Решение № 2-461/2019 2-461/2019~М-371/2019 М-371/2019 от 29 июля 2019 г. по делу № 2-461/2019

2-461/19


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с.Айкино

30 июля 2019 года

Усть-Вымский районный суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Ермакова А.Е., при секретаре Злобине Р.Е., с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению "Исправительная колония № 31 Управления Федеральной Службы исполнения наказаний по Республике Коми", Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республике Коми о взыскании неначисленной заработной платы, незаконно удержанных денежных средств, денежной компенсации за нарушение срока выплат, компенсации морального вреда

установил:

ФИО1, с учетом дополнений и уточнений, обратился в суд с иском к ФКУ ИК-31, Минфину России о взыскании недоначисленной в период с 07.09.2018 по 17.02.2019 заработной платы, денежных средств, удержанных из пособия по временной нетрудоспособности, расходов по содержанию, удержанных из заработной платы, компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы, компенсации морального вреда.

В обосновании иска указал, что в период отбывания наказания был трудоустроен в качестве (должность) на ООО "ЖЛПК", заработная плата была начислена ниже установленного МРОТ, и на неё не начислялся районный коэффициент. Удержание из пособия по временной нетрудоспособности запрещено законом. Удержание расходов по содержанию за период нахождения на стационарном лечении незаконно.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены УФСИН России по Республике Коми и ООО "Жешартский ЛПК".

Возражая против удовлетворения иска, УФК по РК, представляющее интересы Минфина России, в письменном отзыве указало, что является ненадлежащим ответчиком по данному иску.

В письменных возражениях ФКУ ИК-31 иск не признало, указав, что начисление районного коэффициента к заработной плате осужденных не предусмотрено, начисленная в спорный период заработная плата была выше уровня МРОТ, все удержания из заработной платы и пособия по временной нетрудоспособности произведены в порядке и размерах, установленных законом.

Третье лицо ООО "Жешартский ЛПК" в письменном отзыве позиции по спору не высказало, указав, что учет рабочего времени и начисление заработной платы осужденных осуществляет ФКУ ИК-31.

Участвующий в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи истец, предъявленные требования и доводы изложенные в исковом заявлении и дополнениях к нему поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика ФКУ ИК-31, одновременно представляющая интересы третьего лица УФСИН России по РК в судебном заседании иск не признала, поддержав доводы, изложенные в письменных возражениях.

Заслушав участников, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Конституция РФ, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства (ст.2), вместе с тем предусматривает, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч.3 ст.55).

Так при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан РФ с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством РФ (ч.2 ст.10 УИК РФ).

Исходя из положений ч.2 ст.9 УИК РФ одним из основных средств исправления осужденных является общественно полезный труд.

В соответствии с подп."с" п.2 ст.2 Конвенции МОТ от 28.06.1930 №29 "Относительно принудительного или обязательного труда" привлечение осужденных к общественно полезному труду не может расцениваться как принудительный или обязательный труд, поскольку он осуществляется вследствие приговора, вынесенного судом, который, назначая наказание в виде лишения свободы, предопределяет привлечение трудоспособных осужденных к общественно полезному труду как одному из средств исправления.

В силу положений ч.1 ст.103 УИК РФ каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией ИУ.

В свою очередь администрация ИУ обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест.

Осужденные могут привлекаться к труду в организациях любых организационно-правовых форм, расположенных как на территориях исправительных учреждений, так и вне их, при условии обеспечения надлежащей охраны и изоляции осужденных.

Продолжительность рабочего времени осужденных к лишению свободы, правила охраны труда, техники безопасности и производственной санитарии устанавливаются в соответствии с законодательством РФ о труде. Время начала и окончания работы (смены) определяется графиками сменности, устанавливаемыми администрацией исправительного учреждения по согласованию с администрацией предприятия, на котором работают осужденные (ч.1 ст.104 УИК РФ).

Таким образом, осужденные привлекаются к труду не по своему волеизъявлению, а в соответствии с требованиями уголовно-исполнительного законодательства. Поскольку общественно полезный труд как средство исправления (ст.9 УИК РФ) и обязанность (ст.ст.11, 103 УИК РФ) осужденных является одной из составляющих процесса отбывания наказания, их трудовые отношения с администрацией ИУ носят специфический характер, при этом администрация ИУ исходя из содержания норм ч.1 ст.16, ч.1 ст.20 ТК РФ и ч.2 ст.9, ч.1 ст.103, ч.1 ст.104 УИК РФ не является работодателем по отношению к осужденным, привлеченным к труду.

Установлено, что ФИО1 в период с 10.03.2017 по 13.04.2019 по приговору суда отбывал наказание в виде лишения свободы в колонии-поселении ФКУ ИК-31 УФСИН России по РК.

Приказом врио начальника ФКУ ИК-31 от 04.09.2018 <Номер> ФИО1 был привлечен с 07.09.2018 к оплачиваемому труду на (должность) ООО "ЖЛПК" с повременной оплатой труда.

Приказом врио начальника колонии от 18.09.2018 <Номер> ФИО1 был привлечен с 26.09.2018 к оплачиваемому труду на (должность) ООО "ЖЛПК", с повременной оплатой труда.

Приказом врио начальника колонии от 01.03.2019 <Номер> осужденный ФИО1 был освобожден с 17.02.2019 от трудовых обязанностей (должность) ООО "ЖЛПК" в связи с водворением в ШИЗО.

В соответствии с ч.1 ст.105 УИК РФ осужденные к лишению свободы имеют право на оплату труда в соответствии с законодательством РФ о труде.

Согласно ч.1 ст.1 Закона РФ от 19.02.1993 №4520-1 "О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях" действие настоящего Закона распространяется на лиц, работающих по найму (т.е. на основании трудового договора) постоянно или временно в организациях, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, независимо от форм собственности, и лиц, проживающих в указанных районах и местностях.

Как было установлено судом, ФКУ ИК-31 по отношению к ФИО1 работодателем не является, трудовой договор между сторонами спора не заключался, истец привлекался к труду в связи с отбыванием наказания, следовательно, правоотношения, возникшие между сторонами, не были основаны на трудовом договоре.

Таким образом, у осужденного к лишению свободы ФИО1 отсутствует право на применение районного коэффициента при определении размера оплаты труда. Данный вывод согласуется с разъяснениями Президиума Верховного Суда РФ, изложенными в Обзоре практики рассмотрения судами дел, связанных с осуществлением гражданами трудовой деятельности в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, утвержденном 26.02.2014.

При таком положении исковые требования ФИО1 о взыскании сумм районного коэффициента, неначисленного на заработную плату в период с 07.09.2018 по 17.02.2019 удовлетворению не подлежат.

В соответствии с ч.2 ст.105 УИК РФ размер оплаты труда осужденных, отработавших полностью определенную на месяц норму рабочего времени и выполнивших установленную для них норму, не может быть ниже установленного минимального размера оплаты труда.

В свою очередь оплата труда осужденного при неполном рабочем дне или неполной рабочей неделе производится пропорционально отработанному осужденным времени или в зависимости от выработки (ч.3 ст.105 УИК РФ).

Из расчетных листков ФИО1 следует, что месячную норму рабочего времени истец выработал в октябре 2018 года и в январе 2019 года, в остальное время (сентябрь, ноябрь, декабрь 2018 года и февраль 2019 года) месячная норма рабочего времени не была выработана.

Следовательно, ФКУ ИК-31 обосновано произвел начисление ФИО1 заработной платы за сентябрь, ноябрь, декабрь 2018 года и февраль 2019 года в соответствии с положениями ч.3 ст.105 УИК РФ, пропорционально отработанному истцом времени, поскольку обязанность производить начисление ФИО1 заработной платы в размере не ниже установленного МРОТ, у ответчика отсутствовала, в связи с чем, иск ФИО1 в части требований о взыскании неначисленной заработной платы за сентябрь, ноябрь, декабрь 2018 года и февраль 2019 года удовлетворению не подлежат.

В свою очередь в октябре 2018 года и в январе 2019 года ФИО1, отработавший полностью определенную на месяц норму рабочего времени, имел право на начисление заработной платы в размере не ниже установленного МРОТ.

Конституционный Суд РФ признал взаимосвязанные положения статьи 129, частей первой и третьей статьи 133 и частей первой - четвертой и одиннадцатой статьи 133.1 Трудового кодекса РФ не противоречащими Конституции РФ, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования они не предполагают включения в состав заработной платы (части заработной платы) работника, не превышающей минимального размера оплаты труда, повышенной оплаты сверхурочной работы, работы в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни (Постановление от 11.04.2019 №17-П).

Таким образом, в октябре 2018 года и в январе 2019 года выплаты ФИО1 за сверхурочную работу, работу в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни должны были начисляться сверх выплачиваемого МРОТ.

Согласно расчетному листку за октябрь 2018 года ФИО1 была начислена заработная плата в размере (сумма)., из них за сверхурочную работу – (сумма)., работу в ночное время – (сумма) работу в выходные и нерабочие праздничные дни – (сумма).

В силу положений ст.1 Федерального закона от 07.03.2018 №41-ФЗ минимальный размер оплаты труда с 01.05.2018 составлял 11163 руб. в месяц.

Следовательно, начисленная ФИО1 заработная плата за октябрь 2018 года должна была составить (сумма). согласно расчету . Разница между фактически начисленной и подлежащей начислению заработной платой составляет (сумма)., согласно расчету

Как усматривается из расчетного листка за январь 2019 года ФИО1 была начислена заработная плата в размере (сумма)., из них за сверхурочную работу – (сумма)., работу в ночное время – (сумма)., работу в выходные и нерабочие праздничные дни – (сумма).

В силу положений ст.1 Федерального закона от 25.12.2018 №481-ФЗ минимальный размер оплаты труда с 01.01.2019 составлял 11280 руб. в месяц.

Следовательно, начисленная ФИО1 заработная плата за январь 2019 года должна была составить (сумма). согласно расчету Разница между фактически начисленной и подлежащей начислению заработной платой составляет (сумма)., согласно расчету .

При таком положении исковые требования ФИО1 к ФКУ ИК-31 о взыскании неначисленной заработной платы за октябрь 2018 года и январь 2019 года подлежат удовлетворению в размере (сумма)., согласно расчету

В соответствии с п.9 ч.1 ст.101 Федерального закона от 02.10.2007 №229-ФЗ "Об исполнительном производстве" взыскание не может быть обращено на страховое обеспечение по обязательному социальному страхованию, за исключением страховой пенсии по старости, страховой пенсии по инвалидности (с учетом фиксированной выплаты к страховой пенсии, повышений фиксированной выплаты к страховой пенсии), а также накопительной пенсии, срочной пенсионной выплаты и пособия по временной нетрудоспособности.

Таким образом, пособие по временной нетрудоспособности исключено из числа доходов, на которые не может быть обращено взыскание, поэтому на него может быть обращено взыскание по исполнительному документу, следовательно, исковые требования ФИО1 о взыскании денежных средств, удержанных из пособия по временной нетрудоспособности, являются необоснованными и не подлежат удовлетворению.

В соответствии с ч.1 ст.107 УИК РФ из заработной платы, пенсий и иных доходов осужденных к лишению свободы производятся удержания для возмещения расходов по их содержанию в соответствии с ч.4 ст.99 УИК РФ, при этом возмещение осужденными расходов по их содержанию производится после удовлетворения всех требований взыскателей в порядке, установленном Законом "Об исполнительном производстве" (ч.2 ст.107 УИК РФ).

Независимо от всех удержаний на лицевой счет осужденных должно быть зачислено не менее 25 процентов начисленных им заработной платы, пенсии или иных доходов (ч.3 ст.107 УИК РФ).

Из копий лицевых счетов ФИО1 за период с 01.03.2018 по 31.03.2018 видно ФКУ ИК-31 производило удержание расходов по содержанию из заработной платы истца в марте 2018 года в размере (сумма) апреле 2018 года – (сумма) мае 2018 года – (сумма)., июне 2018 года – (сумма)., октябре 2018 года – (сумма)., ноябре 2018 года – (сумма)., декабре 2018 года – (сумма)., январе 2019 года – (сумма)., феврале 2019 года – (сумма)., марте 2019 года – (сумма).

Удержание расходов по содержанию произведено после удержания НДФЛ в размере 13 процентов, алиментов в размере 25 процентов, требований по другим исполнительным листам в размере 25 процентов.

После всех удержаний на лицевой счет ФИО1 ежемесячно зачислялось 25 процентов от заработной платы, следовательно, действия ФКУ ИК-31 по удержанию расходов по содержанию соответствовали положениям ст.107 УИК РФ.

В свою очередь доводы истца о том, что удержание расходов по содержанию может производиться лишь после удовлетворения требований по всем исполнительным документам, противоречит положениям ч.2 ст.99 Закона "Об исполнительном производстве", ограничивающей размер удержаний по исполнительным документам суммой, не превышающей 50 процентов заработной платы и иных доходов.

При таком положении исковые требования ФИО1 о взыскании расходов по содержанию, удержанных из заработной платы в период с 01.03.2018 по 31.03.2019, являются необоснованными и также не подлежат удовлетворению.

Поскольку администрация ФКУ ИК-31 не является работодателем по отношению к осужденным, привлеченным к труду, постольку нормы трудового законодательства, устанавливающие материальную ответственность работодателя за задержку выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику (ст.236 ТК РФ) и право работников на компенсацию морального вреда (ст.237 ТК РФ), на возникшие правоотношения не распространяются.

Исходя из положений ст.ст.151, 1064 ГК РФ, лицо, требующее возмещения морального вреда, обязано доказать наступление такого вреда, то есть представить доказательства, подтверждающие факт физических или нравственных страданий, факт противоправности действий ответчика, а также причинную связь между данными фактами. В свою очередь, обязанность доказать отсутствие вины в причинении вреда лежит на ответчике.

Учитывая, что противоправность, наличие вреда и прямой причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступлением вреда являются обязательными условиями привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности за причинение вреда другому лицу, а в данном случае этого не установлено, то оснований для возложения на ответчика обязанности по компенсации морального вреда, причиненного ФИО1, не имеется, в связи с чем, исковые требования о взыскании компенсации морального вреда подлежат оставлению без удовлетворения.

Кроме того, согласно п.2 ст.1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации лишь в случаях, прямо предусмотренных законом.

Действующее законодательство не содержит норм, которые предусматривали бы возможность компенсации морального вреда в связи с нарушением имущественных прав осужденных при расчете заработной платы осужденных.

Данное обстоятельство также является основанием для оставления исковых требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Иск ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Федерального казенного учреждения "Исправительная колония № 31 Управления Федеральной Службы исполнения наказаний по Республике Коми" в пользу ФИО1 неначисленную заработную плату за октябрь 2018 года и январь 2019 года в размере (сумма)

В остальной части исковые требования ФИО1 к Федеральному казенному учреждению "Исправительная колония № 31 Управления Федеральной Службы исполнения наказаний по Республике Коми", Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республике Коми о взыскании неначисленной заработной платы, незаконно удержанных денежных средств, денежной компенсации за нарушение срока выплат, компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Коми через Усть-Вымский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

судья

А.Е. Ермаков