрения ему необходимо было действовать в соответствии с требованием п. 10.1 (абз. 2) ПДД РФ.

В исследуемой версии развития дорожно-транспортной ситуации перед происшествием в действиях водителя автомобиля Hyundai Solaris усматривается противоречие требованиям п.п. 9.9, 10.1 (абз. 1) ПДД РФ, но при этом не усматривается противоречий п. 11.1 ПДД РФ, поскольку в момент начала выполнения маневра обгона автомобиля MAH TGS, сторона встречного движения была полностью свободна от транспортных средств, а в процессе выполнения маневра обгона водитель автомобиля Hyundai Solaris утратил контроль над управлением транспортного средства и частично выехал на левую обочину, в результате чего автомобиль Hyundai Solaris занесло и он столкнулся с прицепом попутного автомобиля Газель.

Решить вопрос о том, соответствовали ли действия водителя автомобиля Hyundai Solaris требованиям п. 10.3 (абз. 1 и 2) ПДД РФ эксперту не представилось возможным, поскольку неизвестна фактическая скорость движения автомобиля Hyundai Solaris в процессе выполнения его водителем маневра обгона автомобиля MAH TGS.

В свою очередь в действиях водителя автомобиля MAH TGS эксперт не усмотрел несоответствие требованиям ПДД РФ.

Эксперт указал, что анализ данной версии развития дорожно-транспортной ситуации перед происшествием позволяет заключить, что у водителя автомобиля Hyundai Solaris имелась техническая возможность избежать данного ДТП, для чего ему необходимо и достаточно было действовать в строгом соответствии ПДД РФ. От действий же водителя автомобиля MAH TGS происшедшее столкновение автомобиля Hyundai Solaris с прицепом автомобиля Газель никак не зависело, соответственно, водитель указанного автомобиля никак не мог повлиять на предотвращение факта произошедшего ДТП.

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля Hyundai Solaris, государственный регистрационный знак №, исходя из повреждений, полученных в ДТП от 16 декабря 2024 г. по среднерыночным ценам на дату составления экспертизы составила без учета износа 891 200 руб.

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля Hyundai Solaris, государственный регистрационный знак №, исходя из повреждений, полученных в ДТП от 16 декабря 2024 г. в соответствии с Единой методикой по состоянию на указанную дату составляет: без учета износа – 404 600 руб., с учетом износа – 260 300 руб.

Среднерыночная стоимость автомобиля Hyundai Solaris, государственный регистрационный знак №, по состоянию на дату проведения экспертизы составляет 601 000 руб., на дату ДТП 16 декабря 2024 г. – 713 000 руб.

Стоимость годных остатков автомобиля Hyundai Solaris, государственный регистрационный знак №, по состоянию на дату проведения экспертизы составляет 117 600 руб., на дату ДТП 16 декабря 2024 г. – 139 600 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Положениями ч. 1 ст. 85 ГПК РФ установлено, что эксперт обязан дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам и направить его в суд, назначивший экспертизу.

На основании ст. 8 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных. По смыслу ст. 16 указанного закона эксперт обязан провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам.

При этом результаты экспертизы не имеют для суда заранее установленной силы и оцениваются им по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех имеющихся в деле доказательств; результаты такой оценки суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ст. 67 ГПК РФ).

Оценив заключение судебной экспертизы по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд данное экспертное заключение принимает в качестве надлежащего доказательства по делу, поскольку оно выполнено при строгом соответствии требованиям закона, предъявляемым к такого рода заключениям, соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ и не противоречит совокупности собранных по делу доказательств. Судебный эксперт имеет соответствующую квалификацию, значительный стаж работы, выводы экспертизы мотивированы, содержат описание исследованных объектов, заключение обосновано ссылками на специальную литературу, приведена фототаблица, подтверждающая выводы эксперта, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со ст. 307 УК РФ.

Мнение третьего лица ФИО4 о том, что суду при вынесении решения необходимо руководствоваться проведенной экспертизой экспертно-криминалистического центра УМВД России по АО судом во внимание не принимается, поскольку данное экспертное заключение не может являться допустимым доказательством по делу, опровергающим выводы заключения судебной экспертизы, так как данный эксперт не привлекался к участию в данном споре и не предупреждался об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, также его выводы противоречат фактическим обстоятельствам, установленным в ходе судебного разбирательства.

Довод ФИО4 о том, что данной экспертизой установлена техническая возможность водителя автомобиля Hyundai Solaris избежать возникновения заноса транспортного средства и последующего столкновения с прицепом автомобиля Газель не соответствуют действительности, поскольку эксперт в своем заключении указал, что данные действия ФИО5 были возможны, если бы последний двигался на автомобиле с безопасной скоростью, не превышающей установленного ограничения.

Довод ФИО4 о том, что экспертиза является недопустимым доказательством в части оценки версии водителя автомобиля Hyundai Solaris признается судом необоснованным, поскольку вопросы наличия и формы вины участников спора, наличия или отсутствия юридически значимой причинно-следственной связи между правонарушением и причиненными убытками относятся к сфере правовой квалификации тех или иных обстоятельств, что является исключительной прерогативой суда.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу действующего законодательства применение деликтной ответственности предполагает доказывание оснований и условий ее наступления путем установления всех элементов состава правонарушения: незаконности действий (бездействия) лица, на которое предполагается возложить ответственность; наступления вреда и его размера; причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими для истца неблагоприятными последствиями; вины причинителя вреда. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

Таким образом, для наступления ответственности за причинение вреда необходимо установление противоправности поведения причинителя вреда, факта наступления вреда, причинной связи между противоправным поведением и наступившим вредом, вины причинителя вреда. Отсутствие вины доказывает причинитель вреда.

В связи с этим факт наличия или отсутствия вины сторон в указанном дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела.

Вина в дорожно-транспортном происшествии обусловлена нарушением его участниками ПДД РФ. Определение вины в ДТП относится к исключительной компетенции суда, в связи с чем, именно суд при определении вины действительно должен установить наличие состава деликта в действиях каждого из участников ДТП, в том числе определить причинно-следственную связь между допущенными нарушениями и ДТП.

Причинно-следственная связь представляет собой такое отношение между двумя явлениями, в данном случае нарушение ПДД РФ, когда одно явление неизбежно вызывает другое, являясь его причиной. Соответственно, не всякое нарушение ПДД РФ может находиться в причинно-следственной связи с ДТП.

Установление причинно-следственной связи, а также положений ПДД РФ, которыми в той или иной обстановке должны были руководствоваться водители транспортных средств является исключительной компетенцией суда, проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия.

В соответствии с п.п. 1.3, 1.5 ПДД РФ, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним Правила дорожного движения и действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Следовательно, обязанность знать и соблюдать требования ПДД РФ в равной степени распространяется как на водителя автомобиля Hyundai Solaris, так и на водителя автомобиля MAH TGS.

Правовые основы обеспечения безопасности дорожного движения на территории Российской Федерации определяются Федеральным законом от 10 декабря 1995 г. № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» и ПДД РФ. Данные ПДД РФ, принятые в целях обеспечения безопасности дорожного движения, являются составной частью правового регулирования отношений, возникающих в сфере дорожного движения, задачами которого являются охрана жизни, здоровья и имущества граждан, защита их прав и законных интересов, а также защита интересов общества и государства путем предупреждения дорожно-транспортных происшествий, снижения тяжести их последствий (ст. 1 указанного Федерального закона).

Из материалов дела, в том числе объяснений участников ДТП, постановлений должностных лиц ОМВД России «Шенкурское», пояснений свидетеля ФИО1, следует, что развитие ситуации непосредственно перед ДТП происходило по версии, которую указывает водитель автомобиля Hyundai Solaris ФИО5

Именно водитель автомобиля MAH TGS ФИО4 создал своими действиями помеху и опасность для движения обгоняющему его автомобилю Hyundai Solaris.

Доказательств обратного суду не представлено.

Суд критически относится к пояснениям третьего лица ФИО4 о том, что видеозапись с регистратора сохранилась только фрагментами, поскольку третье лицо является участником данного ДТП и заинтересован в исходе дела. В своих объяснениях от 14 января 2025 г. ФИО4 указывал на то, что имеется запись с видеорегистратора, о том, что она сохранилась фрагментами, не указывал. В заявлении от 15 января 2025 г. пояснил, что фрагмент видеозаписи ДТП от 16 декабря 2024 г. им не обнаружен, имеются только скриншоты с видео (Том 3, л.д. 37-39, 42).

Принимая во внимание установленные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что причиной ДТП явилось невыполнение ФИО4 требований п.п. 1.5 (абз. 1), 8.1 (абз. 1), 8.2, 10.3 (абз. 1 и 4), 11.2 (абз. 1 и 4) и 11.3 ПДД РФ.

Допущенные ФИО4 нарушения ПДД РФ находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями.

Нарушение водителем автомобиля Hyundai Solaris ФИО5 ПДД РФ суд во внимание не принимает, поскольку решить вопрос о том, имел ли водитель автомобиля Hyundai Solaris техническую возможность избежать ДТП, если бы его действия соответствовали требованиям п.п. 9.9, 10.1 и 10.3 (абз. 1, 2) ПДД РФ эксперту не представилось возможным. Также судом учитывается, что в случае соблюдения требований ПДД РФ водителем автомобиля MAH TGS ФИО4, данное ДТП было бы исключено.

В связи с чем, суд отклоняет довод ФИО4 о том, что эксперт ООО «АК» уклонился от ответа, поставленного судом по поводу наличия технической возможности избежать ДТП водителем автомобиля Hyundai Solaris.

Оснований для установлений обоюдной вины водителей у суда не имеется.

Таким образом, судом установлено, что лицом, ответственным за причинение вреда, является водитель автомобиля MAH TGS, государственный регистрационный знак № с прицепом.

Оценивая возникшие между сторонами правоотношения, суд приходит к следующему.

Порядок осуществления страхового возмещения причиненного потерпевшему вреда регламентирован ст. 12 Закона об ОСАГО, в соответствии с п. 1 которой потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Надлежащим исполнением страховщиком своих обязательств по договору обязательного страхования признается осуществление страховой выплаты или выдача отремонтированного транспортного средства в порядке и в сроки, которые установлены настоящим Федеральным законом, а также исполнение вступившего в силу решения уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг в соответствии с Федеральным законом «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» в порядке и в сроки, которые установлены указанным решением (п. 2 ст. 16.1 Закона об ОСАГО).

Согласно п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных п. 16.1 данной статьи) в соответствии с п. 15.2 или в соответствии с п. 15.3 этой же статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Перечень случаев, когда страховое возмещение по выбору потерпевшего, по соглашению потерпевшего и страховщика либо в силу объективных обстоятельств вместо организации и оплаты восстановительного ремонта осуществляется в форме страховой выплаты, установлен п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО.

В силу подп. «а» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется путем почтового перевода суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) или ее перечисления на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя), в случае полной гибели транспортного средства.

В соответствии с подп. «а» п. 18 и п. 19 ст. 12 Закона об ОСАГО размер подлежащих возмещению страховщиком убытков в случае полной гибели имущества потерпевшего определяется в размере его действительной стоимости на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков.

В абз. 2 п. 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 г. № 31 разъяснено, что под полной гибелью понимаются случаи, при которых ремонт поврежденного имущества невозможен либо стоимость ремонта поврежденного имущества равна стоимости имущества на дату наступления страхового случая или превышает указанную стоимость (подпункт «а» пункта 18 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Согласно подп. «б» ст. 7 Закона ОСАГО страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, составляет 400 тысяч рублей.

Из приведенных норм материального права и разъяснений по их применению следует, что надлежащим страховым возмещением при полной гибели транспортного средства является разница между действительной стоимостью автомобиля на день наступления страхового случая и стоимостью годных остатков, не превышающая предел лимита ответственности страховщика (400 000 руб.).

Таким образом, наступила полная гибель автомобиля Hyundai Solaris, государственный регистрационный знак №.

Следовательно, размер надлежащего страхового возмещения составляет в пределах лимита ответственности страховщика 400 000 руб., с САО «РЕСО-Гарантия» в пользу истца подлежит взысканию страховое возмещение в размере 400 000 руб.

В соответствии с п. 22 ст. 12 Закона об ОСАГО, если все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред, страховщики осуществляют страховое возмещение в счет возмещения вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована.

Страховщики осуществляют страховое возмещение в счет возмещения вреда, причиненного потерпевшему несколькими лицами, соразмерно установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована. При этом потерпевший вправе предъявить требование о страховом возмещении причиненного ему вреда любому из страховщиков, застраховавших гражданскую ответственность лиц, причинивших вред.

Страховщик, возместивший вред, совместно причиненный несколькими лицами, имеет право регресса, предусмотренное гражданским законодательством.

В случае, если степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут установленную данным федеральным законом обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.

Согласно п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», если из документов, составленных сотрудниками полиции, следует, что за причиненный вред ответственны несколько участников дорожно-транспортного происшествия, то в силу прямого указания закона их страховщики производят страховое возмещение в равных долях (абзац четвертый пункта 22 статьи 12 Закона об ОСАГО).

При несогласии с таким возмещением потерпевший вправе предъявить требование о взыскании страхового возмещения в недостающей части. При рассмотрении спора суд обязан установить степень вины лиц, признанных ответственными за причиненный вред, и взыскать страховое возмещение с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых застрахована. Обращение с самостоятельным заявлением об установлении степени вины законодательством не предусмотрено.

Страховщик освобождается от обязанности уплаты неустойки, суммы финансовой санкции, штрафа и компенсации морального вреда, если обязательство по страховому возмещению в равных долях было им исполнено надлежащим образом.

Из анализа положений ст. 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также вышеуказанных разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в случае если из документов, составленных сотрудниками полиции, следует, что если за причиненный вред ответственны несколько участников дорожно-транспортного происшествия, то вопрос соответствия действий участников ДТП требованиям ПДД РФ и установления его виновника относится к исключительной компетенции суда.

Исходя из смысла вышеприведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации страховая компания не обязана осуществлять выплату страхового возмещения по договору ОСАГО собственнику транспортного средства, пострадавшего в дорожно-транспортном происшествии, если представленными документами установлена вина водителя, управлявшего этим транспортным средством, и не установлена вина другого участника дорожно-транспортного происшествия.

Поскольку в постановлении инспектора ИАЗ Госавтоинспекции ОМВД России «Шенкурское» от 07 мая 2025 г. было указано на вину ФИО5, сведениями о виновности третьего лица ФИО4 страховая компания не обладала, вина данного лица установлена только судом после проведения судебной экспертизы, то основания для выплаты страхового возмещения у ответчика отсутствовали, следовательно, неустойка и штраф, предусмотренный п. 3 ст. 16.1 Закона об ОСАГО, взысканию не подлежит.

Рассматривая требования истца о взыскании убытков, суд приходит к следующему.

В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Регламентированная указанной нормой презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В силу п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия при условии, что они не противоречат закону и иным правовым актам и не нарушают права и законные интересы третьих лиц.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п.п. 2 и 3 ст. 1083 ГК РФ.

На основании п. 2 ст. 1079 ГК РФ владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

На основании абз. 2 п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064).

Согласно положениям п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Собственником транспортного средства MAH TGS, государственный регистрационный знак №, на момент ДТП являлось ООО «Сельта» на основании договора аренды транспортных средств без экипажа № № от 31 декабря 2022 г., заключенному с АО «Тандер» (Том 2, л.д. 71-75).

ФИО4 на момент ДТП состоял в трудовых отношениях с ООО «Сельта», что подтверждается трудовым договором, приказом о приеме на работу от 11 ноября 2013 г. и путевым листом.

Таким образом, транспортное средство MAH TGS, государственный регистрационный знак №, находилось в законном владении у ООО «Сельта», то есть вред при совершении ДТП был причинен работником при исполнении им трудовых обязанностей, что в соответствии с законом влечет за собой ответственность юридического лица, а не его работника.

Каких-либо доказательств в подтверждение того, что ФИО4 в момент ДТП использовал источник повышенной опасности в личных целях, материалы дела не содержат.

Данные обстоятельства стороной ответчика не оспариваются.

На основании вышеизложенного, поскольку судом установлено, что на момент ДТП ФИО4 находился при исполнении трудовых обязанностей, то лицом, обязанным возместить истцу ущерб, причиненный в результате ДТП, является ООО «Сельта».

На основании ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В соответствии с положениями п. 23 ст. 12 Закона об ОСАГО с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с Законом об ОСАГО.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072, п. 1 ст. 1079, ст. 1083 ГК РФ). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате ДТП, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.

При реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе в случаях, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, с причинителя вреда в пользу потерпевшего подлежит взысканию разница между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страховой выплаты.

Если стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства превышает стоимость данного транспортного средства без учета повреждений на момент разрешения спора, с причинителя вреда может быть взыскана разница между стоимостью такого транспортного средства и надлежащим размером страхового возмещения с учетом стоимости годных остатков (п. 65).

Как указывалось ранее, исходя из заключения эксперта, в результате ДТП наступила конструктивная гибель транспортного средства и проведение восстановительного ремонта экономически нецелесообразно.

Следовательно, размер ущерба, причиненный истцу в результате ДТП, определяется его действительной стоимостью на дату ДТП за вычетом стоимости годных остатков, которые остались у истца, и составляет 173 400 руб. (713000 – 139600-400000), с ответчика ООО «Сельта» подлежит взысканию 173 400 руб.

Поскольку САО «РЕСО-Гарантия», АО «Тандер» не являются надлежащими ответчиками по делу в части требований о взыскании убытков, в иске к ним следует отказать.

Оснований для освобождения ответчика от ответственности по возмещению вреда по данному ДТП или уменьшению его размера суд не усматривает.

Расходы на проведение экспертизы ООО «АК» составили 85 000 руб., 20 000 руб. предварительно внесены истцом на депозитный счет Управления Судебного департамента в Архангельской области и Ненецком автономном округе.

Поскольку требования истца удовлетворены на 59 %, то сумма за проведение экспертизы в размере 30 150 руб. (50150-20000) подлежит взысканию с истца, 34 850 руб. с ответчиков.

Таким образом, с ответчика ООО «Сельта» (173400 х 100/573400 = 30,24 %) подлежат взысканию в пользу экспертного учреждения расходы в размере 10 538 руб. 64 коп. (34850 х 30,24 %), с САО «РЕСО-Гарантия» (400000 х 100/573400 = 69,76 %) в размере 24 311 руб. 36 коп. (34850 х 69,76 %).

Почтовые расходы в размере 376 руб. 66 коп. (638, 40 х 59 %) по направлению иска согласно ст. 98 ГПК РФ подлежат взысканию с ответчика ООО «Сельта» в размере 113 руб. 90 коп. (376,66 х 30,24 %), с САО «РЕСО-Гарантия» в размере 262 руб. 76 коп. (376,66 х 69,76 %).

В силу ст. 98 ГПК РФ с ООО «Сельта» подлежит взысканию в пользу истца государственная пошлина в размере 6 202 руб.

На основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика САО «РЕСО-Гарантия» подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета городского округа Архангельской области «Котлас» в размере 12 500 руб.

В силу под. 1 ч. 1 ст. 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации уплаченная государственная пошлина в размере 495 руб. подлежит возврату истцу из бюджета (6697-6202).

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

исковые требования ФИО2 (ИНН №) к страховому акционерному обществу «РЕСО-Гарантия» (ИНН <***>), акционерному обществу «Тандер» (ИНН <***>), обществу с ограниченной ответственностью «Сельта» (ИНН <***>) о взыскании страхового возмещения, убытков, неустойки, штрафа удовлетворить частично.

Взыскать со страхового акционерного общества «РЕСО-Гарантия» в пользу ФИО2 страховое возмещение в размере 400 000 руб., почтовые расходы в размере 262 руб. 76 коп., всего взыскать 400 262 руб. 76 коп.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Сельта» в пользу ФИО2 убытки в размере 173 400 руб., почтовые расходы в размере 113 руб. 90 коп., государственную пошлину в размере 6 202 руб., всего взыскать 179 715 руб. 90 коп.

В удовлетворении остальных требований ФИО2 к страховому акционерному обществу «РЕСО-Гарантия» о взыскании убытков, неустойки, штрафа, акционерному обществу «Тандер» о взыскании убытков отказать.

Взыскать со ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Аварийные комиссары» (ОГРН <***>) расходы за проведение экспертизы в размере 30 150 руб.

Взыскать со страхового акционерного общества «РЕСО-Гарантия» в пользу общества с ограниченной ответственностью «АК» (ОГРН №) расходы за проведение экспертизы в размере 24 311 руб. 36 коп.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Сельта» в пользу общества с ограниченной ответственностью «АК» (ОГРН №) расходы за проведение экспертизы в размере 10 538 руб. 64 коп.

Взыскать со страхового акционерного общества «РЕСО-Гарантия» в доход бюджета городского округа Архангельской области «Котлас» государственную пошлину в размере 12 500 руб.

Возвратить ФИО2 (ИНН №) государственную пошлину в размере 495 руб., перечисленную чеком по операции от 09 октября 2025 г.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Котласский городской суд Архангельской области.

Председательствующий Ю.В. Дружинина

Мотивированное решение суда составлено 08 мая 2026 г.