Решение № 2-50/2026 2-50/2026(2-734/2025;)~М-745/2025 2-734/2025 М-745/2025 от 12 января 2026 г. по делу № 2-50/2026

Гражданское дело № 2-50/2026

УИД №


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

13 января 2026 года Стрежевской городской суд Томской области в составе:

председательствующего Лебедевой С.В.,

при секретаре Сафроновой М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Стрежевом с участием представителя истца ФИО1 – Валиевой Э.М., действующей на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ, представителя ответчика АО «Томскнефть» Восточной нефтяной компании ФИО2, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, сроком действия по ДД.ММ.ГГГГ, представителя ответчика ООО «РН-Транспорт» ФИО3, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной сроком действия по ДД.ММ.ГГГГ, помощника прокурора г. Стрежевого Томской области Фатун К.К., гражданское дело № по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Томскнефть» Восточной нефтяной компании, обществу с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт» о взыскании морального вреда, причинённого профессиональным заболеванием, судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратился в Стрежевской городской суд Томской области с иском к акционерному обществу «Томскнефть» Восточной нефтяной компании, обществу с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт» о взыскании морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, судебных расходов.

В обоснование заявленных требований указал, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец работал в СМУ треста «Томскнефтестрой», трактористом 4 разряда. В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в УМС треста «Томскнефтестрой» помощником машиниста сваебойного агрегата 5 разряда (КОКРА ОП-49), затем переведен машинистом сваебойного агрегата 6 разряда на участок №, где работал в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в порядке перевода работал машинистом вездехода строительного гусеничного 6 разряда (ГТТ армейский), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ был переведен помощником машиниста экскаватора 5 разряда (ЭО 4121), затем с ДД.ММ.ГГГГ работал машинистом экскаватора 6 разряда. ДД.ММ.ГГГГ на основании структурных изменений в ГУКС, Управление механизации строительства было переименовано в Управление механизированных работ ГУКС.

С ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа УКС управления механизированных работ НУКС переименовано в управление механизированных работ УКС.

С ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа ОАО «Томскнефть» ВНК управление механизированных работ УКС было переименовано в УМР управления «Томскнефть».

Общий стаж работы у ответчика АО «Томскнефть» ВНК во вредных профессиях составляет 13 лет 24 дня, стаж работы в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, составляет 6 лет 29 дней.

Далее в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ продолжил трудовую деятельность в ООО «УТТ-2», работал водителем вездехода 6 разряда (ДТ-30 «Витязь» с экскаватором отечественного производства), затем водителем вездехода «Формост» (RX-4), машинистом экскаватора 6 разряда, машинистом трубоукладчика 6 разряда (ТО 1224; ТР).

Общий стаж у данного работодателя составляет 19 лет 5 месяцев 10 дней. В настоящее время правопреемником ООО «УТТ-2» является ООО «РН-Транспорт».

Согласно данным санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника № от ДД.ММ.ГГГГ, работая у ответчиков, истец постоянно подвергался воздействию повышенных уровней вибрации, испытывая при этом статико-динамические нагрузки на мышцы спины, рук и ног.

В соответствии с медицинским заключением № от ДД.ММ.ГГГГ отделения «Центра профпатологии» г. Томска, истцу установлен диагноз: <данные изъяты> связанное с воздействием общей и локальной вибрацией, превышающей ПДУ. Имеется причинно-следственная связь хронического заболевания с профессиональной деятельностью.

Истцу рекомендовано реабилитационное (санитарно-курортное) лечение, наблюдение и лечение у невролога курсами, препаратами: НПВП, ненаркотическими анальгетиками, мази (гели) и втирания, антихолинэстеразные, витаминотерапия, биостимуляторы, физиолечение, ЛФК, ручной массаж. Специализированное плановое лечение в отделении «Центра профпатологии» 1 раз в год, что также подтверждается программой реабилитации о ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно п.п. 3, 17, 18, 20 акта № о случае профессионального заболевания причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов: общей вибрации, превышающей ПДУ в течение 38 лет 11 месяцев 6 дней.

В соответствии с п. 19 акта № от ДД.ММ.ГГГГ о случае профессионального заболевания вины истца в возникновении профессионального заболевания установлено не было.

Справкой № от ДД.ММ.ГГГГ установлен процент потери трудоспособности истца – 10%.

В результате полученного профзаболевания у истца постоянно болит спина (позвоночник), поражены суставы рук и ног. Истцу приходится постоянно принимать лекарственные препараты, втирать мази, проходить курсы лечения несколько раз в год, рекомендовано ежегодное санаторно-курортное лечение, не менее 21 дня, что подтверждается программой реабилитации.

Истец очень дорожил своей работой, однако из-за профессионального заболевания был вынужден уйти с работы. Наличие профессионального заболевания существенно ограничило право истца на труд, поскольку он постоянно испытывает физическую боль, из-за чего очень плохо себя чувствует, его часто мучают сильные боли в области спины, поясницы, постоянно болят суставы рук и ног. Кроме того, из-за онемения рук и ног истцу трудно передвигаться, он не может носить тяжести, плохо спит, болят суставы, в том числе в запястных соединениях рук, не сгибается спина и колени, из-за чего испытывает трудности в быту, что причиняет дополнительные нравственные страдания и переживания, заставляет нервничать и вызывает чувство собственной неполноценности, ущербности.

Из-за полученных профессиональных заболеваний, истец вынужден ежегодно лежать в неврологическом отделении ОГАУЗ «Стрежевская ГБ» и в Центре профессиональной патологии г. Томска, а после стационарного лечения постоянно ставить поддерживающие здоровье уколы, принимать обезболивающие лекарственные препараты, втирать мази, проходить курсы реабилитации, что в значительной степени снизило уровень и качество жизни, поскольку истец вынужден постоянно лечиться.

Профессиональное заболевание носит длящийся характер, не поддается лечению, имеет необратимый процесс, в связи с чем, считает, что действиями ответчиков причинен неизгладимый моральный вред, связанный с потерей профессиональной трудоспособности в результате чего работать по профессии он уже больше не сможет.

Истец просит суд взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в результате профессионального заболевания с АО «Томскнефть» Восточной нефтяной компании в размере 150 000 рублей, с ООО «РН-Транспорт» 450 000 рублей, судебных расходов, связанных с оказанием адвокатом юридической помощи в размере 40 000 рублей, по 20 000 рублей с каждого ответчика.

Истец ФИО1, извещенный о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился, доверив представление своих интересов адвокату Валиевой Э.М.

Представитель истца ФИО1 адвокат Валиева Э.М. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске. Не согласна с доводами ответчиков об отсутствии их вины в причинении истцу профессионального заболевания, просила требования удовлетворить в полном объеме, а также взыскать с ответчиков в пользу истца судебные расходы.

Представитель ответчика АО «Томскнефть» ВНК ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании с исковыми требованиями ФИО1 не согласилась по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск. Не оспаривая периоды работы истца в Обществе во вредных условиях и на технике, указанной в иске, указала на ошибочно произведённый расчет стажа истца, не 6 лет 29 дней, а 6 лет 28 дней. Считает, что отсутствует причинно-следственная связь между профессиональным заболеванием и работой истца в Обществе, а также вина Общества в возникновении у истца профессионального заболевания. Отсутствует подтверждение получения истцом профессионального заболевания именно при работе в АО «Томскнефть» ВНК. В акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства, послужившие развитию профессионального заболевания, где прямо указано на отсутствие лиц, допустивших нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил или иных нормативных актов. Кроме того, истец, работая в Обществе признавался годным к работе, жалобы о недомоганиях от него в период работы в Обществе не поступали. Профессиональное заболевание у истца было диагностировано после прекращения трудовых отношений с Обществом и по истечении продолжительного времени более 25 лет после увольнения из Общества. Документов, подтверждающих диагностирование профессионального заболевания в период работы истца в Обществе, причинение вреда его здоровью вследствие наступления профессионального заболевания в период работы в Обществе истцом не представлено. Факт получения истцом профессионального заболевания по вине и именно в Общества не доказан. При поступлении на работу в Общество истец был предупрежден о наличии вредных условий труда, был с ними согласен, получал установленные законодательством компенсации: сокращённая продолжительность рабочего времени, дополнительные отпуска, повышенный размер оплаты труда, обеспечивался специальной одеждой и обувью. Основания для применения к Обществу ответственности в виде компенсации морального вреда, причинённого в результате профессионального заболевания в рамках данного дела отсутствуют. Общество не является причинителем вреда, надлежащим ответчиком по данному делу, в связи с чем не обязано возмещать истцу моральный вред. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Просила учесть, что истец не обращался к работодателю с заявлением о переводе в связи с состоянием здоровья на другую работу, исключающую воздействие вредных производственных факторов. В случае если признаки заболевания стали проявляться у истца при работе, как в Обществе, так и на других предприятиях, то он осознанно скрывал их при прохождении предварительных и периодических медицинских осмотров, и признавался годным к работе. Согласно справке МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ, степень утраты профессионального заболевания у истца составляет лишь 10% на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, является временной. Увольнение истца, согласно представленной трудовой книжке, являлось его собственным желанием, уволен на основании п.3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Следовательно, истец, являясь на данный момент неработающим пенсионером временно утратил трудоспособность на 10%. Истец оценивает моральный вред в размере 150 000 рублей, который является несоразмерным утраченной трудоспособности. Полагала, что с учетом сложившейся судебной практики и срока работы истца в Обществе (6 лет 28 дней), размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с Общества, не должен превышать 60 777 рублей 77 копеек (из расчёта 60 000 рублей +777,77). Сумму судебных расходов по оплате услуг представителя в размере 40 000 рублей находит не отвечающую критериям разумности, находя разумной сумму судебных расходов не более 15 000 рублей, поскольку дело является стандартным и не повлекло существенных трудозатрат. Кроме того, на момент их оплаты истцом (ДД.ММ.ГГГГ) указанные услуги ещё не были оказаны. Просит суд отказать истцу в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «РН-Транспорт» ФИО3, действующая на основании доверенности в судебном заседании доводы, изложенные в письменном отзыве на иск, поддержала, где указала, что истец работал в ООО «УТТ-2» водителем вездехода, машинистом экскаватора с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Общий стаж работы – 19 лет 5 месяцев. В порядке реорганизации в форме присоединения к ООО «РН-Транспорт» ДД.ММ.ГГГГ внесена запись в Единый государственный реестр юридических лиц о прекращении деятельности ООО «УТТ-2», правопреемником является ООО «РН-Транспорт». Истцу установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности за воздействие превышающих уровней шума, согласно Акту о профессиональном заболевании № от ДД.ММ.ГГГГ. Отметила, что стаж работы истца 19 лет 5 месяцев из его общего стажа работы 38 лет 11 месяцев не устанавливает связи между профессиональным заболеванием и работой истца у ответчика. При приеме на работу истец проходил медицинский осмотр, после которого признавался годным к работе. В течение периода работы в Обществе, им не заявлялось требование о переводе на более легкие условия труда. Профессиональное заболевание истца вызвано продолжительным периодом работы во вредных условиях труда и не может быть вызвано выполнением трудовой функции только у ответчика ООО «РН-Транспорт», поскольку профессиональное заболевание возникло не одномоментно, а в течение длительного времени, подвергаясь воздействию одних и тех же производственных факторов. На момент трудоустройства истца в ООО «УТТ-2» у истца уже имелся стаж работы во вредных условиях. В нарушение ст. 214 ТК РФ истец не обращался к работодателю с заявлением об ухудшении состояния его здоровья, в том числе о проявлении признаков профессионального заболевания. Каких-либо жалоб, заявлений об ухудшении своего здоровья, о переводе на более легкие условия труда от истца не поступало. В течение всего периода работы истец не предпринимал каких-либо мер (обращений, заявлений к руководителю Общества), направленных на сохранение своего здоровья, и предотвращение негативных последствий вызванных работой во вредных условиях труда. Однако, обращений к работодателю от истца не поступало, что подтверждается отсутствием заявлений в адрес работодателя. Ссылка истца на ст. 212 ТК РФ не обоснована, поскольку Обществом выполнялись требования ст.ст. 221-224 ТК РФ, обеспечивались безопасные условия труда, истец обеспечивался средствами индивидуальной защиты, проводилась аттестация рабочих мест, с целью оздоровления работников Общества разработана программа реабилитационно-восстановительного лечения, предоставлялись дополнительные дни отдыха к ежегодным отпускам, обеспечивалось прохождение работниками периодических медицинских осмотров, выдавалось молоко, производилась доплата за работу во вредных условиях труда. Факта неправомерных действий, а также бездействий со стороны ООО «УТТ-2» не имелось. Истец проработал в Обществе на протяжении 19 лет 5 месяцев из 38 лет 11 месяцев общего трудового стажа во вредных условиях. Весь остальной период работы во вредных условиях труда истец работал на других предприятиях, что подтверждает содержание СГХ. Объём причиненных истцу нравственных и физических страданий и их оценка в заявленном объёме не подтверждены доказательствами. Полагала, что при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости, степень тяжести причиненного вреда и установленный процент утраты профессиональной трудоспособности, не лишающей возможности осуществления трудовой деятельности. Просила в удовлетворении исковых требований отказать.

В заключении по делу помощник прокурора г. Стрежевого Фатун К.К., находит требования истца о компенсации морального вреда подлежащими частичному удовлетворению, просила взыскать с АО «Томскнефть» ВНК 60 000 рублей, с ООО «РН-Транспорт» 195 000 рублей, а также судебные расходы по 15 000 рублей с каждого ответчика.

Заслушав участников процесса, заключение помощника прокурора г. Стрежевого, изучив представленные доказательства, суд исходит из следующего.

Согласно ч. 2 ст. 7 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей. Право граждан на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, закреплено в ч. 2 ст. 37 Конституции Российской Федерации. Этому праву работников корреспондирует обязанность работодателя создавать такие условия труда (ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

На основании ст.ст. 21, 220 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на возмещение вреда, причинённого ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим кодексом и иными федеральными законами.

В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причинённый работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определённых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ (в ред. от 28.11.2025) «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причинённого в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с абзацем 11 статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ (в ред. от 28.11.2025) «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Обязанность компенсации морального вреда возлагается на работодателя при наличии его вины в причинении морального вреда, за исключением случаев, когда вред был причинён жизни или здоровью работника источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причинённый ему любыми неправомерными действиями (бездействием), во всех случаях его причинения, независимо от наличия материального ущерба.

Таким образом, общими основаниями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются: наличие морального вреда; неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 работал у ответчиков в следующие периоды времени: в АО «Томскнефть» ВНК с ДД.ММ.ГГГГ по 31.08.1998(6 лет 29 дней); в ООО «РН-Транспорт» (до реорганизации ООО «УТТ-2») с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что составляет 19 лет 5 месяцев 10 дней.

ДД.ММ.ГГГГ истец уволен из ООО «РН-Транспорт» п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с выходом на пенсию по старости.

Общий стаж работы ФИО1 38 лет 11 месяцев 6 дней.

Стаж работы по профессии, повлекшей профессиональное заболевание (машинист трубоукладчика 6 разряда) – 10 месяцев 14 дней.

Стаж работы истца в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 38 лет 11 месяцев 6 дней.

Указанные обстоятельства не оспариваются ответчиками и подтверждены в судебном заседании сведениями, отражёнными в трудовой книжке истца № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 8-21), отражены в санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.30-37), а также представленными в материалы дела приказами о приеме и увольнении истца.

Истцом заявлено требование о компенсации морального вреда, причиненного в результате возникновения у него профессиональных заболеваний к АО «Томскнефть» ВНК, ООО «РН-Транспорт» являвшихся в разные периоды времени его работодателями.

Согласно свидетельству о постановке на учет Российской организации в налоговом органе по месту нахождения от 05.07.1993, Уставу ОАО «Томскнефть» ВНК Общество изменило организационно правовую форму на АО «Томскнефть» ВНК.

Согласно представленному листу записи Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 01.03.2018 Общество с ограниченной ответственностью «Управление Технологического Транспорта-2» с 01.03.2018 прекратило деятельность юридического лица путем реорганизации в форме присоединения к Обществу с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт», что также подтверждается Уставом ООО «РН-Транспорт» на 2021 год, Положением о филиале ООО «РН-Транспорт» в г. Стрежевом, утвержденным решением единственного участника Общества от 29.08.2017, свидетельством о постановке на учет в налоговом органе 01.08.2017, уведомлением о постановке на учет 08.09.2017 по месту нахождения, решением № ООО «РН-Сервис» единственного участника ООО «УТТ-2» от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с ч. 5 ст. 63 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ (в ред. от 24.07.2023) "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" экспертиза связи заболевания с профессией проводится специализированной медицинской организацией или специализированным структурным подразделением медицинской организации в области профессиональной патологии при выявлении профессионального заболевания. По результатам экспертизы связи заболевания с профессией выносится медицинское заключение о наличии или об отсутствии профессионального заболевания.

На основании ч. 6 ст. 63 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ (в ред. от 24.07.2023)"Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" порядок проведения экспертизы связи заболевания с профессией и форма медицинского заключения о наличии или об отсутствии профессионального заболевания устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Порядок проведения экспертизы связи заболевания с профессией и формы медицинского заключения о наличии или об отсутствии профессионального заболевания утверждены приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 25 марта 2025г. № 147 «Об утверждении порядка проведения экспертизы профессиональной пригодности и формы медицинского заключения о пригодности или непригодности к выполнению отдельных видов работ».

Согласно пункту 3 Порядка, экспертиза связи заболевания с профессией проводится специализированной медицинской организацией или специализированным структурным подразделением медицинской или иной организации, имеющей лицензию на медицинскую деятельность в части работ (услуг) по "профпатологии" и "экспертизе связи заболевания с профессией" (далее - центр профессиональной патологии).

Пунктом 6 Порядка предусмотрено, что для экспертизы связи хронического профессионального заболевания (отравления) с профессией гражданин направляется в центр профессиональной патологии врачом-профпатологом медицинской организации по месту жительства или пребывания (с учетом права на выбор медицинской организации), установившим предварительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (отравление), в тридцатидневный срок после установления предварительного диагноза хронического профессионального заболевания (отравления) с выдачей ему направления.

В соответствии с пунктом 7 Порядка, предусмотрено, что медицинская организация, установившая предварительный диагноз "хроническое профессиональное заболевание (отравление)", в день выдачи гражданину направления, указанного в пункте 6 настоящего Порядка, представляет в центр профессиональной патологии следующие документы: а) выписку из медицинской документации гражданина, содержащую клинические данные состояния здоровья гражданина; б) сведения о результатах обязательных предварительных (при поступлении на работу) и периодических (в течение трудовой деятельности) медицинских осмотров; в) санитарно-гигиеническую характеристику условий труда работника; г) копии трудовой книжки и (или) сведения о трудовой деятельности или иных документов, подтверждающих трудовые отношения между работником и работодателем.

Положениями пунктов 13 и 14 Порядка, установлены срок проведения экспертизы связи хронического профессионального заболевания (отравления) с профессией врачами-специалистами - членами врачебной комиссии, которая включает в себя рассмотрение вышеуказанных документов, результатов осмотров врачами-специалистами и исследований, проведенных в центре профессиональной патологии по назначению врачебной комиссии указанного центра.

Согласно пункту 15 Порядка, по результатам проведения экспертизы связи хронического профессионального заболевания (отравления) с профессией врачебная комиссия устанавливает заключительный диагноз хронического профессионального заболевания (отравления) и выносит одно из следующих решений: а) о наличии причинно-следственной связи заболевания с профессиональной деятельностью; б) об отсутствии причинно-следственной связи заболевания с профессиональной деятельностью (хронического профессионального заболевания (отравления).

Сведения о принятых решениях, указанных в пунктах 12 и 15 настоящего Порядка, и мотивированное обоснование установленного диагноза (при его наличии) отражаются в протоколе врачебной комиссии, а также вносятся в медицинскую документацию пациента (пункт 16 Порядка).

На основании протокола врачебной комиссии уполномоченный руководителем центра профессиональной патологии медицинский работник в течение одного рабочего дня с момента вынесения врачебной комиссией одного из решений, указанных в пунктах 12 и 15 настоящего Порядка, оформляет медицинское заключение о наличии или об отсутствии у гражданина профессионального заболевания (далее - медицинское заключение) по форме, предусмотренной приложением к настоящему приказу (пункт 17 Порядка).

Порядок расследования случаев профессионального заболевания определен Правилами расследования и учета случаев профессиональных заболеваний работников, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 5 июля 2022 г. N 1206, вступившими в силу с 1 марта 2023 г. (далее - Правила) N 1206.

Согласно пункту 2 Правил N 1206 расследование и учет проводятся в отношении профессионального заболевания (отравления), возникшего у работника в результате однократного (в течение не более одного рабочего дня, одной рабочей смены) воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшего временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть (далее - острое профессиональное заболевание), или в результате длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшего временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть (далее - хроническое профессиональное заболевание), при исполнении им трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем.

В соответствии с пунктом 15 Правил N 1206 работодатель обязан организовать расследование обстоятельств и причин возникновения у работника профессионального заболевания. Работодатель в течение 10 рабочих дней со дня получения извещения о заключительном диагнозе образует комиссию, возглавляемую руководителем (заместителем руководителя) органа государственного санитарно-эпидемиологического контроля (надзора). В состав комиссии входят представитель работодателя, специалист по охране труда или лицо, назначенное работодателем ответственным за организацию работы по охране труда, представитель центра профессиональной патологии, установившего заключительный диагноз - острое профессиональное заболевание или хроническое профессиональное заболевание, представитель выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками представительного органа (при наличии) и страховщика (по согласованию). В состав комиссии также включаются с их согласия представители работодателей по прежним местам работы работника во вредных и опасных условиях труда, вклад которых в возникновение профессионального заболевания отражен в санитарно-гигиенической характеристике условий труда в соответствии с пунктом 6 настоящих Правил или установлен в результате рассмотрения возражений к содержанию санитарно-гигиенической характеристики условий труда в соответствии с пунктом 7 настоящих Правил.

В силу пункта 25 Правил N 1206 на основании рассмотрения документов комиссия устанавливает обстоятельства и причины профессионального заболевания работника, определяет лиц, допустивших нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил или иных нормативных актов, и меры по устранению причин возникновения и предупреждению профессиональных заболеваний.

Если комиссией установлено, что грубая неосторожность работника содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, с учетом мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками представительного органа (заключения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками представительного органа) комиссия устанавливает степень вины работника (в процентах).

В соответствии с пунктом 29 Правил N 1206 акт является документом, подтверждающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника в результате воздействия вредного производственного фактора (факторов) на его рабочем месте.

Как следует из представленных документов, в том числе из Акта о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного заместителем руководителя Управления Роспотребнадзора по Томской области, заместителем главного государственного санитарного врача по Томской области М. Е.В., подписанного членами комиссии, по результатам проведенного расследования случая профессионального заболевания, истцу установлен заключительный диагноз: <данные изъяты> (л.д. 38-40).

Расследование случая профессионального заболевания ФИО1 было проведено в предусмотренные законом сроки, комиссией в составе председателя: М. Е.В. – заместителя руководителя Управления Роспотребнадзора по Томской области, членов комиссии: Т. Г.Ю. – председателя первичной профсоюзной организации Филиала ООО «РН-Транспорт» в г. ФИО4; Т. Н.Ю. - начальника управления по персоналу и социальным программам; Т. Д.Л. – заместителя директора филиала-главного инженера; Я. Е.В. – заведующей отделением «Центр профпатологии» ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница»; Р. К.А. – начальника ТО Управления Роспотребнадзора по Томской области в г. Стрежевом.

Названным актом о случае профессионального заболевания установлено, что профессиональное заболевание у ФИО1 возникло в результате длительного воздействия на организм человека вредного производственного фактора – общей вибрации, превышающей ПДДУ в течение 38 лет 11 месяцев 6 дней.

Непосредственной причиной профессионального заболевания послужило: общая вибрация, превышающая ПДУ в течение 38 лет 11 месяцев 6 дней (п.20).

Вины ФИО1 в наступлении у него профессионального заболевания нет (п.19).

Из протокола заседания комиссии по расследованию случая хронического профессионального заболевания ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие общей вибрации. Непосредственной причиной заболевания послужило воздействие общей вибрации, превышающей ПДУ. Вина работника не установлена. Лиц, допустивших нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных актов нет (л.д.45).

Таким образом, в судебном заседании установлено наличие у истца в настоящее время профессионального заболевания, обратного суду не представлено.

Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) (далее СГХ) № составлена ДД.ММ.ГГГГ начальником территориального отдела Управления Роспотребнадзора по <адрес> в городе Стрежевом Р. К.А., утверждена руководителем Управления Роспотребнадзора по <адрес> главным государственным санитарным врачом по <адрес> П. О.Л. (л.д.30-37).

В соответствии с СГХ стаж работы ФИО1 в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание (отравление): 38 лет 11 месяцев 6 дней (п. 3.3. СГХ). Стаж работы в профессии машиниста трубоукладчика 6 разряда 10 месяцев 14 дней (п. 3.2.).

Согласно СГХ на рабочем месте машиниста ГТТ эквивалентный корректированный уровень виброускорения (общая вибрация) по оси Z-125 дБ, при ПДУ= 115 дБ превышение на 10 дБ-класс условий труда 3.2. Эквивалентный уровень шума составляет 103 дБА. при ПДУ=80 дБА, превышение на 23 дБА – класс условий труда 3.3. Эквивалентный уровень инфразвука составляет 106 дБЛин, при ПДУ=100 дБЛин, превышение на 6 дБЛин-класс условий труда 3.2 (Протокол №-вибрация измерений вибрации от ДД.ММ.ГГГГ, Протокол №-шум измерений шума от ДД.ММ.ГГГГ, исследования проведены Центром госсанэпиднадзора <адрес> на рабочем месте машиниста ГТТ в ООО «Стрежевское ДРСУ»).

На рабочем месте машиниста трубоукладчика ТР 1204.01 эквивалентный корректированный уровень виброускорения (общая вибрация) по оси Z-120 дБ, при ПДУ= 115 дБ превышение на 5 дБ-класс условий труда 3.1. Эквивалентный уровень шума составляет 84 дБА. при ПДУ=80 дБА, превышение на 4 дБА – класс условий труда 3.1. (Протокол лабораторных исследований № от ДД.ММ.ГГГГ измерений физических факторов неионизирующей природы: вибрация, Протокол лабораторных исследований № от ДД.ММ.ГГГГ измерений физических факторов неионизирующей природы: шум, исследования проведены ИЛЦ филиала ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в <адрес>» в городе Стрежевом на рабочем месте машиниста ООО «УТТ-2»).

На рабочем месте машиниста ДТ-30ПЭ-1 ЭО-3323А эквивалентный корректированный уровень виброускорения (общая вибрация) по оси Z-127 дБ, при ПДУ= 115 дБ превышение на 12 дБ-класс условий труда 3.2. Эквивалентный уровень шума составляет 93 дБА. при ПДУ=80 дБА, превышение на 13 дБА – класс условий труда 3.2. (Протокол №-вибрация измерений вибрации от ДД.ММ.ГГГГ, Протокол №-шум измерений шума от ДД.ММ.ГГГГ, исследования проведены Центром госсанэпиднадзора <адрес> на рабочем месте машиниста в ООО «УТТ-2»)

На рабочем месте машиниста формост ТТМ-6901Э эквивалентный корректированный уровень виброускорения (общая вибрация) по оси Z-118 дБ, при ПДУ= 115 дБ превышение на 3 дБ-класс условий труда 3.1. (Протокол №-вибрация измерений вибрации от ДД.ММ.ГГГГ, исследования проведены Центром госсанэпиднадзора <адрес> на рабочем месте машиниста в ООО «УТТ-2»).

На рабочем месте машиниста экскаватора ЕК-270 эквивалентный уровень виброускорения (общая вибрация) по оси X составляет 112 дБ, при ПДУ= 112, превышения нет – класс условий труда 2.0, по оси Y-113 дБ, при ПДУ= 112 дБ, превышение на 1,0 дБ- класс условий труда 3.1., по оси Z-116 дБ, при ПДУ= 115 дБ превышение на 1 дБ-класс условий труда 3.1.Эквивалентный корректированный уровень виброускорения (вибрация локальная) по оси X составляет 113 дБ, по оси Y-114 дБ, по оси Z-116 дБ, при ПДУ= 126 дБ превышений нет-класс условий туда-2.0. Эквивалентный уровень шума составляет 82 дБА, при ПДУ=80дБА, превышение на 2 дБА-класс условий труда 3.1. Эквивалентный общий уровень инфразвука составляет 98 дБЛин при ПДУ=110 дБЛин, превышения нет – класс условий труда 2.0. (Протокол измерений (оценки) вибрации №-ВО от ДД.ММ.ГГГГ. Протокол измерений (оценки) вибрации №-ВЛ от ДД.ММ.ГГГГ, Протокол проведения исследований (испытаний) и измерений шума №Ш от ДД.ММ.ГГГГ, протокол проведения исследований (испытаний) и измерений инфразвука №-И от ДД.ММ.ГГГГ. Исследования проведены ООО «Стандарт» на рабочем машиниста экскаватора в ООО «РН-Транспорт» Филиала в <адрес>).

На рабочем месте машиниста экскаватора согласно Протокола №-ТМ от ДД.ММ.ГГГГ (Карта № специальной оценки условий труда), исследования проведены ООО «Стандарт» на рабочем месте машиниста экскаватора в ООО «РН-Транспорт» Филиал в <адрес> - класс условий труда 3.2.

На рабочем месте машиниста экскаватора согласно Протокола №-Н от ДД.ММ.ГГГГ (Карта № специальной оценки условий труда), исследования проведены ООО «Стандарт» на рабочем месте машиниста экскаватора в ООО «РН-Транспорт» Филиал в г. ФИО4 - класс условий труда 2.0.

По заключению о состоянии условий труда при работе в течение 10 месяцев 14 дней машинистом трубоукладчика ФИО1 подвергался воздействию шума, вибрации. Эквивалентный уровень шума не соответствовал требованиям СанПиН ДД.ММ.ГГГГ-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» п. 35 и превышал ПДУ на 4.0 дБА-класс условий труда 3.1. эквивалентный корректированный уровень виброскорости (общая вибрация) по оси Z не соответствовал требованиям СанПиН ДД.ММ.ГГГГ-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» таб. 5.4 и превышал ПДУ на 5.0 дБ-класс условий труда 3.1.

При общем стаже работ во вредных производственных условиях в течение 38 лет 22 дней подвергался воздействию шума, вибрации, испытывал статико-динамические нагрузки. Эквивалентный уровень шума не соответствовал требованиям СанПиН ДД.ММ.ГГГГ-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» п.35 и превышал ПДУ на 2.0-23.0 дБА-класс условий труда 3.1-3.3. Эквивалентный корректированный уровень виброскорости (общая вибрация) по оси Z не соответствовал требованиям СанПиН ДД.ММ.ГГГГ-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» таб. 5.4. и превышал ПДУ на 1.0-12.0 дБ-класс условий труда 3.1.-3.2. Эквивалентный корректированный уровень виброскорости (общая вибрация) по оси Y не соответствовал требованиям СанПиН ДД.ММ.ГГГГ-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» таб. 5.4 и превышал ПДУ на 1.0 дБ-класс условий труда 3.1. (п. 24 СГХ).

Учитывая изложенное, суд считает установленным, что ФИО1 в результате работы у ответчиков получил профессиональное заболевание, которое возникло не одномоментно, а в результате длительного, многократного воздействия на организм указанных вредных производственных факторов, которые имелись в период работы истца в АО «Томскнефть» ВНК, ООО «РН-Транспорт».

Согласно медицинскому заключению № от ДД.ММ.ГГГГ ОГБУЗ «Томская областная клиническая больница» ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился с целью первичной экспертизы связи заболевания с профессией, ему установлен диагноз: <данные изъяты> Установлена причинно-следственная связь хронических заболеваний с профессиональной деятельностью. Противопоказан труд с воздействием общей вибрации и статико-динамическим перенапряжением. Показано реабилитационное (санаторно-курортное) лечение, наблюдение и лечение у врача-невролога курсами, препаратами: НПВП, ненаркотические анальгетики, антихолинэстеразные мази (гели), витаминотерапия, биостимуляторы, физиолечение, ЛФК, ручной массаж. Специализированное плановое лечение в отделении «Центр профпатологии» 1 раз в год (л.д.42).

Согласно справке серии № № ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России (Бюро №) от ДД.ММ.ГГГГ истцу на основании Акта о профессиональном заболевании № от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с профессиональным заболеванием от ДД.ММ.ГГГГ установлена утрата профессиональной трудоспособности 10% на период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ. Дата очередного освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 22).

Из программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания ПРП № № от ДД.ММ.ГГГГ к протоколу проведения медико-социальной экспертизы гражданина в федеральном учреждении медико-социальной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № № следует, что ФИО1 нуждается в проведении реабилитационных мероприятий, в том числе в медикаментозном лечении, санаторно-курортном лечении, установлено 1 профессиональное заболевание, имеет 10 процентов степени утраты профессиональной трудоспособности до ДД.ММ.ГГГГ, продолжение выполнения профессиональной деятельности возможно при снижении квалификации и уменьшении объема (тяжести) работ. При проведении реабилитационных мероприятий возможно частичное восстановление нарушенных функций организма, обусловленных профессиональным заболеванием (л.д.23-27).

Из представленных представителем истца выписного эпикриза истории болезни ОГАУЗ «Стрежевская городская больница», выписки из карты амбулаторного больного № за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, выписки из медицинской карты стационарного больного ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, выписки из Центра реабилитации <данные изъяты>» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 проходил обследование и лечение с диагнозом <данные изъяты> Заболевание профессиональное (л.д. 43-44, 46).

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Установленная ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Право на компенсацию морального вреда впервые было предусмотрено Основами гражданского законодательства Союза ССР и республик, принятыми 31.05.1991, действие которых распространено на территории Российской Федерации с 03.08.1992.

Согласно разъяснениям в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы (часть 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации).

Доводы представителей ответчиков о том, что при поступлении на работу истец был предупрежден о наличии вредных условий труда, был с ними согласен, получал при этом все установленные законодательством компенсации: сокращенная продолжительность рабочего времени, дополнительные отпуска, повышенный размер оплаты труда, обеспечивался молоком, специальной одеждой и обувью, судом не принимается во внимание, поскольку данные обстоятельства не могут учитываться как имеющие значение для определения объёма прав работника на получение компенсации морального вреда с учётом общего стажа работы на конкретном предприятии. Кроме того, именно на работодателе лежит обязанность обеспечить надлежащие условия труда работника (ст. 212 ТК РФ). Работник не обеспечивался средствами защиты от вибрации, доказательств, свидетельствующих об обратном, ответчиками не предоставлено.

Оценивая представленные доказательства (санитарно-гигиеническую характеристику № от ДД.ММ.ГГГГ, акт № от ДД.ММ.ГГГГ о случае профессионального заболевания), суд исходит из положений ст. ст. 67, 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также из того, что изложенные в характеристике сведения, объективно ответчиками не опровергнуты в судебном заседании.

Исходя из оценки всех исследованных доказательств по делу, суд приходит к выводу о наличии вины ответчиков АО «Томскнефть» ВНК, ООО «РН-Транспорт» в причинении морального вреда истцу.

В судебном заседании установлено и подтверждено материалами дела, что вред здоровью истца причинён в связи с работой у ответчиков АО «Томскнефть» ВНК, ООО «РН-Транспорт» в своё время во вредных условиях, в условиях повышенных уровней общей вибрации.

Доказательств наличия, предусмотренных действующим законодательством оснований для освобождения ответчиков АО «Томскнефть» ВНК, ООО «РН-Транспорт», от ответственности - грубой неосторожности или умысла истца, которые бы содействовали возникновению или увеличению вреда, а также, подтверждающих, что истец продолжал выполнение работы во вредных условиях, нарушая какие-либо запреты врачей или работодателя, ответчиками суду не предоставлено. При этом данное обстоятельство, само по себе, не может рассматриваться в качестве основания для освобождения ответчиков от возмещения компенсации морального вреда.

Возникновение профессионального заболевания возможно лишь при условиях труда, которые характеризуются наличием на рабочем месте вредных производственных факторов, превышающих гигиенические нормативы и способных оказывать неблагоприятное воздействие на здоровье работника.

Доказательств, подтверждающих тот факт, что в период работы истца в АО «Томскнефть» ВНК, ООО «РН-Транспорт» на него не оказывалось воздействие вредных производственных факторов, суду не представлено.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

Работодатели использовали заведомо наносящую вред здоровью работника автомобильную технику, имеющую повышенный уровень вибрации и шума. Доказательств невозможности обеспечить работу наемных лиц на технике, не оказывающей неблагоприятное воздействие на организм работника, ответчиком суду не представлено.

В целях предупреждения возникновения и развития у работника профессионального заболевания ответчиками не было организовано проведение углубленных профилактических осмотров, не осуществлялся контроль за стажем работы работника во вредных условиях труда в целях недопущения превышения безопасного уровня общей вибрации, своевременного решения вопроса о возможности продолжения работы во вредных условиях труда, переводе работника на работу, исключающую эти условия.

Разрешая заявленные истцом требования, суд исходит из того, что работодатели располагали возможностью отслеживать стаж работы во вредных условиях работника, а, следовательно, учитывать полученные истцом общей вибрации и своевременно решать вопрос о возможности продолжения выполнения работником трудовой функции без вреда для здоровья.

Профзаболевание развивается по причине длительного воздействия вредных факторов, оно может проявиться в любое время, в том числе и после окончания работы на предприятии, в котором имело место воздействие таких факторов.

Причинно-следственная связь между возникновением у истца профессионального заболевания и исполнением им трудовых обязанностей в АО «Томскнефть» ВНК, ООО «РН-Транспорт» установлена Актом о случае профессионального заболевания и подтверждается представленной суду санитарно-гигиенической характеристикой.

Таким образом, профессиональное заболевание истца возникло не одномоментно, а в результате длительного, многократного воздействия на организм указанных вредных производственных факторов, которые имелись в период работы истца в АО «Томскнефть» ВНК», ООО «РН-Транспорт».

В связи с чем, доводы ответчиков АО «Томскнефть» ВНК, ООО «РН-Транспорт» об отсутствие вины в причинении истцу морального вреда несостоятельны, опровергаются представленными в материалы дела доказательствами.

Кроме того, ответчиками не представлены доказательства работы ФИО1 на технике, которая не оказывала бы на истца воздействие вредных производственных факторов, однако согласно п.20 Акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ № имело место воздействие вредного производственного фактора – общей вибрации, превышающей ПДУ в течение 38 лет 11 месяцев 6 дней, что также не оспорено ответчиками.

Представленные и исследованные в совокупности доказательства указывают на наличие причинно - следственной связи между возникновением у истца профзаболевания и его трудовой деятельностью у ответчиков, о вредных для организма условиях, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

На основании изложенного суд приходит к выводу об обоснованности исковых требований ФИО1 о взыскании с АО «Томскнефть» ВНК, ООО «РН-Транспорт» денежной компенсации морального вреда.

В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации в этом случае размер компенсации морального вреда определяется судом.

Наличие у истца заболевания, характер подтверждают то обстоятельство, что он испытывает нравственные страдания от потери здоровья, испытывает физическую боль, установление степени утраты профессиональной трудоспособности 10% ограничивает его право на труд и, как следствие, причиняет истцу моральный вред.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу ФИО1 суд находит его подлежащим взысканию в меньшем размере, чем требует истец.

Суд принимает во внимание, что истцу был причинен вред здоровью при исполнении им трудовых обязанностей у ответчиков АО «Томскнефть» ВНК, ООО «РН-Транспорт», он утратил профессиональную трудоспособность, выявлено профессиональное заболевание, установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 10% на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, нуждается в постоянном лечении, что также следует из представленной стороной истца медицинской документации, пояснений представителя истца.

Суд учитывает стаж работы истца во вредных условиях у ответчика АО «Томск нефть» ВНК в период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ответчика ООО «РН-Транспорт» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, поскольку профзаболевание обусловлено длительностью воздействия вредных производственных факторов и находится в прямой зависимости от этого показателя.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательств отсутствия вины в возникновении у истца профессиональных заболеваний и причинении ему морального вреда, ответчиками АО «Томскнефть» ВНК, ООО «РН-Транспорт» не представлено.

При этом, суд учитывает отсутствие умысла у работодателей причинить вред здоровью ФИО1 выполнением ответчиками обязательных требований действующего законодательства в области охраны труда и техники безопасности, процент потери трудоспособности истца – 10 %.

Исходя из совокупности представленных в материалы дела доказательств, суд считает разумным размером компенсации морального вреда, с учетом отработанного истцом на каждом предприятии времени, подлежащего взысканию в пользу истца с АО «Томскнефть» ВНК 60 000 рублей, с ООО «РН-Транспорт» 194 000 рублей.

В силу ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителя, другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя, в то же время личное присутствие гражданина в судебном заседании является его субъективным правом (ч. 1 ст. 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17 июля 2007 года № 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесённые лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идёт, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

В соответствии с ч.1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Учитывая, что право стороны иметь представителя основано на законе (п. 1 ст. 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), ФИО1 заключен договор на оказание юридической помощи при представлении интересов с адвокатом адвокатского кабинета в г. Стрежевом Валиевой Э.М. Стоимость услуг составила 40 000 рублей, что подтверждается договором на оказание юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ и квитанцией № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 48, 49).

В ходе производства по гражданскому делу адвокатом Валиевой Э.М. оказаны ФИО1 следующие юридические услуги:

- составление искового заявления, подготовка документов (л.д. 2-53);

- ДД.ММ.ГГГГ участие при подготовке дела к судебному разбирательству;

- ДД.ММ.ГГГГ - участие в судебном заседании.

Указанные расходы, суд признаёт необходимыми расходами, связанными с рассмотрением настоящего гражданского дела.

В абзаце 2 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов.

С учётом объёма и содержания оказанных услуг, временных затрат на представительские услуги, сложности дела, суд полагает возможным взыскать в пользу ФИО1 в возмещение судебных расходов на оплату услуг представителя адвоката Валиевой Э.М. сумму в размере 30 000 рублей, с АО «Томскнефть» ВНК в сумме 15 000 рублей, с ООО «РН-Транспорт» в сумме 15 000 рублей, находя их отвечающим требованиям разумности и справедливости.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина в размере 3 000 рублей, от уплаты которой при обращении в суд истец был освобожден, взыскивается судом с ответчиков АО «Томскнефть» ВНК, ООО «РН-Транспорт»» с каждого по 1 500 рублей в доход бюджета муниципального образования городской округ ФИО4.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Томскнефть» Восточной нефтяной компании, обществу с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт» о взыскании морального вреда, причинённого профессиональным заболеванием, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Томскнефть» Восточной нефтяной компании (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО1 (паспорт серии №) компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в размере 60 000 (шестьдесят тысяч) рублей, судебные расходы в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО1 (паспорт серии №) компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в размере 194 000 (сто девяносто четыре тысячи) рублей, судебные расходы в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с акционерного общества «Томскнефть» Восточной нефтяной компании (ИНН №, ОГРН №), общества с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт» (ИНН №, ОГРН №) в доход бюджета муниципального образования городской округ ФИО4 государственную пошлину в размере 3 000 (три тысячи) рублей – по 1 500 (одна тысяча пятьсот) рублей с каждого ответчика.

На решение может быть подана апелляционная жалоба, представление в Томский областной суд через Стрежевской городской суд Томской области в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированный текст изготовлен ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий Лебедева С.В.