Апелляционное постановление № 22-3020/2019 22К-3020/2019 от 8 июля 2019 г. по делу № 4/7-11/2019

Судья Криницына А.С. Дело № 22-3020/2019


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

09 июля 2019 года г.Новосибирск

Новосибирский областной суд

в с о с т а в е :

председательствующего судьи Тишиной И.В.,

с участием:

прокурора Новосибирской областной прокуратуры Бабенко К.В.,

при секретаре Семенниковой К.В.,

реабилитированной ФИО1,

защитника – адвоката Шитова Д.А.,

представителя Министерства финансов РФ Г.

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу представителя Министерства финансов РФ Ц. на постановление Заельцовского районного суда г.Новосибирска от 25 апреля 2019 года о возмещении ФИО1 имущественного вреда, причиненного уголовным преследованием,

у с т а н о в и л:

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 задержана по подозрению в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.159 УК РФ, ч.1 ст.292 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. ДД.ММ.ГГГГ постановлением Новосибирского областного суда мера пресечения в виде заключения под стражу изменена на домашний арест.

Приговором <данные изъяты> районного суда г.Новосибирска от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.159 УК РФ, ч.1 ст.327 УК РФ, ей назначено наказание в виде 2 лет 8 месяцев лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года. Мера пресечения изменена с домашнего ареста на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Апелляционным приговором судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор от ДД.ММ.ГГГГ отменен, ФИО1 оправдана в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.159 УК РФ, ч.1 ст.327 УК РФ на основании п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления, за ФИО1 признано право на реабилитацию.

Постановлением Заельцовского районного суда г.Новосибирска от 25 апреля 2019 года удовлетворено требование ФИО1, с Министерства финансов РФ за счет казны Российской Федерации взыскано в пользу ФИО1 в счет возмещения имущественного вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, 1 271 244 рубля 07 копеек.

В апелляционной жалобе представитель Министерства финансов РФ Ц. просит отменить постановление суда в связи с неправильным применением уголовно-процессуального закона, существенным нарушением норм уголовного права, а также в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела и неприменением закона, подлежащего применению, просит вынести новое постановление, уменьшив размер взыскания.

В обоснование своих доводов автор жалобы, ссылаясь на положения п.34 ст.5 УПК РФ, ч.1 ст.135 УПК РФ, а также Постановление Пленума ВС РФ от 29.11.2011 №17 «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», указывает, что возмещению подлежит имущественный вред, причиненный реабилитированному лицу, который непосредственно находится в причинно-следственной связи с незаконным уголовным преследованием и который реабилитированный понес по необходимости.

Автор жалобы указывает на требования ст.25 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и позицию Верховного Суда РФ, изложенную в Определении от 12.08.2010 №81-О10-88, согласно которым подлежит выяснению, был ли открыт лицевой счет адвокатского кабинета в банке, обязан ли адвокат зачислять получаемую по квитанциям оплату своих услуг на лицевой счет и др. Более того, Министерством финансов РФ в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ заявлялось ходатайство о предоставлении адвокатом документов, подтверждающих внесение денежных средств, полученных от ФИО1, в кассу адвокатского кабинета. Указанное ходатайство судом удовлетворено, однако соответствующие документы заявителем и адвокатом представлены не были.

Таким образом, по мнению представителя Министерства финансов РФ, не были достоверно установлены все обстоятельства, имеющие значение для дела.

Кроме того, в жалобе ее автором выражается несогласие с указанием суда в постановлении на неполучение ФИО1 заработной платы в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 702 216 рублей 99 копеек, которые она не получила в связи с избранной в отношении нее меры пресечения в виде заключения под стражу и домашнего ареста, а также до вынесения оправдательного приговора, поскольку мера пресечения приговором от ДД.ММ.ГГГГ изменена ФИО1 на подписку о невыезде и надлежащем поведении, в связи с чем доказательств, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она не могла осуществлять трудовую деятельность, заявителем не представлено.

Не представлено доказательств и того, что ФИО1 обращалась к работодателю и ей было отказано в восстановлении на работе.

Расходы, понесенные ФИО1 при рассмотрении данного дела в размере 45000 рублей, по мнению представителя Министерства финансов РФ, не обусловлены действительной стоимостью юридических услуг в Новосибирской области. При этом, как в жалобе обращается внимание, по делу состоялось два судебных заседания, а также составлено заявление о возмещении имущественного вреда в порядке реабилитации на 2,5 листах.

Согласно Определению Конституционного Суда РФ от 02.04.2015 №708-О суд присуждает к возмещению лишь сумму, являющуюся, с учетом совокупности всех обстоятельств дела, объема работы, квалификации субъектов оказания юридических услуг, объективно необходимой и достаточной в данных конкретных условиях для оплаты собственно юридической помощи.

В связи с изложенным, с учетом положений пп.2,3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 №23 «О судебном решении», по убеждении представителя Министерства финансов РФ Ц., постановление суда подлежит изменению в связи с неправильным толкованием и применением норм материального и процессуального права.

В возражениях на апелляционную жалобу представителя Министерства финансов РФ защитник реабилитированной адвокат Шитов Д.А. просит в удовлетворении жалобы отказать.

В судебном заседании представитель Министерства финансов РФ Г. доводы апелляционной жалобы поддержал по изложенным в ней основаниям, прокурор Бабенко К.В., реабилитированная ФИО1 и адвокат Шитов Д.А. просили в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, постановление суда оставить без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 4 ст. 11 УПК РФ вред, причиненный лицу в результате нарушения его прав и свобод судом, а также должностными лицами, осуществляющими уголовное преследование, подлежит возмещению по основаниям и в порядке, которые установлены УПК РФ.

В соответствии с п. 34 ст. 5 УПК РФ под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм Главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении него оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

В соответствии с п.1, 4 ч.1 ст.135 УПК РФ возмещение реабилитированному имущественного вреда включает в себя возмещение заработной платы, пенсии, пособия, других средств, которых он лишился в результате уголовного преследования, а также сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи.

Согласно выработанной Конституционным Судом РФ правовой позиции в Постановлениях от 2 марта 2010 года № 5-П, от 19 июля 2011 года № 18-П и от 17 октября 2011 года № 22-П, закрепленный главой 18 УПК РФ уголовно-процессуальный порядок признания права на возмещение имущественного вреда в связи с реабилитацией в соответствии с требованиями ст. ст. 45, 49, 52 и 53 Конституции РФ во всех случаях создает для реабилитированных лиц упрощенный по сравнению с исковым порядком гражданского судопроизводства режим правовой защиты, освобождающий их от бремени доказывания оснований и размера возмещения вреда и одновременно предоставляющий им возможность участвовать в доказывании объема компенсации.

По смыслу приведенных правовых позиций Конституционного Суда РФ, суд, рассматривающий требования реабилитированного, обязан в соответствии с общими правилами доказывания установить подлежащий возмещению размер причиненного вреда.

Из разъяснений в п.15 названного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года № 17 следует, что при определении размера сумм, подлежащих взысканию в пользу реабилитированного за оказание юридической помощи, судам следует учитывать, что размер возмещения вреда за оказание юридической помощи определяется подтвержденными материалами дела фактически понесенными расходами, непосредственно связанными с ее осуществлением. При этом, неполученные заработная плата, пенсия, пособие, другие средства, которых реабилитированный лишился в результате уголовного преследования, исчисляются с момента прекращения их выплаты. Исходя из положений части 1 статьи 133 УПК РФ о полном возмещении вреда период, за который они подлежат возмещению, определяется судом с учетом конкретных обстоятельств дела.

Принимая решение об удовлетворении заявления ФИО1 о возмещении реабилитированному имущественного вреда, суд первой инстанции обоснованно и правильно определил период времени, за который должен возмещаться причиненный вред, подробно мотивировал свои выводы, в том числе привел расчеты сумм, подлежащих взысканию в пользу заявителя, и в части требований о компенсации расходов на оказание юридической помощи, утраченного заработка, постановил законное и обоснованное решение.

Оснований не соглашаться с выводами суда в этой части и с приведенными в его обоснование мотивами у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы жалобы о том, что избрание ФИО1 при постановлении обвинительного приговора меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении исключает возможность взыскания утраченного заработка, необоснованны, поскольку уголовное преследования в отношении ФИО1 на момент избрания ей указанной меры пресечения прекращено не было, она являлась лицом, привлеченным к уголовной ответственности за совершение ею преступления с использованием своего служебного положения.

При этом доводы представителя Минфина России о том, что суд необоснованно взыскал в пользу ФИО1 заработок в период применения к нему меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, также являются несостоятельными еще и потому, что в силу ч.3 ст.133 УПК РФ право на возмещение вреда имеет любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

При этом, целью реабилитации, по смыслу ст. 135 УПК РФ, является максимальное восстановление положения лица, необоснованно привлеченного к уголовной ответственности, в том числе возмещение всех прямых или косвенных потерь, вызванных незаконным уголовным преследованием.

Таким образом, решение суда в этой части полностью соответствует положениям ст. 133 УПК РФ, предусматривающим право реабилитированного на восстановление трудовых, пенсионных и иных прав.

При этом суд пришел к правильному выводу о том, что между фактом привлечения ФИО1 к уголовной ответственности и прекращением исполнения ею своих трудовых обязанностей имеется причинно-следственная связь.

Исходя из исследованных в судебном заседании доказательств: приказа начальника департамента образования от 20.60.2017, согласно которому исполнение обязанностей ФИО1 возложено на И. (л.д.21); справки о размере дохода ФИО1, согласно которой за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ размер начислений составил 7023136, 99 руб. (л.д.25); протокола задержания ФИО1, согласно которому она задержана ДД.ММ.ГГГГ (л.д.36-38); апелляционного приговора от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО1 оправдана и за ней признано право на реабилитацию (л.д.5-20), суд пришел к обоснованному выводу о размере и периоде взыскания в пользу реабилитированной утраченного заработка.

Суд тщательно проверил обоснованность требований ФИО1 о возмещении имущественного вреда и достоверность представленных заявителем материалов в подтверждение этих требований.

Вопреки доводам жалобы, суд тщательно проанализировал представленные заявителем ФИО1 документы о фактически понесенных ею расходах на оплату услуг адвоката Шитова Д.А., которые не вызвали у суда сомнений в их подлинности, а также в соответствии действительности содержащихся в них данных о стоимости адвокатских услуг и о фактической их оплате именно ФИО2, а также ее близким родственников. Не возникло таких сомнений и у суда апелляционной инстанции, поскольку указанные затраты подтверждаются: квитанциями о выплате аванса адвокату Шитову Д.А. в общей сумме 500000 рублей (л.д.22); ордером адвоката (л.д.44); квитанцией на сумму 45000 рублей (л.д.57); ответом из Прокуратуры Новосибирской области (л.д.56); заявлениями о возмещении вреда реабилитированному (л.д.48-55) и другими доказательствами.

Доказательств обратного автором апелляционной жалобы не представлено как суду первой, так и апелляционной инстанции.

При этом, согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 3 п.15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17, во взаимосвязи с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 2.3 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 2 апреля 2015 года № 708-О «По запросу Сюмсинского районного суда Удмуртской Республики о проверке конституционности положений пунктов 4 и 5 части первой статьи 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», размер возмещения вреда при реабилитации за оказание юридической помощи определяется подтвержденными материалами дела фактически понесенными расходами, непосредственно связанными с ее осуществлением.

По смыслу правовой позиции, выраженной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2015 года N 290-О норма п. 4 ч. 1 ст. 135 УПК РФ не препятствует в случае заключения близкими родственниками лица, задержанного или помещенного под стражу, соглашения об оказании ему юридической помощи возмещению как сумм, внесенных близкими родственниками в оплату оказываемых защитником услуг по поручению подозреваемого, обвиняемого из его личных средств, так и сумм, уплаченных в рамках такого соглашения близкими родственниками с согласия подозреваемого, обвиняемого, - с условием последующего их возмещения реабилитированным лицом. Иное означало бы неодинаковые условия возмещения реабилитированным лицам вреда в зависимости лишь от того, каким образом подозреваемый, обвиняемый осуществлял свое конституционное право на получение квалифицированной юридической помощи и как именно он нес расходы на оплату услуг защитника, что могло бы затруднить - в нарушение ст. ст. 48, 52, 53, 55 (ч. 3) и 56 (ч. 3) Конституции Российской Федерации - реализацию конституционного права реабилитированного на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Требования указанных правовых норм судом учтены в полной мере.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что положения главы 18 УПК РФ не содержат специальных правил, которые позволяли бы суду по своему усмотрению уменьшать размер возмещения вреда по сравнению с доказанным в судебном заседании размером действительно понесенных реабилитированным лицом расходов, в том числе конкретного исчерпывающего перечня документов, на основании которых возможно установление размера указанного возмещения.

Таким образом, основываясь на положениях указанных правовых актов, суд пришел к обоснованным выводам о том, что, как по своему буквальному смыслу, так и по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, суд обязан включить в объем возмещения имущественного вреда, причиненного реабилитированному лицу в результате его незаконного уголовного преследования, все суммы, фактически выплаченные им за оказание юридической помощи.

Размер возмещения вреда за оказание юридической помощи ФИО1 определен судом исходя из фактически понесенных ею расходов, непосредственно связанных с ее осуществлением, и конкретных обстоятельств, которыми были обусловлены такие расходы, в том числе с учетом позиции по этому вопросу всех участвующих в судебном заседании лиц.

Доводы автора жалобы о необоснованном взыскании сумм, выплаченных ФИО1 адвокату Шитову Д.А. за оказание ей помощи при реабилитации в размере 45000 рублей, удовлетворению не подлежат, поскольку указанная сумма была выплачена за реально оказанную юридическую помощь по восстановлению прав реабилитированного, нарушенных незаконным уголовным преследованием

Судом были исследованы и проанализированы все, имеющие значение для правильного разрешения заявления, обстоятельства, в том числе и те, на которые указывается в доводах апелляционной жалобы, поэтому суд апелляционной инстанции соглашается с решением суда первой инстанции и не усматривает оснований для отмены или изменения постановления суда по доводам апелляционной жалобы.

При рассмотрении судом заявления ФИО1 нарушений УПК РФ, которые лишили, либо ограничили права сторон и повлияли на принятие законного и обоснованного постановления, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

Постановление Заельцовского районного суда г. Новосибирска от 25 апреля 2019 года о возмещении ФИО1 имущественного вреда, причиненного уголовным преследованием, оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя Министерства финансов РФ Ц. оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий судья