Апелляционное определение № 33-3892/2025 от 30 ноября 2025 г.

Докладчик Степанова Э.А. судья Алексеева И.А.

апелляционное дело №33-3892/2025 УИД 21RS0025-01-2025-001954-97


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

1 декабря 2025 года г.Чебоксары

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе председательствующего судьи Юркиной И.В.,

судей Степановой Э.А., Лащеновой Е.В.

при секретаре судебного заседания Яшине В.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении Верховного Суда Чувашской Республики гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о компенсации морального вреда, взыскании утраченного заработка, поступившее по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 27 августа 2025 года.

Заслушав доклад судьи Степановой Э.А., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3, указав, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, управляя автомобилем марки <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком №, сбил ее на пешеходном переходе по <адрес>, в результате дорожно-транспортного происшествия ей причинен <данные изъяты>, в связи с этим ДД.ММ.ГГГГ ей проведена <данные изъяты>; приговором <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 Уголовного кодекса Российской Федерации, установлено, что в результате действий ответчика ей причинен тяжкий вред здоровью; в результате дорожно-транспортного происшествия она неоднократно находилась на стационарном лечении в травматологическом отделении - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, перенесла оперативные вмешательства, лечилась медикаментозно, на сегодняшний день она нетрудоспособна, согласно справке серии <данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ ей установлена <данные изъяты> инвалидности на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; в результате дорожно-транспортного происшествия, связанными с ним эмоциональными потрясениями, она продолжает испытывать физические и нравственные страдания, у нее имеется страх переходить дорогу, потому в ее интересах следует взыскать компенсацию морального вреда, также подлежит взысканию утраченный заработок в размере прожиточного минимума – 19329 руб.

В связи с этим с учетом уточнений от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 просила взыскать с ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 800000 руб., утраченный заработок за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 19329 руб. ежемесячно.

В судебном заседании суда первой инстанции истец ФИО2 и ее представитель ФИО4 поддержали требование о взыскании компенсации морального вреда, исковое требование о взыскании утраченного заработка за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 19329 руб. не поддержали, просили оставить без рассмотрения для решения этого вопроса со страховой организацией.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании иск не признал, в отзыве на иск указал, что потерпевшая сама допустила нарушения Правил дорожного движения Российской Федерации, так как переходила дорогу не по пешеходному переходу, а уходя от него налево, то есть по диагонали, при этом, не убедившись, что переход для нее будет безопасен, указанные обстоятельства были скрыты в рамках уголовного дела; в счет возмещения морального вреда он выплатил ей 150000 руб., о чем истцом составлена расписка от ДД.ММ.ГГГГ, отметил, что утраченный заработок может быть возмещен истцу только страховщиком.

Прокурор Бурганова Э.Ф. в заключении указала, что исковые требования подлежат удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, так как выплаченной виновником дорожно-транспортного происшествия суммы в 150000 руб. недостаточно.

Третье лицо СПАО «Ингосстрах», привлеченное к участию в деле определением от ДД.ММ.ГГГГ, в судебное заседание явку представителя не обеспечило.

Решением Московского районного суда г.Чебоксары от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО3 в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 250000 руб.

В апелляционной жалобе ФИО3 ставит вопрос об отмене решения, указывает, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 получила от него в счет возмещения морального вреда денежные средства в размере 150000 руб., о чем оформила расписку с указанием на отсутствие претензий к нему, которая фактически является мировым соглашением, однако данную расписку суд не оценил; ФИО2 получила от него 150000 руб. не только в счет компенсации морального вреда, но и за сокрытие ее вины в дорожно-транспортном происшествии, которая заключалась в том, что потерпевшая не переходила дорогу по пешеходному переходу, а сошла с него и пошла по диагонали налево в 25м от перехода, само происшествие также произошло не на пешеходном переходе, то есть ФИО2 сама допустила нарушения Правил дорожного движения Российской Федерации, которые были скрыты в рамках уголовного дела, в случае недопущения указанных нарушений дорожно-транспортного происшествия не произошло бы; не оспаривает, что его вина в дорожно-транспортном происшествии очевидна, в связи с этим им оформлена явка с повинной и он согласился на рассмотрение уголовного дела в особом порядке судебного разбирательства, следователь скрыл вину потерпевшей в произошедшем и уговорил его заключить с ней мировое соглашение, по которому он обязался скрыть вину ФИО2 в уголовном процессе, а ФИО2 обязалась не иметь впредь каких-либо претензий к нему; полагает, что истица, обращаясь в суд, грубо нарушила условия мирового соглашения от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом наличия расписки суд обязан был отказать в удовлетворении иска; судом допущены нарушения процессуальных норм, он не является надлежащим ответчиком по требованию о взыскании утраченного заработка, указанное требование должно быть заявлено к страховщику <данные изъяты>, а иск о взыскании компенсации морального вреда противоречит обязательствам ФИО2 по расписке от ДД.ММ.ГГГГ, кроме того, суд никак не учел наличие вины потерпевшей в дорожно-транспортном происшествии; следователь ФИО1 совершил фальсификацию отдельных документов, показаний сторон и свидетелей, схем и т.д. из жалости к потерпевшей, чтобы она не лишилась возмещения вреда здоровью и морального вреда, этим же руководствовался и он, согласившись скрыть вину истца, что подтверждается схемой дорожно-транспортного происшествия, составленной <данные изъяты>.

В дополнениях к апелляционной жалобе ФИО3 ссылается на то, что Гражданским кодексом Российской Федерации взыскание дополнительной компенсации морального вреда не предусмотрено.

В возражениях на апелляционную жалобу ФИО2 просит оставить доводы жалобы без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции ответчик ФИО3 поддержал апелляционную жалобу. Представитель истца ФИО2 – ФИО4 просила отказать в удовлетворении доводов апелляционной жалобы. Прокурор Сурский Е.Э. в заключении выступил в пользу законности и обоснованности судебного решения. Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились.

Учитывая, что в материалах дела имеются доказательства заблаговременного надлежащего извещения неявившихся лиц о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, в том числе путем публикации извещения на официальном сайте суда апелляционной инстанции, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Согласно ч.1 и ч.3 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, а вне зависимости от них проверяет наличие предусмотренных ч.4 ст.330 ГПК РФ оснований для отмены решения во всяком случае.

Последних в настоящем деле судебная коллегия не обнаружила, а в остальном приходит к следующему.

Обращаясь в суд в рамках настоящего спора, ФИО2 просила взыскать с ФИО3 вред, причиненный в результате произошедшего ДД.ММ.ГГГГ дорожно-транспортного происшествия, - компенсацию морального вреда в размере 800000 руб., утраченный заработок за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 19329 руб. ежемесячно.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь ст.ст.1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), исходил из того, что факт причинения тяжкого вреда здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, установлен приговором <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, потому ФИО2 имеет право на возмещение причиненного ей морального вреда, и принимая во внимание, что потерпевшая неоднократно находилась на стационарном лечении в медицинских учреждениях - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с основным клиническим диагнозом <данные изъяты>, ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ установлена инвалидность <данные изъяты>, пришел к выводу, что наиболее полно отвечает степени нравственных и физических страданий, причиненных истцу в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсация морального вреда в размере 400000 руб. Поскольку на основании расписки от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 в счет возмещения морального вреда от ответчика получена денежная компенсация в размере 150000 руб., суд взыскал с ФИО3 в счет компенсации морального вреда оставшуюся часть - 250000 руб. (400000 руб. – 150000 руб.).

С учетом просьбы истца о нерассмотрении требования о взыскании утраченного заработка (для разрешения вопроса со страховой компанией) судом указанное требование по существу не рассматривалось.

Согласно ст.327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления (ч.1). В случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части (ч.2).

Исходя из этого, решение суда от 27 августа 2025 года проверяется судом апелляционной инстанции по апелляционной жалобе ответчика ФИО3 и только в части взыскания компенсации морального вреда в размере 250000 руб., а в остальной части судебный акт не проверяется, поскольку в остальном судебное решение не обжаловано, равно истец ФИО2 судебный акт не обжаловала. Иное противоречило бы диспозитивному началу гражданского судопроизводства, проистекающему из особенностей спорных правоотношений, субъекты которых осуществляют принадлежащие им права по собственному усмотрению, произвольное вмешательство в которые в силу положений статей 1, 2, 9 Гражданского кодекса Российской Федерации недопустимо. Оснований для проверки решения в полном объеме не имеется.

Таким образом, в соответствии с ч.1 ст.327.1 ГПК РФ судебная коллегия проверяет решение суда по апелляционной жалобе ответчика в части взыскания с ФИО3 в счет компенсации морального вреда в размере 250000 руб.

Материалами дела подтверждается, что приговором <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 Уголовного кодекса Российской Федерации (нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека), и ему назначено наказание в виде ограничения свободы на срок 6 месяцев.

Приговором установлено, что около <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, управляя транспортным средством <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком №, в условиях темного времени суток при включенном освещении фар ближнего света и фонарей уличного освещения, двигаясь по левой полосе своего направления проезжей части <адрес>, имея достаточный обзор, видимость в своем направлении и возможность заметить у левого края проезжей части на ровном участке дороги пешехода ФИО2, собирающуюся пересечь дорогу, на достаточном для обнаружения расстоянии, проигнорировав вероятность ее выхода на путь его движения, приближаясь к нерегулируемому пешеходному переходу, обозначенному видимыми дорожными знаками особых предписаний «5.19.1», «5.19.2» - пешеходный переход, а также горизонтальной разметкой «1.14.1», не снизил скорость движения и не остановился, не убедившись в отсутствии препятствия на пути своего движения и не уступив дорогу пешеходу ФИО2, напротив <адрес> совершил наезд на пешехода ФИО2, переходящую проезжую часть дороги по нерегулируемому пешеходному переходу слева направо по направлению движения указанного транспортного средства.

В результате дорожно-транспортного происшествия пешеход ФИО2 получила <данные изъяты>, которая по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью человека.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО3, суд признал явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, оказание помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступления, добровольное возмещение имущественного и морального вреда, причиненных в результате преступления и т.д.

Судебный акт вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно ч.4 ст.61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Указанный выше приговор вступил в законную силу и согласно ч.4 ст.61 ГПК РФ имеет для разрешения настоящего дела преюдициальное значение, что соответствует разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в п.8 постановления Пленума от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении".

Ответчик в апелляционной жалобе оспаривает обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, ссылаясь на то, что наезд на пешехода произошел не на пешеходном переходе, а на значительном расстоянии от пешеходного перехода, также ссылается на наличие вины ФИО2 в произошедшем дорожно-транспортном происшествии, которая переходила проезжую часть дороги не по пешеходному переходу, а по диагонали, не убедившись в том, что переход для нее будет безопасным, не оценив расстояние до приближающегося к ней автомобиля и т.д.

Однако приговором суда установлено, что дорожно-транспортное происшествие произошло именно по вине ФИО3, который, не убедившись в отсутствии препятствия на пути своего движения и не уступив дорогу пешеходу, совершил наезд на пешехода ФИО2, переходящую проезжую часть дороги по нерегулируемому пешеходному переходу слева направо по направлению движения транспортного средства.

Соответственно, указанные выше обстоятельства, в том числе факт наезда на пешехода ФИО2, переходящую проезжую часть дороги по нерегулируемому пешеходному переходу, уже установленные вступившим в законную силу приговором в отношении ФИО3, не подлежат оспариванию в рамках настоящего спора и не требуют дополнительного доказывания.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) компенсация морального вреда предусмотрена в качестве одного из способов защиты гражданских прав.

Статьей 150 ГК РФ жизнь и здоровье человека отнесены к нематериальным благам, которые защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст.12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

К числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной. Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья (ч.1 ст.20 и ч.1 ст.41 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с абз.1 ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п.1).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2).

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного суда РФ N 33 от 15.11.2022 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, право на уважение родственных и семейных связей и т.д.) (п.1).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п.14).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п.25).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п.30).

В п.32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, то факт причинения ему морального вреда предполагается, установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Причиненный истцу источником повышенной опасности моральный вред подлежит возмещению в безусловном порядке, установлено и не требует дополнительного доказывания со стороны истца, что ДД.ММ.ГГГГ ответчиком причинен тяжкий вред ее здоровью, в данном случае подлежит определению лишь размер компенсации морального вреда.

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

В связи с причинением вреда здоровью ФИО2, безусловно, претерпевает глубокие нравственные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции учел фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, степень и характер физических и нравственных страданий, тяжесть полученных ФИО2 <данные изъяты> и их последствия в виде <данные изъяты>, необходимость <данные изъяты>, установление <данные изъяты> инвалидности и с учетом указанных обстоятельств нашел справедливой компенсацию морального вреда в размере 400000 руб., с учетом ранее возмещенного ответчиком вреда в размере 150000 руб. взыскал компенсацию морального вреда в оставшейся части – в размере 250000 руб.

Судебная коллегия отмечает, что здоровье человека – это состояние его полного физического и психического благополучия, которого истец был лишен по вине ответчика. Здоровье является наивысшим благом и наиболее значимым конституционным правом каждого человека и гражданина, без их соблюдения утрачивают значение многие другие блага и ценности.

Однозначно установлено, что ФИО2 в результате дорожно-транспортного происшествия причинен тяжкий вред здоровью в виде <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 получила от ФИО3 в счет возмещения морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, денежные средства в размере 150000 руб., о чем составлена расписка от ДД.ММ.ГГГГ.

Однако впоследующем потерпевшая неоднократно находилась на стационарном лечении в медицинских учреждениях - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с диагнозом <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 установлена инвалидность <данные изъяты> по общему заболеванию на срок до ДД.ММ.ГГГГ, что следует из справки <данные изъяты> №.

Кроме того, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 вновь находилась на стационарном лечении с диагнозом <данные изъяты>.

Оценив приведенные выше обстоятельства, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что уплаченная ранее ответчиком денежная сумма в размере 150000 руб. не является достаточной компенсацией причиненного истцу морального вреда, с учетом приведенных выше обстоятельств, наступивших последствий, счел справедливым взыскание дополнительно компенсации морального вреда в размере 250000 руб.

Наличие расписки об отсутствии претензий материального характера от ДД.ММ.ГГГГ, на что ссылается апеллянт в апелляционной жалобе, основанием для отказа в удовлетворении исковых требований служить не может, так как данная расписка не может ограничивать или препятствовать обращению истца в суд, тем более, с учетом того, что истец после ДД.ММ.ГГГГ продолжил претерпевать нравственные и физические страдания, вызванные полученными в указанном выше дорожно-транспортном происшествии <данные изъяты>, вынуждена была переносить <данные изъяты>, в ДД.ММ.ГГГГ ей наложена <данные изъяты> и т.д. ФИО2, не обладая специальными познаниями, не могла предвидеть объем и характер предстоящих с целью восстановления здоровья медицинских манипуляций, равно не могла предусмотреть тот факт, что восстановление здоровья будет затруднительным с учетом <данные изъяты>.

В ином случае отказ от возмещения морального вреда, возникшего в результате противоправных действий ответчика впоследующем, т.е. в будущем, свидетельствовал бы об отказе в праве на эффективное возмещение морального вреда, соответствующего характеру причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий.

Мировое соглашение представляет собой соглашение сторон о прекращении спора на основе добровольного урегулирования взаимных претензий и утверждения взаимных уступок и является одним из процессуальных средств защиты субъективных прав. Мировое соглашение влечет для сторон правовые последствия лишь с момента придания ему процессуальной формы, то есть с момента утверждения судом.

Расписка от ДД.ММ.ГГГГ, вопреки доводу апелляционной жалобы, мировым соглашением признана быть не может, представляет собой документ, подтверждающий получение ФИО2 в счет возмещения морального вреда денежных средств в размере 150000 руб., так как подписана лишь самой ФИО2, в судебном порядке она не утверждалась, потому препятствовать обращению в суд с настоящим иском она не может.

Вместе с тем, приведенные выше обстоятельства, свидетельствующие о продолжающихся у истца нравственных и физических страданиях, несомненно, влияют на размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в интересах истца.

При изложенном судебная коллегия соглашается с выводом суда о том, что с учетом характера и степени причиненных истцу нравственных страданий, конкретных обстоятельств дела, индивидуальных особенностей потерпевшей, возраста истца (ДД.ММ.ГГГГ), требований разумности и справедливости, подлежащую взысканию в интересах истца компенсацию морального вреда следует определить в размере 400000 руб.

Суд апелляционной инстанции находит, что такой размер компенсации является справедливым, разумным, соразмерным перенесенным истцом нравственным и физическим страданиям и достаточным для заглаживания причиненного ей морального вреда.

Оснований полагать, что судом первой инстанции при разрешении спора не были созданы условия для всестороннего и полного исследования доказательств и установления фактических обстоятельств на основе принципов равноправия и состязательности, предусмотренные ч.3 ст.123 Конституции РФ, ст.12 ГПК РФ, а также не было обеспечено право ответчика на справедливое судебное разбирательство и эффективные средства судебной защиты, гарантированные ч.1 ст.46 Конституции РФ, не имеется.

В суде апелляционной инстанции ответчиком заявлено ходатайство о назначении по делу судебной медицинской экспертизы на предмет установления причин столь длительного лечения потерпевшей ФИО2 (на взгляд ответчика, продолжительное лечение <данные изъяты> связано с получением повторных <данные изъяты>, а также нежеланием потерпевшей работать и желанием вести праздный образ жизни, о чем указано в письменном отзыве от ДД.ММ.ГГГГ).

Согласно абз.2 ч.1 ст.327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства. Дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.

Невозможность заявления ходатайства о назначении по делу судебной медицинской экспертизы в суде первой инстанции по причинам, не зависящим от ответчика, стороной не обоснована, сам по себе тот факт, что судом не принята во внимание позиция ответчика, изложенная по делу, не свидетельствует о невозможности представления дополнительных доказательств по причинам, не зависящим от стороны, и не является свидетельством непредставления доказательств по уважительным причинам, в связи с чем суд апелляционной инстанции отказал в назначении судебной экспертизы определением, занесенным в протокол судебного заседания (п.42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 N 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции").

Более того, представленными в материалы дела медицинскими документами подтверждается тот факт, что причиной заболевания истца является <данные изъяты>, полученная ДД.ММ.ГГГГ в ходе дорожно-транспортного происшествия, в связи с которой ДД.ММ.ГГГГ произведена <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>, в ДД.ММ.ГГГГ произошло <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ – <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ – <данные изъяты> и т.д.

Каких-либо объективных данных в пользу того, что ФИО2 в период лечения получен повторный <данные изъяты>, в материалах дела не содержится, такие доводы ответчика являются его предположением, о чем ФИО3 заявил и в суде апелляционной инстанции.

В соответствии с п.2 ст.1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен (абз.1)

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (абз.2).

Как разъяснено в п.17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (п.2 ст.1083 ГК РФ). Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и другое).

Аргумент апеллянта о наличии в дорожно-транспортном происшествии также и вины пострадавшей судебная коллегия находит несостоятельным, поскольку каких-либо доказательств, отвечающих требованиям ст.67 ГПК РФ с точки зрения относимости и допустимости, в подтверждение того, что поведение ФИО2 на момент происшествия содействовало возникновению или увеличению вреда, нет, напротив, достоверно установлено, что дорожно-транспортное происшествие произошло и тяжкий вред здоровью причинен в результате неправомерных действий водителя ФИО3, управлявшего транспортным средством, потому основания считать, что какое-либо действие/бездействие потерпевшего способствовало причинению вреда, нет. В свете изложенного основания для уменьшения размера компенсации согласно п.2 ст.1083 ГК РФ отсутствуют.

Таким образом, при разрешении спора судом первой инстанции верно определены юридически значимые обстоятельства дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, собранным по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка, выводы суда в полной мере соответствуют обстоятельствам дела, потому апелляционная жалоба ответчика оставляется судом апелляционной инстанции без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 27 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу с дополнением ФИО3 - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г.Самара) через суд первой инстанции.

Председательствующий И.В. Юркина

Судьи: Э.А. Степанова

Е.В. Лащенова

Мотивированное апелляционное определение составлено 02.12.2025.