Апелляционное определение № 33-3514/2026 от 10 марта 2026 г.

УИД: 66RS0005-01-2014-003458-97

Материал № 13-1404/2025 (№ 33-3514/2026)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

11.03.2026

г. Екатеринбург

Судья судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда ФИО1, рассмотрев в помещении суда материал по частной жалобе ответчика на определение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 25.12.2025

по гражданскому делу по иску открытого акционерного общества Национальный банк «ТРАСТ» к ФИО2 о взыскании задолженности по кредитному договору,

у с т а н о в и л:

вступившим в законную силу заочным решением Октябрьского районного суда г.Екатеринбурга от 16.06.2014 с ФИО2 в пользу АО Национальный Банк «ТРАСТ» взыскана задолженность по кредитному договору в размере 696933 руб. 90 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 10169 руб. 34 коп.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 22.04.2015 заочное решение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 16.06.2014 оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 18.12.2020 апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 22.04.2015 оставлено без изменения.

Во исполнение решения суда 21.09.2017 судебным приставом-исполнителем Верх-Исетского районного отделения судебных приставов г. Екатеринбурга возбуждено исполнительное производство № 72477/17/66001-ИП.

31.08.2018 судебным приставом-исполнителем вынесено постановление об окончании исполнительного производства № 72477/17/66001-ИП в связи с тем, что поступило заявление от взыскателя об окончании исполнительного производства.

На основании постановления старшего судебного пристава Верх-Исетского РОСП г. Екатеринбурга ГУФССП России по Свердловской области от 18.03.2021 постановление от 31.08.2018 было отменено как незаконное, поскольку заявление от взыскателя об окончании исполнительного производства отсутствовало, исполнительное производство возобновлено с присвоением № 698022/19/6601-ИП, которое в последующем было объединено в сводное исполнительное производство с №698207/19/6601-СД.

ФИО2 обратился в суд с заявлением о прекращении исполнительного производства, ссылаясь в его обоснование на то, что постановление о возобновлении исполнительного производства после отмены постановления об окончании исполнительного производства от 31.08.2018 должен был вынести судебный пристав-исполнитель, которому поручено его ведение, а старший судебный пристав должен был лишь утвердить такое постановление. Трехлетний срок бездействия по вынесению постановления о возбуждении исполнительного производства истек 18.03.2024, в связи с чем, имеются предусмотренные п. 3.1 ч. 7 ст. 43 Федерального закона от 02.10.2007 №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее - Закон об исполнительном производстве) основания для прекращения исполнительного производства.

Определением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 25.12.2025 заявление ФИО2 о прекращении исполнительного производства оставлено без удовлетворения.

В частной жалобе ФИО2 просит определение суда отменить, ссылаясь на неверное определение обстоятельств по делу, неправильное применение норм процессуального права. Указывает, что судом не приняты во внимание фактические обстоятельства дела, а именно суд первой инстанции исходил не из возобновления исполнительного производства, а исходя из его возбуждения, тем самым не дав оценку доводам заявителя относительно изложенных обстоятельств приостановления исполнительного производства и его последующего возобновления судебным приставом-исполнителем. Ссылается на несоответствие постановления старшего судебного пристава-исполнителя от 18.03.2021, как не содержащее сведений, подлежащих обязательному отражению в постановлении судебных приставов. Выражает несогласие с выводом суда о наличии полномочий на вынесение такого постановления старшим судебным приставом во исполнение обязанности судебного пристава-исполнителя. Полагает, что судом необоснованно не были истребованы из Верх-Исетского РОСП г. Екатеринбурга материалы исполнительного производства, что привело к неверному определению обстоятельств судом. Ссылается на то, что исполнительное производство значительно превысило срок законного исполнения; прекращение исполнительного производства могло быть постановлено исходя из отсутствия документов о возобновлении исполнительного производства после его приостановления. С учетом изложенного, полагает, что суд при разрешении вопроса о прекращении исполнительного производства необоснованно не применил положения п. 3.1 ч. 1 ст. 43 Закона об исполнительном производстве.

Материал с частной жалобой поступил в Свердловский областной суд 30.01.2026, в соответствии со ст. 14 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в автоматизированном режиме распределен судье судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда ФИО1

Определением судьи судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 05.02.2026 материал с частной жалобой принят к производству и назначен к рассмотрению на 11.03.2026 в соответствии с ч. 3 ст. 333 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации единолично судьей суда апелляционной инстанции без извещения лиц, участвующих в деле, и без проведения судебного заседания.

Сведения о движении материала размещены на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 18.02.2026.

Изучив материалы дела в пределах доводов частной жалобы в соответствии со ст.ст. 327 и 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судья суда апелляционной инстанции приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что вступившим в законную силу заочным решением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 16.06.2014 с ФИО2 в пользу АО Национальный Банк «ТРАСТ» взыскана задолженность по кредитному договору в размере 696933 руб. 90 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 10169 руб. 34 коп.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 22.04.2015 заочное решение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 16.06.2014 оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 18.12.2020 апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 22.04.2015 оставлено без изменения.

Во исполнение решения суда 21.09.2017 судебным приставом-исполнителем Верх-Исетского районного отделения судебных приставов г. Екатеринбурга возбуждено исполнительное производство № 72477/17/66001-ИП.

31.08.2018 судебным приставом-исполнителем вынесено постановление об окончании исполнительного производства № 72477/17/66001-ИП в связи с тем, что поступило заявление от взыскателя об окончании исполнительного производства.

На основании постановления старшего судебного пристава Верх-Исетского РОСП г. Екатеринбурга ГУФССП России по Свердловской области от 18.03.2021 постановление от 31.08.2018 было отменено как незаконное, поскольку заявление от взыскателя об окончании исполнительного производства отсутствовало, исполнительное производство возобновлено с присвоением № 698022/19/6601-ИП, которое в последующем было объединено в сводное исполнительное производство с № 698207/19/6601-СД.

В заявлении о прекращении исполнительного производства ФИО2, ссылаясь на норму п. 3.1 ч. 1 ст. 43 Закона об исполнительном производстве, полагает, что на дату подачи заявления о прекращении исполнительного производств, трехлетний срок бездействия по вынесению постановления возобновления исполнительного производства истек, судом не восстанавливался, поскольку постановление о возобновлении исполнительного производства № 698022/19/6601-ИП после его приостановления 21.09.2017 не выносилось.

Отказывая в удовлетворении заявления ФИО2 о прекращении исполнительного производства, суд первой инстанции руководствовался положениями ч.1 ст. 439 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и ст. 43 Закона об исполнительном производстве и исходил из того, что приведенные заявителем обстоятельства основанием для прекращения исполнительного производства не являются.

Выводы суда первой инстанции соответствуют нормам гражданского процессуального права, установленным по делу обстоятельствам, подтверждены имеющимися в деле доказательствами, которым дана надлежащая правовая оценка по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 439 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации исполнительное производство прекращается судом в случаях, предусмотренных Федеральным законом от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».

Соответственно, основания прекращения исполнительного производства указаны в ст. 43 данного Закона.

В частности, п. 3.1 ч. 1 ст. 43 названного Закона установлено, что исполнительное производство прекращается по истечении трехлетнего срока с момента устранения обстоятельств, послуживших основанием для приостановления исполнительного производства, если указанный срок не восстановлен судом.

Между тем, как установлено судом, исполнительное производство не приостанавливалось, по нему не совершались исполнительные действия не в связи с его приостановлением, а вследствие его окончания; исполнительное производство возобновлено постановлением от 18.03.2021, не в связи с отпадением оснований к приостановлению исполнительного производства, а вследствие отмены постановления об окончании исполнительного производства от 31.08.2018, после указанной даты по нему совершались и продолжают совершаться исполнительные действия, направленные на погашение задолженности, образовавшейся за ФИО2

Суд правомерно отклонил доводы ответчика об отсутствии доказательств возобновления исполнительного производства со ссылкой на отсутствие таких полномочий у старшего судебного пристава, поскольку в рамках контроля за исполнением требований исполнительного документа старший судебный пристав отменил постановление судебного пристава-исполнителя, которое было вынесено в отсутствие на то оснований, и возобновил исполнительное производство, что прямо следует из ст. 10 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации» как полномочие старшего судебного пристава.

Полагая, что постановление о возобновлении исполнительного производства могло быть принято только судебным приставом-исполнителем, в производстве которого оно находится, заявитель не учитывает, что оконченное исполнительное производство ни у кого из судебных приставов-исполнителей не могло находиться и не находилось, соответственно, оно могло быть передано судебному приставу-исполнителю на исполнение лишь исключительно в связи с отменой старшим судебным приставом постановления об окончании исполнительного производства и возобновления им же (старшим судебным приставом).

Кроме того, ссылки в частной жалобе на несоответствие вынесенных постановлений судебным приставом-исполнителем в рамках исполнительного производства требований, несогласие с вынесенными постановлениями, оспаривание каких-либо действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя, судом апелляционной инстанции во внимание не принимаются, поскольку при рассмотрении заявления предметом рассмотрения в настоящем деле не являлись.

Доводы частной жалобы о том, что судом не дана оценка иным основаниям, по которым, по мнению заявителя, подлежало прекращению исполнительное производство в рамках поданного им заявления и в таком случае суд должен был самостоятельно прекратить исполнительное производство, установив их в ходе производства по заявлению, несостоятельны, поскольку они не являлись предметом исследования суда и, соответственно их наличие не может быть проверено судом апелляционной инстанции, так как заявление применительно к ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежало рассмотрению только в пределах заявленных должником оснований для прекращения исполнительного производства.

Между тем, указанные заявителем обстоятельства не относятся к обстоятельствам, влекущим прекращение исполнительного производства, в связи с чем, у суда не имелось оснований для прекращения исполнительного производства.

Указание в частной жалобе на то, что судом первой инстанции неверно определены обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения заявления о прекращении исполнительного производства, не истребованы из Верх-Исетского РОСП г.Екатеринбурга материалы исполнительного производства, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку они по существу направлены на переоценку выводов суда о фактических обстоятельствах дела и имеющихся в деле доказательств, они не опровергают выводов суда, а повторяют правовую позицию ФИО2, выраженную в суде первой инстанции, тщательно исследованную судом и нашедшую верное отражение и правильную оценку в определении суда и поэтому не могут служить основанием для отмены постановленного по делу определения.

В силу положений ст.ст. 56, 59 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд самостоятельно определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. При разрешении спора судом доказательства были получены и исследованы в таком объеме, который позволил суду разрешить процессуальный вопрос. Все собранные по настоящему делу доказательства оценены судом первой инстанции в их совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований к иной оценке представленных доказательств судебная коллегия не усматривает.

Представленные в материалы дела копии документов исполнительного производства являются достаточными для установления юридически значимых обстоятельств и вынесения судебного акта.

Кроме того, ответчик в частной жалобе ссылается на наличие у него материалов сводки по исполнительному производству в аккаунте Госуслуг, в связи с чем, должник мог представить самостоятельно дополнительные материалы исполнительного производства, которые, по его мнению, имеют значение для разрешения спора, однако, помимо имеющихся в деле копий материалов исполнительного производства, ответчик суду ничего не представил.

Таким образом, доводы частной жалобы о наличии процессуальных нарушений, допущенных судом при рассмотрении заявления о прекращении исполнительного производства, суд апелляционной инстанции признает несостоятельными, не влияющими на правильность и обоснованность вынесенного судом первой инстанции определения.

Иные доводы частной жалобы заявителя сводятся к неправильному толкованию заявителем норм права и не влекут отмену определения суда.

На основании изложенного, судья апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии правовых доводов, которые могли бы повлиять на оценку постановленного судом определения, в связи с чем, частная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь п. 1 ст. 334, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судья

о п р е д е л и л:

определение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 25.12.2025 оставить без изменения, частную жалобу ответчика ФИО2 – без удовлетворения.

Судья

ФИО1