Апелляционное постановление № 22-700/2025 от 20 апреля 2025 г. по делу № 1-51/2025

Судья Голубев А.Е. Дело 22-700/2025

76RS0022-01-2024-000697-17


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ярославль 21 апреля 2025 года

Ярославский областной суд в составе:

председательствующего судьи Кудряшовой А.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шапошниковой Е.В.,

с участием прокурора Алхимовой А.И.

оправданного ФИО2 посредством видео-конференц-связи, его защитника – адвоката Коноплина К.О.,

рассмотрела в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению прокурора Дзержинского района г. Ярославля Дьячкова Д.А. на приговор Дзержинского районного суда г. Ярославля от 06.02.2025, которым

ФИО2, ПЕРСОНАЛЬНЫЕ ДАННЫЕ , судимый:

- 15.04.2014 Рыбинским городским судом Ярославской области по ч.1 ст.111 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно, с применением ст.73 УК РФ с испытательным сроком 3 года;

26.05.2015 постановлением Тутаевского городского суда испытательный срок продлен на 1 месяц;

- 24.07.2015 Тутаевским городским судом Ярославской области по ч.1 ст.161 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, на основании ч.4 ст.74 УК РФ, ст.70 УК РФ к отбытию назначено 3 года 4 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

05.06.2018 освобожден условно – досрочно на основании постановления Рыбинского городского суда Ярославской области от 25.05.2018 на 5 месяцев 29 дней;

- 24.02.2022 приговором мирового судьи судебного участка № 3 Кировского судебного района г. Ярославля по ч. 1 ст. 158 УК РФ (2 эпизода), в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ к 300 часам обязательных работ;

- 14.08.2024 приговором Дзержинского районного суда г. Ярославля по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (3 эпизода) на основании ч. 2 ст. 69, ст.70 УК РФ, п. «г» ч.1 ст. 71 УК РФ к 9 годам 10 дням лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

оправдан по ч.1 ст. 174.1 УК РФ на основании п.2 ч.1ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

мера пресечения в виде заключения под стражу отменена.

на основании ч.1ст. 134 УПК РФ за ФИО2 признано право на реабилитацию.

Доложив содержание приговора и существо апелляционного представления, заслушав прокурора, выступившего в поддержание доводов апелляционного представления, а также оправданного ФИО2 и его защитника-адвоката Коноплина К.О., полагавших, что оснований для отмены приговора не имеется, суд

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО2 признан невиновным в совершении финансовых операций с денежными средствами, приобретенными в результате совершения преступления, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами при обстоятельствах, указанных в обвинительном заключении.

В судебном заседании подсудимый Андреев свою вину в совершении инкриминируемого преступления признал, от дачи показаний отказался на основании ст. 51 Конституции РФ.

Прокурор Дзержинского района Дьячков Д.А. просит приговор отменить и направить дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда. Считает, что приговор вынесен с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и неправильно применен уголовный закон. Ссылаясь на п.п. 6,10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 07.07.2015 № 32 указывает, что под легализацией понимаются любые операции с денежными средствами, включая безналичные расчеты, перевод или размен денег, обмен одной валюты на другую, что и имело место в данном случае. Поскольку ФИО2 осуществлял зачисление денежных средств на подконтрольный виртуальный счет – криптовалюту «биткоин», конвертировал их затем через различные виртуальные обменники в рубли, переводил на банковские карты – все это свидетельствует о наличии у него цели легализовать денежные средства, полученные им в период преступной деятельности от незаконного сбыта наркотиков. Суд ошибочно посчитал эти действия частью объективной стороны преступления, предусмотренного ст. 228.1 УК РФ. При таких обстоятельствах, ФИО2 оправдан необоснованно и подлежит уголовной ответственности за инкриминируемое деяние.

В возражениях на апелляционное представление защитник оправданного ФИО2 – адвокат Коноплин К.О. выражает несогласие с доводами апелляционного представления, просит оставить его без удовлетворения.

Выслушав участников процесса и проверив доводы апелляционного представления по материалам дела, суд апелляционной инстанции находит обжалуемый приговор незаконным и подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильным применением закона и нарушением уголовно-процессуального закона, то есть по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 2, 3 ст.389.15 УПК РФ.

Согласно ст. 297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Таковым признается приговор, который постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно ч.4 ст. 7 УПК РФ, определения суда, постановления судьи, прокурора, следователя, органа дознания, начальника органа дознания, начальника подразделения дознания, дознавателя должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Указанные требования закона по делу ФИО2 судом не выполнены.

Уголовная ответственность по части 1 статьи 174.1 УК РФ наступает за совершение финансовых операций с денежными средствами, приобретенными в результате совершения преступления, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами.

Согласно п.6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 07.07.2015 N 32 "О судебной практике по делам о легализации (отмыванию) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем", под финансовыми операциями для целей статей 174, 174.1 УК РФ могут пониматься любые операции с денежными средствами (наличные и безналичные расчеты, кассовые операции, перевод или размен денежных средств, обмен одной валюты на другую и т.п.), направленные на установление, изменение или прекращение связанных с ними гражданских прав или обязанностей. При этом, по смыслу закона, указанные финансовые операции и сделки заведомо для виновного маскируют связь легализуемого имущества с преступным источником его происхождения (основным преступлением).

Органами предварительного следствия ФИО2 обвинялся в том, что он в период до ДД.ММ.ГГГГ осуществлял незаконные сбыты наркотических средств, за которые ДД.ММ.ГГГГ неустановленное следствием лицо, действующее организованной группой с ФИО2, перевело на его виртуальный счет биткоин-кошелька криптовалюту биткоин в сумме <данные изъяты> ВТС, стоимость которой эквивалентна сумме <данные изъяты> рублей. Действуя с целью легализации денежных средств, данную криповалюту ФИО2 продал через мобильное приложение «<данные изъяты>» за <данные изъяты> рубля, с учетом вычета комиссии за осуществление перевода, которые поступили на счет банковской карты ПАО «<данные изъяты>» находящейся в пользовании ФИО2, оформленной на имя ФИО1, не осведомленного о его преступных намерениях.

Данные фактические обстоятельства суд первой инстанции признал доказанными, указав при этом, что исходя из расценок, упомянутых в переписке с куратором «<данные изъяты>», поступившая на криптокошелек ФИО2 криптовалюта <данные изъяты> ВТС, эквивалентная <данные изъяты> рублям, значительно больше той суммы, которую ФИО2 мог получить за сбыт наркотика, за который он осужден, и на основании этого признал недоказанным факт получения им указанных денежных средств в результате совершения им преступления, предусмотренного ч.3 ст. 30, п.п. «а,г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ.

Однако при этом суд не принял во внимание показания ФИО2, из которых следует, что виртуальный счет биткоин-кошелька он открыл в момент устройства на работу по незаконному распространению наркотиков по указанию своего куратора именно для получения денежных средств в качестве оплаты за данную незаконную деятельность; переписку ФИО2 с куратором «<данные изъяты>», в которой последний ему сообщил, что половину от заработанных им денежных средств (<данные изъяты> рублей) ему выплатят сегодня, т.е. ДД.ММ.ГГГГ; а также факт поступления в этот же день на виртуальный счет биткоин-кошелька который открыт ФИО2, криптовалюты, стоимость которой эквивалентна <данные изъяты> рублей (том 4, л.д. 26-51, фото № № приложения к осмотру предметов документов от ДД.ММ.ГГГГ). При этом данных о том, что указанная сумма поступила на виртуальный счет биткоин-кошелька ФИО2 из какого-либо иного источника, не связанного с деятельностью по незаконному обороту наркотических средств, в материалах дела не содержится. Преступный источник их происхождения не отрицал и сам ФИО2.

Кроме того, оправдывая ФИО2, суд указал, что проводимые ФИО2 финансовые операции с денежными средствами, полученными в результате совершении преступления, предусмотренного ст. 228.1 УК РФ, являлись «частью объективной стороны незаконного сбыта наркотических средств, осуществляемого на возмездной основе, способом совершения (конспирации) данных преступлений, передачи и получения денежных средств, распоряжения ими в личных целях (т.7, л.д. 140, абз. 5).

Приведенное суждение не соответствует диспозиции преступления, предусмотренного ст. 228.1 УК РФ, объективная сторона которого является оконченной с момента передачи иному лицу наркотического средства, независимо от наличия или отсутствия его оплаты и распоряжения полученными денежными средствами.

Таким образом, уголовный закон применен судом первой инстанции неверно, что в соответствии с п.2 ч.1 ст. 389.18 УПК РФ, является основанием для отмены приговора.

Кроме того, приведенный вывод о том, что ФИО2 действовал с целью конспирации факта получения денежных средств за незаконный сбыт наркотических средств, противоречит выводу суда об отсутствии у ФИО2 умысла на сокрытие преступного источника происхождения у него денежных средств и намерения придать правомерный вид владению и пользованию ими.

Также в обоснование оправдания ФИО2 по предъявленному обвинения суд первой инстанции сослался на отсутствие у него умысла на легализацию, придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению доходом, полученным преступным путем.

При этом из приговора неясно, на основании каких доказательств районный суд пришел к такому выводу, в то время как подсудимый ФИО2 полностью признал в судебном заседании свою вину в преступлении, предусмотренном ч.1 ст. 174.1 УК РФ, но отказался давать показания на основании ст. 51 Конституции РФ; а из показаний ФИО2, данных на предварительном следствии и исследованных в судебном заседании, следует, что факт преступного происхождения дохода, полученного им в биткоинах, был для него очевиден, счет биткоин-кошелька был открыт им именно для этих целей (т.2, л.д 166-169, т.4,л.д. 164-169, 190-192).

Признавая доказанным, что получение за незаконный сбыт наркотических средств вознаграждения в биткоинах с последующим их переводом в рубли являлось способом конспирации преступного дохода, суд фактически признал, что эти действия маскируют связь легализуемого имущества с преступным источником его происхождения, что в соответствии с вышеизложенными разъяснениями Верховного Суда РФ свидетельствует о наличии в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 174.1 УК РФ.

Данные противоречия в выводах суда существенны, повлияли на решение вопроса о виновности или невиновности оправданного ФИО2, правильность применения уголовного закона, что в соответствии с п.4 ст.389.16 УПК РФ является основанием для отмены приговора.

В обоснование своих выводов о невиновности ФИО2, суд первой инстанции также указал, что финансовые операции по переводу криптовалюты в рубли Андреев совершал не с целью легализации денежных средств, а с целью получения возможности распоряжаться результатами своей преступной деятельности, расходовал полученные денежные средства исключительно на личные нужды.

В обоснование своих выводов суд сослался на п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 07.07.2015 N 32 "О судебной практике по делам о легализации (отмыванию) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем», согласно которому распоряжение денежными средствами, полученными преступным путем, для личного потребления (приобретение продуктов питания, товаров первой необходимости, получение бытовых услуг и т.п., не образует состава преступления, предусмотренного ст. 174.1 УК РФ.

При этом суд первой инстанции не принял во внимание, что ФИО2 не вменялась легализация денежных средств, полученных преступным путем, в форме совершения сделок (в том числе покупки товаров), а потому способ распоряжения денежными средствами после того, как они были преобразованы из биткоинов в рубли и тем самым введены в легальный гражданский оборот, не имеет значения для юридической квалификации его действий.

Согласно п. 2 ч.1 ст. 305 УПК РФ, в описательно-мотивировочной части оправдательного приговора наряду с другими данными должны быть изложены обстоятельства уголовного дела, установленные судом.

Данные требования при вынесении оправдательного приговора в отношении Андреева судом первой инстанции не выполнены. Из его содержания неясно, к каким выводам относительно фактических обстоятельств рассматриваемого дела пришел суд первой инстанции.

Указанное нарушение является существенным, повлияло на вынесение законного и обоснованного судебного решения, что в соответствии с ч.1 ст. 389.17 УПК РФ также является основанием для отмены приговора.

На основании изложенного в соответствии со ст. 389.20 УПК РФ, ч.2 ст.389.24 УПК РФ, приговор в отношении ФИО2 подлежит отмене, а уголовное дело – передаче на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Дзержинского районного суда г. Ярославля от 06.02.2025 в отношении ФИО2 отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 471 УПК РФ, путём подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного постановления вступившего в законную силу; в случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении – путём подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции.

ФИО2 вправе ходатайствовать о своем участии и участии защитника в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий