Приговор № 1-22/2024 1-382/2023 от 14 февраля 2024 г. по делу № 1-22/2024

УИД 38RS0....-72


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

**** 15 февраля 2024 года

Усть-Илимский городской суд **** в составе: председательствующего Яковенко Е.А.,

при секретаре судебного заседания ФИО5,

с участием государственного обвинителя Никитиной Е.А.,

потерпевшей С.,

подсудимого ФИО1, его защитника адвоката Анкудиновой Т.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело №1-22/2024 (1-382/2023) в отношении

ФИО1, родившегося <данные изъяты>, не судимого,

с мерой пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, под стражей не содержался,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30, частью 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации,

у с т а н о в и л:

ФИО1 умышленно причинил тяжкий вред здоровью С., опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, при следующих обстоятельствах.

12 июля 2023 года в вечернее время, но не позднее 22 часов 16 минут, ФИО1 находился в ****, где в ходе распития спиртных напитков совместно с С. между ними произошла ссора, по причине аморального поведения последней. В ходе ссоры ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, на почве личных неприязненных отношений к С. и с умыслом на причинение тяжкого вреда здоровью последней, вооружился ножом, используя его в качестве оружия, умышленно нанес С. один удар в область шеи, причинив ей телесное повреждение: колото-резаное ранение шеи слева с повреждением левой наружной яремной вены, геморрагический шок III степени, расценивающееся как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку развития угрожающего жизни состояния.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в покушении на убийство С. не признал, с квалификацией своих действий не согласился, не отрицал факт причинения ей тяжкого вреда здоровью, в содеянном раскаялся.

По существу предъявленного обвинения ФИО1 показал, что действительно распивал спиртное со своей сожительницей С. по месту их проживания в ****, в ходе распития которого С. начала его оскорблять. Он сидел за столом, молчал, затем схватил в левую руку рядом лежащий кухонный нож, сделал один шаг по направлению к С., сидящей на кресле, и нанес один удар ножом в правую сторону шеи С. Затем он вытащил нож, положил его на стол, из раны на шее С. пошла кровь. С. выбежала к соседям, он в это время достал аптечку и, когда она вернулась домой, то приложил вату и бинт к ране на шее С. Соседи вызвали скорую помощь. Приехавшим сотрудникам полиции он сообщил, что ткнул ножом жену. Его сразу положили на пол и отвезли в отдел полиции. В момент нанесения ножевого ранения С. ему сопротивления не оказывала, потому что не ожидала, что он ее ударит. Ножевое ранение он ей нанес, потому что хотел ее напугать, умысла ее убивать у него не было. Через два дня С. пришла домой, он попросил у нее прощения, они примирились.

Вина ФИО1 в совершении преступления при изложенных выше обстоятельствах, подтверждается иными представленными суду доказательствами.

Потерпевшая С. в ходе судебного следствия показала, что 12 июля 2023 года в вечернее время распивая спиртное с ФИО1 по адресу **** между ними произошла ссора, в ходе которой она его сильно оскорбляла. Она сидела на кресле в комнате, ФИО1 сидел рядом возле стола, на котором лежал кухонный нож, с черной пластмассовой ручкой, которым они резали закуски. Когда она оскорбляла ФИО1, он встал, взял нож, сделал шаг в ее направлении и ножом ткнул ее в шею. Из раны пошла кровь, ФИО1 пытался ее остановить бинтом. Поскольку она не могла найти свой телефон, то пошла к соседям, на ее стук входную дверь открыл соседский мальчик и по ее просьбе он вызвал скорую помощь. ФИО1 постоянно был рядом с ней, пытался остановить кровь. Прибывшие сотрудники скорой помощи ее забрали в больницу, где она провела ночь и ушла. С ФИО1 она проживает в течение 4 лет, он никогда ей телесных повреждений не наносил. Она вспыльчивая, провокатор, допускает, что сильно оскорбила ФИО1 во время ссоры. После случившегося они примирились, он за свои действия извинился, она его простила.

Показания потерпевшей подтверждается показаниями несовершеннолетнего свидетеля Ш., который подтвердил, что летом 2023 года ближе к 22 часам вечера услышал крики в подъезде, которые перенеслись в ****. затем слышал грохот в квартире, после чего наступила тишина и через 3-5 минут к нему во входную дверь постучалась С., которая попросила вызвать сотрудником скорой помощи, сказав «он меня порезал», имея ввиду ФИО1. У С. текла кровь из шеи с левой стороны, от нее исходил запах перегара. Он позвонил своей маме и попросил ее вызвать скорую помощь, которая приехала через 5-10 минут с сотрудникам полиции.

Допрошенная в суде свидетель Ш. подтвердила, что летом 2023 года около 23 часов ей позвонил сын Ш. и сказал, что к ним во входную дверь постучалась соседка С., у которой идет кровь из шеи и просила вызвать скорую помощь. Она позвонила на номер 112. ФИО1 и С. проживают в соседней квартире по лестничной площадке, у них часто происходят скандалы, драки, инициаторами которых является С., которая вспыльчивая, скандальная, ругается, провоцировала ФИО1. Самого ФИО1 охарактеризовала как спокойного человека.

В ходе предварительного следствия свидетель Ш. показала, что указанные ею события происходили 12 июля 2023 года, сын позвонил ей в 22 часа, она позвонила на номер 112 и сообщила, что причинено ножевое ранение (том 1 л.д. 94-96).

Как усматривается из телефонного сообщения, Ш. действительно обратилась в полицию с сообщением о преступлении в 22 часа 19 минут 12 июля 2023 года. Произведена фиксация сообщения о том, что по адресу **** во время конфликта сожитель ФИО1 нанес ножевое ранение по шее С. (том 1 л. д. 7).

Выезжавший на место происшествия по сообщению о ножевом ранении сотрудник ППСП МУ МВД России «Усть-Илимский» Я. в судебном заседании подтвердил, что в вечернее время около 22 часов "..."..... по прибытию по адресу **** им и ФИО8 была обнаружена С., сидящая в кресле, одежда которой была в крови. Также в квартире находился ФИО1, который был в состоянии опьянения, но никакой агрессии не высказывал. Они у ФИО1 спросили, что произошло, на что он сказал: «Она сама». Л. уточнил у С. о том, нанес ли ей повреждение ФИО1, на что она утвердительно кивнула. Прибывшие сотрудники скорой помощи унесли С. на носилках, а они повезли ФИО1 на медицинское освидетельствование, где Л. спросил ФИО1 зачем он это сделал, на что ФИО1 пояснил, что она ему надоела.

По существу аналогичные показания были даны свидетелем ФИО8, который показал, что С. также находилась в состоянии опьянения, на вопрос кто это сделал, она указала на ФИО1. Рядом с потерпевшей были окровавленные тряпки, в квартире следы распития спиртных напитков. После чего ФИО1 был задержан, сопротивления он не оказывал, находился в спокойном состоянии, убежать не пытался, ничего не пояснял. На кухонном ноже он видел нож со следами бурого цвета.

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО8 следует, что события о которых он рассказывает, имели место "..."...... По прибытию в **** в **** на кресле сидела С., у которой имелось рана от лезвия ножа с левой стороны шеи, посередине комнаты стоял ФИО1 Когда он спросил С., указав рукой на ФИО1: «Он тебя порезал?», она кивнула головой, произведя вербальный жест согласия. В руках у ФИО1 и С. в тот момент ничего не было. После этого они сразу подошли к ФИО1, завели ему руки за спину и надели на руки БРФИО1 сопротивление не оказывал, происходящее не комментировал, молчал. Прибывшие сотрудники скорой помощи осмотрели С., ей стало еще хуже, ее начло бить в судорогах, она стала не контактной. Когда они повезли ФИО1 в наркологический кабинет, Я. спросил у ФИО1 зачем он порезал свою жену, на что ФИО1 ответил, что она его достала. Больше он ничего не рассказывал, на протяжении всей работы вел себя спокойно, агрессии ни к кому не проявлял (том 1 л.д. 54-57).

Свидетель ФИО8 оглашенные показания подтвердил, указав, что на момент допроса следователем события помнил лучше.

По результатам медицинского освидетельствования, проведенного "..."..... в период с 22 часов 44 минут по 23 часов 02 минуты, у ФИО1 действительно установлено состояние алкогольного опьянения (том 1 л.д. 18).

Из телефонного сообщения ЦГБ, поступившего в 23 часа 12 минут "..."....., следует, что поступила С. с ножевым ранением в шею, АО (том 1 л.д. 10).

Из копии карты вызова скорой медицинской помощи .... следует, что вызов поступил в 22 часа 21 минуту "..."..... по адресу ****, пациент С., установлено наличие в области шеи слева проникающего ранения. Диагноз открытая рана шеи, венозное кровотечение (том 1 л.д. 99-100).

Свидетель Ц. в судебном заседании показал, что в составе бригады скорой медицинской помощи выезжал на вызов, поступивший по адресу ****, по прибытию на место вызова справа от входа сидела потерпевшая в полуобморочном состоянии, у которой выявлена одна рана на шее слева с венозным кровотечением, поскольку при артериальном кровотечении пострадавшая бы не выжила. ФИО1 находился в наручниках рядом с сотрудниками полиции, ничего не говорил. Со слов сотрудников полиции произошла ссора, в результате которой женщина получила ранение. Они померили давление пострадавшей, наложили компрессионные повязки, отнесли ее на носилках в машину скорой помощи, где поставили ей капельницу и доставили в городскую больницу.

Место преступления установлено в ходе осмотра места происшествия - <...> где обнаружены последствия распития спиртного, что согласуется с показаниями подсудимого и потерпевшей о характере их совместного времяпрепровождения до совершения преступления, а также на кухонном столе обнаружен и изъят нож, в самой квартире обнаружено множество пятен красно-бурого цвета, изъяты следы пальцев рук (том 1 л.д. 21-47).

Заключение эксперта .... от 24 июля 2023 года объективно подтверждает, что в **** находился ФИО1, чьи следы пальцев рук были обнаружены в этой квартире в ходе осмотра места происшествия (том 1 л.д. 156-161).

Изъятое в ходе осмотра места происшествия осмотрено и признано по делу вещественными доказательствами (том 1 л.д. 127-132, 133). При осмотре изъятого ножа установлена его общая длина 25 см, длина лезвия 12 см. На поверхности ножа имеются помарки вещества бурого цвета.

В судебном заседании при обозрении протокола осмотра ножа, подсудимый заявил, что именно этим ножом он причинил повреждение С..

Протоколом выемки в архиве ОГБУЗ «УИ ГЦБ» изъята медицинская карта стационарного больного на имя С., которая осмотрена следователем и приобщена к делу в качестве вещественного доказательства (том 1 л.д. 123-126,127-132,133).

Согласно справки ОГБУЗ «Усть-Илимская городская больница» С. поступила 12.07.2023 в 23-00 часов в тяжелом состоянии, обусловленном острой кровопотерей – геморрагическим шоком. При поступлении выполнена ревизия, ПХО раны. Перевязка с прошиванием наружной яремной вены слева. Выставлен диагноз Колото-резаное ранение шеи слева с повреждением наружной яремной вены (том 1 л.д. 102).

Согласно заключению СМЭ .... от 7 августа 2023 года (том 1 л.д. 140-142), при анализе медицинской документации у С. выявлено повреждение: колото-резаное ранение шеи слева с повреждением левой наружной яремной вены, геморрагический шок III степени.

Это повреждение сформировалось от однократного ударного воздействия твердым предметом с острым концом и режущим краем по направлению сверху вниз и справа налево, в срок незадолго до поступления в стационар. Расценивается такая травма как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку развития угрожающего жизни состояния.

При этом экспертом сделан вывод, что с учетом размерных характеристик ножа, изъятого в ходе осмотра места происшествия, и морфологических признаков выявленного у С. колото-резаного ранения шеи, не исключается возможность формирования последнего данным ножом. Учитывая характер, локализацию, давность и механизм образования, а также направление раневого канала, не исключается возможность формирования вышеуказанного колото-резаного ранения шеи при обстоятельствах, указанных ФИО1 в ходе его допроса в качестве подозреваемого.

Допрошенный в ходе предварительного следствия в качестве свидетеля врач хирург ОГБУЗ «Усть-Илимская городская больница» Д. показал, что пересечение наружной яремной вены чаще всего вызывает тяжелое кровотечение и при неоказании медицинской помощи заканчивается летальным исходом. Вовремя проведенное медицинское лечение предотвратило неблагоприятный, летальный исход С. (том 1 л.д. 134-135).

Оценивая в совокупности с другими доказательствами заключение судебно-медицинской экспертизы о тяжести телесных повреждений пострадавшей, суд пришёл к выводу о достоверности содержащихся в ней сведений. Оснований подвергать сомнению выводы судебно-медицинского эксперта не имеется.

Полученная потерпевшей травма согласно п. 6.2.1 "Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека", расценивается как вред здоровью, опасный для жизни, вызвавший расстройство жизненно важных функций организма человека, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно и обычно заканчивается смертью (далее - угрожающее жизни состояние).

Таким образом, вина подсудимого ФИО1 в судебном заседании полностью подтверждена доказательствами, представленными суду, все перечисленные доказательства признаются судом допустимыми и достоверными.

Показания участвующих по делу лиц, протоколы следственных действий, экспертные исследования согласуются между собой в целом и в деталях, не имеют противоречий.

Объективная сторона в умышленном причинении С. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, подсудимым ФИО1 в предъявленном ему обвинении раскрыта и доказана в судебном заседании.

Поведение С., явившейся инициатором конфликта, стало поводом для совершения ФИО1 указанного преступления, что следует из показаний самой потерпевшей, а также показаний подсудимого и свидетелей Ш., Ш., охарактеризовавших потерпевшую как вспыльчивого человека, являющегося провокатором происходящих конфликтов.

Органами предварительного следствия действиям ФИО1 дана юридическая квалификация по части 3 статьи 30, части 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, как покушение на убийство С.

Согласно тексту предъявленного ему обвинения, ФИО1 имея умысел на причинение смерти С., предвидя возможность наступления в результате своих действий общественно-опасных последствий в виде смерти потерпевшей, и желая ее наступления, вооружился находящимся на месте происшествия ножом и с целью причинения смерти С., применяя нож как предмет, используемый в качестве оружия, нанес потерпевшей один удар ножом в жизненно-важную часть тела – шею.

Приводится, что действия ФИО1 не были доведены до конца, поскольку С. своевременно оказана квалифицированная медицинская помощь.

Однако такое обвинение противоречит установленным по делу обстоятельствам.

По смыслу закона, субъективная сторона покушения на убийство заключается в прямом умысле. При косвенном умысле результат лицу безразличен, и оно не направляет свои усилия на его достижение.

В ходе предварительного расследования и в суде ФИО1 последовательно утверждал, что не имел цели убить С., не намеревался этого делать, а решил ее припугнуть, замахнувшись на нее ножом спонтанно нанес им один удар. Когда увидел кровотечение, то предпринял меры к его остановке.

Доводы подсудимого в этой части не опровергнуты.

Потерпевшая С. показала суду, что ФИО1 неожиданно для нее нанес ей один удар в шею. При этом ФИО1 словесно не угрожал ей убийством. После нанесенного удара предпринял меры к остановке кровотечения и остался на месте происшествия ожидать сотрудников полиции и скорую помощь.

Свидетели Ш. подтвердили, что С. сама обратилась к ним за помощью в вызове сотрудников скорой медицинской помощи, пояснив, что ее порезал ФИО1. Сотрудники скорой помощи приехали через 10 минут.

Прибывшие на место происшествия сотрудники полиции ФИО8 и Я. подтвердили, что ФИО1 остался на месте происшествия, свою причастность к нанесению телесного повреждения С. не отрицал, пояснив, что она ему надоела.

Ни один из допрошенных свидетелей не слышал об угрозах убийством в адрес потерпевшей со стороны ФИО1

Как следует из показаний подсудимого, свидетелей, потерпевшей, последняя после причиненного ей телесного повреждения находилась в сознании, не падала, была доступна к контакту с окружающими.

При таких обстоятельствах у ФИО1 не имелось объективных оснований полагать, что от содеянного им неизбежно наступит смерть потерпевшей, при этом подсудимый в момент совершения противоправных действий был вооружен ножом, и со всей очевидностью имел фактическую возможность причинить потерпевшей смерть.

Показания ФИО1 об отсутствии желания причинить смерть подтверждаются показаниями потерпевшей, указавшей, что подсудимый был удовлетворен достигнутым преступным результатом в виде одного ножевого ранения, после чего прекратил свои противоправные действия, бросил нож на стол и предпринял меры к остановке кровотечения из раны на шее потерпевшей.

Показания потерпевшей и свидетелей указывают на то, что ФИО1 видел, что С. жива, его никто не удерживал и не препятствовал убийству С. После ранения он никаких действий по лишению жизни С. не предпринимал, и не пытался предпринять, хотя имел такую возможность, а напротив ожидал приезда скорой помощи и милиции. Поэтому он мог довести преступление до конца.

Как следует из разъяснений, приведенных в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 года № 1 "О судебной практике по делам об убийстве", покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам.

Сам факт нанесения одного удара ножом по шее при отсутствии других доказательств, подтверждающих прямой умысел на лишение жизни потерпевшей, не может свидетельствовать о наличии прямого умысла на убийство. Как и отсутствие со стороны ФИО1 каких-либо действий, ведущих к достижению преступной цели, и при наличии возможности их совершить, не может свидетельствовать о покушении на убийство.

Характер и локализация телесного повреждения, а также избранный подсудимым способ причинения телесных повреждения, не свидетельствуют о том, что ФИО1 предвидел неизбежность наступления смерти потерпевшей либо возможность ее наступления и желал этого.

Покушение на совершение преступления представляет собой целенаправленную деятельность лица и может совершаться лишь с прямым умыслом, конкретизированным (определенным), так как, не желая достигнуть определенного результата, лицо не может и покушаться на его достижение. Неустановление в деянии прямого умысла означает отсутствие состава покушения на преступление и наличие иного оконченного состава преступления.

В силу презумпции невиновности, все неустранимые сомнения толкуются в пользу обвиняемого.

Поскольку по делу установлено, что ФИО1 действовал не с целью убийства, то он должен нести ответственность не за те последствия, которые могли наступить, а только за те, которые реально наступили.

Судом установлено, что ФИО1 12 июля 2023 года в вечернее время, но не позднее 22 часов 16 минут, находясь в **** в ****, в ходе словесной ссоры используя кухонный нож в качестве оружия умышленно нанес С. один удар в шею, причинив ей телесное повреждение: колото-резаное ранение шеи слева с повреждением левой наружной яремной вены, геморрагический шок III степени, расценивающееся как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку развития угрожающего жизни состояния.

Об умысле ФИО1 на причинение тяжкого вреда здоровью С. свидетельствуют нанесение удара в область расположения жизненно-важных органов, применение при этом ножа- предмета, обладающего высокими поражающими свойствами. Нанося такой удар потерпевшей, подсудимый не мог не предвидеть возможности причинения тяжкого вреда здоровью последней.

О применении ФИО1 в качестве оружия ножа свидетельствует характер повреждения у С., описанный при судебно-медицинской экспертизе, результаты осмотра места происшествия, в ходе которого обнаружен нож со следами вещества бурого цвета.

Между целенаправленными действиями подсудимого и наступившими последствиями в виде причинения С. тяжкого вреда здоровью, имеется прямая причинная связь.

Оснований полагать, что ФИО1 мог находиться в состоянии физиологического аффекта, не имеется. В свою защиту он подробно описывает обстоятельства, при которых возник конфликт и свои последующие действия. Он находился в обычном состоянии, о чем указывают и свидетели, и степень руководить своими действиями, была не понижена.

При таких обстоятельствах совершенное ФИО1 деяние суд квалифицирует по пункту «з» части 2 статьи 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Оценивая психическое состояние подсудимого, суд приходит к следующим выводам. Как видно из материалов дела, подсудимый не состоит на учете у психиатра и нарколога.

Согласно заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов .... от 2 августа 2023 года, ФИО1 в момент совершения инкриминируемого ему деяния и в настоящее время обнаруживает признаки иного болезненного состояния, а именно Синдрома зависимости от алкоголя в средней стадии, периодическое потребление. В юридически значимый период испытуемый находился в состоянии простого неосложнённого алкогольного опьянения средней стадии, при этом был ориентирован в окружающей обстановке, времени, собственной личности и ситуации, его действия были осознанными, последовательными и целенаправленными, следовательно, во время совершения инкриминируемого ему деяния он мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в настоящее время также способен осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. ФИО1 в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (том 2 л.д. 168-169).

Данное заключение суд находит достоверным и объективным, поскольку оно выполнено квалифицированными экспертами на основе специальных научных познаний, при этом выводы экспертов надлежаще мотивированы.

Суд учитывает поведение подсудимого в судебном заседании, который поддерживает адекватный речевой контакт, правильно ориентируется во времени и в пространстве, отвечает на вопросы, помнит и мотивирует свои действия, критично относится к содеянному, наличие психических расстройств отрицает. При таких обстоятельствах, на основании вышеприведенных сведений, суд не сомневается по поводу вменяемости ФИО1 и способности им осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, и руководить ими, поэтому суд признает подсудимого вменяемым и подлежащим уголовной ответственности за совершенное преступление.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, которое относится к категории тяжких, направлено против здоровья человека, а также данные о личности ФИО1, наличие смягчающих и отсутствие отягчающего наказание обстоятельств, влияние назначаемого наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

ФИО1 холост, состоит в фактических брачных отношениях с потерпевшей, иждивенцев не имеет, трудоустроен без оформления трудовых отношений, на учете у врачей психиатра, нарколога, фтизиатра не состоит, имеет место регистрации и постоянного проживания, по месту жительства характеризуется в целом удовлетворительно, по характеру общительный, склонен к употреблению спиртных напитков.

Смягчающими наказание обстоятельствами суд признает в соответствии с пунктом «и» части 1 статьи 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку ФИО1 после произошедшего прибывшим сотрудникам полиции не отрицал свою причастность к преступлению и впоследствии полностью изобличил себя в совершении преступления в условиях неочевидности; в соответствии с пунктом «к» - иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшей, ФИО1 на месте происшествия предпринимал меры к оказанию помощи пострадавшей, осуществлял уход за пострадавшей после выписки из стационара, что в целом способствовало улучшению ее самочувствия и восстановлению; в соответствии с пунктом «з» - противоправность и аморальность поведения потерпевшей, явившегося поводом для преступления.

К иным обстоятельствам, смягчающим наказание ФИО1, в соответствии с частью 2 статьи 61 УК РФ, суд относит признание вины, раскаяние в содеянном, неудовлетворительное состояние здоровья, принесение извинений потерпевшей, которая их приняла, наличие на содержании потерпевшей.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Суд не усматривает оснований для признания отягчающим наказание обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку не подтверждена связь опьянения и совершенного преступления. Поводом к совершению преступления, как указал подсудимый, явилось поведение потерпевшей, спровоцировавшей словестный конфликт.

Исходя из необходимости соответствия характера и степени общественной опасности совершенного преступления обстоятельствам его совершения и данным о личности виновного, руководствуясь принципом социальной справедливости, в целях исправления подсудимого, предупреждения совершения им новых преступлений, суд пришел к твердому убеждению, что цели наказания могут быть достигнуты путем назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы в пределах санкции части 2 статьи 111 УК РФ с применением части 1 статьи 62 УК РФ, поскольку установлены смягчающие наказание обстоятельства, предусмотренные пп. «и» и «к» части 1 статьи 61 УК РФ при отсутствии отягчающих обстоятельств.

Оснований для применения положений статьи 64 УК РФ при назначении наказания ФИО1 не имеется, поскольку исключительных обстоятельств, связанных с целями, мотивами преступления, поведением последнего во время и после совершения преступления, других обстоятельств существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судом не установлено.

С учетом обстоятельств совершения преступления против здоровья человека, данных о личности виновного, судом не установлено оснований для изменения категорий настоящего преступления на менее тяжкую по правилам части 6 статьи 15 УК РФ.

Определив наказание ФИО1 в виде лишения свободы, суд не усматривает оснований для применения положений статьи 53.1 УК РФ и замены наказания в виде лишения свободы на принудительные работы.

Решая вопрос о дополнительном наказании, предусмотренном частью 2 статьи 111 УК РФ в виде ограничения свободы, суд полагает возможным его не применять, поскольку для достижения целей наказания, достаточно назначения ФИО1 основного наказания.

Вместе с тем, учитывая сведения, положительно характеризующие личность ФИО1, его искреннее раскаяние и наличие стойких положительных социальных связей, принятые им активных мер, направленных на восстановление здоровья и реабилитацию состояния пострадавшей, мнение потерпевшей, которая просила о снисхождении при назначении наказания, а также его положительное пост преступное поведение, выражающееся в полном отказе от употребления алкоголя, суд полагает, что исправление последнего возможно без изоляции его от общества посредством применения условного осуждения, в силу статьи 73 УК РФ, с возложением обязанностей, способствующих его исправлению.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении необходимо оставить прежней до вступления приговора в законную силу.

Судьба вещественных доказательств разрешается в соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ.

В соответствии со ст. 132 УПК РФ суд полагает необходимым взыскать процессуальные издержки в виде вознаграждения труда адвоката с ФИО1 в полном объеме, поскольку последний является трудоспособным, каких-либо ограничений не установлено, от услуг назначенного адвоката он не отказывался, имеет источник дохода, иждивенцев не имеет.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 303, 304, 307-310 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком 3 года.

В силу части 3 статьи 73 УК РФ назначенное наказание считать условным с испытательным сроком 3 года.

В соответствии с частью 5 статьи 73 УК РФ возложить на осужденного ФИО1 следующие обязанности: в период испытательного срока не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных; являться на регистрацию в указанный орган с периодичностью не реже одного раза в месяц; в течении месяца по вступлению приговора в законную силу получить консультацию у врача-нарколога, при необходимости пройти лечение, каждые три месяца предоставлять справку, подтверждающую прохождение лечения у врача-нарколога.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения, а по вступлению приговора суда в законную силу – меру пресечения отменить.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 11851 (одиннадцать тысяч восемьсот пятьдесят один) рубль 20 копеек.

В соответствии со статьей 81 УПК РФ вещественные доказательства: нож, следы рук, дактокарту, хранящиеся в камере хранения– уничтожить; медицинскую карту стационарного больного на имя С., возвратить по принадлежности в медицинское учреждение.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Иркутского областного суда через Усть-Илимский городской суд в течение 15 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, в том числе с участием защитника.

Судья Яковенко Е.А. Приговор вступил в законную силу 02.03.2024