Приговор № 1-16/2026 1-182/2025 от 25 января 2026 г. по делу № 1-16/2026

Дело № 1-16/2026 (1-182/2025)

УИД 66RS0012-01-2025-001382-19


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

город Каменск-Уральский 26 января 2026 года

Синарский районный суд города Каменска-Уральского Свердловской области в составе: председательствующего судьи Зуевой О.С. при ведении протокола судебного заседания секретарями Гасумовой И.С., Кондратьевой Ю.А., с участием:

государственного обвинителя Дектянникова А.П., Павлова Д.В., Иванникова А.Г.,

подсудимого ФИО1 и его защитника адвоката Подолина А.В.,

потерпевших Г.А.С., П.А.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, <*****>, не судимого,

в порядке ст. ст. 91, 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации задерживавшегося 11 марта 2025 года, освобожденного 13 марта 2025 года, мера пресечения в отношении которого избрана в виде запрета определенных действий,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1, являясь лицом, управляющим механическим транспортным средством (автобусом), нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, а также смерть человека.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

11 марта 2025 года в период времени с 11 часов 00 минут до 11 часов 25 минут в Синарском районе г. Каменска-Уральского Свердловской области водитель ФИО1, управлял технически исправным механическим транспортным средством (автобусом) марки «ПАЗ 4234-04», государственный регистрационный знак №, и двигался на нем по проезжей части <адрес>, предназначенной для движения в двух направлениях, имеющей по одной полосе движения в каждом направлении, в зоне действия дорожного знака 1.23 «Дети», предупреждающем о необходимости быть максимально внимательным и осторожным, так как на проезжей части в любой момент возможно появление детей, со стороны <адрес> в направлении <адрес>.

В соответствии с требованиями п.п. 1.3, 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090, в редакции, действующей на момент совершения преступления, (далее по тексту ПДД РФ), ФИО1 обязан был знать и соблюдать относящиеся к нему требования ПДД РФ и действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда. В соответствии с требованиями первого абзаца п. 10.1 ПДД РФ ФИО1 должен был знать, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Водитель ФИО1, двигаясь в указанном направлении в условиях светлого времени суток со скоростью около 30 км/ч по покрытому снегом асфальтированному покрытию проезжей части <адрес> проявил преступную небрежность, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, связанных с управлением им транспортного средства, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть последствия в виде причинения тяжкого вреда здоровью человека, а также смерти человека, был невнимателен к дорожной обстановке и ее изменениям, в нарушение требований п. 1.3, 1.5, абзаца первого п. 10.1 ПДД РФ не избрал скорость с учетом интенсивности движения, дорожных и метеорологических условий в направлении движения, вследствие чего на расстоянии 10,8 метров от угла дома <адрес> допустил выезд за пределы проезжей части на левый, относительно его направления движения, тротуар, где на расстоянии 9,5 метров от правого относительно направления движения к <адрес> края проезжей части и на расстоянии 2,7 метров от угла дома <адрес> допустил наезд на стоявших на тротуаре пешеходов П.А.Б. и Б.С.А.

Таким образом, ФИО1, являясь лицом, управляющим механическим транспортным средством (автобусом) марки «ПАЗ 4234-04», государственный регистрационный знак №, нарушил требования п.п. 1.3, 1.5, абзаца первого п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года №1090, в редакции, действующей на момент совершения преступления.

В результате указанного дорожно-транспортного происшествия, согласно заключению эксперта №384 от 28 апреля 2025 года, пешеходу П.А.Б. причинена сочетанная механическая травма головы и туловища в виде закрытой черепно-мозговой травмы, сотрясения головного мозга, травматического разрыва селезенки с ее последующим хирургическим удалением с гемоперитонеумом объемом до 1500 мл, переломов 7-10 ребер слева, ссадины с травматическим отеком в области грудной клетки слева, перелома нижней ветви правой лонной кости. Данная сочетанная механическая травма головы и туловища могла быть образована не менее, чем от однократного ударного воздействия тупого твердого предмета с неограниченной поверхностью либо при ударе о таковой (таковые).

Вышеуказанная сочетанная травма головы и туловища, давностью образования менее одних суток, согласно заключению эксперта № 384 от 28 апреля 2025 года в совокупности оценивается как вред здоровью, опасный для жизни человека, согласно п. 4 «а» «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утверждённых постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 года № 522 «Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» и п. 6.1.16 раздела II приказа №194 н МЗ и СР РФ от 24 апреля 2008 года «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью.

Согласно дополнительного заключения эксперта № 1003 от 13 января 2026 года вышеуказанные повреждения в совокупности составляющие морфокомплекс сочетанной тупой механической травмы в соответствии с п. 5.1.1.17 «Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденного Приказом МЗ РФ от 08 апреля 2025 года № 172н, квалифицируются как тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни.

Кроме того, согласно заключениям эксперта №295 от 10 апреля 2025 года, №295-Э от 10 апреля 2025 года пешеходу Б.С.А. причинена сочетанная механическая травма головы, туловища в виде:

повреждения головы: ссадина на линии роста бровей справа на уровне наружной трети, кровоизлияние с мелкоочаговыми разрывами внутренней поверхности кожного лоскута левой височной области; - переломы костей основания черепа левой (левой височной кости с пирамидой височной кости, затылочной кости слева), мелкоочаговые субарахноидальные кровоизлияния правого и левого полушарий головного мозга;

повреждения туловища: множественные двусторонние сгибательные и разгибательные переломы ребер по нескольким анатомическим линиям с обширными кровоизлияниями в мягкие ткани вокруг переломов, кровоизлияния в плевру и паренхиму легких, множественные обширные кровоизлияния в сальник и брыжейку, обширное кровоизлияние в ворота печени: - разрыв капсулы печени: - оскольчатые переломы костей таза справа (правой подвздошной кости, верхней ветви правой лобковой кости) с крайне обширными кровоизлияниями в мягкие ткани таза с последующим развитием двустороннего гемоторакса общим объемом около 1000 мл, травматического шока, отека легких, отека головного мозга.

Вышеуказанные повреждения составляют единый морфологический комплекс сочетанной механической травмы головы и туловища, прижизненные, о чем свидетельствуют кровоизлияния в области повреждений, предположительной давностью образования повреждений и последующей смертью в момент травмы, первые минуты, десятки минут после травмы, состоят в причинно-следственной связи со смертью, оцениваются в совокупности как вред здоровью, опасный для жизни человека, согласно п. 4 «а» «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утверждённых постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 года № 522 «Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» и в соответствии п. 6.1.2 раздела II приказа №194 н М3 и СР РФ от 24 апреля 2008 года «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» расцениваются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью. Данная сочетанная механическая травма головы и туловища могла быть образована не менее, чем от однократного ударного воздействия тупого твердого предмета/предметов с неограниченной поверхностью (либо о таковой/таковые), также нельзя исключить возможности образования повреждений при дорожно-транспортном происшествии.

Согласно дополнительного заключения эксперта № 1004 от 14 января 2026 года вышеуказанные повреждения составляющие морфокомплекс сочетанной механической травмы в соответствии с п. 5.1.1.2 «Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденного Приказом МЗ РФ от 08 апреля 2025 года № 172н, квалифицируются как тяжкий вред здоровью.

Нарушение ФИО1 вышеуказанных пунктов ПДД РФ состоят в прямой причинной связи с допущенным им дорожно-транспортным происшествием и наступившими общественно опасными последствиями в виде неосторожного причинения тяжкого вреда здоровью пешеходу П.А.Б. и смерти пешехода Б.С.А.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину не признал в полном объеме. Суду пояснил, что он работал водителем автобуса в <*****>». 11 марта 2025 года около 04:00 часов он приехал на работу по адресу <адрес>, чтобы заступить на смену водителем автобуса маршрута №. Он (ФИО1) прошел предрейсовый осмотр, визуально осмотрел транспортное средство, на котором должен был выйти в рейс – ПАЗ 4234-02, государственный регистрационный знак №, поставил подпись в путевом листе. Следить за состоянием протектора на покрышках колес должно ответственное лицо – В.Е.В. В путевом листе стояла отметка «гололед». Когда ФИО1 выехал по маршруту, то каких-либо неисправностей, в том числе тормозной системы при движении не замечал. Около 11:00 часов выехал на <адрес> со стороны <адрес> со скоростью около 30 км/ч. В районе дома <адрес>, въехав в зону действия знака «Осторожно дети» и при подъезде к знаку «Ограничение скорости 20 км/ч». Подъезжая к нерегулируемому пешеходному переходу по <адрес>, увидел пешеходов, которые намеревались прейти проезжую часть по пешеходному переходу. ФИО1 нажал на педаль тормоза и в этот момент автобус вышел из-под его управления и контроля в следствии блокировки колес, в результате чего автобус стало выносить за пределы проезжей части. В этот момент ФИО1 никаких манипуляций органами управления автобуса (рулевым колесом, педалью акселератора, рычагом переключения коробки передач) не совершал. Он пытался нажать на педаль тормоза сильнее, но никакого результата не было. Далее все происходило очень быстро. Когда автобус вынесло за пределы проезжей части, ФИО1 увидел двух пешеходов, стоящих на тротуаре в районе угла дома <адрес>, которые находились на траектории движения автобуса. До этого он (ФИО1) данных пешеходов не видел. Каких-либо либо действия для предотвращения ДТП ФИО1 совершить не мог, так как автобус вышел из-под его контроля и управления. Далее произошел наезд автобуса на пешеходов. В момент ДТП на проезжей части был гололед и снежная «каша», проезжая часть не была обработана от гололеда. Кроме того, непосредственно перед ДТП случилась неисправность тормозной системы, поскольку имелось травление воздуха с нее, что было установлено сотрудниками ГИБДД сразу после ДТП при осмотре автобуса. При отсутствии воздуха в тормозной системе у автобуса блокируются все колеса, так как воздух создает давление, под действием которого тормозные колодки разжимаются и находятся в таком положении постоянно при движении автобуса. При работающем двигателе, движении наличие давления воздуха в тормозной системе поддерживается компрессором, который постоянно нагнетает давление воздуха в тормозную систему. При контрольном торможении все колеса автобуса блокировались сразу при торможении. При этом, при проведении первого контрольного торможения, которого нет на видео, автобус также и по той же траектории «понесло», что и при ДТП, автобус также вышел из-под контроля, хотя ФИО1 никаких манипуляций не делал, кроме нажатия педали тормоза. Сотрудники полиции данный факт проигнорировали. Кроме того, остаточная глубина протектора менее 2 мм заднего левого колеса также оказало влияние на занос автобуса.

От дачи дальнейших показаний в судебном заседании ФИО1 отказался, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции Российской Федерации.

Как следует из показаний ФИО1, данных им на стадии предварительного следствия в качестве подозреваемого и частично оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в связи с наличием существенных противоречий, около 11:20 часов он (ФИО1) повернул на <адрес> со стороны <адрес> и двигался прямо в направлении <адрес>. Все время движения с момента выезда из парка и до момента ДТП он (ФИО1) не замечал каких-либо неисправностей в работе автобуса. При подъезде к пешеходному переходу в районе <адрес> ФИО1 увидел, как по указанному пешеходному переходу слева направо относительно его движения шли двое людей. Скорость движения в этот момент составляла не больше 35 км/ч. Когда ФИО1 заметил пешеходов, то он приступил к торможению, однако автобус на это не реагировал, его тащило юзом, в этот момент он усилил нажатие на педаль тормоза, в результате чего контроль над автобусом был утрачен и его вынесло за предел проезжей части на левый тротуар. Когда автобус вынесло за пределы проезжей части дороги в районе пешеходного перехода ФИО1 увидел, что перед его автобусом находится двое мужчин-пешеходов, которые стояли и разговаривали на тропинке около угла дома <адрес>. Данные мужчины не успели отреагировать и автобус своей передней частью ударил мужчин, после чего автобус остановился на пригорке.

В основу выводов о виновности подсудимого ФИО1 в совершении преступления, суд полагает необходимым положить его показания на стадии предварительного следствия в качестве подозреваемого и в судебном заседании в той части, в которой они не противоречат предъявленному обвинению.

Потерпевшая Г.А.С. в судебном заедании пояснила, что погибший Б.С.А. приходился ей отцом. 11 марта 3035 года она находилась на работе, примерно в 14:30 часов ей позвонила мама и сообщила, что отец погиб в ДТП возле дома. Она сразу поехала на место ДТП, но там уже ничего не было, только работали дорожные службы. Как позже она узнала, Б.С.А. направлялся с работы домой. Находился на тротуаре между домами 3 и 5 по <адрес>, когда его сбил автобус.

Потерпевший П.А.Б. в судебном заседании пояснил, что примерно 14 марта 2025 года, точную дату не помнит, в районе 11:00 – 11:30 часов он шел по тротуару с другом Н.В.И. по <адрес> в сторону поликлиники. Когда подошли к пешеходному переходу, то он остановился с ранее не знакомым мужчиной, попросил закурить. При этом П.А.Б. стоял спиной к пешеходному переходу, мужчина стоял лицом к нему, а друг находится поодаль. При этом они все стояли на тротуаре, в стороне от пешеходного перехода. Н.В.И. успел отскочить, а П.А.Б. сбил автобус на тротуаре. Удар пришелся в левый бок. Сначала автобус сбил П.А.Б., а затем мужчину – Б.С.А. П.А.Б. находился под серединой автобуса и смог сам выбраться, а Б.С.А. был зажат под передним левым колесом автобуса. После ДТП П.А.Б. увезли в больницу, где он проходил лечение около трех недель.

Исходя из совокупности показаний свидетеля Л.С.А. в судебном заседании и на стадии предварительного следствия следует, что 11 марта 2025 года, находясь в составе следственно-оперативной группы, он участвовал в производстве осмотра места дорожно-транспортного происшествия, произошедшего в районе дома <адрес> в г. Каменске-Уральском. Ему было поручено производство осмотра технического состояния автобуса «ПАЗ 4234-04» г/н №. В ходе осмотра данного транспортного средства установлено, что на кузове автобуса во фронтальной части имеется деформация - вдавленность вытянутой формы, а также последующая за ней округлая сеть трещин у нижнего края правой секции лобового стекла. Указанное повреждение локализуется в центральной зоне лобовой проекции автобуса. На момент осмотра не был исправен задний правый габаритный огонь. В ходе осмотра указанного автобуса им была зафиксирована утечка воздуха в тормозной системе автобуса. На данное обстоятельство указывало наличие звука травления воздуха в системе, а также показания приборов. Утечка воздуха в контуре была незначительной при давлении на педаль тормоза. Поскольку указанный автобус оборудован пневматической тормозной системой обратного действия, то принцип работы указанных тормозов заключается в оказании поступающим воздухом постоянного воздействия на тормозные колодки, которые не оказывают воздействия на тормозной диск, до тех пор, пока водитель не нажав педаль тормоза не ограничит поступление воздуха, тем самым прекратив давление на тормозные колодки, что приведет к срабатыванию тормозов. Говоря иными словами, чем сильнее происходит утечка в тормозной системе, тем труднее на автобусе развить нужную скорость, а отсутствие воздуха в системе в виду названной утечки не позволяет автобусу двигаться вообще. Погодные условия не могли значительно повлиять на тормозные характеристики автобуса. В целях проверки тормозных и рулевых свойств указанного автобуса, в ходе его технического осмотра на месте происшествия, автобус был перемещен с места происшествия и размещен на проезжей части <адрес>, после чего указанный автобус приводился в движение путем его разгона, а затем осуществлялось контрольное торможение, путем применения экстренного торможения. Такая манипуляция была выполнена 4 раза, а данные контрольного торможения были зафиксированы в акте осмотра ПАЗ. Автобус при выполнении контрольного торможения разгонялся до скорости не ниже 30 км/ч. При выполнении последнего контрольного торможения при разгоне автобуса была развита скорость не ниже 40 км/ч. Во время выполнения контрольных торможений, автобус пределов проезжей части не покидал. Исходя из вышеуказанного обстоятельства, может сделать вывод о том, что тормозные качества ПАЗ не были утрачены несмотря на обнаруженную утечку воздуха в системе. Утечка воздуха могла возникнуть от полученных повреждений автобуса вследствие ДТП, поскольку помимо наезда на пешеходов, произошел наезд на металлическое ограждение и на небольшой холм, возле угла указанного дома (том 1 л.д. 229-231).

Оглашенные показания свидетель Л.С.А. подтвердил в полном объеме, указал, что на момент дачи показаний следователю лучше помнил произошедшие события. Также дополнил, что контрольное торможение производилось в районе обеда, гололеда уже не было. Контрольное торможение проводилось четыре раза. Все показания тормозного пути фиксировались в протоколе. Каждый раз автобус останавливался до пешеходного перехода во время контрольного торможения. Автобус отъезжал примерно на расстояние 50 метров от пешеходного перехода, после чего разгонялся и тормозил. Разное расстояние остановки до пешеходного перехода зависит от состояния водителя, момента нажатия педали тормоза, интенсивности и скорости движения. Утечка воздуха из тормозной системы не влияла на эффективность тормозной системы. Глубина рисунка протектора шины 1 мм – это неисправность, при которой эксплуатация автомобиля запрещена. Как данная неисправность может повлиять на остановочный путь автомобиля, ему не известно. При контрольном торможении скорость, которую развивал автобус была как больше, так и меньше 40км/час. Л.С.А. отмечал точку, от которой автобус должен был тормозить, а также место остановки. Неисправность в тормозной системе не повлияла на ее работу, автобус мог начать движение. Какой-либо неисправности систем автобуса при контрольном торможении не было.

Согласно показаниям свидетеля В.Е.В. в судебном заседании, он работает контролером по выпуску транспортных средств <*****>». Автобус, на котором ФИО1 вышел в рейс 11 марта 2025 года, он осматривал накануне, 10 марта 2025 года. В этот день автобус был в отстое, так как у ФИО1 был входной. В.Е.В. запускал автобус, проверял исправность всех систем, утечки воздуха из тормозной системы не было. В.Е.В. проехал на автобусе, тормозил, все было хорошо. Глубина рисунка протектора на шинах была в норме. Ранее ФИО1 не жаловался на неисправность автобуса. Если бы была утечка воздуха из тормозной системы, то автобус бы не двигался. Если утечка воздуха не значительная, то ездить можно, давление должно быть более 5 атмосфер, при этом тормоза будут работать. Рисунок протектора на шинах должен быть глубиной не менее 2 мм. Если глубина меньше, то эксплуатация запрещена. За две недели до ДТП В.Е.В. проверял глубину протектора на шинах, она составляла 4 мм. 10 марта 2025 года он глубину рисунка протектора шин не проверял, так как видел, что он еще нормальный. Глубина рисунка протектора на заднем левом колесе была более 2 мм. На момент ДТП автобус был в эксплуатации более 4 часов. О произошедшем ДТП он узнал уже вечером в тот же день от коллег.

В связи с наличием существенных противоречий в показаниях свидетеля В.Е.В., частично были оглашены показания, данные им на стадии предварительного следствия по ходатайству государственного обвинителя, из которых следует, что в 05:50 часов 11 марта 2025 года он выпускал данный автобус и произвел его досмотр, сделал соответствующие записи в документах (том 1 л.д. 225-228).

Оглашенные показания В.Е.В. подтвердил в полном объеме, указал, что при даче показаний следователю лучше помнил произошедшие события.

Как следует из показаний свидетеля Б.А.П. в судебном заседании, он является инспектором по ИАЗ Госавтоинспекции МО МВД России «Каменск-Уральский» с 2016 года. 11 марта 2025 года он нес службу, выехал на место ДТП с автобусом по <адрес>. Были пострадавшие в ДТП, в том числе с летальным исходом. Когда он приехал на место, то автобус стоял на тротуаре с левой стороны по ходу движения от <адрес>. Сотрудники скорой медицинской помощи констатировали смерть одного из пострадавших. Б.А.П. устанавливал очевидцев ДТП. Второго пострадавшего госпитализировали. Также он (Б.А.П.) установил водителя, попросил его передать документы. К Б.А.П. обратился мужчина, который сказал, что все видел. У него были отобраны объяснения. Позже приехала следственно-оперативная группа, которая проводила осмотр места происшествия. Б.А.П. видел на проезжей части следы бокового движения автобуса, которые начинались за 7 метров до пешеходного перехода и уходили в левую сторону. Следы были дугообразные. Все следы были зафиксированы. Потом была перекрыта улица для проведения контрольного торможения. Все это происходило примерно с 10:00 час до 12:00 час. На дороге был накат и немного рыхлого снега. Когда автобус выехал за пределы проезжей части, то он наехал на знак, металлическое ограждение и пешеходов. При контрольном торможении были те же дорожные условия, что и в момент ДТП. Б.А.П. составлял схему ДТП по указанию следователя. На схеме изображены следы бокового скольжения. Место остановки автобуса было измерено от переднего и заднего правого колес. Следов торможения не было. Не возможно было определить, были ли эти следы до момента остановки, так как следы «затоптали». Следы бокового скольжения заканчивались на краю проезжей части. Расположение автобуса на схеме привязано к краю проезжей части. Водитель в схеме ДТП не расписывался, так как сотрудники полиции его забрали на допрос. Следы бокового скольжения начинались после знака «ограничение максимальной скорости 20 км/ч».

Из совокупности показаний эксперта А.И.Ю. и на стадии предварительного следствия следует, что когда он приехал на место ДТП, то автобус находился за пределами проезжей части слева, по направлению движения. Имелись дугообразные следы по направлению входа на пешеходный переход в районе дома <адрес>. Были ли следы торможения, сказать не может. Какому автомобилю принадлежит дугообразный след, не знает, так как автомобиль скорой медицинской помощи заезжала к пострадавшему по той же траектории. В случае применения экстренного торможения, автобус бы не выехал за пределы проезжей части. Также он принимал участие при проведении контрольных торможений. При проведении последнего контрольного торможения, А.И.Ю. находился в салоне автобуса. В какой-то момент, при торможении, автобус незначительно отклонился влево, но даже не выехал на полосу встречного движения. При торможении у автобуса колеса идут юзом, блокируются, так как нету АБС. Это нормально. Коэффициент сцепления с дорогой влияет на остановочный путь, его длину. Коэффициент замедления может быть различный, исходя из состояния дорожного покрытия. Блокировка колес при торможении может привести к непредсказуемому заносу. На тормозной путь влияет покрытие и состояние проезжей части из-за коэффициента сцепления. Глубина рисунка протектора влияет на занос только на половину. Утечка воздуха из тормозной системы – это неисправность автобуса. У автобуса с пневматическими тормозами данная неисправность не должна влиять на длину тормозного пути. При проведении экспертизы, состояние тормозной системы было нормальным. На момент ДТП дорожное покрытие было асфальт с укатанным снегом. Исходя из сложившейся ситуации, сложилось впечатление, что водитель автобуса либо совсем не тормозил, либо стал тормозить слишком поздно, что привело к выезду за приделы проезжей части. Даже двигаясь со скоростью 40 км/ч автобус мог остановиться до пешеходного перехода в пределах проезжей части.

Потеря устойчивости и, как следствие, управляемости транспортного средства могут произойти в результате технической неисправности, либо действий водителя, либо дорожных условий, а также любого сочетания этих факторов. В данном случае каких-либо причин заноса, которые носили бы технический характер, то есть неисправностей, из представленных материалов, в частности, из протокола осмотра и проверки технического состояния транспорта, не усматривается. Не исключено, что потеря управляемости, и как следствие заноса ПАЗ 4234-04 возникла при движении на дорожном покрытии в условиях заснеженности проезжей части, но также возможно, что причиной заноса являлось воздействие водителя на органы управления (рулевое колесо, педаль тормоза, рычаг переключения передач, акселератор) (том 1 л.д. 156-158).

Оглашенные показания эксперт А.И.Ю. подтвердил в полном объеме.

Согласно показаниям свидетеля Н.В.И. в судебном заседании, в 10:00 – 11:00 часов он вместе с П.А.Б. шел по <адрес> со стороны полклиники (<адрес>) в сторону рынка (<адрес>). Дату не помнит, лежал снег, было скользко. П.А.Б. был на костылях. В какой-то момент П.А.Б. встретил мужчину и стал с ним разговаривать, а он (Н.В.И.) «оторвался» от них метра на 3. Это происходило возле дома <адрес>. Место, где тропинка сворачивала к пешеходному переходу Н.В.И. прошел, а П.А.Б. с мужчиной шли сзади, на расстоянии 3-5 метров от него. Были ли люди на пешеходном переходе, он не видел. В какой-то момент Н.В.И. боковым зрением заметил, как автобус, занесло. Все происходило быстро. Автобус выехал на тротуар с левой стороны по ходу его движения, где наехал на П.А.Б. и мужчину. Метров за 5 до пешеходного перехода, автобус стал замедлять скорость, а метра за 3 – траектория движения изменилась влево. Были ли колеса повернуты влево – не видел. Автобус полностью заехал на тротуар. Когда автобус наехал пешеходов, то П.А.Б. оказался под серединой автобуса, мужчина по передним левым колесом, также под автобусом было металлическое ограждение, сугроб и труба. Потом П.А.Б. сам вылез из-под автобуса, а мужчина лежал под передним левым колесом. Потом приехала скорая помощь, которая также заехала на тротуар. Как проводили контрольное торможение и приехала уборочная техника, не видел.

В связи с наличием существенных противоречий, по ходатайству государственного обвинителя были оглашены показания свидетеля Н.В.И., данные им на стадии предварительного следствия, из которых следует, что что 11 марта 2025 года, точное время не помнит, он шел от <адрес> до рынка <адрес> совместно со своим приятелем П.А.Б.. Проходя возле <адрес>, двигаясь по тротуару П.А.Б. встретил своего знакомого, которого Н.В.И. не знает. П.А.Б. и его знакомый, чуть отстали от Н.В.И., он шел впереди метра за 3 перед ними, они шли медленно. В этот момент Н.В.И. видел, что по <адрес> со стороны <адрес> ехал автобус, номер и марку которого он не запомнил. Подъезжая к пешеходному переходу, водитель автобуса резко повернул в сторону <адрес>, где шли П.А.Б. и его знакомый (Б.С.А.). При этом Н.В.И. не заметил, что перед автобусом проезжали автомобили, также он не видел, был ли кто-то из людей на пешеходном переходе. Кроме того, он не слышал звук тормозов автобуса и, ему показалось, что автобус ехал быстро. Н.В.И. не видел, был ли гололед на дороге, дорожное покрытие было заснежено. Н.В.И. проследил путь автобуса, поворачиваясь за ним, увидел, как автобус наехал на П.А.Б. и его знакомого (Б.С.А.). Таким образом, П.А.Б. попал под автобус с левой стороны и стал вылезать из-под него самостоятельно. Его знакомый (Б.С.А.) остался зажатый под передними колесами автобуса, и подавал признаки жизни. Мимо проходящий мужчина вызвал скорую помощь и полицию. Прибывшие на место сотрудники полиции, совместно со скорой помощью вытащили из-под колес знакомого ФИО2 и оказали ему первую помощь. Н.В.И. видел, что сотрудники скорой помощи поставили ему какой-то укол, некоторое время он подавал признаки жизни, но вскоре минут через 5-10 он скончался. П.А.Б. увезла скорая помощь. Водитель после аварии, взялся за голову и повторял: «Что же я наделал». Из автобуса его вытаскивали сотрудники полиции, так как водитель находился в шоке (том 1 л.д. 222-224).

Оглашенные показания свидетель Н.В.И. подтвердил в полном объеме, дополнил, что он не видел, как водитель автобуса поворачивал руль, а видел как автобус проехал.

Из показаний свидетеля Ф.В.Ю. в судебном заседании следует, что дату он не помнит, утром находился во дворе <адрес>, ближе к дому №. Услышал хлопок, удар. Подумал, что произошло ДТП на пешеходном переходе. Когда вышел за угол дома, то увидел автобус на тротуаре, примерно в 10 метрах от проезжей части. Под ним было два пострадавших, также был сугроб. Водитель находился за рулем. Один из пострадавших находился под передним левым колесом, второй – под серединой автобуса и позже выбрался сам. Передняя часть автобуса была обращена к <адрес> автобус «сидел» на днище на бугре. Его сдергивали лебедкой, чтобы достать пострадавшего. Автомобиль скорой помощи заезжал на тротуар с другой стороны, не по траектории автобуса. Также Ф.В.Ю. присутствовал при контрольном торможении, который производили следующим образом: отогнали автобус в сторону <адрес> на расстояние примерно 100 метров и разогнали. В какой-то момент водитель нажимал на тормоз. Так делали несколько раз. Автобус всегда останавливался в своей полосе. При контрольном торможении оставались следы. После ДТП также чистили дорогу.

Также виновность подсудимого подтверждается и письменными материалами дела:

- рапортами оперативного дежурного МО МВД России «Каменск-Уральский» от 11 марта 2025 года о том, что поступило сообщение о наезде на двух человек по <адрес> (том 1 л.д. 8, 9);

- рапортом сотрудника полиции от 11 марта 2025 года о том, что поступило сообщение из городской станции скорой медицинской помощи о том, что у <адрес>, установлен труп Б.С.А. (том 1 л.д.10);

- рапортом сотрудника полиции от 11 марта 2025 года о том, что из Городской больницы «Каменск-Уральский» поступило сообщение о том, что в указанное лечебное учреждение поступил П.А.Б. после ДТП на <адрес>. Предварительно у П.А.Б. диагностированы: перелом 7,8, 9, 10 ребер слева, разрыв селезёнки (том 1 л.д. 11);

- протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 11 марта 2025 года со схемой и фототаблицей, на которых зафиксированы расположение транспортного средства и место наезда на пешеходов относительно проезжей части и пешеходного перехода, зафиксированы погодные и дорожные условия, направления движения участников дорожно-транспортного происшествия, следы транспортного средства. Согласно схеме, подписанной без замечаний понятыми, место наезда на пешеходов располагалось на тротуаре в 9,3 метрах от заднего правого колеса и 13 метрах от переднего левого колеса до левой границы проезжей части по направлению движения автобуса. Согласно протоколу осмотр производился при ясной погоде при естественном освещении, дефектов дороги визуально не обнаружено (том 1 л.д. 13-37).

- актом осмотра автобуса «ПАЗ-4234-04», государственный регистрационный знак №, при осмотре которого обнаружены повреждения: следы деформации транспортного средства, установлено наличие признаков утечки воздуха в тормозной системе, изношенность заднего протектора у заднего левого колеса автобуса (глубина рисунка составляет 1 мм) (том 1 л.д. 38);

- протоколом осмотра места происшествия от 22 апреля 2025 года, согласно которому осмотрен внешний вид автобуса «ПАЗ-4234-04», государственный регистрационный знак № (том 1 л.д. 173-182);

- протоколом осмотра места происшествия от 07 мая 2025 года, согласно которому осмотрен внешний вид автобуса «ПАЗ-4234-04», государственный регистрационный знак №, в ходе осмотра установлено, что глубина протектора заднего левого колеса автобуса неравномерна и имеет значение 3 мм и 1.6 мм, в разных точках поверхности колеса (том 1 л.д. 185-189);

- протоколом выемки от 16 мая 2025 года, из которого следует, что у эксперта А.И.Ю. изъята видеозапись с фактом выполняемого контрольного торможения автобуса «ПАЗ-4234-04», государственный регистрационный знак № (том 2 л.д. 65-67);

- протоколом осмотра видеозаписи от 17 мая 2025 года, из которого следует, что осмотрена видеозапись, отражающая факт выполняемого контрольного торможения автобуса «ПАЗ-4234-04», государственный регистрационный знак №, выполненного 11 марта 2025 года. В ходе осмотра видеозаписи установлено, что автобус реагирует на применяемое торможение после выполненного разгона, а также не покидает пределов заданной полосы движения и пределов проезжей части в целом (том 2 л.д. 69-73).

Согласно заключению эксперта №295-Э от 10 апреля 2025 года пешеходу Б.С.А. причинена сочетанная механическая травма головы, туловища в виде: повреждения головы: ссадина на линии роста бровей справа, кровоизлияние с мелкоочаговыми разрывами внутренней поверхности кожного лоскута левой височной области, переломы костей основания черепа левой (левой височной кости с пирамидой височной кости, затылочной кости слева), мелкоочаговые субарахноидальные кровоизлияния правого и левого полушарий головного мозга;

повреждения туловища: множественные двусторонние сгибательные и разгибательные переломы ребер по нескольким анатомическим линиям с обширными кровоизлияниями в мягкие ткани вокруг переломов, кровоизлияния в плевру и паренхиму легких, множественные обширные кровоизлияния в сальник и брыжейку, обширное кровоизлияние в ворота печени, разрыв капсулы печени, оскольчатые переломы костей таза справа (правой подвздошной кости, верхней ветви правой лобковой кости) с крайне обширными кровоизлияниями в мягкие ткани таза) с последующим развитием двустороннего гемоторакса общим объемом около 1000 мл, травматического шока, отека легких, отека головного мозга.

Вышеуказанные повреждения составляют единый морфологический комплекс сочетанной механической травмы головы и туловища, прижизненные, о чем свидетельствуют кровоизлияния в области повреждений, предположительной давностью образования повреждений и последующей смертью в момент травмы, первые минуты, десятки минут после травмы, состоят в причинно-следственной связи со смертью, оцениваются в совокупности как вред здоровью, опасный для жизни человека, согласно п. 4 «а» «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утверждённых постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 года № 522 «Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (в редакции, действующей на момент совершения преступления) и п. 6.1.2 раздела II приказа №194 н МЗ и СР РФ от 24 апреля 2008 года «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (в редакции, действующей на момент совершения преступления) расцениваются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью. Данная сочетанная механическая травма головы и туловища могла быть образована не менее, чем от однократного ударного воздействия тупого твердого предмета/предметов с неограниченной поверхностью (либо о таковой/таковые), также нельзя исключить возможности образования повреждений при дорожно-транспортном происшествии (том 1 л.д. 107-110).

Согласно дополнительного заключения эксперта № 1004 от 14 января 2026 года вышеуказанные повреждения составляющие морфокомплекс сочетанной механической травмы в соответствии с п. 5.1.1.2 «Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденного Приказом МЗ РФ от 08 апреля 2025 года № 172н, квалифицируются как тяжкий вред здоровью.

Согласно заключению эксперта № 384 от 28 апреля 2025 года пешеходу П.А.Б. причинена сочетанная механическая травма головы, туловища в виде закрытой черепно-мозговой травмы, сотрясения головного мозга, травматического разрыва селезенки с ее последующим хирургическим удалением с гемоперитонеумом объемом до 1500 мл, переломов 7-10 ребер слева, ссадины с травматическим отеком в области грудной клетки слева, перелома нижней ветви правой лонной кости. Данная сочетанная механическая травма головы и туловища могла быть образована не менее, чем от однократного ударного воздействия тупого твердого предмета с неограниченной поверхностью либо при ударе о таковой (таковые).

Вышеуказанная сочетанная травма головы и туловища, давностью образования менее одних суток, согласно заключению эксперта № 384 от 28.04.2025, в совокупности оценивается как вред здоровью, опасный для жизни человека, согласно п. 4 «а» «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утверждённых постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 года № 522 «Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (в редакции, действующей на момент совершения преступления) и п. 6.1.16 раздела II приказа №194 н МЗ и СР РФ от 24 апреля 2008 года «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (в редакции, действующей на момент совершения преступления) расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью (том 1 л.д. 119-122).

Согласно дополнительного заключения эксперта № 1003 от 13 января 2026 года вышеуказанные повреждения в совокупности составляющие морфокомплекс сочетанной тупой механической травмы в соответствии с п. 5.1.1.17 «Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденного Приказом МЗ РФ от 08 апреля 2025 года № 172н, квалифицируются как тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни.

Согласно заключению эксперта № 238 от 25 апреля 2025 года на момент осмотра экспертом ходовая часть автобуса «ПАЗ 4234-04», государственный регистрационный знак №, находится в действующем состоянии, каких-либо неисправностей ходовой части автобуса в ходе проведения осмотра не обнаружено. На момент осмотра рулевое управление автобуса «ПАЗ 4234-04», государственный регистрационный знак №, находилось в действующем состоянии, каких-либо неисправностей системы рулевого управления в ходе проведения осмотра не обнаружено. На момент осмотра тормозные системы автобуса «ПАЗ 4234-04», государственный регистрационный знак №, находятся в действующем состоянии. Разгерметизации частей контуров тормозной системы, а так же каких-либо неисправности тормозной системы в ходе осмотра не обнаружено. Поскольку каких-либо неисправностей тормозной системы автобуса «ПАЗ 4234-04», государственный регистрационный знак №, в ходе осмотра не обнаружено, следовательно, вопросы: «Мог ли обнаружить водитель данные неисправности перед выездом или в процессе эксплуатации?»; «Если неисправности возникли до дорожно-транспортного происшествия, как они могли повлиять на прямолинейное движение транспортного средства?» не имеют технического смысла.

В условиях данного дорожно-транспортного происшествия водитель автобуса «ПАЗ 4234-04», государственный регистрационный знак №, перед выездом и в пути должен руководствоваться требованиями п. 2.3.1., первого абзаца п. 10.1 с учетом требований дорожного знака 3.24 Правил дорожного движения РФ, при проезде нерегулируемого пешеходного перехода требованиями п. 14.1. Правил дорожного движения РФ.

Вопрос о соответствии действий водителя автобуса «ПАЗ 4234-04», государственный регистрационный знак №, требованиям п. 2.3.1 Правил дорожного движения РФ не имеет смысла, по причине указанной в исследовательской части.

Действия водителя автобуса «ПАЗ 4234-04», государственный регистрационный знак №, не соответствовали требованиям первого абзаца п. 10.1 с учетом требований дорожного знака 3.24 Правил дорожного движения РФ.

Ответить на вопрос о соответствии действий водителя автобуса «ПАЗ 4234-04», государственный регистрационный знак №, требованиям п. 14.1. Правил дорожного движения РФ не представляется возможным, по причине указанной в исследовательской части (том 1 л.д. 144-152).

Согласно дополнительному заключению эксперта № 278 от 05 мая 2025 года решение вопроса о наличии у водителя технической возможности предотвратить наезд на пешеходов не имеет технического смысла, поскольку для предотвращения наезда водителю необходимо и достаточно было двигаться по проезжей части, не меняя направление движения и не выезжая на тротуар (том 1 л.д. 167-169).

Из должностной инструкции водителя автомобиля категории «Д», утвержденной 12 марта 2024 года <*****>», и подписанной ФИО1 12 марта 2025 года следует, что п. 2.1.5 указанной Инструкции возлагает на водителя данной организации обязанность проверять перед выездом на маршрут состояние автобуса, в том числе и состояние шин. Пункт 2.10 возлагает обязанность на водителя организации прекратить эксплуатацию неисправного транспортного средства, а также доложить о данном факте диспетчеру организации (том 1 л.д. 69-72).

Из сведений, зафиксированных приборами учета навигационной системы «ГЛОНАСС», следует, что в момент отклонения курса автобуса, при движении около места дорожно-транспортного происшествия скорость транспортного средства составила 36 км/ч, а затем последовательно снижается по мере увеличения угла отклонения от курса (том 1 л.д. 79-86).

Анализ приведенных выше доказательств показывает, что все они добыты с соблюдением установленного уголовно-процессуальным законом порядка и являются допустимыми. Они полностью согласуются между собой, дополняют друг друга, в своей совокупности образуют единую и целостную картину преступных событий, что позволяет суду достоверно и полно установить фактические обстоятельства дела и прийти к выводу о виновности ФИО1

Показания допрошенных лиц – потерпевших и свидетелей суд признает достоверными и допустимыми доказательствами. Они не содержат противоречий, полностью согласуются между собой, с другими доказательствами по уголовному делу, дополняют друг друга. Какой-либо заинтересованности в исходе дела, повода для оговора ФИО1 со стороны указанных лиц судом не установлено. Существенных противоречий, ставящих под сомнение показания указанных лиц, не имеется.

Имеющиеся заключения судебной медицинской экспертизы и автотехнической судебной экспертизы также являются допустимыми доказательствами вины подсудимого ФИО1, так как они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. Оснований не доверять выводам экспертов, имеющих специальные познания в интересующей области знаний, не имеется, поскольку они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеют необходимое образование, квалификацию и стаж работы в государственном учреждение, не заинтересованы в исходе дела.

Оснований для признания исследованных судом доказательств недопустимыми, суд не находит.

Какие-либо неустранимые противоречия между доказательствами, вызывающие сомнения в виновности ФИО1 и требующие толкования в его пользу, по делу отсутствуют.

Таким образом, действия подсудимого ФИО1 суд квалифицирует по ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации как нарушение лицом, управляющим механическим транспортным средством (автобусом), правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, а также смерть человека.

С учетом исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, суд приходит к выводу о том, что 11 марта 2025 года в период с 11:00 час. до 11:25 час. водитель ФИО1, управляя технически исправным автобусом «ПАЗ 4234-04» регистрационный знак №, осуществляя движение по <адрес>, будучи невнимательным к дорожной обстановке и ее изменениям, нарушил требования п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, проявил преступную небрежность, не избрал скорость с учетом интенсивности движения, дорожных и метеорологических условий в направлении движения, вследствие чего на расстоянии 10,8 метров от угла <адрес> допустил выезд за пределы проезжей части на левый, относительно его направления движения, тротуар, где на расстоянии 9,5 метров от правого от правого относительно направления движения к <адрес> края проезжей части и на расстоянии 2,7 метров от угла <адрес> допустил наезд на стоявших на тротуаре пешеходов П.А.Б. и Б.С.А. При этом П.А.Б. был причинен тяжкий вред здоровью, а Б.С.А. от полученных телесных повреждений скончался на месте дорожно-транспортного происшествия.

Указанный вывод подтверждается совокупностью исследованных по делу доказательств, в том числе показаниями свидетеля В.Е.В. – указавшего, что перед выездом на линию он провел полный осмотр транспортного средства (автобуса), который был в исправном состоянии, свидетеля Н.В.И. указавшего, что потерпевший П.А.Б. и Б.С.А. стояли на тротуаре, вдали от проезжей части, когда автобус под управлением ФИО1 резко изменил траекторию движения и на скорости заехал на тротуар, а затем допустил наезд на потерпевших, показаниями эксперта А.И.Ю., который пояснил, что при проведении контрольных торможений после ДТП, каких-либо неисправностей транспортного средства (автобуса), которые могли повлиять на его управляемость, траекторию движения и длину тормозного пути, не было выявлено, протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия, заключением судебно-медицинской экспертизы о характере и тяжести телесных повреждений П.А.Б., о причинах смерти Б.С.А. и характере полученных им телесных повреждений, иными собранными по делу доказательствами.

Кроме того, сам ФИО1 не оспаривал, что допустил наезд на П.А.Б. и Б.С.А., которые стояли на тротуаре, вдали от проезжей части, так как при торможении перед пешеходным переходом автобус вышел из-под контроля.

Суждения стороны защиты о том, что ФИО1 из-за погодных условий, сложившейся дорожной ситуации, технической неисправности автобуса не мог предпринять действий во избежание наезда на потерпевших выводы суда об его виновности под сомнение не ставит. Так как согласно Правилам дорожного движения водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения, скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Органом предварительного следствия ФИО1 также предъявлено обвинение в том, что он двигался со скоростью 36 км/ч, то есть с нарушением требований дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости 20 км/ч» по покрытому снегом асфальтированному покрытию проезжей части <адрес>.

В силу ч. 3 ст. 14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, абз. 2 п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре» суд не находит доказанным факт того, что ФИО1 в зоне действия знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости 20 км/ч» двигался со скоростью 36 км/ч, то есть с нарушением требований ПДД РФ исходя из совокупности исследованных в судебном заседании письменных доказательств, показаний подсудимого, потерпевших и свидетелей.

При назначении ФИО1 меры и срока наказания за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд, руководствуясь ст. 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность подсудимого, в том числе обстоятельства, смягчающие его наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

По характеру и степени общественной опасности подсудимым совершено неосторожное преступление против безопасности движения, относящееся к категории преступлений средней тяжести.

При оценке данных о личности подсудимого суд учитывает, что ФИО1 характеризуется положительно. Он имеет постоянное место жительства, где проживает с женой и двумя несовершеннолетними детьми. Подсудимый работает <*****> в <*****>. ФИО1 не судим, на учете врачей нарколога и психиатра не состоит.

Все приведенные выше положительные характеристики подсудимого, наличие на иждивении одного несовершеннолетнего ребенка, (дата) года рождения, оказание помощи близким родственникам, руководствуясь ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, учитывает в качестве смягчающих наказание подсудимого ФИО1 обстоятельств.

На основании п. «г» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации в качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимого суд учитывает наличие на иждивении малолетнего ребенка (дата) года рождения.

При назначении наказания суд учитывает, что отягчающие наказание подсудимого обстоятельства, предусмотренные ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, отсутствуют.

Судом не установлено несоблюдения потерпевшими Б.С.А. и П.А.Б. Правил дорожного движения, которое может быть учтено судом как смягчающее наказание подсудимого обстоятельство.

У суда нет оснований учитывать на основании п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку дорожно-транспортное происшествие совершено ФИО1 в присутствии очевидцев (свидетелей), а потому причастность ФИО1 к наезду на потерпевших уже была очевидна для сотрудников полиции.

Учитывая данные о личности подсудимого, впервые по неосторожности совершившего деяние в сфере безопасности движения, относящееся к категории преступлений средней тяжести, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, суд считает, что максимально способствовать восстановлению социальной справедливости, в том числе, нарушенных прав потерпевших, исправлению подсудимого и предупреждению совершения им новых преступлений будет предусмотренное санкцией статьи (в редакции № 266 от 29 декабря 2025 года) наказание в виде принудительных работ на определенный срок с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Суд применяет положения Уголовного кодекса Российской Федерации в редакции № 266 от 29 декабря 2025 года, поскольку это улучшит положения ФИО1

Оснований для применения ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначения менее строгого наказания, не предусмотренного санкцией статьи, а равно оснований не назначать дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, суд не усматривает, ввиду отсутствия сведений о наличии исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением подсудимого во время или после его совершения и других, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного. Тем более, лишение возможности ФИО1 заниматься той деятельностью, которая способствовала совершению им преступного деяния, впоследствии является предупреждением какой-либо возможности вновь совершения аналогичного преступления.

Учитывая в совокупности конкретные обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, результатом которого явилась смерть Б.С.А. и причинение тяжкого вреда здоровью П.А.Б., суд приходит к выводу о невозможности исправления подсудимого без реального отбывания наказания и не находит оснований для применения ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации. Поскольку условное осуждение будет являться чрезмерно мягким наказанием, не отвечающим принципу справедливости.

Несмотря на отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, суд не находит оснований для применения ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации и изменения категории преступления на менее тяжкую категорию преступления, учитывая фактические обстоятельства преступления и степень его общественной опасности.

Основания для применения при назначении наказания правил ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации отсутствуют. Поскольку не установлены смягчающие наказание обстоятельства, предусмотренные п.п. «и» и (или) «к» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации,

Правовых оснований для применения в отношении подсудимого ст. 82, 82.1, 72.1, 96 Уголовного кодекса Российской Федерации не имеется.

К месту отбывания наказания в виде принудительных работ ФИО1 следует направить за счет государства самостоятельно. Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде до вступления приговора в законную силу оставить без изменения, после чего отменить.

Срок отбывания наказания в виде принудительных работ следует исчислять со дня прибытия осужденного к месту отбывания наказания в исправительный центр.

Срок задержания в порядке ст. 91-92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации с 11 марта 2025 года по 13 марта 2025 года подлежит зачету в срок отбытия наказания в виде принудительных работ из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ в соответствии с ч. 2 ст. 60.3 Уголовно-исправительного кодекса Российской Федерации.

Гражданский иск не заявлен.

Решая вопрос о судьбе вещественных доказательств, суд руководствуется ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

По делу имеются процессуальные издержки, связанные с оплатой труда адвоката Рябцева В.С. по назначению за оказание юридической помощи подсудимому ФИО1 в период предварительного следствия в размере 1 989 рублей 50 копеек (том 1 л.д. 236-237). В соответствии с ч. 6 ст. 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд не находит оснований для освобождения подсудимого от уплаты процессуальных издержек. Таким образом с ФИО1 в доход государства подлежат взысканию процессуальные издержки в сумме 1 989 рублей 50 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 303-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции № 266 от 29 декабря 2025 года), в соответствии с которой назначить наказание в виде принудительных работ на срок 3 (три) года с удержанием в доход государства 15% из его заработной платы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 02 (два) года 6 (шесть) месяцев.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде до вступления приговора в законную силу оставить без изменения, после чего отменить.

К месту отбывания наказания ФИО1 направить за счет государства самостоятельно.

Возложить на осужденного ФИО1 обязанность получить и исполнить предписание территориального органа уголовно-исполнительной системы о направлении к месту отбывания принудительных работ.

Срок отбывания наказания в виде принудительных работ исчислять со дня прибытия осужденного к месту отбывания наказания в исправительный центр.

Разъяснить ФИО1, что в случае уклонения его от получения предписания территориального органа уголовно-исполнительной системы о направлении к месту отбывания наказания (в том числе в случае неявки за получением предписания) или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок, осужденный объявляется в розыск и подлежит задержанию, после чего суд разрешает вопрос о заключении осужденного под стражу и замене принудительных работ лишением свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 60.3 Уголовно-исправительного кодекса Российской Федерации зачесть в срок отбытия наказания в виде принудительных работ время задержания в порядке ст. 91-92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации с 11 марта 2025 года по 13 марта 2025 года включительно из расчета один день содержания под стражей за два дня принудительных работ.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки в размере 1 989 (одну тысячу девятьсот восемьдесят девять) рублей 50 копеек.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по уголовному делу:

- компакт диск с видеозаписью – хранить при уголовном деле;

- автобус «ПАЗ 4234-04»,государственный регистрационный знак № регион – может быть использован <*****> по своему усмотрению.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления через Синарский районный суд г. Каменска-Уральского в течение 15 суток со дня постановления приговора.

В случае обжалования приговора осужденный вправе самостоятельно пригласить защитника для участия в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении защитника, вознаграждение которого за счет средств федерального бюджета может быть взыскано с осужденного, либо отказаться от услуг защитника.

Приговор изготовлен в машинописном варианте в совещательной комнате и является подлинником.

Судья: подпись. О.С. Зуева