Приговор № 1-1-36/2019 от 16 мая 2019 г. по делу № 1-1-36/2019

Дело № 1-1-36/2019


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

Р.п. Майна 17 мая 2019 года

Майнский районный суд Ульяновской области в составе председательствующего судьи Глухова А.В.,

с участием государственного обвинителя заместителя прокурора Майнского района Ульяновской области Аюкаева А.Р.,

подсудимого ФИО1,

защитника адвоката Деманова А.В., представившего удостоверение *** и ордер *** от ***,

потерпевшего К.Ю.С.,

при секретаре Кузьминой Е.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в общем порядке в отношении

ФИО1, ***, не судимого, содержащегося под стражей с 12 февраля 2019 года, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 11 февраля 2019 года совершил убийство К.Г.С., то есть умышленно причинил смерть другому человеку при следующих обстоятельствах.

11 февраля 2019 года в период времени с 12 часов до 18 часов 50 минут, более точное время не установлено, у ФИО1, находившегося в состоянии алкогольного опьянения в *** ***, на почве внезапно возникших неприязненных отношений, произошел конфликт с находящимся там же и в тоже время ранее ему знакомым К.Г.С., в ходе которого у ФИО1, возник умысел на причинение смерти К.Г.С.

Реализуя свой преступный умысел, направленный на причинение смерти К.Г.С., ФИО1, находясь в указанные выше время и месте, вооружился имевшимся в доме ножом, то есть предметом, обладающим большой поражающей способностью, и, действуя умышленно, с целью лишения жизни К.Г.С., нанес указанным ножом со значительной силой не менее 8 ударов в области расположения жизненно важных органов потерпевшего шею и голову К.Г.С., а также неустановленным в ходе следствия тупым твердым предметом не менее 13 ударов в область расположения жизненно важных органов - голову и тело потерпевшего.

В результате умышленных преступных действий ФИО1, направленных на умышленное причинение смерти К.Г.С., последнему была причинена резаная рана передней поверхности шеи с повреждением правой общей сонной артерии, сопровождавшаяся острой кровопотерей, которая квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, от которой потерпевший скончался на месте происшествия 11 февраля 2019 года.

Кроме этого, в результате вышеуказанных умышленных преступных действий ФИО1, К.Г.С. были причинены следующие телесные повреждения: закрытая тупая травма живота: разрывы брызжейки подвздошной кишки, квалифицируемая как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; резаная рана левой ушной раковины, колото-резаная сквозная рана подбородочной области справа, колото-резанная сквозная рана нижней губы слева в проекции 3-го зуба на нижней челюсти с повреждением кончика языка, колото-резаная сквозная рана нижней губы слева в проекции 4-го зуба на нижней челюсти, колото-резаные слепые раны на передней поверхности границы под-подбородочной и шейной областей, квалифицирующиеся как повреждения, причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья; резаная рана на правой щеке, резаные раны в под-подбородочной области слева, по нижнему краю тела нижней челюсти, кровоподтек на веках правого глаза, кровоподтек на нижнем веке левого глаза, кровоподтек на передней поверхности правой ушной раковины, ссадина на верхней губе справа в проекции 2,3–го зубов, ссадина в левой лобно-височной области, ссадина на левой щеке в проекции тела нижней челюсти, ссадина на задне-верхней поверхности правого плечевого сустава, кровоподтеки на передней поверхности правой половины грудной клетки на уровне 1-3-го ребер по среднеключичной линии, кровоподтеки на передне-боковой поверхности левой половины грудной клетки на уровне 3-5–го ребер от среднеключичной до переднеподмышечной линии, кровоподтеки на переднее - внутренней поверхности левого плеча в средней и нижней третях, кровоподтек на тыльной поверхности левой кисти в проекции пястнофалангового сустава 3-го пальца, кровоподтек на тыльной поверхности 3-го пальца левой кисти, кровоизлияние в мягких покровах головы в левой лобно-височной области, кровоизлияния в правую и левую височные мышцы, рваная рана у внутреннего угла левой глазной щели, которые квалифицируются как повреждения не причинившие вреда здоровью.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину признал частично, пояснив, что убивать К.Г.С. он не хотел, и не мог причинить потерпевшему вмененное ему в вину количество ударов, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным статьей 51 Конституции Российской Федерации, не свидетельствовать против самого себя.

Из показаний ФИО1, данных им на предварительном следствии и оглашенных судом в связи с отказом от дачи показаний в судебном заседании следует, что 11 февраля 2019 утром он пришел к К.Г.С. домой по адресу: ***, р.***, где они стали употреблять спиртные напитки. Находились в доме вдвоем. Периодически к ним заходила сожительница К.Г.С., А.Л.И. Позднее он закрыл входную дверь для того, чтобы А.Л.И. более не прошла в дом. В обеденное время между ним и К.Г.С. произошел конфликт, в ходе которого К.Г.С. оскорбил его, после чего нанес удар по лицу, от чего тот упал, потом он оттолкнул К.Г.С. от себя, он был очень зол из-за случившегося конфликта. Он взял нож, и стал размахивать им перед К.Г.С., которому пояснил, чтобы тот не подходил, иначе он его порежет, но К.Г.С. нецензурной бранью выразился, что ему все равно. У него подвело ногу, расстояние между ними было маленькое, поэтому он нанес телесные повреждения в область шеи и лица К.Г.С., который после ударов обмяк и упал на пол. Позднее он услышал, что в окна дома кто-то стучится, он испугался того, что натворил, вышел из дома, где его задержал брат потерпевшего К.Ю.С. Он осознает, что смерть К.Г.С. произошла от его действий, но убивать потерпевшего он не хотел, был слишком зол на К.Г.С. из-за конфликта произошедшего между ними и не смог до конца проконтролировать свои действия ( т.1 л.д. 79-83,101-102,141-144, 154-156).

Аналогичные показания ФИО1 давал и во время проведения с ним проверки показаний на месте, в ходе которой он показал, где 11 февраля 2019 года он в доме К.Г.С. нанес удары ножом потерпевшему, подробно рассказал об обстоятельствах совершенного им преступления (т.1 л.д.117-128).

Кроме частичного признания вины подсудимым и его показаний на предварительном следствии, виновность ФИО1 в совершении действий, указанных в установочной части приговора, подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Показаниями потерпевшего К.Ю.С. в судебном заседании, из которых следует, что 11 февраля 2019 года около 17 часов 45 минут он приехал домой к брату К.Г.С., по адресу: ***, р.***. До этого в течение дня ему звонила сожительница брата - А.Л.И., которая сообщила, что К.Г.С. и ФИО1 целый день употребляют спиртные напитки и не пускают её домой. По приезду, входная дверь дома брата была закрыта изнутри. Он стал обходить дом, и в этот момент освещение в доме было отключено. После чего с помощью фонарика мобильного телефона он стал освещать окна дома, где внутри жилого помещения через окно увидел ФИО1, руки которого были запачканы кровью. Затем ФИО1 попытался выбежать из дома, но он его задержал на улице. ФИО1 сказал, что Жора умер, и после этого он ударил подсудимого кулаком по лицу, тот упал. После чего он поднял ФИО1 и вместе с ним зашел в дом, где обнаружил своего брата с телесными повреждениями и без признаков жизни. У ФИО1 телесных повреждений не было. Подсудимый был выпившим, но не пьяным.

Свои показания потерпевший К.Ю.С. подтвердил и при проведении очной ставки с ФИО1 (т.1 л.д. 84-86).

Свидетель А.Л.И. в судебном заседании показала, что она сожительствовала в гражданском браке с К.Г.С. и проживала вместе с ним на ***, ***. 11 февраля 2019 года утром к ним пришел ФИО1, и тот с К.Г.С. стали распивать спиртные напитки, а она ушла к соседке И.З.С., а через некоторое время вернулась домой с соседкой. ФИО1 и сожитель продолжали распивать спиртное, пили водку. Она предложила ФИО1 покинуть их дом, но тот не уходил. После этого она взяла из дома вещи, деньги и ушла к соседке. После обеда входная дверь дома была закрыта изнутри, ФИО1 дверь ей не открывал и в дом не пускал. После этого она несколько раз с соседкой приходила к дому, дверь также была закрыта изнутри. Через окно увидела, что К.Г.С. спал на диване, а ФИО1 сидел рядом. Об этом она по телефону сообщила брату сожителя К.Ю.С. Вечером, около 18 часов 30 минут к дому приехал К.Ю.С., пытался зайти в дом, стучал в дверь, но дверь ему никто не открыл. Освещение в доме в это время выключили, К.Ю.С. стал светить фонариком мобильного телефона в окно, увидел там ФИО1, который впоследствии открыл дверь дома и пытался убежать, но К.Ю.С. его задержал. ФИО1 сказал, что Жора умер. Она прошла в дом, где увидела сожителя К.Г.С. без признаков жизни в луже крови, на лице имелись раны. Рядом с телом сожителя находился нож и пустая бутылка из-под водки. Она также видела, что руки ФИО1 были в крови. В течение дня в доме находились только ФИО1 и К.Г.С.

Аналогичные показания свидетель А.Л.И. давала и на очной ставке с ФИО1 (т.1 л.д. 129-131).

Из показаний свидетеля И.З.С. в судебном заседании следует, что 11 февраля 2019 года утром к ней пришла А.Л.И. и сообщила, что у них дома употребляют спиртные напитки К.Г.С. и ФИО1 Она с А.Л.И. в течение дня несколько раз ходила домой к А.Л.И. и К., чтобы забрать нужные вещи. После обеда, когда они пошли вновь в дом, входная дверь была закрыта изнутри, и зайти в дом они не могли. Вечером приехал родной брат потерпевшего, К.Ю.С. Она вместе с А.Л.И. прошла в дом, где обнаружили К.Г.С. без признаков жизни лежащим на полу в луже крови, а руки у ФИО1 были в крови. Она поняла, что К.Г.С. убил ФИО1, так как К. и Прутяну на протяжении всего дня вместе употребляли спиртные напитки вдвоем.

Свидетель К.Т.В. в судебном заседании показала, что 11 февраля 2019 года вечером после 18 часов она вместе с мужем К.Ю.С. приехали к дому его брата К.Г.С. на *** р.***, поскольку К.Г.С. целый день употреблял спиртные напитки с ФИО1 и не открывал дверь А.Л.И. сожительнице потерпевшего. По приезду её муж пошел в дом К.Г.С., но дверь была закрыта изнутри, К.Ю.С. стал обходить дом, а они с А.Л.И. стояли на улице. В это время из дома выбежал ФИО1, однако муж успел задержать его. ФИО1 говорил, что Жора умер. После этого муж зашел в дом, а когда вышел из дома, сообщил, что его брат скончался. Потом ей стало известно, что ФИО1 убил К.Г.С.

Свидетель П.Е.Г. в судебном заседании от дачи показаний отказалась, воспользовавшись правом, предусмотренным статьей 51 Конституции Российской Федерации не свидетельствовать против своего сына подсудимого ФИО1

Из показаний свидетеля П.Е.Г. данных на предварительном следствии и оглашенных судом в связи с отказом показаний, следует, что 11 февраля 2019 года утром её сын ФИО1 ушел к К.Г.С., проживающему по адресу: ***, р.***. Сын долго не возвращался домой, поэтому около 17 часов 30 минут, она пошла по вышеуказанному адресу. Входная дверь была закрыта. Через окно она видела, что в доме находится ФИО1, как она поняла в состоянии алкогольного опьянения. Она стучала в окна, но ФИО1 не обращал на неё внимание. После чего она ушла домой. Позже ей стало известно, что её сын ФИО1 зарезал К.Г.С.

(т.1 л.д. 689-71).

Оснований не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей у суда не имеется.

Показания потерпевшего и свидетелей носят последовательный и подробный характер, полностью согласуются с другими исследованными доказательствами по делу, в связи с чем, у суда отсутствуют основания сомневаться в их достоверности.

Кроме показаний вышеуказанных свидетелей и потерпевшего, виновность ФИО1 в совершении преступления подтверждается и другими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 11 февраля 2019 года, местом происшествия является жилой дом, расположенный по адресу: ***, ***. В доме, напротив печи на полу, в положении лежа на спине обнаружен труп К.Г.С. с ранами в области лица. Справа от головы трупа обнаружен нож с черной рукояткой, обильно запачканный веществом бурого цвета. Там же обнаружена бутылка из-под водки. С места происшествия изъяты мобильные телефоны марки «texet» и «Samsung», трико, футболка, свитер принадлежащие К.Г.С., бутылки из под пива, бутылки из под водки, нож, окурки, рюмка, упаковки из под сигарет, следы пальцев рук, срезы ногтей пальцев рук и микрочастицы с ладоней К.Г.С., образцы трупной крови К.Г.С. (т.1 л.д.24-40).

Заключением судебно-медицинской экспертизы *** установлено, что причиной смерти К.Г.С. явилась резаная рана передней поверхности шеи с повреждением правой общей сонной артерии, сопровождавшаяся острой кровопотерей, которая квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Данное повреждение образовалось прижизненно, незадолго до наступления смерти, от однократного воздействия предмета, обладающего режущими свойствами. Направление воздействия спереди назад и несколько сверху вниз.

При судебно-медицинской экспертизе трупа также обнаружены следующие телесные повреждения: кровоподтек на веках правого глаза, кровоподтек на нижнем веке левого глаза, кровоподтек на передней поверхности правой ушной раковины, ссадина на верхней губе справа в проекции 2,3-го зубов, ссадина в левой лобно-височной области, ссадина на поверхности левой щеке в проекции тела нижней челюсти, ссадина на задне-верхней поверхности правого плечевого сустава, кровоподтеки (4) на передней поверхности правой половины грудной клетки и на уровне 1-3-го ребер по среднеключичной линии, кровоподтеки (5) на передне-боковой поверхности левой половины грудной клетки на уровне 3-5-го ребер от среднеключиной до переднеподмышечной линии, кровоподтеки (8) на передне-внутренней поверхности левого плеча в средней и нижних третях, кровоподтек на тыльной поверхности левой кисти в проекции пястнофалангового сустава 3-го пальца, кровоподтек на тыльной поверхности 3-го пальца левой кисти, кровоизлияние в правую и левую височные мышцы, рваная рана у внутренного угла левой глазной щели, резаная рана левой ушной раковины, резаная рана на правой щеке, колото-резаная сквозная рана подбородочной области справа, колото-резаная сквозная рана нижней губы слева в проекции 3-го зуба на нижней челюсти с повреждением кончика языка, колото-резаная сквозная рана нижней губы слева в проекции 4-го зуба на нижней челюсти, резаные раны (2) в под подбородочной области слева, по нижнему краю тела нижней челюсти, колото-резаные слепые раны (2) на передней поверхности границы под-подбородочной и шейный областей; закрытая тупая травма живота: разрывы (2) брыжейки подвздошной кишки.

Данные повреждения образовались прижизненно, незадолго до наступления смерти. Рваная рана на лице, все вышеописанные кровоподтеки и ссадины, кровоизлияние в мягкие покровы головы, кровоизлияния в височные мышцы, а также закрытая травма живота образовались от не менее 13-ти воздействий тупого твердого предмета. Колото-резаные раны на лице образовались от 4-х воздействий предмета, обладающими колюще-режущими свойствами. Резаные раны на лице образовались от 4-х воздействий предмета, обладающего режущими свойствами.

В момент причинения повреждений потерпевший мог находиться в любом положении, при этом положение его могло меняться в процессе получения повреждений.

Ссадины и кровоподтеки на лице, кровоподтеки на груди и руках, кровоизлияния в мягкие покровы головы и височные мышцы, рваная рана у внутреннего угла левой глазной щели, резаная рана на правой щеке, резаные раны в под-подбородочной области слева по нижнему краю тела нижней челюсти квалифицируются как повреждения, не причинившего вреда здоровью.

Колото-резаные раны лица квалифицируются как повреждения, причинившие легкий вред здоровью.

Закрытая тупая травма живота, проявившаяся разрывами брыжейки подвздошной кишки, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

При судебно-химическом исследовании крови обнаружено 3,31 промилле этилового алкоголя. Такое количество алкоголя в крови, обычно у живых лиц со средней чувствительностью к нему, соответствует опьянению сильной степени.

(т.2 л.д.2-12).

Согласно заключению медико-криминалистической судебной экспертизы ***, возможность причинения рваной раны в области внутреннего угла левой глазной щели К.Г.С. в результате воздействия клинка представленного на экспертизу ножа, а именно области его острия, не исключается. Возможность причинения всех колото-резаных и резанных повреждений (ран) на теле К.Г.С. клинком ножа, представленного на экспертизу, не исключается (т.2 л.д.107-121).

Из заключения дополнительной судебно-медицинской экспертизы *** следует, что характер трупных явлений не исключает возможность наступления смерти в срок до 20-ти часов ко времени вскрытия трупа, что в свою очередь не противоречит показаниям ФИО1 в протоколе допроса от 12.02.2019 и в протоколе проверки показаний на месте от 14.02.2019.

Поскольку показания ФИО1 не содержат ситуационных моментов причинения ссадин и кровоподтеков на лице, кровоподтеках на груди и руках, кровоизлияний в мягкие покровы головы и в височные мышцы, рваной раны левой глазной щели, закрытой тупой травмы живота, перечисленных в п.5 заключения эксперта, решить вопрос о возможности их образования при обстоятельствах указанных в протоколе допроса от 12.02.2019 и в протоколе проверки показаний на месте от 14.02.2019 не представляется возможным.

Учитывая локализацию и характер колото-резанных и резаных ран на голове и шее, описанных в пунктах № 1-5 заключения эксперта возможность их образования в результате причинения их ножом при механизме нанесения, описываемом ФИО1 в протоколе допроса от 12.02.2019 и в протоколе проверки показаний на месте от 14.02.2019, маловероятна (т.2 л.д.145-150).

Заключением генетической судебной экспертизы № Э3/68 установлено, что кровь и пот, обнаруженные на клинке и рукояти ножа, изъятого в ходе осмотра места происшествия 11 февраля 2019 года, произошли от К.Г.С.(т.2 л.д.27-31).

Из заключения генетической судебной экспертизы № Э3/69 следует, что слюна, обнаруженная на трех окурках сигарет, изъятых в ходе осмотра места происшествия 11 февраля 2019 года, произошла от К.Г.С. (т.2 л.д.39-44).

Согласно протоколу выемки от 12 февраля 2018 года у ФИО1 изъяты куртка, рубашка, штаны, носки (т.1 л.д.89-90).

Заключением биологической судебной экспертизы *** установлено, что в пятнах на рубашке, штанах и пары носков, изъятых у ФИО1, обнаружена кровь, происхождение которой от К.Г.С. не исключается (т.2 л.д.76-83).

Из протокола получения образцов для сравнительного исследования от 12 февраля 2019 года следует, что ФИО1 изъяты смывы с рук и следы пальцев рук (т.1 л.д. 94-96).

По заключению биологической судебной экспертизы эксперта ***, в пятнах на марлевых тампонах - смывах с обеих рук ФИО1 найдена кровь человека, происхождение которой от К.Г.С. не исключается (т.2 л.д.131-135).

Согласно заключению дактилоскопической судебной экспертизы *** след пальца рук на стекле в кухонном помещении, изъятый в ходе осмотра места происшествия 11 февраля 2019 года, оставлен большим пальцем левой руки ФИО1 (т.2 л.д.124-128).

Из заключений дактилоскопических судебных экспертиз № *** на поверхности полимерных бутылок, изъятых в ходе осмотра места происшествия 11 февраля 2019 года, имеется след руки, пригодный для идентификации человека, который оставлен ладонью правой руки ФИО1, *** (т.2 л.д. 139-140, 169-172).

Заключениями судебно-биологических экспертиз ***, ***, *** установлено, что в пятнах на бутылках из-под водки, в пятнах на футболке и трико К.Г.С., в пятнах на свитере К.Г.С., изъятых в ходе осмотра места происшествия 11 февраля 2019 года, обнаружена кровь, происхождение которой от К.Г.С. не исключается ( т.2 л.д. 68-73, 86-91, 97-104).

Согласно заключению генетической судебной экспертизы № Э3/97, смешанные следы крови и пота, обнаруженные на срезах ногтевых пластин с правой и левой руки трупа К.Г.С. произошли от К.Г.С. (т.2 л.д.47-51). П

По заключению амбулаторной комиссионной психолого-психиатрической экспертизы за ***, ФИО1 ***

Указанные психические отклонения по степени выраженности не достигают хронического психического расстройства или слабоумия и не лишают его в настоящее время способности в полной мере осознавать фактический характер своих действий и руководить ими.

В момент совершения инкриминируемого деяния, как видно из материалов уголовного дела, ФИО1 не обнаруживал признаков какого-либо временного психического расстройства, а находился в состоянии простого алкогольного опьянения, и мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими.

В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. Психологический анализ материалов уголовного дела и данные направленной беседы с испытуемым позволяют сделать вывод о том, что в момент совершения правонарушения ФИО1 не находился в состоянии аффекта, об этом свидетельствуют правильная ориентировка в окружающем, целенаправленность и последовательность его действий, адекватный контакт с окружающим (помнит и воспроизводит последовательность своих действий и действия потерпевшего, окружающую обстановку, время и место событий, нанесение удара ножом), отсутствие в его состоянии стадийности, характерной для эмоциональных состояний, доходящих до степени аффекта. Частичное запамятование количества ударов ножом потерпевшему, в момент наибольшего эмоционального напряжения не является достаточным критерием для обоснования феноменологии аффекта.

По данным уголовного дела, в момент совершения правонарушения ФИО1 находился в состоянии простого алкогольного опьянения, которое существенным образом изменяет течение эмоциональных процессов и реакций, снижает контроль своих действий и облегчает открытое проявление агрессии вовне (т.2 л.д. 15-17).

У суда нет оснований сомневаться в выводах экспертизы. Поведение подсудимого в судебном заседании не вызывает сомнений, поэтому суд признает ФИО1 вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

Положенные в основу приговора доказательства суд признает допустимыми, поскольку они получены в соответствии с уголовно-процессуальным законом Российской Федерации.

Утверждения подсудимого о том, что потерпевший К.Г.С. во время конфликта ударил его рукой по лицу, а затем стал бить его ногами по телу, в судебном заседании нашли свои частичные подтверждения, поскольку из заключения эксперта *** следует, что у ФИО1 обнаружены кровоподтек на наружной поверхности правого бедра в средней трети, кровоподтек в проекции левого угла нижней челюсти, кровоподтек в подбородочной области слева, ссадина на левой боковой поверхности шеи в верхней трети, которые не причинили вреда здоровью и могли образоваться 11 февраля 2019 года при обстоятельствах, изложенных в протоколе его допроса (т.2 л.д.19-20).

Вместе с тем, при задержании ФИО1, брат погибшего К.Ю.С. нанес удар кулаком подсудимому в область лица, причинив подсудимому телесные повреждения в область лица, что не оспаривается ФИО1

Доводы подсудимого ФИО1 о том, что он не хотел убивать потерпевшего, суд находит несостоятельными.

Анализируя и оценивая совокупность всех вышеперечисленных доказательств, характера, количества и локализации телесных повреждений, причиненных потерпевшему, последующего поведения ФИО1, суд пришел к убеждению, что подсудимый, действуя с прямым умыслом на лишение жизни, целенаправленно нанес К.Г.С. множество ударов ножом в области расположения жизненно-важных органов потерпевшего шею и голову, причинив смерть потерпевшему, а также неустановленным предметом нанес множество ударов в область головы и тела К.Г.С.

Доводы подсудимого о том, что он не мог нанести потерпевшему множество ударов, суд находит несостоятельными, поскольку объективно количество телесных повреждений у К.Г.С. установлено заключением судебно-медицинской экспертизы ***, и кроме подсудимого и потерпевшего, других лиц в доме не было.

Совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, свидетельствует о том, что действия ФИО1 не были связаны с превышением необходимой обороны, поскольку удары потерпевшему ножом и неустановленным предметом подсудимый наносил в тот момент, когда К.Г.С. не нападал на подсудимого, угроз не высказывал, каких-либо предметов в руках не держал, находился в сильной степени опьянения.

Оснований полагать, что ФИО1 в момент совершения преступления находился в состоянии сильного душевного волнения, не имеется, поскольку подсудимый находился в состоянии алкогольного опьянения, об обстоятельствах совершенного преступления давал последовательные показания, а также суд учитывает его последующее поведение после совершения преступления.

При таких обстоятельствах, действия подсудимого суд квалифицирует по части 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

При определении размера и вида наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства дела, данные о личности подсудимого, смягчающие обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление виновного.

При изучении личности подсудимого ФИО1 установлено, что он ранее не судим, к административной ответственности не привлекался, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, жалоб на его поведение не поступало, в употреблении спиртных напитков замечен не был, не работает, является инвали*** группы бессрочно, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит.

К смягчающим наказание подсудимого обстоятельствам суд относит частичное признание вины ФИО1, его явку с повинной, инвалидность 3 группы, наличие у виновного заболевания эмоционально-неустойчивого расстройства личности.

В качестве смягчающего обстоятельства суд признает явку с повинной по следующим основаниям. Потерпевший К.Ю.С. хотя и задержал подсудимого на месте происшествия, вместе с тем ни он, ни другие лица очевидцами преступления не были. ФИО1 о совершенном преступлении им не говорил, а сообщил об этом правоохранительным органам в протоколе явке с повинной, тем самым способствовал раскрытию преступления.

Оснований для признания отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употребление алкоголя, не установлено. ФИО1 на учете у врача нарколога не состоит, сведений о злоупотреблении алкоголем материалы дела не содержат.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, предусмотренных ст.63 Уголовного кодекса Российской Федерации, не установлено.

С учетом фактических обстоятельств совершенного ФИО1 преступления и степени его общественной опасности, не смотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих обстоятельств, вместе с тем суд считает необходимым назначить подсудимому наказание, связанное с лишением свободы, поскольку исправление виновного возможно только в условиях изоляции его от общества.

Принимая решение о назначении ФИО1 наказания за совершенное им преступление в виде лишения свободы, суд исходит из положений статьи 43 Уголовного кодекса Российской Федерации и считает, что иное наказание не будет способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению подсудимого и предупреждению совершения им новых преступлений.

При определении срока наказания подсудимому ФИО1, суд учитывает требования ч.1 ст.62 Уголовного кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ и отсутствии отягчающих обстоятельств, размер наказания не может превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией статьи Особенной части УК РФ, и считает необходимым применить указанное положение закона при назначении наказания ФИО1

Оснований для применения к подсудимому положений ст. ст. 64, 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч.6 ст. 15 УК РФ, суд не находит.

Принимая во внимание смягчающие обстоятельства, суд считает возможным не назначать подсудимому дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Определяя вид исправительного учреждения, суд исходит из правил п. «в» ч.1 ст.58 Уголовного кодекса Российской Федерации. Поскольку ФИО1 совершил особо тяжкое преступление, ему следует назначить отбывание наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения подсудимому в виде заключения под стражу с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, назначения наказания в виде лишения свободы подлежит оставлению без изменения до вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск не заявлен.

Процессуальные издержки по делу составили 1120 рублей – сумма, выплаченная из федерального бюджета адвокату М.О.В., 2920 рублей – сумма выплаченная из федерального бюджета адвокату Деманову А.В., 1800 рублей – сумма выплаченная из федерального бюджета адвокату Т.А.В. за осуществление по назначению защиты интересов ФИО1 в ходе предварительного следствия.

В соответствии с требованиями ст.132 УПК Российской Федерации обязанность по возмещению процессуальных издержек в доход федерального бюджета суд возлагает на подсудимого ФИО1

При решении вопроса о вещественных доказательствах суд руководствуется положениями ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 304, 307, 308, 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 9 (девять) лет 6 (шесть) месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять с 17 мая 2019 года.

Зачесть в срок отбытия наказания время содержания ФИО1 под стражей в качестве меры пресечения с 12 февраля 2019 года по 16 мая 2019 года включительно.

Меру пресечения ФИО1 – содержание под стражей оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, с содержанием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ульяновской области.

Взыскать с ФИО1 в федеральный бюджет процессуальные издержки в сумме 5 840 (пять тысяч восемьсот сорок) рублей.

Вещественные доказательства, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Ульяновского межрайонного следственного отдела СУ СК Российской Федерации по Ульяновской области: мобильный телефон «texet», передать потерпевшему К.Ю.С.; срезы ногтевых пластин с правой и с левой руки трупа К.Г.С., образец трупной крови К.Г.С., четыре бутылки из под пива, три окурка от сигарет, одежд с трупа К.Г.С. футболка, трико, свитер, три бутылки из под водки, нож, кровь ФИО1, трупная кровь, желчь, волосы с головы трупа К.Г.С., смывы с правой и с левой руки ФИО1, рубашка в клетку, носки, штаны, куртка, изъятые у ФИО1, - уничтожить; три следа рук со стекла кухонного помещения и два следа рук с входной двери дома, дактилоскопическая карта на имя К.Г.С., дактилоскопическая карта на имя ФИО1, хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Ульяновского областного суда в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным ФИО1 - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья А.В. Глухов