Апелляционное постановление № 22-4822/2025 от 15 октября 2025 г. по делу № 1-159/2025

Судья Чупина Ю.В.

Дело № 22-4822


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 16 октября 2025 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего Клементьевой О.Л.,

при секретаре судебного заседания Шарович Д.Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видео-конференц-связи уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Березниковского городского суда Пермского края от 25 июля 2025 года, которым

ФИО1, родившийся дата в ****, судимый:

18 января 2022 года Мотовилихинским районным судом г. Перми по ч. 2 ст. 162 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы;

3 августа 2022 года Свердловским районным судом г. Перми по ч. 1 ст.161 УК РФ к 1 году исправительных работ с удержанием 5% из заработной платы в доход государства, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ к 4 годам 9 месяцам лишения свободы (неотбытый срок наказания составляет 8 месяцев 14 дней),

осужден по ч. 2 ст. 321 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору Свердловского районного суда г. Перми от 3 августа 2022 года к 3 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу; до вступления приговора в законную силу избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, взят под стражу в зале суда; в соответствии с п. «а» ч.31 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей с 25 июля 2025 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима;

разрешен вопрос о вещественном доказательстве.

Изложив содержание приговора, существо апелляционной жалобы, заслушав выступления осужденного ФИО1 и адвоката Юркиной И.С., поддержавших доводы жалобы, прокурора Нечаевой Е.В. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 признан виновным в применении 11 января 2025 года насилия, не опасного для жизни и здоровья, угрозе применения насилия в отношении начальника отдела по воспитательной работе с осужденными ФКУ ИК-38 ГУФСИН России по Пермскому краю ФИО2 в связи с осуществлением им служебной деятельности при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором, находит его незаконным, необоснованным, и чрезмерно суровым, подлежащим отмене. В обоснование своей позиции, указывает, что предварительное расследование проведено не полно, с обвинительным уклоном, следователем в ходе предварительного расследования не проверены его доводы о том, что он обращался к администрации исправительного учреждения с просьбой о вызове скорой помощи; не допрошены осужденные, находящиеся с ним в соседних камерах для подтверждения его слов; не запрошены характеристики с места жительства и работы; не истребованы видеозаписи с регистраторов из коридора в период с 10 по 11 января 2025 года, что подтвердило бы его доводы об обращениях к администрации. Ссылается на нарушения следователем уголовно-процессуального закона при допросе свидетелей и потерпевшего, поскольку он задавал им наводящие вопросы. Приводит подробно обстоятельства, которые по его мнению свидетельствуют, что конфликт между ним и потерпевшим был спровоцирован, сотрудники исправительного учреждения могли его предотвратить, закрыв его в камере после его устной угрозы, при этом он находился в болезненном состоянии, испытывал боль и страдания, его просьбы о вызове скорой помощи были проигнорированы. Утверждает, что умысла на применение насилия к потерпевшему у него не было, вину он признал частично – в том, что толкнул потерпевшего, но совершил это в болезненном состоянии, не контролируя свои действия. Указывает, что он не был готов к прениям, поскольку с заключением судебно-психиатрической экспертизы был ознакомлен после оглашения приговора, экспертами дан ответ не на все вопросы. Одновременно приводит доводы о назначении чрезмерно сурового наказания, необъективности характеристики, представленной администрацией ИК-38, в которой указаны незаконно наложенные на него взыскания, в связи с чем считает, что суд необоснованно принял их во внимание при назначении наказания. Просит приговор отменить либо наказание смягчить, учесть при назначении наказания его состояние здоровья, наличие на иждивении несовершеннолетнего сына и родителей.

В возражениях на жалобу прокурор г. Березники Безруких В.С. просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В суде первой инстанции осужденный ФИО1 вину в совершении преступления признал частично, показал, что 8 января 2025 года он прибыл в ФКУ ИК-38 ГУФСИН России по Пермскому краю, при пересылке заболел, врачи ИК-38 ставили ему уколы согласно назначениям врачей ИК-9, но состояние ухудшалось. Утром 11 января 2025 года он находился в камере ПКТ, всю ночь не спал, просил вызвать скорую помощь, потерпевший Т. ухмылялся, сказал ждать до понедельника. Умысла на применение насилия не было, испытывая боль, он находился в неадекватном состоянии, события не помнит из-за болевого синдрома, и в связи с тяжелым психологическим состоянием он толкнул потерпевшего рукой, так как скорее всего споткнулся. Факты угрозы в адрес потерпевшего и нанесения удара потерпевшему левой рукой, зафиксированные на видеозаписи, подтвердил.

Несмотря на занятую осужденным позицию, выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, и умышленном характере его действий, соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом, подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, подробно приведенных в приговоре:

показаниями потерпевшего Т. - начальника отдела по воспитательной работе с осужденными ФКУ ИК-38 ГУФСИН России по Пермскому краю, свидетелей А., С. – сотрудников отдела безопасности ФКУ ИК-38 ГУФСИН России по Пермскому краю, согласно которым 11 января 2025 года в утреннее время они находились в помещение ПКТ, где содержащийся в камере № 1 осужденный ФИО1, находясь в коридоре возле камеры, стал высказывать недовольство относительно необходимости сдачи постельных принадлежностей, так как он не спал ночью из-за боли, выражался нецензурной бранью. Т. сообщил ему, что вызовут к нему медиков после подъема, при этом визуально ФИО1 находился в удовлетворительном состоянии, его просили успокоиться и пройти в свою камеру, где ожидать приезда врачей. Затем ФИО1 высказал в адрес Т. угрозу причинения насилия, и практически сразу быстрым шагом подошел к нему и рукой толкнул в область груди, в связи с чем к ФИО1 была применена физическая сила. В связи с наличием боли в месте удара потерпевший обратился в травмпункт, где установили диагноз ушиб груди;

показаниями свидетеля Б. - начальника оперативного отдела ФКУ ИК-38 ГУФСИН России по Пермскому краю, согласно которым осужденный ФИО1, признанный злостным нарушителем, 8 января 2025 года прибыл этапом в ФКУ ИК-38, содержался в камере № 1 ПКТ. Утром 11 января 2025 года после сдачи постельных принадлежностей ФИО1 выражал недовольство режимом содержания в исправительном учреждении, употребляя нецензурную брань и угрожая физической расправой в адрес Т., подбежал к нему и толкнул левой рукой в грудь. По данному факту в книге регистрации сообщений о преступлениях за № 1 от 11 января 2025 года был зарегистрирован рапорт дежурного помощника начальника учреждения дежурной части отдела безопасности ФКУ ИК-38 Д. По факту применения к сотруднику исправительного учреждения насилия им проведена проверка, результаты которой направлены в следственный комитет;

показаниями свидетеля Г - фельдшера в ГБУЗ Пермского края «Станция скорой медицинской помощи г. Березники», согласно которым 11 января 2025 года он совместно с фельдшером К. выезжал по вызову к осужденному, содержащемуся в ФКУ ИК-38 ГУФСИН России по Пермскому краю. Ими осмотрен ФИО1, который в экстренной госпитализации не нуждался, его состояние было не критичным, удовлетворительным, он высказывал жалобы на не отхождение мочи, боли внизу живота. Ему оказана первая необходимая помощь, рекомендовано стационарное лечение и обследование. В момент осмотра поведение ФИО1 было возбужденным, тот пререкался с сотрудниками исправительного учреждения, те разговаривали с осужденным вежливо и корректно, во время осмотра телесных повреждений на теле ФИО1 не зафиксировано, жалоб о применении физической силы или психологического давления не высказывал;

показаниями свидетеля Ч. – врача ФКУ ИК-38 ГУФСИН России по Пермскому краю, согласно которым 11 января 2025 года он проводил обход камер, ФИО1 предъявил жалобы на задержку мочи и боль внизу живота, в связи с чем была вызвана бригада скорой помощи для оказания помощи, в том числе проведения катеризации. Была рекомендована госпитализация. ФИО1 вел себя адекватно, до 11 января 2025 года показаний для госпитализации не имелось;

видеозаписями от 11 января 2025 года, на которых зафиксировано, как осужденный ФИО1, находясь в камере и коридоре ПКТ ФКУ ИК-38 ГУФСИН России по Пермскому краю в присутствии сотрудников Т., А. и С. высказывает недовольство режимом и условиями содержания, те, в свою очередь, призывали ФИО1 к спокойствию и соблюдению порядка, на его доводы о необходимости оказания медицинской помощи и болевом синдроме сообщали об оказании медицинской помощи после выполнения им положенных правил, после чего ФИО1 в нецензурной форме высказывает угрозу нанесения удара Т., быстрым шагом подходит к тому и с силой производит левой рукой толчок в область груди, от которого Т. отшатнулся назад;

протоколом выемки от 14 февраля 2025 года, согласно которому Б. добровольно выдан оптический диск, содержащий видеозаписи с камер видеонаблюдения и переносных видеорегистраторов;

заключением эксперта № 147 м/д от 18 февраля 2025 года, согласно которому у Т. зафиксирован ушиб грудной клетки (грудины), который расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека, так как не влечет за собой кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, судя по его характеру и локализации, образовался от ударного (сдавливающего) воздействия твердым тупым предметом по грудной клетке (грудине) потерпевшего незадолго до обращения его за медпомощью, возможно при указываемых в материалах дела обстоятельствах;

выпиской из приказа от 17 января 2024 года № 20-лс, согласно которой Т. назначен на должность начальника отдела по воспитательной работе с осужденными ФКУ ИК-38 ГУФСИН России по Пермскому краю;

приказом № 253 от 30 августа 2024 года, согласно которому установлены основные задачи, функции, права сотрудников отдела по воспитательной работе с осужденными ФКУ ИК-38 ГУФСИН России по Пермскому краю;

служебным заданием ответственному по исправительному учреждению ФКУ ИК-38 ГУФСИН России, согласно которому Т. в период несения службы с 9 часов 10 января 2025 года до 9 часов 11 января 2025 года поручен, в том числе контроль за проведением подъема осужденных в ШИЗО/ПКТ;

протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого осмотрен проходной коридор помещений камерного типа (ПКТ), расположенный в здании на режимной территории ФКУ ИК-38 ГУФСИН России по Пермскому краю, зафиксирована обстановка;

камерной карточкой, согласно которой 8 января 2025 года осужденный ФИО1 водворен в камеру №1 ПКТ.

Все изложенные в приговоре доказательства суд в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности признал их достаточными для разрешения уголовного дела по существу. Суд указал в приговоре, почему он доверяет доказательствам, положенным в основу обвинения, и правильно оценил позицию осужденного, отрицавшего наличие умысла на применение насилия, способом защиты от предъявленного обвинения.

Фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления установлены на основании исследованных доказательств, которые признаны допустимыми, использованы судом для установления обстоятельств, указанных в ст. 73 УПК РФ. Данных о том, что в основу приговора положены недопустимые доказательства, не имеется.

Так, суд обоснованно положил в основу приговора показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия, в части того, что на его просьбу вызвать медицинскую помощь, сотрудники исправительного учреждения пообещали это сделать после проведения подъема, спор возник из-за необходимости сдачи постельных принадлежностей, о каких-либо провокаций со стороны сотрудников исправительной колонии или своем нахождении в неадекватном состоянии из-за болезни, осужденный не пояснял, указывал, что ударил потерпевшего случайно. Поскольку эти показания даны после разъяснения предусмотренных законом процессуальных прав в присутствии адвоката; протокол следственного действия подписан участвующими лицами, замечаний по нему не заявлено; ФИО1 предупреждался о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае последующего отказа от этих показаний, а также ему разъяснялось право не свидетельствовать против самого себя, в связи с чем протокол допроса подозреваемого ФИО1 является допустимым доказательством.

Доводы ФИО1 об отсутствии у него умысла на применение насилия к потерпевшему выдвигались стороной защиты в заседании суда первой инстанции, проверялись и обоснованно были отвергнуты с приведением убедительных мотивов, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции. Из показаний потерпевшего, свидетелей А. и С. следует, что действия ФИО1 носили умышленный характер, что подтверждается видеозаписью с видеорегистратора.

В ходе предварительного расследования и рассмотрения дела судами первой и апелляционной инстанций чьей-либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения, а также причин для оговора ФИО1, в том числе со стороны допрошенных по уголовному делу потерпевшего и свидетелей, установлено не было. В связи с чем в основу приговора судом правильно положены показания потерпевшего Т., свидетелей С., А., Б. о применении ФИО1 насилия и угрозе его применения к Т., которые являются подробными, последовательными, подтверждаются другими доказательствами - в частности видеозаписями, при осмотре которых видно, как осужденный находится в адекватном состоянии, разговаривает с сотрудниками ИК-38, затем высказывает в нецензурной форме стоящему в другом конце коридора потерпевшему Т. угрозу применения насилия, быстрым шагом подходит к нему и с силой производит левой рукой толчок в область груди последнего; заключением эксперта о наличии у потерпевшего ушиба грудной клетки, и согласуются друг с другом.

Каких-либо существенных противоречий в показаниях потерпевшего и свидетелей в суде и на следствии, которые могли бы повлиять на правильность выводов суда и, следовательно, на законность обжалуемого приговора, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Оснований для иной оценки представленным, как стороной обвинения, так и стороной защиты, доказательствам, не имеется.

Объективных данных, подтверждающих доводы осужденного о том, что Т. провоцировал его, отказывался вызывать ему медицинскую помощь, в представленных материалах дела не содержится, напротив, установлено, что сотрудники исправительного учреждения сообщили ФИО1 о том, что вызовут врача для оказания медицинской помощи после окончания подъема осужденных, что ими и реализовано.

11 января 2025 года Т. находился на своем рабочем месте в ФКУ ИК-38 ГУФСИН России по Пермскому краю, был одет в форменное обмундирование, исполнял должностные обязанности, в связи с чем осужденный осознавал, что потерпевший находился при исполнении своих служебных обязанностей.

Таким образом, применение насилия, не опасного для жизни и здоровья, угроза применения насилия, совершенные в отношении сотрудника места лишения свободы Т. в связи с осуществлением им служебной деятельности, изложенные в приговоре, были достоверно установлены в судебном заседании и подтверждаются исследованными и положенными в основу приговора доказательствами, в том числе показаниями потерпевшего Т., свидетелей С., А., являвшихся непосредственными очевидцами произошедшего, видеозаписями, на которых зафиксированы вышеуказанные обстоятельства, и которые подтверждают событие преступления. При проведении подъема в камере ПКТ ФКУ ИК-38 ГУФСИН России по Пермскому краю осужденный ФИО1 в нарушение правил внутреннего распорядка исправительного учреждения, выражая несогласие с законными требованиями потерпевшего о соблюдении правил внутреннего распорядка исправительного учреждения, осознавая общественную опасность своих действий и наступления последствий в виде дезорганизации деятельности учреждения, понимая, что Т. является сотрудником места лишения свободы и находится при исполнении служебных обязанностей, выразил угрозу применения насилия в отношении него, после чего умышленно применил в отношении него насилие, не опасное для жизни и здоровья.

Требование сотрудника исправительного учреждения Т. о необходимости сдачи осужденным ФИО1 постельных принадлежностей в комнату хранения, поскольку он содержался в камере ПКТ, соответствует положениям приказа, закрепляющим его основные задачи и обязанности, и правилам внутреннего распорядка в исправительном учреждении, которые осужденный был обязан выполнять.

Вместе с тем, ФИО1 с целью невыполнения законных требований Т. о сдаче постельных принадлежностей, высказал угрозу применения насилия и применил насилие в отношении Т. – сотрудника места лишения свободы в связи с осуществлением им служебной деятельности, тем самым осуществил дезорганизацию деятельности учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела, в связи с чем верно квалифицировал действия осужденного ФИО1 по ч. 2 ст. 321 УК РФ.

Вопреки доводам жалобы, наличие у ФИО1 болевого синдрома не свидетельствует об отсутствии в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 321 УК РФ, при этом из показаний свидетелей – сотрудников скорой медицинской помощи следует, что состояние ФИО1 не было критичным, в экстренной госпитализации тот не нуждался.

В соответствии с выводами амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы от 23 мая 2025 года № 1906 осужденный ФИО1 хроническим психическим расстройством либо слабоумием не страдает, в момент совершения преступления осознавал фактический характер и общественную опасность своих действий и мог руководить ими, при совершении им инкриминируемого деяния, у осужденного не имелось какого-либо временного психического расстройства.

Из протокола судебного заседания следует, что судом выяснялся вопрос о получении осужденным копии заключения экспертов, ФИО1 сообщил, что с заключением экспертов ознакомлен в полном объеме, получил его копию, каких-либо ходатайств относительно неполноты выводов судебно-психиатрической экспертизы не заявлял, перед прениями сторон у осужденного состоялась конфиденциальная беседа с защитником, в судебном заседании ФИО1 заявил о готовности к прениям. При таких обстоятельствах нарушения права на защиту судом не допущено.

Доводы жалобы осужденного о неполноте предварительного следствия, поскольку в ходе предварительного следствия следователем не истребованы видеозаписи, подтверждающих его слова, о том, что он просил вызвать скорую помощь накануне инкриминируемого ему преступления, не допрошены осужденные, находящиеся в соседних камерах по этому же вопросу, не являются основанием для изменения или отмены приговора, поскольку таких ходатайств осужденного материалы дела не содержат, а в силу положений п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ следователь уполномочен самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, за исключением случаев, когда в соответствии с УПК РФ требуется получение судебного решения или согласия руководителя следственного органа. Совокупность собранных по делу доказательств обоснованно признана судом достаточной для полного и объективного разрешения уголовного дела по существу.

При назначении наказания, определении его вида и размера судом в полной мере соблюдены требования ст.ст. 6, 60 УК РФ, в должной степени учтены характер и степень общественной опасности совершенного осужденным преступления, относящегося к категории средней тяжести; данные о личности ФИО1; смягчающие наказание обстоятельства – частичное признание вины, сожаление о содеянном, состояние его здоровья в связи с наличием хронических заболеваний, наличие несовершеннолетнего ребенка; влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Все смягчающие наказание и иные имеющие значение при назначении наказания обстоятельства судом учтены и приняты во внимание в полном объеме. Иные сведения, которые бы могли повлиять на вопросы назначения наказания, суду не представлены. Наличие пожилых родителей не предусмотрено в перечне смягчающих обстоятельств, подлежащих обязательному учету. Кроме того, судом при назначении наказания было учтено влияние наказания на условия жизни семьи осужденного.

Отягчающим наказание обстоятельством судом правильно признан рецидив преступлений, в связи с чем осужденному наказание назначено с применением ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Суд первой инстанции надлежащим образом аргументировал необходимость назначения ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы, с чем соглашается суд апелляционной инстанции, поскольку, исходя из положений ст. 43 УК РФ, иное наказание не будет способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденного и предупреждению совершения новых преступлений.

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно снижающих степень общественной опасности совершенного осужденным преступления, дающих основания для применения положений ст. 64 УК РФ или применения положений ч. 3 ст. 68 УК РФ, суд первой инстанции не усмотрел, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Наличие отягчающего наказание обстоятельства в виде рецидива преступлений исключает возможность применения при назначении наказания положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, правовые основания для применения положений ст. 531 УК РФ отсутствуют.

Окончательное наказание ФИО1 обоснованно назначено по правилам ст. 70 УК РФ.

Таким образом, все заслуживающие внимания обстоятельства были в полной мере учтены при решении вопроса о виде и размере наказания, которое, вопреки доводам жалобы, является справедливым, соразмерным содеянному, соответствует общественной опасности совершенного преступления, оснований для его смягчения не имеется.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденному надлежит отбывать наказание, определен правильно.

Вопросы о мере пресечения, сроке исчисления и зачете наказания, вещественном доказательстве, судом разрешены в соответствии с требованиями закона.

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену или изменение приговора, не допущено.

Руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Березниковского городского суда Пермского края от 25 июля 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 4014 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. 40110 – 40112 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись