Апелляционное постановление № 22-87/2025 22К-87/2025 от 24 февраля 2025 г. по делу № 3/12-8/2024

Дело № 22-87/2025

Судья Пешкова Е.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

25 февраля 2025 года г. Биробиджан

Судья суда Еврейской автономной области Пышкина Е.В.,

при секретаре К.,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе заявителя Я. на постановление Смидовичского районного суда ЕАО от 12 декабря 2024 года, которым

оставлена без удовлетворения жалоба Я., поданная в порядке ст. 125 УПК РФ, на решение следователя Д. об отказе в возращении изъятого автомобиля.

Изложив доклад, заслушав заявителя Я., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, прокурора Емельянчикова С.С., полагавшего постановление оставить без изменения,

УСТАНОВИЛ:

30 октября 2024 года вСмидовичский районный суд ЕАО поступила жалоба Я. в порядке ст. 125 УПК РФ, в которой заявитель просил признать незаконным решение следователя Д. об отказе в возвращении изъятого автомобиля «<...>» г/н № <...>. При этом указывал, что <...> произошло ДТП, в котором <...> Я. По этому факту зарегистрирован КУСП № <...> ОМВД России по Смидовичскому району ЕАО. В ходе осмотра места происшествия были изъяты <...>, <...>, <...>, <...>, <...> и указанный <...>. В нарушение закона изъятые предметы не были упакованы и опечатаны, не заверялись подписью следователя, не указывались их признаки и особенности. 9 августа 2024 года он обратился с ходатайством о возращении ему изъятого автомобиля. <...> следователем вынесено постановление о полном отказе в удовлетворении ходатайства с указанием на то, что вопрос по возврату автомобиля будет решён после получения заключения автотехнической экспертизы, объектом исследования которой он является. При вынесении данного постановления не учтена ч. 4 ст. 81 УПК РФ о том, что изъятые в ходе досудебного производства, но не признанные вещественными доказательствами предметы, подлежат возврату лицам, у которых они были изъяты с учётом требований ст. 6.1 УПК РФ. Данный автомобиль не признавался вещественным доказательством, поэтому подлежал возврату. Постановление не отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ. Следователь и прокурор района незаконно удерживают автомобиль, нарушая его права.

12 декабря 2024 года в удовлетворении жалобы отказано.

В апелляционной жалобе Я. просит отменить постановление суда, признать решение следователя Д. об отказе в возвращении ему изъятого автомобиля незаконным и обязать её устранить допущенные нарушения. Свои доводы обосновывает тем, что постановление судьи не отвечает требованиям действующего законодательства, при его вынесении нарушены нормы материального и процессуального законодательства. В нём указано, что решение следователя о назначении автотехнической экспертизы само по себе может служить основанием для отказа в удовлетворении ходатайства о возвращении автомобиля, не признанного вещественным доказательством. Между тем диспозиция ч. 4 ст. 81 УПК РФ носит формальный характер и говорит о том, что изъятые в ходе досудебного производства, но не признанные вещественными доказательствами предметы, подлежат возврату лицам, у которых они были изъяты, с учётом требований статьи 6.1 УПК РФ. В соответствии с ч. 2 ст.81 УПК РФ предметы, указанные в части первой настоящей статьи, осматриваются, признаются вещественными доказательствами и приобщаются к уголовному делу, о чём выносится соответствующее постановление. Порядок хранения вещественных доказательств устанавливается ст. 81 и 82 УПК РФ. В рамках доследственной проверки экспертом дважды производился осмотр автомобиля и каких-либо технических неисправностей не установлено. После двух осмотров экспертом следователь автомобиль вещественным доказательством не признал, поэтому в силу ч. 4 ст. 81 УПК РФ он подлежал возврату без каких-либо условий. УПК РФ чётко устанавливает лишь основания возврата вещественных доказательств при вынесении приговора, определения, постановления о прекращении уголовного дела. По отношению к предметам, не признанным вещественными доказательствами, такой регламентации нет. Поскольку какой-либо связи с назначением экспертизы и возвратом предмета, не признанного вещественным доказательством, из толкования норм закона не усматривается, решение о законности действий следователя принято судом необоснованно. Вывод о том, что не признанный вещественным доказательством предмет не подлежит возврату ввиду постановки следователем на разрешение автотехнической экспертизы вопроса о механизме дорожно-транспортного происшествия, несостоятелен, так как он определяется на основании собранных и зафиксированных в протоколе ОМП сведений, чего в данном случае не сделано. Протокол ОМП составлен с грубыми нарушениями требований криминалистики, что нашло своё отражение в требовании прокурора района. Необходимость автомобиля для определения механизма дорожно-транспортного происшествия при условии его осмотра экспертом не вызвана объективными и законными основаниями.

В возражениях на апелляционную жалобу заместитель прокурора Смидовичского района ЕАО Б. просит оставить её без удовлетворения как необоснованную.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения на неё, оснований для отмены или изменения постановления апелляционная инстанция не находит, полагая его законным, обоснованным и мотивированным.

В соответствии со ст. 125 УПК РФ судебному обжалованию подлежат постановления дознавателя, следователя, руководителя следственного органа об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные решения и действия (бездействия) дознавателя, следователя, руководителя следственного органа и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию.

К иным решениям и действиям (бездействию), способным причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства, относятся, в том числе, постановления дознавателя, следователя и руководителя следственного органа об отказе в удовлетворении ходатайства о возвращении законному владельцу изъятых предметов, либо бездействие должностных лиц, выразившееся в нерассмотрении таких ходатайств.

Рассматривая указанные жалобы, суд исходит из требований, сформулированных в ней заявителем, которые и составляют предмет судебного разбирательства.

Указанные положения судом первой инстанции выполнены, жалоба заявителя рассмотрена в пределах заявленных требований. Доводы Я., сформулированные в жалобе и высказанные в судебном заседании о нарушениях заместителем начальника ОМВД России по Смидовичскому району Д. конституционных прав заявителя и требований уголовно-процессуального закона при разрешении его ходатайства и вынесении постановления, рассмотрены в полном объёме. При этом основания для отмены постановления Д. обоснованно не установлены, поскольку ходатайство Я. о возврате автомобиля разрешено надлежащим должностным лицом, с соблюдением требований ст.6.1 УПК РФ и соответствует нормам УПК РФ.

Поводов не согласиться с такими выводами у суда второй инстанции не имеется. Заместителем начальника ОМВД России по Смидовичскому району Д. ходатайство Я. действительно разрешено в соответствии с требованиями ст. 120-122 УПК РФ, а постановление соответствует требованиям ст. 7 УПК РФ и не нарушает положения ст.81 УПК РФ.

Из ч. 2, 4 ст. 81 УПК РФ следует, что предметы, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела, осматриваются, а затем уже признаются вещественными доказательствами и приобщаются к делу, о чём выносится соответствующее постановление. Изъятые в ходе досудебного производства, но не признанные вещественными доказательствами предметы, включая электронные носители информации, и документы подлежат возврату лицам, у которых они были изъяты, с учётом требований статьи 6.1 УПК РФ. Учёт и хранение указанных предметов и документов до признания их вещественными доказательствами или до их возврата лицам, у которых они были изъяты, осуществляются в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

По КУСП № <...> при проверке сообщения о преступления заместитель начальника СО ОМВД России по Смидовичскому району Д. 7 августа 2024 года в рамках ч. 1 ст. 144 УПК РФ приняла решение о назначении автотехнической экспертизы для установления причин и механизма дорожно-транспортного происшествия с участием автомобиля «<...>» г/н № <...> при котором погиб Я.

Тем самым на момент поступления 8 августа 2024 года ходатайства Я. решался вопрос о том служит ли автомобиль средством для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела.

В связи с этим Д. обоснованно отклонила ходатайство заявителя о возвращении автомобиля ввиду того, что тот является объектом исследования по назначенной экспертизе, и указала, что вопрос о возращении последнего будет решён после получения экспертного заключения.

Заключение автотехнической экспертизы направлено в ОМВД России по Смидовичскому району ЕАО 30 сентября 2024 года. После его получения 2 октября 2024 года заместитель СО ОМВД России по Смидовичскому району Д. отказала в возбуждении уголовного дела по факту гибели Я. по п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления, а 3 октября 2024 года направила на электронную почту Я. письмо о необходимости забрать автомобиль марки <...>» государственный номер № <...> (л.д. 162, 164).

14 октября 2024 года и.о. прокурора Смидовичского района ЕАО Б. отменил постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

5 ноября 2024 года постановлением заместителя СО ОМВД России по Смидовичскому району Д. отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о свершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст.264 УК РФ, в отношении Я. на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления и на электронную почту Я. направлено ещё одно уведомление о необходимости забрать автомобиль марки «<...>» государственный номер № <...> и иные предметы.

Принимая решение по жалобе, суд в полной мере учёл положения ст.81, 82 УПК РФ, и обоснованно не усмотрел со стороны заместителя СО ОМВД России по Смидовичскому району Д. нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе требований ст. 6.1 УПК РФ. Подпись эксперта К. на копии постановления о назначении автотехнической экспертизы о получении последнего 17 сентября 2024 года эти выводы не опровергает.

Вопреки доводам апелляционной жалобы постановление суда первой инстанции соответствуют требованиям ст. 7 УПК РФ, является мотивированным и основанном на исследованных материалах. Все доводы Я. были проверены. При этом его заявления о нарушении должностными лицами правил учёта и хранения предметов, изъятых в ходе досудебного производства и не признанных вещественными доказательствами, правомерно признаны не составляющими предмет настоящей жалобы. Процедура учёта изъятых при осмотре места происшествия предметов, порядок передачи автомобиля на хранение по договору, обстоятельства заключения указанного договора и условия хранения автомобиля отношения к обжалованному заявителем постановлению об отказе в возвращении имущества фактически не имеют.

Проверка действий следователя, касающихся направления хода следствия, в компетенцию суда при разрешении жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ не входит, поскольку пределы судебного контроля ограничены досудебной стадией производства и процессуальной самостоятельностью следователя, закреплённой ст. 38 УПК РФ.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение постановлений суда и следователя, не установлено.

Руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Смидовичского районного суда ЕАО от 12 декабря 2024 по жалобе Я., поданной в порядке ст. 125 УПК РФ на постановление следователя Д. об отказе в возращении изъятого автомобиля, оставить без изменения, а апелляционную жалобу Я. без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано непосредственно в суд кассационной инстанции - Девятый кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в <...>, в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Заявитель вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья Е.В. Пышкина