Решение № 2-255/2021 2-255/2021~М-92/2021 М-92/2021 от 3 марта 2021 г. по делу № 2-255/2021

31RS0004-01-2021-000141-30 2-255/2021


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

(резолютивная часть)

04 марта 2021 года город Валуйки

Валуйский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Анохиной В.Ю.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Галыгиной Е.С.,

с участием истца ФИО5 и его представителя по доверенности и ордеру адвоката Чиркова А.А., представителя ответчика ООО «Валуйская автоколонна» по доверенности ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ООО «Валуйская автоколонна» о защите трудовых прав,

установил:

ФИО5 обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением, в обоснование которого указал, что с августа 2018 года он осуществлял трудовую деятельность в ООО «Валуйская автоколонна» в должности водителя такси «New». По договоренности с работодателем размер его заработной платы составлял 20000 рублей, однако заработная плата ему не была выплачена в полном объеме за декабрь 2018 года, январь 2019 года и февраль 2019 года. В период трудовых отношений с ответчиком 16.02.2019 года, выполняя заказ о перевозке пассажира, ФИО5 стал участником дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП), в результате которого получил телесные повреждения. В начале января 2021 года ФИО5 узнал, что ООО «Валуйская автоколонна» отрицает факт трудовых отношений с ним.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, ФИО5 просил установить факт трудовых отношений между ним и ООО «Валуйская автоколонна»; установить факт получения ФИО5 заработной платы в ООО «Валуйская автоколонна» в размере 20000 рублей; взыскать с ООО «Валуйская автоколонна» в пользу ФИО5 задолженность по заработной плате в размере 45000 рублей, пособие по временной нетрудоспособности – 273184 рублей 90 копеек, компенсацию за неиспользованный отпуск – 98181 рублей 24 копеек и 100000 рублей в счет компенсации морального вреда.

В судебном заседании истец и его представитель иск поддержали. Суду пояснили, что ФИО5 работал в ООО «Валуйская автоколонна» в должности водителя такси «New» с августа 2018 года, сначала в качестве подработки, в свободное от основной работы в ООО НПФ «Белагроспецмаш» время, а затем – на постоянно основе, вплоть до ДТП 16.02.2019 года. Заявление о приеме на работу и трудовую книжку он отдал директору ООО «Валуйская автоколонна» ФИО4 примерно в январе 2019 года. Работа носила сменный характер, у него был напарник, заработная плата ФИО5 выдавалась наличными в офисе ответчика. Перед каждой сменой он проходил предрейсовый контроль там же, с участием врача. Работал постоянно на одном и том же автомобиле марки Тойота Королла белого цвета, автомобиль брал в гараже ООО «Валуйская автоколонна», заказы на перевозку пассажиров получал от диспетчера ответчика.

Представитель ответчика в судебном заседании иск не признал, поддержав доводы возражения на исковое заявление и дополнения к нему (л.д. 99-101, 156-159). Заявил ходатайство о применении срока исковой давности в отношении требований истца.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, суд приходит к следующему.

В силу ст. ст. 264, 265 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан. Суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение, только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов.

В соответствии со ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовыми отношениями являются отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора (ч. 1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч. 3 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

На основании ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 3 п. 8, п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу ч. 4 ст. 11 Трудового кодекса РФ должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель обязан не позднее 3 рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (ч. 2 ст. 57; ч. 1 ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из совокупного толкования норм трудового права, содержащихся в названных нормах, к характерным признакам трудового правоотношения относятся: личный характер прав и обязанностей работника; обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию; подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер (оплата производится за труд). Неоформление трудового договора не лишает работника права на возможность признания сложившихся с работодателем отношений трудовыми.

Из правового смысла ч. 2 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что суд принимает решение по имеющимся в материалах дела доказательствам, при этом в силу положений ст. 56 ГПК РФ бремя доказывания факта возникновения и наличия трудовых отношений в данном случае возлагается на истца. Ответчик же должен доказать отсутствие трудовых отношений с истцом.

Вместе с тем, ФИО5 не представил суду доказательств, позволяющих сделать вывод о наличии между ним и ответчиком трудовых отношений в период с августа 2018 года по 16.02.2019 года.

Согласно пояснениям истца, в августе 2018 года он трудоустроился в ООО «Валуйская автоколонна», где работал водителем такси «New» в свободное от основной работы в ООО НПФ «Белагроспецмаш» время: после работы и в выходные дни. Примерно в декабре 2018 года он уволился из ООО НПФ «Белагроспецмаш», отдал директору ООО «Валуйская автоколонна» заявление о приеме на работу и трудовую книжку. Однако, как выразился истец, чтобы подстраховать себя, встал на учет в центр занятости населения, с которого не снялся при трудоустройстве на предприятие ответчика, а состоял в течение шести месяцев, пока не был снят автоматически; там же получал пособие по временной нетрудоспособности после ДТП. Истец пояснил, что писал расписку в офисе ответчика о передаче трудовой книжки, но та у него не сохранилась. Приказ о приеме на работу он также не видел, но считал, что трудоустроен официально. После каждой смены он отчитывался в бухгалтерии ответчика, составлялись акты приема-передачи, но у него вторых экземпляров этих актов нет.

Согласно представленным самим ФИО5 сведениям о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица, он был официально трудоустроен в ООО НПФ «Белагроспецмаш» с 16.04.2018 года по 15.01.2019 года, в период с 17.01.2019 года по 16.07.2019 года получал пособие по безработице (л.д. 32-39). Кроме того, после ДТП с 23.12.2018 года по 27.12.2018 года ФИО5 получал пособие по временной нетрудоспособности (л.д. 40).

В опровержение доводов иска сторона ответчика представила суду книгу учета движения трудовых книжек и вкладышей к ним (л.д. 161-165), в которой в период с 22.01.2018 года по 23.11.2020 года нет записей о приеме или выдаче ФИО5 трудовой книжки. Также суду представлены сведения о застрахованных лицах ООО «Валуйская автоколонна» с августа 2018 года по февраль 2019 года, предоставленных в Пенсионный Фонд РФ в электронной форме (л.д. 166-178), в которых отсутствует фамилия истца.

Опрошенные судом по ходатайству истца свидетели ФИО3 и ФИО2 также не подтвердили доводов истца. Свидетель ФИО3 указал, что сам пользовался услугами такси «New», осуществляя звонок диспетчеру, номер которого он не помнит, и один раз к нему приезжал ФИО5, выдавался ли ему кассовый документ и был ли таксометр в такси, свидетель не вспомнил.

Свидетель ФИО2 при даче показаний не смог вспомнить государственный регистрационный знак такси, номер телефона диспетчера и название самого такси, а также наличие в нем таксометра, но также пояснил, что однажды его заявку на перевозку выполнял ФИО5 При этом ФИО2 пояснил, что видел машину ФИО5 на парковке возле здания автовокзала г. Валуйки, при том, что не помнил его государственный регистрационный знак.

С учетом изложенного, к показаниям свидетелей ФИО3 и ФИО2 суд относится критически. Показания данных свидетелей сводятся к тому, что ФИО5 примерно в конце 2018 года – начале 2019 года осуществлял перевозку пассажиров в качестве водителя такси на автомобиле марки Тойота белого цвета. При этом сведения о том, что ФИО5 осуществляет перевозку пассажиров в такси именно от ООО «Валуйская автоколонна», о графике его работы, о наличии напарника и размере заработной платы в 20000 рублей, свидетелям известны исключительно со слов самого ФИО5 На вопрос суда, на основании какого договора с ответчиком ФИО5 осуществлял перевозку пассажиров – трудового или гражданско-правового, свидетели ничего пояснить не смогли. На территории ООО «Валуйская автоколонна» свидетели указанный автомобиль не видели.

Вместе с тем, судом установлено, что между ФИО5 и ООО «Валуйская автоколонна» 01.02.2019 года был заключен договор субаренды автотранспортного средства без экипажа (л.д. 94-96).

Согласно условиям данного договора, дополнительного соглашения к нему (л.д. 97) и акту приема-передачи, ООО «Валуйская автоколонна» передало ФИО5 во временное владение и пользование с 01.02.2019 года до 01.03.2019 года автомобиль марки Тойота Королла, государственный регистрационный знак №, 2012 года выпуска.

Факт подписания договора субаренды, дополнительного соглашения и акта приема-передачи ФИО5 не оспаривал, но настаивал на том, что подписывал договор субаренды уже после ДТП в июле 2019 года, указывая на то, что документы ему привозил на подпись домой представитель ответчика ФИО6 для того, чтобы он, ФИО5, избежал ответственности за ущерб, причиненный ДТП. При подписании договора он не обратил внимания на дату договора, а когда подписывал дополнительное соглашение к договору и акт приема-передачи автомобиля не помнит.

Указанные доводы истца суд считает необоснованными, поскольку какими-либо доказательствами они не подтверждены и опровергнуты пояснениями представителя ответчика. Договор субаренды от 01.02.2019 года не оспорен, недействительным в установленном законом порядке не признан. Кроме того, истец указал, что впервые увидел ФИО6 в суде при рассмотрении дела по иску ФИО1, поэтому, когда ФИО6 приехал к нему домой с документами в июле 2019 года, он знал, что это представитель ООО «Валуйская автоколонна». Однако иск ФИО1 был инициирован 10.09.2019 года (л.д. 105-108), подготовка дела к судебному разбирательству, на которой присутствовали ФИО5 и ФИО6, состоялась 20.09.2019 года (л.д. 112), что ставит под сомнение вышеуказанные доводы истца. Представитель ответчика пояснил, что не присутствовал при заключении договора субаренды и начал представлять интересы ООО «Валуйская автоколонна» только после предъявления иска ФИО1

Доводы истца о заключении с ним договора субаренды после ДТП с целью избежать ответственности за причиненный в его результате ущерб несостоятельны ввиду указания в самом договоре субаренды на то, что за такой ущерб отвечает арендатор (п. 2.2.5 договора).

Постановлением следователя СО ОМВД России по г. Валуйки и Валуйскому району от 16.05.2019 года установлено, что ДТП 16.02.2019 года произошло по вине ФИО5 (л.д. 7-10).

В судебном заседании представитель истца неоднократно обращался к суду с ходатайством об истребовании у представителя ответчика для приобщения к материалам дела оригинала договора субаренды от 01.02.2019 года, в том числе путем заявления об обеспечении данного доказательства.

Представитель ответчика не пожелал приобщать оригинал договора субаренды в связи с тем, что он необходим ответчика для инициирования другого судебного разбирательства, что является правом стороны.

Суд отмечает, что оригинал договора субаренды дважды обозревался в судебном заседании и каких-либо сомнений в его подлинности у суда не вызвал. Ходатайств о назначении по делу экспертизы документов истец не заявлял, заявленное ходатайство об обеспечении доказательства, вопреки требованиям ст. 64 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, им мотивировано не было.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что доводы Марчука о наличии между ним и ООО «Валуйская автоколонна» трудовых отношений в период с августа 2018 года до по 16.02.2019 года не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, поскольку, кроме пояснений самого истца, допустимыми и достоверными доказательствами не подтверждены. Доказательств, позволяющих суду сделать вывод о том, что ФИО5 выполнял трудовые обязанности, возложенные на него ООО «Валуйская автоколонна», подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка организации, получал заработную плату за труд, истцом представлены не были. Со стороны ответчика указанные доводы опровергнуты письменными доказательствам (книгой учета движения трудовых книжек, сведениями о застрахованных лицах и договором субаренды автотранспортного средства без экипажа).

На основании представленных доказательств суд полагает, что между сторонами каких-либо правоотношений в период с августа 2018 года до по 31.01.2019 года не было. Доказательств обратного суду не представлено, а показания свидетелей относительно временного отрезка, в течение которого они видели истца в качестве водителя такси, носят неточный характер, и не опровергают с достоверностью довод ответчика о том, что это имело место в феврале 2019 года. В период с 01.02.2019 года по 16.02.2019 года между сторонами действовал не трудовой, а гражданско-правовой договор субаренды.

На основании изложенного, правовые основания для удовлетворения требования истца об установлении факта трудовых отношений отсутствуют, вследствие чего не подлежат удовлетворению и производные от него требования об установлении факта получения заработной платы, взыскании задолженности по заработной плате и пособия по временной нетрудоспособности, а также компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации морального вреда.

Кроме того, суд считает заслуживающими внимания доводы представителя ответчика о пропуске истцом срока исковой давности по следующим основаниям, что в силу ч. 6 ст. 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием отказа в иске.

Согласно ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

По мнению ответчика, ФИО5 знал о ходе рассмотрения гражданского дела № по иску ФИО1 к нему и ООО «Валуйская автоколонна» в 2019 году и в ходе рассмотрения данного дела отсутствие трудовых отношений между ним и ответчиком не оспаривал.

Представитель истца настаивал на том, что ФИО5 не получал копии решения и апелляционного решения суда по делу № и о том, что ООО «Валуйская автоколонна» отрицает факт трудовых отношений с ним, узнал только после получения копии апелляционного определения в начале января 2021 года. Раньше обратиться в суд за защитой своих прав истец не мог, потому что находился на лечении.

ФИО5 на вопросы суда о том, получал ли он вышеуказанные судебные решения, однозначного ответа дать не смог.

Однако судом установлено, что ФИО5 лично участвовал в рассмотрении дела по иску ФИО1 на подготовке дела к судебному разбирательству 20.09.2019 года, получал извещения о ходе рассмотрения данного дела в судах первой и апелляционной инстанций, выражал свою позицию по нему путем представления письменных возражений (л.д. 104-147).

При этом суд обращает особое внимание на то, что ФИО5 в возражении на иск ФИО1 от 07.10.2019 года сам указал, что в трудовых отношениях с ООО «Валуйская автоколонна» не состоит (л.д. 115-116).

Таким образом, ФИО5, с сентября 2019 года зная о предъявленном к нему и ООО «Валуйская автоколонна» иске ФИО1, ни разу не заявил о наличии между ним и ответчиком трудовых отношений, а напротив, сам отрицал указанный факт. ООО «Валуйская автоколонна» также не ссылалось на трудовые отношения с ФИО5, обосновывая передачу ему автомобиля договором субаренды.

Учитывая, что апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от 06.10.2020 года (л.д. 143-147) ущерб, причиненный автомобилю ФИО1 в результате ДТП, произошедшего по вине ФИО5, взыскан с ООО «Валуйская автоколонна», суд соглашается с доводами представителя ответчика о том, что настоящее судебное разбирательство инициировано ФИО5 в целях избежать регрессного требования к нему со стороны ответчика.

Таким образом, иск ФИО5 удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст. ст. 198-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении иска ФИО5 к ООО «Валуйская автоколонна» о защите трудовых прав отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Белгородский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Валуйский районный суд Белгородской области.

Судья:

<данные изъяты>

Судья: