Решение № 2-271/2019 2-271/2019(2-3206/2018;)~М-3365/2018 2-3206/2018 М-3365/2018 от 12 февраля 2019 г. по делу № 2-271/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 февраля 2019 года город Усолье-Сибирское

Усольский городской суд Иркутской области в составе судьи Яновой О.В., при секретаре Рютиной И.В., с участием старшего помощника прокурора Нагорной И.Н., истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителей ответчика Муниципального бюджетного образовательного учреждения «Детский сад №17 «Тополёк» ФИО3, ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-271/2019 по исковому заявлению ФИО1 к Муниципальному бюджетному образовательному учреждению «Детский сад №17 «Тополёк» о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за вынужденный прогул, возмещении морального вреда.

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратился в Усольский городской суд Иркутской области с исковым заявлением в обоснование указав, что с 31.12.2013 он состоял в трудовых отношениях с МБДОУ Детский сад № 17 «Тополек» расположенным по адресу: <адрес> должности сторожа. С 27.09.2018 он был уволен по основаниям, предусмотренным пп. «б» п. 6 ст. 81 ТК РФ, согласно Приказу N 64 от 27 сентября 2018 года. С приказом об увольнении он был ознакомлен 03.12.2018 года, трудовую книжку он получил 03.12.2018. Увольнение считает незаконным и необоснованным, поскольку 26.09.2018 он заступил на смену в 19 часов 00 минут, где должен был отработать смену до 06 часов 27.09.2018. С ним в смене работал оператор ФИО5, на смене он почувствовал ухудшение самочувствия, но работать продолжил. Этим же вечером в детском саду № 17 «Тополек» сработала пожарная сигнализация, он вызвал группу быстрого реагирования (ГБР). Один из членов этой группы зашел в помещение отключил сигнализацию. 27.09.2018 его самочувствие ухудшилось, поэтому он, не доработав смену, около 05 часов, ушел домой, попросив ФИО5 остаться за него и сдать смену повару. В этот же день он обратился в участковую больницу с. Новожилкино, где ему был открыт лист нетрудоспособности. 27.09.2018 его жене ФИО6 позвонила ФИО3 и сказала, что ФИО1 должен явиться в МДОУ Детский сад № 17 для написания заявления об увольнении, без каких-либо объяснений, на что его жена ответила, о том, что он находится на листе нетрудоспособности с 27.09.2018. ФИО3 позвонила в больницу терапевту ФИО7 и требовала, чтобы ему не выдавали лист нетрудоспособности.

08.10.2018 больничный лист был закрыт. В этот же день он вместе со своей дочерью ФИО8 обратился в МБДОУ «Детский сад №17 «Тополек». В этот день он разговаривал с делопроизводителем ФИО9 и инспектором по ТБ ФИО4, которые не смогли ему пояснить на основании чего его уволили, при этом ФИО4 объяснила, что со слов сотрудников ГБР сторож находился в состоянии алкогольного опьянения. Он не видел объяснений сотрудника ГБР, поэтому сам не мог дать объяснения. Кроме того, с актом о нахождении его в нетрезвом состоянии истца не ознакомили, объяснения с него не брали. Он написал заявление об увольнении по собственному желанию, сдал лист нетрудоспособности. Трудовую книжку ему не выдали, с приказом об увольнении не ознакомили.

Не дождавшись ответа на свое заявление об увольнении по собственному желанию 03.12.2018, он и его дочь ФИО8 вновь пришли в МБДОУ Детский сад № 17 «Тополек». Он в письменной форме попросил ознакомить его с личным делом и материалом, на основании которого его уволили, а также с решением на его заявление об увольнении по собственному желанию и предоставить документ, свидетельствующий об уведомлении истца об увольнении, с приказом о составе комиссии свидетельствующей о нахождении работника в нетрезвом состоянии, с актом о нахождении его в алкогольном опьянении. В личном деле, с которым он знакомился, каких-либо документов о нахождении его в состоянии алкогольного опьянения на рабочем месте не было. Для подтверждения его алкогольного состояния ФИО3 вызывала ФИО10, но при просьбе рассказать про истца и о его состоянии она ничего обоснованного не сказала. 27.09.2018 ФИО10 истец не видел. Затем ФИО3 вызвала оператора ФИО5, который с 26.09.2018 по 27.09.2018 находился вместе истцом на смене, на вопрос о подтверждении факта алкогольного опьянения последний пояснил, что от истца запаха алкоголя не было, а вот состояние здоровья было плохое. После этого, истец получил от работодателя трудовую книжку и копию приказа об увольнении. Считает, что увольнение его является безосновательным, кроме того считает, что не допускается увольнение по инициативе работодателя в период временной нетрудоспособности. Поэтому считает, что работодатель обязан возместить ему неполученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться, в размере 31 679,75 рублей. Вместе с тем, он испытывал моральные и нравственные страдания в связи с потерей работы, т.к. при отсутствии постоянного заработка и имеющихся кредитов от банков, он был вынужден занимать деньги. Моральный вред оценил в размере 10000 рублей.

Просил: признать увольнение ФИО1 с должности сторожа МБДОУ Детский сад № 17 «Тополек» с 27.09.2018 г. по ст. 81 п. 6 п.п. « б» ТК РФ незаконным; восстановить ФИО1 на работе в должности сторожа МБДОУ Детский сад № 17 «Тополек» со дня фактического увольнения - с 27.09.2018г., признав запись о его увольнении по ст. 81 п. 6 п.п. « б» ТК РФ незаконным; взыскать с МБДОУ Детский сад № 17 «Тополек» в его пользу заработную плату за дни вынужденного прогула с 27.09.2018; взыскать с МБДОУ Детский сад № 17 «Тополек» в его пользу компенсацию за причиненный моральный вред в размере 10000 руб.

16.01.2019 истец уточнил исковые требования просил: признать незаконным приказ № 64 от 27.09.2018 «Об увольнении работника» ФИО1 по п.п. « б» п. 6 ст. 81 ТК РФ; признать запись о его увольнении по ст. 81 п. 6 п.п. « б» ТК РФ в трудовой книжке АТ – 1 № 1787897 «Уволен по инициативе работодателя п.п. « б» п. 6 ст. 81 ТК РФ незаконным, приказ № 64 от 27.09.2018; взыскать с МБДОУ Детский сад № 17 «Тополек» в его пользу заработную плату за дни вынужденного прогула в размере 31695,75 руб.; взыскать расходы на оплату услуг адвоката в сумме 20000 руб. 00 коп., остальные требования оставил прежними.

В судебном заседании истец ФИО1, настаивал на доводах своего искового заявления и уточненного искового заявления.

Представитель истца ФИО2, действующий на основании ордера от 09.01.2019 года, в судебном заседании поддержал исковые требования своего доверителя, по доводам, изложенным в исковом заявлении и в уточненном исковом заявлении, полагал, что увольнение истца по п.п. «б» п. 6 части 1 ст. 81 ТК РФ является незаконным.

Представители ответчик Муниципального бюджетного образовательного учреждения «Детский сад №17 «Тополёк» ФИО3, ФИО4, исковые требования не признали в полном объеме, суду пояснили, что факт нахождения в состоянии алкогольного опьянения на рабочем месте в рабочее время подтвержден свидетельскими показаниями и документами, просили применить срок пропуска обращения в суд.

Выслушав стороны, свидетелей, заключение прокурора, полагавшего иск обоснованным, обозрев медицинскую карту, исследовав материалы гражданского дела, суд находит требования истца подлежащим удовлетворению.

В соответствии с абз. 2 ст. 76 Трудового кодекса Российской Федерации именно на работодателя возложена обязанность по отстранению от работы работника, появившегося на работе в состоянии опьянения.

Положения Трудового кодекса Российской Федерации позволяют отстранять от работы (не допускать к работе) и расторгать трудовой договор по инициативе работодателя в отношении не всех работников, употреблявших алкоголь, а лишь тех из них, которые появились на работе в состоянии алкогольного опьянения.

При этом в соответствии с п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, которые должны быть соответственно оценены судом, разрешающим спор о расторжении трудового договора по п.п. "б" п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

Прекращение трудового договора по инициативе работодателя по общему правилу возможно только по основаниям, исчерпывающий перечень которых установлен законом, и лишь при соблюдении установленного порядка увольнения. Работник, уволенный без законного основания или с нарушением порядка увольнения, подлежит восстановлению на прежней работе.

В силу ч. 1 ст. 76 ТК РФ работника, появившегося на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения, работодатель не допускает к работе в этот день (смену).

Судом установлено следующее.

В соответствии с личным делом истец ФИО1 был принят на работу с 01.01.2014 на 1 ставку с оплатой согласно штатного расписания, также указано, что истцу разрешено совмещение должностей 0,5 ставки с 01.01.2014 с оплатой согласно штатного расписания, на основании приказа от 31.12.2013 года № 94.

31.12.2013 года между истцом и Муниципальным Дошкольным Образовательным Учреждением детский сад общеобразовательного вида № 17 заключен трудовой договор без номера, срок действия начало с 01.01.2014, работнику установлена 1,5 ставки х 3001=4501,50 руб. в месяц, надбавка 20 % - сельские, 30 % - районный коэффициент, 30 % районные надбавки, отпуск 36 календарных дней. В этот же день заключен еще один трудовой договор № 25/14, в котором указано наименование ответчика Муниципальное дошкольное образовательное учреждение детский сад общеразвивающего вида № 17, работа основная, начало работы с 01.01.2014, оплата 4501,5 руб., выплаты компенсационного характера за работу в ночное время 1575 руб. 53 коп., доплата за работу в сельской местности 1519 руб. 26 коп., коэффициент за работу в южных районах Иркутской области 2278 руб. 88 коп., районный коэффициент 2278, 88 руб., отпуск 28 дней.

31.12.2013 между истцом и ответчиком заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности.

ФИО1 31.12.2013 ознакомлен с должностной инструкцией.

Соглашением от 09.01.2014 о новой редакции трудового договора № 13/13 от 31.12.2013, указано, что условия, за исключением наименования утратили юридическую силу, новое наименование указано Муниципальное дошкольное образовательное учреждение детский сад общеразвивающего вида № 17.

05.10.2015 в отношении ФИО1 вынесен приказ «О дисциплинарном взыскании», объявлен выговор с занесением в личное дело, в связи с нахождением на рабочем месте 05.10.2015 в нетрезвом состоянии.

05.11.2015 заключено между истцом и ответчиком соглашение о новой редакции трудового договора № 25/14 в котором указано, что условия, за исключением наименования утратили юридическую силу.

05.11.2015 между ФИО1 заключен трудовой договор с ответчиком № 54/15, наименование Муниципальное бюджетное дошкольное образовательное учреждение Детский сад № 17 «Тополек», наименовании должности работника сторож, настоящий договор вступил в силу с 05.11.2015, должностной оклад 4501,5 руб., выплаты компенсационного характера за работу в ночное время 1575 руб. 53 коп., доплата за работу в сельской местности 1519 руб. 26 коп., коэффициент за работу в южных районах Иркутской области 2278 руб. 88 коп., районный коэффициент 2278, 88 руб., отпуск 28 дней.

11.12.2015 ФИО1 ознакомлен с должностной инструкцией.

02.08.2018 в отношении ФИО1 вынесен приказ «О нарушении правил внутреннего трудового распорядка», за оставление объекта без присмотра, объявлен выговор.

Согласно приказу № 76 от 03.08.2018 создана административная комиссия в составе председателя ФИО3, членов комиссии: ФИО11, ФИО4, ФИО9

В соответствии со штатным расписанием на период учебного года с 01.09.2018 указана должность сторож, штатных единиц 3.

Приказом № 64 от 27.09.2018 «Об увольнении работника» сторож ФИО1 уволен 27.09.2018 по подпункту «б» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ, расторжение трудового договора по инициативе работодателя, основание указано личное заявление.

В соответствии с п.п. "б" п. 6 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей, в частности, в случае появления работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации-работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан: добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину.

В силу ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

Согласно положениям ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не представлено, то составляется соответствующий акт.

Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", изложенным в п. 53 Постановления от 17.03.2004 N 2, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях для правильного разрешения спора необходимо учитывать данные, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Судом установлено, что истец 26.09.2018 в 19-00 часов заступил на смену в качестве сторожа в Муниципальное бюджетное дошкольное образовательное учреждение Детский сад №17 «Тополек» и проработал до 05-00 часов 27.09.2018.

Согласно пояснений свидетелей ФИО12 и ФИО13, они выезжали к зданию ответчика, поскольку сработала сигнализация, данный факт сторонами не оспаривается, также подтверждается списком событий (объект № 1038) 26.09.2018 в 20 часов 10 мин. При этом в списке событий (объект № 1038) 26.09.2018 в дополнительной информации указано, что со слов экипажа сторож в состоянии алкогольного опьянения.

К свидетельским показаниям ФИО12, который суду пояснил, что у них сработала тревожная кнопка, они с бригадой ГБР приехали в Новожилкино в детский сад «Тополёк» на улицу Ленина, зашли в ограду сада, к ним вышел сторож ФИО1, сначала с ним разговаривал старший из ГБР ФИО13, он с ним беседовал, где выявилось, что у сторожа был стойкий запах алкоголя изо рта, а также неадекватное поведение, акт он не подписывал, потом пояснил, что 27.09.2018 года их приглашали приехать в детский сад дать пояснения, акт составили о том, что сторож был на своем рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, акт составляли во время беседы со свидетелями, о нахождении сторожа в нетрезвом состоянии, акт составили когда приехали в детский сад, в присутствии заведующей, таким образом, суд принимает свидетельские пояснения только в той части, в которой они не противоречат материалам дела.

Свидетель ФИО13 в судебном заседании 16.01.2019 суду пояснил, что кнопку КТС нажимали в детском саду, он уже и не вспомнит, так как у них много тревог срабатывает, вечером приехали туда, оттуда вышел сторож, от него стоял запах алкоголя, они поговорили с ним, он ушел, закрылся, и они уехали обратно. А утром до 8-ми утра еще раз приехали на место, чтобы осмотреть его, там была заведующая детского сада, сторожа уже не было, они подписали бумаги, что сторожа в помещении детского сада нет, в акте прибытия указали в КТС без замечаний, сторож пьяный, происшествий не было. Суд принимает пояснения свидетеля в части, не противоречащей материалам дела.

Согласно пояснениям представителей ответчика, они 27.09.2018 в 10 часов 00 минут составили один акт «О нахождении работника в состоянии алкогольного опьянения на рабочем месте» (далее акт) и один протокол заседания административной комиссии рассмотрения нарушения правил внутреннего трудового распорядка сторожем ФИО1 (далее протокол), при этом суду представили один акт и два протокола заседания административной комиссии рассмотрения нарушения правил внутреннего трудового распорядка истцом, таким образом, суд приходит к выводу, что документы составлялись в разное время.

В представленном акте «О нахождении работника в состоянии алкогольного опьянения на рабочем месте» от 27.09.2018 в 10 часов 00 минут указано, что ФИО3, ФИО4, ФИО10, ФИО5, ФИО12, ФИО13, составили его о том, что 26.09.2018 в 20 часов в 11 минут истец находился на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянении, в результате чего оставил свое рабочее место, заявил, что ему плохо и попросил отработать за него другого сотрудника, в результате чего смену в 6 часов 00 минут не сдал смену повару. Также указано, что при составлении акта истец был приглашен для дачи объяснений в письменном виде своего поступка. На рассмотрение о случившимся не явился в связи с чем не был ознакомлен. К акту прилагается докладная повара ФИО10, объяснительная ФИО5, пояснения экипажа ГБР.

В представленных протоколах заседаний административной комиссии рассмотрения нарушения правил внутреннего трудового распорядка сторожем ФИО1 от 27.09.2018 в 10 часов 00 минут, указано, что заведующая ФИО3 дважды звонила ФИО1 для дачи объяснений, на телефонный звонок не ответил, после чего был звонок жене истца с просьбой о том, чтобы ФИО1 явился для дачи объяснений и подписания документов, после этого телефонного звонка истец также не явился, после чего административная комиссия приняла решение, выслушав свидетелей, об увольнении ФИО1 по подпункту «б» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ.

В обоснование акта от 27.09.2018 и протоколов от 27.09.2018 представлены: докладная ФИО14 от 28.09.2018, объяснительная от ФИО5 от 28.09.2018, таким образом, суд приходит к выводу, что при составлении докладная и объяснительная были написаны позже составленных акта и протоколов.

В объяснительной ФИО5 от 28.09.2018, указано, что в ночь с 26 по 27 сентября 2018 ФИО1, будучи в нетрезвом состоянии пришел к нему в котельную в 5 часов 10 минут и попросил его доработать смену, в связи с тем, что ему стало плохо, он не стал предупреждать руководителя, принял смену и передал дежурство повару.

Также свидетель ФИО5 суду пояснил, что он пришел на работу позже, истец там уже был, был выпивший, запах алкоголя изо рта чувствовался, они поговорили с ним, он сказал, что вызвал ГБР, он ушел в котельную, утром 27.09.2018 истец пришел к нему в котельную, сказал, что ему плохо, попросил его сдать его смену, его состояние утром было такое же, как и вечером, он сказал, что сам пойдет в скорую помощь, так как его дочь там работает, заведующая спрашивала его, по какой причине сторож покинул рабочее место, он сказал, что истец заболел, и что ему надо идти домой, при нем сторож не выпивал спиртные напитки, про здоровье говорил, что с легкими у истца что-то, и давление поднимается.

В докладной ФИО10 указаны события другой смены от 25.09.2018, поэтому суд считает, что данная докладная не может служить доказательством о событии произошедшем 26.09.2018.

Свидетель ФИО10 суду пояснила, что 27.09.2018 её встретил ФИО5, было где-то в 6 час. 30 мин. утра, она спросила, где истец, он сказал, что плохо стало, ушел домой, она рассказывала заведующей об этом все, как есть.

Кроме того, согласно представленной детализации звонков ФИО3, звонков на телефон истца не осуществлялось, на телефон жены истца было два звонка 27.09.2018 в 09 час. 34 мин. длительность 53 секунды и уже после составления акта и протоколов в этот же день в 10 часов 13 минут длительность разговора 8 минут 07 секунд. Таким образом, суд приходит к выводу, что представленные доказательства акт и протоколы не были составлены в указанное время, соответственно не могут являться доказательствами, достоверно подтверждающими факт надлежащего исполнения ст. 193 ТК РФ со стороны работодателя.

Свидетель ФИО9 суду пояснила, что она оформляла приказ об увольнении ФИО1, также пояснила, что 27.09.2018 к 8-ми утра она пришла на работу, все уже знали, что истец покинул рабочее место, не отработав его, также было известно, что он вызвал ГБР, что находился на смене в нетрезвом состоянии, заведующая звонила ему, однако трубку взяла его супруга, так как истец не явился к 10-ти часам на работу, они собрали комиссию, вызвали сотрудников ГБР, о чем был составлен акт о нахождении сторожа на рабочем месте в нетрезвом состоянии. На собрании решили, что сторожа нужно уволить, так как до конца рабочего дня он не явился на работу. На основании свидетельских показаний они создали приказ об увольнении, внесли соответствующую запись в трудовую книжку 27.09.2018 около 16-00 часов. В отношении уведомления ФИО1 свидетель ФИО9 пояснила, что они с кладовщиком пошли к истцу домой, стучались в ворота, однако дверь им никто не открыл, заказное письмо почтальон отказалась к ним нести, пришлось просто бросить простое письмо с уведомлением об увольнении в почтовый ящик, через несколько дней в магазине она встретила истца, он сообщил, что на больничном находится. Также ФИО9 пояснила, что 09.10.2018 истец пришел на работу вместе с дочерью, принес больничный лист, отказался что-либо подписывать, они составили акт о том, что истец отказался подписывать документы. Истцу вручили трудовую книжку 3 декабря 2018 года. С приказом об увольнении они домой к нему ходили, им никто дверь не открыл.

Таким образом, разрешая заявленные требования, суд на основании объяснений лиц, участвующих в деле, показаний допрошенных в ходе судебного разбирательства свидетелей, тщательного анализа представленных документов, признает доказанным факт нахождения истца на своем рабочем месте 26.09.2018 в состоянии алкогольного опьянения, что давало работодателю основание для привлечения его к дисциплинарной ответственности, в том числе увольнение по подпункту "б" пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ.

Согласно п. 23 Постановления Пленума ВС РФ N 2 от 17.03.2004 г. "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ" при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Также судом установлено, что 27.09.2018 истец обратился за медицинской помощью в ФИО15 по вызову врача на дом в связи с плохим самочувствием, что подтверждается журналом вызовов врача - терапевта на дом, где зафиксировано время выполнения вызова с 13 часов 15 минут по 13 часов 30 минут, медицинской картой пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, листом врачебных назначений и свидетельскими показаниями, листком нетрудоспособности от 27.09.2018 по 08.10.2018.

Согласно пояснению свидетеля участкового терапевта ФИО7, в первой половине дня 27.09.2018 года поступил вызов по телефону, что ФИО1 стало плохо. После 14 час. 00 мин. он пришел к нему домой, чтобы осмотреть. После осмотра сказал явиться на прием, чтобы истец начал проходить лечение на дневном стационаре при поликлинике. Когда ФИО7, осматривал истца никакого запаха алкоголя не было, иначе он бы не взялся за его лечение, состояние истца было: боль в спине, в левой боковой половине грудной клетки, а также кашель с выделением гнойной мокроты, то есть, хронический бронхит. Препараты, которые он ему назначил, не применяются в случае алкогольного опьянения, он назначил капельницы, медсестра их ставила истцу. У истца хроническая болезнь легких, проявляется она шумом в голове, низко падает артериальное давление, появляется головокружение, если давление низко падает, голова будет болеть.

Свидетель ФИО16 суду пояснила, что в конце сентября, истец лежал в палате при поликлинике, то есть приходил, получал лечение, и уходил домой.

ФИО17, давая свидетельские пояснения суду сказала, что 27.09.2018 года истец пришел в больницу, врач терапевт дал ей лист назначения лечения, и она начала лечить его, ставила уколы, капельницы, запах алкоголя она не чувствовала, иначе она бы отказалась проводить процедуры, истец пришел после обеда примерно, анализы пациенты сдают на следующий день, после того как она выписывает направления.

Довод представителей ответчика о том, что врач ФИО7 не мог назначить лечение и выписать листок нетрудоспособности, поскольку был в 27.09.2018 в отпуске без содержания, опровергается свидетельскими пояснениями ФИО18, которая суду пояснила, что 27.09.2018 в регистратуру позвонила заведующая МБДОУ Детский сад № 17 "Тополёк" ФИО3, попросила сходить к врачу и сказать ему, чтобы он не выписывал больничный лист ФИО1, она сказала врачу об этом, в этот день работал ФИО7, он у них единственный врач, в тот день врач работал, так же данный довод опровергается и другими свидетельскими пояснениями ФИО17, ответом на запрос от 14.01.2018 Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Усольская городская больница», что 27.09.2018 ФИО7 отпуск без сохранения не оформлял.

Свидетель ФИО6 суду пояснила, что в 6-ом часу утра супруг пришел с работы, она в это время еще спала, но проснулась, когда он пришел, начал дышать сильно, говорил, что плохо ему, она его напоила таблетками и уложила спать. Потом ей позвонила заведующая детского сада, стала интересоваться, где её муж, она ей сказала, что ему плохо и он спит. Муж говорил, ей, что в детском саду сработала пожарная тревога, он не смог её отключить, и поэтому вызвал ГБР. Когда они приехали, стали обвинять его в том, что он пьян, однако он уже себя плохо чувствовал, когда собирался вечером на работу, она сказала работодателю, что он пойдет в больницу, так как плохо себя чувствует. От работодателя по поводу увольнения, ничего не получали, почтальоны к ним всегда обычно приносят почту. Когда звонила заведующая, она ей сказала, что муж был на работе пьяный, пусть придет и напишет заявление на увольнение. Супруг пришел с больницы 27 сентября 2018 около 17-00 часов.

Свидетель ФИО8 суду пояснила, что 09.10.2018 года они с отцом пошли к нему на работу отдавать больничный лист, отец написал заявление об увольнении по собственному желанию, однако ему не сказали, что он уже уволен, и уведомление об увольнении он не получал, с приказом об увольнении не пытались ознакомить. 03.12.2018 года, когда отец пришел на работу ему выдали трудовую книжку, по почте ему ничего не направляли.

Представленные доказательства истца и представителя истца о том, что истец 27.09.2018 не был в алкогольном опьянении, не подтверждают тот факт, что ФИО1 не находился на своем рабочем месте 26.09.2018 в состоянии алкогольного опьянения, поскольку свидетели и иные документы, подтверждают факт обращения за медицинской помощью истца и выдачи ему листка нетрудоспособности только 27.09.2018.

Разрешая спор, суд исходил из того, что работодателем не представлено доказательств соблюдения процедуры увольнения - истребования от истца объяснений по факту нахождения 26.09.2018 на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. В судебном заседании доказан факт о том, что уведомлением о необходимости дать письменное объяснение по факту появления истца в состоянии опьянения срок два рабочих дня с момента получения уведомления для дачи объяснений не направлялось и не вручалось истцу. Поэтому суд приходит к выводу, поскольку ответчик до принятия решения о применении к истцу мер дисциплинарного воздействия не затребовал у него письменные объяснения, следовательно, порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности соблюден не был, кроме того истец был уволен находясь в нетрудоспособном состоянии. Таким образом, процедура наложения дисциплинарного взыскания была нарушена работодателем, в связи с чем, приказ об увольнении является незаконным и увольнение истца незаконное.

Кроме того в приказе № 64 от 27.09.2018 содержит следующее основание увольнения – личное заявление, однако, ответчик не предоставил заявление с просьбой истца об увольнении за появление на работе в состоянии алкогольного опьянения, единственное заявление, которое было написано истцом об увольнение, это заявление от 09.10.2018, поэтому суд ставит под сомнение дату изготовления приказа об увольнении 27.09.2018, а не после прихода истца 09.10.2018 и написания в этот же день заявление об увольнении по собственному желанию.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно ст. 234 Трудового кодекса РФ, работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате: незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

В силу ст. 394 Трудового кодекса РФ, в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Анализируя представленные документы, руководствуясь трудовым законодательством, суд приходит к выводу об удовлетворении требования о восстановлении на работе в Муниципальном бюджетном образовательном учреждении «Детский сад №17 «Тополёк» ФИО1 в должности сторожа.

При этом учитывает, что орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Признав увольнение истца незаконным, суд, установил, что в период с 27.09.2018 по 08.10.208 истец был временно нетрудоспособным, о чем ему был выдан листок нетрудоспособности. Поэтому суд приходит к выводу о том, что с 09.10.2018 ФИО1 незаконно был лишен возможности трудиться, таким образом в соответствии со статей 394 ТК РФ подлежит взысканию с ответчика в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула с 09.10.2018 по 13.02.2019 в размере 80234 руб. 15 коп. с учетом выплаты компенсации за неиспользованный отпуск в размере 5541 руб. 21 коп.

Согласно ч. ч. 1, 3 ст. 139 ТК РФ для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

В соответствии с п. 13 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы (утв. постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 N 922 (ред. от 11.11.2009) при определении среднего заработка работника, которому установлен суммированный учет рабочего времени, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска, используется средний часовой заработок.

Средний часовой заработок исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные часы в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество часов, фактически отработанных в этот период.

Средний заработок определяется путем умножения среднего часового заработка на количество рабочих часов по графику работника в периоде, подлежащем оплате.

В соответствии со ст. 91 ТК РФ рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени.

В соответствии со ст. 100 ТК РФ режим рабочего времени должен предусматривать продолжительность рабочей недели (пятидневная с двумя выходными днями, шестидневная с одним выходным днем, рабочая неделя с предоставлением выходных дней по скользящему графику, неполная рабочая неделя), работу с ненормированным рабочим днем для отдельных категорий работников, продолжительность ежедневной работы (смены), в том числе неполного рабочего дня (смены), время начала и окончания работы, время перерывов в работе, число смен в сутки, чередование рабочих и нерабочих дней, которые устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, а для работников, режим рабочего времени которых отличается от общих правил, установленных у данного работодателя, - трудовым договором.

Учитывая табеля рабочего времени, штатное расписание, трудовые договора, расчетные листы, записку-расчет от 27.09.2018, реестры денежных средств, суд приходит к следующему расчету:

з\п бол.

отпуск

часы

авг.17

14569,08

235,00

сен.17

31414,74

1423,28

16845,40

228,00

окт.17

0,00

0,00

0,00

0,00

ноя.17

11222,29

173,00

дек.17

14029,08

247,00

янв.18

18303,37

269,00

фев.18

18303,36

216,00

мар.18

18303,16

247,00

апр.18

18303,36

240,00

май.18

20981,77

257,00

июн.18

20980,91

257,00

июл.18

18927,86

1074,00

103,00

авг.18

20981,71

233,00

226320,69

1423,28

17919,40

2705,00

Таким образом оплата труда в час составляет 76 руб. 52 коп., согласно представленных табелей истец должен был отработать 1121 час за период с с 09.10.2018 по 13.02.2019 размер вынужденного прогула составляет 85775 руб. 36 коп., при этом суд учитывает, что истцу выплачена компенсация за неиспользованный отпуск в размере 5541 руб. 21 коп. (согласно записке –расчету от 27.09.2018), соответственно подлежит взысканию с ответчика заработная плата за вынужденный прогул в размере 80234 руб. 15 коп.

В статье 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закреплено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Статьей 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрен общий порядок оформления прекращения трудового договора.

В день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса. По письменному заявлению работника работодатель также обязан выдать ему заверенные надлежащим образом копии документов, связанных с работой.

В случае, когда в день прекращения трудового договора выдать трудовую книжку работнику невозможно в связи с его отсутствием либо отказом от ее получения, работодатель обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. Со дня направления указанного уведомления работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки. По письменному обращению работника, не получившего трудовую книжку после увольнения, работодатель обязан выдать ее не позднее трех рабочих дней со дня обращения работника.

Согласно ч. 2 ст. 66 Трудового кодекса РФ порядок ведения и хранения трудовых книжек, а также порядок изготовления бланков трудовых книжек и обеспечения ими работодателей устанавливаются Правительством Российской Федерации. Правительством РФ во исполнение требований федерального законодателя издано Постановление от 16.04.2003 г. N 225 "Об утверждении Правил ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей".

В пункте 30 названных Правил указано, что изменение неточных или неправильных записей производится путем признания их недействительными и внесения правильных записей. В таком же порядке производится изменение записи об увольнении работника (переводе на другую постоянную работу) в случае признания увольнения (перевода) незаконным. Таким образом, принятие судом решения о признании увольнения работника незаконным, является достаточным основанием для работодателя для внесения соответствующей записи в трудовую книжку работника.

Поэтому исковое требование истца, а именно о признании недействительной записи в трудовой книжке АТ-1 № 1787897 об увольнении ФИО1 « Уволен по инициативе работодателя п.п. «б» п.6 ст.81 ТК РФ приказ № 64 от 27.09.2018» подлежит удовлетворению, что является основанием для внесения записи об аннулировании.

В соответствии со статьёй 237 Трудового кодекса РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», при определении компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. Размер компенсации морального вреда определяется судом, исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание характер нарушения трудовых прав истца, характер причиненных ему нравственных страданий, вину ответчика и с учетом требований разумности и справедливости полагает возможным определить размер компенсации морального вреда в размере 500 рублей в пользу истца.

В соответствии со ст. 396 Трудового кодекса Российской Федерации решение о восстановлении на работе незаконно уволенного работника, о восстановлении на прежней работе работника, подлежит немедленному исполнению.

Представителями ответчика заявлено о пропуске срока истцом по ст. 392 ТК РФ, суд признает срок не пропущенным, поскольку в статье 392 ТК РФ предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Таким образом, исходя из положений статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации начало течения срока обращения в суд с требованием о восстановлении на работе, следует исчислять со дня вручения копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Согласно пояснений истец в обоснование уважительности пропуска срока обращения в суд и просьбы о его восстановлении указал, что в период с 27.09.2018 по 08.10.2018 года находился на больничном, 09.10.2018 пришел, чтобы отдать листок нетрудоспособности и по настоянию других работников написал заявление об увольнении по собственному желанию, считал себя уволенным по данному основанию, об увольнении по иному основанию узнал лишь 03.12.2018, в связи с получением приказа об увольнении и трудовой книжки.

Данные пояснения подтверждены свидетельскими показаниями ФИО8

К пояснениям свидетеля ФИО9 об ознакомлении ей истца 09.10.2018 суд относится критически, поскольку они не согласуются с пояснениями представителей ответчика, которые поясняют, что они знакомили ФИО1, соответственно, так же суд относится к представленному акту об отказе от подписания приказа об увольнении от 09.10.2018, который был составлен в отсутствие истца. Кроме того, акт от 09.10.2018 об отказе от подписания приказа об увольнении, составленный ответчиком в отсутствие истца, не свидетельствует о том, что истец в действительности понимал по какому основанию был уволен. Доказательств того, что ответчик направлял в адрес истца приказ об увольнении и истец его получил, ответчик не предоставил.

В качестве доказательства со стороны истца и ответчика представлены письменные пояснения почтальона ФИО19, суд считает данные пояснения не допустимым доказательством, поскольку письменные пояснения ФИО19, не могут являться доказательством по делу в силу ч. 2 ст.70 ГПК РФ свидетель за дачу заведомо ложных показаний или за отказ от дачи показаний несет ответственность, предусмотренную Уголовным кодексом Российской Федерации, ФИО19 в качестве свидетеля в судебном заседании пояснений не давала и об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний не предупреждалась, в связи с чем её письменные объяснения не могут быть признаны допустимым доказательством.

Судом установлено, что с приказом об увольнении истец ознакомлен 03.12.2018 года, в этот же день получил трудовую книжку, исковое заявление в суд подано 19.12.2018 года, т.е. в установленный ст. 392 Трудового кодекса РФ срок. Кроме того суд учитывает, что 27.09.2018 истец под роспись не ознакомлен, установленной законом записи на приказе о причинах невозможности довести его до сведения работника, как и иных тому доказательств, не имеется, представителями ответчика не представлено. Уведомление о расторжении трудового договора или увольнении истца, а так же уведомления на получение трудовой книжки ФИО1 не направлено.

В силу ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на оплату услуг представителей.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. Правила, изложенные в части первой настоящей статьи, относятся также к распределению судебных расходов, понесенных сторонами в связи с ведением дела в апелляционной и кассационной инстанциях.

На основании ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21 декабря 2004 года N 454-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Учитывая, что статья 100 ГПК РФ предоставляет суду право уменьшить сумму (суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах), взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов по оплате услуг представителя. Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, по существу, обязанность суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

По смыслу ст. 98 ГПК РФ расходы, подлежащие возмещению, должны быть стороной понесены. Представленная суду квитанция № 1 от 09.01.2019 достоверно подтверждает факт несения истцом расходов на оплату услуг представителя в размере 20000 рублей, поскольку при наличии доказательств, подтверждающих факт оказания юридических услуг и участия представителя в судебных заседаниях, оплата услуг путем наличного расчета не противоречит действующему законодательству. Суд, учитывая рассмотрение гражданского дела в несколько судебных заседаний, сложность, объем оказанных представителем истцу услуг, документальное подтверждение понесенных истцом расходов на оплату услуг представителя и оказания юридических услуг по данному делу, принимая во внимание, что исковые требования истца удовлетворены, с учетом фактически оказанной правовой помощи, суд считает, что разумным, обоснованными буду расходы, подлежащие к взысканию в пользу истца с ответчика в размере 15000 руб.00 коп. в остальной части взыскания оплаты услуг представителя в размере 5000 руб. - отказать.

Суд, исследовав и оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, считает, что исковые требования подлежат удовлетворению частично.

Согласно ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, таким образом, с ответчика, подлежит взысканию государственная пошлина в размере 2907 руб. 20 коп.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Муниципальному бюджетному образовательному учреждению «Детский сад № 17 «Тополёк» о признании незаконным увольнения, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за вынужденный прогул, возмещении морального вреда – удовлетворить частично.

Признать приказ № 64 от 27.09.2018 « Об увольнении работника» и увольнение ФИО1 п.п. «б» п.6 ст.81 ТК РФ незаконным.

Признать недействительной запись об увольнении в трудовой книжке ФИО1 АТ-1 № 1787897 «Уволен по инициативе работодателя п.п. «б» п.6 ст.81 ТК РФ приказ № 64 от 27.09.2018, что является основанием для внесения записи об аннулировании.

Восстановить на работе Муниципальному бюджетному образовательному учреждению «Детский сад № 17 «Тополёк» ФИО1 в должности сторожа.

Взыскать с Муниципального бюджетного образовательного учреждения «Детский сад №17 «Тополёк» в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула в размере 80234 (восемьдесят тысяч двести тридцать четыре) руб. 15 коп.

Взыскать с Муниципального бюджетного образовательного учреждения «Детский сад №17 «Тополёк» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 (пятьсот) руб. 00 коп.

Взыскать с Муниципального бюджетного образовательного учреждения «Детский сад №17 «Тополёк» в пользу ФИО1 расходы на оплату услуг адвоката 15000 (пятнадцать тысяч) руб., в остальной части взыскания с Муниципального бюджетного образовательного учреждения «Детский сад №17 «Тополёк» в пользу ФИО1 расходов на оплату услуг адвоката в размере 5000 руб. 00 коп. отказать.

Взыскать с Муниципального бюджетного образовательного учреждения «Детский сад №17 «Тополёк» государственную пошлину в доход муниципального образования г. Усолье-Сибирское в размере 2907 (две тысячи девятьсот семь) руб. 20 коп.

Решение суда в части восстановления на работе ФИО1 в Муниципальном бюджетном образовательном учреждении «Детский сад №17 «Тополёк» в должности сторожа подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения в Иркутский областной суд через Усольский городской суд.

Судья О.В. Янова