Апелляционное определение № 33-2774/2026 от 25 февраля 2026 г.

Судья: Сиразова Н.Я. гр. дело 33-2774/2026

2-1857/2025

УИД 63RS0037-01-2025-003775-29


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 февраля 2026 года г. Самара

Судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда в составе:

председательствующего Куршевой Н.Г.,

судей Ивановой Е.Н., Чирковой И.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Егоровой О.А.,

рассмотрела гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Самарского районного суда г. Самары от 05 декабря 2025 года,

заслушав доклад судьи Самарского областного суда Куршевой Н.Г., изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы,

УСТАНОВИЛА

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО1 о признании договора дарения недействительным, в обоснование требований, указав, что 18 ноября 2022 года между истцом и ответчиком заключен договор дарения квартиры по <адрес>. По устной договоренности истец пытался по договору дарения передать в дар указанную квартиру временно до решения вопроса с получением компенсации для ответчика на комнату в доме под снос и решения ответчиком вопроса в другом судебном процессе. Однако ответчик уклонился от подписания подготовленного акта приема передачи указанной квартиры и тем самым обманул истца, воспользовавшись наличием с ним близких родственных отношений.

С учетом изложенного, истец просил признать недействительным договор дарения квартиры от 18 ноября 2022 года, заключенного между истцом и ответчиком, прекратить право собственности ФИО1 на квартиру по <адрес>; признать право собственности ФИО1 на квартиру, расположенную по <адрес>

05 декабря 2025 года решением Самарского районного суда г. Самары исковые требования ФИО1 к ФИО1 о признании договора дарения недействительным оставлены без удовлетворения.

Не соглашаясь с постановленным судебным актом, истцом принесена апелляционная жалоба об отмене решения суда и принятии по делу нового постановления о признании недействительным договора дарения квартиры от 18 ноября 2022 года, заключенного между истцом и ответчиком; прекращении права собственности ответчика в отношении спорной квартиры и признании права собственности истца на спорную квартиру. Полагает, что решение суда незаконно и подлежит отмене, так как суд не применил закон, подлежащий применению, неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела.

Истец ФИО1 в суде апелляционной инстанции поддержал доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, настаивал на их удовлетворении и отмене решения суда. Пояснил, что ответчик лишил его квартиры путем обмана, так как истец согласился передать квартиру в дар сыну временно до решения вопроса с получением компенсации для ответчика на комнату в доме под снос и решения вопроса в другом судебном процессе в отношении дочери ответчика. Однозначно подтвердил, что в момент подписания договора дарения понимал правовую природу сделки, указал также, что совершил действия по заключению именно договора дарения.

Ответчик ФИО1 надлежаще извещенный о времени и месте судебного разбирательства, что подтверждается отчетом об отслеживании, не явился, уважительных причин неявки суду не сообщил, ходатайств о рассмотрении дела в свое отсутствие не представил.

Представитель ответчика ФИО2 возражала против доводов апеллянта по основаниям, приведенным в письменных возражениях. Полагала, что решение суда законно и обоснованно, отмене не подлежит. При этом, пояснила, что суд первой инстанции неоднократно предлагал истцу рассмотреть вопрос о проведении судебно-психиатрической экспертизы, истец отказался категорически. В настоящее время истец имеет возможность приобрести квартиру, но предпочитает говорить, что у него все отобрали и оставили на улице.

Кроме того, информация о рассмотрении апелляционной жалобы в соответствии с положениями Федерального закона от 22 декабря 2008 года №262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» размещена на официальном сайте Самарского областного суда в сети Интернет (https://oblsud.sam.sudrf.ru/).

В соответствии с частью 3 статьи 167, статьей 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав пояснения представителя истца, проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального закона, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение должно быть законным и обоснованным.

В пунктах 2 и 3 постановления от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В пункте 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в качестве оснований для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке предусмотрены следующие: 1) неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; 2) недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; 3) несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; 4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена свобода граждан и юридических лиц в заключении договора.

В статье 572 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 данной статьи. Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

В соответствии с пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Из пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обязано доказать наличие оснований недействительности сделки.

Установлено судом и подтверждается материалами дела, 18 ноября 2022 года между истцом ФИО1 и ответчиком ФИО1 заключен договор дарения квартиры, расположенной по <адрес>

Согласно пункту 1 указанного договора ФИО1 безвозмездно подарил принадлежащую ему на праве собственности квартиру, расположенную по <адрес>

Из пункта 3 договора следует, что даритель гарантировал заключение настоящего договора не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, а настоящий договор не является для него кабальной сделкой.

Пунктом 7 договора дарения определено, что передача дара произойдет после регистрации настоящего договора в Управлении Федеральной регистрации службы путем передачи Дарителем Одаряемому дубликата ключей.

В соответствии с пунктом 12 договора стороны заявляют, что они в дееспособности не ограничены, под опекой, попечительством не состоят, по состоянию здоровья могут самостоятельно осуществлять и защищать свои права и исполнять обязанности, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть заключенного договора.

Из материалов усматривается, что 04 декабря 2024 года вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в деянии ФИО1 (ответчик) состава преступления.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости, жилое помещение, расположенное по <адрес> принадлежит на праве собственности ФИО1. Право зарегистрировано 21 ноября 2022 года на основании договора дарения от 18 ноября 2022 года.

У истца ФИО1 отсутствует собственное недвижимое имущество, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости.

ФИО1 с 05 мая 1987 года зарегистрирован по <адрес> В дальнейшем снят с регистрационного учета по данному адресу. С 02 декабря 2022 года по настоящее время зарегистрирован по <адрес>

Обращаясь в суд, истец указал, что совершенная им сделка (договор дарения) заключена под влиянием обмана в силу статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку по устной договоренности истец пытался по договору дарения передать в дар указанную квартиру временно, до решения вопроса ответчиком с получением компенсации для себя за комнату в доме под снос и решения ответчиком вопроса в другом судебном процессе органами опеки о наличии у него собственной отдельной квартиры для воспитания дочери.

Разрешая заявленные требования и отказывая в их удовлетворении, руководствуясь положениями статей 421, 572, 574, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив в совокупности, имеющиеся в материалах дела доказательства, по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции исходил из того, что истец при подписании договора в полной мере понимал значение своих действий и руководил ими, ознакомился с содержанием подписываемого документа, подписав его без принуждения и по своей воле, а также в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представил доказательств того, что при заключении оспариваемого договора ответчик сообщил истцу не соответствующую действительности информацию или намеренно умолчал об обстоятельствах, о которых должен был сообщить.

Вместе с тем, судом стороне истца разъяснялось право на подачу ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы относительно вопроса мог ли истец во время составления и подписания оспариваемого договора дарения понимать значение и правовые последствия своих действий, а также руководить ими, однако истец ходатайство о назначении экспертизы не заявил, поскольку никаких заблуждений для себя не допускал и не допускает, пояснил, что подписал договор дарения, прочитав его, и осознавал последствия договора дарения, однако думал, что подарил свое имущество на время.

Вопреки доводам апеллянта судебная коллегия не находит правовых оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции.

По смыслу положений статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля стороны носила заведомо искаженный характер, сформировавшись вследствие заблуждения (обмана) относительно существенных юридически значимых обстоятельств и повлекла явно иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения (обмана) участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался (не был обманут).

Договор дарения заключен в предусмотренной законом форме, содержит все обязательные условия данного вида договора, истец выразил свою волю на дарение квартиры и подписал договор, самостоятельно и добровольно распорядился принадлежащим ему имуществом.

Доводы истца о том, что спорный договор дарения был заключен по причине введения его ответчиком в заблуждение относительно наличия возможности завладения квартирой истца, суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

По смыслу вышеприведенных норм права, обе стороны сделки при ее заключении не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду ее заключения, то есть стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Однако указанных доказательств истцом суду не представлено.

Как установлено нижестоящим судом и не отрицалось истцом в суде апелляционной инстанции, ему было известно о сути сделки, что он совершает дарение своей квартиры сыну ФИО1, материалы дела не содержат доказательств того, что сделка заключалась по каким-либо условиям, сопряжена заявлениями одаряемого, не соответствующими действительности, либо умолчанием о каких-либо обстоятельствах, имеющих существенное значение для истца. При таких обстоятельствах, суд первой инстанции не усмотрел оснований для применения положений, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, факт обмана истца в судебном заседании не установлен.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному убеждению, что истец имел намерение произвести отчуждение принадлежащей ему квартиры по договору дарения, неосмотрительность истца при реализации своего волеизъявления не является свидетельством его обмана, заблуждения, и не влечет признание сделки дарения от 18 ноября 2022 года недействительной.

Судом первой инстанции так же не установлено, что договор дарения совершен под влиянием обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств (статья 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Доказательств, свидетельствующих о том, что даритель в период заключения сделки пребывал в заблуждении относительно природы сделки, не понимал суть сделки, в деле не имеется, напротив, истец однозначно утверждал, что заключил именно договор дарения. При этом, на предложение суда провести судебную экспертизу категорично отказался, заявив об отсутствии каких-либо заблуждений, подписал договор дарения после его прочтения и осознания последствий договора дарения, думая, что дарит квартиру временно. Доказательств, свидетельствующих о совершении договора дарения путем обмана или оказания психологического давления на дарителя со стороны одаряемого, в деле не имеется. Ввиду изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что оснований для удовлетворения вышеуказанных исковых требований ФИО1 не имеется.

Отклоняя доводы апеллянта, судебная коллегия исходит из того, что фактические обстоятельства дела и совокупность представленных доказательств не дают правовых оснований для вывода о наличии порока воли у истца ФИО1 при заключении оспариваемого договора дарения.

При этом, из оспариваемого договора явно следует, что стороны совершили дарение, неоднозначного толкования не допущено. Заблуждение относительно последующего поведения одаряемого по отношению к дарителю не предусмотрено законом в качестве основания для признания сделки недействительной по основаниям статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия, соглашаясь с выводами районного суда, отмечает, что все существенные условия заключенного между сторонами договора дарения изложены четко, ясно и понятно, возражений по вопросу заключения данного договора истцом не высказывалось, он добровольно подписал указанный договор, понимая его содержание, условия и суть сделки, согласился со всеми условиями, в связи с чем суд пришли к правильному выводу, что обязанности по оспариваемому договору дарения выполнены сторонами в полном объеме. Договор заключен в соответствии с требованиями, предъявляемыми к таким сделкам действующим законодательством. Содержание спорного договора дарения прямо свидетельствует о воле дарителя на безвозмездную передачу принадлежащего ему имущества, то есть даритель в действительности имел намерение подарить одаряемому квартиру. В нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств обратного суду не представлено, следовательно, при заключении спорного договора истец по своему усмотрению реализовал свое право собственника по распоряжению принадлежащим ему имуществом в соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суждения заявителя жалобы о не применении судом положений статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации также не могут быть приняты во внимание судебной коллегией, поскольку требований относительно признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным положениями приведенной выше нормы закона, стороной истца в суде первой инстанции не было заявлено, в связи с чем судом иск рассмотрен в пределах заявленных требований, что соответствует положениям статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В апелляционной жалобе истец приводит положения статьи 556 Гражданского кодекса Российской Федерации, говоря о наличии самостоятельного основания для признания договора недействительным, ввиду уклонения ответчика от подписания акта приема-передачи указанной квартиры.

Приведенные доводы не могут служить основанием для отмены постановленного судебного акта, так как из содержания оспариваемого договора усматривается, что стороны предусмотрели условие, которым признали настоящий договор дарения актом приема-передачи (пункт 7.1 договора), следовательно, составление отдельного акта приема-передачи объекта недвижимости не требуется. При этом, данное условие дописано в договор и собственноручно удостоверено сторонами сделки путем проставления подписей, о чем свидетельствует второй лист договора дарения (л.д. 8).

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права и подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами, оценка которым дана судом по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы повторяют позицию истца, изложенную в ходе рассмотрения дела, являлись предметом исследования и оценки, судом первой инстанции им дана надлежащая правовая оценка, эти доводы не содержат фактов, которые не были проверены и не учеты судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения оспариваемого определения, влияли на их обоснованность и законность, либо опровергали выводы судов, являются процессуальной позицией истца, основаны на его субъективной оценке фактических обстоятельств дела и представленных доказательств, и не свидетельствуют о том, что при рассмотрении дела были допущены нарушения, влекущие отмену оспариваемого определения.

Суд апелляционной инстанции находит, что судебный акт суда первой инстанции надлежаще мотивирован и аргументирован, основан на полном исследовании представленных доказательств, совокупность которых была достаточной для вынесения по делу настоящего решения.

Оснований, предусмотренных положениями статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебной коллегией по доводам апеллянта не установлено, следовательно, решение суда отмене не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА

Решение Самарского районного суда г. Самары от 05 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его вынесения, может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев через суд первой инстанции со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Апелляционное определение составлено в окончательной форме 13 марта 2026 года.

Председательствующий

Судьи