Апелляционное постановление № 22-6669/2021 от 13 октября 2021 г. по делу № 1-212/2021

Судья Сыров С.В.

Дело № 22-6669


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 14 октября 2021 г.

Пермский краевой суд в составе председательствующего Суетиной А.В.

при секретаре Удовенко Е.В.

с участием прокурора отдела прокуратуры Пермского края Захаровой Е.В.,

представителя потерпевшей – адвоката Шляпиной А.М.

адвоката Титовца А.А.,

осужденного ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи уголовное дело ФИО1 по апелляционной жалобе адвоката Филипповой И.Ю. в его защиту на приговор Ленинского районного суда г. Перми от 25 августа 2021 г., по которому

ФИО1, родившийся дата в ****, судимый:

- 21 ноября 2018 г. Индустриальным районным судом г. Перми по ч. 1 ст. 166 УК РФ к двум годам лишения свободы, освобожденный 30 сентября 2020 г. по отбытии наказания,

осужден за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 166 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок два года в исправительной колонии строгого режима.

Этим же приговором разрешен вопрос о возмещении процессуальных издержек.

Изложив содержание судебного решения, существо апелляционной жалобы и возражений, заслушав выступления осужденного ФИО1 и адвоката Титовца А.А., поддержавших доводы жалобы, возражения представителя потерпевшей – адвоката Шляпиной А.М. об оставлении судебного решения без изменения, мнение прокурора Захаровой Е.В. об изменении судебного решения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

ФИО1 осужден за неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон), имевшее место 21 мая 2021 г. в г. Перми при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Филиппова И.Ю. выражает несогласие с судебным решением, ставит вопрос о его изменении.

Указывает, что судом оставлены без внимания показания ее подзащитного об отсутствии преступного умысла, поскольку он хотел лишь доехать на транспортном средстве, что и сделал, оставив его возле дома, где автомобиль был обнаружен полицией.

Полагает, при назначении наказания суд не учел смягчающие обстоятельства в их совокупности, при том, что установил раскаяние ФИО1 в содеянном, наличие у него постоянного места жительства и работы, беременной сожительницы на иждивении, являющейся инвалидом. Считает, последнее позволяло применить к нему положения ст. 531, ст. 64 и ст. 73 УК РФ. Отмечает удовлетворительные характеристики личности ее подзащитного.

Высказывает несогласие с решением в части возмещения процессуальных издержек. Находит сумму в 35000 рублей, выплаченную адвокату Шляпиной А.М., завышенной, полагает размер ее вознаграждения, как адвоката, следовало определить на основании Постановления Правительства № 1240 от 1 декабря 2012 г. из расчета 1725 рублей за один день участия в уголовном судопроизводстве, то есть не более 3450 рублей.

Просит об условном наказании для ФИО1, уменьшении размера судебных расходов на 31550 рублей.

Находит также незаконным и необоснованным решение суда от 19 августа 2021 г. об отказе в удовлетворении ходатайства защиты об изменении ФИО1 меры пресечения на домашний арест или подписку о невыезде. В обоснование отмечает, что основания, послужившие избранию заключения под стражу в отношении ФИО1, в настоящее время отсутствуют, оценка наличию на иждивении у ФИО1 беременной сожительницы, являющейся инвалидом и нуждающейся в его уходе, судом не дана. Указывает, что от следствия ФИО1 не скрывался, судом надлежащим образом не уведомлялся. Отмечает, что он признал вину, способствовал следствию, оснований скрываться не имеет, жилье для проживания его при домашнем аресте, имеет.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Филипповой И.Ю. представитель потерпевшей – адвокат Шляпина А.М. просит оставить приговор без изменения, как законный и обоснованный.

Заместитель прокурора Ленинского района г. Перми Свергузов Д.Ш. в возражениях считает решения суда законными и обоснованными, а потому – подлежащими оставлению без изменения.

В суде апелляционной инстанции прокурор Захарова Е.В. поставила вопрос об изменении приговора. Просила об исключении из его вводной части указания на погашенную судимость по приговору Свердловского районного суда г. Перми от 20 декабря 2017 г., а также об отмене решение в части взыскания процессуальных издержек в пользу потерпевшей с осужденного, возмещении их за счет средств федерального бюджета в заявленной сумме.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и возражений, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вывод суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, совершенном при указанных в приговоре обстоятельствах, является правильным, основан на совокупности достоверных и допустимых доказательств. С этим выводом суд апелляционной инстанции соглашается, находя представленные доказательства относимыми, допустимыми и достоверными, а их совокупность – достаточной для рассмотрения дела по существу.

Суд обоснованно признал доказанным, что ФИО1 совершил угон автомобиля AUDI Q3, принадлежащего С1., С2.

В подтверждение вышеуказанного вывода он справедливо руководствовался признательными показаниями самого ФИО1, который, подтвердил, что 21 мая 2021 г. в утреннее время на территории автомойки «***» он без разрешения С1., С2., воспользовавшись ключами, запустил двигатель их автомобиля AUDI Q3, на котором выехал из помещения автомойки, где автомобиль был оставлен на ночь, передвигался по улицам города, после чего оставил неподалеку от своего дома, где его обнаружили сотрудники полиции.

Кроме того, в обоснование доказанности вины ФИО1 суд первой инстанции правильно сослался в приговоре на следующие доказательства:

показания потерпевшего С1., из которых следует, что на ночь с 20 на 21 мая 2021 г. он оставил автомобиль AUDI Q3, имеющий государственные регистрационные знаки **, приобретенный на его деньги и зарегистрированный на имя его матери С2., на своей автомойке, где в числе прочих лиц работал ФИО1 Несмотря на то, что передвигаться кому-либо из работников автомойки на своем автомобиле за территорию автомойки он не разрешал, утром от К. узнал об исчезновении автомобиля. При просмотре записей камер видеонаблюдения как К., так и он увидели, что на автомобиле с территории автомойки уехал ФИО1, который в ходе движения допустил наезд на препятствие, повредив транспортное средство. Впоследствии автомобиль с повреждениями был обнаружен сотрудниками полиции неподалеку от дома ФИО1;

показания потерпевшей С2. о том, что автомобиль AUDI Q3, имеющий государственные регистрационные знаки **, приобретенный ее сыном С1., был зарегистрирован на ее имя. 21 мая 2021 г. от С1. узнала, что этот автомобиль был угнан из помещения его автомойки, где находился в ночь с 20 на 21 мая 2021 г., ФИО1, что было установлено на основании имеющихся видеозаписей. Впоследствии автомобиль был обнаружен с повреждениями;

показания свидетеля К., подтвердившего, что на момент событий он работал на автомойке С1., расположенной по ул. **** в г. Перми, где помимо него был трудоустроен ФИО1 Периодически в помещении этой автомойки С1. оставлял свой автомобиль AUDI Q3, имеющий государственные регистрационные знаки **, что также сделал на ночь с 20 на 21 мая 2021 г., при этом выезд на указанном автомобиле за территорию автомойки ее сотрудникам был запрещен. Утром 21 мая 2021 г. он (К.) обнаружил отсутствие в помещении автомойки как автомобиля С1., так и ФИО1 При просмотре записей с камер видеонаблюдения обнаружил, что последний уехал на автомобиле AUDI Q3;

протокол осмотра территории автомойки по ул. **** в г. Перми, в котором зафиксирована обстановка на месте происшествия, без указания на наличие там автомобиля потерпевшего, а также имеющиеся следы рук, семь из которых были изъяты;

протокол осмотра автомобиля AUDI Q3, имеющего государственные регистрационные знаки **, обнаруженного 21 мая 2021 г. возле дома № ** по ул. **** в г. Перми с механическими повреждениями, с поверхностей внутри салона которого изъяты следы пальцев рук;

копии паспорта транспортного средства и свидетельства о его регистрации, подтверждающие принадлежность автомобиля AUDI Q3, имеющего государственные регистрационные знаки **, С2.;

протоколы выемки у потерпевшего С1. диска с записью камер видеонаблюдения с территории автомойки, расположенной по ул. **** в г. Перми, и ее осмотра, где зафиксированы события 21 мая 2021 г., в том числе факт угона ФИО1 автомобиля потерпевших AUDI Q3, имеющего государственные регистрационные знаки **;

заключение эксперта о принадлежности следов пальцев рук, изъятых как в помещении автомойки, так и на поверхности угнанного автомобиля, ФИО1, а также другие доказательства, которые были исследованы судом и приведены в приговоре.

Все доказательства суд первой инстанции проверил и оценил. Сведений о заинтересованности потерпевших, свидетеля при даче показаний по обстоятельствам дела, оснований для оговора, равно как и существенных противоречий, ставящих их под сомнение, которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности ФИО1, на правильность применения уголовного закона не установлено. Их показания дополняют друг друга, подтверждаются письменными доказательствами, не оспариваются осужденными и подтверждают обстоятельства, установленные судом.

Вопреки доводам стороны защиты, о наличии у ФИО1 умысла на угон автомобиля, свидетельствуют в совокупности, исследованные в судебном заседании и изложенные выше и в приговоре доказательства, установленные судом обстоятельства совершения преступления, конкретные действия виновного, а также его поведение как во время, так и после совершения преступления.

С учетом этого суд пришел к правильному выводу, что ФИО1 действуя умышленно, противоправно и неправомерно завладел автомобилем AUDI Q3, имеющим государственные регистрационные знаки **.

Тщательный анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств, в их совокупности, позволили суду верно установить фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, и прийти к правильному выводу о его виновности в совершении этого преступления, а также о квалификации его действий по ч. 1 ст. 166 УК РФ, оснований для иной юридической оценки которых суд апелляционной инстанции не усматривает.

С доводами стороны защиты о чрезмерной суровости назначенного ФИО1 наказания суд апелляционной инстанции не может согласиться, поскольку все заслуживающие внимания обстоятельства, установленные судом, в том числе, указанные в апелляционной жалобе, полностью учтены при решении вопроса о назначении наказания.

Назначенное виновному наказание соответствует требованиям ст. 6, 43, 60 и 61 УК РФ.

При определении вида и размера наказания суд, наряду с характером, степенью общественной опасности, подробно учел данные о личности осужденного, в том числе его удовлетворительные характеристики, влияние наказания на его исправление, условия жизни его семьи, состояние здоровья осужденного и его близких родственников.

Раскаяние в содеянном, полное признание вины, наличие беременной сожительницы, являющейся инвалидом ** группы, судом признаны в качестве смягчающих обстоятельств и в полной мере учтены при назначении ФИО1 наказания.

Каких-либо обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных судом, не установлено.

Активного способствования ФИО1 раскрытию и расследованию преступления из материалов дела не усматривается, поскольку он, будучи уличенным в совершении преступления, лишь признал свою вину, что судом учтено в качестве смягчающего обстоятельства.

В качестве обстоятельства, отягчающего наказание, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ суд правильно признал наличие в действиях ФИО1 рецидива преступлений.

Исключительных обстоятельств, позволяющих применить положения ст. 64 УК РФ, связанных с целями и мотивами совершенного ФИО1 преступления, его ролью, поведением во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, суд обоснованно не усмотрел.

Назначив наказание в пределах, установленных ч. 2 ст. 68 УК РФ, суд тем самым не усмотрел оснований для применения ч. 3 ст. 68 УК РФ. Не находит таковых и суд апелляционной инстанции, поскольку установленные в ходе рассмотрения дела сведения об обстоятельствах совершения преступления и личности виновного не свидетельствуют о возможности назначения ФИО1 при наличии в его действиях рецидива преступлений наказания менее одной третьей части максимального срока лишения свободы, установленного санкцией ч. 1 ст. 166 УК РФ, несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств.

Правовых оснований для применения к ФИО1 положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания не имелось.

Вывод суда о возможности исправления ФИО1 только в условиях реального отбывания наказания судом мотивирован. Оснований для применения ст. 73 УК РФ и ч. 2 ст. 531 УК РФ, а именно для назначения наказания условно и замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами, суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции не находит, с учетом данных о личности осужденного, обстоятельств совершения им преступления, того, что его исправление невозможно без изоляции от общества.

Исходя из изложенного, вопреки доводам апелляционной жалобы, назначенное ФИО1 наказание суд апелляционной инстанции находит справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления, личности виновного, полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, принципам социальной справедливости.

Доводов, которые бы не были учтены судом первой инстанции при назначении наказания либо новых данных о личности осужденного, стороной защиты, как в жалобе, так и в суде апелляционной инстанции, не приведено.

Вид исправительного учреждения ФИО1 назначен правильно, в соответствии с требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, предусматривающего отбывание лишения свободы мужчинам при рецидиве преступлений, если осужденный ранее отбывал лишение свободы, в исправительных колониях строгого режима.

Таким образом, оснований для оправдания ФИО1, а также к смягчению осужденному наказания суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вместе с тем обжалуемый приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Рассмотрев одновременно с приговором требования потерпевшей С2. о возмещении ей расходов, выплаченных представителю в качестве вознаграждения за участие в уголовном производстве в размере 35 000 рублей, суд первой инстанции, принял решение о взыскании указанной суммы с осужденного ФИО1

На основании ч. 3 ст. 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям ст. 131 УПК РФ.

В силу п. 11 ч. 2 ст. 131 УПК РФ к процессуальным издержкам относятся суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего.

Потерпевшему подлежат возмещению необходимые и оправданные расходы, связанные с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, которые должны быть подтверждены соответствующими документами (п. 34 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 июня 2010 г. № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве».

Аналогичная позиция содержится в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 г. № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам», к иным расходам относятся подтвержденные соответствующими документами расходы потерпевшего на участие представителя, расходы иных заинтересованных лиц на любой стадии уголовного судопроизводства при условии их необходимости и оправданности.

Из материалов уголовного дела следует и судом первой инстанции установлено, что между адвокатом Ш. и потерпевшей С2. было заключено соглашение № 0213 от 18 июня 2021 г. об оказании юридической помощи. Сумма за оказанные услуги по указанному договору, определенная в размере 35000 рублей (за участие в качестве представителя и защиту прав С2. в ходе предварительного расследования и судебного заседания суда первой инстанции), согласно квитанции от 18 июня 2021 г. была принята адвокатом Ш. Она является необходимой и оправданной, соразмерной объему предоставленных услуг, обоснованно отнесена судом к процессуальным издержкам.

Таким образом, довод стороны защиты о снижении суммы расходов на представителя потерпевшего удовлетворению не подлежит, а ссылку на необходимость определения их на основании Постановления Правительства Российской Федерации, определяющего размер вознаграждения адвоката, участвовавшего в качестве защитника по назначению суда, суд апелляционной инстанции находит не основанной на законе.

Однако, поскольку Федеральный закон от 28 декабря 2013 г. № 432-ФЗ отнес суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, к процессуальным издержкам (п. 11 ч. 2 ст. 131 УПК РФ), возмещение понесенных потерпевшей расходов в сумме 35 000 рублей, которые подтверждены соответствующими документами, являлись в данном случае необходимыми и оправданными, подлежит за счет средств федерального бюджета.

Учитывая, что оснований к освобождению ФИО1 от возмещения процессуальных издержек не имеется, он трудоспособен, а также отсутствие сведений о его имущественной несостоятельности и обстоятельств указывающих на то, что взыскание с него процессуальных издержек может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на его иждивении, процессуальные издержки в размере 35 000 рублей, подлежат взысканию с ФИО1 в доход федерального бюджета.

Кроме того, из материалов уголовного дела усматривается, что ФИО1 был ранее судим по приговору Свердловского районного суда г. Перми от 20 декабря 2017 г. по ч. 1 ст. 158 УК РФ к ста пятидесяти часам обязательных работ, по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к тремстам часам обязательных работ, в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по их совокупности путем частичного сложения, к четыремстам часам обязательных работ, которые им отбыты 2 марта 2018 г.

Исходя из изложенного, судимость по приговору Свердловского районного суда г. Перми от 20 декабря 2017 г., срок для погашения которой составляет один год (п. «б» ч. 2 ст. 86 УК РФ) и исчисляется со 2 марта 2018 г., на момент постановления обжалуемого приговора являлась погашенной.

Таким образом, указание на наличие у ФИО1 судимости по приговору Свердловского районного суда г. Перми от 20 декабря 2017 г. подлежит исключению из вводной приговора, при этом внесение в приговор вышеуказанного изменения основанием для смягчения назначенного ФИО1 наказания не является.

Нарушений уголовного либо уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора суда по иным основаниям, по делу не установлено.

На доводы о необоснованном отказе в удовлетворении ходатайства стороны защиты об изменении ФИО1 меры пресечения с заключения под стражей на более мягкую, в том числе домашний арест либо подписку о невыезде, суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить следующее.

Суд правомерно оставил ФИО1 без изменения меру пресечения в виде заключения под стражу. Принимая решение об отказе в удовлетворении ходатайства стороны защиты, суд первой инстанции учитывал семейное положение обвиняемого, все данные о его личности, имеющиеся в представленных материалах, а также доведенные до сведения суда в судебном заседании, в том числе те обстоятельства, что его беременная сожительница, являющаяся инвалидом первой группы, нуждается в его помощи и уходе, а также то, что обстоятельства, послужившие основанием для избрания ему меры пресечения, не изменились и не отпали.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что решение суда об этом отвечает предъявляемым требованиям уголовно-процессуального закона, выводы суда мотивированы, при этом соглашается с тем, что основания для применения ранее избранной ему меры пресечения не отпали, не изменились и новых обстоятельств, свидетельствующих о необходимости применения к ФИО1 иной меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, не возникло, так как данные о личности, исходные обстоятельства дела и объем обвинения, послужившие избранию меры пресечения в виде заключения под стражу, остались теми же.

Таким образом, оснований для изменения в отношении ФИО1 избранной меры пресечения на более мягкую у суда первой инстанции не имелось, поскольку такая мера пресечения гарантией тому, что подсудимый, находясь вне изоляции от общества, не продолжит преступную деятельность, под тяжестью обвинения не скроется от суда, являться не могла.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. 38913, 38915, 38920, 38928 , 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

приговор Ленинского районного суда г. Перми от 25 августа 2021 г. в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из его вводной части указание на судимость ФИО1 по приговору Свердловского районного суда г. Перми от 20 декабря 2017 г.

Отменить решение в части взыскания процессуальных издержек с осужденного ФИО1 в пользу потерпевшей С2. в размере 35000 (тридцать пять тысяч) рублей.

Возместить потерпевшей С2. за счет средств федерального бюджета понесенные ею расходы в размере 35000 (тридцати пяти тысяч) рублей, связанные с выплатой вознаграждения представителю.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 35000 (тридцать пять тысяч) рублей.

В остальной части приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 471 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, осужденным – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

Осужденный может ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: (подпись).