Апелляционное определение № 33-2084/2026 от 21 апреля 2026 г.

Судья Пичурина О.С. УИД 39RS0001-01-2025-004985-71

Дело №2-4944/2025


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е



№ 33-2084/2026
22 апреля 2026 года
г. Калининград
Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда в составе:

председательствующего: Алферовой Г.П.

судей: Куниной А.Ю., Жестковой А.Э.

при секретаре: Полежаевой Е.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя истца ФИО2 – ФИО3 на решение Ленинградского районного суда г. Калининграда от 16 декабря 2025 г. по исковому заявлению ФИО2 к акционерному банку «ТБанк», акционерному обществу «ОТП Банк», акционерному обществу «Т-Страхование» об оспаривании договоров, возложении обязанностей, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Алферовой Г.П., объяснения ФИО2 и ее представителя ФИО3, поддержавших доводы жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась в суд с иском к АО «ТБанк», АО «ОТП Банк», АО «Т-Страхование» о признании кредитных договоров, заключенных в результате преступных действий, недействительными (ничтожными) сделками и внесении изменений в кредитную историю, возмещении суммы перевода денежных средств, произведенной без добровольного согласия клиента, компенсации морального вреда, указав, что 9 марта 2025 года неустановленное лицо путем незаконного осуществления удаленного доступа к функциям принадлежащего ей мобильного устройства через мобильные приложения банков заключило с АО «ТБанк» договор потребительского кредита <***> на сумму 336 000 руб. и договор присоединения к программе страховой защиты заемщиков Банка с АО «Т-Страхование», а также с АО «ОТП Банк» кредитный договор <***> на сумму 711 600 руб.

В этот же день неустановленное лицо совершило переводы денежных средств на общую сумму 600 000 руб. из АО «ОТП Банк» на счет истицы в ПАО Сбербанк, после чего со счетов истицы был совершен перевод на счет получателя ФИО4 в сумме 295 000 руб. и неустановленных лиц. Также со счета АО «ТБанк» кредитные средства в сумме 295000 руб. были переведены на счет получателя ФИО4 в АО «Райффайзенбанк», а затем третьему лицу.

После обнаружения преступных действий неустановленного лица 9 и 10 марта 2025 г. истица обратилась в органы полиции с заявлением о возбуждении уголовного дела.

Ссылаясь на то, что договоры были заключены неустановленным лицом, путем несанкционированного удаленного доступа к ее мобильному устройству, то есть в отсутствие ее волеизъявления, при этом данные операции по кредитованию и переводу денежных средств на счета третьих лиц совершены в кратчайшее время и являлись нетипичными для нее, сопровождались переадресацией звонков, смс-сообщений банков, истица просила признать недействительными (ничтожными): 1) кредитный договор <***> от 09.03.2025, заключенный от ее имени с АО «ТБанк», по которому выдан заем в размере 336 000 руб.; 2) согласие (договор) от 09.03.2025 присоединения к программе страховой защиты заемщиков банка» АО «Т- Страхование»; 3) договор <***> от 09.03.2025, заключенный от ее имени с АО «ОТП Банк», по которому выдан заем в размере 711 600 руб.; 4) обязать АО «ТБанк» аннулировать в ее кредитной истории сведения о займе, оформленном 09.03.2025 по кредитному договору <***>; 5) обязать АО «ОТП Банк» аннулировать в кредитной истории сведения о займе, оформленном 09.03.2025 по кредитному договору <***>; 6) применить последствия недействительности ничтожных сделок (двустороннюю реституцию); 7) взыскать с АО «ТБанк» и АО «ОТП Банк» компенсацию морального вреда в размере по 100 000 руб. с каждого.

Решением Ленинградского районного суда г. Калининграда от 16 декабря 2025 года исковые требования ФИО2 к АО «ТБанк», АО «ОТП Банк», АО «Т-Страхование» о признании кредитных договоров, заключенных в результате преступных действий, недействительными (ничтожными) сделками и внесении изменений в кредитную историю, возмещении суммы переводов денежных средств, произведенных без добровольного согласия клиента, компенсации морального вреда оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе представитель ФИО2 – ФИО3 просит решение суда отменить, вынести новое об удовлетворении требований. Указывает, что судом неверно распределено бремя доказывания по делу между сторонами, поскольку при споре о дистанционно оформленных кредитах бремя доказывания надлежащего заключения договора и получения осознанного согласия заемщика лежит на кредитной организации, а не на истце. Обращает внимание на то, что судом не дано надлежащей оценки доводам о том, что истцом не совершались действия по заключению кредитных договоров с АО «ТБанк» и АО «ОТП Банк», поскольку эти действия были совершены иными лицами. Судом не принято во внимание, что ФИО2 не имела намерений заключать кредитные договоры, денежными средствами не пользовалась. Нормы материального права о том, что финансовые риски возлагаются на банки, как на профессиональных участников в сфере потребительского кредитования, суд не применил. Суд, делая вывод о том, что договоры заключила истица, ограничился формальной проверкой соблюдения внутренних процедур банками, однако не исследовал, отвечают ли установленные Банками условия ДБО нормам права, обеспечивающим защиту прав потребителей и придание электронной сделке юридической силы. Считает, что Банки не предоставили суду доказательств реальной передачи кредитных средств заемщику. Обращает внимание, что в нарушение Правил дистанционного банковского обслуживания при заключении договора с АО «ОТП Банк» последним не направлялся смс-код на номер телефона истца, а было направлено лишь пуш-сообщение в мобильном приложении, что не является аналогом электронной подписи клиента. Таким образом, письменная форма заключения кредитного договора <***> от 09.03.2025 с АО «ОТП Банк» не соблюдена, чему судом никакая оценка не дана. Относительно договора с АО «ТБанк» указывает, что банк перечислил денежные средства на счет истца до заключения кредитного договора и согласования индивидуальных условий займа, в частности, в 05.06 час было направлено смс–сообщение об одобрении кредита и в это же время зачислены 336000 руб., и только в 05.06.46 было направлено сообщение «подпишите документы и получите кредит». Согласно представленной АО «ТБанк» выгрузке сообщений, в адрес истца не направлялось смс-сообщение с кодом для подписания договора займа электронной цифровой подписью. Настаивает на том, что суд пришел к незаконному выводу о соблюдении банками процедуры идентификации и аутентификации истицы, как клиента банков, а также процедуры заключения договоров потребительского кредита, формирования электронной подписи заемщика. Таким образом в результате недобросовестных действий ответчиков истице причинен вред, выразившийся в возложении на нее долговых обязательств по кредитным договорам, которые она не заключала. Указывает, что суд оставил без внимания правовой подход, изложенный в Определении Конституционного Суда РФ от 13.10.2022 № 2559-О, согласно которому факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных средств в пользу третьего лица, является основанием для принятия банками повышенных мер предосторожности при дистанционном оформлении кредитного договора. Оспаривает вывод суда о том, что у банков отсутствовали основания для отказа или приостановления исполнения поручения клиента. Полагает, что ответчиками не было предпринято необходимых мер по пресечению незаконных действий мошенников, банки не удостоверились в том, что волеизъявление на переводы денежных средств исходило не от ФИО2, и не приостановили такие банковские распоряжения на переводы денежных средств. Вопреки выводу суда, совершенные от имени истицы операции, являлись «нетипичными», так как ранее для нее такая интенсивность операций в ночное время (частые переводы по 100 000 руб.) была нехарактерной, также она не переводила своему сыну значительные суммы. Ссылка суда на то, что заемные средства были переведены между счетами самой истицы, также не может служить достаточным обоснованием для не признания переводов «подозрительными», поскольку исходя из позиции Банка России, последний намерен включить крупные переводы между собственными счетами в обновленный перечень мошеннических признаков. Продолжает настаивать на том, что в нарушение положений Закона о национальной платежной системе, не убедившись в безопасности оказываемой услуги, банки неправомерно выдали кредиты и впоследствии совершили операции по переводу вышеуказанных денежных средств, неустановленным лицам. Кроме того, кредитными организациями не были направлены ФИО2 уведомления о совершении переводов без согласия клиента. Считает, что суд допустил нарушение норм процессуального права, выразившееся в необоснованном, немотивированном отклонении отвода суду, а также в не установлении данных о получателях денежных средств и не привлечении их к участию в деле.

В судебное заседание ответчики АО «ТБанк», АО «ОТП Банк», АО «Т-Страхование», третьи лица АО «Райффайзенбанк», ПАО Сбербанк, ФИО4 не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежаще, с заявлением об отложении судебного заседания не обращались, в связи с чем суд апелляционной инстанции, руководствуясь ч. 3 ст. 167, ч. 1, 2 ст. 327 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции с учетом доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия находит его подлежащим оставлению без изменения.

Из материалов дела следует что ФИО5 является ФИО13 АО «ТБанк» с ДД.ММ.ГГГГ. с ней заключен договор расчетной карты №, а также ДД.ММ.ГГГГ – договор кредитной карты №, составными частями данных договоров являются Условия комплексного банковского обслуживания физических лиц. При оформлении договора ДКБО ФИО13 предоставлен номер телефона +№.

9 марта 2025 г. в 05.04 мск. в личном кабинете истца мобильного приложения АО «ТБанк» размещено заявление-анкета о заключении универсального договора на условиях, указанных в настоящем заявлении, Условиях комплексного банковского обслуживания, а также заявка на дополнительные продукты, в которой выражено согласие на участие в Программе страховой защиты заемщиков Банка стоимостью в размере 1680 руб. в месяц в качестве застрахованного лица.

Банком в 05.05.13 было направлено сообщение «Вам одобрен кредит до 336000 руб. на срок до 60 мес. подберите срок и финальную сумму»; в 05.06.48 направлено смс-сообщение «подпишите документы и получите деньги по кредиту»; в 05.20.59 отправлено смс-сообщение «отправили документы по кредиту на ваш e-mail». Денежные средства в 05.05.59 были зачислены на счет истца № 40817810700051477747, открытый в рамках договора расчетной карты № 5575505978.

Таким образом, 9 марта 2025 г. между АО «ТБанк» и ФИО2 был заключен кредитный договор <***>, согласно которому заемщику предоставлен кредит на сумму 336 000 руб. на срок 60 месяцев под 42,90%, а заемщик обязался погашать его и уплачивать проценты за пользование ежемесячными платежами в размере 15890 руб., в том числе 1680 руб. в качестве платы за дополнительную услугу, указанную в заявке.

Между АО «Т-Банк» и АО «Т-Страхование» (страховщик) заключен Договор коллективного страхования от несчастных случаев и болезней заемщиков кредита КД - 0913 от 04.09.2013, в рамках которого Банк является страхователем, клиенты банка, согласившиеся на подключение к Договору коллективного страхования, являются застрахованными лицами. При присоединении к Программе страховой защиты клиенту выдаются Условия страхования по Программе страховой защиты заемщиков банка.

В рамках вышеуказанного кредитного договора истица была включена в Программу страховой защиты заемщиков банка

Из ответа страховой компании АО «Т-Страхование» следует, что ФИО2 не обращалась к страховщику с требованием об исключении из Программы страхования.

Из выписки по счету ФИО5 № в АО «ТБанк» следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 05.12 денежные средства из суммы кредита в размере 295000 переведены по номеру телефона + № получатель – ФИО1 (сын истицы), на принадлежащий ему банковский счет № в АО «Райффайзенбанк».

09 марта 2025 г. в 05.12 денежные средства в размере 271500 руб. с вышеуказанного счета сына истицы ФИО4 в АО «Райффайзенбанк» были перечислены по номеру телефона получателю Ивану Валентиновичу С.

Коме того, с 14 января 2025 г. ФИО2 является клиентом с АО «ОТП Банк» на основании договора дистанционного комплексного банковского обслуживания физического лица, при оформлении которого использован номер телефона <***>.

9 марта 2025 г. в личном кабинете истца в мобильном приложении АО «ОТП Банк» была размещена заявка на получение кредита, в 03.09 мск. посредством смс-сообщения на номер телефона <***> направлен код 7936 - для подписания согласия на обработку персональных данных и запроса в БКИ, который был введен в личном кабинете. После чего в 03.09 Банк направил push- сообщение « Екатерина Федоровна, ваша заявка одобрена. Ознакомиться с условиями и выбрать удобный вариант кредита вы можете в личном кабинете», в 3.11 - push- сообщение «код для подписания 0994», в 3.11 push- сообщение – «кредит <***> оформлен. Документы по кредиту и уведомление о возможности отказа от сервисов и услуг до 08.04.2025 г. доступны по ссылке…» (л.д. 21 т. 2).

В соответствии с Индивидуальными условиями договора потребительского кредита <***> от 09.03.2025, заключенного между АО «ОТП Банк» и ФИО2, Банк предоставил заемщику кредит в размере 711 600 руб. на срок до 07.03.2030 г. под 35,90%, а заемщик обязался его погашать ежемесячными платежами в размере 21389 руб. Условиями данного договора предусмотрена дополнительная услуга «Ваша выгодная ставка», комиссия за подключение которой составила 111600 руб.

В рамках указанного договора АО «ОТП Банк» открыт заемщику счет №, на который ДД.ММ.ГГГГ в 03.11 час зачислены кредитные средства в размере 600000 руб. В период с 3.17 до 4.10 час. шестью переводами по 100000 руб. каждый денежные средства на общую сумму 600000 руб. были переведены по СБП между своими счетами по номеру телефона <***> на счет ФИО5 № в ПАО Сбербанк.

В дальнейшем с указанного выше счета в ПАО Сбербанк денежные средства на общую сумму 300000 руб. были переведены на счет истицы в АО «Райффайзенбанк», а 300000 руб. остались на счете в ПАО Сбербанк.

Со счета ФИО6 в АО «Райффайзенбанк» 9 марта в 04.05 мск. денежные средства в сумме 295000 руб. были переведены по СБП на номер телефона <***> Кириллу Антоновичу К.

10 марта 2025 г. в СО ОМВД России по Ленинградскому району г. Калининграда возбуждено уголовное дело № по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, по факту того, что 09.03.2025 в период времени с 02.00 часов до 05.00 часов неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, неустановленным способом оформило на имя ФИО2 кредиты различными суммами, а в последующем неустановленным способом перевело на различные счета денежные средства в сумме 671 500 рублей, тем самым похитив их. ФИО2 признана потерпевшей по данному уголовному делу. Производство по нему приостановлено на основании п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ.

Разрешая спор, суд обоснованно исходил из того, что ФИО2 являлась клиентом АО «ТБанк» и АО «ОТП Банк», ранее при принятии на банковское обслуживание банками надлежащим образом была произведена идентификация и аутентификация истицы, предоставлен доступ к дистанционному обслуживанию по зарегистрированному номеру телефона <***>, а поскольку 9 марта 2025 г. вход в мобильные приложения данных Банков был произведен с использованием персональных средств доступа с принадлежащего ФИО2 мобильного устройства iPhone, используемого ею с 09.04.2024 г. с характерного IP адреса данного устройства, при этом кредитные договоры были подписаны простой электронной подписью ФИО2, сформированной в соответствии с условиями договоров банковского обслуживания ( в АО «ТБанк» путем нажатия кнопки «подтвердить», в АО «ОТП Банк» - путем ввода кода, направленного push- сообщением в личный кабинет истицы), то есть идентификация ФИО2, как клиента банка, была произведена корректно, то оснований ставить под сомнение волеизъявление последней на заключение кредитных договоров, у ответчиков не имелось, в связи с чем суд пришел к верному выводу о том, что заключенные 9 марта 2025 года кредитные договоры <***> с АО «ТБанк» и <***> с АО «ОТП Банк» соответствуют требованиям ст.ст. 420, 153, п. 1 ст. 160, 819, 820 ГК РФ, ст. 5 Федерального закона РФ от 21.12.2013 г. № 353-ФЗ «О потребительском займе», и предусмотренных ст.168 ГК РФ оснований для признания их недействительными, не имеется.

Правильными являются и выводы суда о том, что поскольку операции по переводу кредитных средств со счета ФИО2 в АО «ОТП Банк» на свой счет в ПАО Сбербанк, а со счета в АО «ТБанк» - на счет своего сына ФИО4, были совершены с мобильного устройства ФИО2 путем самостоятельного входа в мобильные приложения Банков, а также последующего самостоятельного ввода номеров телефонов получателей (как своего собственного номера + 7 909 551 94 88, так и номера своего сына + <***>), с указанием суммы перевода по каждой операции, при этом все операции были подтверждены истицей путем нажатия кнопки «подтвердить», о списаниях денежных средств по каждой операции, то есть уменьшении остатка денежных средств на счетах, истица была уведомлена банками незамедлительно PUSH уведомлениями, то действия ответчиков соответствовали требованиям ст.ст. 845, 847, 854 ГК РФ, оснований к отказу в совершении данных операций, как подозрительных, у банков не имелось, при этом сами по себе указанные действия АО «ТБанк» и АО «ОТП Банк» не состоят в причинной связи с причиненным истице имущественным ущербом.

Доводы жалобы о недоказанности факта заключения кредитных договоров лично самой ФИО2 и наличии ее волеизъявления на совершение данных сделок, а также оспариваемых переводов денежных средств по своим банковским счетам, не могут быть признаны состоятельными.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли. (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

Как установлено п. 1 ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. (п. 2 ст. 168 ГК РФ).

Кредитный договор должен быть заключен в письменной форме (ст. 820 ГК РФ).

Согласно п. 2 ст. 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

Специальные требования к предоставлению потребителю полной, достоверной и понятной информации, а также к выявлению действительного волеизъявления потребителя при заключении кредитного договора установлены Федеральным законом от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (части 1, 3, 4 статьи 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заёмщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита, порядок, способы и срок его возврата, процентную ставку, обязанность заемщика заключить иные договоры, услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (части 1 и 9 статьи 5).

Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного Федерального закона.

В соответствии с п. 2 ст. 5 Федерального закона «Об электронной подписи» от 06.04.2011 г. № 63-ФЗ простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей и иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

Из п. 2.4 УКБО АО «ТБанк» следует, что универсальный договор заключается путем акцепта Банком оферты, содержащейся в Заявке в составе Заявления-Анкеты. Акцептом является совершение Банком следующих действий, свидетельствующих о принятии банком такой оферты:

- для Договора вклада (Договора накопительного счета) - открытие Счета вклада/Накопительного счета и зачисление на него денежных средств;

- для Договора расчетной карты (Договора счета) - открытие Картечета (Счета) и отражения Банком первой операции по Картсчету (Счету):

- для Договора кредитной карты - активация Кредитной карты или получение Банком первого реестра операций;

- для Кредитного договора - зачисление Банком суммы Кредита на Счет.

Для заключения отдельных Договоров в рамках уже заключенного Универсального договора Клиент предоставляет в Банк Заявку, оформленную, в том числе, через каналы дистанционного обслуживания с использованием Аутентификационных данных, Кодов доступа и/или подписанную Простой электронной подписью в порядке, определяемом настоящими Условиями. Введение (сообщение Банку) Клиентом Аутентификационных данных, Кодов доступа при оформлении Заявки и/или предоставление Банку Заявки, подписанной Простой электронной подписью, означает заключение между Банком и Клиентом Договора на условиях, изложенных в Заявке и соответствующих Общих условиях, в том числе, если речь идет о Кредитном договоре, Договоре кредитной карты или Договоре счета, по которому предоставляется Разрешенный овердрафт, подтверждение Клиентом на соответствующую дату того, что ему предоставлены индивидуальные условия договора и понятна информация о полной стоимости кредита. При этом, реквизиты заключенного Договора, в том числе реквизиты Счета, могут быть предоставлены Клиенту через каналы дистанционного обслуживания (п. 2.7).

В разделе 1 УКБО указано, что Простая электронной подпись – это подпись, которая посредством использования кодов или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи клиентом.

В силу п. п. 2.16.1 - 2.16.3 простая электронная подпись может быть использована Клиентом для подписания электронных документов, в том числе для подписания в электронной форме Заявки и/или Заявления-Анкеты, включая индивидуальные условия договора, с целью заключения Договора и/или иных соглашений с Банком и/или его Партнерами, а также для подписания соглашений с Банком об обеспечении исполнения обязательств Клиента и/или юридического лица перед Банком, в котором Клиент действует в качестве единоличного исполнительного органа. Банком самостоятельно определяется перечень электронных документов, которые могут быть подписаны Клиентом Простой электронной подписью.

Простая электронная подпись содержит сведения о Клиенте (фамилию, имя и отчество) и дате подписания Электронного документа и удостоверяет факт формирования и подписания Клиентом документа в электронном виде посредством использования Клиентом ключа Простой электронной подписи. Ключ Простой электронной подписи представляет собой сгенерированный Банком одноразовый буквенно-числовой код или Код доступа. При этом, Ключ Простой электронной подписи направляется Банком на Абонентский номер при соблюдении его конфиденциальности после проведения аутентификации Клиента, в том числе посредством установления факта корректного ввода Клиентом Аутентификационных данных через Дистанционное обслуживание или предъявления Клиентом представителю Банка документа, удостоверяющего личность.

Как указано выше, 9 марта 2025 г в 05.04.23 был осуществлен вход в личный кабинет ФИО2 посредством мобильного приложения АО «ТБанк», установленного на принадлежащем ей мобильном устройстве с IP-адреса 185.113.208.21, соответствовавшего городу проживания истца (г. Калининград). Для авторизации в личном кабинете АО «ТБанк» был использован Face-ID (сканирование формы лица). В рамках данной сессии истица обратилась с заявкой на заключение кредитного договора <***>.

В 05.05.13 час. на номер телефона истицы <***> АО «ТБанк «направил смс-сообщение «Вам одобрен кредит до 336000 руб. на срок до 60 мес, подберите срок и финальную сумму». После одобрения заявки кредитный договор был показан истцу в мобильном приложении, а также сообщено, что путем нажатия кнопки «Активировать кредит» подтверждается согласие на заключение договора, что является его Простой электронной подписью (ПЭП).

Договор считается заключенным с момента зачисления Банком суммы кредита на счет истицы №, которая, как указано выше, была зачислена 9 марта 2025 г. в 05.05.59 (мск).

В 05.06.00 Банк направил смс-сообщение на номер телефона истицы «пополнение счета, кредит сумма 336000 руб. доступно», в 05.06.48 направлено смс-сообщение «подпишите документы и получите деньги по кредиту»; в 05.20.59 отправлено смс-сообщение «отправили документы по кредиту на ваш e-mail». (л.д. 181 т. 2)

Таким образом, само по себе то обстоятельство, что код для подписания кредитного договора не направлялся банком на номер телефона истца, а подписание последнего было произведено путем нажатия кнопки «Активировать кредит», не свидетельствует о недоказанности факта заключения кредитного договора ФИО2 посредством подписания простой электронной подписью, и несоблюдения простой письменной формы договора, на чем ошибочно настаивает податель жалобы.

Поскольку первоначально истица ознакомилась с условиями кредитного договора, размещенного в мобильном приложении, затем подписала его, используя кнопку «Активировать кредит», после чего денежные средства были зачислены на счет, довод жалобы о том, что денежные средства были зачислены до заключения кредитного договора, является несостоятельным.

Поступление смс-сообщений от АО «ТБанк» на телефон ФИО2 09.03.2025 в 05:05:14, 05:05:15, 05:06:02, 05:06:48, 05:21:00, а также предоставление Интернет-трафика подтверждено детальной расшифровкой (л.д. 39 т. 1, л.д. 181 т. 2).

Вход в мобильное приложение АО «ТБанк» совершен с характерного для истца IP-адреса 185.113.208.21, что подтверждается отчетом (л.д. 204 т. 1).

По сообщению ООО «Т2 Мобайл» № по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован за истицей, услуга «переадресация смс» не была подключена, переадресация вызовов на другие номера не зафиксирована.

С учетом изложенного судебная коллегия соглашается с выводом суда о том, что при заключения кредитного договора <***> от 09 марта 2025 г. между АО «ТБанк» и ФИО7 письменная форма соблюдена, при этом последняя до его подписания была полностью ознакомлена со всеми его существенными условиями.

Вопреки утверждению подателя жалобы, письменная форма при заключении кредитного договора между истицей и АО «ОТП Банк» также соблюдена, равно как и установленная договором на банковское обслуживание процедура.

Согласно Разделу 1 Правил дистанционного комплексного банковского обслуживания физических лиц в АО «ОТП Банк» АСП Клиента – аналог собственноручной подписи Клиента, удостоверяющий факт составления и подписания электронного документа (распоряжения), передаваемого в Банк от имени Клиента посредством канала доступа Мобильный Банк. В качестве АСП Клиента в целях договора ДКБО используются в рамках системы Мобильный Банк – Коды. АСП Клиента является простой электронной подписью Клиента.

Код – автоматически генерируемая Банком и известная только Клиенту уникальная последовательность цифровых символов, направленная Клиенту на зарегистрированный номер в виде сообщения, отправленного по любому каналу (смс, push- и др.), и используемая клиентом в качестве АСП Клиента при подписании и передаче электронных документов (распоряжений) в Банк через канал доступа Мобильный Банк.

После прохождения Клиентом процедуры генерации ФИО8, Пароля и первого входа в Систему Мобильный Банк Клиент может использовать облегченный вход в Систему Мобильный Банк посредством генерации упрощенного кода идентификации и аутентификации и (или) использования стандартных средств идентификации и аутентификации, предусмотренных производителем смартфона (отпечатка пальца руки по технологии TouchID или биометрии лица по технологии FaceID).

Согласно п. 4.1.6 Правил через канал доступа Мобильный Банк Клиент имеет возможность подавать на рассмотрение Банка заявки на выпуск карты (кредитной, дебетовой), заявки на получение кредита и т.д.

В соответствии с п. 4.8.2 Правил клиент создает и отправляет в Банк заявку на заключение кредитного договора через канал доступа Мобильный Банк, в которой заполняются поля: сумма кредита, срок и т.д. Также клиент имеет право добровольно подключить дополнительные услуги, для чего клиенту предоставляется ссылка на раздел сайта, в котором содержатся условия предоставления услуги и тарифы. На экранной электронной форме проставляется решение о согласии /несогласии путем проставления отметки напротив каждого поля: на обработку персональных данных, запрос кредитной истории. В целях дополнительного подтверждения Клиентом данных действий Банк направляет код на зарегистрированный номер Клиента, который последний должен ввести для подтверждения согласия (несогласия).

Согласно п. 4.8.4 Правил при принятии Банком на основе кредитной заявки положительного решения через канал Мобильный Банк формируется и выводится на экран электронная форма «Индивидуальные условия договора», «Общие условия кредитования», что означает предложение (оферту) Банка Клиенту заключить кредитный договор на условиях, изложенных в экранной форме «Индивидуальных условий» и Общих условий кредитования.

В целях принятия (акцепта) Клиентом Предложения Банка, последний направляет клиенту код на зарегистрированный им номер.(п. 4.8.5).

В соответствии с п. 4.8.7 Правил для принятия (акцепта) Клиентом Предложения Банка Клиент должен ввести код и (или) нажать кнопку подтверждения получения кредита в экранной форме «Индивидуальные условия».

Введение Клиентом Кода и нажатие кнопки подтверждения получения Кредита в экранной форме «Индивидуальные условия» означает заключение между Банком и Клиентом кредитного договора на условиях, изложенных в Предложении (п. 4.8.8 Правил).

Предложение считается отозванным Банком в случае, если Клиент, не приняв Предложение, перешел в иной раздел системы Мобильный Банк либо вышел и нее или не ввел Код в экранной форме личного кабинета (п. 4.8.9.)

Согласно п. 4.8.10 Экранная форма «Индивидуальные условия» признается сторонами и является электронным документом, направляемым Банком Клиенту, и в случае согласия Клиента с Предложением, в нем изложенным – электронным документом, подписываемым АСП Клиента и направляемым Клиентом обратно в Банк. Стороны признают, что передаваемые им в соответствии с настоящим разделом Правил ДКБО электронные документы удовлетворяют требованию заключения сделки в простой письменной форме и влекут юридические последствия, аналогичные последствиям, порождаемым сделками, заключенными путем подписания документов при физическом (взаимном) присутствии лиц, совершающих сделку; равнозначны по своей юридической и доказательственной силе аналогичным по смыслу и содержанию документам на бумажном носителе, составленным и подписанным собственноручными подписями сторон, и являются основанием для заключения сторонами сделок; не могут быть оспорены или отрицаться сторонами или быть признаны недействительными только на том основании, что они переданы в Банк с использованием Системы Мобильный Банк.

Как указано выше, 9 марта 2025 г. после размещения в личном кабинете истицы в мобильном приложении АО «ОТП Банк» заявки на получение кредита в 03.09 мск. Банк посредством смс-сообщения на номер телефона <***> ФИО2 направил код 7936 - для подписания согласия на обработку персональных данных и запроса в БКИ, который был введен в личном кабинете. В дальнейшем в 03.10 Банк направил push- сообщение «Екатерина Федоровна, ваша заявка одобрена. Ознакомиться с условиями и выбрать удобный вариант кредита вы можете в личном кабинете», в 3.11 - push- сообщение «код для подписания договора 0994. Не сообщайте его никому», в 3.11 push- сообщение – «кредит <***> оформлен. Документы по кредиту и уведомление о возможности отказа от сервисов и услуг до 08.04.2025 г. доступны по ссылке…» (л.д. 21 т. 2).

С учетом приведенных выше условий Правил ДКБО письменная форма заключения кредитного договора АО «ОТП Банк» соблюдена, поскольку введение кода из push- сообщения, вопреки утверждению подателя жалобы, приравнивается к простой электронной подписи ФИО2

Ссылка в жалобе на то, что законом прямо не урегулирован такой способ обмена данными между Банком и Клиентом как push-уведомление, не опровергает правильность вышеуказанных выводов, поскольку такая форма взаимодействия прямо предусмотрена условиями договора дистанционного банковского обслуживания, заключенного между ФИО2 и АО «ОТП Банк».

Само по себе то обстоятельство, что смс-сообщение направляется на номер телефона Клиента, а push-уведомление – отражается в браузере мобильного приложения, установленного на смартфоне, в котором установлена сим-карта с данным номером телефона, не свидетельствует о неравноценности указанных способов уведомлений Банка Клиента, при том, что как в первом, так и во втором случае, полученный из смс- или push-уведомления Код должен быть введен Клиентом в личном кабинете Мобильного Банка.

Таким образом, ответчики убедились в том, что заявления на оформление кредита, их подписание простой электронной подписью и последующие операции были произведены клиентом банков ФИО2, а не посторонним лицом, поскольку в заявлениях-анкетах на кредит были указаны её персональные данные, вход в мобильное приложение был осуществлен с находящегося в её пользовании мобильного устройства, с которого всегда осуществлялся вход в мобильные приложения путем ввода логинов и паролей, созданных в качестве идентификатора для входа в данные системы, смс-сообщения с кодом подтверждения и Push-уведомления направлялись на принадлежащий истице номер мобильного телефона, привязанный к мобильному банку.

Как предусмотрено ч. 6 ст. 7 Закона о потребительском займе, договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств.

Выписками по счетам подтверждается факт зачисления кредитных средств на счета ФИО9 в АО «ТБанк» и в АО «ОПТ Банк», которые в последующем были переведены через СБП по номеру телефона сыну, и по номеру своего телефона на свой счет в ПАО Сбербанк, соответственно. Данные операции совершены в Мобильном Банке путем использования кнопки подтверждения операции перевода, что прямо предусмотрено условиями ДКБО.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о том, что действия ответчиков по идентификации, аутентификации ФИО2, как клиента банков, заключению с ней кредитных договоров и выполнению ее распоряжений по переводу денежных средств, соответствовали требованиям ст.ст. 845, 847, 854 ГК РФ, Федерального закона от 27.06.2011 г. № 161-ФЗ «О национальной платежной системе», Закона о защите прав потребителей, а также условиям договоров на комплексное банковское обслуживание, и вопреки утверждению подателя жалобы, данные действия не состоят в причинно-следственной связи с возникшими у истицы убытками.

С учетом изложенного судебная коллегия соглашается с выводом суда о доказанности наличия волеизъявления истицы на заключение кредитных договоров, а также самостоятельности предпринятых ею действий, направленных на получение и распоряжение кредитными средствами.

В силу п. 1, 3, 5 ст. 14 Закона РФ «О защите прав потребителей» вред, причинённый жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие недостатков услуги, подлежит возмещению исполнителем. Исполнитель освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинён вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования услуги.

Согласно ч. 15 ст. 9 Федерального закона от 27 июня 2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» в случае, если оператор по переводу денежных средств исполняет обязанность по уведомлению клиента - физического лица о совершенной операции в соответствии с частью 4 настоящей статьи и клиент - физическое лицо направил оператору по переводу денежных средств уведомление в соответствии с частью 11 настоящей статьи, оператор по переводу денежных средств должен возместить клиенту сумму указанной операции, совершенной без согласия клиента до момента направления клиентом - физическим лицом уведомления. В указанном случае оператор по переводу денежных средств обязан возместить сумму операции, совершенной без согласия клиента, если не докажет, что клиент нарушил порядок использования электронного средства платежа, что повлекло совершение операции без согласия клиента - физического лица.

На основании п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Применительно к вышеуказанным нормам права требование о возмещении вреда может быть удовлетворено при наличии в совокупности условий: факта причинения вреда, противоправного поведения (действия, бездействия) причинителя вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением и наступившим вредом, вины причинителя вреда.

Как указано выше, все операции по переводу денежных средств как между своими счетами, так и третьему лицу (сыну) были совершены с использованием установленных на мобильном устройстве истицы мобильных приложений банков, операции переводов подтверждены способами, предусмотренными условиями ДКБО, при этом обо всех проведенных операциях, а также об остатке денежных средств на счетах по результатам их проведения, банки последовательно уведомляли истицу путем направления PUSH сообщений, что подтверждается выгрузкой истории сообщений (л.д. 21 т. 2, л.д. 39 об. т. 1).

Таким образом, причинно-следственная связь между действиями ответчиков по проведению операций, инициированных вследствие действий истицы, и возникновением у нее убытков, отсутствует.

Довод жалобы о том, что оспариваемые операции отвечали критериям подозрительных, и банки обязаны были их приостановить, является несостоятельным.

Так, согласно п. 2 ст. 848 ГК РФ законом могут быть предусмотрены случаи, когда банк обязан отказать в зачислении на счет клиента денежных средств или их списании со счета клиента.

В соответствии с ч. 5.1 ст.8 Федерального закона от 27.06.2011 г. № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» оператор по переводу денежных средств при выявлении им операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, обязан до осуществления списания денежных средств с банковского счета клиента на срок не более двух рабочих дней приостановить исполнение распоряжения о совершении операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента. Признаки осуществления перевода денежных средств без согласия клиента устанавливаются Банком России и размещаются на его официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".

Приказом Банка России от 27 июня 2024 г. N ОД-1027 установлены признаки осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, а именно без согласия клиента или с согласия клиента, полученного под влиянием обмана или при злоупотреблении доверием.

В частности, к таким признакам отнесены: 1) совпадение информации о получателе средств с информацией из базы данных о случаях и попытках осуществления переводов денежных средств без добровольного согласия клиента, формирование и ведение которой осуществляются Банком России; 2) совпадение информации о параметрах устройств, с использованием которых осуществлен доступ к автоматизированной системе, программному обеспечению в целях осуществления перевода денежных средств, с информацией о параметрах устройств, полученной из базы данных; 3) несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции; место осуществления операции; устройство, с использованием которого осуществляется операция, и параметры его использования; сумма осуществления операции; периодичность (частота) осуществления операций; получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности); 4) совпадение информации о получателе средств (в том числе его электронном средстве платежа) с информацией о получателе средств (в том числе его электронном средстве платежа), ранее включенном во внутренние перечни (при наличии) оператора по переводу денежных средств в качестве получателя средств по переводам денежных средств без добровольного согласия клиента; 5) совпадение информации о получателе средств с информацией о получателе средств (в том числе его электронном средстве платежа), совершившем противоправные действия, связанные с осуществлением перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, в связи с чем в отношении такого получателя средств возбуждено уголовное дело (подтвержденное документально); 6) наличие информации: о выявленной в рамках реализации мероприятий по противодействию осуществлению переводов денежных средств без добровольного согласия клиента, предусмотренных частью 4 статьи 27 Федерального закона от 27 июня 2011 года N 161-ФЗ "О национальной платежной системе", операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, в том числе информации, полученной от оператора по переводу денежных средств, обслуживающего получателя средств; о несоответствии характера совершаемых клиентом телефонных переговоров с использованием абонентского номера подвижной радиотелефонной связи при осуществлении операций либо перед их осуществлением (периодичность (частота), продолжительность телефонных переговоров) телефонным переговорам, обычно совершаемым клиентом, а также о нетипичности получаемых сообщений (увеличение количества получаемых сообщений с новых абонентских номеров или от новых адресатов), в том числе в мессенджерах и (или) по электронной почте, от оператора связи, владельцев мессенджеров, владельцев сайтов в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" и (или) иных юридических лиц.

Как указано выше, 9 марта 2025 г. в 05.12 со счета ФИО2 в № в АО «ТБанк» кредитные средства в сумме 295000 переведены по номеру телефона + <***>, получатель – ФИО4 (сын истицы).

Вышеуказанный перевод не подпадал под признаки подозрительного, поскольку АО «ТБанк» представлена выписка по счету истицы за период с 25.10.2022 г. по 09.03.2025 г., из которой следует, что истица неоднократно перечисляла по номеру телефона своего сына на открытый ему в АО «Райффайзенбанк» счет денежные средства различными суммами от 100 руб. до 14125 руб., в том числе операции имели место и в ночное время (л.д. 155-156 т. 1).

Довод жалобы о том, что такой крупной суммы истица ранее своему сыну не переводила, не может быть принят во внимание, поскольку сам по себе критерий суммы перевода, с учетом совокупности всех приведенных выше фактических обстоятельств дела, наличия близких родственных отношений, не является достаточным основанием для отнесения данного перевода, как совершенного без согласия клиента.

Относительно переводов кредитных средств из АО «ОТП Банк» на свой собственный счет в ПАО Сбербанк, судебная коллегия отмечает, что последние относятся к переводам между собственными счетами, ввиду чего не могли носить характер подозрительных. Более того, со счета в ПАО Сбербанк 300 тыс. руб. было переведено на счет истицы в АО «Райффайзенбанк», а сумма 300 тыс. руб. осталась на данном счете.

Ссылка в жалобе на публикации в средствах массовой информации 12.11.2025 г. о намерениях Банка России включить крупные переводы между собственными счетами в обновленный перечень мошеннических признаков, не опровергает правильность вышеуказанного вывода, поскольку как на момент совершения истицей переводов, так и до настоящего времени, такой признак в Перечень не включен. Кроме того, переводы между счетами истицы не являлись крупными ( 6 переводов по 100 тыс. руб.).

Принимая во внимание, что кредитные средства, полученные в АО «ТБанк», были перечислены близкому родственнику, при этом данный перевод не являлся нетипичным для истицы, судебная коллегия полагает, что на спорные правоотношения не распространяется правовой подход, изложенный в Определении Конституционного Суда РФ от 13.10.2022 № 2559-О.

Доказательств, указывающих на то, что перед совершением оспариваемых операций, клиент вел многочисленные и длительные телефонные переговоры с неизвестными абонентами, либо получил значительное количество сообщений, в том числе посредством мессенджеров, сети Интернет и т.д., произвел смену идентификаторов (логина и пароля) доступа к системе Мобильного Банка, либо переадресацию телефонных звонков, подключение иных мобильных устройств к системе, что могло бы косвенно свидетельствовать о нахождении клиента под влиянием мошенников, в материалах дела не имеется.

Напротив, представленной ООО «Теле2 Мобайл» детализацией счета ФИО2 по абонентскому номеру <***> за 9 марта 2025 г. подтверждается, что в период с 03 час до 05.21 час зафиксированы многочисленные смс-сообщения Банков с номера 900, в том числе АО « Т-Банк» (л.д.39 об. т. 1).

Таким образом, ни одного из приведенных выше шести признаков подозрительности переводов, по делу не установлено.

С учетом установленных по делу фактических обстоятельств, судебная коллегия приходит к выводу о том, что действия истцы по заключению кредитных договоров не давали банкам оснований усомниться в правомерности поступавших от нее распоряжений, равно как и усмотреть признаки осуществления переводов денежных средств без согласия клиента.

Не установив в действиях ответчиков нарушения прав истицы как потребителя финансовой услуги при заключении кредитных договоров и совершении переводов денежных средств, а также учитывая, что иные исковые требования об оспаривании дополнительных услуг страхования, предоставленных при заключении кредитных договоров, внесенных в кредитную историю сведений о данных договорах и образовании по ним просроченной задолженности, являются производными от основных требований, суд правомерно отказал в удовлетвори иска.

Вопреки доводам апелляционной жалобы судом не допущено нарушения норм процессуального права.

Так, установление сведений о получателях денежных средств, переведенных со счета ФИО4 (сына истицы) в АО «Райффайзенбанк», исходя из предмета и основания иска, не относится к юридически значимым обстоятельствам по настоящему делу.

Вышеуказанная информация подлежит установлению в рамках уголовного дела, по которому истица признана потерпевшей.

Предусмотренных ст. 43 ГПК РФ оснований для привлечения к участию в деле в качестве третьих лиц получателей денежных средств, переведенных сыном истицы ФИО4, у суда не имелось, поскольку исходя из предмета и основания иска, характера спора, постановленное по делу решение не может повлиять на права или обязанности данных лиц по отношению к сторонам, и не имеет для них преюдициального значения.

Вопреки утверждению подателя жалобы, судом обоснованно было отклонено заявление об отводе, поскольку предусмотренных ст. 16 ГПК РФ оснований для его удовлетворения по настоящему делу не имелось.

Доводы апелляционной жалобы повторяют позицию истца, изложенную при рассмотрении дела судом первой инстанции, не содержат новых обстоятельств, которые опровергали бы выводы судебного решения, не могут быть признаны состоятельными, так как сводятся по существу к несогласию с выводами суда и иной оценке установленных по делу обстоятельств, направлены на иное произвольное толкование норм материального и процессуального права, что не отнесено статьей 330 ГПК РФ к числу оснований для отмены решения суда в апелляционном порядке.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ленинградского районного суда г. Калининграда от 16 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 23.04.2026 г.

Председательствующий

Судьи