Апелляционное определение № 33-602/2026 33-6386/2025 от 2 февраля 2026 г.

УИД 47RS0009-01-2024-001594-98

суд первой инстанции № 2-232/2025

суд апелляционной инстанции № 33-602/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 03 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда в составе:

председательствующего Ильичевой Т.В.,

судей Заплоховой И.Е., Тумашевич Н.С.

с участием прокурора Белых В.А.

при секретаре Язеве В.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 и ФИО2 по гражданскому делу № 2-232/2025 на решение Кировского городского суда Ленинградской области от 01 сентября 2025 года, которым частично удовлетворены исковые требования ФИО1 и ФИО2 к ГБУЗ ЛО «Кировская клиническая межрайонная больница», Комитету по здравоохранению Ленинградской области о взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Ленинградского областного суда Ильичевой Т.В., объяснения ФИО1 и ФИО2 и их представителя - ФИО3, поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражения представителя ГБУЗ ЛО «Кировская клиническая межрайонная больница» - ФИО4, заключение прокурора, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда

установила:

ФИО1 и ФИО2 обратились в Кировский городской суд Ленинградской области с иском к ГБУЗ ЛО «Кировская клиническая межрайонная больница», Комитету по здравоохранению Ленинградской области о взыскании компенсации морального вреда в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи в размере по 3000000 руб. в пользу каждого из истцов.

В обоснование заявленных требований указали, что являются дочерью и супругом ФИО5 В период с 10 февраля 2024 года по 24 февраля 2024 года ФИО5 проходила лечение в ГБУЗ ЛО «Кировская КМБ». 24 февраля 2024 года ФИО5 скончалась. Медицинские услуги были оказаны ФИО10 ненадлежащего качества, при других условиях смерть не наступила бы. Медицинский персонал на протяжении всего лечения проявлял по отношению к ФИО5 безответственность, пренебрежение, игнорирование элементарных просьб, халатность при выполнении своих обязанностей. Наблюдая за страданиями матери ФИО1 испытывала душевную боль и потрясение, что привело к длительному стрессу. ФИО2, узнав о смерти супруги, долгое время находился в депрессии, испытывал постоянные головные боли и бессонницу.

Представители ответчика, не оспаривая факт наличия дефектов при оказании медицинской помощи, однако в связи с отсутствием причинно-следственной связи между оказанием медицинской помощью и смертью ФИО5, смерть которой связана с циррозом печени и печеночной недостаточностью, которые возникли задолго до оказания данной медицинской помощи, просил снизить размер компенсации морального вреда.

Решением Кировского городского суда Ленинградской области от 01 сентября 2025 года исковые требования удовлетворены частично.

Взыскана с ГБУЗ ЛО «Кировская клиническая межрайонная больница» в пользу ФИО2 и ФИО1 компенсация морального вреда в размере по 150000 руб. в пользу каждого.

В остальной части иска ФИО2 и ФИО1 – отказано.

Истцы не согласились с постановленным решением суда, представили апелляционную жалобу, в которой просят его отменить, удовлетворив требования в полном объеме. В обоснование доводов жалобы указывали, что суд при определении размера компенсации морального вреда не учел причиненные истцам физических и нравственные страданий.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда приходит к следующему.

На основании ст. 41 Конституции РФ каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» основными принципами охраны здоровья являются, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Согласно ст. 10 указанного Закона, доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются, в том числе: наличием необходимого количества медицинских работников и уровнем их квалификации; применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи; предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

В соответствии со ст. 19 указанного Закона, каждый имеет право на медицинскую помощь и каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Согласно ч. 5 данной статьи пациент имеет право, в частности, на: профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям; получение консультаций врачей-специалистов; облегчение боли, связанной с заболеванием и (или) медицинским вмешательством, доступными методами и лекарственными препаратами; получение информации о своих правах и обязанностях, состоянии своего здоровья, выбор лиц, которым в интересах пациента может быть передана информация о состоянии его здоровья; возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

На основании п. 2 ст. 79 указанного Закона, медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи.

В соответствии с п. 3 ст. 98 указанного Закона вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии со ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В силу разъяснений, изложенных в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

В силу ст. 150 ГК Российской Федерации здоровье является нематериальным благом, которое принадлежит гражданину от рождения.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», поскольку право требовать компенсацию морального вреда неразрывно связано с личностью потерпевшего и носит личный характер, в том числе в случае нарушения прав потребителей, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, оно не может быть передано в порядке правопреемства, в частности уступки требования (пункт 1 статьи 6, статья 383 ГК РФ).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (п.14).

Согласно ст. 1095 ГК РФ вред, причиненный здоровью гражданина вследствие недостатков услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации об услуге, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу (исполнителем), независимо от его вины и от того, состоял потерпевший с ним в договорных отношениях или нет.

В соответствии со ст. 1098 ГК РФ исполнитель услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования результатами услуги или их хранения.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО2 является супругом, ФИО1 дочерью ФИО5

В период с 10 февраля 2024 года по 24 февраля 2024 года ФИО5 проходила лечение в ГБУЗ ЛО «Кировская КМБ».

24 февраля 2024 года ФИО5 умерла.

Согласно протоколу № заседания подкомиссии по контролю качества и безопасности медицинской деятельности ГБУЗ ЛО «Кировская КМБ» от 07 марта 2024 года при оценке качества оказания медицинской помощи ФИО5 в ГБУЗ ЛО «Кировская КМБ» выявлены нарушения: врачом-травматологом травматологического отделения Шлиссельбургской ГБ ГБУЗ ЛО «Кировская КМБ» ФИО6 нарушены требования: ст. ст. 37, 70 Федерального Закона Российской Федерации № 323-ФЗ от 21 ноября 2011 года «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»; Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и ортопедия» утвержденного приказом М3 РФ от 12 ноября 2012 года №, Клинических рекомендаций М3 РФ «Переломы бедренной кости»; Приказа Министерства Здравоохранения РФ от 05 августа 2022 года №н «Об утверждении унифицированных норм медицинской документации, используемых в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара и порядков их ведения»; приказа Минздрава России от 10 мая 2017 года №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», а именно:

- на титульном листе не заполнено поле «кем направлен больной», нет даты и время установления клинического диагноза.

- при сборе анамнеза при поступлении в стационар, нет уточнения характера травмы (падение с высоты собственного роста на коленный сустав, падение с высоты на выпрямленную нижнюю конечность, избыточное отклонение голени во фронтальной плоскости). Жалобы описаны кратко, нет уточнения характера болей, интенсивности, длительности.

- при сборе анамнеза жизни нет сведений о сопутствующих заболеваниях;

- при описании статуса в разделе «периферические отеки» стоит - нет. (у пациентки выраженный отек нижних конечностей (лимостаз);

- по данным Rg ОГК от 10 февраля 2024 года у пациентки переломы передних отрезков 3,4 ребер справа, однако, в жалобах нет описания болей, не вынесено в заключительный диагноз;

- в истории болезни отсутствует дневниковая запись за 11 февраля 2024 года;

- в дневниковых записях за 12 февраля 2024 года нет трактовки изменений в анализах крови;

- в дневниковой записи за 13 февраля 2024 года в локальном статусе имеется запись «по задней поверхности коленного сустава имеются эпидермальные пузыри, вскрыты. Наложена ас. повязка с раствором ФИО7. 14 февраля 2024 года, 15 февраля 2024 года, 16 февраля 2024 года, выполняется перевязка. В лист назначений не вынесено;

- 16 февраля 2024 года - пациентка проконсультирована терапевтом, рекомендовано переливание эритроцитарной массы - не вынесено в лист назначений;

- назначен анализ крови на ферритин, железо - не вынесено в лист назначений и не выполнено:

- в осмотре врача терапевта отсутствует заключительный диагноз;

- отсутствуют дневниковая запись за 18 февраля 2024 года;

- не проведена оценка риска тромбоза вен и риска ТЭЛА;

- в листе назначений S. Кеторол 2.0 в/м при болях до 3-х раз в сутки, максимальная суточная доза этого препарата 90 мг в сутки/3 мл.;

- в лист назначений за 16 февраля 2024 года добавлен ФИО8 1.0 2 раза в день, Дискарт 250 мг - обоснований в дневниковой записи нет.

Врачом терапевтического отделения Шлиссельбургской Городской больницы ГБУЗ ЛО «Кировская КМБ» ФИО9, дежурными врачами приемного отделения ГБУЗ ЛО «Кировская КМБ» ФИО11, ФИО7 2.С. нарушены требования: ст.ст. 37, 70 Федерального Закона Российской Федерации № 323-ФЗ от 21 ноября 2011 года «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»; Порядка оказания медицинской помощи взрослым населению по профилю «терапия» утвержденного приказом М3 РФ от 15 ноября 2012 года №н; Клинических рекомендаций М3 РФ «Железодефицитная анемия»; Приказа Министерства Здравоохранения РФ от 5 августа 2022 года №н «Об утверждении унифицированных форм медицинской документации, используемых в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара и порядков их ведения»; Приказа Минздрава России от 10 мая 2017 года №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», а именно:

- на титульном листе не заполнено поле «кем направлен больной», нет даты и времени установления клинического диагноза;

- в приемном эпикризе за 21 февраля 2024 года при сборе анамнеза, нет сведений о внесенных заболеваниях (в лист назначений вынесен гипотензивный препарат);

- нет уточнения локализации, выраженности отеков нижних конечностей;

Пациентка переведена из хирургического отделения, где ежедневно проводились перевязки задней поверхности коленного сустава с наложением асептической повязки, в терапевтическом отделение локальный статус не описан, перевязки не назначены, данных о том, что у пациентки гипсовая лонгета не имеется;

- в приемном эпикризе отсутствует подпись заведующего отделением;

- в листе назначений за 22 февраля 2024 года лечащим врачом назначена консультация хирурга в связи с «температурой, пролежнями и раной». В дневниковой записи за 12 февраля 2024 года описания локального статуса, температуры тела - отсутствуют;

- в дневниковых записях 23 февраля 2024 года, 24 февраля 2024 года нет описания локального статуса гипсовая лонгета, пролежни?);

- назначено, но не выполнено:

- копрограмма (реакция Грегерсона);

- ЭХО КГ;

- ФГДС;

- ФКС.

Согласно акту № от 26 марта 2024 года Комитета по здравоохранению Ленинградской области, составленному по итогам внеплановой проверки: при оказании специализированной помощи гр. ФИО5 в ГБУЗ ЛО «Кировская КМБ» не соблюдены требования ст.ст. 37. 70 Федерального Закона Российской Федерации № 323-ФЗ от 21 ноября 2011 года «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации», Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и ортопедия», утвержденного приказом МЗ РФ от 12 ноября 2012 года №н, Клинических рекомендаций МЗ РФ «Переломы бедренной кости». Приказа Минздрава России от 04 апреля 2023 года №п «Об утверждении стандарта медицинской помощи взрослым при железодефицитной анемии (диагностика, лечение и диспансерное наблюдение)». Клинических рекомендаций «Железодефицитная анемия» (одобрены Минздравом России), Приказа Минтруда России от 12 ноября 2018 года №н «Об утверждении профессионального стандарта «Врач - травматолог-ортопед». Приказа Минздрава России от 4 апреля 2023 года №п «Об утверждении стандарта медицинской помощи взрослым при железодефицитной анемии (диагностика, лечение и диспансерное наблюдение)». Порядка оказания медицинской помощи взрослым населению по профилю «терапия», утвержденного приказом МЗ РФ от 15 ноября 2012 года №н: Клинических рекомендаций МЗ РФ «Железодефицитная анемия». Выявлены нарушения в оформлении медицинской документации.

ООО «СМК РЕСО-Мед» было организовано проведение экспертизы качества медицинской помощи, в ходе которой выявлены нарушения, а именно: невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств, приведшее к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания. Отсутствие в медицинской документации результатов обследований, осмотров, консультаций специалистов, дневниковых записей, позволяющих оценить динамику состояния здоровья застрахованного лица, объем, характер, условия предоставления медицинской помощи и провести оценку качества медицинской помощи.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы №., при оказании медицинской помощи ФИО5 в ГБУЗ ЛО «Кировская КМБ» в период с 10 февраля 2024 года по 24 февраля 2024 года были допущены следующие недостатки:

1. На этапе травматологического отделения медицинская помощь оказывалась в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения РФ от 12 ноября 2012 года №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и ортопедия», на основе Клинических рекомендаций «Переломы бедренной кости» (кроме проксимального отдела бедренной кости)18, Клинических рекомендаций «Железо-дефицитная анемия»19, Приказа Минздрава России от 4 апреля 2023 года № 138н «Об утверждении стандарта медицинской помощи взрослым при железодефицитной анемии (диагностика, лечение и диспансерное наблюдение)», при этом были допущены следующие недостатки:

1.1. Недостатки диагностики:

- краткое описание жалоб, в частности, нет оценки интенсивности болевого синдрома по визуально-аналоговой шкале, при сборе анамнеза не указано на наличие сопутствующих заболеваний;

- при осмотре не описано наличие/отсутствие признаков повреждения сосудисто-нервного пучка на уровне перелома;

- не проведены: определение антител к поверхностному антигену (HBsAg) вируса гепатита В (Hepatitis В virus) в крови; определение антител к вирусу гепатита A (Hepatitis А virus) в крови; определение антител к вирусу гепатита С (Hepatitis С vims) в крови; - определение антител к бледной трепонеме (Treponema pallidum) в нетрепонемных тестах (RPR, РМП) (качественное и полуколичественное исследование) в сыворотке крови; определение антител классов М, G (IgM, IgG) к вирусу иммунодефицита человека ВИЧ-1 (Human immunodeficiency vims HIV 1) в крови; определение антител классов М, G (IgM, IgG) к вирусу иммунодефицита человека ВИЧ-2 (Human immunodeficiency vims HIV 2) в крови);

- не проведена оценка риска развития венозных тромбоэмболических осложнений, в том числе с использованием шкалы PESI, индекса GENEVA;

- противоречивые данные о наличии периферических отеков (при осмотре указано на отсутствие при фактическом описании выраженных отеков нижних конечностей);

- нет оценки результатов оценки лабораторных данных (повышение С-реактивного белка, гипопротеинемии, билирубинемии);

- при выявленных показателях уровня гемоглобина (60 г/л 10 февраля 2025 года) консультация врача терапевта проведена только 16 февраля 2025 года;

- лечащим врачом - травматологом-ортопедом не назначено проведение лабораторных исследований (уровня трансферрина сыворотки крови; уровня ферритина в крови, железосвязывающей способности сыворотки, насыщения трансферрина железом);

- лечащим врачом - травматологом-ортопедом не сформирован план обследования, направленный на установление источников кровотечения, как причины развития железодефицитной анемии (анализ кала на скрытую кровь, эндоскопические исследования).

1.1 Недостатки лечения:

- назначено внутривенное введение раствора магния сульфата 25% при зарегистрированной по результатам ЭКГ от 12 февраля 2024 года атривентрикулярной блокады I степени, что согласно инструкциям по применению данного лекарственного препарата является противопоказанием для его применения;

- лекарственный препарат кеторол назначен и применен с превышением максимальной суточной дозы.

Недостатки оформления диагноза:

- в диагнозе не указаны переломы 3-го и 4-го ребер справа, которые были выявлены при рентгенографии от 10 февраля 2024 года.

1.3 Недостатки оформления медицинской документации:

- форма медицинской карты № не соответствует требованиям Приложения № к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 5 августа 2022 года №н;

- имеются не заполненные разделы медицинской карты № (пп. «а» п. 2.2 Приказа Министерства здравоохранения РФ от 10 мая 2017 года №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»);

- в медицинской карте отсутствует протокол проведения гипсовой иммобилизации с указанием ее характера, уровня наложения;

- в карте отсутствует данные о проведении осмотра лечащим врачом 11 февраля 2024 года;

- в листе назначений нет информации о применении лекарственного препарата «бетадин», применение препаратов крови;

- не приведено клиническое обоснование назначения антибактериальной терапии (лекарственный препарат «амикацин»), диуретического препарата (лекарственный препарат «диакарб»);

- в осмотре врача - терапевта от 16 февраля 2024 года не указан диагноз.

2. На этапе терапевтического отделения медицинская помощь оказывалась в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения РФ от 15 ноября 2012 года №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «терапия», Клинических рекомендаций «Железодефицитная анемия», Клинических рекомендаций «Хроническая сердечная недостаточность», Приказа Минздрава России от 4 апреля 2023 года №н «Об утверждении стандарта медицинской помощи взрослым при железодефицитной анемии (диагностика, лечение и диспансерное наблюдение)», Приказа Министерства здравоохранения РФ от 20 апреля 2022 года №н «Об утверждении стандарта медицинской помощи взрослым при хронической сердечной недостаточности (диагностика, лечение и диспансерное наблюдение)», при этом были допущены следующие недостатки:

Недостатки диагностики:

- краткое описание жалоб, при сборе анамнеза не указано на наличие сопутствующей артериальной гипертензии;

- краткое описание проявлений отеков нижних конечностей, асцита;

- не проведена оценка риска развития венозных тромбоэмболических осложнений, в том числе с использованием шкалам PESI, индекса GENEVA;

- во врачебных осмотрах отсутствуют сведения о сатурации кислорода, о состоянии травмированной конечности, состояния кожного покрова в области ранее выявленных эпидермальных пузырей;

- лечащим врачом-терапевтом не назначено проведение лабораторных исследований (уровня трансферрина сыворотки крови; уровня ферритина в крови, железосвязывающей способности сыворотки, насыщения трансферрина железом);

- лечащим врачом-терапевтом не сформирован план обследования, направленный на установление источников кровотечения, как возможную причину развития железодефицитной анемии (анализ кала на скрытую кровь, эндоскопические исследования);

- не назначены диагностические мероприятия, направленные на установление причин и стадии хронической сердечной недостаточности (эхокардиография, определение уровня натрийуретических пептидов (мозгового натрийуретического пептида ЛЧ-концевого фрагмента прогормона мозгового натрийуретического пептида (NT-proBNP);

- не проведена назначенная 22 февраля 2024 года консультация врача - хирурга.

2.2 Недостатки формулировки диагноза:

- установлен неполный диагноз, так как хроническая сердечная недостаточность является осложнением какого-либо заболевания (патологического состояния) и не может рассматриваться, как самостоятельное заболевание (патологическое состояние), являющееся причиной смерти;

- имеется расхождение между установленным заключительным клиническим диагнозом и судебно-медицинским диагнозом, как по основному заболеванию, так и осложнению, явившемуся непосредственной причиной смерти.

2.3 Недостатки оформления медицинской документации:

- форма медицинской карты № не соответствует требованиям Приложения № к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 5 августа 2022 года №н;

- имеются не заполненные разделы медицинской карты № (пп. «а» п. 2.2 Приказа Министерства здравоохранения РФ от 10 мая 2017 года №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»);

- нет информации о продолжении лечения в виде наложения лечебных повязок на правую нижнюю конечность;

- в осмотре при приеме пациентки в отделение и последующих наблюдениях отсутствует подпись заведующего отделением.

2. Выявленные недостатки оказания медицинской помощи ФИО5 (диагностики и лечения) в ГБУЗ ЛО «Кировская КМБ» в период с 10 февраля 2024 года по 24 февраля 2024 года не привели к ухудшению состояния ее здоровья по следующим основаниям:

- данные недостатки не привели к возникновению новых заболеваний (патологических состояний);

- прогрессивное ухудшение состояния здоровья пациентки в указанный период было связано с неблагоприятным течением имевшихся ранее заболеваний, протекавших на фоне травмы правой нижней конечности;

- не было выявлено клинических проявлений недостатков лекарственной терапии в виде заболеваний (патологических состояний).

Недостатки формулировки диагноза, недостатки оформления медицинской документации, в виду своего характера, не могли привести к ухудшению состояния здоровья ФИО5

Согласно данным результатам судебно-медицинского исследования трупа, смерть ФИО5 наступила от осложнений длительного текущего заболевания печени - цирроза печени, который осложнился острой печеночной недостаточностью. Данное заболевание, судя по его характеру, морфологическим проявлениям, возникло задолго до рассматриваемого периода оказания медицинской помощи.

Выявленные недостатки оказания медицинской помощи ФИО5 (диагностики и лечения) в ГБУЗ ЛО «Кировская КМБ» в период с 10 февраля 2024 года по 24 февраля 2024 года не состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением летального исхода. В тоже время, учитывая, что при оказании медицинской помощи в период с 10 февраля 2024 года по 24 февраля 2024 года не было диагностировано заболевание, послужившее причиной смерти ФИО5, то вышеуказанные недостатки диагностики следует рассматривать, как состоящие в косвенной связи с наступлением летального исхода.

Руководствуясь вышеприведенными правовыми нормами и учитывая установленные по делу обстоятельства, судебная коллегия полагает, что решение не подлежит отмене или изменению.

Удовлетворяя частично исковые требования, суд первой инстанции, с учетом представленных доказательств, оценка которым дана в соответствии с положениями ст.67 ГПК РФ, в том числе в соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы, обоснованно пришел к выводу, что в судебном заседании нашло подтверждение оказание умершей ФИО5 медицинских услуг с дефектами, поэтому истцы имеют право на компенсацию морального вреда, отсутствие прямой причинно-следственной связи между выявленными дефектами оказания медицинских услуг и смертью ФИО5, не является основанием для отказа в иске.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что в случае причинения работниками медицинской организации вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи медицинская организация обязана возместить причиненный вред лицу, имеющему право на такое возмещение.

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинского учреждения или его работников.

Обязанность по доказыванию отсутствия вины лежит на ответчике, лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

Судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что заключение комиссионной судебно-медицинской экспертиза АНО «Центральное бюро Судебных Экспертиз №» является относимым и допустимым доказательством, данное заключение отвечает требованиям, предусмотренным ст.86 ГПК РФ, полно и ясно отвечает на поставленные судом вопросы, данное заключение оценивалось судом в совокупности с другими представленными доказательствами, противоречий в заключении не содержится, причиной смерти ФИО5 явился цирроз печени, который осложнялся печеночной недостаточностью, которое возникло задолго до оказанной медицинской помощи. Выявленные недостатки оказания медицинской помощи (диагностики и лечения) не привели к ухудшению состояния здоровья умершей, и недостатки оказания медицинской помощи не находятся в причинно-следственной связи со смертью ФИО5

Суд первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда обоснованно учел, положения ст.ст.151,1101 ГК РФ, в совокупности оценил конкретные дефекты оказания медицинской помощи, что они не находятся в прямой причинно-следственной связи со смертью пациента, что ФИО5 до смерти не было диагностировано заболевание печени, об указанном заболевании врачам не сообщала, за медицинской помощью она не обращалась, лечение не проходила, за медицинской помощью обратилась 10.02.2024 в связи с полученной травмой 04.02.2024, т.е. неделю занималась самолечением, обстоятельства дела, возраст умершей 70 лет, являлась пенсионером, требования разумности и справедливости, соразмерность компенсации, последствиям нарушения прав, установив баланс интересов сторон.

Судебная коллегия полагает, что определяя размер компенсации морального вреда в сумме 150000 руб. в пользу каждого из истцов, суд первой инстанции учел все обстоятельства дела, принцип разумности и справедливости, поэтому доводы апелляционной жалобы не являются основанием для изменения решения суда в части определения размера компенсации морального вреда.

Доводы апелляционной жалобы правовых оснований к отмене решения суда не содержат, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являющихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции и к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, тогда как основания для переоценки доказательств отсутствуют.

Ссылок на какие-либо процессуальные нарушения, являющиеся безусловным основанием для отмены правильного по существу решения суда, апелляционная жалоба не содержит.

С учетом изложенного, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда полагает, что решение суда отвечает требованиям закона, оснований для его отмены или изменения по доводам жалобы не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда

определила:

решение Кировского городского суда Ленинградской области от 01 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 и ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Судья Трудова Н.Ю.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 05 февраля 2026г.