Апелляционное постановление № 22К-395/2025 от 22 октября 2025 г. по делу № 3/1-172/2025

Судья Шмидт А.А. № 22к-395/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Магадан 23 октября 2025 года

Магаданский областной суд в составе:

председательствующего судьи Хомутова А.А.,

при секретаре судебного заседания Мартьян Е.А.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Магаданской области Матвеевой Ю.В.,

обвиняемого А. в режиме видеоконференц-связи,

защитника обвиняемого А. - адвоката Басова Д.Д.,

рассмотрел в открытом судебном заседании суда апелляционной инстанции материал по апелляционной жалобе защитника обвиняемого А. – адвоката Басова Д.Д. на постановление Магаданского городского суда Магаданской области от 6 октября 2025 года, которым в отношении

А., <.......>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «г» ч.2 ст.322.1 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 29 суток, то есть по 2 декабря 2025 года включительно.

Заслушав доклад судьи Хомутова А.А., выступление обвиняемого А. и его защитника - адвоката Басова Д.Д., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Матвеевой Ю.В. об отсутствии оснований для отмены либо изменения судебного решения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

3 октября 2025 года СЧ СУ УМВД России по Магаданской области в отношении А., П., И., Л., М., Д., К. по признакам состава преступления, предусмотренного п.п. «а», «г» ч.2 ст.322.1 УК РФ, возбуждено уголовное дело №..., производство предварительного следствия поручено следственной группе, руководителем которой назначена старший следователь С.

4 октября 2025 года в 21 час 05 минут в порядке ст.ст.91 и 92 УПК РФ А. задержан в качестве подозреваемого по данному уголовному делу и в этот же день допрошен с участием защитника.

5 октября 2025 года А. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «г» ч.2 ст.322.1 УК РФ, он допрошен в качестве обвиняемого с участием защитника.

6 октября 2025 года в Магаданский городской суд Магаданской области поступило постановление старшего следователя СЧ СУ УМВД России по Магаданской области С. о возбуждении перед судом ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого А. на 1 месяц 29 суток, то есть по 3 декабря 2025 года включительно. Ходатайство органа следствия мотивировано тем, что, находясь на свободе А., может скрыться от органа следствия и суда, оказать давление на участников уголовного судопроизводства, а также продолжить заниматься преступной деятельностью.

Постановлением Магаданского городского суда Магаданской области от 6 октября 2025 года ходатайство органа следствия удовлетворено, обвиняемому А. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 29 суток, то есть по 2 декабря 2025 года включительно.

Адвокат Басов Д.Д. в апелляционной жалобе, поданной в интересах обвиняемого А., считает постановление суда незаконным и необоснованным. Ссылаясь на ст.108 УПК РФ, указывает, что судом не приведены причины, по которым в отношении А. не могла быть избрана более мягкая мера пресечения. Приведенные в постановлении доводы о том, что, находясь на свободе, обвиняемый может скрыться от органа следствия и суда, а также продолжить заниматься преступной деятельностью исследованным материалами не подтверждены.

Просит постановление Магаданского городского суда Магаданской области от 6 октября 2025 года отменить, избрать в отношении А. более мягкую меру пресечения.

Проверив представленные материалы, изучив доводы апелляционной жалобы, заслушав участвующих лиц, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

По смыслу ч.4 ст.7 УПК РФ законным, обоснованным и мотивированным признается такое решение суда, при вынесении которого суд исходил из материалов дела, рассмотренных в судебном заседании, сделал выводы, основываясь на установленных им фактах, правильно применил уголовный и уголовно-процессуальный закон.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 22 марта 2005 года № 4-П и определениях от 8 октября 1999 года № 155-О, от 19 июля 2016 года № 1604-О, от 28 февраля 2017 года, № 336-О от 25 января 2018 года № 242-О от 29 мая 2019 года № 1257-О, от 23 июля 2020 года № 1900-О следует, что, принимая решение об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, суд должен исходить из анализа всего комплекса фактических обстоятельств и нормативных оснований ее применения, которые являются едиными для всего уголовного судопроизводства, оценивать достаточность представленных сторонами материалов для принятия законного и обоснованного решения, определяя какие именно сведения указывают на наличие предусмотренных ч.1 ст.97 УПК РФ оснований для заключения под стражу.

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» (далее – постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41), избрание в качестве меры пресечения заключения под стражу допускается только после проверки судом обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению, которая не может сводиться к формальной ссылке суда на наличие у органов предварительного расследования достаточных данных о том, что лицо причастно к совершенному преступлению. При рассмотрении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу судья обязан проверить, содержит ли ходатайство и приобщенные к нему материалы конкретные сведения, указывающие на причастность к совершенному преступлению именно этого лица, и дать этим сведениям оценку в своем решении.

Оставление судьей без проверки и оценки обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению должно расцениваться в качестве существенного нарушения уголовно-процессуального закона (ч.4 ст.7 УПК РФ), влекущего отмену постановления об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу.

Исходя из положений ст.97 УПК РФ, ни одна из мер пресечения, предусмотренных в ст.98 УПК РФ, в том числе мера пресечения в виде заключения под стражу, не может быть избрана подозреваемому или обвиняемому, если в ходе судебного заседания не будут установлены достаточные данные полагать, что подозреваемый или обвиняемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, либо может продолжить заниматься преступной деятельностью, либо может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства или иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

При принятии решения об удовлетворении ходатайства органа следствия об избрании в отношении А. меры пресечения в виде заключения под стражу судом первой инстанции приведенные выше положения закона и разъяснения Высших судов Российской Федерации оставлены без внимания.

Так, рассматривая ходатайство старшего следователя С., исследовав предоставленные суду копии материалов уголовного дела, в том числе постановления о возбуждении уголовного дела и привлечении А. в качестве обвиняемого, и сделав вывод об отсутствии каких-либо нарушений норм уголовно–процессуального закона, суд оставил без внимания, что представленные суду материалы не содержат постановления о принятии старшим следователем С. как руководителем следственной группы уголовного дела к своему производству, в связи с чем вопрос о том вынесены ли ходатайство об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и другие процессуальные документы с 4 октября 2025 года надлежащим должностным лицом в пределах предоставленных ему полномочий, судом фактически не исследовался.

В соответствии со ст.140 УПК РФ поводом для возбуждения уголовного дела служат: заявление о преступлении, явка с повинной, сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников, либо постановление прокурора о направлении соответствующих материалов в орган предварительного расследования для решения вопроса об уголовном преследовании.

Вместе с тем, исследованные в судебном заседании копии материалов уголовного дела указанных документов не содержат, что свидетельствует о том, что судом соблюдение уголовно-процессуального закона при принятии решения о возбуждении уголовного дела фактически не проверялось, несмотря на указание об обратном в обжалуемом постановлении.

Формальный подход к исследованию и оценке представленных суду копий материалов уголовного дела, позволил суду первой инстанции сделать необоснованный вывод о том, что предоставленные суду копии процессуальных документов составлены надлежащим должностным лицом, в пределах предоставленных ему полномочий, с соблюдением установленного законом порядка, без нарушений норм уголовно-процессуального закона.

О формальном подходе к исследованию предоставленных материалов свидетельствует и то, что судом не дана оценка тому, что в ходатайстве об избрании меры пресечения в отношении А. (лист 2) следователем приведены сведения о задержании П., с указанием существа его подозрения и оснований его задержания. При этом, аналогичные сведения в отношении А. в ходатайстве не приведены.

Оценка обоснованности подозрения лица в совершении преступления является ключевым условием возможности избрания самой строгой меры пресечения.

Вместе с тем, несмотря на то, что обжалуемое постановление содержит указание на то, что судом проверялась обоснованность подозрения А. в причастности к событиям, послужившим основаниями для возбуждения уголовного дела, и в связи с расследованием которого в отношении него возбуждено ходатайство об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, надлежащая оценка предоставленным копиям материалов уголовного дела судом не дана.

Так, ограничившись перечислением материалов, по мнению суда указывающих на причастность А. к событиям, послужившим основанием для возбуждения в отношении него уголовного дела, какой-либо анализ представленных материалов не проведен.

Кроме того, судом первой инстанции не обращено внимание и не дана надлежащая оценка тому, что и постановление о возбуждении уголовного дела №... и постановление о привлечении А. в качестве обвиняемого содержат лишь сведения о том, что обвиняемый вступил в сговор с П., И., Л., М., Д., К. для совершения преступления, по убеждению органа следствия связанного с организацией незаконной миграцией, что само по себе состава какого-либо преступления не образует.

Подойдя формально к проверке и оценке обоснованности подозрения в причастности А. к совершенному преступлению, суд не дал надлежащей оценки тому, что ни постановление о возбуждении уголовного дела №..., ни постановление о привлечении А. в качестве обвиняемого, ни предоставленные суду материалы не содержат каких-либо конкретных обстоятельств инкриминируемого А. деяния.

Так, из постановления о возбуждении уголовного дела №... и постановления о привлечении А. в качестве обвиняемого невозможно сделать вывод о том, какое именно преступление он совершил, какие именно незаконные действия им и в интересах какого конкретного лица совершены, равно как и не ясно к каким правовым последствиям эти действия привели (какому иностранному гражданину патент не был аннулирован, либо какому именно иностранному гражданину срок пребывания в Российской Федерации был продлен).

Не дана судом и надлежащая оценка основаниям для содержания А. под стражей.

Так, судом ошибочно сделан вывод о том, что А., оставаясь на свободе, может оказать воздействие на участников уголовного судопроизводства, а также может продолжить заниматься преступной деятельностью.

Указанные выводы суда первой инстанции не основаны на исследованных материалах уголовного дела, которые сведений о том, что кто-либо из свидетелей либо соучастников опасается оказания на них давления со стороны А., не содержат, при этом свидетельствуют о том, что А. ранее не судим, совершил преступление впервые, вину признал в полном объеме, дал признательные показания.

Тот фат, что А. привлекался к административной ответственности за совершение правонарушений в сфере миграции, связанных с несоблюдением административных процедур, по мнению суда апелляционной инстанции не может свидетельствовать о том, что, оставаясь на свободе, он может продолжить совершать преступления.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не может признать обжалуемое постановление Магаданского городского суда Магаданской области законным, обоснованным и мотивированным, то есть соответствующим требования ч.4 ст.7 УПК РФ.

Поскольку при вынесении обжалуемого постановления судом первой инстанции допущены нарушения уголовно-процессуального закона, неустранимые в суде апелляционной инстанции, постановление от 6 октября 2025 года об избрании меры пресечения в отношении А. подлежит отмене с передачей материала на новое судебное рассмотрение, при котором должны получить оценку обоснованность подозрения А. в совершении инкриминируемого деяния.

В целях повторного рассмотрения ходатайства в разумный срок, следует оставить обвиняемого А. под стражей по 12 ноября 2025 года включительно.

В связи с тем, что судом апелляционной инстанции принято решение об отмене постановления Магаданского городского суда Магаданской области от 6 октября 2025 года и передаче материала на новое судебное рассмотрение, обсуждение доводов апелляционной жалобы возможно при новом рассмотрении ходатайства органа следствия.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л :

постановление Магаданского городского суда Магаданской области от 6 октября 2025 года об избрании в отношении А. меры пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 29 суток, то есть до 2 декабря 2025 года, - отменить, материал направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

До рассмотрения ходатайства об избрании меры пресечения срок содержания А., <дата> года рождения, под стражей установить по 12 ноября 2025 года включительно.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ, путем подачи жалобы непосредственно в Девятый кассационный суд общей юрисдикции.

Судья А.А. Хомутов