Решение № 2-2330/2025 2-492/2026 2-492/2026(2-2330/2025;)~М-1839/2025 М-1839/2025 от 8 февраля 2026 г. по делу № 2-2330/2025

Дело № 2-492/2026

91RS0006-01-2025-002924-33


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 января 2026 года г. Бахчисарай

Бахчисарайский районный суд Республики Крым в составе председательствующего судьи Атаманюка Г.С., при секретаре судебного заседания Калиевской С.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО5 к ФИО3, ФИО4, третье лицо – Отдел по делам несовершеннолетних и защите их прав Администрации Бахчисарайского района Республики Крым, о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1, действующая самостоятельно, а также в интересах несовершеннолетних детей ФИО2 и ФИО5, обратилась в суд с иском о взыскании солидарно с ответчиков ФИО3 и ФИО4 в пользу каждого истца по 2 млн. рублей в счет компенсации морального вреда.

Исковые требования мотивированы тем, что в результате дорожно-транспортного происшествия, случившегося 27 октября 2022 года по вине ответчика ФИО3, который управлял принадлежащим его супруге ФИО4 автомобилем «Шкода», г.р.з. №, наступила смерть ФИО10 Приговором Бахчисарайского районного суда Республики Крым от 07 июля 2023 года ФИО3 осужден по ст. 264 ч. 3 УК РФ. Истец ФИО1 была признана потерпевшей по уголовному делу. В ходе предварительного следствия и судебного заседания по уголовному делу гражданский иск не заявлялся в связи с соглашением, достигнутым между ФИО1 с одной стороны и ФИО3 и ФИО4 с другой, согласно которому ответчик ФИО3 обязался выплатить ей в счет компенсации морального вреда в связи с гибелью супруга 750 тыс. рублей ежемесячными платежами по 50 тыс. рублей, начиная с 25 июля 2023 г. по 25 сентября 2024 г. Поручителем по данному соглашению на весь период его действия и в пределах оговоренной суммы компенсации выступала ФИО4 В соответствии с условиями соглашения, при неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства, ФИО3 и ФИО4 несут солидарную ответственность. До настоящего времени ответчики не выполнили взятые на себя обязательства. Гибелью мужа и отца истцам причинён моральный вред, который они оценивают в размере по 2 млн. рублей каждому. Ссылаясь на нормы статей 151, 1064, 1079, 1083, 1100, 1101 ГК РФ, истцы просят солидарно взыскать с ответчиков денежную компенсацию морального вреда.

В судебном заседании истцы ФИО1 и ФИО5 поддержали заявленные исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Прокурор, извещённый надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, в суд не явился, о причинах неявки не известил, каких-либо ходатайств не заявлял.

Ответчики в судебное заседание не явились, о мете и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, о причинах неявки суд не известили, каких-либо ходатайств не направляли.

При таких обстоятельствах суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчиков на основании ст. 167 ГПК РФ.

Заслушав истцов, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Статьями 55, 56 ГПК РФ установлено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а так же иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В силу статьи 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью.

Согласно части 1 статьи 20 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на жизнь.

Согласно статье 17 Конституции РФ, права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52 Конституции).

В силу ст. 6 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», ст. 13 ГПК РФ, вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

В соответствии с ч. 3 ст. 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно пункту 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" иск о компенсации морального вреда, причиненного гражданину непосредственно преступлением, исходя из положений частей 1 и 2 статьи 44 Уголовно-процессуального кодекса РФ, может быть предъявлен по уголовному делу после его возбуждения и до окончания судебного следствия при разбирательстве данного уголовного дела в суде первой инстанции. В случае, если гражданский иск о компенсации морального вреда, вытекающий из уголовного дела, не был предъявлен или не был разрешен при производстве по уголовному делу, он предъявляется для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства по правилам подсудности, установленным Гражданским процессуальным кодексом РФ.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (статья 151 ГК РФ).

В пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, и другие негативные эмоции).

Из изложенного следует, что моральный вред это нравственные или физические страдания, причиненный действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу приговором Бахчисарайского районного суда Республики Крым от 07 июля 2023 года, с изменениями согласно апелляционному постановлению Верховного Суда Республики Крым от 02 октября мая 2023 года, ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 264 ч. 3 УК РФ.

Приговором установлено, что около 18.00 часов 27 октября 2022 года ФИО3, управляя автомобилем «Шкода Октавиа», государственный регистрационный номер №, двигался по автодороге "Песчаное-Почтовое" в границах <адрес> в направлении пгт. Почтовое Бахчисарайского района Республики Крым. В соответствии с п. 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее - ПДД РФ), участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда. В силу п. 2.1.2 ПДД РФ, водитель обязан при движении на транспортном средстве, оборудованном ремнями безопасности, быть пристегнутым и не перевозить пассажиров, не пристегнутых ремнями. Пунктом 9.1 (1) ПДД РФ установлено, что на любых дорогах с двусторонним движением запрещается движение по полосе, предназначенной для встречного движения, если она отделена трамвайными путями, разделительной полосой, разметкой 1.1, 1.3 или разметкой 1.11, прерывистая линия которой расположена слева. Согласно п. 9.7 ПДД РФ, если проезжая часть разделена на полосы линиями разметки, движение транспортных средств должно осуществляться строго по обозначенным полосам. Наезжать на прерывистые линии разметки разрешается лишь при перестроении. В соответствии с п. 10.1 (абз.1) ПДД РФ, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. Согласно требованиям горизонтальной дорожной разметки 1.1 Приложения № 2 к Правилам дорожного движения Российской Федерации, пересечение данной дорожной разметки запрещено. Между тем ФИО3 в нарушение требований п. 2.1.2 ПДД РФ осуществлял перевозку в салоне автомобиля в качестве пассажира малолетнего сына ФИО9, который не был пристегнут ремнями безопасности. Кроме того, в нарушение требований дорожной разметки 1.1 Приложения № 2 к ПДД РФ, пунктов 1.5 (абз.1), 9.1 (1), 9.7, 10.1 (абз.1) ПДД РФ подсудимый ФИО3, двигаясь на 26км+300м указанной автодороги, проявил невнимательность, не обеспечил безопасность дорожного движения, в нарушение требований дорожной разметки 1.1 Приложения № 2 ПДД РФ выехал на полосу встречного движения, вследствие чего совершил столкновение и двигавшимся во встречном направлении автомобилем "Шевроле Ланос", государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО10 В результате дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля "Шевроле Ланос" ФИО10 от полученных при столкновении автомобилей травм скончался на месте происшествия.

При расследовании уголовного дела ФИО1 была признана потерпевшей вследствие гибели супруга и участвовала в качестве потерпевшего при рассмотрении уголовного дела судом.

Данный приговор суда в силу ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, установлен факт причинения истцам нравственных страданий вследствие гибели близкого родственника в результате преступления, поэтому они в силу положений статей 151, 1064, 1100, 1101 ГК РФ имеет право на возмещение морального вреда.

Согласно статье 1064 ГК РФ, вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

Пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Таким образом, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания.

Следовательно, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности, имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда.

При этом, по смыслу приведенных правовых норм, ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником повышенной опасности было передано им иному лицу в установленном законом порядке.

Как установлено судом, на момент дорожно-транспортного происшествия собственником автомобиля «Шкода Октавиа», государственный регистрационный номер № являлась ФИО4, а ФИО3 управлял указанным транспортным средством, как лицо, допущенное к управлению в соответствии со страховым полисом № № от 10 мая 2022 г.

Исходя из вышеприведенных требований закона, обязанность по возмещению причинённого истцам морального вреда должна быть возложена только на ФИО3, поскольку он обладал гражданско-правовыми полномочиями по управлению транспортным средством.

Между тем, из материалов дела усматривается, что 14 июня 2023 года, то есть до постановления приговора в отношении ФИО3, между ним и ФИО1 заключено соглашение о компенсации морального вреда, по условиям которого ФИО3 обязался выплатить ФИО1 один миллион рулей в счет компенсации морального вреда, причинённого смертью супруга в результате дорожно-транспортного происшествия (п. 2). С учетом частичной выплаты 250 000 рублей в момент подписания данного соглашения, стороны пришли к обоюдному согласию о рассрочке выплаты оставшейся суммы компенсации в размере 750 000 рублей ежемесячными платежами по 50 000 рублей в срок с 25 июля 2023 года по 25 сентября 2024 года (п. 2, 3). Полное исполнение обязательства должно быть подтверждено соответствующей распиской ФИО1 (п. 6). В качестве обеспечения исполнения обязательства стороны пришли к договоренности о том, что поручителем по данному соглашению выступает супруга должника ФИО4 (п. 8.1), которая обязалась отвечать за исполнение ФИО3 обязательства в течение всего срока и суммы обязательства (п. 8.2). При неисполнении или ненадлежащем исполнении ФИО3 обязательства по соглашению, поручитель и должник несут перед кредитором солидарную ответственность (п. 8.4). Пунктом 8.9 договора закреплено, что поручительство прекращается по исполнению обязательства, а в случае несоблюдения должниками условий относительно сроков и размера денежной компенсации, кредитор оставляет за собой право обратиться в суд с иском в порядке гражданского судопроизводства. Также п. 8.9 соглашения предусмотрено, что назначение ФИО3 уголовного наказания, связанного с лишением свободы не освобождает его от обязанности выплат, а после отбытия наказания стороны могут заключить новое соглашение с указанием иных сумм и сроков выплаты (п. 8.9).

Основанием для обращения ФИО1 в суд в своих интересах и в интересах своих несовершеннолетних детей явилось неисполнение ФИО3 и ФИО4 условий компенсации морального вреда, установленных договором между сторонами от 14 июня 2023 года.

Доказательств обратного ответчиками суду не представлено.

В силу положений ст. 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса, другими положениями Гражданского кодекса, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса). Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 Гражданского кодекса). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Из буквального толкования пунктов 8.2, 8.3 договора следует, что солидарная ответственность ФИО4 по денежной компенсации морального вреда, причинённого истцам смертью их близкого родственника вследствие преступления, совершенного её супругом ФИО3, поставлена в зависимость от исполнения им обязательств в установленных договором суммах и в срок. При этом сторонами также непосредственно согласовано право обращения ФИО1 за защитой нарушенного права в судебном порядке в ином размере в случае неисполнения ответчиками принятых на себя обязательств.

В данном случае содержание договора не допускает неясности и двоякого толкования, с очевидностью свидетельствует о том, что сторонами достигнуто соглашение относительно солидарной ответственности ответчиков по настоящему делу в случае нарушения ФИО3 взятых на себя обязательств по денежной компенсации ФИО1 морального вреда в размере и сроки, установленные соглашением между ними от 14 июня 2023 года.

При таких обстоятельствах суд не вправе квалифицировать данное соглашение иным образом, так как это искажает волю сторон.

Поскольку ответчиком ФИО3 допущено нарушение обязательства о сроках и размере компенсационных выплат, истец ФИО1 вправе рассчитывать на получение денежной компенсации морального вреда в солидарном порядке с ФИО3 и ФИО4 и в ином размере, как это установлено договором между сторонами.

Право же несовершеннолетних ФИО2 и ФИО5 на компенсацию морального вреда, причинённого смертью отца, прямо предусмотрено статьями 151, 1064, 1100, 1101 ГК РФ и в силу положений ст. 9 ГК РФ, ст. 3 ГПК РФ не может быть ограничено.

Разрешая требования истца о размере возмещения морального вреда, суд руководствуется следующим.

В силу ст. 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (ст. 1064-1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Частью 4 ст. 61 ГПК РФ предусмотрено преюдициальное значение приговора по уголовному делу по вопросам, имели ли место уголовно наказуемые действия лица, в отношении которого вынесен приговор, и совершены ли они данным лицом.

Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, в случаях, когда гражданский иск в уголовном деле не предъявлялся или не был разрешен, а также когда он оставлен без рассмотрения, отсутствуют препятствия для предъявления гражданским истцом своих требований в порядке гражданского судопроизводства и такие требования рассматриваются с учетом общего преюдициального значения вступившего в законную силу приговора (определение от 04 июля 2017 года № 1442-0).

В то же время, приговор не может предрешать устанавливаемый в гражданском деле размер возмещения вреда, причиненного преступлением, что обусловлено особенностями гражданско-правовой ответственности. Размер возмещения подлежит установлению судом, в том числе, в результате оценки доказательств, представленных сторонами в соответствии с общими правилами доказывания, регламентированными ст. 56 ГПК РФ.

При этом, ч. 4 ст. 61 ГПК РФ по своему смыслу, в системе действующего правового регулирования, не может служить основанием для переоценки того размера вреда, причиненного преступлением, который установлен вступившим в законную силу приговором в качестве компонента криминального деяния (для переоценки фактов, установленных вступившим в законную силу приговором суда и имеющих значение для разрешения вопроса о возмещении вреда, причиненного преступлением). В любом случае вопрос о размере возмещения ущерба от преступления решается судом в порядке гражданского судопроизводства с соблюдением всех применимых конституционных и отраслевых принципов (определение от 11 февраля 2020 года № 297-0).

Для применения такой меры ответственности как компенсация морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага.

Между тем, именно на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», решая вопрос о размере компенсации причиненного потерпевшему морального вреда, суду следует исходить из положений статьи 151 и пункта 2 статьи 1101 ГК РФ и учитывать характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степень вины причинителя вреда, руководствуясь при этом требованиями разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий устанавливается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, поведения подсудимого непосредственно после совершения преступления (например, оказание либо неоказание помощи потерпевшему), индивидуальных особенностей потерпевшего (возраст, состояние здоровья, поведение в момент совершения преступления и т.п.), а также других обстоятельств (например, потеря работы потерпевшим).

В соответствии с п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33).

Также в названном постановлении Пленума Верховного Суда РФ содержатся разъяснения о том, что, определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий (п. 27).

Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать). Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (п. 29).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п. 30).

Из изложенного следует, что при определении размера компенсации морального вреда гражданину в связи с утратой близкого родственника в результате причинения вреда его здоровью источником повышенной опасности, судом в совокупности оцениваются конкретные действия причинителя вреда, тяжесть причиненных истцу физических или нравственных страданий, заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, соблюдение баланса интересов сторон. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. Если при причинении вреда здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности, но размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом.

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").

Как усматривается из материалов дела, ФИО3 осужден судом за совершение преступления, предусмотренного ст. 264 ч. 3 УК РФ, которое в силу ст. 15 УК РФ относится к категории средней тяжести и характеризуется неосторожной формой вины. В настоящее время ответчик отбыл уголовное наказание.

Как установлено заключением судебной автотехнической экспертизы № 425/4-1 от 09.03.2023, проведенной при расследовании уголовного дела, водитель ФИО3, с технической точки зрения, располагал технической возможностью предотвратить ДТП, в случае выполнения им требований п.п. 1.5 (абз.1), 9.1.1 и 10.1 (абз.1) ПДД РФ и дорожной разметки 1.1 Приложения № 2 ПДД РФ, для чего препятствий технического характера не усматривается. В действиях водителя ФИО3 усматриваются несоответствия требованиям п.п. 1.5 (абз.1), 9.1.1 и 10.1 (абз.1) ПДД РФ и дорожной разметки 1.1 Приложения № 2 ПДД РФ, которые с технической точки зрения, состоят в причинной связи с ДТП.

Вышеприведенные выводы автотехнической экспертизы в совокупности с иными доказательствами положены судом в основу приговора ФИО3 При этом в действиях потерпевшего ФИО10 не установлено нарушений требований ПДД или иной грубой неосторожности.

На день рассмотрения настоящего дела ФИО5 достигла совершеннолетия, малолетняя ФИО2 проживает и находится на иждивении матери ФИО1

Из запрошенных судом сведений усматривается, что ответчики владеют недвижимым и движимым имуществом, по сведениям налоговых органов ФИО3 имеет регулярные доходы. Доказательств несоразмерности заявленных сумм денежной компенсации морального вреда либо невозможности удовлетворения исковых требований в силу материального положения ответчиками суду не представлено.

Учитывая конкретные обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, в результате которого наступила смерть ФИО10 и причинения морального вреда истцам вследствие гибели близкого родственника, руководствуясь принципами соразмерности заявленных сумм компенсации степени перенесенных истцами нравственных страданий, разумности заявленных требований относительно уровня жизни и уровня доходов истцов и ответчиков, суд считает возможным исковые требования удовлетворить полностью.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, с ответчиков подлежат взысканию в местный бюджет судебные расходы по плате государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить в полном объеме.

Взыскать солидарно с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серии №, выдан ДД.ММ.ГГГГ <адрес> код подразделения №, ИНН №, зарегистрированного по адресу: <адрес> с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серии №, выдан ДД.ММ.ГГГГ <адрес> код подразделения №, ИНН №, зарегистрированной по адресу: <адрес>, в счет компенсации морального вреда в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серии №, выдан ДД.ММ.ГГГГ <адрес> подразделения №, ИНН №, зарегистрированной по адресу: <адрес>, денежные средства в сумме 2 000 000 (два миллиона) рублей 00 копеек; в пользу ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серии №, выдан ДД.ММ.ГГГГ <адрес> код подразделения №, ИНН №, зарегистрированной по адресу: <адрес>, денежные средства в сумме 2 000 000 (два миллиона) рублей 00 копеек; в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированной по адресу: <адрес>, денежные средства в сумме 2 000 000 (два миллиона) рублей 00 копеек.

Взыскать солидарно с ФИО3 и с ФИО4 в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 3 000 (три тысячи) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым путем подачи апелляционной жалобы через Бахчисарайский районный суд Республики Крым в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

В окончательной форме решение принято 09 февраля 2026 года.

Судья Г.С. Атаманюк