Приговор № 1-28/2018 от 21 июня 2018 г. по делу № 1-28/2018

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

22 июня 2018 г. г. Новочеркасск

Новочеркасский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Сивенкова С.В., при секретаре судебного заседания Гребневой В.И., с участием государственного обвинителя – старшего помощника военного прокурора Новочеркасского гарнизона (звание) ФИО1, подсудимых ФИО2 и ФИО3, защитников – адвокатов Дубиковой Е.В. и Чернышова А.Е., в открытом судебном заседании, рассмотрел уголовное дело в отношении военнослужащего войсковой части № (звание)

ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, с <данные изъяты> образованием, (семейное положение), ранее не судимого, проходящего военную службу по контракту с апреля 2017 г., проживавшего до ареста по адресу: <адрес>,

и бывшего военнослужащего войсковой части № (звание)

ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, со <данные изъяты> образованием, (семейное положение), ранее не судимого, проходившего военную службу по призыву с мая 2017 г. по май 2018 г., до ареста проживавшего по адресу: <адрес>,

обоих обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, а ФИО3, кроме того, – и по ч. 1 ст. 337 и ч. 4 ст. 337 УК РФ.

Судебным следствием военный суд

УСТАНОВИЛ:

12 октября 2017 г., около 2-х часов, ФИО2 и ФИО3, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь возле кафе «Анюта», расположенного по адресу: <...>, действуя группой лиц, в ходе ссоры с гражданином Ф.Р.Р., желая наказать его за негативные высказывания в их адрес, применили к нему насилие. Так, ФИО2 нанес Ф.Р.Р. поочередно не менее двух ударов кулаками обеих рук в лицо, после чего присоединившийся к нему ФИО3, поддерживая и действуя с ФИО2 за одно, потянул Ф.Р.Р. за одежду на себя, и, уронив его на землю, нанес тому один удар правой ногой в живот. Продолжая осуществлять задуманное, ФИО2, отведя Ф.Р.Р. за кафе «Анюта», где последний оступился и упал на спину, совместно с присоединившимся ФИО3, имея умысел на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью группой лиц, не желая, но безразлично относясь к возможности наступления смерти Ф.Р.Р., нанесли ему, каждый, справа и слева, не менее пяти ударов ногами по голове, как сверху, так и с боку, и не менее десяти ударов ногами по туловищу.

В результате примененного насилия совместными действиями подсудимых Ф.Р.Р. причинен тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности его смерть.

Кроме того, 26 августа 2017 г., около 16 часов 30 минут, ФИО3, будучи военнослужащим по призыву, желая отдохнуть от трудностей военной службы, с целью временно уклониться от ее прохождения, не имея на то уважительных причин, самовольно оставил войсковую часть №, дислоцированную в <адрес>, и убыл к месту жительства своих родственников в г. Каменск-Шахтинский Ростовской области. 4 сентября 2017 г. ФИО3 добровольно прибыл в воинскую часть, чем его незаконное отсутствие на военной службе было прекращено.

Он же, 6 сентября 2017 г., около 8 часов, действуя с той же целью и мотивом, не имея на то уважительных причин, вновь самовольно оставил войсковую часть №, и убыл к месту жительства своих родственников в г. Каменск-Шахтинский Ростовской области. 12 октября 2017 г., в 20 часов 10 минут, ФИО3 задержан в порядке ст. 91 УПК РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, чем его незаконное нахождение вне сферы воинских правоотношений, было пресечено.

Подсудимый ФИО2 виновным себя в совершении вмененного преступления не признал и показал, что 12 октября 2017 г., около 0 часов, он, находясь у кафе «Анюта», в ходе ссоры с Ф.Р.Р. на почве внезапно возникших неприязненных отношений, в целях самообороны, нанес тому два удара кулаками в лицо, от которых у Ф.Р.Р. пошла из носа кровь. В этот момент, ФИО3 подбежал к ним, после чего схватил Ф.Р.Р. за одежду и потянул на себя, в результате чего тот упал на землю, а ФИО3 нанес тому один удар ногой в живот. В последующем они помогли Ф.Р.Р. подняться с земли и разошлись. Ранее на предварительном следствии он давал показания о том, что, находясь за кафе, нанес Ф.Р.Р. ногой еще не менее пяти ударов в голову, и не менее десяти ударов по туловищу, при указанных выше обстоятельствах. Однако, это не соответствует действительности, поскольку он себя оговорил под давлением следователя, будучи тем убежденным, что признание вины в совершенном преступлении позволит ему рассчитывать на более мягкое наказание. Иных ударов, кроме указанных, он Ф.Р.Р. не наносил, тяжкий вред здоровью, повлекший его смерть, не причинял. Кроме того, свидетель ФИО4 оговаривает их под давлением сотрудников правоохранительных органов.

Подсудимый Олейников виновным себя в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Ф.Р.Р., опасного для жизни, повлекшего по неосторожности его смерть, не признал и показал, что 12 октября 2017 г., около 0 часов, у кафе «Анюта», у ФИО2 с мужчиной, как в последствии ему стало известно Ф.Р.Р., произошел конфликт, в ходе которого ФИО2 стал наносить тому удары кулаками в голову. Желая оказать своему товарищу помощь, он подбежал к Ф.Р.Р., после чего схватил его за одежду и потянул на себя, в результате чего тот упал на землю, а он во время падения нанес ему один удар ногой в живот. После того, как он с ФИО2 помогли Ф.Р.Р. подняться с земли, конфликт был исчерпан, и они зашли в кафе. Ранее на предварительном следствии он также давал показания о том, что, находясь за кафе, нанес Ф.Р.Р. ногой еще не менее пяти ударов в голову, и не менее десяти ударов по туловищу. Эти данные им показания не соответствуют действительности, поскольку он себя оговорил под давлением следователя, будучи тем убежденным, что признание вины в совершенном преступлении, позволит ему рассчитывать на более мягкое наказание. Ударов ногой в голову и по телу он Ф.Р.Р. не наносил. Свою вину в самовольном оставлении воинской части, в каждом случае, ФИО3 признал, однако указал, что ввиду отсутствия условий для ночлега в подразделении и надлежащей организации питания для прикомандированных военнослужащих, ему пришлось самовольно оставить воинскую часть. Кроме того, отсутствие на службе было обусловлено желанием помочь больной бабушке, что, как следует из объяснений ФИО3, явилось для него следствием стечения тяжелых обстоятельств.

Несмотря на непризнание ФИО2 и ФИО3 своей вины в умышленном причинении группой лиц тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности его смерть, с признанием ФИО3 частично фактических обстоятельств самовольного оставления им воинской части в каждом случае, их виновность подтверждается следующими, представленными сторонами доказательствами.

Согласно показаниям ФИО2 и ФИО3, данным ими на предварительном следствии, и отраженным в соответствующих протоколах допросов, подсудимые, указывая на обстоятельства применения насилия к Ф.Р.Р., пояснили, что наносили ему удары в самом начале конфликта, находясь перед кафе, а именно ФИО2 наносил удары кулаками в лицо, а ФИО3 ногой в живот, но также и находясь за кафе, где каждый нанес, лежащему на земле Ф.Р.Р., не менее пяти ударов ногой в область головы и не менее десяти ударов ногой по телу.

Из протоколов проверки показаний на месте усматривается, что ФИО2 и ФИО3 указали места, где они находились вблизи кафе «Анюта», расположенного по адресу: <...>, и наносили удары Ф.Р.Р. ДД.ММ.ГГГГ

Из протокола следственного эксперимента с участием ФИО2 следует, что последний при помощи манекена продемонстрировал, каким образом он нанес не менее двух ударов Ф.Р.Р. кулаками левой и правой руки в область лица, не менее пяти ударов правой ногой в область головы и не менее десяти ударов правой ногой в область туловища. Кроме того, он продемонстрировал механизм нанесения ФИО3 Ф.Р.Р. одного удара ногой в область живота, не менее пяти ударов правой ногой в область головы и не менее десяти ударов правой ногой в область туловища.

Из протокола следственного эксперимента с участием ФИО3 усматривается, что последний при помощи манекена продемонстрировал, каким образом он нанес Ф.Р.Р. один удар ногой в область живота, не менее пяти ударов правой ногой в область головы и не менее десяти ударов правой ногой в область туловища. Также, он продемонстрировал механизм нанесения ФИО2 Ф.Р.Р. не менее двух ударов кулаками левой и правой руки в область лица, не менее пяти ударов правой ногой в область головы и не менее десяти ударов правой ногой в область туловища.

Как следует из протоколов очных ставок между обвиняемыми ФИО2 и ФИО3, они подтвердили свои показания о применении к Ф.Р.Р. совместного насилия 12 октября 2017 г.

Свидетель С. показала, что 12 октября 2017 г., около 2 часов она находилась с ФИО2 и ФИО3 у кафе «Анюта», где последние употребляли спиртные напитки после закрытия кафе. В какой-то момент ФИО2 отошел в сторону, после чего она заметила, что между ФИО2 и молодым человеком, как она позже узнала Ф.Р.Р., произошел словесный конфликт, в ходе которого ФИО2 нанес Ф.Р.Р. не менее двух ударов кулаками обеих рук в голову. Затем ФИО3 подбежал к ФИО2 и Ф.Р.Р., схватил последнего за одежду, и, потянув его на себя, уронил на землю лицом вниз. Во время падения Ф.Р.Р. ФИО3 нанес тому один удар ногой в живот. Затем ФИО3 с ФИО2 помогли подняться Ф.Р.Р. с земли, после чего ФИО3 подошел к ней, а ФИО2 остался рядом с Ф.Р.Р. и повел его за кафе, держа за капюшон. Следуя за ними, она и ФИО3, также пошли за кафе «Анюта», где она увидела лежащего на земле Ф.Р.Р., а также ФИО2, наносящего тому справа удары ногой по телу и голове. В этот момент ФИО3, присоединившийся к ФИО2, также стал наносить Ф.Р.Р. с левой стороны удары ногой по туловищу и голове. При этом ФИО2 и ФИО3 нанесли, каждый, не менее пяти ударов Ф.Р.Р. по голове, и не менее десяти по телу. В последующем, так как Ф.Р.Р. потерял сознание, ФИО3 и ФИО2 перестали наносить ему удары, взяли за одежду и потащили за угол между гаражом и кафе.

Из протокола проверки показаний на месте с участием свидетеля С. усматривается, что она указала на места применения к Ф.Р.Р. насилия и обстоятельства его применения ФИО2 и ФИО3 12 октября 2017 г., продемонстрировав способ применения насилия и механизм нанесения ударов.

В соответствии с протоколами очных ставок между обвиняемыми ФИО2, ФИО3 и свидетелем С., последняя подтвердила свои показания об обстоятельствах применении к Ф.Р.Р. насилия ФИО2 и ФИО3 12 октября 2017 г.

Из оглашенных показаний свидетеля П. следует, что 12 октября 2017 г., в восьмом часу, он обнаружил за кафе «Анюта», расположенном по адресу: <...>, мужчину, лежащего на спине между гаражом и кафе, без признаков жизни, о чем сообщил в скорую помощь.

Свидетель У. показал, что 12 октября 2017 г. в МО МВД России «Каменский» поступило сообщение о том, что возле кафе «Анюта», расположенного по адресу: <...>, находится труп неизвестного мужчины, как позже стало известно, Ф.Р.Р. В ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий было установлено, что к данному преступлению причастны ФИО2 и ФИО3. В последующем местонахождение подозреваемых было установлено, они были доставлены в отдел полиции, где подтвердили свою причастность к совершению данного преступления.

Согласно протоколам задержания, 12 октября 2017 г. задержаны в порядке ст. 91 УПК РФ, по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, ФИО2 - в 18 часов 00 минут, а ФИО3 - в 20 часов 10 минут, которые пояснили, что с задержанием согласны, так как именно они причинили Ф.Р.Р. телесные повреждения.

Свидетель Р. показала, что около 1 часа 12 октября 2017 г. в кафе «Анюта» пришли два парня и одна девушка. Одним из парней был ФИО3, девушку и второго парня она видела впервые. Заняв столик, они заказали себе две бутылки коньяка, объемом по 0,25 литра и один лимон. За время нахождения в кафе данные посетители вели себя спокойно, ни с кем не ругались, к ним никто не подходил, и они также ни с кем не общались. 12 октября 2017 г. около 2 часов, перед закрытием, в кафе зашел ранее знакомый ей Ф.Р.Р. в состоянии сильного алкогольного опьянения и грязной одежде, в связи с чем она не стала его обслуживать и вывела на улицу. После она сообщила о том, что кафе закрывается, ввиду чего посетители кафе, в том числе ФИО3, ФИО2 и ФИО4, стали собираться и покинули помещение. При этом, ФИО3 и ФИО2 выпили всего одну бутылку проданного ею коньяка, а вторую забрали с собой. Каких-либо конфликтов после закрытия заведения с участием Ф.Р.Р., ФИО2 и ФИО3 она не наблюдала.

Из протокола осмотра места происшествия от 12 октября 2017 г., следует, что местом умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть Ф.Р.Р., является участок местности вблизи кафе «Анюта», расположенного по адресу: <...>, где между тыльной частью указанного кафе и контейнером обнаружен труп Ф.Р.Р. с признаками насильственной смерти. В ходе осмотра места происшествия изъяты куртка, майка, трико, кроссовки, носки, камень с пятнами бурого цвета, лист дерева с пятнами бурого цвета, военный билет и отпускной билет на имя ФИО2.

Из протоколов выемки от 12 октября 2017 г., проведенной в помещении следственного отдела по г. Донецк СУ СК России РО, у подозреваемого ФИО2 изъята пара носок, а у ФИО3 изъята пара кроссовок.

В соответствии с протоколом обыска от 12 октября 2017 г., проведенного по адресу: <адрес>, в указанной квартире изъяты джинсы темно-синего цвета с элементами потертости, коричневым ремнем и с частицами вещества красного цвета; джинсы темно-синего цвета с элементами порванности и с частицами вещества красного цвета; кроссовки фирмы «Sport Suba», на которых имеются частицы вещества красного цвета.

Согласно заключениям эксперта от 2 марта 2018 г. №№ 5, 6, 7, 8, на камне и листе дерева, представленных на исследование, на джинсах «Disco & Jockey» № 1, джинсах № 2, на правом и левом кроссовках, изъятых в жилище ФИО3, на спортивных туфлях ФИО3 и носках ФИО2, а также на спортивных брюках («трико»), на куртке, на майке, на кроссовках «Saijun» правом и левом, одетых на Ф.Р.Р., обнаружена кровь человека.

В соответствии с заключением эксперта от 6 апреля 2018 г. № 33, кровь на: джинсах №1 и №2, правом кроссовке «Sport Suba», изъятых по месту жительства ФИО3, паре кроссовок (спортивных туфель) ФИО3, паре носков ФИО2, камне, листе дерева, трико (спортивных брюках) Ф.Р.Р., куртке Ф.Р.Р., майке, кроссовках Ф.Р.Р., принадлежит Ф.Р.Р. с вероятностью 99,99…%. Кровь на правом кроссовке «Sport Suba» принадлежит Ф.Р.Р. с вероятностью 99,99…%. На левом кроссовке «Sport Suba» обнаружена смесь различной ДНК не менее трех человек. В смеси ДНК выявлены генетические признаки (аллели), присущие генотипам Ф.Р.Р. и ФИО2. Вероятность присутствия ДНК Ф.Р.Р. и ФИО2 в смеси 99,99…%.

В соответствии с заключением судебно-медицинского эксперта от 7 декабря 2017 г. № 208/1, при судебно-медицинском исследовании трупа Ф.Р.Р. обнаружено: комплекс повреждений, составляющих закрытую черепно-мозговую травму, образовавшихся в результате воздействия тупого твердого предмета (предметов), что в совокупности квалифицируются как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для жизни, между ними и наступлением смерти прямой причинной связи нет; комплекс повреждений, составляющих закрытую тупую травму груди, образовавшихся в результате воздействия тупого твердого предмета (предметов), что в совокупности квалифицируются как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для жизни, между ними и наступлением смерти имеется прямая причинная связь; комплекс повреждений, составляющих закрытую тупую травму живота, образовавшихся в результате воздействия тупого твердого предмета (предметов), что в совокупности квалифицируются как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для жизни, между ними и наступлением смерти имеется прямая причинная связь; закрытый вывих обеих костей левого предплечья с разрывом капсулы левого локтевого сустава, кровоподтеки на тыльной поверхности левой кисти, которые при жизни в совокупности квалифицируются как средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья (более 21 дня), между ними и наступлением смерти прямой причинной связи нет; кровоподтеки и ссадины на тыльной поверхности правой кисти, ссадины на тыльной поверхности правого предплечья в нижней части, участок осаднения в правой ягодичной области, кровоподтек на передневнутренней поверхности правой голени в нижней трети, ссадины в области левого надколенника, которые образовались в результате воздействия тупого твердого предмета (предметов), и не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, и расцениваются как повреждения (каждое как по отдельности, так и в совокупности), не причинившие вред здоровью человека, между ними и наступлением смерти прямой причинной связи нет. Смерть Ф.Р.Р. наступила от комплекса повреждений, составляющих закрытую тупую травму груди и комплекса повреждений, составляющих закрытую тупую травму живота. Оба данных комплекса повреждений, как по отдельности, так и в совокупности являются смертельными. Сочетаясь по времени, данные комплексы повреждений утяжелили физическое состояние Ф.Р.Р. и тем самым ускорили наступление его смерти. Его смерть наступила, ориентировочно, за 7-9 часов до осмотра его трупа на месте происшествия, т.е. в промежуток времени с 00 часов 48 минут до 2 часов 48 минут 12 октября 2017 г. Какие-либо индивидуальные признаки травмирующих предметов (предмета) в имевшихся повреждениях на трупе Ф.Р.Р. не отобразились. Вполне вероятно, что повреждения у Ф.Р.Р. образовались «в результате нанесения ударов руками и ногами человека».

Согласно заключению эксперта от 3 апреля 2018 г. № 57, учитывая данные следственного эксперимента, заключения эксперта № 208/1 (экспертиза трупа), при обстоятельствах и механизме причинения телесных повреждений, указанных обвиняемым ФИО3 (наносил удары с левой стороны тела Ф.Р.Р.), мог образоваться комплекс повреждений, составляющий тупую травму головы, тупую травму груди преимущественно с левой стороны (разрывы пристеночной плевры и легочной ткани в проекции переломов ребер, двухсторонний гемопневмоторакс, разрыв передней поверхности легочного ствола сердца, тампонада полости околосердечной сорочки кровью), тупую травму живота преимущественно с левой стороны (разрывы ткани селезенки, гемоперитонеум - 1000 мл жидкой крови в брюшной полости), закрытый вывих обеих костей левого предплечья с разрывом капсулы левого локтевого сустава, множественные кровоподтеки и ссадины (преимущественно с левой стороны). Учитывая данные следственного эксперимента, заключения эксперта № 208/1 (экспертиза трупа), при обстоятельствах и механизме причинения телесных повреждений, указанных обвиняемым ФИО2 (наносил удары с правой стороны тела Ф.Р.Р.), мог образоваться комплекс повреждений, составляющий тупую травму головы, тупую травму груди преимущественно с правой стороны (разрывы плевры и легочной ткани в проекции переломов ребер, двухсторонний гемопневмоторакс, разрыв передней поверхности легочного ствола сердца, тампонада полости околосердечной сорочки кровью), тупую травму живота преимущественно с правой стороны (разрыв ткани печени, гемоперитонеум - 1000 мл жидкой крови в брюшной полости), множественные кровоподтеки и ссадины (преимущественно с правой стороны). Учитывая данные проверки показаний на месте, при обстоятельствах и механизме причинения телесных повреждений, указанных ФИО4, не исключается образование комплекса множественных повреждений у Ф.Р.Р., изложенных в заключении эксперта № 208/1 (экспертиза трупа) от 7 декабря 2017 г. Учитывая данные материалов дела и заключения эксперта № (экспертиза трупа) от 7 декабря 2017 г., категорично утверждать, от каких именно травмирующих воздействий (ударов), указанных обвиняемыми, были причинены повреждения, непосредственно причинившие смерть Ф.Р.Р., не представляется возможным, так как смерть последнего могла наступить как от комплекса повреждений, образовавшихся при обстоятельствах и механизме указанных обвиняемым ФИО3 (наносил удары с левой стороны тела Ф.Р.Р.), так и от комплекса повреждений, образовавшихся при обстоятельствах и механизме указанных обвиняемым ФИО2, по отдельности, так и в их совокупности.

Приведенные выше выводы экспертов, даны квалифицированными специалистами с опытом работы в соответствующих отраслях научной деятельности, основаны на данных уголовного дела, которые нашли свое подтверждение в судебном заседании, выполнены с использованием установленных методик экспертных исследований.

Свидетель Е. показал, что 23 августа 2017 г. из войсковой части № в войсковую часть № прибыли военнослужащие по призыву, изъявившие желание заключить контракт о прохождении военной службы в войсковой части №, среди которых был (звание) ФИО3. По устному распоряжению командования части прибывших военнослужащих определили проживать в 3 танковую роту. В дневное время 26 августа 2017 г., к нему в кабинет прибыл ФИО3, подавший рапорт о поступлении на военную службу по контракту, которому он сообщил, чтобы тот подошел позже для уточнения, издан приказ или нет. 4 сентября 2017 г. к нему в кабинет на территории войсковой части № вновь подошел ФИО3 и пояснил, что прибыл с целью поинтересоваться, на какой стадии находится его рапорт, и заключен ли с ним контракт, на что он ответил, что приказ еще не издан, попросив подойти позже и находиться в своем подразделении войсковой части №. После 4 сентября 2017 г. он ФИО3 в части не видел.

Свидетель Х. показал, что 23 августа 2017 г. прибывших военнослужащих по призыву, изъявивших желание заключить контракт в войсковой части №, определили проживать в подразделение 3 танковой роты войсковой части №. Однако там не было достаточно места для всех прибывших, поэтому ФИО3 попросил разрешения ночевать в расположении миномётной батареи до заключения с ним контракта, на что он ответил согласием, так как в подразделении были свободные места. ФИО3 переночевал у него несколько дней, после чего некоторое время в подразделении он не появлялся. 4 сентября 2017 г. ФИО3 прибыл в вверенное ему подразделение миномётной батареи, переночевал у него в подразделении, а затем убыл, и он его больше не видел.

Свидетель С1 показал, что 23 августа 2017 г. он в составе команды военнослужащих, изъявивших желание заключить контракт о прохождении военной службы, убыл в войсковую часть №. Среди них также был ФИО3. После прохождения ВВК в штабе войсковой части № им сообщили, что необходимо прийти через две недели, чтобы уточнить о продвижении их документов на контракт. Проживать их определили в танковый батальон. Всем военнослужащим определили места для сна, в том числе ФИО3. После ФИО3 проживал в минометной батарее с друзьями, и он не видел и не слышал, чтобы Олейникова выгнали из подразделения 3 танковой роты, в связи с отсутствием мест для сна. После того, как ФИО3 переехал в минометную батарею, с 23 по 26 августа 2017 г. он его видел еще 2-3 раза в столовой, где для них было организовано питание. После 26 августа 2017 г. он ФИО3 на территории войсковой части № не видел. 4 сентября 2017 г. в штабе воинской части он вновь встретил ФИО3, который ему сообщил, что ездил домой к родственникам. После 6 сентября 2017 г. с ФИО3 на территории части он не встречался.

Свидетель О.Е.В.. показал, что 26 августа 2017 г., в вечернее время, домой приехал его сын Виктор и сообщил, что его отпустили домой до момента заключения с ним контракта, а после заключения контракта ему необходимо будет убыть в часть для дальнейшего прохождения военной службы. 4 сентября 2017 г. Виктор убыл в часть, а спустя несколько дней вновь приехал домой.

В соответствии с выпиской из приказа командира войсковой части № от 3 апреля 2017 г. № 73, (звание) ФИО2 с 1 апреля 2017 г. зачислен в списки личного состава воинской части и поставлен на все виды довольствия и с 3 апреля 2017 г. принял дела и должность механика-водителя танкового взвода танковой роты танкового батальона войсковой части №.

Как следует из копии контракта о прохождении военной службы, ФИО2 15 апреля 2017 г. с Министерством обороны РФ в лице командира войсковой части №, заключил контракт о прохождении военной службы сроком на 3 года.

Как усматривается из выписки из приказа командира войсковой части № от 27 июня 2017 г. № 123, (звание) ФИО3 прибыл для дальнейшего прохождения военной службы по призыву, с 27 июня 2017 г. зачислен в списки личного состава войсковой части №, в распоряжение командира воинской части № с содержанием при 3 танковой роте танкового батальона, и поставлен на все виды довольствия.

Согласно заключению ВВК № 1/305 от 15 февраля 2018 г., ФИО3 признан годным к военной службе.

Стороной защиты суду были представлены следующие доказательства.

Свидетель К. показал, что в августе 2017 г. ему позвонил командир батальона и сказал, что в часть прибудут 14 военнослужащих, проходящих военную службу по призыву, которые изъявили желание заключить контракт. При этом они будут проходить ВВК в части и ночевать у него в казарме 3 танковой роты войсковой части № в это время, поскольку у него имеются свободные места. 23 августа 2017 г. прибывших военнослужащих он заселил в казарму, каждому предоставил место для ночлега. Спустя пару дней данных военнослужащих у него в казарме уже не было. Как ему пояснил С1, все военнослужащие, прибывшие с ним для заключения контракта, прошли ВВК и убыли из части. При этом кого-либо из казармы, в связи с отсутствием мест, не выгоняли. ФИО3 на территории части он видел 26 августа 2017 г., а затем 4 сентября 2017 г. После этого ФИО3 он в части больше не видел.

Свидетель М. показал, что в середине августа в их 3 танковую роту войсковой части № прибыли военнослужащие, которые изъявили желание заключить контракт о прохождении военной службы. По распоряжению командования этих военнослужащих необходимо было поселить в их роту и обеспечить всем необходимым, что и было сделано. В этот период времени в подразделении было достаточно мест для размещения прибывающего личного состава. Никого из казармы из-за нехватки мест не выгоняли, питались они в столовой.

Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд считает установленным, что виновность ФИО2 и ФИО3 в совершении инкриминируемых им в вину преступлений нашла свое подтверждение в судебном заседании. Свои выводы суд основывает на следующем.

Так, показания свидетеля С., подтверждённые ею как в ходе очных ставок с подсудимыми ФИО2 и ФИО3, в ходе проверки показаний на месте, так и в судебном заседании, а также показания свидетелей Р., У., П., О.Е.В. Е., С1, Х. согласуются между собой, конкретизируют обстоятельства дела, при этом каких бы то ни было обстоятельств, позволяющих суду усомниться в их объективности, не установлено, в связи с чем суд признает указанные доказательства достоверными.

Эти доказательства в их совокупности опровергают показания подсудимых ФИО2 и ФИО3 о своей непричастности к причинению тяжкого вреда здоровью Ф.Р.Р., повлекшего по неосторожности его смерть, а также опровергают доводы ФИО3 относительно причин самовольного оставления, каждый раз, воинской части, в связи с чем показания указанных свидетелей, которые признаны судом достоверными, полностью подтверждающими предъявленное обвинение, как ФИО2, так и ФИО3, суд кладет в основу настоящего приговора.

Что касается неточностей в сведениях, сообщаемых С. в судебном заседании, связанных с количеством, последовательностью и локализацией применения насилия подсудимыми ФИО2 и ФИО3 к Ф.Р.Р., то это объясняется субъективным восприятием ею обстоятельств избиения в ночное время и прошествием длительного времени после этих событий, в течение которого обстоятельства исследуемых событий и несущественные детали могли забыться.

В свою очередь показания подсудимых о непричастности к умышленному причинению тяжкого вреда здоровью Ф.Р.Р., и об их оговоре свидетелем С., суду представляются неубедительными, поскольку не подтверждаются материалами дела и противоречат им, в связи с чем их показания по указанным выше мотивам суд отвергает, как не соответствующие действительности и имеющие своей целью избежать наказания.

Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о наличии возможных неприязненных отношений либо иных обстоятельств, могущих явиться причиной для оговора ФИО2 и ФИО3 свидетелем С., в материалах дела не содержится и в судебном заседании не добыто.

Доводы ФИО2 и ФИО3 о самооговоре по факту применения насилия в большем объеме к Ф.Р.Р. под давлением следователя, убедившего их на предварительном следствии признать свою вину в данном преступлении, что позволит рассчитывать на более мягкое наказание, были проверены судом и подтверждения не нашли. Показания о причастности к совершению этого преступления подсудимые давали добровольно, в присутствии защитников, перед началом допроса им разъяснялись права и обязанности. Изложенные в протоколах показания записаны со слов самих допрашиваемых, после протоколы были им представлены для ознакомления, замечаний на них не поступило, о чем свидетельствуют их подписи.

Таким образом, в деле отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что указанные показания ФИО2 и ФИО3 давались против их воли и в связи с оказанным на них давлением.

Кроме того, эти показания ФИО2 и ФИО3, данные в ходе предварительного расследования, подтверждены совокупностью других доказательств, исследованных в судебном заседании, что также опровергает их довод о непричастности к совершению особо тяжкого преступления.

Что же касается доводов ФИО3 о причинах и мотивах самовольного оставления части с 26 августа по 4 сентября 2017 г., и с 6 сентября по 12 октября 2017 г., то суд считает их надуманными и имеющими своей целью избежать наказания за содеянное, поскольку они не подтверждаются материалами дела, и опровергнуты показаниями свидетелей Е., С1, Х., О.Е.В.

С учетом отсутствия каких-либо действий со стороны подсудимого ФИО3 по информированию командования или органов власти о месте своего нахождения, либо о ситуации в семье, требующей его присутствия, с учетом приведенных обстоятельств и столь длительного отсутствия в части, указанные ФИО3 обстоятельства не могут служить основанием, исключающим уголовную ответственность за совершенные им преступления против военной службы, в соответствии с примечанием к ст. 337 УК РФ.

Оценивая показания свидетелей стороны защиты К. и М., суд полагает, что они не являются основанием для вывода о непричастности ФИО3 к вмененным в вину преступлениям против военной службы, поскольку не противоречат другим доказательствам по делу, уличающим ФИО3, и не исключают вышеописанных в приговоре обстоятельств.

Таким образом, приведенные выше доказательства обвинения суд признает допустимыми, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, и достоверными, а в совокупности - достаточными для вывода о виновности ФИО2 и ФИО3 в совершении инкриминируемых преступлений.

Органами предварительного следствия совместные действия подсудимых ФИО2 и ФИО3 12 октября 2017 г. квалифицированы по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение группой лиц, из хулиганских побуждений, с особой жестокостью тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности его смерть.

Государственный обвинитель, реализуя свои полномочия в соответствии с ч. 8 ст. 246 УПК РФ, в ходе судебного следствия изменил объем предъявленного ФИО2 и ФИО3 обвинения, исключив квалифицирующие признаки - из хулиганских побуждений, с особой жестокостью, что суд, с учетом исследованных обстоятельств, находит законным и обоснованным, не нарушающим права подсудимых на защиту и не влекущим ухудшения их положения.

Подсудимые и их защитники в суде не возражали относительно исключения государственным обвинителем из обвинения квалифицирующих признаков - из хулиганских побуждений, с особой жестокостью.

Характер и локализация причиненных погибшему повреждений, способ их нанесения, интенсивность, с которой они наносились в жизненно важные органы, в совокупности, свидетельствуют о наличии прямого умысла у подсудимых на причинение тяжких телесных повреждений Ф.Р.Р., и неосторожности в их действиях по отношению к наступлению его смерти, наступления которой хотя они и не желали, но сознательно допускали.

Таким образом, давая юридическую оценку содеянному подсудимыми, суд приходит к выводу о том, что ФИО2 и ФИО3 12 октября 2017 г., около 2-х часов, в составе группы лиц умышленно причинили тяжкий вред здоровью Ф.Р.Р., опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности его смерть, в связи с чем их действия квалифицирует по ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Также, суд считает доказанным, что ФИО3, являясь военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, 26 августа 2017 г., без уважительных причин или иных обстоятельств, исключающих ответственность за совершенное преступление, самовольно оставил воинскую часть, и, учитывая, что он таким способом уклонялся от исполнения обязанностей военной службы до 4 сентября 2017 г., т.е. более двух суток, но не более десяти суток, данные его действия военный суд квалифицирует по ч. 1 ст. 337 УК РФ.

Также суд считает установленным, что ФИО3, являясь военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, 6 сентября 2017 г., без уважительных причин или иных обстоятельств, исключающих ответственность за совершенное преступление, самовольно оставил воинскую часть, и, учитывая, что он таким способом уклонялся от исполнения обязанностей военной службы до 12 октября 2017 г., т.е. свыше одного месяца, данные его действия военный суд квалифицирует по ч. 4 ст. 337 УК РФ.

Как усматривается из заключений комиссии экспертов по проведению амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы филиала № 2 ФГКУ «111 ГГЦ СМ и КЭ» МО РФ от 6 марта 2018 г. № 21, 22, ни ФИО2, ни ФИО3, каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, в том числе и синдромом зависимости от употребления психоактивных веществ (алкоголизмом, наркоманией, токсикоманией) в период совершения инкриминируемого деяния не страдал и не страдает в настоящее время. В период совершения инкриминируемого им деяния по своему психическому состоянию могли осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими. В настоящее время ко времени производства по уголовному делу и ФИО2, и ФИО3 по своему психическому состоянию могут понимать характер и значение ведущегося в отношении них уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, способны к самостоятельному совершению действий, направленных на реализацию процессуальных прав и обязанностей. ФИО2 и ФИО3 в применении принудительных мер медицинского характера, в лечении и медико-социальной реабилитации по поводу синдрома зависимости от употребления психоактивных веществ (алкоголизма, наркомании, токсикомании), не нуждаются.

Оценивая данные заключения экспертов, военный суд считает их выводы научно обоснованными, аргументированными и не противоречивыми, а в совокупности с характеризующими личность подсудимых материалами, а также их активным и адекватным поведением в судебном заседании, признает ФИО2 и Олейникова вменяемыми и ответственными за содеянное.

При назначении подсудимым наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступлений и личность подсудимых, а также влияние назначенного наказания на их исправление.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2 и ФИО3, суд учитывает, что к уголовной ответственности подсудимые привлекаются впервые, частично признали свою вину.

Кроме того, суд принимает во внимание, что ФИО2 воспитывался без родителей, а ФИО3 – без матери, что последний посредственно характеризуется по службе и положительно по месту жительства и в быту, состояние здоровья его отца.

В соответствии с ч. 11 ст. 63 УК РФ обстоятельством, отягчающим наказание подсудимым, суд признает совершение ими преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку именно такое состояние повлияло на поведение подсудимых в ходе конфликта с Ф.Р.Р..

Учитывая, что ФИО2 и ФИО3 являлись военнослужащими при совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, суд, в соответствии ч. 6 ст. 53 УК РФ, не назначает им дополнительного наказания в виде ограничения свободы, предусмотренного санкцией данной статьи уголовного закона.

Поскольку ФИО3, не являющемуся в настоящее время военнослужащим, в силу положений, установленных законом, не может быть назначен ни один из предусмотренных санкцией ч. 1 ст. 337 УК РФ видов наказания (арест - в связи с неприменением в настоящее время, содержание в дисциплинарной воинской части - в силу ч. 1 ст. 55 УК РФ), суд полагает возможным назначить ФИО3 более мягкое наказание, чем предусмотрено санкцией данной статьи, в виде штрафа.

Принимая во внимание степень общественной опасности совершенных ФИО2 и ФИО3 преступлений, а также фактические обстоятельства дела, суд не видит оснований для изменения категорий преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 111 и ч. 4 ст. 337 УК РФ на менее тяжкую в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Согласно ст. 131 и 132 УПК РФ процессуальные издержки по делу, связанные с выплатой вознаграждения защитнику по назначению за оказание юридической помощи подсудимому ФИО2 в суде в размере 6 860 руб., с учетом имущественного положения ФИО2, подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета.

Для обеспечения исполнения приговора с учетом характера совершенных ФИО2 и ФИО3 преступлений и подлежащего назначению наказания, суд считает необходимым оставить ранее избранную в отношении подсудимых меру пресечения в виде заключения под стражу без изменения.

При рассмотрении вопроса о судьбе вещественных доказательств суд руководствуется положениями ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 302, 308 и 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО2 и ФИО3, каждого, виновными в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, совершенном ими в составе группы лиц, то есть в преступлении предусмотренном ч. 4 ст. 111 УК РФ, на основании которой назначить им наказание в виде лишения свободы на сроки:

- ФИО2 - 8 (восемь) лет, без ограничения свободы;

- ФИО3 - 8 (восемь) лет, без ограничения свободы.

ФИО3 также признать виновным в самовольном оставлении части без уважительных причин, совершенном им как военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, в период с 26 августа по 4 сентября 2017 г., продолжительностью более двух суток, но не более десяти суток, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 337 УК РФ, и назначить ему наказание в виде штрафа в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.

Кроме того, признать ФИО3 виновным в самовольном оставлении части без уважительных причин, совершенном им как военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, в период с 6 сентября по 12 октября 2017 г., продолжительностью свыше одного месяца, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 337 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 6 (шесть) месяцев.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности совершенных преступлений путем полного сложения назначенных наказаний окончательное наказание ФИО3 назначить в виде лишения свободы сроком на 8 (восемь) лет 6 (шесть) месяцев, без ограничения свободы, и штрафа в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.

Наказание в виде штрафа, назначенное осужденному ФИО3, за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 337 УК РФ, в размере 10000 (десять тысяч) рублей – исполнять самостоятельно.

Реквизиты получателя штрафа:

Получатель: УФК по Ростовской области (ВСУ СК России по ЮВО)

Лицевой счет <***>

Банк получателя: Отделение г. Ростов-на-Дону

р/счет <***>

Уникальный код 001F3971

ИНН <***>

КПП 616201001

БИК 046015001

КБК 41711621010016000140 – денежные взыскания (штрафы) и иные суммы, взыскиваемые с лиц, виновных в совершении преступлений, и в возмещение ущерба имуществу, зачисляемые в федеральный бюджет

ОКТМО 60701000000

Отбывание лишения свободы осужденным ФИО2 и ФИО3 определить в исправительной колонии строгого режима.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения – заключение под стражу в отношении осужденных ФИО2 и ФИО3 оставить без изменения и содержать их в учреждении СИЗО-3 УФСИН России по Ростовской области.

Срок отбывания наказания осужденным ФИО2 и ФИО3 с зачетом времени их задержания и содержания под стражей исчислять с 12 октября 2017 г.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства по делу:

- диск одноразовой регистрации «СD-R», с протоколом соединений абонентского номера № за период с 00 часов 1 июля 2017 г. до 00 часов 15 октября 2017 г. в электронном виде – хранить при уголовном деле;

- военный билет АК № № на имя ФИО2, находящийся в материалах дела – передать ФИО2, по принадлежности;

- отпускной билет на имя ФИО2, находящийся в материалах дела –передать в войсковую часть №, по принадлежности;

- джинсы № 1 «Disco & Jockey», джинсы № 2, кроссовки «Sport Suba», спортивные туфли ФИО3, изъятые у него входе обыска, и находящиеся на ответственном хранении в камере хранения вещественных доказательств 314 военного следственного отдела – передать ФИО3, как законному владельцу;

- куртку, спортивные брюки («трико»), кроссовки «Saijun» и 3 смыва с кроссовок, носки, майку, принадлежавшие Ф.Р.Р., носки ФИО2, изъятые в ходе выемки, а также марлевые тампоны, камень и лист, находящиеся на ответственном хранении в камере хранения вещественных доказательств 314 военного следственного отдела, как не представляющие ценности – уничтожить.

Процессуальные издержки по делу, связанные с выплатой вознаграждения защитнику-адвокату по назначению за оказание юридической помощи осужденному ФИО2 в суде в сумме 6 860 (шесть тысяч восемьсот шестьдесят) рублей, возместить за счет средств федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда в течение 10 суток со дня его постановления, а осужденными, содержащимися по стражей, – в тот же срок со дня вручения им копии приговора.

В случае направления уголовного дела в судебную коллегию по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда для рассмотрения в апелляционном порядке осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранным ими защитникам, отказаться от защитника либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении им защитников.

Председательствующий по делу С.В. Сивенков