Апелляционное постановление № 22-2043/2025 22К-2043/2025 от 24 августа 2025 г. по делу № 3/2-136/2025,3/12-14/2025

Судья Ильина А.А. Дело №22-2043/2025


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Томск 25 августа 2025 года

Томский областной суд в составе:

председательствующего Ильиной Е.Ю.,

при секретаре – помощнике судьи Ч.,

с участием: прокурора Тюкалова М.Ю.,

обвиняемых В., В.,

адвокатов Сорокина Д.А., Родченко Е.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по апелляционным жалобам адвоката Родченко Е.А. в защиту интересов обвиняемогоВ. и обвиняемого В. на постановление Октябрьского районного суда г. Томска от 07 августа 2025 года, которым в отношении

В., родившегося /__/, не судимого

продлен срок содержания под стражей на 1 месяц, а всего до 3 месяцев 29 суток, то есть до 13 сентября 2025 года;

В., родившегося /__/, не судимого

продлен срок нахождения под домашним арестом на 01 месяц, а всего до 03 месяцев 29 суток, то есть до 13 сентября 2025 года - с его нахождением в жилом помещении, расположенном в /__/ по /__/, с установлением запретов и ограничений.

Изучив материалы дела, заслушав выступление обвиняемыхВ. и В., адвокатов Сорокина Д.А., Родченко Е.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Тюкалова М.Ю., полагавшего судебное решение не подлежащим изменению, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

13.05.2025 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Срок предварительного следствия продлен до 13 сентября 2025 года.

По подозрению в совершении указанного преступления в порядке п.2 ч.1 ст.91 УПК РФ 14 мая 2025 года были задержаны: в 20.35 часов - В., в 12.25 часов В., на основании судебных решений в качестве мер пресечения обвиняемый В. находится под домашним арестом, обвиняемый В. содержится под стражей, срок данных мер пресечения истекает 13 августа 2025 года.

В. и В. в настоящее время предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 160 УК РФ.

Следователем поставлен вопрос о продлении срока нахождения В. под домашним арестом и срока содержания под стражей В. на 1 месяц (каждому), а всего до 3 месяцев 29 суток, то есть до 13 сентября 2025 года. Продление срока указанных мер пресечения в отношении обвиняемых следователь мотивирует необходимостью выполнения требований ст.ст.215-217 УПК РФ, составления обвинительного заключения, соблюдения процессуальных сроков направления дела прокурору и в суд, установленных постановлением Конституционного суда РФ № 4-П от 22 марта 2005 года. Следователь указывает на отсутствие оснований для отмены мер пресечений и их изменения на иную более мягкую.

Обжалуемым постановлением в отношении В. продлен срок содержания под стражей на 1 месяц, а всего до 3 месяца 29 суток, то есть до 13 сентября 2025 года; в отношении В. продлен срок нахождения под домашним арестом на 01 месяц, а всего до 03 месяцев 29 суток, то есть до 13 сентября 2025 года - с его нахождением в жилом помещении, расположенном в /__/ по /__/, с установлением запретов и ограничений.

В апелляционной жалобе адвокат Родченко Е.А. в защиту интересов обвиняемого В. указывает, что обжалуемое постановление подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, а также в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Отмечает, что при решении вопроса о продлении срока домашнего ареста В. в основу выводов суда о том, что последний может скрыться от следствия, а также иным способом воспрепятствовать производству по делу легла только тяжесть предъявленного обвинения.

Обращает внимание на то, что в ходе судебного заседания установлено, что фактически предварительное расследование уголовного дела завершено, продление срока обосновано только необходимостью составления обвинительного заключения и направлением дела в суд. То есть ни о каком начальном этапе расследования речь не идет, следовательно, обосновывать свое решение тяжестью совершенного преступления и возможностью назначения наказания в виде лишения свободы суд не может. Полагает, что суд не учел поведение В. после избрания ему меры пресечения. В судебном заседании установлено, что В. неоднократно имел возможность с разрешения следователя самостоятельно без какого-либо сопровождения посещать лечебные и иные учреждения. Он всегда самостоятельно являлся на следственные действия и в судебное заседание. Если бы В. имел намерение скрыться от следствия, он давно бы это сделал в период, когда оставался без контроля уголовно-исполнительной инспекции.

Указывает, что все свидетели и потерпевший по делу допрошены, а следователь подтвердил, что за период расследования уголовного дела никаких попыток оказать давление на них со стороны самого В., его родственников, знакомых, представителей не было.

Обращает внимание на то, что стороной защиты были представлены протоколы допросов всех свидетелей и потерпевшего по делу и суд имел возможность убедиться в том, что никто из этих людей не дает так называемых «изобличающих» В. показаний. Свидетели показывают о порядке трудоустройства, порядке начисления заработной платы в /__/ и т.п. В процессе судья пыталась выяснить конкретные фамилии лиц, на которых по мнению следователя может быть оказано воздействие со стороны обвиняемых. На данные вопросы суда следователь ответить не смог, но суд все равно указал такой же довод в своем постановлении. Доводы стороны защиты о необоснованности предъявленных обвинений никакой оценки в решении суда также не получили.

Ссылаясь на разъяснения п. 27, 28 Постановления Пленума ВС РФ №48 от 30.11.2017, отмечает, что В. не может обвиняться в совершении тяжкого преступления группой лиц по предварительному сговору, поскольку ни В., ни М., ни Б. не являются специальными субъектами данного преступления, так как имущество /__/ им не вверялось.

Отмечает, что следствие сочло возможным избрать в отношении М. меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, несмотря на то, что имеются основания полагать, что он может скрыться от следствия и суда и иным способом воспрепятствовать расследованию уголовного дела, что следует из постановления следователя об избрании такой меры пресечения. То есть основания такие же как в отношении В., несмотря на то, что согласно постановлению судьи Томского областного суда, П. от 20.03.2023, в отношении М. в УФСБ России по Томской области имеется информация о причастности к хищению бюджетных денежных средств на сумму более 10 млн. рублей. В отношении Б., скрывшегося от следствия, избрана аналогичная мера пресечения.

Указывает, что В. заслуженный человек, пользующийся авторитетом в городе и области, который внес огромный вклад в развитие региона, на протяжении длительного времени он честно трудился на разных должностях в том числе в органах власти Томской области, награжден многочисленными наградами, грамотами и благодарностями, принимает активное участие в благотворительной деятельности и патриотическом воспитании молодежи, никогда не привлекался ни к уголовной, ни к административной ответственности, дал полные признательные показания, активно сотрудничал со следствием и участвовал во всех следственных действиях, проводимых следователем, в связи с чем никаких намерений оказывать на кого- либо давление у него нет, а частичное признание вины обусловлено не верной квалификацией его действий органами следствия. Кроме того, он принял меры к добровольному погашению ущерба в значительном размере, но возможности его дальнейшего погашения ограничены, т.к. находясь под домашним арестом он не может проводить переговоры и решать вопросы по займам денежных средств. Никаких намерений скрыться от следствия у В. нет, поскольку в /__/ проживает его семья, здесь его дом, он нуждается в постоянном медицинском обслуживании врачей, которые длительное время следят за его здоровьем, т.к. он страдает рядом серьезных заболеваний. Несмотря на свой возраст и состояние здоровья В. активно работал и обеспечивал свою семью. В настоящее время он уволен из /__/ и нуждается в новом трудоустройстве, что невозможно, находясь под домашним арестом.

Просит обжалуемое постановление отменить, избрать в отношении В. иную, более мягкую меру пресечения.

В апелляционной жалобе обвиняемый В. указывает, что решение суда является незаконным, необоснованным, и подлежащим отмене, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в спорном решении фактическим обстоятельствам дела, а выводы суда не подтверждены доказательствами. Полагает, что суд первой инстанции формально отнесся к рассмотрению ходатайства следователя о продлении меры пресечения в виде заключения под стражу, устранился от исследования обоснованности приведенных в ходатайстве доводов и без надлежащей проверки продлил срок содержания под стражей.

Обращает внимание на то, что по смыслу закона, продление срока содержания обвиняемого под стражей может иметь место только при подтверждении достаточными данными предусмотренными уголовно-процессуальным законом оснований для дальнейшего применения этой меры пресечения. При продлении срока содержания под стражей на любой стадии производства по уголовному делу необходимо проверять наличие на момент рассмотрения данного вопроса, предусмотренных ст. 97 УПК РФ оснований, которые должны подтверждаться достоверными сведениями и доказательствами, а также учитывать, как указанные в ст. 99 УПК РФ, так и другие обстоятельства, обосновывающие продление срока применения меры пресечения в виде заключения под стражу. Сами по себе обстоятельства, на основании которых лицо было заключено под стражу, не всегда являются достаточными для продления срока содержания его под стражей. По истечении времени эти обстоятельства перестают быть достаточными для продления срока действия данной меры пресечения в связи с чем, при решении вопроса о продлении этой меры пресечения суду надлежит устанавливать конкретные обстоятельства, свидетельствующие о необходимости дальнейшего содержания обвиняемого под стражей, для чего при рассмотрении соответствующего ходатайства, необходимо исследовать иные значимые обстоятельства.

Отмечает, что мотивированные доводы защитника не были в должном объеме проанализированы и приняты во внимание. Указывает, что сторона защиты полностью убеждена и настаивает на том, что обстоятельства, изложенные оперативными сотрудниками в справке, не имеют под собой никакой основы. Справка сотрудника оперативного подразделения не может являться сама по себе каким-либо доказательством по делу в том числе при решении вопроса об избрании или продлении самой строгой меры пресечения. Обращает внимание на то, что Конституционный Суд РФ в своих решениях неоднократно отмечал, что результаты оперативно-розыскных мероприятий являются не доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов, которые, будучи полученными с соблюдением требований Закона об оперативно-розыскной деятельности, могут стать доказательствами только после закрепления их надлежащим процессуальным путем.

Обращает внимание на то, что со дня возбуждения уголовного дела прошло уже почти два месяца, и за этот длительный период не было задокументировано ни единого факта оказания какого-то давление на любого участника уголовного судопроизводства.

Указывает, что защита также обратила внимание суда первой инстанции на то, что справка аналогичного содержания была написана сотрудниками УФСБ России по Томской области также и в отношении В., которая содержала утверждение о том, что он собирается скрыться от следствия и суда, используя свои связи, сформировать алиби, оказать давление на участников дела. Вместе с тем, ничего подобного не произошло, несмотря на то обстоятельство, что В. не была избрана мера пресечения в виде содержания под стражей.

Отмечает, что в течении месяца до возбуждения уголовного дела В. имел объективную возможность скрыться от следствия и суда, как поступил Б., вместе с тем этого не сделал. Данные обстоятельства убедительно свидетельствуют об отсутствии намерений скрыться от следствия и суда.

Приводит довод о том, что В. признает фактические обстоятельства совершенного преступления, связанного с хищением денежных средств /__/. Несогласие с квалификацией предъявленного обвинения по статье 160 УК РФ не является неустранимым препятствием и не свидетельствует о создании условий для избегания уголовной ответственности за совершенное преступление.

Указывает, что суду первой инстанции были представлены документы, свидетельствующие о возмещении материального ущерба, причиненного /__/ в сумме 3800 000 рублей, то есть более половины суммы причиненного материального ущерба.

Обращает внимание на то, что В. дал полные и развернутые показания по факту совершенного преступления, и своими показаниями изобличил преступную деятельность Б.

Отмечает, что никогда ранее не являлся сотрудником /__/ и не имел к данному /__/ никакого отношения, все свидетели, допрошенные следователем, не могли контактировать с В. в процессе трудоустройства Б. и при последующем получении им денежных средств в качестве заработной платы. Полагает, что при таких обстоятельствах непонятно на кого из участников уголовного судопроизводства и с какой целью В. смог бы оказать давление при условии изменения меры пресечения на домашний арест. На Б. оказать давление не может, поскольку Б. скрылся от органов следствия и какая-либо связь с ним отсутствует, а оказывать давление на М. не имеет смысла, поскольку он с ним не знаком, а доводы о возможности оказать давление на В. не имеют под собой какого-либо смысла, поскольку с ним по уголовному делу идентичная позиция. Считает, что анализ материалов дела, представленных в суд первой инстанции, свидетельствует о том, что у него отсутствует какая-либо необходимость оказывать давление на людей, которые никак не связаны с ним и не изобличают его в совершении инкриминируемого преступления, поскольку изменение показаний данных лиц не может повлечь за собой какого-либо изменения нормального хода расследования уголовного дела или его рассмотрения по существу судом.

Полагает, что в обжалуемом постановлении суд не исследовал и не привел в решении конкретные сведения, подтверждающие доводы следователя об оказании какого-либо воздействия на свидетелей, о попытках скрыться или о наличии таких намерений, не обсудил и в постановлении не указал убедительных мотивов, почему в отношении В. не может быть применена более мягкая мера пресечения.

Просит обжалуемое постановление отменить, избрать в отношении В. иную, более мягкую меру пресечения.

В возражениях на апелляционные жалобы прокурор отдела по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции ФИО1 указывает на необоснованность изложенных в ней доводов, просит оставить постановление без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Заслушав стороны, проверив материалы дела и доводы жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 97 УПК РФ суд вправе избрать подозреваемому, обвиняемому меру пресечения в виде заключения под стражу, если имеются достаточные основания полагать, что тот может скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Согласно ч. ч. 1 и 2 ст. 107 УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении указанных лиц в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществления за ним контроля.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда до 6 месяцев, а в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, в случаях особой сложности уголовного дела, до 12 месяцев.

Как следует из положений ч. 1 ст. 110 УПК РФ, мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. 97 и 99 УК РФ.

Данные требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок продления срока содержания В. под стражей, срока нахождения В. под домашним арестом по настоящему делу не нарушены. Из представленных материалов следует, что ходатайство следователя возбуждено перед судом в рамках уголовного дела, срок предварительного следствия по которому в установленном порядке, с соблюдением требований ст. 162 УПК РФ, продлен до 13 сентября 2025 года, ходатайство внесено в суд следователем с согласия и.о. руководителя следственного органа и отвечает положениям, предусмотренным ст. 109 УПК РФ.

Как видно из представленных материалов, при решении вопроса о продлении срока содержания обвиняемого под стражей суд первой инстанции тщательно исследовал имеющиеся в его распоряжении документы, выслушал участников процесса, учел все данные о личности обвиняемых, имеющие значение при решении вопроса о мере пресечения, а также учел объем процессуальных действий, которые необходимо выполнить по делу, и признал испрашиваемый срок для продления содержания В. под стражей, срока нахождения В. под домашним арестом разумным и обоснованным.

Фактов волокиты, неэффективности организации расследования, судом первой инстанций не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Представленными суду материалами подтверждена обоснованность подозрения в причастности В. и В. к преступлениям, в совершении которых они обвиняются, что усматривается из исследованных судом доказательств.

При этом не могут быть признаны состоятельными доводы стороны защиты относительно квалификации вменных обвиняемым преступных деяний и допустимости имеющихся в материалах дела доказательств, поскольку при продлении срока содержания под стражей, срока нахождения под домашним арестом суд не входит в обсуждение вопросов о доказанности вины обвиняемого и правильности квалификаций его действий, так как они не являются предметом судебной проверки на досудебной стадии производства по уголовному делу.

Судом в полной мере учтены данные о личности В. и В., которые характеризуются положительно, не судимы и социально адаптированы, трудоустроены, имеют регистрацию и место постоянного жительства, а также их возраст и состояние здоровья, семейное положение, то, что В. за достижения в работе поощрялся благодарностями и грамотами, имеет почетный знак, медаль.

Вместе с тем, судом учтено, что В. и В. обвиняются в совершении группой лиц по предварительному сговору тяжкого преступления против собственности, за которое уголовным законом предусмотрено безальтернативное наказание в виде лишения свободы на срок до 10 лет, имеющиеся у обвиняемых прочные социальные связи не обеспечили их должного поведения. При этом В., по версии следователя, в силу своего трудовой деятельности известны личные данные обвиняемых, изобличающих его причастность к инкриминированному деянию, а В., по версии следователя, использовал свое служебное положение в ходе совершения инкриминированных деяний, в силу своего служебного положения руководителя и служебных связей ему известны личные данные обвиняемых и свидетелей, он может оказать давление на лиц, изобличающих его причастность к инкриминированному деянию.

При таких обстоятельствах, суд пришел к обоснованному выводу о том, что В. и В., находясь на свободе, могут оказать давление на обвиняемых и свидетелей, а также скрыться от органов предварительного следствия и суда.

Вопреки доводам апелляционных жалоб адвоката Родченко Е.А., обвиняемого В. согласно положениям закона, для продления срока содержания под стражей, нахождения под домашним арестом необязательно, чтобы были установлены неопровержимые доказательства о намерении обвиняемого продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от следствия и суда, угрожать свидетелям и иным участникам уголовного судопроизводства, достаточно наличия обстоятельств, свидетельствующих о таких возможностях, что и было установлено судом первой инстанции в отношении В. и В.

Выводы суда о необходимости продления срока содержания под стражей в отношении В., нахождения под домашним арестом в отношении В. и невозможности применения в отношении обвиняемых иной, более мягкой, меры пресечения в постановлении суда надлежаще мотивированы и основаны на исследованных в судебном заседании материалах, подтверждающих законность и обоснованность принятого решения, не согласиться с которым у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Вопреки доводам адвоката Родченко Е.А. при принятии судом обжалуемого решения, учитывалась вся совокупность установленных обстоятельств, к которым отнесены не только тяжесть инкриминируемого преступления, но и сведения о личности В., иные значимые обстоятельства. При этом поведение В., последовавшее после избрания ему меры пресечения, в том числе частичное возмещение имущественного ущерба, а также то, что он и В. не предпринимали попыток к оказанию давления на иных участников процесса, о необоснованности принятого судом решения не свидетельствует.

Само по себе окончание предварительного расследования, вопреки доводам стороны защиты, не свидетельствует о том, чтообвиняемые лишены возможности воспрепятствовать производству по делу, поскольку собранные по делу доказательства подлежат проверке и оценке судом при рассмотрении уголовного дела по существу.

Избрание в отношении ряда обвиняемых иных, более мягких мер пресечения, свидетельствует об индивидуальном подходе к вопросу о мере пресечения на досудебной стадии производства по делу, но само по себе не является безусловным основанием для изменения меры пресечения в отношении обвиняемых В. и В.

Данных о наличии у кого-либо из обвиняемых заболеваний, входящих в Перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утвержденный Постановлением Правительства РФ от 14 января 2011 года № 3, в материалах дела не имеется, документального подтверждения невозможности их содержания в следственном изоляторе, под домашним арестом по состоянию здоровья суду не представлено.

Постановление суда первой инстанции соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ и основано на объективных данных, содержащихся в материалах дела.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение постановления, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Октябрьского районного суда г. Томска от 07 августа 2025 года в отношении В. о продлении срока содержания под стражей и В. о продлении срока домашнего ареста оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвоката Родченко Е.А., и обвиняемого В. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий