Решение № 2-195/2019 2-195/2019(2-2619/2018;)~М-2374/2018 2-2619/2018 М-2374/2018 от 18 сентября 2019 г. по делу № 2-195/2019

Дело № 2-195/19


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19.09.2019 г. г. Владивосток

Первомайский районный суд в составе:

председательствующего судьи Сахно С.Я.

при секретаре Фетисовой Я.О.

с участием:

представителя истца ФИО1,

по доверенности

представителя ответчика ФИО2,

по ордеру

представителя третьих лиц ФИО3,

по доверенностям

третьего лица ФИО4

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО6, ФИО7 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки

УСТАНОВИЛ

04.07.2017 г. между ФИО7 – кредитором, и ФИО6 – должником, во исполнение обязательств по договору займа между указанными лицами от 03.08.2015 г. на сумму <данные изъяты> руб., процентов по договору в размере <данные изъяты> руб., неустойки по договору в размере <данные изъяты> руб., общая сумма задолженности по договору <данные изъяты> руб., было заключено нотариально удостоверенное соглашение об отступном, в соответствии с которым ФИО6 передал ФИО7 следующее имущество:

- 1/3 долю в праве общей долевой собственности на <адрес> в <адрес>;

- 1/2 долю в праве общей долевой собственности на <адрес> в <адрес>.

ФИО5 обратился в суд с иском к ФИО6, ФИО7, указывая, что 16.03.2017 г. Первомайским районным судом г. Владивостока было постановлено решение, которым с ФИО6 в его пользу была взыскана денежная сумма в размере <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп., на момент совершения соглашения об отступном ФИО6 с достоверностью было известно о наличии неисполненного обязательства перед ФИО5 и о наличии сводного исполнительного производства в отношении него, ФИО6, как должника, при этом 29.06.2017 г. судебным приставом-исполнителем было принято постановление о запрете совершения действий по регистрации названных объектов недвижимости. Указал, что при заключении соглашения об отступном ФИО6 действовал недобросовестно, лишив его, ФИО5, права обращения взыскания на спорное имущество, переданное по сделке ФИО7, тем самым названная сделка нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, и, соответственно, не соответствует требованиям закона. В соответствии со ст. 168 ГК РФ просит суд признать соглашение об отступном недействительной сделкой, в порядке применения последствий недействительности сделки аннулировать в Едином государственном реестре недвижимости записи о праве собственности ФИО7 в отношении поименованных в соглашении объектов недвижимости.

Определениями суда от 28.11.2018 г. к участию в деле в качестве третьих лиц на стороне ответчика, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО8, ФИО9 и ФИО10 – собственники долей в праве общей долевой собственности на объекты недвижимого имущества, являвшиеся предметом соглашения об отступном.

Определением суда от 14.08.2019 г. к участию в деле в качестве третьего лица на стороне ответчика, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечён ФИО4 – финансовый управляющий ФИО6, в отношении которого определением Арбитражного суда Приморского края от 18.06.2019 г. введена процедура банкротства.

В судебном заседании представитель ФИО5 поддержал исковые требования в полном объёме, пояснил, что вывод о том, что ФИО6 на момент заключения спорного соглашения об отступном с достоверностью было известно о наличии в отношении него сводного исполнительного производства, следует из того, что ФИО6 лично присутствовал при совершении судебным приставом исполнителем действий по аресту принадлежащего ему транспортного средства. Указал, что преимущественное право ФИО5 на получение возмещения за счёт спорного недвижимого имущества основано на том, что обязанность ФИО6 перед ним установлена судебными актами, вступившими в законную силу, и постановлением судебного пристава-исполнителя о запрете действий по регистрации в отношении спорных объектов недвижимости.

Представитель ФИО7 в судебном заседании исковые требования не признал, указал, что оснований для признания спорного соглашения недействительным не имеется, поскольку ФИО7 при его заключении действовал добросовестно, ему не было известно о наличии каких-либо ограничений в обороте для спорных объектов недвижимости, отсутствие подобных ограничений по существу было подтверждено нотариусом при удостоверении сделки и Управлением Росреестра при регистрации его прав, возникших на основании спорной сделки. Полагает, что у истца отсутствует преимущество перед ФИО7 в исполнении обязательств ФИО6 Указал, кроме того, что истцом избран ненадлежащий способ защиты права, поскольку им по существу заявлено требование о признании сделки недействительной по тем основаниям, что она совершена в нарушение установленного судебным приставом-исполнителем запрета, однако п. 2 ст. 174.1 ГК РФ предусмотрены иные, отличные от заявленных истцом, последствия нарушения подобного запрета. Просит суд в иске отказать.

Представитель третьих лиц ФИО8, ФИО9 и ФИО10 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, пояснил, что третьи лица имеют правовой интерес в разрешении настоящего спора, поскольку в настоящее время они обратились в суд с исковыми требованиями о переводе на них прав приобретателя по спорному соглашению. Указал, что ФИО7 в спорной сделке действовал добросовестно, преимуществом перед ФИО7 по исполнению обязательств ФИО6 истец не обладает, при этом из исковых требований ФИО5 следует, что сделка им оспорена по существу как сделка, совершённая с нарушение имеющегося запрета судебного пристава-исполнителя, тогда как п. 2 ст. 174.1 ГК РФ предусматривает иные последствия нарушения подобного запрета.

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании согласился с исковыми требованиями, указал, что при совершении спорного соглашения ФИО6 злоупотребил принадлежащим ему правом, достоверно зная как о наличии возбуждённого в отношении него исполнительного производства, так и о принятых по нему мерах ограничения в отношении имущества, являвшегося предметом соглашения, при этом действия ФИО6 повлекли уменьшение конкурсной массы в рамках дела о его банкротстве.

Стороны и третьи лица ФИО8, ФИО9 и ФИО10 в судебное заседание не явились, истец ФИО5 о дне слушания дела извещён надлежащим образом, причины неявки суду не сообщил, сведениями об уважительности причин суд не располагает; судебные извещения, направленные заказной почтой по месту жительства ответчиков ФИО6 и ФИО7 и третьих лиц ФИО8, ФИО9 и ФИО10, возвращены оператором связи в суд за истечением срока хранения и неявкой адресата. При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о злоупотреблении ответчиками и третьими лицами своими процессуальными правами в виде отказа от получения судебного извещения, в связи с чем, с учётом требований ст.ст. 117,167 ГПК РФ и согласия участников судебного разбирательства, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

При этом ФИО6 и ФИО7 направили в суд отзыв и возражения на исковое заявление:

- ФИО6 в отзыве указал, что злоупотребления правом при заключении соглашения у него не имелось, его действия были направлены на исполнение обязательств перед ФИО7, о наличии запрета на совершение регистрационных действия в отношении спорных объектов недвижимости на момент заключения соглашения ему известно не было;

- ФИО7 в возражениях воспроизвёл позицию по иску, изложенную его представителем в судебном заседании.

Выслушав участников судебного разбирательства, исследовав материалы дела, суд полагает необходимым ФИО5 в удовлетворении иска отказать в полном объёме по следующим основаниям:

В судебном заседании установлено, что 04.07.2017 г. между ФИО7 – кредитором, и ФИО6 – должником, во исполнение обязательств по договору займа между указанными лицами от 03.08.2015 г. на сумму <данные изъяты> руб., процентов по договору в размере <данные изъяты> руб., неустойки по договору в размере <данные изъяты> руб., общая сумма задолженности по договору <данные изъяты> руб., было заключено нотариально удостоверенное соглашение об отступном, в соответствии с которым ФИО6 передал ФИО7 следующее имущество:

- 1/3 долю в праве общей долевой собственности на <адрес> в <адрес>;

- 1/2 долю в праве общей долевой собственности на <адрес> в <адрес>.

Государственная регистрация права общей долевой собственности ФИО7 на указанные объекты недвижимости произведена 10.07.2017 г.

Кроме того, судом установлено, что решением Первомайского районного суда г. Владивостока от 16.03.2017 г. с ФИО6 в пользу ФИО5 была взыскана денежная сумма в размере <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп.; при этом в производстве Отдела судебных приставов по Первомайскому району Владивостокского городского округа на момент заключения между ФИО7 и ФИО6 соглашения об отступном имелось сводное исполнительное производство в отношении должника ФИО6, взыскатель, в том числе, ФИО5, по которому судебным приставом-исполнителем 29.06.2017 г. было принято постановление о запрете на распоряжение принадлежащим должнику имуществом, в том числе долями в праве общей долевой собственности в объектах недвижимости, расположенных в <адрес><адрес>.

Как следует из искового заявления ФИО5 и пояснений его представителя в судебном заседании, основанием для признания заключённого между ФИО7 и ФИО6 соглашения об отступном является недобросовестность ФИО6, действовавшего с целью сокрытия имущества от возможного обращения на него взыскания по сводному исполнительному производству в пользу взыскателя ФИО5

Между тем, суд приходит к выводу о том, что указанное утверждение ФИО5 не соответствует закону и установленным в судебном заседании обстоятельствам.

Действительно, в соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п. 1). При этом, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2).

Судом установлено, что действия ФИО6 при заключении спорного соглашения являлись добросовестными, поскольку были направлены на исполнение обязательств перед стороной в соглашении ФИО7 по договору займа, заключённому 03.08.2015 г., срок исполнения обязательств по которому истёк 03.08.2016 г., при этом общая сумма задолженности ФИО6 по договору займа на момент заключения соглашения об отступном составляла <данные изъяты> руб., что превышает задолженность по сводному исполнительному производству по состоянию на 29.06.2017 г. в размере <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп.

При этом суд принимает во внимание то обстоятельство, что договор займа между ФИО7 и ФИО6 был оспорен ФИО5 в судебном порядке, решением Первомайского районного суда г. Владивостока от 12.12.2018 г. ФИО5 в иске отказано, решение суда вступило в законную силу.

Суд находит несостоятельными доводы представителя ФИО5 о наличии у последнего преимущественных прав на получение возмещения за счёт имущества, указанного в соглашении об отступном, поскольку указанные доводы не основаны на законе, в силу требований ст. 9 ГК РФ граждане по своему усмотрению реализуют принадлежащие им гражданские права.

Обсуждая доводы ФИО5 о том, что ФИО11 на момент заключения спорного соглашения было известно о принятии судебным приставом-исполнителем 29.06.2017 г. постановления о запрете на распоряжение принадлежащим должнику имуществом, в том числе долями в праве общей долевой собственности в объектах недвижимости, расположенных в <адрес><адрес>, суд приходит к выводу о том, что названное утверждение истца не нашло подтверждения в судебном заседании, в направленном в суд отзыве на исковое заявление ФИО6 указанное обстоятельство отрицает, доказательств обратного в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ ФИО5 суду не представлено. При этом, по мнению суда, утверждение ФИО6 о неосведомлённости о наличии названного постановления судебного пристава-исполнителя подтверждается, в том числе, тем обстоятельством, что препятствий для совершения сделки не было установлено нотариусом при удостоверении соглашения, и Управлением Росреестра при регистрации соглашения 10.07.2017 г.

Кроме того, суд признаёт убедительными доводы ФИО7 и представителей третьих лиц ФИО8, ФИО9 и ФИО10 о том, что при указанном истцом основании признания сделки недействительной ввиду нарушения запрета, установленного судебным приставом-исполнителем, указанное основание независимо от квалификации, предложенной истцом, подлежит квалификации по п. 2 ст. 174.1 ГК РФ, в соответствии с которым сделка, совершенная с нарушением запрета на распоряжение имуществом должника, наложенного в судебном или ином установленном законом порядке в пользу его кредитора или иного управомоченного лица, не препятствует реализации прав указанного кредитора или иного управомоченного лица, которые обеспечивались запретом, за исключением случаев, если приобретатель имущества не знал и не должен был знать о запрете.

Согласно разъяснений, приведённых в п. 94 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу п. 2 ст. 174.1 ГК РФ сделка, совершенная в нарушение запрета на распоряжение имуществом должника, наложенного судом или судебным приставом-исполнителем, в том числе в целях возможного обращения взыскания на такое имущество, является действительной. Ее совершение не препятствует кредитору или иному управомоченному лицу в реализации прав, обеспечивающихся запретом, в частности, посредством подачи иска об обращении взыскания на такое имущество (п. 5 ст. 334, 348, 349 ГК РФ).

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что при указанных истцом основаниях исковых требований им избран ненадлежащий способ защиты права, поскольку п. 2 ст. 174 ГК РФ предусмотрены иные последствия заключения сделки в нарушение запрета на распоряжение имуществом должника, названные последствия не обсуждаются судом, поскольку находятся за пределами предмета заявленных ФИО5 исковых требований, равным образом судом не обсуждается вопрос об осведомлённости ФИО7 о наличии запрета ФИО6 на распоряжение имуществом, поскольку при сформулированных истцом исковых требованиях названный вопрос юридически значимым обстоятельством по делу не является.

Таким образом, с учётом совокупности приведённых обстоятельств, основания для удовлетворения исковых требований ФИО5 отсутствуют, в связи с чем в иске необходимо отказать в полном объёме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ

ФИО5 в иске к ФИО6, ФИО7 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд через Первомайский районный суд г. Владивостока в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: