Постановление № 1-1/2019 1-120/2018 от 28 января 2019 г. по делу № 1-1/2019

Дело №1-1/2019


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

29 января 2019 года р.п.Шилово

Шиловский районный суд Рязанской области в составе: судьи Долгополовой М.А.,

при секретарях Чулковой Е.Н. и Тиховой Д.О.,

с участием государственного обвинителя – заместителя прокурора Шиловского района Рязанской области Комиссарова А.А.,

подсудимой ФИО4;

защитника- адвоката Центральной городской коллегии адвокатов г.Рязани Адвокатской палаты Рязанской области Землянского С.Н.,

потерпевшей ФИО1

представителя потерпевшей ФИО1 - адвоката Коллегии адвокатов №8 г.Рязани Адвокатской палаты Рязанской области Курданова А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда материалы уголовного дела в отношении

ФИО4, <данные изъяты> ранее не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ, а именно в совершении причинения смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей при следующих обстоятельствах:

В соответствии со ст.41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Положение Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ регулируют отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, определяют права и обязанности медицинских работников и декларируют особый статус охраны здоровья детей.

Для реализации своих целей ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ в ст.1 использует следующие основные понятия:

медицинская услуга- медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (п.4);

диагностика- комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента, данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патолого- анатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий (п.7);

качество медицинской помощи- совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п.21).

В соответствии со ст.4 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ одними из основных принципов охраны здоровья являются: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечения связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; приоритет охраны здоровья детей; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечения прав граждан в сфере охраны здоровья.

Также указанный федеральный закон предусматривает следующее:

ст.10- доступность и качество медицинской помощи обеспечивается применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи; предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи;

ст.18- каждый имеет право на охрану здоровья, которое обеспечивается, в том числе, качественной медицинской помощью;

п.1 ст.22- каждый имеет право получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе, сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи;

ст.37- медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации;

ч.2 ст.70- лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента;

ч.5 ст.70- лечащий врач устанавливает диагноз, который является основанным на всестороннем обследовании пациента и составленным с использованием медицинских терминов медицинским заключением о заболевании (состоянии) пациента;

п.1 ч.2 ст.73- медицинские работники обязаны оказывать медицинскую помощь в соответствии со своей квалификацией, должностными инструкциями, служебными и должностными обязанностями;

ч.2 ст.98- медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Согласно п.26 приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации (далее- Минздрав России) от 01 ноября 2012 года №572н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)» медицинская помощь женщинам в период родов и в послеродовой период оказывается в рамках специализированной, в том числе высокотехнологичной, и скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи в медицинских организациях, имеющих лицензию на осуществление медицинской деятельности, включая работы (услуги) по «акушерству и гинекологии (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)» и (или) «акушерскому делу».

Согласно уставу Государственного бюджетного учреждения Рязанской области «Шиловская центральная районная больница» (далее- ГБУ РО «Шиловская ЦРБ», больница) данное медицинское учреждение функционирует как самостоятельная медицинская организация с целью оказания медицинской помощи гражданам, имеет лицензию на осуществление медицинской деятельности при оказании специализированной медицинской помощи в стационарных условиях, в том числе по акушерству и гинекологии на территории Шиловского района Рязанской области.

29 января 2018 года в Единый государственный реестр юридических лиц внесена регистрационная запись о факте изменения наименования организации Государственное бюджетное учреждение Рязанской области «Шиловская центральная районная больница» на Государственное бюджетное учреждение Рязанской области «Шиловский межрайонный медицинский центр».

В соответствии с положением об акушерском отделении ГБУ РО «Шиловская ЦРБ», утвержденным главным врачом больницы, данное отделение является структурным подразделением медицинского учреждения, задачей которого является обеспечение, организация и проведение специализированного родовспоможения, ухода за беременными, роженицами и новорожденными. Акушерское отделение имеет в штате необходимых узкопрофильных специалистов и оснащено своевременным лечебно-диагностическим оборудованием, позволяющим надлежащим образом в соответствии с действующими стандартами и порядками медицинской помощи оказывать специализированную акушерско-гинекологическую помощь женщинам в период родов и в послеродовой период.

21 октября 2017 года в 10 часов 40 минут в приемный покой акушерского отделения ГБУ РО «Шиловская ЦРБ», расположенного по адресу: <адрес>, самостоятельно обратилась беременная ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, с жалобами на схваткообразные боли внизу живота, появившиеся с 07 часов 00 минут указанных суток и не прекращавшиеся (утихавшие) до момента поступления в медицинское учреждение.

Согласно графику дежурств акушеров- гинекологов ГБУ РО «Шиловская ЦРБ» на октябрь 2017 года, утвержденному заместителем главного врача больницы ФИО2, дежурство в качестве ответственного дежурного врача в акушерском отделении 21 октября 2017 года осуществляла врач акушер- гинеколог ФИО4, которая принята на указанную должность по внешнему совместительству 0,5 ставки на основании приказа главного врача ГБУ РО «Шиловская ЦРБ» № от ДД.ММ.ГГГГ. Дежурство осуществлялось ФИО4 с 08 часов 21 октября 2017 года и продолжалось до 11 часов 00 минут следующих суток.

21 октября 2017 года в 11 часов беременная ФИО1 после поступления в акушерское отделение ГБУ РО «Шиловская ЦРБ», расположенное по адресу: <адрес>, была осмотрена дежурным врачом акушером- гинекологом ФИО4, которая тем самым приняла на себя обязанности ее лечащего врача. В этой связи на ФИО4 в соответствии с ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ была возложена обязанность по организации и непосредственному оказанию медицинской помощи в период наблюдения за пациенткой и ее лечение.

Таким образом, осуществляя свою профессиональную деятельность, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, положениями Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ, стандартами и порядками оказания медицинской помощи, ФИО4 была обязана обеспечить право пациента на квалифицированную медицинскую помощь и охрану его здоровья в муниципальном учреждении здравоохранения, а в рассматриваемых обстоятельствах должна была оказать ФИО1 качественную акушерско-гинекологическую помощь по своевременному установлению диагноза и определению тактики родоразрешения, отвечающую требованиям безопасности жизни и здоровья как самой роженицы, так и ее будущего ребенка.

При этом ФИО4, имея высшее медицинское образование по специальности «лечебное дело», опыт работы в должности ассистента кафедры акушерства и гинекологии ФГБОУ ВО «Рязанский государственный медицинский университет имени академика И.П.Павлова» Минздрава России, а также сертификат специалиста, в соответствии с которым она допущена до осуществления медицинской деятельности по специальности «акушерство и гинекология» сроком на 5 лет, то есть обладая достаточными практическими навыками для несения самостоятельного дежурства в качестве ответственного дежурного врача акушера- гинеколога, имела возможность качественно и надлежащим образом выполнить свои профессиональные обязанности по родоразрешению ФИО1

В ходе осмотра поступившей пациентки ФИО4 установлено удовлетворительное состояние женщины и определен ее акушерский статус: матка увеличена до 39-40 недель беременности, безболезненная, схватки через 10 минут по 25 секунд средней силы, пациентка ощущает шевеление плода, положение плода продольное, предлежит головка, прижата ко входу в малый таз, сердцебиение плода ритмичное, 140 ударов в минуту, по измеренным параметрам роженицы предполагаемый вес плода составляет 3400гр.

Одновременно в ходе осмотра ФИО1 поставила в известность ФИО4 о том, что в дородовом периоде в женской консультации больницы она наблюдалась у врача- гинеколога с диагнозом: «Анатомически узкий таз».

По результатам осмотра ФИО4 выставила диагноз: «Первый период родов при первой беременности сроком 39 недель, анатомически узкий таз первой степени» и составила план ведения родов: «Наблюдение за родовой деятельностью и сердцебиением плода, клинической оценкой таза и профилактикой внутриутробной гипоксии плода, профилактика кровотечения в третьем периоде родов. При отягчающих моментах- кесарево сечение».

С учетом поставленного ФИО4 диагноза дальнейшая медицинская помощь ФИО1 должна была оказываться в соответствии с требованиями ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ, Приказа Минздрава России от 01 ноября 2012 года №572н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)», Приказов Минздрава России от 06 ноября 2012 года №584н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при самопроизвольных родах в затылочном предлежании» и №583н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при родоразрешении посредством кесарева сечения», Клинических рекомендаций (протокола лечения) «Оказание медицинской помощи при анатомически и клинически узком тазе» (письмо Минздрава России от 23 мая 2017 года №15-4/10/2-3402), Клинических рекомендаций (протокола лечения) «Кесарево сечение. Показание, методы обезболивания, хирургическая техника, антибиотикопрофилактика, ведение послеоперационного периода» (письмо Минздрава России от 06 мая 2014 года №15-4/10/2-3190, согласно которым роженице требуется проводить ультразвуковое исследование, кардиомониторный контроль за состоянием плода и родовой деятельностью (далее КТГ-мониторинг), вести партограмму, осуществлять динамическое наблюдение за характером вставления головки плода и ее продвижением, своевременно диагностировать осложнения родового акта и их коррекцию с целью избежания затяжных родов и при необходимости прибегать к экстренному оперативному родоразрешению путем проведения операции «кесарево сечение» по показанию «клинически узкий таз».

Однако, ФИО4, проявляя преступную небрежность вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей, в нарушение раздела «Родоразрешение» Приложения №5 к Приказу Минздрава России от 01 ноября 2012 года №572н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю акушерство и гинекология (за исключением вспомогательных репродуктивных технологий)», п.3.15.12 Раздела III Приложения к Приказу Минздрава России от 10 мая 2017 года №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», в процессе наблюдения за роженицей ФИО1 в период с 11 часов 00 минут до 19 часов 15 минут 21 октября 2017 года, находясь в помещении ГБУ РО «Шиловская ЦРБ» по адресу: <адрес>, не исследовала систему гемостаза крови (коагулограмму), не осуществила запись об интерпретации кардиограммы, не внесла в партограмму необходимые отметки, соответствующие 13 часам 00 минутам, 14 часам 00 минутам, 15 часам 00 минутам 21 октября 2017 года, и записи в историю родов об осмотрах ФИО1 врачом акушером-гинекологом ФИО4 с 12 часов до 16 часов 21 октября 2017 года, не записала сведения о характере сердцебиения плода в период с 12 часов до 18 часов 21 октября 2017 года, а также не организовала проведение соответствующим специалистом ультразвукового исследования в целях объективного определения предполагаемой массы плода у ФИО1, ограничившись лишь измерением необходимых параметров роженицы с помощью сантиметровой ленты.

Невыполнение надлежащим образом диагностических мероприятий, результаты которых имели основополагающее значение в выборе дальнейшей тактики ведения родов, не позволило более точно определить размеры и состояние плода и своевременно скорректировать план ведения родов в сторону оперативного родоразрешения, поскольку в случае установления предполагаемой массы плода свыше значения 3600гр, то есть приближенного к его реальной массе, у ФИО1 имелось бы показание к изменению тактики ведения родов и проведению операции «кесарево сечение».

К тому же, недооценив состояние ФИО1 вследствие ненадлежащего и недобросовестного исполнения своих профессиональных обязанностей, ФИО4, обладая правом требовать от руководства медицинского учреждения оказания содействия в исполнении должностных обязанностей, посредством телефонной связи в 16 часов 32 минуты 21 октября 2017 года сообщила находившейся по месту жительства и.о.заведующей акушерского отделения ФИО3 такие сведения о ходе родоразрешения и состоянии роженицы и плода, которые не требовали ее (ФИО3) незамедлительной явки в больницу для очного осмотра ФИО1, дальнейшей консультации и коррекции тактики ведения родов, что не позволило своевременно выявить у роженицы признаки «клинически узкого таза» и, как следствие, своевременно принять необходимые меры к проведению операции «кесарево сечение» в экстренном порядке.

При осмотре ФИО1 в 18 часов 00 минут 21 октября 2017 года ФИО4 установила наличие схваток через 6 минут по 45 секунд, продольное положение плода, предлежание головки малым сегментом во входе в малый таз, ясное сердцебиение плода, ритмичное до 140 ударов в минуту. В 18 часов 30 минут ФИО4 зафиксировала схватки через 03 минуты по 35-40 секунд, безболезненные, головка малым сегментом во входе в малый таз, первая позиция, передний вид, сердцебиение плода ясное, ритмичное, до 140 ударов в минуту. При влагалищном исследовании установлено полное открытие шейки матки, головка малым сегментом во входе в малый таз, стреловидный шов в правом косом размере, малый родничок слева кпереди, ниже большого, Сd (диагональная коньюгата) 12 см, Сv (истинная коньюгата) 10 см, определяется родовая опухоль. По результатам указанного осмотра, уже очевидно свидетельствовавшего об отсутствии необходимого продвижения головки плода по родовому пути, ФИО4 выставила диагноз: «Анатомически и клинически узкий таз при втором периоде родов» и составила новый план ведения родов: «Учитывая отсутствие продвижения головки в течение 01 часа, решено закончить роды путем кесарева сечения в экстренном порядке. Консультация анестезиолога. Вызвана исполняющая обязанности заведующего родовым отделением ФИО3».

Таким образом, ФИО4 необоснованно продлила ведение родов через естественный родовой путь, что привело к нахождению плода в состоянии прогрессирующей гипоксии длительный период времени (более 1,5 часов).

Несмотря на то, что с 18 часов 30 минут 21 октября 2017 года у ФИО1 имелись все показания к проведению операции «кесарево сечение» в экстренном порядке, вследствие небрежного отношения ФИО4 к своим профессиональным обязанностям, приведшего к позднему прибытию в больницу и.о.заведующей акушерского отделения и необходимости повторно осмотра роженицы ФИО3, она (ФИО1) была транспортирована в операционный зал ГБУ РО «Шиловская ЦРБ» только в 19 часов 15 минут 21 октября 2017 года, где ФИО4 и ФИО3 проведена операция «кесарево сечение», в ходе которой на 5 минуте извлечен младенец мужского пола весом 3700гр в тяжелом состоянии (2 бала по шкале Апгар) ростом 50 см, с сердцебиением 98-102 ударов в минуту, отсутствием самостоятельного дыхания и рефлексов, сниженным тонусом мышц.

После проведения операции ФИО4 приступила к ушиванию матки, а новорожденный мальчик перемещен в палату интенсивной терапии для новорожденных, расположенную в акушерском отделении по указанному выше адресу. Проведенный дежурной бригадой врачей в составе реаниматолога- анестезиолога и педиатра комплекс реанимационных мероприятий к положительному результате не привел, и в 22 часа 10 минут 21 октября 2017 года констатирована биологическая смерть новорожденного младенца мужского пола от матери ФИО1

Причиной смерти новорожденного от матери ФИО1 явилась тяжелая внутриутробная гипоксия в родах вследствие массивной аспирации околоплодных вод. Гипоксия плода с аспирацией околоплодных вод (попадания околоплодных вод в дыхательные пути плода) наступила вследствие длительного воздействия непродуктивных схваток на фоне вклинивания головки плода во входе в таз- при формировании клинически узкого таза (несоответствия между его головкой и тазом матери).

Таким образом, ФИО4, пренебрегая имевшимися возможностями диагностики при родоразрешении ФИО1, неся всю полноту ответственности за последствия принимаемых ею решений, находясь в акушерском отделении ГБУ РО «Шиловская ЦРБ» по адресу: <адрес>, в период с 11 часов 00 минут до 19 часов 15 минут 21 октября 2017 года, действуя в нарушении требований ст.70 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ, не предвидя наступления в результате своих действий осложнений, способных привести к смерти ребенка, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла это предвидеть, не выполнила свои профессиональные функции т обязанности лечащего врача по организации своевременного квалифицированного лечения пациента:

- не обеспечила в процессе родов проведение ФИО1 необходимого объема диагностических мероприятий, несвоевременно выявила признаки клинически узкого таза (за первые 4 часа родов раскрытие маточного зева у роженицы составило 5 см, а затем, в активную фазу родов, когда скорость раскрытия должна увеличиваться, она, наоборот, замедлилась, то есть имела место вторичная слабость родовой деятельности);

- несвоевременно провела экстренное оперативное родоразрешение (операция «кесарево сечение» проведена только через 50 минут после приянтия решения о его проведении: диагноз «Клинически узкий таз» установлен в 18 часов 30 минут, плод извлечен в 19 часов 20 минут). Тем самым ФИО4 не выполнила возложенные на нее задачи по оказанию качественной медицинской помощи ФИО1 и грубо нарушила требования Клинических рекомендаций (протокола лечения) «Оказания медицинской помощи при анатомически и клинически узком тазе» (разработаны в соответствии со ст.76 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ и направлены письмом Минздрава России от 23 мая 2017 года №15-4/10/2-3402), предусматривающие обязательное проведение операции «кесарево сечение» в экстренном порядке при отсутствии продвижения головки плода при полном раскрытии шейки матки.

Наличие и сущность дефектов оказания медицинской помощи ФИО1 указывают на то, что необходимые диагностические мероприятия и назначенное лечение, а также тактика и ведение родов (действия ФИО4), выбраны и выполнены не в полном объеме и не соответствовали требованиям клинических рекомендаций (протоколов).

Учитывая изложенное и принимая во внимание, что в процессе наблюдения ФИО1 во время ее беременности в женской консультации ГБУ РО «Шиловская ЦРБ» в период с 30 июня 2017 года по 20 октября 2017 года с диагнозом: «Наблюдение за течением нормальной первой беременности. Анатомически узкий таз» и при ее поступлении в акушерское отделение указанного учреждения 21 октября 2017 года не имелось препятствий для родоразрешения путем проведения операции «кесарево сечение», супряга А.А., являясь лечащим врачом ФИО1, то есть лицом, на которое по должности была возложена обязанность по оказанию качественной и квалифицированной медицинской помощи, не применив в полном объеме свои специальные медицинские познания и навыки, позволяющие ей качестве и надлежащим образом оказывать медицинскую помощь по профилю акушерство и гинекология, обладая необходимой информацией о наличии фактора риска- анатомического сужения таза, действуя по неосторожности, не организовала проведение другим специалистом ультразвукового исследования для определения предполагаемой массы плода, не обеспечила в течение длительного времени надлежащее динамическое наблюдение за ФИО1, в том числе посредством постоянного кардиомониторного контроля, что в совокупности обусловило неверный выбор «выжидательной» тактики ведения родов, и как следствие, непринятие необходимых мер к своевременному вызову и.о.заведующей акушерского отделения ФИО3 в целях экстренного родоразрешения.

Допущенное промедление привело к необратимым последствия для здоровья ребенка, при этом своевременное выполнение всех необходимых мероприятий при оказании медицинской помощи ФИО1, безусловно, повышало вероятность рождения жизнеспособного ребенка.

В этой связи действия ФИО4, выразившиеся в неприменении мер по обеспечению пациента необходимым объемом лечения, в том числе по своевременному проведению операции «кесарево сечение», которая закономерно прервала бы развитие внутриутробной гипоксии, находятся в причинной- следственной связи со смертью ребенка.

Оказывая при вышеуказанных обстоятельствах неадекватную медицинскую помощь ФИО1 вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей, Супряга причинила по неосторожности смерть новорожденному младенцу мужского пола от матери ФИО1, при этом она не предвидела возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть эти последствия, то есть преступное деяние было совершено ею по неосторожности в форме преступной небрежности.

В судебном заседании защитник – адвокат Землянский С.Н. заявил ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в соответствии с ч.1 ст.237 УПК РФ, в связи с тем, что содержащиеся в материалах уголовного дела постановление о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительное заключение имеют отличия в тексах в части «,,, не организовала проведение другим специалистом ультразвукового исследования для определения предполагаемой массы плода…», тогда как в обвинение было предъявлено с текстом «предполагаемой мамы плода», что указано и в экземплярах постановления о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительного заключения, утвержденного заместителем прокурора Шиловского района Рязанской. При этом обвинение было предъявлено со словом «мамы». Более того, данное слово было в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и во время ознакомления с материалами уголовного дела. Вместе с тем в судебном заседании государственным обвинителем обвинение было изложено со словом «массы». Кроме этого в приложении к обвинительному заключению указано, что в отношении обвиняемой ФИО4 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, тогда как данная мера пресечения должны быть отменена, поскольку мера пресечения была избрана 29 июня 2018 года, а обвинение предъявлено лишь 30 июля 2018 года, то есть спустя 10 суток.

Подсудимая ФИО4 поддержала ходатайство своего защитника, пояснив, что обвинение ей 29 августа 2018 года было предъявлено со словом «мамы» и копия данного постановления была вручена в момент предъявления обвинения.

Потерпевшая ФИО1 и ее представитель- адвокат Курданов А.В. возражали против удовлетворения ходатайства защитника.

Государственный обвинитель – заместитель прокурора Шиловского района Рязанской области Комиссаров А.А. возражал против удовлетворения данного ходатайства, поскольку не установлено, откуда у стороны защиты экземпляры постановления и обвинительного заключения с указанным текстом.

Суд, выслушав мнение участников процесса, приходит к следующему.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

Согласно ст.220 УПК РФ в обвинительном заключении должны быть указаны существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Судом установлено, что экземпляры обвинительного заключения, утвержденного 05 октября 2018 года заместителем прокурора Шиловского района Рязанской области Цунаевым И.А., и постановления о привлечении в качестве обвиняемого от 29 августа 2018 года, врученные подсудимой, имеют отличия с соответствующими документами, содержащимися в материалах уголовного дела на л.д.314 т.4 и л.д.38 т.5, а именно «предполагаемой мамы плода» и «предполагаемой массы плода» соответственно, что свидетельствует о том, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, которое в судебном заседании устранено быть не может, исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного рушения на основе данного заключения, в связи с чем уголовное дело подлежит возращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Относительно ходатайства защитника в части, касающейся меры пресечения в отношении ФИО4, суд полагает, что данные обстоятельства не являются основанием для возращения уголовного дела прокурору.

На основании изложенного, руководствуясь ст.237 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л

Возвратить прокурору Шиловского района Рязанской области уголовное дело в отношении ФИО4, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом в соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ.

Постановление может обжаловано в апелляционном порядке в Рязанский областной суд через Шиловский районный суд Рязанской области в десятидневный срок со дня вынесения.

Судья