Приговор № 1-25/2020 от 7 июля 2020 г. по делу № 1-25/2020

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

8 июля 2020 года село Донское

Труновский районный суд Ставропольского края в составе председательствующего судьи Щербина А.В.

при секретарях Шамановой О.В., Петренко А.Г.,

с участием:

государственных обвинителей – помощника прокурора Труновского района Ставропольского края Черникова С.В., старшего помощника прокурора Труновского района Ставропольского края Киселева М.М.,

потерпевшей ФИО33

потерпевшего ФИО34

подсудимого ФИО4, защитника подсудимого адвоката Чаадаева Е.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда уголовное дело по обвинению

ФИО4, <данные изъяты>,

в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ,

установил:

ФИО4 1 июля 2019 года в период времени с 20 часов 30 минут по 20 часов 44 минуты, управляя автомобилем марки «<данные изъяты> двигаясь по автодороге «ФИО5 - на - Дону (oт М - 4 «Дон») - Ставрополь» со стороны г. ФИО5-на-Дону в направлении г. Ставрополя, в районе 266 км + 200 м указанной автодороги, административно относящемся к территории с. Донского Труновского района Ставропольского края, проявляя преступную небрежность, не предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, будучи обязанным в соответствии с п. 1.3, абз. 1 п. 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее Правил), знать и соблюдать относящиеся к нему требования Правил, не создавать опасности для движения и не причинять вреда, проявил невнимательность к дорожной обстановке, не предпринял мер предосторожности, не обеспечил безопасность дорожного движения, нарушил п. 13.12 Правил: при повороте налево не уступил дорогу автомобилю марки «<данные изъяты>, под управлением ФИО12, движущемуся со встречного направления прямо, и допустил столкновение с указанным автомобилем.

В результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по причине нарушения ФИО4 указанных Правил, пассажиру автомобиля марки «<данные изъяты>» ФИО1 причинены телесные повреждения в виде ссадин мягких тканей левой передне-боковой поверхности шеи и левой верхней конечности, а также телесные повреждения в виде открытой проникающей черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся обширной скальпированной раной лобной области, многооскольчатым переломом лобной кости, распространяющимся на заднюю, среднюю и переднюю черепные ямки, размозжения вещества правой и левой лобных долей, кровоизлияния в мягкие оболочки по всей поверхности мозга, кровоизлияния в желудочки головного мозга, контузии тяжелой степени головного мозга, которые причинили тяжкий вред ее здоровью, опасный для жизни человека, по своему характеру непосредственно создавший угрозу для жизни, вызвавший развитие угрожающего жизни состояния, и повлекли смерть ФИО1

Подсудимый ФИО4 свою вину по предъявленному обвинению признал частично, только в том, что стал участником дорожно-транспортного происшествия, в смерти ФИО1 виновным себя не признал. Показал, что 01.07.2019 в вечернее время, он ехал с сыном на своем автомобиле «<данные изъяты>» по трассе от <данные изъяты>» домой. Они доехали до перекрестка, он пропустил встречный автомобиль, у которого горела только одна фара, других встречных машин он не видел, стал поворачивать налево и его автомобиль заглох, но продолжал потихоньку катиться под уклон. Он пытался несколько раз завести машину стартером, его автомобиль уже наполовину скатился с дороги, задняя часть машины находилась на встречной полосе, а передняя уже была за проезжей частью, и в этом момент сын крикнул, что мчится машина, после чего произошел удар. После удара его автомобиль еще немного проехал и остановился. Он поставил его на ручной тормоз и вышел. Считает, что автомобиль под управлением ФИО12 ехал с очень большой скоростью. Впоследствии он передал ФИО8 100000 рублей в качестве помощи.

Вина ФИО4 в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Так, потерпевшая ФИО8 показала, что ее дочь ФИО1 проживала с ней, на выходные ее бывший муж ФИО9 брал дочку погостить к себе и по договоренности должен был привезти ее обратно к шести часам вечера в воскресенье, однако произошло дорожно-транспортное происшествие. В момент аварии дочь находилась в машине со своим дедушкой ФИО12

Потерпевший ФИО9 показал, что 28.06.2019 он взял дочерей – ФИО3 и ФИО36 к себе домой. 01.07.2019 они с отцом на двух машинах ездили в <адрес>. В его автомобиле находился он, его жена ФИО10, их дочь ФИО37 и дети от первого брака ФИО38 и ФИО3. Все дети сидели сзади и были пристегнуты ремнями безопасности. Перед тем, как отправиться обратно в <адрес>, они переставили детское кресло и детское удерживающее устройство из его машины в машину его отца, «<данные изъяты>», ФИО39 и ФИО3 пересели туда. ФИО40 села на заднее сиденье посередине, ФИО3 – на заднее сиденье справа, обе находились в детских удерживающих устройствах, он сам лично их пристегнул. Слева сзади сидела его теща ФИО11, за рулем был отец ФИО12, на переднем пассажирском сиденье – мать ФИО13 С ним в машине находились жена ФИО10, племянница ФИО30, дочь ФИО41 и ФИО14 Он поехал вперед, потом за ним поехал отец. Через некоторое время позвонил отец и сказал, что вылетела «<данные изъяты>», и они попали в аварию. Он был в минуте езды от них, развернулся и сразу поехал назад, вызывал скорую помощь, полицию. Когда он приехал к месту аварии, ФИО42 была уже на улице с тещей, его мать была на переднем сиденье и не подавала признаков жизни. ФИО3 находилась в машине сзади полулежа, почти на спине, а удерживающее устройство – детская подставка отлетело и лежало за водительским сиденьем. Так как скорой помощи долго не было, он решил сам отвезти ее в больницу, вытащил с заднего сиденья на улицу. Однако затем приехала скорая помощь и полиция, ФИО3 погрузили в скорую и повезли в больницу. Они опять переставили детские кресла в его машину, так как нужно было посадить еще ФИО43 и младшую дочь ФИО44. Он приехал в больницу, где им сообщили, что ФИО3 умерла. Отец говорил ему, что ехал со скоростью 90 – 100 км/ч, после того, как по встречной полосе мимо проехала большая фура, на его полосу сразу вылетела «<данные изъяты>», и он уже не успевал затормозить. Когда он подъехал к месту ДТП сразу после случившегося, «<данные изъяты>» стояла посреди полосы, по которой ехал отец, водитель «<данные изъяты>» сказал, что он заглох.

Свидетель ФИО12 показал, что 01.07.2019 после обеда на двух машинах они поехали на Соленое озеро, а затем в <адрес>. Он был за рулем на своей автомашине «<данные изъяты>», а сын на своей автомашине. Когда ехали назад, ФИО3 попросилась поехать с ним в машине, сын переставил удерживающие устройства в его машину. Рядом с ним на переднем пассажирском сиденье сидела его жена ФИО13, сзади него ФИО11, посредине сзади ФИО45, за женой ФИО3. Дети были пристегнуты. ФИО46 сидела в кресле, ФИО3 на подставке. По дороге им навстречу проехала фура, и как только она проехала, то откуда-то посреди их полосы появился автомобиль «<данные изъяты>», у которого фары не светили. Жена закричала, он резко выкрутил руль, от чего машина стала на два колеса. Потом он начал тормозить. После аварии они отстегнули детей, вылезли через заднюю дверь. Он сразу позвонил сыну, тот приехал примерно через минуту. Полиции не было минут двадцать, скорой помощи еще дольше, они уже собирались сами везти детей в больницу, поэтому открепили удерживающие устройства, так как их нужно было переставить в другую машину. К ФИО32 он подходил на месте аварии, тот извинялся, говорил, что у него заглохла машина. В момент аварии уже было темно, он ехал с включенными фарами. С момента обнаружения на его полосе «<данные изъяты>» до момента столкновения с ним прошло секунды четыре. Он сразу понял, что затормозить не успеет, поэтому выкрутил руль и попытался уйти влево, а затем применил экстренное торможение. Скорость у него была около 100 км/ч.

Свидетель ФИО13 показала, что в день аварии, 01.07.2019, они поехали на двух машинах сначала на Соленое озеро, затем на святой источник в <адрес>. ФИО3 ехала в машине с отцом, а уже из <адрес> попросила поехать с нами. По дороге назад с ней и ее мужем ФИО12 поехали ФИО11 на заднем пассажирском сидении за водителем, внучка ФИО47 посредине в кресле, ФИО3 сидела сзади за ней на подставке. Дети все были пристегнуты, она лично видела, как сын их пристегивал. После кольца в <адрес> они ехали в сторону <адрес>, им навстречу шла большая фура с включенными фарами, и как только она прошла, сразу появилась «<данные изъяты>» у них на проезжей части и секунды через четыре после того, как они ее заметили и муж повернул влево, произошло столкновение. Удар пришелся на нее, она сразу потеряла сознание. Дорожное покрытие было сухое, время суток темное, фары в их машине были включены, двигались они со скоростью 90-100 км/ч. У автомобиля «<данные изъяты>» осветительные приборы включены не были. Перед столкновением автомобиль «<данные изъяты>» стоял на месте и не двигался.

Свидетель ФИО11 показала, что в день аварии они поехали на озеро купаться, затем заехали в <адрес>, после чего поехали домой. По пути домой и произошло ДТП. Когда выезжали домой из села Московского за рулем сидел ФИО12, рядом с ним на переднем пассажирском сидении ФИО13, она сама сидела сзади за водителем, посередине сзади сидела Злата, а справа сзади – ФИО3. ФИО48 была в детском кресле, а ФИО3 с треугольником, пристегнутая ремнем безопасности. После столкновения ФИО3 еще дышала, но было видно, что у нее тяжелое состояние. Она вышла из машины, потом через заднюю дверь вылез ФИО12, вытащил ФИО49. Затем подъехал ФИО9, который позже вытащил из машины удерживающие устройства, чтобы пересадить детей к себе. Минут через 20 приехала скорая помощь.

Свидетель ФИО10 показала, что ДД.ММ.ГГГГ она с мужем ФИО9, их дочерью ФИО50, дочерьми мужа ФИО3 и ФИО51 на автомобиле «<данные изъяты> а также ФИО12, ФИО13, ФИО11, ФИО30, ФИО14 на автомобиле «<данные изъяты>» поехали на Соленое озеро, потом в <адрес>. Обратно в автомобиле «<данные изъяты>» под управлением ФИО9 поехали она, их дочь ФИО52, ФИО14 и ФИО30, а автомобиле «ВАЗ» под управлением ФИО12 поехали ФИО13 спереди, ФИО11 сзади за водителем, ФИО53 сзади посередине и ФИО3 сзади справа. Когда садились по машинам, она сама лично видела, как ФИО9 пристегивал детей. ФИО54 сидела в кресле, у ФИО3 была подставка. Когда ехали назад из села Московского мужу позвонил его отец ФИО12 и сказал, что они попали в аварию. Они ехали впереди, после звонка развернулись и поехали к месту аварии, куда добрались примерно за минуту. ФИО13 сидела спереди на пассажирском сидении и была без сознания, ФИО12 находился рядом с машиной, ФИО11 держала ФИО55 на руках возле машины, ФИО3 она не видела.

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО14 следует, что 01.07.2019 примерно в 20 часов 30 минут она с родственниками на автомобиле марки «<данные изъяты>» регистрационный знак № под управлением ФИО9 двигались по автодороге «ФИО5 на Дону - Ставрополь» из <адрес> в направлении <адрес>, также в указанном направлении двигался автомобиль марки <данные изъяты>», регистрационный знак №, под управлением ФИО12 В автомобиле марки «<данные изъяты> помимо водителя и нее находились ФИО10, ФИО31 ФИО56 Все были пристегнуты ремнями безопасности. Примерно в 20 часов 30 минут на мобильный телефон ФИО9 поступил звонок от ФИО12, который сообщил, что автомобиль, на котором они двигались, попал в ДТП. Подъехав к месту ДТП, она увидела, что на переднем пассажирском сиденье в бессознательном состоянии находилась ФИО13, также на левой обочине в бессознательном состоянии находилась несовершеннолетняя ФИО1. Через некоторое время приехали сотрудники скорой помощи и доставили ФИО1 в ближайшее медицинское учреждение, в котором она в последующем скончалась (т. 2, л.д. 38-39).

Свидетель ФИО15 показал, что 01.07.2019 около 21 часа ехал с <данные изъяты> ФИО4 на автомобиле «<данные изъяты>». На автодороге «Ставрополь-ФИО5» они пропустили одну машину и стали поворачивать налево, в момент осуществления поворота автомобиль заглох, отец пытался завести транспортное средство, они едва катились. Когда они осуществляли поворот, встречный автомобиль был приблизительно в метрах 700 – 800 от них, в течение пяти секунд произошло столкновение. Удар пришелся в правую заднюю часть их автомобиля. Были сумерки, ближний свет фар был включен и на их машине, и на второй машине. Скорость движения встречного автомобиля была около 130 км/ч. После аварии он вышел из машины, подошел к другому транспортному средству, рядом с ним уже лежал ребенок. В автомобиле находилось одно детское кресло, удерживающего устройства не было.

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО16 следует, что 01.07.2019 примерно в 20 часов 50 минут она совместно с фельдшером ФИО17 были вызваны диспетчером ГБУЗ СК «Труновская РБ» на место ДТП, которое расположено на автодороге «ФИО5-на-Дону - Ставрополь» в районе х. ФИО6. Прибыв на место ДТП, она увидела, что на левой относительно хода их движения обочине стоял легковой автомобиль. Примерно посередине проезжей части стоял автомобиль «<данные изъяты>». Недалеко от указанного легкового автомобиля на обочине лежал ребенок - девочка на вид 6-7 лет. Когда они подошли к ребенку, то оценили её состояние как крайне тяжелое и незамедлительно приступили к оказанию экстренной медицинской помощи, после чего эвакуировали её в реанимационное отделение Труновской районной больницы (т. 2, л.д. 225).

Свидетель ФИО17 - фельдшер скорой медицинской помощи показала, что выезжала в составе бригады скорой медицинской помощи на место дорожно-транспортного происшествия, там на обочине лежала девочка, которая была в тяжелом состоянии, с многочисленными травмами.

Свидетель ФИО18 - врач анастезиолог-реаниматолог Труновской районной больницы показал, что дежурил когда после дорожно-транспортного происшествия вечером поступила девочка в тяжелом состоянии, которую спасти не удалось.

Согласно заключению судебной медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ при исследовании трупа ФИО1 были обнаружены следующие повреждения и их осложнения: открытая проникающая черепно-мозговая травма: ушибленная рана головы, открытый перелом лобной кости с переходом на свод и основания черепа, ушиб мозга в виде размозжения вещества правой и левой лобных долей, кровоизлияний в мягкие оболочки по всей поверхности мозга, кровоизлияние в желудочки головного мозга. Ссадины шеи и левой верхней конечности. Все вышеуказанные повреждения являются прижизненными. Весь комплекс повреждений образовался незадолго до момента смерти одномоментно либо в быстрой последовательности. Комплекс вышеуказанных повреждений является характерным для дорожно-транспортного происшествия и мог быть получен в результате травматического воздействия твёрдых тупых предметов, какими являются части и элементы салона автомобиля. Смерть ФИО1 наступила в результате тупой сочетанной травмы тела, сопровождавшейся открытой проникающей черепно-мозговой травмой в виде переломов костей свода и основания черепа, разрушения вещества головного мозга, что привело к осложнению в виде травматического шока, являющегося непосредственной причиной смерти. Обнаруженная при исследовании трупа ФИО1 травма тела, сопровождавшаяся переломами костей свода и основания черепа с повреждением вещества головного мозга, по признаку опасности для жизни человека с созданием непосредственной угрозы для жизни квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступившей смертью. Согласно записям медицинской карты ГБУЗ СК «Труновская РБ» №, смерть ФИО1 наступила ДД.ММ.ГГГГ в 21:35 (т. 1, л.д. 74-78).

Согласно заключению судебной медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО13 на момент обращения в ГБУЗ СК «Труновская РБ» ДД.ММ.ГГГГ имелись следующие повреждения: ссадины в области головы, обеих верхних и правой нижней конечностей; кровоподтеки в области туловища, верхних конечностей. Данные повреждения не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и не причинили вреда здоровью ФИО13 Указанные повреждения могли быть получены в условиях дорожно-транспортного происшествия, в результате травматического воздействия тупых, твёрдых предметов, к каким, в том числе, относятся выступающие части и элементы салона автомобиля, что могло иметь место в срок ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 77-79).

Согласно заключению комиссионной медицинской судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, в результате дорожно-транспортного происшествия (ДТП), имевшего место ДД.ММ.ГГГГ на 266 км автодороги «ФИО5-на-Дону - Ставрополь», ребенку ФИО1, находящейся в автомобиле «<данные изъяты>», была причинена несовместимая с жизнью открытая, проникающая, черепно-мозговая травма, сопровождавшаяся обширной скальпированной раной лобной области, многооскольчатым переломом лобной кости, распространяющимся на заднюю, среднюю и переднюю черепные ямки; размозжение вещества правой и левой лобных долей, кровоизлияние в мягкие оболочки по всей поверхности мозга, кровоизлияния в желудочки головного мозга, контузия тяжелой степени головного мозга. Кроме этого, ФИО1 были причинены ссадины мягких тканей левой передне-боковой поверхности шеи и левой верхней конечности. Смерть ФИО1 наступила в течение нескольких минут после полученной в результате ДТП открытой черепно-мозговой травмы и находится в прямой причинно-следственной связи с полученным повреждением. Указанной открытой черепно-мозговой травмой, сопровождавшейся скальпированной раной головы, переломами свода и основания черепа и внутричерепной травмой (размозжение вещества мозга, ушиба и кровоизлияния) ФИО1 причинен тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, который по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни, а также вред здоровью, вызвавший развитие угрожающего жизни состояния. Изучив представленные с материалами уголовного дела фотографии осмотра места происшествия и фотографии поврежденного автомобиля «<данные изъяты>», с учетом конкретного вида ДТП, члены экспертной комиссии считают, что в момент ДТП ребенок ФИО1 находилась на переднем пассажирском сидении, сидя на руках, бедрах бабушки, при этом обе они не были пристегнуты ремнем безопасности. Следует отметить, что в машине, согласно представленным фотографиям, отсутствуют удерживающие детские кресла и специальные ремни безопасности, а отсутствие грубых повреждений у бабушки, находящейся в момент ДТП на переднем пассажирском сидении, обусловлено наличием преграды в виде тела ребенка, которое ограничило ее смещение в салоне автомобиля во время ДТП и смягчило удар в отношении бабушки. Тело ребенка контактировало с частями салона и приняло на себя основной удар, по этой причине у бабушки отсутствуют грубые повреждения. В момент контакта движущегося автомобиля «ВАЗ 21114» с автомобилем «<данные изъяты>», тело ребенка ФИО1 смещалось вперед и несколько вверх, при этом контактировало лобной областью о поврежденное лобовое стекло, крышу и переднюю стойку, вследствие чего у нее образовалась скальпированная рана лобной области и открытые переломы костей свода и основания черепа. Ссадины левой передне-боковой поверхности шеи и левой верхней конечности у ребенка ФИО1 образовались от контакта с осколками разбитого лобового стекла (т. 2, л.д. 138-154).

Свидетель ФИО19 – инспектор ДПС ОМВД России по Труновскому району показал, что 01.07.2019 с 18 часов нес службу с инспектором ФИО20 Они стояли на кольце у въезда в с. Донское. Им поступило сообщения о ДТП, они сразу же поехали на место происшествия. Когда приехали на место аварии, там стояли автомобили «<данные изъяты>», возле которого на обочине лежала девочка. «<данные изъяты>» находилась на примыкании к автодороге «ФИО5-на-Дону – Ставрополь», автомобиль «<данные изъяты>» находился на обочине, по траектории его движения. Тормозной путь от автомобиля «<данные изъяты>» начинался от «<данные изъяты>» и шел до задних колес автомобиля <данные изъяты>. Исходя из следов торможения, автомобиль «<данные изъяты>» двигался со стороны Ставрополя в сторону Ростова-на-Дону, стоял на обочине встречного направления. Видно было, что транспортное средство двигалось по своей стороне, а после удара его отбросило на другую сторону.

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО20 – инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Труновскому району следует, что 01.07.2019 совместно с инспектором ФИО19 они находились на маршруте патрулирования в районе кольцевой развязки с. Донского. Примерно в 20 часов 50 минут к ним подъехал грузовой автомобиль, водитель которого сообщил о дорожно-транспортном происшествии в районе 266 км автодороги «ФИО5-на-Дону - Ставрополь». Прибыв на место ДТП, они осмотрели место происшествия, где находились водители автомобилей, участвовавших в ДТП - ФИО4 и ФИО12 На месте происшествия также находились их автомобили «<данные изъяты>», регистрационный знак №, и «<данные изъяты>», регистрационный знак №. Автомобиль «<данные изъяты> располагался справа относительно их направления движения в районе перекрестка, а автомобиль «<данные изъяты>» находился на левой обочине. На проезжей части имелись следы торможения, идущие примерно от места столкновения. В результате ДТП пострадал пассажир автомобиля «<данные изъяты> ФИО1, которая на момент приезда находилась уже вне салона автомобиля. Вскоре на место происшествия прибыла следственно-оперативная группа во главе следователя ФИО24B., которая совместно с понятыми и ФИО19 производили необходимые замеры и составляли документы по сбору первоначального материала. В представленных на обозрение протоколах осмотров имеются его подписи, все соответствует действительности (т. 2, л.д. 68).

Свидетель ФИО21 показал, что 01.07.2019 в темное время суток он и ФИО22 ехали по трассе, недалеко от с. Донского увидели дорожно-транспортное происшествие. Автомобиль «<данные изъяты>» стоял на обочине, на перекрестке стояла «<данные изъяты>», они остановились, их сотрудники ГАИ попросили поучаствовать в составлении схемы ДТП, после он ознакомился с составленными документами, в них все верно было отражено.

Свидетель ФИО22 также показал, что 01.07.2019 совместно с ФИО23 возвращались с работы, их остановили сотрудники ГИБДД, попросили поучаствовать понятыми в осмотре места ДТП, они согласились. Автомобиль «<данные изъяты>» располагался на дороге, «<данные изъяты>» на обочине. На схеме ДТП было все верно отражено.

Согласно оглашенным в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаниям свидетеля ФИО24, ранее она работала следователем СО ОМВД России по Труновскому району. 01.07.2019 она находилась на суточном дежурстве в составе СОГ ОМВД РФ по Труновскому району, в ночное время по указанию оперативного дежурного был осуществлен выезд на место произошедшего дорожно-транспортного происшествия на автодороге «ФИО5 на Дону - Ставрополь» в пределах Труновского района. ДТП произошло с участием автомобилей марки <данные изъяты>, которые были под управлением водителей ФИО4 и ФИО31, соответственно. На месте указанного ДТП ею были в установленном порядке составлены протокол осмотра месте происшествия и схема ДТП, в которых была зафиксирована вся значимая информация (т. 2, л.д. 250-251).

Из протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что осмотр места происшествия – участка автодороги «ФИО5-на-Дону (от М4 «Дон») - Ставрополь», 266 км + 200 м, был произведен с участием водителей ФИО2 и ФИО12, в ходе осмотра зафиксированы вид и состояние дорожного покрытия, ширина проезжей части, параметры примыкаемой автодороги, расположение транспортных средств после дорожно-транспортного происшествия, место столкновения, спаренные следы торможения автомобиля «<данные изъяты>» (общая длина левого следа торможения 88,90 м, правого - 65 м), повреждения транспортных средств, зафиксированы пятна бурого цвета, похожие на кровь, в задней части салона автомобиля «<данные изъяты>» справа. При производстве осмотра изъяты участвовавшие в дорожно-транспортном происшествии автомобили «<данные изъяты>» (т. 1, л.д. 13-42).

Согласно протоколу дополнительного осмотра места происшествия от 23.07.2019, при осмотре места дорожно-транспортного происшествия произведен дополнительно осмотр и замер следов торможения непосредственно на асфальтированном покрытии и установлено, что длина левого следа - 66 м, правого 68,5 м (т. 1 л.д. 178-180).

Из протокола следственного эксперимента от 16.09.2019 усматривается, что при проведении следственного эксперимента было установлено, что время с момента пересечения автомобилем «<данные изъяты>» разделительной полосы до момента столкновения с автомобилем «<данные изъяты>» (время длительности опасности) составило 4,37 секунды, видимость автомобиля «<данные изъяты>» с выключенным светом фар на проезжей части составила 104,9 м, с включенным светом фар - 109,5 м (т. 2 л.д. 22-28).

Согласно заключению комплексной транспортно-трасологической и автотехнической судебной экспертизы №-э от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной на основе исходных данных, зафиксированных в указанных выше протоколах следственных действий, в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации автомобиль «<данные изъяты>», регистрационный знак №, первоначально осуществлял движение от <адрес> в сторону <адрес>, и на пересечении со второстепенной дорогой приступил к выполнению маневра поворота (развоота) налево. Автомобиль «<данные изъяты> регистрационный знак №, двигался по стороне проезжей части в направлении от <адрес> в сторону <адрес> с незначительным смещением влево. Столкновение транспортных средств произошло в полосе, предназначенной для движения от <адрес> в сторону <адрес>, в районе границ перекрестка автодороги «ФИО5-на-Дону - Ставрополь» и второстепенной дороги, что в целом не противоречит месту, зафиксированному на схеме места ДТП от ДД.ММ.ГГГГ. В момент первоначального контакта во взаимодействие вступали передняя правая часть кузова автомобиля «<данные изъяты>» с задней частью правой боковой стороны кузова автомобиля «<данные изъяты>» под углом близким к 70° ±10° относительно продольных осей транспортных средств, при этом автомобиль «<данные изъяты>» наиболее вероятно располагался под углом примерно 3,6° относительно границ проезжей части, а автомобиль «<данные изъяты>» в этот момент под углом близким к 74° ±10°. В момент столкновения автомобиль «<данные изъяты>» двигался в режиме торможения, и его передняя часть кузова за счет перераспределения центра тяжести и работы подвески была несколько опущена вниз, в связи с чем по мере взаимного внедрения транспортных средств происходило проскальзывание правой боковой стороны и верхней части кузова автомобиля «<данные изъяты>» вдоль вертикальных и нижней горизонтально ориентированной поверхностей задней правой части кузова автомобиля «<данные изъяты>» (другими словами, происходило «подныривание» автомобиля «<данные изъяты>» под заднюю правую часть кузова автомобиля «<данные изъяты>»). По мере выхода из контакта и дальнейшего перемещения транспортных средств, автомобиль «<данные изъяты>» в режиме экстренного торможения продолжил движение под углом близким к 3,6° к левому краю проезжей части, и остановился в месте, зафиксированном на схеме места ДТП от ДД.ММ.ГГГГ. Автомобиль <данные изъяты>», в свою очередь, продвинулся несколько вперед от места столкновения в сторону второстепенной дороги и остановился в месте, зафиксированном на схеме места ДТП от 01.07.2019. В указанной дорожно-транспортной обстановке водитель автомобиля «<данные изъяты>» ФИО4 должен был действовать в соответствии с требованием п. 13.12 ПДД РФ. В указанной дорожно-транспортной обстановке при выполнении требования п. 13.12 ПДД РФ у водителя автомобиля «<данные изъяты>» ФИО4 была возможность исключить столкновение со встречным автомобилем «<данные изъяты>» под управлением водителя ФИО12 на стороне движения последнего. Действия водителя автомобиля «<данные изъяты>» ФИО4, не соответствовали требованию п. 13.12 ПДД РФ. Скорость движения автомобиля «<данные изъяты>» перед началом торможения была несколько более 124 км/ч. В указанной дорожной обстановке водитель автомобиля «<данные изъяты>» ФИО12 должен был действовать в соответствии с требованиями п.п. 10.1, 10.3 ПДД РФ. В рассматриваемой дорожно-транспортной обстановке водитель автомобиля «<данные изъяты>» ФИО12, двигаясь со скоростью, не превышающей установленного ограничения 90 км/ч, располагал технической возможностью торможением предотвратить столкновение с автомобилем «ГАЗ 2705». Действия водителя автомобиля «<данные изъяты>» ФИО12 не соответствовали требованиям п.п. 10.1 и 10.3 ПДД РФ. В исследовательской части заключения экспертом произведен расчет удаления автомобиля «<данные изъяты>» от места столкновения в момент возникновения опасности, то есть в момент выезда автомобиля «<данные изъяты>» на его полосу движения, установлено, что это расстояние составляло приблизительно 150,5 м (т. 2, л.д. 190-209).

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО57. показал, что им было установлено несоответствие требованиям правил дорожного движения как одного водителя, так и другого. Вопрос о том, чьи действия стали причиной ДТП, о причинно-следственной связи к компетенции эксперта не относится. Моментом возникновения опасности для автомобиля «<данные изъяты>» в данной дорожной ситуации является момент выезда автомобиля «<данные изъяты>» на встречную полосу движения при совершении поворота налево, моментом окончания опасности являлось бы завершение маневра и освобождение встречной полосы автомобилем <данные изъяты>». В соответствии с произведенными расчетами скорость автомобиля «<данные изъяты>» в момент столкновения была не менее 124 км/ч. Если бы автомобиль «<данные изъяты>» двигался со скоростью 90 км/час, то успевал остановиться до автомобиля «<данные изъяты>».

В протоколе осмотра автомобиля <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ указано, что повреждены передний капот, правая передняя фара, правые переднее крыло, передняя и задняя двери, правая сторона, правые передняя, средняя и задняя стойки, крыша, лобовое стекло (т. 1 л.д. 45-47)

В протоколе осмотра автомобиля «<данные изъяты>» отражены повреждения задней правой части фургона (т. 1, л.д. 48- 50).

В протоколе от ДД.ММ.ГГГГ осмотра предметов –автомобилей «<данные изъяты>», изъятых ДД.ММ.ГГГГ, отражено, что автомобиль «<данные изъяты>» имеет повреждения задней правой габаритной части, автомобиль «<данные изъяты>» – повреждения передней правой габаритной части (т. 1, л.д. 90-93).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 26.07.2019 – были дополнительно осмотрены вышеуказанные автомобили, зафиксированы их повреждения, на заднем сидении автомобиля «<данные изъяты>» обнаружен и изъят фрагмент черепа погибшей ФИО1 (т. 1, л.д. 184-191).

Согласно протоколу осмотра предметов от 04.10.2019 осмотрены автомобиль «<данные изъяты>», регистрационный знак №, и автомобиль «<данные изъяты>», регистрационный знак №, в ходе осмотра которого с участием специалиста проверена работоспособность осветительных приборов автомобиля «<данные изъяты>» и установлено, что при включении выключателя света фар автомобиля «<данные изъяты>» в положение «габаритные огни» - габаритные огни передних и задних фар автомобиля не горят, при включении положения «ближний свет фар» горит лампа ближнего света передней правой фары автомобиля, при переключении подрулевого переключателя горит дальний свет обеих передних фар. При проверке работоспособности ремней безопасности автомобиля «<данные изъяты>» установлено, что на момент осмотра левый и правый ремни безопасности заднего сиденья находятся на штатном месте, ремень безопасности центрального пассажира отсутствует, замки ремней безопасности на поверхности заднего сиденья отсутствуют, при поднятии подушки сиденья левого и центрального пассажиров на полу обнаружены три замка ремней безопасности и ремень безопасности центрального пассажира, ремень безопасности центрального пассажира не имеет защелки. При проверке работоспособности ремней безопасности задних пассажиров установлено, что ремень безопасности левого заднего пассажира находится в работоспособном состоянии, проверить работоспособность ремня безопасности заднего правого пассажира не представилось возможным, так как ремень находился в защелкнутом состоянии (заблокирован), на нем имеется заглушка (том № л.д. 113-130).

Свидетель ФИО25 показал, что участвовал в качестве специалиста в осмотре сотрудниками полиции транспортных средств «<данные изъяты>» после дорожно-транспортного происшествия на штрафстоянке. Были проверены ремни безопасности автомобиля «<данные изъяты>. Задний правый ремень не работал, был заблокирован, не выдвигался из катушек. При столкновении может сработать механизм блокировки. Если ремень застегнут в момент столкновения, то он может не зайти обратно в катушку. В данном случае ремень из катушки не выходил, то есть он не мог быть застегнут в момент столкновения.

Заключением автотехнической судебной экспертизы технического состояния узлов и агрегатов транспортного средства «<данные изъяты>» №-э от ДД.ММ.ГГГГ установлены обстоятельства, при которых запрещается эксплуатация данного транспортного средства, в соответствии с положением п. 5.5, п. 2.1 «Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств» по Приложению к «Основным положениям по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения» (т. 2, л.д. 164-176).

Как следует из распечаток результатов освидетельствования на состояние опьянения при помощи алкотестера от 02.07.2019, актов медицинского освидетельствования на состояние опьянения №№ 62-г и 63-г от 02.07.2019, копий справок о результатах химико-токсилогических исследований №№ 694 и 695 от 05.07.2019, водители ФИО4 и ФИО12 в момент дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ в состоянии опьянения не находились (т. 1, л.д. 54, 56, 58, 200, 201).

Анализ указанных доказательств в их совокупности позволяет суду сделать вывод о доказанности нарушения ФИО4 при управлении автомобилем Правил дорожного движения и причинения вследствие этого смерти потерпевшей ФИО1

К показаниям подсудимого ФИО4 в части того, что при осуществлении поворота налево он не видел движущийся по встречной полосе автомобиль «<данные изъяты>» под управлением ФИО12, суд относится критически, поскольку они опровергаются показаниями свидетеля ФИО15 – сына подсудимого, из которых следует, что он, находясь в автомашине вместе с ФИО4, при осуществлении тем поворота налево видел на встречной полосе автомобиль метрах в 700-800 от них и примерно через 5 секунд произошло столкновение.

При этом показания свидетеля ФИО15 относительно расстояния, на котором находился автомобиль <данные изъяты>» от автомобиля «<данные изъяты>» в момент начала осуществления ФИО4 поворота налево не соответствуют действительности. Из исследовательской части заключения транспортно-трасологической и автотехнической судебной экспертизы №-э от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что в момент выезда автомобиля «<данные изъяты>» на полосу встречного движения автомобиль «<данные изъяты>» находился от него на расстоянии около 150,5 м. Оснований сомневаться в правильности произведенных экспертом расчетов у суда не имеется.

Показания свидетелей ФИО12, ФИО13 относительно скорости, с которой двигался автомобиль «<данные изъяты>» под управлением ФИО12 непосредственно до момента столкновения с автомобилем <данные изъяты>» под управлением ФИО4, суд считает не соответствующими действительности, поскольку они противоречат заключению транспортно-трасологической и автотехнической судебной экспертизы №-э от ДД.ММ.ГГГГ, показаниям эксперта ФИО58 в судебном заседании, из которых следует, что скорость автомобиля «ФИО59 под управлением ФИО12 не могла быть менее 124 км/ч.

Также не соответствующими действительности суд считает показания потерпевшего ФИО9, свидетелей ФИО12, ФИО13, ФИО10, ФИО26, ФИО14 о том, что погибшая ФИО1 в момент дорожно-транспортного происшествия была пристегнута ремнем безопасности в детском удерживающем устройстве на заднем сидении на месте правого пассажира в автомобиле «<данные изъяты>

Показания перечисленных лиц в данной части опровергаются протоколом осмотра автомобиля «<данные изъяты> произведенного ДД.ММ.ГГГГ с участием специалиста ФИО25, согласно которому все замки ремней безопасности задних пассажиров находились на полу, под сиденьем, при этом сам ремень безопасности заднего правого пассажира был в защелкнутом состоянии (заблокирован) и на нем имелась заглушка, а также показаниями допрошенного в суде в качестве свидетеля ФИО25 о том, что задний правый ремень безопасности указанной автомашины на момент осмотра не работал, был заблокирован, не выдвигался из катушек и не мог быть застегнут в момент столкновения.

Приведенные в приговоре заключения экспертов, протоколы следственных действий, иные документы, показания эксперта ФИО61 потерпевшей ФИО8, свидетелей ФИО19, ФИО20, ФИО24, ФИО21, ФИО22, ФИО17, ФИО16, ФИО18, а также и показания подсудимого ФИО2, потерпевшего ФИО9, свидетелей ФИО12, ФИО13, ФИО10, ФИО26, ФИО14 относительно факта дорожно-транспортного происшествия, нахождения малолетней ФИО1 в автомашине ФИО12 и ее гибели в результате дорожно-транспортного происшествия не вызывают у суда сомнений в своей достоверности, объективно устанавливают имеющие отношение к уголовному делу фактические обстоятельства, в своей совокупности являются достаточными для разрешения уголовного дела.

Стороной защиты суду представлено заключение специалиста №-И/20 от ДД.ММ.ГГГГ о том, что при условии движения с разрешенной скоростью 90 км/ч к моменту достижения места столкновения автомобилем «<данные изъяты>» полностью покидал полосу встречного движения первого, а также о том, что превышение водителем автомобиля «<данные изъяты>» ФИО12 установленной скорости движения находится в прямой причинной связи с наступившим дорожно-транспортным происшествием.

Доводы стороны защиты со ссылкой на указанные выводы специалиста о невиновности ФИО4 в преступлении являются, по мнению суда, необоснованными.

Решение вопроса о том, действия кого из участников дорожного движения находятся в причинной связи с наступившими последствиями к компетенции специалиста или эксперта – автотехника не относится.

При этом вывод о наличии причинной связи между нарушением правил дорожного движения одним из участников дорожно-транспортного происшествия и наступившими последствиями не исключает наличие такой связи и между нарушением правил дорожного движения вторым участником этого же дорожно-транспортного происшествия и наступившими последствиями.

Поэтому возможность того, что если бы автомобиль «<данные изъяты>» под управлением ФИО7 двигался с разрешенной скоростью 90 км/ч, то автомобиль «<данные изъяты>» под управлением водителя ФИО4 успел бы полностью покинуть полосу движения автомобиля «<данные изъяты><данные изъяты>», не свидетельствуют об отсутствии причинной связи между нарушением Правил дорожного движения ФИО4 и наступившими последствиями, то есть о невиновности обвиняемого ФИО4

В абз. 2 п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 N 25 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения" разъяснено, что в тех случаях, когда нарушения правил дорожного движения были допущены двумя или более участниками дорожного движения, содеянное каждым из них влечет уголовную ответственность по статье 264 УК РФ, если их действия по управлению транспортным средством находились в причинной связи с наступившими последствиями, указанными в названной статье Уголовного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 252 УК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

В этой связи суд при рассмотрении уголовного дела в отношении обвиняемого ФИО4 не входит в обсуждение вопроса о наличии или отсутствии вины в совершении преступления второго участника дорожно-транспортного происшествия водителя ФИО12, являющегося свидетелем по настоящему делу.

Пунктами 1.3, 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации на участников дорожного движения возложена обязанность знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно п. 13.12 указанных Правил при повороте налево или развороте водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по равнозначной дороге со встречного направления прямо или направо.

Исследованными судом доказательствами достоверно установлено, что ФИО4, управляя автомобилем «<данные изъяты>», в нарушение п. 13.12 Правил дорожного движения, не уступил дорогу движущемуся по равнозначной дороге со встречного направления автомобилю «<данные изъяты> под управлением ФИО12

Предусмотренная п. 13.12 Правил дорожного движения обязанность водителя автомобиля уступить при повороте налево дорогу автомобилю, движущемуся по равнозначной дороге со встречного направления прямо, не ставится в зависимость от соблюдения водителем последнего автомобиля скоростного режима.

В силу п. 13.12 Правил дорожного движения обвиняемый ФИО4 при повороте налево в любом случае обязан был уступить дорогу автомобилю «<данные изъяты>» под управлением ФИО12, в том числе и в случае превышения последним установленной скорости движения.

Выполнение водителем ФИО4 данной обязанности исключило бы возможность столкновения управляемого им автомобиля с автомобилем под управлением ФИО12 вне зависимости от того, с какой скоростью двигался автомобиль под управлением ФИО12: разрешенной 90 км/ч или более 124 км/ч.

Нарушив требования п. 13.12 Правил дорожного движения, ФИО4 создал опасность для движения, препятствие для автомобиля <данные изъяты>», что и привело к столкновению данных транспортных средств на полосе движения автомобиля «<данные изъяты>», а, как следствие, и к смерти малолетней ФИО1

Таким образом, нарушение обвиняемым ФИО4 требований п. 13.12 Правил дорожного движения находится в прямой причинной связи со смертью ФИО1

Стороной обвинения ФИО4 при описании совершенного им преступного деяния ему вменено в вину также нарушение п. 2.1.1 Правил дорожного движения РФ, требований п. 11 «Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения» и требование п.п. 2.1 и 5.5 «Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств» Приложения к Основным положениям по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностям должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, а именно то, что перед выездом он не проверил и в пути не обеспечил исправное техническое состояние транспортного средства в соответствии с Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностями должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения; управлял автомобилем, техническое состояние которого не отвечало требованиям соответствующих стандартов, правил и руководств их технической эксплуатации, управлял транспортным средством, на котором на одной оси установлены шины различных моделей с отличным друг от друга рисунком протектора, установлены ошипованные шины (на переднем правом колесе) и не ошипованные шины (на остальных колесах), а также на котором рулевое управление находилось в технически не исправном состоянии в виде люфта порядка 20 градусов, что превышает максимально допустимый суммарный люфт 10 градусов, управлял автомобилем, не имея страхового полиса обязательного страхования гражданской ответственности.

Вместе с тем, данные обстоятельства никакого отношения к наступлению смерти ФИО1 не имеют, в связи с чем суд исключает из обвинения ФИО4 нарушение перечисленных пунктов Правил дорожного движения, Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств.

Суд квалифицирует действия ФИО4 по ч. 3 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

При назначении наказания ФИО4 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, личность виновного, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

ФИО4 <данные изъяты>.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО4, суд в соответствии с п. «к» ч. 1, ч. 2 ст. 61 УК РФ признает действия по добровольному возмещение им вреда, причиненного потерпевшей ФИО8, в сумме 100000 рублей, частичное признание им своей вины, его пожилой возраст, положительную характеристику, нарушение правил дорожного движения вторым водителем - участником дорожно-транспортного происшествия.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО4, судом не установлено.

Исключительных обстоятельств по делу, являющихся основанием для применения к ФИО4 ст. 64 УК РФ, суд не усматривает.

Учитывая указанные выше обстоятельства, принимая во внимание цели уголовного наказания, суд считает необходимым назначить ФИО4 наказание в виде лишения свободы в пределах ч. 3 ст. 264 УК РФ с учетом положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами.

При этом с учетом приведенных выше данных о личности ФИО4, совокупности смягчающих наказание обстоятельств, суд считает возможным применить ст. 73 УК РФ.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления оснований для изменения категории преступления, относящегося к преступлениям средней тяжести, на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

Мера пресечения ФИО4 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу отмене или изменению не подлежит.

Судьба вещественных доказательств подлежит определению в соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

Потерпевшим ФИО9 к подсудимому ФИО4 предъявлен гражданский иск о компенсации морального вреда в сумме 800000 рублей, материального ущерба, связанного с тратами на погребение дочери, в размере 350000 рублей.

Потерпевшей ФИО8 к подсудимому ФИО4 предъявлен гражданский иск о компенсации морального вреда в сумме 800000 рублей, расходов на оплату услуг представителя.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается.

Согласно ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Судом установлено, что в результате преступного деяния, совершенного ФИО4, был причинен вред жизни малолетней ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

ФИО8 является матерью, а ФИО9 - отцом погибшей ФИО1, после расторжения брака ребёнок постоянно проживал с матерью, отец периодически брал дочь к себе. Смерть дочери в возрасте 7 лет, несомненно, причинила обоим гражданским истцам нравственные страдания, подлежащие компенсации в денежной форме.

Учитывая при определении размера компенсации морального вреда характер страданий и индивидуальные особенности личности потерпевших, состояние их здоровья, обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, неосторожную форму вины ответчика, его возраст, имущественное и семейное положение, суд, руководствуясь принципами разумности и справедливости, считает необходимым взыскать с ФИО4 в пользу ФИО8 компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей, в пользу ФИО9 – в размере 300000 рублей.

Потерпевшим ФИО9 в обоснование своих требований о возмещении материального вреда представлены квитанция от ДД.ММ.ГГГГ, товарный чек от ДД.ММ.ГГГГ, заказ-счет от ДД.ММ.ГГГГ, заказ счет от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что им понесены расходы на приобретение гроба в комплекте в размере 24800 рублей, таблички в размере 200 рублей, на поминальный обед ДД.ММ.ГГГГ в размере 90000 рублей, на поминальный обед ДД.ММ.ГГГГ в размере 36000 рублей, всего в сумме 151000 рублей.

Указанные расходы связаны с погребением малолетней ФИО1, оплатой ритуальных услуг и в силу ст. 1064, 1094 Гражданского кодекса РФ подлежат взысканию с подсудимого.

На основании части 3 статьи 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям статьи 131 УПК РФ.

В силу п. 1.1. ч. 2 ст. 131 УПК РФ суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, относятся к процессуальным издержкам.

Потерпевшему подлежат возмещению необходимые и оправданные расходы, связанные с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, которые должны быть подтверждены соответствующими документами (пункт 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года N 17 "О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве").

Аналогичная позиция содержится в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года N 42 "О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам", к иным расходам относятся подтвержденные соответствующими документами расходы потерпевшего на участие представителя, расходы иных заинтересованных лиц на любой стадии уголовного судопроизводства при условии их необходимости и оправданности.

В п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 N 42 также разъяснено, что в соответствии с частью 1 статьи 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Из материалов дела следует, что потерпевшая ФИО8 понесла расходы по оплате услуг представителя в сумме 40000 рублей, что подтверждается договором № ДД.ММ.ГГГГ-7 об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 и ФИО29

Указанные процессуальные издержки суд считает необходимым взыскать с осужденного.

Иные процессуальные издержки не установлены.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 302, 303, 307-309 УПК РФ,

приговорил:

признать ФИО4 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами сроком на 1 год.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО4 наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком на 2 года.

Обязать условно осужденного ФИО4 в период испытательного срока не менять место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденного.

Меру пресечения ФИО4 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Вещественные доказательства по уголовному делу: автомобиль «<данные изъяты> хранящиеся в ОМВД России по Труновскому району, после вступления приговора в законную силу передать законным владельцам ФИО4 и ФИО12, соответственно.

Гражданский иск ФИО9 к ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО9 в счет компенсации морального вреда 300000 рублей, в счет возмещения имущественного ущерба – 151000 рублей. В остальной части иска отказать.

Гражданский иск ФИО8 к ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО8 в счет компенсации морального вреда 500000 рублей. В остальной части иска отказать.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО8 процессуальные издержки в виде расходов на оплату услуг представителя в размере 40000 рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Ставропольского краевого суда через Труновский районный суд в течение 10 суток со дня провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья А.В. Щербин