Решение № 7Р-238/2023 от 21 декабря 2023 г. по делу № 7Р-238/2023

Судья Сабирьянов Р.Я. Дело № 7р-238/2023


РЕШЕНИЕ

г. Йошкар-Ола 22 декабря 2023 года

Судья Верховного Суда Республики Марий Эл Салихова Э.И.,

при секретаре Богомоловой Л.В.,

рассмотрев жалобу ФИО1 на постановление заместителя руководителя Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Марий Эл № <№> от 3 августа 2023 года и решение судьи Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 24 октября 2023 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 14.32 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении

директора ООО «<...>» ФИО1, родившегося <дата> в <адрес>, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, имеющего на иждивении несовершеннолетнего ребенка, ранее не привлекавшегося к административной ответственности за совершение однородных административных правонарушений,

у с т а н о в и л:

постановлением заместителя руководителя Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Марий Эл № <№> от 3 августа 2023 года директор ООО «<...>» ФИО1 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.32 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), и подвергнут административному наказанию в виде штрафа в размере 20 000 рублей.

Решением судьи Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 24 октября 2023 года указанное постановление оставлено без изменения, жалоба ФИО1 – без удовлетворения.

В жалобе, поданной в Верховный Суд Республики Марий Эл, ФИО1 просит состоявшиеся решения отменить, производство по делу прекратить в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых они вынесены. Указывает, что не согласен с выводом судьи об участии ООО «<...>» (далее также общество) в торгах летом 2019 года, поскольку в 2019 году общество заключило с ООО «<...>» лишь договоры аренды спецтехники – мусоровозов, в торгах не участвовало. Не дана надлежащая оценка тому обстоятельству, что в связи с отсутствием в обществе специалиста по торгам оно обратилось к ООО «<...>» как к одной из самых популярных организаций, оказывающих услуги по ведению торгов на электронных площадках. О других контрагентах этой организации обществу ничего не было известно. Не была надлежащим образом исследована конкурентная среда на рынке услуг по транспортированию ТКО на территории Республики Марий Эл, а также причины, по которым отсутствовали заявки на участие в торгах от иных юридических лиц либо индивидуальных предпринимателей. Выявление еще 10 хозяйствующих субъектов, оказывающих услуги по транспортированию ТКО, не предполагает их возможности участия на торгах, так как для этого необходимо обеспечение заявки, а также иные требования, установленные законом.

На рассмотрение жалобы представитель Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Марий Эл не явился, был извещен надлежащим образом. Неявка представителя административного органа не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Выслушав объяснения ФИО1, поддержавшего жалобу, проверив материалы дела об административном правонарушении, материалы жалобного судебного производства, прихожу к следующему.

Частью 2 статьи 14.32 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность должностных и юридических лиц за заключение хозяйствующим субъектом недопустимого в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации соглашения, если такое соглашение приводит или может привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах, либо заключение недопустимого в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации соглашения между организаторами торгов и (или) заказчиками с участниками этих торгов, если такое соглашение имеет своей целью либо приводит или может привести к ограничению конкуренции и (или) созданию преимущественных условий для каких-либо участников, либо участие в них.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 11 Федерального закона от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции) признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами, то есть между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, или между хозяйствующими субъектами, осуществляющими приобретение товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах.

В силу положений статьи 17 названного закона при проведении торгов, запроса котировок цен на товары (далее - запрос котировок), запроса предложений запрещаются действия, которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению или устранению конкуренции.

Согласно положениям статьи 4 Закона о защите конкуренции конкуренцией является соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке (пункт 7). Соглашение - договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме (пункт 18).

По смыслу приведенных норм, квалификация действий хозяйствующих субъектов, как противоправных, применительно к пункту 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции, предполагает установление антимонопольным органом таких фактов как намеренное поведение каждого хозяйствующего субъекта определенным образом для достижения заранее оговоренной участниками торгов (аукционов) цели, причинно-следственная связь между действиями участников аукциона и поддержанием цены на торгах, соответствие результата действий интересам каждого хозяйствующего субъекта и одновременно их заведомая осведомленность о будущих действиях друг друга, а также взаимная обусловленность действий участников аукциона при отсутствии внешних обстоятельств, спровоцировавших синхронное поведение участников рынка. Соглашение в устной или письменной форме предполагает наличие договоренности между участниками рынка, которая может переходить в конкретные согласованные действия.

В соответствии с положениями статьи 2.4 КоАП РФ, административной ответственности подлежит должностное лицо в случае совершения им административного правонарушения в связи с неисполнением, либо ненадлежащим исполнением своих служебных обязанностей.

Из материалов дела об административном правонарушении усматривается, что решением комиссии Марийского УФАС России от 24 августа 2022 года по делу № <№> ООО «<...>» наряду с иными лицами – участниками торгов признано нарушившим положения пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции, что выразилось в заключении и участии в антиконкурентном соглашении с целью поддержания цен при проведении конкурентных процедур на право оказания услуг по транспортированию твердых коммунальных отходов (далее - ТКО) на территории Республики Марий Эл (пункт 1). Пунктом 2 решения антимонопольного органа в действиях организатора и участников торгов, включая ООО «<...>», признан факт нарушения пункта 1 части 1 статьи 17 Закона о защите конкуренции, выразившегося в заключении соглашения, что приводит к ограничению конкуренции.

Комиссией Марийского УФАС России установлено, что вышеуказанные антиконкурентные соглашения заключались в период с 2019 по 2022 годы.

29 июня 2023 года в отношении директора ООО «<...>» ФИО1 должностным лицом Марийского УФАС России на основании установленных в решении комиссии Марийского УФАС России от 24 августа 2022 года по делу № <№> фактов, составлен протокол об административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена частью 2 статьи 14.32 КоАП РФ, совершенном в период с 2019 - 2022 годы (период, в который были проведены конкурентные процедуры на право оказания услуг по транспортированию ТКО на территории Республики Марий Эл, а также исполнялись контракты, заключенные по итогам проведения конкурентных процедур).

Признавая директора ООО «<...>» ФИО1 виновным в совершении вмененного административного правонарушения, должностное лицо Марийского УФАС России в постановлении о назначении административного наказания от 3 августа 2023 года указало следующее.

ООО «<...>» является региональным оператором по обращению с ТКО на территории Республики Марий Эл на основании заключенных соглашений с Министерством строительства, архитектуры и жилищно-коммунального хозяйства Республики Марий Эл в 1 зоне деятельности от 20 апреля 2018 года, во 2 зоне деятельности от 12 августа 2019 года.

В соответствии с Территориальной схемой обращения с отходами, в том числе с ТКО, Республики Марий Эл, утвержденной приказом Министерства природных ресурсов, экологии и охраны окружающей среды Республики Марий Эл от 16 января 2020 года № 18, в зону деятельности регионального оператора по обращению с ТКО Республики Марий Эл (1 зона деятельности) входит вся территория Республики Марий Эл, за исключением города Козьмодемьянска и 9 из 10 поселений Горномарийского муниципального района, в зону деятельности регионального оператора по обращению с ТКО по 2 зоне деятельности входит город Козьмодемьянск и 9 из 10 поселений Горномарийского муниципального района Республики Марий Эл.

В соответствии с пунктом 2.2 вышеуказанных соглашений в целях обеспечения сбора и транспортирования ТКО региональный оператор вправе привлекать операторов по обращению с отходами, осуществляющих деятельность по сбору и транспортированию ТКО, на основании договора на оказание услуг по сбору и транспортированию ТКО по цене, определенной соглашением сторон, за исключением случаев, при которых цены на услуги по транспортированию ТКО для регионального оператора формируются по результатам торгов.

ООО «<...>» в целях определения исполнителей по сбору и транспортированию ТКО в период 2019-2022 годы проводило конкурентные процедуры в электронной форме на право оказания услуг по транспортированию ТКО на территории муниципальных образований Республики Марий Эл. В электронных конкурентных процедурах, проведенных региональным оператором в 2019-2022 годах (данные отражены в таблице, приведенной в постановлении), принимали участие ООО «<...>», ИП <...>, ООО «<...>». Общая сумма начальных (максимальных) цен контрактов по торгам, проведенным в указанные годы, составила 2 343 712 199,61 рублей. При этом снижение НМЦК по результатам проведения рассматриваемых конкурентных процедур составило от 0% до 6,5%.

Подробно и тщательно проанализировав установленные по делу конкретные обстоятельства, в том числе изучив поведение организатора и участников торгов, свидетельствующее о совершении совместных действий при участии в торгах и проведении закупок в интересах друг друга, осведомленности о действиях друг друга, применив положения Федерального закона от 24 июня 1998 года № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления», Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», Закона о защите конкуренции, Правила обращения с ТКО, утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации от 12 ноября 2016 года № 1156, Правила проведения торгов, по результатам которых формируются цены на услуги по транспортированию ТКО для регионального оператора, утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации от 3 ноября 2016 года № 1133, оценив имеющие в деле доказательства по правилам статьи 26.11 КоАП РФ, должностное лицо антимонопольного органа, с чьими выводами согласился судья городского суда, констатировал, что действия, в том числе участника торгов ООО «СоветскКоммунКомплект», свидетельствуют о достижении соглашения с организатором и иными участниками торгов о ходе торгов и действиях, совершаемых в ходе проведения торгов, наличии устойчивых хозяйственных связей между указанными лицами. В данном случае отсутствие конкурентной борьбы, минимальное снижение НМЦК свидетельствуют о направленности действий хозяйствующих субъектов на поддержание цены на торгах.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 4 марта 2021 года № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства» разъяснено, что с учетом положений пункта 18 статьи 4 Закона о защите конкуренции соглашением хозяйствующих субъектов могут быть признаны любые договоренности между ними в отношении поведения на рынке, в том числе как оформленные письменно (например, договоры, решения объединений хозяйствующих субъектов, протоколы) так и не получившие письменного оформления, но нашедшие отражение в определенном поведении. Факт наличия соглашения не ставится в зависимость от его заключения в виде договора по правилам, установленным гражданским законодательством, включая требования к форме и содержанию сделок.

Наличие соглашения может быть установлено исходя из того, что несколько хозяйствующих субъектов намеренно следовали общему плану поведения (преследовали единую противоправную цель), позволяющему извлечь выгоду из недопущения (ограничения, устранения) конкуренции на товарном рынке.

Вместе с тем схожесть поведения нескольких хозяйствующих субъектов сама по себе не является основанием для вывода о наличии между ними ограничивающего конкуренцию соглашения. В этом случае необходимо учитывать, имелись ли иные причины для избранного хозяйствующими субъектами поведения, например, если оно соответствует сформировавшимся (изменившимся) на рынке условиям деятельности, обусловлено одинаковой оценкой ситуации на рынке со стороны хозяйствующих субъектов.

С учетом публичного характера антимонопольных запретов и презумпции добросовестности участников гражданского оборота обязанность установить, что между хозяйствующими субъектами имеется соглашение, которое нарушает статью 11 Закона, а также определить состав участников соглашения возлагается на антимонопольный орган.

В пункте 24 этого же постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 указано на запрет картелей - соглашений хозяйствующих субъектов, которые приводят или могут привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах (пункт 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции).

При возникновении спора о наличии соглашения, запрещенного пунктом 2 части 1 статьи 11 Закона, судам следует давать оценку совокупности доказательств, свидетельствующих о наличии причинно-следственной связи между действиями участников торгов и повышением, снижением или поддержанием цен на торгах. В том числе необходимо принимать во внимание, является ли достигнутый уровень снижения (повышения) цены обычным для торгов, которые проводятся в отношении определенных видов товаров; имеются ли в поведении нескольких участников торгов признаки осуществления единой стратегии; способно ли применение этой стратегии повлечь извлечение выгоды из картеля его участниками.

Если действия организатора торгов привели или могли привести к ограничению возможности повышения (снижения) цены для потенциальных участников (например, начальная цена установлена в размере, не предполагающем ее значительного снижения или повышения в ходе торгов), данное обстоятельство учитывается судом при оценке того, имелось ли в действиях участников торгов нарушение пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции, в совокупности с иными обстоятельствами.

Согласно материалам дела директором ООО «<...>» является ФИО1, который наделен организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями.

Действия директора общества образуют состав административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.32 КоАП РФ.

Оспаривая принятые по делу решения, директор ООО «<...>» в жалобе ссылается на недоказанность заключения обществом с иными лицами антиконкурентного соглашения, которое привело к поддержанию цен на торгах.

Доводы об этом не могут быть признаны состоятельными, поскольку опровергаются материалами дела, свидетельствующими об обратном. При рассмотрении дела об административном правонарушении должностным лицом антимонопольного органа и судьей городского суда были полно установлены обстоятельства дела и дана надлежащая и адекватная оценка имеющимся доказательствам, оснований для переоценки которых не имеется.

Совокупность собранных доказательств, в том числе нехарактерное для торгов поведение хозяйствующих субъектов, вытекающее из различных неслучайных совпадений в поведении субъектов, при том, что их поведение не имеет логического (разумного) обоснования, является достаточной для доказанности заключения антиконкурентного соглашения, а именно: отсутствие конкурентной борьбы между ответчиками при участии в торгах; поддержание цен на торгах; передача прав на участие в торгах одному и тому же лицу; использование ответчиками общей инфраструктуры для участия в закупках, одних и тех же ip-адресов; формирование заявок от разных хозяйствующих субъектов одними и теми же лицами; наличие устойчивых хозяйственных и финансовых связей; выполнение работ на условиях субподряда всеми участниками картели по цене, меньшей по сравнению с ценой заключенного контракта с региональным оператором.

Таким образом, между ООО «<...>», ООО «<...>», ИП <...>, ООО «<...>» имели место не только взаимные фактические и гражданско-правовые отношения, что само по себе не запрещено законом, но и иное соглашение, направленное на моделирование конкуренции (создание видимости конкурентной борьбы) путем согласованного продвижения определенных результатов торгов (поддержание цены).

Являющиеся сами по себе правомерными по отдельности привлечение участников антиконкурентного соглашения в качестве субподрядчиков, заключение договоров аренды между ними, обращение к одному и тому же контрагенту за получением услуг, использование ip-адреса арендодателя, применение одних и тех же исходных файлов, отсутствие обязанности снижать цену на торгах, вопреки доводам жалобы в совокупности подтверждают наличие между хозяйствующими субъектами договоренности, направленной на моделирование конкуренции.

Должностное лицо административного органа и судья городского суда обоснованно пришли к выводу, что действия организатора и участников торгов в 2020-2021 годах имели единую модель поведения, которая заранее была известна каждому из участников соглашения, а их действия направлены не на обеспечение конкуренции, расширение возможностей для участия хозяйствующих субъектов в оказании рассматриваемых услуг, а на устранение иных хозяйствующих субъектов, что свидетельствует о том, что ООО «<...>», ООО «<...>» и ИП <...> в 2020 – 2021 годах заключено и реализовано антиконкурентное соглашение с целью установления и поддержания цены при проведении конкурентных процедур на право оказания услуг по сбору и транспортированию твердых коммунальных отходов, что является нарушением пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции и направлены на отказ от конкурентной борьбы в целях обеспечения победы определенных участников при участии в торгах и поддержанию цен на торгах.

Вместе с тем прихожу к выводу о необходимости исключения из объема обвинения, предъявленного директору ООО «<...>» ФИО1, выводов о заключении обществом антиконкурентного соглашения в 2019 и 2022 годах.

Решением Арбитражного суда Республики Марий Эл 6 октября 2023 года по делу № А38-5488/2022, оставленным без изменения постановлением Первого Арбитражного апелляционного суда от 19 декабря 2023 года, решение по делу о нарушении антимонопольного законодательства, принятое 24 августа 2022 года Управлением Федеральной антимонопольной службы по Республике Марий Эл, признано действительным. Вместе с тем арбитражный суд указал об исключении конкурентных процедур, проведенных региональным оператором в 2019 году и 2022 году, из числа торгов, на которых был реализован картельный сговор (<№>), поскольку антимонопольным органом не был доказан факт заключения между заявителями по делу антиконкурентного соглашения в соответствующие годы.

Из материалов дела следует, что в 2019 году в аукционах, проводимых региональным оператором по муниципальным образованиям 1 зоны деятельности, принимал участие только один участник - ООО «<...>», с которым и были заключены договоры. Выход в сеть Интернет организатора торгов и единственного участника, пользующихся услугами ООО «<...>», с одного IP-адреса, при условии, что вся аукционная документация проходила согласование с уполномоченным органом Министерством строительства, архитектуры и жилищно-коммунального хозяйства Республики Марий Эл в 2019 году, не подтверждает заключение запрещенного законом соглашения.

Привлечение ООО «<...>» по договору субподряда ООО «<...>» в соседних Советском и Куженерском районе, а ИП <...> – в граничащих друг с другом Мари-Турекском, Параньгинском и Сернурском районах – в которых эти субъекты до 2019 года осуществляли транспортирование ТКО, при отсутствии иных доказательств, не подтверждают наличие уже в 2019 году какой-то определенной стратегии с целью ограничения конкуренции на торгах.

Неучастие в 2019 году в торгах ООО «<...>» и ИП <...>., которое, по мнению Марийского УФАС России, подтверждает антиконкурентное соглашение, не свидетельствует о наличии сговора и не является незаконным, поскольку региональный оператор только с 2019 года начал проводить конкурентные процедуры по выбору исполнителей на оказание услуг по транспортированию ТКО, и именно с 2019 года изменилось законодательство в части повышения требований к транспортным средствам, на которых транспортируются ТКО.

В 2022 году полностью изменена схема участия ООО «<...>», ООО «<...>», ООО <...>», ИП <...> в аукционах: в торгах участвовало по одному хозяйствующему субъекту в тех муниципальных образованиях, которые обслуживались в 2021 году.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о недоказанности заключения ООО «<...>», ООО «<...>», ООО <...>», ИП <...> антиконкурентного соглашения в 2019 и 2022 годах, в связи с чем имеются основания для исключения из объема предъявленного ФИО1 обвинения нарушение пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции в виде заключении антиконкурентного соглашения в 2019 и 2022 годах.

При таких обстоятельствах постановление должностного лица антимонопольного органа и решение судьи городского суда, вынесенные в отношении директора ООО «<...>» ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 14.32 КоАП РФ, подлежат изменению.

Вместе с тем данное обстоятельство не влияет на итоговый вывод должностного лица и судьи городского суда о наличии вины директора ООО «<...>» ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьей 14.32 КоАП РФ, а также на размер назначенного лицу административного наказания.

В соответствии с санкцией части 2 статьи 14.32 КоАП РФ за совершение указанного правонарушения должностному лицу может быть назначено административное наказание в виде административного штрафа на в размере от 20 000 до 50 000 рублей или дисквалификация на срок до трех лет.

Таким образом, назначенное ФИО1 как должностному лицу наказание в виде административного штрафа в размере 20 000 рублей является минимальным.

Оснований для признания совершенного правонарушения малозначительным по делу не установлено.

Порядок производства по делу и срок давности привлечения лица к административной ответственности соблюдены.

Обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении, установленные статьей 24.5 КоАП РФ, отсутствуют.

Приведенное в жалобе несогласие заявителя с выводами, изложенными в принятых по делу решениях, и оценкой имеющихся в деле доказательств, с толкованием должностным лицом административного органа и судьей городского суда норм КоАП РФ и иного законодательства, подлежащих применению в деле, основанием для отмены или изменения обжалуемых актов не является.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения состоявшихся по настоящему делу об административном правонарушении постановления административного органа и судебного решения в остальной части не усматривается.

Руководствуясь статьями 30.6-30.9 КоАП РФ, судья

р е ш и л:

постановление заместителя руководителя Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Марий Эл № 012/04/14.32-537/2023 от 3 августа 2023 года и решение судьи Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 24 октября 2023 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 14.32 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении директора ООО «<...>» ФИО1 изменить, исключив из них выводы о нарушении пункта 2 части 1 статьи 11, статьи 17 Федерального закона от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» в виде заключения антиконкурентного соглашения в 2019 и 2022 годах.

В остальной части указанные постановление и решение оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Настоящее решение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в порядке, установленном статьями 30.12 - 30.19 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара).

Судья – Э.И. Салихова