Апелляционное постановление № 22-1225/2018 от 29 августа 2018 г. по делу № 22-1225/2018

Судья Насекин Д.Е. Дело № 22-1225/18


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ярославль 30 августа 2018 года

Ярославский областной суд в составе судьи Ратехина М.А.,

при секретаре Васиной О.С.,

с участием прокурора Берковской Т.А.,

потерпевшего ФИО1,

представителя потерпевшего ФИО15,

осужденного ФИО16,

защитника – адвоката Роднова А.О.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление прокурора Дзержинского района г. Ярославля Моисеева Н.Е на приговор Дзержинского районного суда г. Ярославля от 29 июня 2018 года, апелляционную жалобу осужденного ФИО16 на постановление Дзержинского районного суда г. Ярославля от 18 мая 2018 года об отказе в удовлетворении ходатайства о назначении судебных экспертиз и на приговор Дзержинского районного суда г. Ярославля от 29 июня 2018 года, которым

ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, ранее не судимый;

осужден по ч.4 ст.264 УК РФ к 3 годам 8 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.

В колонию-поселение ФИО16 постановлено следовать самостоятельно за счет государства в порядке, предусмотренном ч.ч. 1 и 2 ст.75.1 УИК РФ.

Срок отбывания наказания исчислен со дня прибытия ФИО16 в колонию-поселение, время следования осужденного к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, предусмотренным ч.1 ст.75.1 УИК РФ, засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Мера пресечения ФИО16 не избиралась.

Исковые требования потерпевшего ФИО1 удовлетворены частично, постановлено взыскать с ФИО16 в счет возмещения морального вреда 800 000 рублей.

Определена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи, выступления осужденного ФИО16 и защитника Роднова А.О., поддержавших доводы апелляционной жалобы осужденного, прокурора Берковской Т.А. в обоснование доводов апелляционного представления, потерпевшего ФИО1 и представителя потерпевшего ФИО15, просивших приговор и постановление суда оставить без изменения,

у с т а н о в и л :

Постановлением Дзержинского районного суда г. Ярославля от 18 мая 2018 года отказано в удовлетворении ходатайства защитника Роднова А.О. о проведении судебных видеотехнической и дополнительной автотехнической экспертиз.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО16 просит данное постановление суда отменить, позицию суда о мотивировании отказа в назначении дополнительной судебной автотехнической экспертизы при постановлении приговора считает незаконной, ссылается на обоснование судом отказа в назначении видеотехнической экспертизы показаниями потерпевшего ФИО1, достоверность которых судом проверена не была.

ФИО16 осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, совершенное лицом, находящимся в состоянии опьянения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено 28 октября 2017 года в г. Ярославле при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Вину в совершении преступления ФИО16 в суде первой инстанции не признал.

В апелляционном представлении прокурор просит приговор отменить ввиду нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, ссылается на указание судом о совершении ФИО16 неосторожного тяжкого преступления, в то время как в соответствии с требованиями ч.3 ст.15 УК РФ деяние, предусмотренное ч.4 ст.264 УК РФ, отнесено законодателем к категории преступлений средней тяжести.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО16 выражает несогласие с приговором, считает его незаконным и необоснованным.

Полагает, что в обвинительном заключении и в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого ему незаконно вменено совершение преступления в состоянии опьянения, установленного медицинским освидетельствованием, в обоснование чего ссылается на свой отказ от прохождения медицинского освидетельствования, что подтверждается протоколом о направлении на медицинское освидетельствование, протоколом об административном правонарушении, постановлением о прекращении производства по делу об административном правонарушении, показаниями сотрудников ГИБДД ФИО2, ФИО3 и ФИО4, понятого ФИО5; считает, что при указанных обстоятельствах состояние опьянения должно было быть инкриминировано в связи с отказом от прохождения медицинского освидетельствования; делает вывод о необходимости принятия решения о возвращении уголовного дела прокурору на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ.

Указывает на недоказанность факта своего нахождения в состоянии опьянения, приводит доводы об отражении в оригинале протокола направления на медицинское освидетельствование сведений об его отказе от освидетельствования, о чем он ясно сообщил также в медицинском учреждении, что в соответствии с п.19 Правил медицинского освидетельствования на состояние опьянения, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения РФ №933н от 18.12.2015 года должно было повлечь непроведение его освидетельствования, в связи с чем соответствующий акт и химико-токсикологическое исследование являются недопустимыми; считает копию соответствующего протокола со сведениями о согласии на медицинское освидетельствование сфальсифицированной.

Уверен, что суд не в полной мере учел совокупность смягчающих обстоятельств, в связи с чем назначил слишком суровое наказание.

Проверив доводы апелляционных представления и жалобы по материалам дела, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

В постановлении от 18 мая 2018 года суд привел мотивированные доводы принятия решения об отказе в удовлетворении ходатайства стороны защиты о назначении дополнительной автотехнической и видеотехнической судебных экспертиз.

Как справедливо указал суд первой инстанции, каких-либо объективных данных, свидетельствующих о произведенном техническом вмешательстве в запись с установленного в транспортном средстве регистратора, вне зависимости от показаний потерпевшего ФИО1, представлено не было, в связи с чем основания для назначения подобной экспертизы отсутствовали, указанная запись учтена судом в совокупности с иными представленными сторонами доказательствами.

Сторона защиты фактически указывала на недостоверность сделанных в ходе автотехнической экспертизы выводов, ставя под сомнение факт столкновения транспортных средств на полосе движения автомобиля под управлением ФИО6, оспаривая тем самым фактические обстоятельства, при этом, не указывая на какую-либо их недостаточную ясность, в связи с чем на соответствующем этапе судебного разбирательства суд первой инстанции пришел к верному умозаключению о возможности оценки данной экспертизы по результатам исследования всей совокупности доказательств, что уголовно-процессуальным законодательством не запрещено, и отсутствии оснований для назначения дополнительной экспертизы. В ходе судебного следствия стороне защиты были представлены равные возможности в оспаривании указанных выводов, которые были реализованы в достаточном объеме, соответствующая оценка данному заключению в итоговом решении судом дана.

С вышеизложенными выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции соглашается и находит их правильными, таким образом, право осужденного на защиту никоим образом не нарушено, в связи с чем постановление Дзержинского районного суда г. Ярославля от 18 мая 2018 года отвечает требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, является законным, обоснованным и мотивированным, основания к его отмене отсутствуют.

Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов стороне в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для дела, нарушений процессуальных прав участников процесса, повлиявших или которые могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Виновность ФИО16 в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, совершенном лицом, находящимся в состоянии опьянения, повлекшем по неосторожности смерть человека, установлена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств: показаниями потерпевшего ФИО1, свидетелей ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО9, экспертов ФИО10 и ФИО11, специалистов ФИО12 и ФИО13, протоколами осмотра места происшествия, выемки, осмотра предметов, непосредственным исследованием в суде вещественных доказательств, заключениями судебных экспертиз, иными исследованными в ходе судебного заседания письменными материалами уголовного дела. Указанные доказательства добыты в рамках и в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, соотносятся, дополняют друг друга, рисуют полную картину происшедшего, прямо и достоверно указывают на ФИО16 как на лицо, совершившее инкриминируемое преступление.

Тщательный анализ и основанная на законе оценка доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а также совокупности - с точки зрения достаточности для разрешения дела, позволили суду правильно установить фактические обстоятельства и обоснованно прийти к выводу о доказанности вины осужденного ФИО16 в совершении вмененного ему преступления, выводы суда не содержат предположений, неустранимых противоречий и основаны на исследованных материалах дела, которым суд дал надлежащую оценку в приговоре в соответствии со ст.ст. 17, 87 и 88 УПК РФ, оснований для иной оценки доказательств суд апелляционной инстанции не находит.

Оснований к оговору осужденного ФИО16 кем-либо из допрошенных по делу лиц не установлено, показания последних логичны, непротиворечивы, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, согласуются с другими доказательствами по уголовному делу.

Факт управления именно ФИО16 автомобилем МАРКА ФИО17 не оспаривается последним и объективно подтвержден показаниями сотрудников ГИБДД ФИО2, ФИО3, ФИО4, а также сотрудниками прибывшей на место бригады скорой медицинской помощи ФИО5, ФИО7, ФИО8, сообщивших о принудительном извлечении с места водителя при помощи специальных средств зажатого в салоне после дорожно-транспортного происшествия осужденного.

Выводы суда первой инстанции, основанные на результатах осмотра места происшествия и выводах судебной автотехнической экспертизы №, о столкновении транспортных средств на встречной относительно автомобиля под управлением ФИО16 полосе движения в связи с дислокацией россыпи осколков являются верными.

Заключение автотехнической экспертизы выполнено незаинтересованными лицами, обладающими специальными познаниями и достаточным опытом, сделанные выводы мотивированы, научно обоснованы и не противоречат иным собранным доказательствам, в связи с чем соответствующее заключение является допустимым и достоверным доказательством, оснований не доверять ему у суда первой инстанции не имелось.

Допрошенный в судебном заседании по ходатайству стороны защиты в качестве специалиста ФИО14 фактически выводы судебной автотехнической экспертизы № не оспаривал, указывая лишь о возможности при наличии определенных условий использования иной методики исследования, при этом, эксперты ФИО10 и ФИО11 логично и мотивированно объяснили суду обстоятельства, в силу которых иные методики, в том числе предложенная специалистом ФИО14, при имеющихся условиях неприменимы.

Соответствие фиксации расположения россыпи осколков в протоколе осмотра места происшествия их действительной дислокации после дорожно-транспортного происшествия подтверждается результатами осмотра записи с личного видеорегистратора сотрудника ГИБДД, прибывшего на место непосредственно после столкновения, что подтверждается показаниями свидетелей ФИО2 и ФИО3 и исключает возможность перемещения этой россыпи в результате проезда иных транспортных средств и действий пожарной службы, на чем настаивала сторона защиты.

В соответствии с протоколом осмотра места происшествия дорога в месте столкновения транспортных средств имеет по две полосы для движения в каждом направлении, проезжие части разделены дорожной разметкой 1.3.

Согласно п.п. 9.1. и 9.1(1) Правил дорожного движения РФ количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними, при этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы мест остановок маршрутных транспортных средств); на любых дорогах с двусторонним движением запрещается движение по полосе, предназначенной для встречного движения, если она отделена трамвайными путями, разделительной полосой, разметкой 1.1, 1.3 или разметкой 1.11, прерывистая линия которой расположена слева.

О столкновении транспортных средств на полосе движения автомобиля под управлением ФИО6 также свидетельствует исследованная в ходе судебного следствия запись с видеорегистратора, установленного в машине последнего, несмотря на отсутствие фиксации самого дорожно-транспортного происшествия, запечатлевшего, что непосредственно перед столкновением автомобиль МАРКА ФИО18 двигался по своей полосе без выезда на проезжую часть для встречного потока.

Показаниям свидетеля ФИО14 о столкновении транспортных средств на полосе движения автомобиля ФИО16 суд первой инстанции дал надлежащую оценку и обоснованно отнесся к ним критически, так как они противоречат совокупности иных доказательств и не соответствуют установленным фактическим обстоятельствам.

Непосредственно на месте дорожно-транспортного происшествия какие-либо препятствия, которые могли вынудить ФИО6 выехать на полосу встречного движения, отсутствовали, что следует из протокола осмотра места происшествия от 28 октября 2017 года и приложенных к нему результатов фотофиксации. Установленные в ходе дополнительного осмотра места происшествия от 01 ноября 2017 года повреждения дорожного покрытия на полосе, по которой двигался автомобиль ФИО6, находятся на расстоянии 60 метров от места столкновения и не могли ввиду этого служить поводом к выезду на встречную полосу, при этом, какие-либо повреждения на полосе движения автомобиля под управлением ФИО16 не обнаружены, то есть основания для их объезда, в том числе с выездом на встречную полосу, у последнего отсутствовали.

Из объективно и правильно установленных судом фактических обстоятельств следует, что ФИО16 двигался на автомобиле МАРКА ФИО17 в темное время суток, не справился с управлением, в результате чего выехал на проезжую часть, предназначенную для встречного движения, и произвел столкновение с автомобилем МАРКА ФИО18 под управлением ФИО6, в результате которого последний получил травмы, повлекшие смерть.

В соответствии с п.10.1 Правил дорожного движения РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения, скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

На основании вышеизложенного выводы суда первой инстанции о нарушении ФИО16 требований п.п. 10.1, 9.1 и 9.1(1) Правил дорожного движения РФ являются обоснованными и нашли свое конкретное отражение в приговоре.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что ФИО16 в момент дорожно-транспортного происшествия управлял автомобилем в состоянии опьянения.

В соответствии с п.2.7 Правил дорожного движения РФ водителю запрещается, в том числе, управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного).

Факт употребления ФИО16 вызывающих алкогольное опьянения веществ установлен на базе акта медицинского освидетельствования № от ДД.ММ.ГГГГ года, основанном на результатах химико-токсикологического исследования № от ДД.ММ.ГГГГ года, в соответствии с которыми у осужденного определено наличие абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно: 3,27 г/л.

Вышеизложенные результаты подтверждены показаниями свидетелей ФИО2, ФИО3 и ФИО4, зафиксировавших непосредственно после дорожно-транспортного происшествия стойкий запах алкоголя изо рта осужденного, соответствующими показаниям специалиста ФИО13, указавшего на состояние опьянения ФИО16 по клиническим признакам поведения последнего, этим же исключается возникновение соответствующего состояния ввиду оказания требуемой медицинской помощи.

Поводы не доверять показаниям данных лиц у суда первой инстанции отсутствовали, последние до произошедших событий с ФИО16 знакомы не были, какой-либо заинтересованности не имели.

Как справедливо оценил суд, свидетель ФИО5 близко с ФИО16 не контактировал, а свидетель ФИО7 имеет проблемы с восприятием запахов, в связи с чем последние и не зафиксировали запах алкоголя изо рта осужденного, показания данных лиц не ставят под сомнение слова ФИО2, ФИО3 и ФИО4.

Показания специалистов ФИО12 и ФИО13, свидетеля ФИО9, соответствие данных биологического объекта в направлении на химико-токсикологическое исследование сведениям в справке о результатах данного исследования исключают какое-либо возможное манипулирование с образцами крови и подтверждают принадлежность результата именно осужденному ФИО16

Фактическое заполнение акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения №94 разными лицами не ставит под сомнение отраженные в нем выводы, которые подтверждены объективными результатами, является техническим фактором, наличие в нем подписей различных сотрудников логично соответствует выполненным процедурам проведения медицинского освидетельствования и не свидетельствует о недостоверности самого акта.

Наличие несоответствия сведений о согласии ФИО16 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения в оригинале протокола о направлении на освидетельствование и его копии, поступившей в медицинское учреждение, само по себе не влечет признание акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения № недопустимым доказательством.

Медицинское освидетельствование, несмотря на доводы стороны защиты, проведено врачами, прошедшими на базе наркологической больницы подготовку по вопросам проведения медицинского освидетельствования, в соответствии с требованиями Правил медицинского освидетельствования на состояние опьянения, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения РФ №933н от 18.12.2015 года.

В медицинское учреждение ФИО16 поступил с копией протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, обстоятельства доставления которой в связи с ее фактическим наличием юридического значения не имеют, наличие сведений о согласии либо отказе от прохождения освидетельствования в протоколе не является безапелляционным обстоятельством принятия соответствующего решения, так как специалистами непосредственно выясняется позиция самого освидетельствуемого, который вне зависимости от содержания протокола может отказаться уже в учреждении от его прохождения, при этом, ФИО16 от освидетельствования в медицинской организации, несмотря на доводы апелляционной жалобы, при наличии к тому достаточных возможностей не отказался, так как в данном случае в соответствии с требованиями п.19 указанных выше Правил лицо, проводившее освидетельствование, вынесло бы заключение «от медицинского освидетельствования отказался», чего сделано не было, да и специалисты ФИО12 и ФИО13 показали об обратном, кроме того, согласно показаниям последних кровь осужденного все равно была бы направлена на химико-токсикологическое исследование для получения объективных медицинских данных.

Таким образом, судом первой инстанции обоснованно установлено состояние опьянения ФИО16 именно на основании данных о наличии в крови концентрации этилового спирта, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, что делает позицию стороны защиты о необходимости принятия решения о возвращении уголовного дела прокурору в связи с вменением ФИО16 нахождения в состоянии опьянения на основании медицинского освидетельствования, а не ввиду отказа от его прохождения, несостоятельной, кроме того, соответствующее вменение никоим образом, несмотря на доводы адвоката о возможном избрании в противном случае иной тактики, не нарушило право осужденного на защиту, потому что, как следует из протокола судебного заседания, сторона защиты активно опровергала как факт нахождения ФИО16 в состоянии опьянения, так и настаивала на недопустимости проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Обстоятельства возникновения несоответствия сведений в копии протокола о направлении ФИО16 на медицинское освидетельствование и его оригинале получили надлежащую оценку со стороны суда первой инстанции с приведением соответствующих мотивов, с которой суд апелляционной инстанции соглашается, факт умышленного невнесения сотрудниками ГИБДД частицы «не» в сведения о согласии ФИО16 на прохождение медицинского освидетельствования в копию соответствующего протокола опровергается последовательным подтверждением последними выражения осужденным своей воли об отказе от медицинского освидетельствования и отсутствием в связи с этим оснований к подобным действиям.

Показания ФИО16 относительно столкновения транспортных средств на полосе движения его автомобиля и нахождении в трезвом состоянии противоречат иным собранным по делу доказательствам, их детальный анализ и оценка позволили суду первой инстанции придти к правильному выводу об его не полной искренности и правдивости, желании представить происшедшее в выгодном для себя свете.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № непосредственной причиной смерти ФИО6 явилась сочетанная тупая травма головы, грудной клетки и обеих нижних конечностей.

Возникшие последствия в виде наступления смерти ФИО6 стоят в прямой причинно-следственной связи с нарушением ФИО16 п.п. 2.7, 10.1, 9.1 и 9.1(1) Правил дорожного движения РФ.

Действия ФИО16 правильно квалифицированы судом по ч.4 ст.264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, совершенное лицом, находящимся в состоянии опьянения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

При назначении ФИО16 наказания судом учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, тяжесть преступления, личность осужденного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Мотивы признания судом в качестве смягчающих наказание ФИО16 обстоятельств оказания помощи в воспитании и содержании малолетнего ребенка своей сожительницы, осуществления ухода за матерью, являющейся ДАННЫЕ О СОСТОЯНИИ ЗДОРОВЬЯ, и оказания ей материальной помощи, нуждаемости осужденного в наблюдении и лечении у врача-травматолога в связи с произошедшим ДТП и полученными серьезными травмами основаны на исследованных материалах дела, соглашается с ними и суд апелляционной инстанции.

Судом правильно установлено отсутствие отягчающих наказание ФИО16 обстоятельств.

Судом принято во внимание, что ФИО16 к административной ответственности не привлекался, ранее не судим, на учетах в медицинских организациях не стоит, до ДТП работал, был занят общественно полезным трудом, по месту жительства и регистрации участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно.

При этом, суд учел, что ФИО16 совершил неосторожное тяжкое преступление, в то время как в соответствии с ч.3 ст.15 УК РФ данное преступление законодателем отнесено к категории средней тяжести, указанный недостаток подлежит устранению судом апелляционной инстанции и влечет снижение назначенного наказания.

Таким образом, судом при вынесении приговора в полной мере, несмотря на доводы осужденного в апелляционной жалобе, учтены все обстоятельства, характеризующие личность ФИО16 и влияющие на вопросы назначения наказания.

Решение суда о невозможности исправления осужденного без изоляции от общества, является верным, учитывая личность виновного, изложенные в приговоре обстоятельства, характер совершенного деяния, суд пришел к правильному выводу о том, что достижение цели формирования уважительного отношения к человеку, обществу, нормам, правилам и традициям человеческого общежития и стимулирования правопослушного поведения как у самого осужденного, так и иных лиц, а также в целях восстановления социальной справедливости возможно исключительно при назначении наказания в виде лишения свободы, изолирующего ФИО16 от общества на определенный уголовным законом срок, и отсутствии оснований для применения условного осуждения.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения ч.6 ст.15, ст.64 УК РФ являются верными.

С учетом отсутствия оснований для применения ст.64 УК РФ и обязательности в соответствии с санкцией ч.4 ст.264 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью ссылка на ст.47 УК РФ при его назначении ФИО16 не требуется.

Наказание ФИО16 определено в пределах, установленных законом, вид исправительного учреждения в соответствии с п. «а» ч.1 ст.58 УК РФ определен правильно.

За исключением вносимых судом апелляционной инстанции изменений, назначенное ФИО16 наказание соответствует требованиям ст.ст.6 и 60 УК РФ, иные обстоятельства, которые бы имели значение и свидетельствовали о явной несоразмерности назначенного наказания содеянному и личности виновного и не были судом учтены, в апелляционных представлении и жалобе не приведены.

Решение суда о частичном удовлетворении исковых требований потерпевшего ФИО1 и размере компенсации причиненного в результате преступления морального вреда является справедливым.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ,

П О С Т А Н О В И Л :

Постановление Дзержинского районного суда г. Ярославля от 18 мая 2018 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО16 в данной части – без удовлетворения.

Приговор Дзержинского районного суда г. Ярославля от 29 июня 2018 года в отношении ФИО16 изменить:

- исключить из приговора указание на совершение ФИО16 тяжкого преступления, считая, что им совершено преступление средней тяжести;

- снизить назначенное ФИО16 наказание по ч.4 ст.264 УК РФ до 3 лет 6 месяцев лишения свободы;

- исключить из приговора ссылку на ст.47 УК РФ при назначении дополнительного наказания.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционные представление и жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в президиум Ярославского областного суда.

Судья М.А. Ратехин