Постановление № 5-301/2017 от 21 ноября 2017 г. по делу № 5-301/2017

Дело № 5-301/2017


Постановление

22 ноября 2017 года город Глазов УР

Судья Глазовского районного суда Удмуртской Республики Самсонов И.И.,

при секретаре Корепанове Д.О.,

с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении - ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО2, <данные изъяты>,

установил:

ДД.ММ.ГГГГ на контрольно-пропускном пункте по пропуску лиц на режимную территорию ФКУ СИЗО-2 был задержан адвокат Адвокатской палаты УР ФИО2, прибывший по удостоверению адвоката № от ДД.ММ.ГГГГ для оказания юридической помощи подзащитному ФИО1, <данные изъяты>., содержащемуся в ФКУ СИЗО-2.

При входе на территорию режимной зоны ФКУ СИЗО-2 в ДД.ММ.ГГГГ от младшего инспектора отдела охраны учреждения старшего сержанта внутренней службы ФИО8 поступило требование к адвокату адвокатской палаты ФИО2 о сдаче им запрещенных к проносу на режимную территорию учреждения предметов, сотовых телефонов, комплектующих, наркотических веществ, оружия, на что адвокат адвокатской палаты ФИО2 ответил, что запрещенных предметов при себе не имеет. На посту по пропуску лиц на режимную территорию учреждения, младшим инспектором дежурной службы учреждения прапорщиком внутренней службы ФИО6 адвокату адвокатской палаты ФИО2 было предложено расписаться в журнале от ДД.ММ.ГГГГ № «Журнал учета пропуск лиц, входящих на территорию учреждения» о том, что запрещенных предметов адвокат ФИО2 при себе не имеет. Далее младший инспектор дежурной службы учреждения прапорщик внутренней службы ФИО6 потребовала от адвоката адвокатской палаты ФИО2 сдать запрещенные к проносу на режимную территорию учреждения предметы, сотовые телефоны, комплектующие, продукты питания, на что адвокат адвокатской палаты ФИО2 ответил, что запрещенные предметы при нем отсутствуют.

В ходе проведения проверки при помощи технических средств младшим инспектором дежурной службы учреждения прапорщик внутренней службы ФИО6 металлообнаружителем в области верхнего наружного кармана пиджака, была проведена проверка, в ходе которой металлобонаружитель подал звуковой сигнал, после чего младший инспектор дежурной службы учреждения прапорщик внутренней службы ФИО6 потребовала от адвоката адвокатской палаты /ФИО2 показать содержимое кармана. Адвокат ФИО2 из верхнего наружного кармана пиджака достал сотовый телефон черного цвета. Далее, действуя в соответствии со своей должностной инструкцией при происшествиях, младший инспектор дежурной службы учреждения прапорщик внутренней службы ФИО6 доложила в дежурную часть учреждения.

Таким образом, младший инспектор дежурной службы учреждения прапорщик внутренней службы ФИО6 предотвратила попытку проноса на режимную территорию учреждения сотового телефона марки «nokia» imei № с аккумуляторной батареей № в корпусе черного цвета, с сим-картой оператора МТС.

В судебном заседании ФИО2 с протоколом об административном правонарушении не согласился, пояснив, что требования должностных лиц он слышал, они были законными. Однако требование уполномоченного должного лица службы исполнения наказаний – как ФИО8, так и ФИО6 не содержали указания на необходимость сдачи именно телефона, поскольку в этом случае он бы вспомнил про телефон и самостоятельно сдал бы его. О том, что мобильные (сотовые) телефоны запрещены к проносу на режимную территорию ему было известно еще с 1996 года по роду своей деятельности, так как ранее он работал следователем. Умысла на пронос телефона на режимную территорию у него не было, так как он просто забыл достать телефон, который был включен, звук у него также был включенным, телефон лежал в наружном левом кармане, СИМ-карта зарегистрирована на имя ФИО2 Сами сотрудники не были настроены на официальное фиксирование этих событий, просто вынуждены были вызвать дежурного, поскольку велась видеозапись. По сути имело место недоразумение. Телефон он достал сам после его обнаружения металлоискателем. В последующем он сдал телефон в камеру хранения самостоятельно. Принудительная сила к нему не применялась, о каком неповиновении идет речь непонятно. Считает, что при таких обстоятельствах отсутствует событие вмененного ему административного правонарушения, просил производство по делу прекратить.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ представитель Федерального казенного учреждения Следственный изолятор № Управление федеральной службы исполнения наказаний по Удмуртской Республике ФИО3, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ № поддержала позицию административного органа, отметив, что протокол об административном правонарушении был составлен в отношении ФИО2 надлежащим должностным лицом, без нарушений действующего законодательства России, факт совершения вмененного административного правонарушения является очевидным, следует из материалов дела и видеозаписи, в связи с чем в действиях ФИО2 имеется состав вменяемого ему административного правонарушения.

Выслушав ФИО2 и исследовав материалы дела об административном правонарушении, суд пришёл к выводу о том, что имеющихся доказательств достаточно для установления виновности ФИО2 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.19.3 КоАП РФ.

Вина правонарушителя в совершении вменяемого административного правонарушения подтверждается следующими доказательствами: протоколом об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым выявлено настоящее правонарушение, рапортом младшего инспектора 2 категории отдела охраны ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ, рапортом младшего инспектора дежурной службы прапорщика внутренней службы ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ, заключением служебной проверки по факту изъятия сотового телефона марки «nokia» imei №, с аккумуляторной батареей № в корпусе черного цвета, с сим-картой оператора МТС, рапортом дежурного помощника начальника следственного изолятора лейтенанта внутренней службы ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ, выпиской из Журнала учета пропуска лиц, входящих на территорию учреждения, талоном вызова от 26.210.2017 года, письменным запросом адвоката от ДД.ММ.ГГГГ, разовым пропуском № от ДД.ММ.ГГГГ, копией удостоверения адвоката ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ №, за рег. №, а также сведениями о размещении информации в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по УР в виде текстового и графического обозначения о недопущении к проносу на режимную территорию, в том числе сотовых (мобильных) телефонов, средств коммуникации. Наличие данной информации перед входом на режимную территорию самим ФИО2 не оспаривалось. Несогласие с протоколом об административном правонарушении в соответствующей графе ФИО2 не выразил при отсутствии к этому каких-либо объективных препятствий и ограничений.

Состав административного правонарушения в целом также подтверждается письменными объяснениями ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, в которых он указывает, что умысла на пронос телефона у него не было, он просто забыл его сдать в камеру хранения из-за смены одежды, звук у телефона отключен не был. Помимо изложенного наличие в действиях ФИО2 состава административного правонарушения, предусмотренного ст.19.3 ч.2 КоАП РФ подтверждается исследованной судом видеозаписью, из которой четко следует, что при входе ФИО2 на режимную территорию учреждения ФКУ – СИЗО-2 УФСИН России по УР первоначально в адрес адвоката ФИО2 имело место требование ФИО8 о сдаче запрещенных к проносу на территорию учреждения предметов, на что был дан ответ: «услышал» и телефон при этом не был сдан, затем аналогичное требование прозвучало в адрес ФИО2 уже от ФИО6, после которого телефон также не был сдан. Фактически телефон был передан ФИО2 уже после обнаружения его металлоискателем сотрудника ФИО6

В этой связи суд полагает, что неповиновение гражданина законному требованию уполномоченного должностного лица не обязательно должно выражаться в применении к такому лицу физической силы и (или) средств принуждения, поскольку таких требований закон не содержит. Важным является то обстоятельство, что телефон был сдан хоть и самим ФИО2 и в последующем передан в камеру хранения, однако только лишь после его непосредственного обнаружения уполномоченным сотрудником уголовно-исполнительной системы, что само по себе указывает на отсутствие признака добровольности сдачи запрещенных предметов перед входом на режимную территорию, так как на предшествующее сдаче запрещенных предметов (телефона) требование ФИО2 фактически не заявил о наличии у него таких предметов, тогда как должен был сдать такие предметы до их обнаружения.

Наличие полномочий на предъявление требований о сдаче запрещенных предметов кем-либо не оспаривается, следует из того, что и ФИО8 и ФИО6 в действительности являются сотрудниками ФКУ «СИЗО-2 УФСИН России по УР, что подтверждается выписками из приказа ФКУ от ДД.ММ.ГГГГ №-лс по ФИО6 и от ДД.ММ.ГГГГ №-лс по ФИО8, их должностными инструкциями, с которыми последние ознакомлены под роспись. Наличие запрета на пронос в том числе сотовых (мобильных) телефонов подтверждено размещенными в доступном месте и непосредственно перед входом на режимную территорию объявлениями как текстового содержания (п.17), так и наглядно-визуального изображения, где конкретно указано, что к проносу на режимную территорию запрещены средства мобильной связи и коммуникации, которым является сотовый (мобильный) телефон. Равным образом наличие такого запрета содержится в законе (ст. 18 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 5473-1). Более того о наличии такого запрета самому ФИО2 было достоверно известно. Оснований считать, что в таком требовании (требованиях) должен быть перечислен весь перечень запрещенных к проносу на режимную территорию предметов и вещей не имеется.

Требование должностных лиц органов уголовно-исполнительной системы – в адрес ФИО2 о необходимости сдачи запрещенных к проносу на режимную территорию предметов носило законный характер, так как напрямую вытекает из закона и обусловлено исполнением должностными лицами возложенных на них непосредственных служебных обязанностей в рамках предоставленных им полномочий и функций.

Таким образом, установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в для встречи с подсудимым ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, прибыл адвокат ФИО2, перед началом досмотра от младшего инспектора по досмотру лиц, входящих на режимную территорию учреждения на посту КПП прапорщика внутренней службы ФИО6 и часового КПП старшего сержанта внутренней службы ФИО8 в адрес адвоката ФИО2 поступило требование о сдаче запрещенных предметов, при этом в ходе досмотра в ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 был обнаружен сотовый телефон марки «nokia» imei №, с аккумуляторной батареей 49№ в корпусе черного цвета, с сим-картой оператора МТС, расположенный в левом наружном кармане пиджака, чем оказал неповиновение законному распоряжению или требованию сотрудников органов уголовно-исполнительной системы, которые в соответствии с законом исполняют обязанности по обеспечению безопасности и охране тюрем, изоляторов временного содержания и т.п. учреждений, направленному на поддержание в этих учреждениях установленного режима, то есть совершил административное правонарушение, ответственность за которое предусмотрена ч.2 ст.19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Не доверять указанным выше доказательствам, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывают, оснований не имеется, поскольку они последовательны, согласуются между собой и дополняют друг друга, получены с соблюдением процессуальных требований КоАП РФ.

Своими действиями ФИО2 фактически не выполнил законное требование сотрудника органа или учреждения уголовно-исполнительной системы, в связи с чем имеет место его неповиновение законным требованию сотрудника учреждения уголовно-исполнительной системы.

Статус учреждения - Федерального казенного учреждения Следственный изолятор № Управление федеральной службы исполнения наказаний по Удмуртской Республике следует из его Устава, утвержденного приказом ФСИН России № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно ч. 2 ст. 19.3 КоАП РФ неповиновение гражданина (за исключением осужденных, отбывающих наказание в виде лишения свободы в уголовно-исполнительном учреждении, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений и содержащихся под стражей в иных учреждениях) законному распоряжению или требованию сотрудника органа или учреждения уголовно-исполнительной системы, военнослужащего либо другого лица при исполнении ими обязанностей по обеспечению безопасности и охране этих учреждений, поддержанию в них установленного режима, охране и конвоированию осужденных (подозреваемых, обвиняемых) влечет наложение административного штрафа в размере от пятисот до одной тысячи рублей или административный арест на срок до пятнадцати суток.

В силу п. 7 ст. 13 Закона РФ от 21.07.1993 года N 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" учреждения, исполняющие наказания, обязаны обеспечивать режим содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей в соответствии с Федеральным законом "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".

В соответствии со ст. 18 Закона РФ от 21.07.1993 года N 5473-1 - защитнику запрещается проносить на территорию места содержания под стражей технические средства связи. Мобильный (сотовый) телефон является техническим средством связи.

Довод ФИО2 о том, что у него не было умысла на совершение административного правонарушения, что он забыл про телефон, так как сменил одежду, звук телефона не был отключен, какого-либо существенного значения при рассмотрении дела об административном правонарушении не имеет, поскольку фабула вмененного ему административного правонарушения не требует наличия в качестве обязательного признака наличия вины в форме умысла. В целом ФИО2 не вменена умышленная попытка проноса на территорию режимного учреждения запрещенного предмета и его намерение передать средство связи кому-либо, а предметом рассмотрения в настоящем деле выступает лишь невыполнение (или неповиновение) требования уполномоченного должностного лица службы исполнения уголовных наказаний, для чего наличие вины в форме умысла совершенно не обязательно, поскольку в силу ст.2.2 КоАП РФ вина в правонарушении может быть выражена и в форме неосторожности.

ФИО2 был в установленном порядке четко и недвусмысленно предупрежден сотрудниками ФКУ СИЗО-2, о запрете проноса на режимную территорию запрещенных предметов, в число которых входит и сотовый телефон, т.е. требования о запрете проносить на территорию места содержания под стражей технические средства связи ему были достоверно известны. В адрес ФИО2 прозвучали законные требования от 2 уполномоченных на то должностных лиц: как от часового КПП старшего сержанта внутренней службы ФИО8, так и от младшего инспектора дежурной службы - прапорщика внутренней службы ФИО6 о необходимости сдать запрещенные к проносу предметы, при этом ФИО2, должным образом извещенный о необходимости сдать соответствующие предметы при условии их наличия при нем, подтвердил об отсутствии у него при себе запрещенных предметов и фактически не сдал сотовый телефон, и в дальнейшем (после обнаружения металлоискателем) у него был изъят сотовый телефон. Таким образом объективно со стороны ФИО2 имело место неповиновение законным требованиям сотрудников органа или учреждения уголовно-исполнительной системы.

Доводов о несогласии с протоколом ФИО2 в целом не заявлял при отсутствии к этому каких-либо объективных препятствий и ограничений, не внес в соответствующую графу сведений о несогласии с протоколом, равным образом в письменных объяснениях по своей сути не отражено несогласие с правонарушением, подтвержден лишь факт его совершения.

Учитывая все обстоятельства дела в их совокупности, суд находит исследованные доказательства достаточными и подтверждающими наличие в действиях ФИО2 всех признаков административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.19.3 КоАП РФ – неповиновение законному распоряжению сотрудника учреждения уголовно-исполнительной системы.

Оснований для прекращения производства по делу об административном правонарушении в соответствии со ст.24.5 КоАП РФ, а равно для применения по делу положений ст.2.9 КоАП РФ суд не усматривает.

При назначении наказания суд учитывает то, что ФИО2 имеет постоянное место жительства и регистрации, работает, сведений о том, что он ранее привлекался к административной ответственности за однородные административные правонарушения, не имеется

Обстоятельств, смягчающих и отягчающих административную ответственность, применительно к рассматриваемому делу не установлено.

Санкция ст.19.3 ч.2 КоАП РФ предусматривает 2 вида наказания: административного штрафа в размере от пятисот до одной тысячи рублей или административный арест на срок до пятнадцати суток.

Оснований для назначения административного наказания ФИО2 в виде административного ареста по правилам ст.3.9 КоАП РФ суд не усматривает, поскольку ФИО2 имеет постоянное место жительства, регистрации, работает. Таким образом, с учетом указанных обстоятельств, также принимая во внимание отсутствие смягчающих и отягчающих административную ответственность обстоятельств в их совокупности, личность ФИО2, его имущественное положение, факта привлечения к административной ответственности по ст.19.3 ч.2 КоАП РФ впервые, отсутствия негативных последствий правонарушения, суд полагает возможным назначить ему наказание в виде административного штрафа в пределах санкции статьи, в его минимальном размере – 500 рублей, так как, по мнению суда, именно такой вид наказания сможет повлечь предупреждение совершения ФИО2 новых правонарушений и осознание им недопустимости подобного поведения впредь, будет отвечать целям наказания, предусмотренным ст.3.1 КоАП РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 3.5, 29.7, 29.9, 29.10, 29.11 КоАП РФ, суд

постановил:

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, признать виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.19.3 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации и подвергнуть наказанию в виде административного штрафа в размере 500 (пятьсот) рублей.

Штраф подлежит уплате по следующим реквизитам: <данные изъяты>.

Разъяснить ФИО2 положения ст.20.25 КоАП РФ, согласно которой неуплата административного штрафа в срок, предусмотренный настоящим Кодексом (в течение 60 суток) влечет наложение административного штрафа в двукратном размере суммы неуплаченного административного штрафа либо административный арест до 15 суток, либо обязательные работы на срок до 50 часов.

Постановление может быть обжаловано и опротестовано в Верховный суд Удмуртской Республики через Глазовский районный суд УР в течение 10 суток.

Судья И.И. Самсонов