Апелляционное определение № 33-3690/2026 от 9 марта 2026 г.

Дело [номер]

Судья Зайцева О.А. [номер] (1 инстанция)

УИД [номер]


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Город Нижний Новгород 10 марта 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда в составе председательствующего судьи Серова Д.В., судей Поваровой А.Е., Столбова Е.М.,

при секретаре судебного заседания Самсоновой А.В.,

с участием представителя ответчика адвоката Аверьяновой О.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по апелляционной жалобе Ш.Е.В. на решение Советского районного суда г. Н. Новгород от 19 июня 2025 г.

гражданское дело по иску Ш.Е.В. к государственному бюджетному учреждению культуры Нижегородской области «Нижегородский государственный академический театр оперы и балета имени А.С.Пушкина», П.Э.А. о признании действий ответчика незаконными, признании приказов незаконными, возложении обязанности к совершению действий, взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Серова Д.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Ш.Е.В. обратилась в суд с иском к ГБУК НО «Нижегородский государственный академический театр оперы и балета имени А.С.Пушкина» и к заведующему труппой хора этого театра П.Э.А. В обоснование своих требований истец указала, что она является работником театра с длительным стажем, занимает должность артиста хора высшей категории. По мнению истца, работодателем были нарушены её трудовые права, что выразилось в совокупности незаконных действий и решений, принятых в период с 2023 по 2025 годы.

Истец полагала, что действиями ответчиков нарушаются её права на справедливую оплату труда и равное отношение к труду, что причиняет ей нравственные страдания и стресс. Правовая позиция истца основывалась на том, что работодатель неправомерно и без достаточных оснований производил выплаты стимулирующего характера не в полном объёме, а также неправомерно отстранял её от участия в значимых для творческой деятельности мероприятиях. Ш.Е.В. также ссылалась на постановление Конституционного суда РФ от [дата] [номер]-П в обоснование своей позиции по вопросу стимулирующих выплат.

В ходе судебного разбирательства истец неоднократно уточняла исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, дополняя их новыми эпизодами, связанными с невключением в последующие гастрольные поездки и оспариванием приказов о выплате надбавок за новые периоды (май, июнь, сентябрь, октябрь, ноябрь, декабрь 2024 года).

В окончательной редакции исковых требований, сформированной в результате многочисленных уточнений, истец просила суд: признать незаконными действия ответчиков по невключению её в состав хора для участия в ряде спектаклей и гастрольных поездок в различные города в период с октября 2023 г. по июнь 2024 г.; признать незаконными ряд приказов театра о выплате надбавок стимулирующего характера (за интенсивность и высокие результаты работы, за качество выполненных работ) и премий за творческие достижения за период с июня 2023 г. по декабрь 2024 г.; обязать ответчика внести изменения в эти приказы и выплатить ей денежные суммы, которые, по её мнению, были недоплачены; признать незаконными действия ответчика, выраженные в невыплате различных надбавок и премий за отдельные месяцы; признать незаконными действия заведующего труппой хора по непредставлению служебных записок о выплате ей премий; признать незаконными действия по утрате индивидуального оценочного листа; взыскать с ответчика компенсацию за задержку выплаты заработной платы по каждому из оспариваемых эпизодов и компенсацию морального вреда в размере 100000 руб.

В заседании суда первой инстанции истец и её представитель настаивали на том, что Ш.Е.В. является работником культуры с длительным стажем, однако после проведенной 29 августа 2023 г. аттестации, которую она не прошла, её трудовые права систематически нарушаются. По мнению стороны истца, ответчик необоснованно занижает баллы в индивидуальных оценочных листах, что влечет недоплату заработной платы, а также неправомерно не включает её в состав хора для участия в выездных гастролях. В связи с этим истец ходатайствовала о восстановлении пропущенного срока на обращение в суд, указывая на то, что ранее она пыталась урегулировать спор во внесудебном порядке путем обращений к работодателю, а также подавала уточненное исковое заявление в рамках другого гражданского дела, которое не было принято судом к производству.

Представитель ответчика ГБУК НО «Нижегородский государственный академический театр оперы и балета имени А.С.Пушкина» в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований в полном объеме. Представитель ответчика пояснила, что формирование составов исполнителей для спектаклей и гастрольных поездок относится к исключительной компетенции художественного руководителя театра, который действует на свое усмотрение в соответствии с уставом театра, и артист не вправе самостоятельно выбирать себе роли. В отношении требований о выплате заработной платы представитель ответчика указала, что все выплаты, включая надбавки стимулирующего характера, производились истцу в соответствии с Положением об оплате труда и балльной системой оценки, действующей в театре. Размер выплат определялся на основании оценочных листов, подписанных уполномоченными лицами, и был выплачен в полном объеме, что подтверждается представленными расчетными листками. Ответчик также заявил ходатайство о применении последствий пропуска истцом срока исковой давности, установленного ст. 392 Трудового кодекса РФ, полагая, что срок обращения в суд по многим из заявленных требований истек.

Представители третьих лиц, а именно Государственной инспекции труда Нижегородской области, Нижегородской областной организации Общероссийского профессионального союза работников культуры, Нижегородской областной организации Профессионального союза работников народного образования и науки РФ, а также Первичной профсоюзной организации ГБУК НО «Нижегородский государственный академический театр оперы и балета им. А.С. Пушкина», в судебное заседание не явились, были извещены надлежащим образом

В ходе судебного разбирательства по ходатайству истца была допрошена свидетель М.А.Р., работающая хормейстером театра. Она пояснила, что оценка работы каждого артиста, включая истца, производится на основании утвержденной балльной системы, при этом ведется табель учета участия в спектаклях и репетициях, а количество выходов на сцену и распределение ролей зависит от решений режиссера и художественного руководства.

Решением Советского районного суда г. Н. Новгород от 19 июня 2025 г. в удовлетворении исковых требований Ш.Е.В. к ГБУК НО «Нижегородский государственный академический театр оперы и балета имени А.С.Пушкина» о признании действий ответчика незаконными, признании приказов незаконными, возложении обязанности к совершению действий, взыскании заработной платы, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда отказано в полном объеме.

В апелляционной жалобе истец Ш.Е.В. выражает несогласие с решением, просит его отменить полностью и принять по делу новое решение, которым удовлетворить заявленные исковые требования в полном объеме. В обоснование своей жалобы истец указывает, что при отсутствии дисциплинарных взысканий работодатель фактически применил к ней негласное взыскание в виде существенного уменьшения надбавок за интенсивность и качество работы, прикрываясь формальным положением о том, что это право, а не обязанность работодателя. При этом, как указывает истец, размер выплат снизился именно после того, как она в судебном порядке подтвердила свое соответствие занимаемой должности и после её обращения в суд с настоящим иском, а также с учетом того, что она является заместителем председателя профсоюзной организации театра.

Истец полагает, что суд необоснованно не истребовал от ответчика письменные решения или предложения художественного руководителя театра, которые обосновывали бы невключение истца в состав хора для участия в новых постановках и выездных гастролях, а также сведения о фонде заработной платы театра в части стимулирующих выплат на 2023 и 2024 годы, а именно данных о том, какой объем денежных средств был предусмотрен бюджетом театра на стимулирующие выплаты непосредственно для истца. По мнению Ш.Е.В., эти сведения позволили бы установить, какой размер выплат следует считать стопроцентным, и подтвердили бы факт недоплаты, включая неполученную премию за май 2024 г., на которую, как указывает истец, служебная записка просто не была подана.

В своих возражениях на апелляционную жалобу ответчик просит оставить решение суда без изменения, а апелляционную жалобу истца без удовлетворения. В обоснование своей позиции ответчик указал, что театр своевременно и в полном объеме выплачивает истцу заработную плату в соответствии с условиями заключенного трудового договора и действующими локальными нормативными актами, в частности Положением об оплате труда работников театра. Выплаты стимулирующего характера, такие как надбавки за интенсивность и высокие результаты работы, за качество выполненных работ, а также премии, являются переменной частью заработной платы и не носят гарантированного характера. Их начисление производится на основании оценки эффективности труда работника, осуществляемой уполномоченными лицами в соответствии с утвержденной балльной системой, что подтверждается представленными в материалы дела оценочными листами и приказами директора театра. Ответчик обращает внимание, что истец, по сути, требует выплаты стимулирующих надбавок в максимальном размере, самостоятельно определяемом ею как стопроцентный, однако такая позиция противоречит условиям трудового договора и локальным актам, поскольку оценка труда и определение конкретного размера выплат относятся к исключительной компетенции работодателя. Судом первой инстанции допрошена главный хормейстер театра, которая подтвердила объективность оценки труда истца и отсутствие какой-либо дискриминации.

Относительно требований о признании незаконными действий по невключению истца в состав хора для участия в спектаклях и выездных гастролях ответчик указывает, что формирование составов исполнителей относится к компетенции художественного руководителя театра согласно уставу и должностным инструкциям. Трудовая занятость артистов, включая распределение ролей и направление в командировки, зависит от решений художественного руководства и производственной необходимости, что не может расцениваться как нарушение прав работника. Истец обеспечена работой в текущем репертуаре, что подтверждается табелями учета рабочего времени.

Ответчик отмечает, что аналогичные требования истца были предметом рассмотрения в рамках другого гражданского дела [номер], где решением Советского районного суда г. Н. Новгород от 5 сентября 2024 г., вступившим в законную силу, в удовлетворении исковых требований Ш.Е.В., касающихся оспаривания оценочных листов и выплат за предшествующий период, было отказано.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, либо их представители, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, об уважительных причинах неявки суд не уведомили, в связи с чем, судебная коллегия в соответствии со ст. 167, 327 ГПК РФ сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном гл. 39 ГПК РФ, с учетом ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, в рамках требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, возражений на апелляционную жалобу судебная коллегия не находит оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, к отмене или изменению обжалуемого решения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 11 октября 2005 г. между ГБУК НО «Нижегородский государственный академический театр оперы и балета имени А.С. Пушкина» и Ш.Е.В. был заключен трудовой договор, в соответствии с которым истец принята на работу в театр на должность артиста хора высшей категории. Впоследствии, 01 ноября 2014 г. стороны подписали новую редакцию этого трудового договора. Пунктами 5.2.2 и 5.2.3 данной редакции истцу устанавливались повышающие коэффициенты за квалификационную категорию 1,4 и за звание «Академический» в размере 11151 руб., что составляло 90 процентов от минимального оклада по должности.

К указанному трудовому договору сторонами неоднократно заключались дополнительные соглашения. Дополнительным соглашением от 17 декабря 2017 г. за истцом сохранялся повышающий коэффициент за квалификационную категорию 1,4, а надбавка за звание «Академический» была установлена в размере 13560 руб. 12 коп. Дополнительным соглашением от 01 сентября 2023 г. истцу был установлен повышающий коэффициент за квалификационную категорию 1,4, а надбавка за звание «Академический» составила 20825 руб. 28 коп., что соответствовало 100 процентам от минимального оклада по должности.

В театре действовало Положение об оплате труда работников, утвержденное директором 15 июня 2022 г., а также балльная система распределения стимулирующих надбавок артистам хора, утвержденная приказом директора [номер] от 24 августа 2022 г. Данными локальными актами определялся порядок начисления работникам выплат стимулирующего характера, включая надбавки за интенсивность и высокие результаты работы, за качество выполняемых работ, а также премий. Согласно этим актам, оценка эффективности труда работников производилась на основании критериев, установленных в балльных системах, и отражалась в индивидуальных оценочных листах. Назначение выплат осуществлялось на основании приказов директора театра, издаваемых по результатам рассмотрения служебных записок художественного руководителя и заведующего труппой хора.

28 октября 2022 г. приказом [номер] была утверждена должностная инструкция заведующего труппой хора, согласно которой заведующий труппой анализирует состояние артистического состава, вносит предложения художественному руководителю по составу труппы и вводам новых исполнителей, а также участвует в распределении ролей и назначении составов исполнителей.

29 августа 2023 г. в театре была проведена аттестация артистов хора, которую истец, как указано в решении, не прошла.

В период с 12 по 15 октября 2023 г., с 22 по 23 октября 2023 г., с 11 по 13 апреля 2024 г., с 24 по 27 мая 2024 г., с 5 по 6 июня 2024 г. и с 11 по 13 июня 2024 г. истец не была включена работодателем в состав хора для участия в спектаклях и выездных гастролях в городах Москва, Калуга, Большое Болдино и Екатеринбург.

22 июня 2023 г. ответчиком были изданы приказы [номер] о выплате надбавок стимулирующего характера за июнь 2023 г. и [номер] о выплате премии за высокие творческие достижения за июнь 2023 г., которыми истцу были начислены соответствующие выплаты в определенных размерах. 31 августа 2023 г. приказом [номер] истцу были установлены стимулирующие надбавки за август 2023 г. 29 февраля 2024 г. приказом [номер] истцу была выплачена премия по итогам работы в 2023 г. в размере 5000 руб. В дальнейшем, приказами от 24 июня 2024 г. [номер], от 27 сентября 2024 г. [номер], от 25 ноября 2024 г. [номер] и от 16 декабря 2024 г. [номер] истцу производились выплаты надбавок стимулирующего характера и премий за июнь, сентябрь, ноябрь и декабрь 2024 г. в размерах, которые, по мнению истца, были занижены. При этом в материалах дела имеются расчетные листки, подтверждающие получение истцом заработной платы и всех указанных выплат.

Истец неоднократно уточняла исковые требования в порядке статьи 39 ГПК РФ. В уточнениях она дополняла требования новыми эпизодами, связанными с невключением в гастрольные поездки и оспариванием приказов о выплатах за последующие периоды. Приказом [номер]-к от 13 августа 2024 г. заведующий труппой хора П.Э.А. был уволен из театра 14 августа 2024 г. Индивидуальный оценочный лист в отношении Ш.Е.В. за июнь 2024 г., вопреки доводам истца, был составлен и представлен в материалы дела.

При разрешении возникшего спора суд руководствовался нормами Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливающими основные права и обязанности работника и работодателя, а также принципы регулирования трудовых отношений: ст. 21 Трудового кодекса РФ, закрепляющей право работника на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы; ч. 1 ст. 129 Трудового кодекса РФ, что заработная плата работника представляет собой вознаграждение за труд в зависимости от его квалификации, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также включает компенсационные и стимулирующие выплаты; ч. 1 ст. 132 Трудового кодекса РФ, согласно которой заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается; ч. 1 и 2 ст. 135 Трудового кодекса РФ, устанавливающих, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда, которые определяются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами.

При оценке доводов истца о дискриминации в сфере труда суд руководствовался ст. 3 Трудового кодекса РФ и указал, что установление иным работникам поощрительных выплат либо их неначисление одним работникам при начислении другим, поставленное в зависимость от результатов труда и деловых качеств, является правом работодателя, предусмотренным ст. 191 Трудового кодекса РФ, и не свидетельствует о дискриминации.

Разрешая требования о признании действий ответчиков, связанных с невключением истца в состав хора для участия в спектаклях и гастрольных поездках, суд применил ст. 166 Трудового кодекса РФ, определяющую понятие служебной командировки как поездки работника по распоряжению работодателя на определенный срок для выполнения служебного поручения вне места постоянной работы.

При проверке соблюдения истцом срока обращения с иском суд руководствовался ст. 392 Трудового кодекса РФ, в соответствии с частью первой которой работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат – в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм.

Суд также принял во внимание разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», и в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» относительно уважительности причин пропуска срока на обращение в суд.

Кроме того, суд учитывал положения устава государственного бюджетного учреждения культуры Нижегородской области «Нижегородский государственный академический театр оперы и балета имени А.С. Пушкина», утвержденного приказом заместителя Председателя Правительства Нижегородской области, министра культуры Нижегородской области [номер] от 23 декабря 2021 г., а также локальные нормативные акты работодателя, включая Положение об оплате труда работников театра, утвержденное директором 15 июня 2022 г., балльную систему распределения стимулирующих надбавок артистам хора, утвержденную приказом директора [номер] от 24 августа 2022 г., и должностную инструкцию заведующего труппой хора, утвержденную приказом [номер] от 28 октября 2022 г. При оценке правомерности действий заведующего труппой хора суд исходил из его увольнения 14 августа 2024 г. на основании приказа [номер] от 13 августа 2024 г., что послужило основанием для вывода о том, что П.Э.А. является ненадлежащим ответчиком.

Так, разрешая заявленные требования по существу, суд первой инстанции, руководствуясь приведенными нормами, исходил из того, что в ГБУК НО «Нижегородский государственный академический театр оперы и балета имени А.С. Пушкина» действует Положение об оплате труда и балльная система оценки эффективности труда артистов хора, утвержденные в установленном порядке. Оценив представленные доказательства, включая оценочные листы и приказы о назначении выплат, суд пришел к выводу, что начисление истцу надбавок стимулирующего характера производилось работодателем на основании указанных локальных актов в зависимости от результатов труда истца, отраженных в оценочных листах.

При этом суд отметил, что переоценка степени личного трудового участия работника и определение конкретного размера поощрительных выплат не входят в компетенцию суда, поскольку это является исключительным правом работодателя, реализуемым в пределах его финансовых возможностей и оценки трудового вклада работника. Суд также исходил из того, что истец не представила относимых и допустимых доказательств, подтверждающих возможность оценки ее труда по максимальным баллам по каждому критерию, а также доказательств, опровергающих выводы, содержащиеся в оценочных листах.

В части требований о признании незаконными действий, связанных с невключением истца в состав хора для участия в спектаклях и гастрольных поездках, суд, как указано выше, применив ст. 166 Трудового кодекса РФ, а также положения устава театра и должностной инструкции заведующего труппой хора, указал, что формирование составов исполнителей и направление работников в служебные командировки относится к исключительной компетенции художественного руководства театра. Суд признал, что определение конкретного состава артистов, участвующих в спектаклях и репетициях, обусловлено творческим замыслом режиссера и художественного руководителя, производственной необходимостью и особенностями творческой деятельности, в связи с чем действия работодателя по невключению истца в те или иные постановки не могут расцениваться как незаконные или дискриминационные.

Отклоняя доводы истца о дискриминации в сфере труда, суд руководствовался ст. 3 Трудового кодекса РФ и разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, указав, что различный размер стимулирующих выплат разным работникам, поставленный в зависимость от результатов их труда и деловых качеств, является реализацией права работодателя на поощрение работников, предусмотренного ст. 191 Трудового кодекса РФ, и сам по себе не свидетельствует о дискриминации.

Рассматривая ходатайство ответчика о применении последствий пропуска срока исковой давности, суд применил положения ст. 392 Трудового кодекса РФ и, проанализировав фактические обстоятельства, связанные с неоднократными обращениями истца к работодателю и подачей уточненных исков в рамках другого гражданского дела, признал причины пропуска срока уважительными и отказал в применении последствий пропуска срока.

Ссылку истца на постановление Конституционного Суда РФ от 15 июня 2023 г. № 32-П суд признал неосновательной, поскольку определение размера спорных выплат было обусловлено оценкой эффективности труда истца, а не связано с привлечением ее к дисциплинарной ответственности.

Судебная коллегия считает выводы суда обоснованными, соответствующими установленным по делу обстоятельствам, сделанными при правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения сторон, судом верно определены юридически значимые обстоятельства, представленные доказательства являлись предметом исследования и оценки.

В судебном постановлении исчерпывающе приведены нормы материального права, подлежащие применению к спорным правоотношениям, и результаты оценки доказательств по правилам ст. 67 ГПК РФ.

Судебная коллегия не может согласиться с доводом апелляционной жалобы, что работодатель фактически применил к Ш.Е.В. взыскание в виде существенного уменьшения надбавок за интенсивность и качество работы и что размер выплат снизился вследствие судебных разбирательств, а также по причине того, что истец является заместителем председателя профсоюзной организации театра, поскольку данный довод основан на неверном толковании норм материального права и противоречит установленным по делу обстоятельствам.

Действительно, в соответствии со ст. 191 Трудового кодекса РФ работодатель имеет право поощрять работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности. Выплата надбавок стимулирующего характера, включая надбавки за интенсивность и высокие результаты работы и за качество выполняемых работ, является правом, а не обязанностью работодателя и производится им в пределах своей компетенции с учетом результатов труда каждого конкретного работника, его личного вклада в выполнение задач, стоящих перед учреждением, и финансовых возможностей организации.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, у ответчика действует утвержденное в установленном порядке Положение об оплате труда и балльная система оценки эффективности труда артистов хора. Начисление истцу стимулирующих выплат за каждый спорный месяц производилось на основании оценки ее работы, отраженной в индивидуальных оценочных листах, которые составлялись уполномоченными на то лицами и утверждались художественным руководителем.

Доказательств того, что при оценке труда истца допускалась предвзятость либо нарушение установленной процедуры, материалы дела не содержат. Сам по себе факт снижения размера выплат по сравнению с предыдущими периодами или по сравнению с максимально возможным размером не свидетельствует о дискриминации или о применении к работнику какого-либо взыскания, поскольку оценка результатов труда производится работодателем ежемесячно и зависит от множества факторов, включая сложность и качество выполненных работ, участие в спектаклях и репетициях, что прямо предусмотрено локальными актами.

Ссылка истца на то, что снижение выплат произошло после признания ее соответствующей занимаемой должности в судебном порядке и после обращения с настоящим иском, а также в связи с ее деятельностью в профсоюзной организации, носит предположительный характер и не подтверждена какими-либо относимыми и допустимыми доказательствами.

Само по себе совпадение во времени указанных событий не может служить достаточным основанием для вывода о наличии дискриминации или преследования со стороны работодателя. Более того, как верно отметил суд первой инстанции, аналогичные доводы истца относительно иного периода уже были предметом судебной проверки в рамках другого гражданского дела, им была дана надлежащая оценка и они были признаны несостоятельными.

При таких обстоятельствах утверждение истца о применении к ней негласного взыскания в виде уменьшения стимулирующих выплат является голословным и не может быть принято во внимание судебной коллегией.

Судебная коллегия находит довод апелляционной жалобы о необоснованном отказе в истребовании дополнительных письменных доказательств несостоятельным, а соответствующие ходатайства истца перед судом апелляционной инстанции не подлежащими удовлетворению, поскольку запрашиваемые документы и сведения не могут повлиять на законность и обоснованность принятого судом решения.

Как верно установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, формирование составов исполнителей для участия в спектаклях, включая гастрольные поездки, в силу пунктов 6.1 и 6.1.10 устава театра, а также пунктов 3.4 и 3.5 должностной инструкции заведующего труппой хора, относится к исключительной компетенции художественного руководства театра. Это является реализацией работодателем своих организационно-распорядительных функций в специфической сфере творческой деятельности.

Само по себе отсутствие в материалах дела отдельного письменного документа, в котором художественный руководитель излагает мотивы своего решения по составу исполнителей на каждый конкретный спектакль, не свидетельствует о незаконности действий ответчика и не опровергает того факта, что решение принималось в пределах предоставленных ему полномочий.

Более того, из представленных ответчиком табелей учета рабочего времени и сведений о занятости истца в репертуарных спектаклях следует, что истец была обеспечена работой, обусловленной трудовым договором, и не была отстранена от исполнения своих должностных обязанностей. При таких обстоятельствах истребование у ответчика документов, связанных с творческим процессом формирования труппы, не способно подтвердить или опровергнуть факт нарушения трудовых прав истца, поскольку само по себе принятие художественным руководителем решения о составе исполнителей не может расцениваться как нарушение, если оно не связано с дискриминацией или злоупотреблением правом. Доказательств же дискриминационного характера таких решений истцом не представлено.

Что касается ходатайства об истребовании сведений о фонде заработной платы театра в части стимулирующих выплат на 2023 и 2024 годы, а именно данных о том, какой объем денежных средств был предусмотрен бюджетом театра на стимулирующие выплаты непосредственно для истца, судебная коллегия полагает, что истребование таких сведений не отвечает критериям относимости и допустимости доказательств. Выплаты стимулирующего характера, включая надбавки за интенсивность и качество работы, являются переменной частью заработной платы и не носят гарантированного характера. Их размер определяется работодателем в зависимости от оценки результатов труда конкретного работника, отраженной в оценочных листах, а не от заранее утвержденной доли фонда оплаты труда, приходящейся на того или иного сотрудника. Заранее установленный в бюджете учреждения объем средств на стимулирующие выплаты для каждого конкретного работника трудовым законодательством и локальными актами театра не предусмотрен.

Следовательно, истребование таких сведений не могло бы подтвердить право истца на получение стимулирующих выплат в конкретном, самостоятельно исчисленном ею размере, а также не опровергает законность действий работодателя, который производил начисление выплат на основании оценки труда.

Кроме того, в материалах дела имеются расчетные листки, приказы о назначении выплат и оценочные листы, которые в совокупности с достаточной полнотой подтверждают факт начисления и выплаты истцу заработной платы, включая ее стимулирующую часть. При таких обстоятельствах отказ суда первой инстанции в удовлетворении данного ходатайства является обоснованным и не привел к неполноте исследования обстоятельств дела.

Учитывая изложенное, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения аналогичных ходатайств, заявленных истцом в апелляционной жалобе.

В остальном доводы апелляционной жалобы, по существу, выражают несогласие с оценкой доказательств и выводами, сделанными судом первой инстанции, при этом не указывают на какие-либо новые существенные обстоятельства или доказательства, которые не были бы исследованы судом и могли бы повлиять на исход дела. Представленные в жалобе аргументы не опровергают установленные судом факты и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального или процессуального права.

Каких-либо иных относимых и допустимых доказательств, которые могли бы поставить под сомнение выводы решения, заявителем в апелляционном порядке не представлено, а в материалах гражданского дела такие доказательства отсутствуют.

Суд первой инстанции правильно определил круг обстоятельств, имеющих юридическое значение для разрешения спора, дал надлежащую оценку всем представленным доказательствам в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ и применил подлежащие применению нормы материального права. Нарушений норм процессуального права, которые повлияли или могли повлиять на исход дела, судом не допущено.

Выводы, изложенные в обжалуемом решении, являются мотивированными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждены доказательствами, имеющимися в материалах дела. Таким образом, оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, не имеется.

Руководствуясь ст. 328 - 329 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Советского районного суда г. Н. Новгорода от 19 июня 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу Ш.Е.В. – без удовлетворения.

Председательствующий судья

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено

в окончательной форме 23 марта 2026 г.