Апелляционное определение № 33-530/2026 от 26 апреля 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

Судья Еремеева А.А.

дело № 33-530/2026

(№ дела I инст. 2-796/2025)

04RS0004-01-2025-001309-78

поступило 20 января 2026 г.


Апелляционное определение

27 апреля 2026 года г. Улан-Удэ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Холонгуевой О.Р.,

судей коллегии Кудряшовой М.В., Чупошева Е.Н.,

при секретаре Корнильевой И.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещение ущерба, причиненного в результате ДТП,

по апелляционной жалобе ответчика на решение Гусиноозерского городского суда Республики Бурятия от 07 ноября 2025 г., которым исковые требования удовлетворены, постановлено:

Взыскать в пользу ФИО1 с ФИО2 сумму ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 628 300 руб., расходы на оплату государственной пошлины в размере 17 566 руб., расходы на проведения независимой технической экспертизы транспортного средства в размере 12 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 40 000 руб.

Заслушав доклад судьи Кудряшовой М.В., исследовав с материалами дела, ознакомившись с доводами апелляционной жалобы, выслушав стороны, судебная коллегия

установила:

Обращаясь в суд, ФИО1 просит взыскать с ФИО2, сумму ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, - 628 300 руб., а также судебные расходы.

Исковые требования мотивированы тем, что 19 сентября 2024 г. на <...> произошло ДТП: водитель ФИО3, управляя транспортным средством <...>», г/н ..., принадлежащим на праве собственности истцу ФИО1, совершил наезд на крупного рогатого скота (далее - КРС). В результате ДТП автомобилю истца причинены механические повреждения. 19 сентября 2024 г. в отношении водителя ФИО3 вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, нарушений ПДД в действиях водителя не установлено. Собственником КРС и ответственным за причиненный ущерб является ответчик ФИО2, который обязался возместить материальный ущерб, причиненный в результате ДТП, только в судебном порядке.

В судебном заседании представитель истца ФИО4 исковые требования поддержал, пояснил, что ДТП произошло по вине ответчика, который безнадзорно отпустил домашних животных на выпас. На месте ДТП отсутствуют дорожные знаки, предупреждающие водителей о возможном нахождении животных на проезжей части, нахождение животных и их выпас на дороге запрещен ПДД. Считает, что ответчик, как собственник КРС, обязан нести ответственность за данное ДТП. Водитель правил дорожного движения не нарушал, двигался по своей полосе, что видно из схемы ДТП и тормозному следу.

Истец ФИО1 исковые требования поддержала, суду пояснила, что ехали из Улан-Удэ, ближе к Среднему Убукуну был поворот влево и небольшой подъем, где они увидели, что вышло стадо коров, примерно 40 голов. Они объехали почти всех коров, но одна выскочила с обочины и прыгнула, ударила в левую фару и упала на капот их машины, смяв весь капот. Они остановились, сходила, сфотографировала корову, та убежала в другую сторону, у коровы была сломана нога. Они ждали весь вечер, примерно в пятом часу они позвонили главе администрации Харганы, чтобы кто-нибудь подъехал для фиксации ДТП, хозяина КРС не было, они ни до кого не дозвонились. Они вызвали родственников с Нижнего Убукуна, утащили машину. Глава администрации по бирке нашла хозяина коровы.

Представитель ответчика по доверенности ФИО5 иск не признал, полагает наличие вины в действиях самого водителя транспортного средства, который двигался со значительной скоростью, и у его имелась техническая возможность предотвратить ДТП. При том, что по дороге имелись предупреждающие знаки и информационные стелы, баннеры, предупреждающие о возможном переходе животных, в том числе, и сельскохозяйственных. Доказательств того, что эта корова пострадала от этого ДТП, и их взаимосвязи стороной истца не представлены. ФИО6 находилась за 62 метра от места столкновения.

Третье лицо ФИО3 исковые требования поддержал, суду пояснил, что он управлял автомобилем, двигался примерно со скоростью 90 км/ч. Увидел выбежавший скот, примерно 40 голов, начал тормозить, выруливать. Они шли на тормозном пути, в этот момент выскочила корова на дорогу, произошло столкновение. Совершал маневр в рамках своей полосы движения. Корова упала, соскочила, убежала. Они откатили машину. Начали останавливаться машины. Супруга пошла, смотреть корову, корова лежала, супруга ее сфотографировала, на ухе была бирка.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Судом постановлено вышеуказанное решение.

С решением не согласился ответчик ФИО2, в принесенной на решение суда апелляционной жалобе, просил решение суда отменить, в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать. Указывая, что судом первой инстанции неверно установлены юридически значимые обстоятельства. Он встречался с истцом после ДТП, они требовали у него возместить ущерб в размере 1 000 000 руб., он не был готов к такому. Вину свою не признал. Через год получил повестку в суд, при этом исковое заявление и приложенные к нему документы, в нарушении ст. 132 ГПК РФ, до суда не поступали. При ознакомлении с материалами дела выяснилось, что копии, представленные истцом, плохого качества и не заверены, это- копия квитанция об уплате госпошлины, копия квитанции о направлении почтового отправления ему, заключение специалиста о размере ущерба. Для ознакомления с представленным подлинником заключения, ему было предоставлено незначительное время. Представителем ответчика было заявлено ходатайство о признании данного акта недопустимым доказательством, в связи с тем, что специалист не был предупрежден об уголовной ответственности, у него отсутствовала необходимая квалификация. Однако судом данные ходатайства не были удовлетворены. Судом в ходе судебного разбирательства не исследованы в полной мере обстоятельства ДТП, действия водителя, который должен руководствоваться Правилами дорожного движения, регламентирующие необходимость выбора водителем скорости, которая позволяет ему контролировать движение автомобиля, а также необходимость учитывать дорожную обстановку, погодные условия, особенности своего транспортного средства. В связи с чем, считает, что именно грубые нарушения водителем Правил дорожного движения явились следствием дорожного происшествия. Однако суд к пояснениям ответчика в данной части отнесся критически. В отсутствие специальных познаний, как предусмотрено ст. 79 ГПК РФ, суд, оценивая доказательства, признал проведенное истцом исследование соответствующее закону.

В ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции, ответчик ФИО2, его представитель по доверенности ФИО5 доводы апелляционной жалобы поддержали. Полагают, что в случае установления вины ответчика, в нарушении выпаса принадлежащего ему животного, возможно установление процента его вины - 10%. Полагают, что первопричиной ДТП явилось допущенное водителем ФИО3 превышение скорости, кроме того, у него имелась технической возможности предотвратить ДТП.

Истец ФИО1, третье лицо ФИО3 в судебном заседании просили исковые требования удовлетворить.

Представитель истца ФИО4 судебной коллегии пояснил, что полагает в действиях водителя ФИО3 имеется вина в ДТП, в процентном соотношении полагает ее размер, равен 50%.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, оценив имеющиеся в нем доказательства, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что 19 сентября 2024 г. на 62 км а/д Улан-Удэ-Кяхта произошло дорожно-транспортное в происшествие: водитель ФИО3 на автомобиле <...>, г/н ..., принадлежащем на праве собственности истцу ФИО1, совершил наезд на КРС, принадлежащего ответчику. В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю истца причинены механические повреждения.

По данному факту сотрудниками ГИБДД были составлены справка о ДТП от 19 сентября 2024 г., схема ДТП, вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении.

Согласно представленному истцом Акту экспертного исследования ..., ООО «Независимая экспертиза», стоимость восстановительного ремонта автомобиля <...>, г/н ..., по состоянию на ... составила: 805 100 руб. - без учета износа деталей; 223 200 руб. – с учетом износа деталей; рыночная стоимость транспортного средства – 708 200 руб.; стоимость годных остатков - 79 900 руб.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в дорожно-транспортном происшествии имеется вина только владельца животного ФИО2, не принявшего надлежащих мер к осуществлению присмотра за ним, с чем судебная коллегия, исходя из материалов дела и доводов апелляционной жалобы, согласиться, не может.

Ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу п. 1 ст. 1079 этого же кодекса юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. 2 и 3 ст. 1083 данного кодекса.

Причинение имущественного вреда порождает обязательство между причинителем вреда и потерпевшим, вследствие которого на основании ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.

В соответствии со ст. ст. 137, 210 ГК РФ к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное. Собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Общие требования, предъявляемые к содержанию, кормлению, водопою животных, их перевозке или перегону, изложены в Законе Российской Федерации от 14 мая 1993 г. № 4979-1 «О ветеринарии», в ч. 1 ст. 18 которого закреплено, что ответственность за содержание и использование животных несут их владельцы.

Согласно п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В соответствии с пунктом 3 указанной статьи суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, вред имуществу истца был причинен в результате столкновения его автомобиля с безнадзорно перемещающейся по автомобильной дороге в светлое время суток коровой. Указанные действия обязанного его контролировать лица нарушают приведенные нормы права.

Согласно имеющемуся в КУСП письменному объяснению ФИО2, данного сотрудникам ГИБДД, последний указал, что он является собственником КРС, 20 сентября 2024 г. ему позвонили из ветеринарии, сказали, что сбили его корову и водитель, сбивший корову, хочет с ним встретиться. ФИО2 обязался возместить материальный ущерб, причиненный в результате ДТП, только в судебном порядке.

Кроме того, как поясняли суду истец и третье лицо, они 20 сентября 2024 г. ездили в Харгану к ветеринарному врачу, который им нашел хозяина коровы, которым является ответчик.

Таким образом, установлено, что собственником КРС, который явился причиной ДТП 19 сентября 2024 г. с участием автомобиля истца, является ответчик ФИО2 Доказательств того, что указанном месте произошло иное ДТП, с участием иного животного, материалы дела не содержат.

Доводы стороны ответчика относительно того, что материалы дела не содержат доказательств того, что до ФИО2 не были доведены Правила выпаса. Является необоснованными.

Согласно материалам дела, администрацией МО СП «Нижнеубукунское» Постановлением № 16 от 19 января 2023 г. утверждены Правила содержания и прогона сельскохозяйственных животных и домашней птицы на территории МО СП «Нижнеубукунское». В у. Харгана, пастбище расположено в местности <...> - 132,28 га (юго-восточное направление). 62 км. (место ДТП) автодороги «<...>» не входит в территорию пастбища.

При этом незнание ответчиком указанного нормативно-правового документа органа местного самоуправления, не свидетельствует о том, что он не должен его соблюдать. Тем более учитывая, что он является владельцем домашних животных (КРС), а значит, обязан обеспечивать их надлежащее содержания, в том числе путем установления надлежащих мест для их выпаса. Более того, судебная коллегия отмечает, что ФИО2 уже ранее привлекался к административной ответственности за выпас сельскохозяйственных животных вне установленных мест, и, соответственно ему известно об ответственности за данное нарушение, но и также, что места для выпаса животных регламентированы.

Таким образом, судебная коллегия, приходит к выводу, что ФИО2, являясь собственником коровы, не обеспечил надлежащие условия содержания домашнего животного, в связи с чем, животное без надзора находилось на проезжей части автодороги, где произошло дорожно-транспортное происшествие.

Доказательства того, что ответчиком предпринимались надлежащие меры по осуществлению присмотра за принадлежащим ему животным, недопущению выхода его на проезжую часть, в материалах дела отсутствуют.

Доказательств, свидетельствующих об отсутствии вины собственника животного, наличия иных обстоятельств, освобождающих ответчика от возмещения вреда, также не представлено.

В то же время вред автомобилю истца был причинен при его использовании, используемый автомобиль является источником повышенной опасности, отношения сторон при взаимодействии источника повышенной опасности с объектом, не являющимся таковым, регулируются, как ст. 1064 ГК РФ, так и ст. ст. 1079, 1083 ГК РФ.

В соответствии с п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно заключению судебной экспертизы, эксперт, пришел к выводу, что в данной дорожной обстановке водитель автомобиля <...> ФИО3 должен был руководствоваться п. 10.1 ПДД и абз. 1 п. 10.3 ПДД.

Действия водителя ФИО3 не соответствовали требованиям п. 10.1 ПДД и с технической точки зрения находятся в причинной связи с наездом на корову. Водитель превысил разрешенную скорость и не своевременно принял меры к снижению скорости для предотвращения дорожно-транспортного происшествия.

Действия собственника животного ФИО2 не регламентируются Правилами дорожного движения РФ, т.к. в момент события ДТП, ФИО2 не являлся участником дорожного движения (не являлся погонщиком животного).

Обязанности собственника животного предусматриваются Правилами содержания, выпаса и прогона сельскохозяйственных животных на территории данного муниципального образования.

В данной дорожно-транспортной ситуации, при разрешенной скорости 90 км.\ч водитель автомобиля <...> ФИО3 располагал технической возможностью предотвратить наезд на корову как экстренным торможением, так и служебным торможением путем плавного снижения скорости вплоть до остановки.

Судебная коллегия не находит оснований не доверять выводам эксперта. Данное заключение в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и научно обоснованные ответы на поставленные судом вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из представленных в распоряжение экспертов материалов, указывают на применение методов исследований, основываются на исходных объективных данных, выводы обоснованы документами, представленными в материалы дела, соответствуют, в том числе первичному материалу ДТП, эксперт имеет достаточный опыт работы, соответствующую квалификацию и иными документами об образовании, в связи, с чем его результаты судом апелляционной инстанции принимаются за основу.

С учетом изложенного, в рассматриваемой ситуации владелец источника повышенной опасности не может быть полностью освобожден от ответственности.

При этом, исходя из обстоятельств дела, судебная коллегия приходит к выводу, что основания для определения степени вины в столкновении автомобиля с коровой водителя автомобиля ФИО3, в действиях которого имеются нарушения требований Правил дорожного движения Российской Федерации, и собственника животного ФИО2 не осуществившего надлежащего присмотра за принадлежащим ему сельскохозяйственным животным, равной отсутствуют.

Действительно, согласно материалам дела, а также заключению эксперта, участок дороги, где 19 сентября 2024 г. произошло ДТП, не находится в зоне действия предупреждающих дорожных знаков 1.26 «перегон скота» и 1.27 «дикие животные». Однако указанное, никоим образом не снижает вину водителя ФИО3, поскольку управляя транспортным средством, обязан выбрать такую скорость движения, которая обеспечивала бы ему контроль за автомобилем в условиях данной местности, чего им сделано не было, тем самым им допущена грубая неосторожность. Ответчиком же ФИО2, допущено безнадзорное нахождение коровы на автомобильной дороге, которые своей совокупности с действиями водителя привели к данному ДТП и причинению материального ущерба.

И с учетом, установленных по делу обстоятельств, а также в связи с повышенной ответственностью владельца источника повышенной опасности, суд апелляционной инстанции полагает необходимым определить степень вины водителя в дорожно-транспортном происшествии в размере 90%, владельца коровы ответчика ФИО2 - 10%, в связи с чем, решение суда первой инстанции на основании п.п. 3, 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ подлежит изменению.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 4 октября 2012 г. № 1833-О обязанность возместить вред является мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда, как правило, при наличии состава правонарушения, который включает наступление вреда, противоправность поведения причинителя, причинную связь между его поведением и наступлением вреда, а также его вину; наличие вины - общий принцип юридической ответственности во всех отраслях права, и всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно.

Для наступления гражданской ответственности лица и соответственно его обязательства возместить причиненный вред, в частности возникший в результате дорожно-транспортного происшествия, необходимо наличие одновременно определенных условий, которые в совокупности представляют собой юридический состав гражданского правонарушения. К числу таковых относятся: совершение этим лицом виновных действий, наступление для другого лица вредных последствий, причинно-следственная связь между виновными действиями данного лица и наступившими вредными последствиями.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать то, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 12).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (абзац третий пункта 12).

В обоснование размера ущерба, причиненного в результате ДТП транспортному средству, истцом представлен Акт экспертного исследования № 177/2-2024, ООО «Независимая экспертиза», согласно которому, стоимость восстановительного ремонта автомобиля <...>, г/н ..., по состоянию на 30 сентября 2024 г. составила: 805 100 руб. - без учета износа деталей; 223 200 руб. – с учетом износа деталей; рыночная стоимость транспортного средства – 708 200 руб.; стоимость годных остатков - 79 900 руб.

Оснований сомневаться в указанном заключении, судом апелляционной инстанции, не установлено. В заключении указаны документы, подтверждающие квалификацию эксперта и право на ее проведение. Допустимых и относимых доказательств, позволяющих усомниться в компетентности и квалификации эксперта, составившего заключение, в обоснованности содержащихся в заключении выводов, ответчик не представил. Также отсутствуют доказательства, свидетельствующие о неправильности применения экспертом методик и вычислений по поставленному на разрешение вопросу. Основания для критической оценки заключения отсутствуют. В исследовательской части заключения последовательно и подробно отражается ход исследования. В ходе проведения осмотра транспортного средства присутствовали обе стороны настоящего спора, замечаний или возражений относительно наличия повреждения, никто из них не высказал, акт осмотра подписан без замечаний. Материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих о том, что права сторон, в ходе проведения осмотра автомобиля были нарушены. Отсутствие сведений о разъяснении специалисту положений ст. 307 УК РФ, не исключает возможности принять данное им заключение и оценить в совокупности с иными доказательствами, имеющимися в материалах дела, в соответствии со ст. 67 ГПК РФ.

Само по себе несогласие ответчика с выводами, содержащимися в данном исследовании, не свидетельствует о ее недопустимости как доказательства и не является основанием для исключения из числа надлежащих доказательств.

Стороне ответчика, в соответствии со ст. 56, 57 ГПК РФ, разъяснялось право ходатайствовать о назначении по делу судебной экспертизы для определения размера ущерба, причиненного транспортному средству истца, от реализации которого, она отказалась.

Таким образом, в возмещение вреда с ответчика ФИО2 в пользу истца следует взыскать 62 830 руб. (628 300 *10%).

В соответствии с ч. 3 ст. 98 ГПК РФ в случае, если суд вышестоящей инстанции, не передавая дело на новое рассмотрение, изменит состоявшееся решение суда нижестоящей инстанции или примет новое решение, он соответственно изменяет распределение судебных расходов.

Согласно ч. 1 ст. 88, ст. 94 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым, в частности, относятся суммы, подлежащие выплате экспертам, другие признанные судом необходимыми расходы.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Учитывая, что в связи с обращением истца в суд, последней понесены расходы по проведению оценки в ООО «Независимая экспертиза» в размере 12 000 руб., а также уплачена государственная пошлина при подаче иска в суд в размере 17 566 руб., указанные расходы подлежат взысканию с ответчика пропорционально размеру удовлетворенных истцу требований, а именно: расходы по оценке – 1200 руб. (12 000*10%), госпошлина – 1 756,60 (17 566*10%).

В силу ч.1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В пунктах 1, 10, 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу. Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Как установлено судом и следует из материалов дела, интересы истца на основании агентского договора с ООО «Юролл» от 27 сентября 2024 г. в суде первой инстанции представлял ФИО4, которому ФИО1 выдала на представления ее интересов в суде, доверенность. Стоимость услуг определена в размере 40 000 руб.

Разрешая требования истца о взыскании судебных расходов по оплате юридических услуг, суд апелляционной инстанции, исходя из объема предоставленных представителем юридических услуг, в том числе: (участие в 4 (четырех) судебных заседаниях в районном суде – 27, 31 октября 2025 г., 05, 07 ноября 2025 г.), сложности дела, характера защищаемого права, продолжительности рассмотрения дела приходит к выводу о том, что судебные расходы на оплату услуг представителя, подлежат определению в размере 40 000 руб. При этом учитывая, что исковые требования истца удовлетворены частично, с ответчика в пользу ФИО1 подлежат взысканию расходы в размере 4 000 руб. (40 000 *10%).

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции неправомерно принято исковое заявление к производству, поскольку истцом нарушены требования ст. ст. 131, 132 ГПК РФ, не принимаются во внимание и о незаконности действий суда первой инстанции, не свидетельствуют. Имеющиеся материалы, указанные доводы не подтверждают. Также материалы дела не содержат доказательств ограничения во времени ознакомления стороной ответчика с материалами дела.

Не могут быть приняты также доводы представителя ответчика относительно того, что судом апелляционной инстанции самостоятельно истребованы сведения о местах выпаса, схема организации дорожного движения, а также приглашен и опрошен в качестве специалиста ФИО7 Поскольку, если, судом первой инстанции обстоятельства заявленных требований и возражений, как имеющие юридическое значение при разрешении настоящего спора, в полном объеме не проверены, то при установлении нарушений норм процессуального права по вопросам доказывания обстоятельств, имеющих значение по делу, суду апелляционной инстанции следует принять меры к непосредственному устранению допущенных нарушений, в частности, оказать содействие в истребовании письменных доказательств, исследовать дополнительные (новые) доказательства и давать им оценку в совокупности с другими доказательствами, имеющимися в материалах дела.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Гусиноозерского городского суда Республики Бурятия от 07 ноября 2025 г., изменить, резолютивную часть изложить следующим образом:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1 (паспорт ...) с ФИО2 (паспорт ...) сумму ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 62 830 руб., расходы на уплату государственной пошлины в размере 1756,60 руб., расходы на проведения независимой технической экспертизы транспортного средства в размере 1200 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 4000 руб.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения

На апелляционное определение может быть подана кассационная жалоба в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово) в течение трех месяцев, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

председательствующий

судьи коллегии

Мотивированное апелляционное определение составлено 29 апреля 2026 г.