Решение № 2-276/2019 2-276/2019~М-131/2019 М-131/2019 от 10 сентября 2019 г. по делу № 2-276/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Балтийск 10 сентября 2019 года

Балтийский городской суд Калининградской области в составе:

председательствующего судьи Агуреева А.Н.,

при секретаре Никаноровой Ю.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании заработка за время вынужденного прогула, третьи лица прокурор г. Балтийска, Государственная инспекция труда в Калининградской области,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2, в котором просила расторгнуть трудовой договор по инициативе работника (по собственному желанию), обязать ответчика выдать ей, истцу, трудовую книжку, а также с учетом уточнения исковых требований – взыскать в ее пользу средний заработок за время вынужденного прогула за период с 01.12.2018 по 10.06.2019.

Требования обоснованы тем, что с 13.09.2017 она по трудовому договору с ответчиком работала продавцом в торговом павильоне № <...>, расположенном в районе дома № <...> в г. Балтийске. Трудовой договор был заключен на неопределенный срок, однако 30.11.2018 ИП ФИО2 закрыла торговую палатку № <...>, приняв у истца оборудование, установленное на рабочем месте. О предстоящем увольнении ответчик своевременно ее не предупредила, в последний рабочий день другое рабочее место не предложила и не расторгла трудовой договор.

В связи с этим с 01.12.2018 истец на работу не выходила, но ни приказа об увольнении, ни положенных выплат при увольнении она не получила. Отмечает, что о существовании приказа работодателя № <...> от 04.12.2018 о ее перемещении истец не знала, а своего согласия на перевод не давала.

Поэтому с учетом уточнения исковых требований (л.д. 124) просила взыскать в ее пользу средний заработок за время вынужденного прогула за период с 01.12.2018 по 10.06.2019 в сумме 76 800 руб.

В ходе рассмотрения дела в связи с добровольным удовлетворением ответчиком исковых требований в части расторжения трудового договора и выдачи трудовой книжки, ФИО1 в заявлении от 13.08.2019 отказалась от перечисленных требований. Производство по делу в этой части прекращено определением суда от 10.09.2019.

Истец ФИО3 в судебном заседании поддержала свои требования по основаниям, изложенным в иске, с учетом его дополнений и уточнений. Дополнительно пояснила, что 30.11.2018 представителем работодателя С. у нее было принято оборудование, использовавшееся в работе в торговом павильоне, после чего ей было сообщено, что она может идти домой. О том, что ей с 01.12.2018 необходимо выходить на другое рабочее место, ей никто не сообщал. 12.12.2018 она получила письменное сообщение от ИП ФИО2 № <...> от 06.12.2018, а впоследствии – уведомление № <...> от 20.12.2018. Однако источник этих документов вызвал у нее сомнение, а с каким-либо приказом работодателя о переводе или перемещении ее не знакомили. Поэтому впоследствии она была вынуждена обратиться с заявлением в прокуратуру, поскольку приказа об увольнении также не получила. Приказ об увольнении был вручен ей лишь в ходе судебного разбирательства, как и трудовая книжка, хранившаяся у ответчика. Указала, что фактически продолжительность ее рабочего дня составляла 12 часов в день при рабочем графике два рабочих дня через два дня отдыха. При этом она не пользовалась предоставленными ей перерывами на обед в течение рабочего дня.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, будучи извещенной о месте и времени слушания дела.

Представитель ответчика ФИО4, действующий на основании доверенности, просил рассматривать дело в отсутствие ответчика, подтвердив, что той известно о судебном заседании. Возражая против заявленных требований, указал, что согласно трудовому договору от 13 сентября 2017 года, заключенному между истцом и ответчиком, работодатель имеет право перевести работника с одной торговой точки в другую по производственной необходимости; при этом истец была уведомлена о том, что у нее меняется в рамках трудового договора место работы, так как об этом говорили еще в августе 2018 года. Отмечает, что 30 ноября 2018 года представитель работодателя С. сообщила истцу, что та с 04.12.2018 должна работать в другом торговом павильоне в городе Балтийске, так как палатка № <...> закрывается. При этом истец сдала материальные ценности из торговой палатки, в которой работала. Однако ни 04 декабря 2018 года, ни в другой день истец на связь не выходила, сотрудникам и коллегам на звонки и СМС не отвечала. Указывает, что 18 декабря 2018 года начальник торгового отдела С. встретилась с ФИО1, чтобы отдать ей заработную плату, и узнать причины ее отсутствия на работе, но о причинах невыхода на другое место работы истец не сообщила, отказалась подписывать ведомость в подтверждение получения заработной платы. Только 30 января 2019 года истец расписалась в ведомости и получила заработную плату; с какими-либо заявлениями истец к работодателю не обращалась. Полагает, что истцом были допущены нарушения трудовой дисциплины, выразившиеся в неисполнении приказа работодателя, а согласие истца не требовалось, поскольку перемещение производилось в той же организации на другое рабочее место, в другое структурное подразделение этой организации в той же местности с поручением трудовой функции, определенной трудовым договором, а также с сохранением заработной платы. Указал также, что истец не отрицает свое отсутствие на рабочем месте с 04 декабря 2018 года, также она подтвердила, что с 10 июня 2019 года она официально трудится в другом месте, процедуру увольнения она не инициировала, то есть злоупотребляет своими правами. Дополнил, что ответчик получила заявление истца об увольнении по собственному желанию 02 июля 2019 года и в соответствии с п.3 ч.1 ст.77 Трудового Кодекса РФ уволил истца с 16 июля 2019 года. Сослался также на пропуск истцом срока для обращения в суд, отметив, что истец не вышла на работу с 04 декабря 2018 года, однако в суд истец обратилась только 19 марта 2019 года – по истечении 3 месяцев с момента начала нарушения ее права на труд.

Помощник прокурора г. Балтийска Швец А.С. оставила разрешение спора на усмотрение суда.

Представитель Государственной инспекции труда в Калининградской области в судебное заседание не явился, представил письменное заявление, в котором просил рассматривать дело в отсутствие третьего лица.

Выслушав стороны, изучив материалы настоящего дела, заслушав свидетелей, суд приходит к следующим выводам.

Как предусмотрено частью 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ (Далее также – ТК РФ), работодатель обязан в числе прочего: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором; знакомить работников под роспись с принимаемыми локальными нормативными актами, непосредственно связанными с их трудовой деятельностью; исполнять иные обязанности, предусмотренные трудовым законодательством, в том числе законодательством о специальной оценке условий труда, и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и трудовыми договорами.

Согласно требованиям ст. 72 ТК РФ изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом; соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

В силу части 3 статьи 72.1 ТК РФ не требует согласия работника перемещение его у того же работодателя на другое рабочее место, в другое структурное подразделение, расположенное в той же местности, поручение ему работы на другом механизме или агрегате, если это не влечет за собой изменения определенных сторонами условий трудового договора.

Как установлено судом в ходе рассмотрения дела, 13.09.2017 между работодателем индивидуальным предпринимателем ФИО2 и работником ФИО1 заключен трудовой договор на неопределенный срок, по условиям которого последняя принята на работу продавцом.

Пунктами 5.1, 5.2 и 5.3 трудового договора стороны предусмотрели, что работник должна исполнять свои трудовые обязанности в течение времени, установленного в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка, действующими у работодателя; при этом работнику был установлен сменный режим работы (два дня рабочих, два дня выходных), а время начала и окончания рабочего дня соответствовало 08:00 час. и 20:00 час. соответственно.

Как видно из материалов дела, и не оспаривалось сторонами, истец ФИО1 выполняла свои трудовые обязанности в торговом павильоне № <...>, расположенном в районе дома № <...> в г. Балтийске Калининградской области. 30.11.2018 названный павильон был закрыт работодателем по причинам экономического характера, имевшееся на рабочем месте оборудование было принято представителем работодателя – начальником торгового отдела С. (л.д.9). Последним рабочим днем истца явилось 29.11.2019.

Судом также установлено, что с 02.12.2018 (ближайший по установленному трудовым договором графиком рабочий день после окончания последней рабочей смены истца в ноябре 2018 года) истец ФИО1 к работе не допускалась в связи с закрытием ее рабочего места работодателем.

Однако в последний рабочий день истца, как и 30.11.2018, когда ею передавались товарно-материальные ценности, работодателем в установленной законом письменной форме не уведомил ФИО1 о перемещении на другое рабочее место либо о прекращении трудовых отношений. По состоянию на 30.11.2018 соответствующие приказы ответчиком не издавались.

Более того, суд отмечает, что из содержания сообщения № <...> от 06.12.2018, направленного истцу ответчиком (л.д.92, 93), следует, что по состоянию на 06.12.2018 решение о перемещении работника на другое место работы в пределах той же местности, принятое работодателем в установленном ст. 72.1 ТК РФ порядке, – отсутствовало.

Аналогичные обстоятельства установлены судом и из показаний начальника отдела торговли свидетеля С.., о том, что на момент приемки у истца оборудования в торговом павильоне № <...> 30.11.2018 постоянные вакансии продавца в г. Балтийске у ИП ФИО2 отсутствовали, в связи с чем истцу якобы устно предлагался перевод на ту же должность в г. Приморск или г. Светлый – то есть в другую местность. Эти показания соответствуют первоначальным объяснениям, данным названным свидетелем в рамках прокурорской проверки (л.д.57-59). В судебном заседании указанный свидетель подтвердила, что о желании продавца из другого торгового павильона № <...> в г. Балтийске уволиться по собственному желанию, то есть о появлении вакансии в г. Балтийске, работодателю стало известно уже после того, как рабочее место истца было окончательно ликвидировано. То есть на момент ликвидации торгового павильона №26 работодатель предлагал истцу рабочие места в структурных подразделениях, расположенных в иной местности, что уже является переводом и в силу ч.1 ст.72.1 ТК РФ невозможно без письменного согласия работника.

Ни приказ о перемещении работника ФИО1 на другое конкретное рабочее место, ни приказ о переводе, ни приказ об увольнении ФИО1 по инициативе работодателя – до 04.12.2018 ИП ФИО2 не издавались, а работник ФИО1 не знакомилась с такими приказами и после названной даты – вплоть до ее обращения с жалобой на нарушение ее трудовых прав к прокурору г. Балтийска 21.12.2018. Об издании работодателем приказа № <...> от 04.12.2018 о переводе ФИО1 на должность продавца в торговый павильон № <...> в г. Балтийске истцу стало известно лишь 05.02.2019 по результатам проведенной прокурором проверки (л.д. 82, 86).

Таким образом, судом установлено, что в последний рабочий день работодатель в установленном законом порядке, то есть письменно под расписку не ознакомил ФИО1 ни с приказом о перемещении на другое рабочее место, ни с приказом об увольнении в связи с ликвидацией торговой точки, в которой она работала.

При таких данных не имеют правового значения докладные записки о невыходе истца на работу после 29.11.2018, так как работодатель в нарушение требований ТК РФ в установленном законом порядке (под расписку) не поставил работника в известность о ее перемещении на другое место работы. У суда же нет оснований сомневаться в пояснениях истца о том, что соглашение о ее переводе на работу в другую местность достигнуто не было, а перемещение ее на должность продавца другого торгового павильона в установленном законом порядке не производилось.

Из имеющегося в материалах дела приказа ИП ФИО2 № <...> от 30.11.2018 о расторжении трудового договора с С. видно, что на момент фактического прекращения с истцом трудовых отношений, рабочее место в г. Балтийске также свободным не являлось.

При описанных обстоятельствах, учитывая закрытие работодателем рабочего места истца 30.11.2018, суд приходит к выводу о том, что истец ФИО1 с 30.11.2018 была незаконно лишена возможности трудиться по вине работодателя ИП ФИО2

В связи с тем, что на момент прекращения деятельности торгового павильона № <...> в г. Балтийске другие рабочие места в г. Балтийске, на которые могла быть перемещена ФИО1, отсутствовали, суд полагает, что работодатель был обязан расторгнуть с ней трудовой договор по сокращению штата (п.2 ч.1 ст. 81 ТК РФ).

Однако этого работодателем сделано не было, трудовой договор расторгнут лишь 16.07.2019 – в ходе рассмотрения настоящего дела – приказом № <...> от 16.07.2019 по инициативе работника (п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ), в связи с чем суд приходит к выводу, что в соответствии со ст. 394 ТК РФ работодатель обязан выплатить работнику средний заработок за время вынужденного прогула.

В силу ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор; орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы; в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

В соответствии с установленным графиком работы, подтвержденным соответствующим табелем учета рабочего времени за ноябрь 2018 года, последней рабочей сменой истца ФИО1 являлись 28 и 29 ноября 2018 года, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что в соответствии с положениями п.5.2 трудового договора от 13.09.2017, вынужденный прогул у истца начался 02 декабря 2018 года.

Учитывая график работы истца, установленный п. 5.2 трудового договора, количество дней вынужденного прогула составило 96 дней, начиная с 02.12.2018 и по 10.06.2019 (конец периода определен судом по правилам, предусмотренным ч.3 ст. 196 ГПК РФ, – в пределах заявленных требований).

При определении среднего заработка суд руководствуется положениями ст. 139 ТК РФ и Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 № 922.

Согласно ч. 3 ст. 139 ТК РФ и п. 4 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы при любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале 28-е (29-е) число включительно).

В соответствии с п. 9 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате.

Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

Поскольку истец работала у ответчика до 29.11.2018, полностью отработав в ноябре 2018 года необходимое количество смен, то средний заработок подлежит исчислению за период с декабря 2017 года по ноябрь 2018 года. В связи с тем, что в августе 2018 года истец находилась в отпуске, при исчислении среднего заработка суд учитывает заработок, полученный за 1 отработанный ею день в этом месяце (п. 5 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы).

Истцом вопреки требованиям ст.56 ГПК РФ не представлено доказательств того, что наряду с отпускными выплатами ей была начислена и выплачена за август 2018 года заработная плата в связи с продолжением работы в указанном периоде, в связи с чем соответствующие доводы истца отвергаются судом.

Судом установлено, что согласно п. 5.2 трудового договора истцу был установлен сменный режим работы: два дня рабочих, два дня выходных.

При расчете среднего заработка в силу п.16 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы судом принимается во внимание, что в расчетном периоде на основании дополнительного соглашения к трудовому договору от 26.12.2017 (л.д.8) с 01.01.2018 произошло повышение заработной платы истца на 4,7% (67 руб./час. : 64 руб./час.). Поэтому фактически начисленный заработок истца за декабрь 2017 года подлежит увеличению с применением соответствующего коэффициента (10 560 руб. Х 104,7% = 11 056,32 руб.).

Как следует из представленных ответчиком табелей учета рабочего времени и платежных ведомостей, истцом в расчетном периоде фактически отработано 168 рабочих дня, за этот период ей начислена заработная плата в размере 125 185 руб. 32 коп. (11056,32 + 10787 + 10251 + 11792 + 10988 + 11178 + 12144 + 11385 + 759 + 12144 + 11385 + 11316). Следовательно, размер среднего дневного заработка составит 745 руб. 15 коп. (125 185 руб. 32 коп. : 168 рабочих дня).

Количество дней вынужденного прогула за названный выше период составляет 96 дней, поэтому размер среднего заработка за время вынужденного прогула равен 71 534 руб. 40 коп. (96 дней х 745 руб. 15 коп.).

В соответствии с требованиями ст. 211 ГПК РФ суд считает необходимым обратить к немедленному исполнению решение суда в части восстановления истца на прежнем месте работы и в части взыскания среднего заработка в пределах трех месяцев в сумме 33 531 (тридцать три тысячи пятьсот тридцать один) руб. 75 коп., то есть за 45 дней вынужденного прогула в декабре 2018 года – феврале 2019 года.

Судом при этом также отвергаются ссылки истца на то, что ею фактически ежедневно отрабатывалось 12 часов, а не 11 часов, включенных работодателем в расчет. В настоящем случае суд отмечает, что пунктом 5.5 правил внутреннего трудового распорядка ИП ФИО2 предусмотрено наличие двух перерывов общей продолжительностью один час, который в рабочее время не включается. Истец в судебном заседании не отрицала, что была ознакомлена с указанными правилами внутреннего трудового распорядка. Кроме того, суд принимает к расчету фактически начисленный истцу заработок, а требований о несоответствии начисленного заработка количеству отработанного времени истцом заявлено не было.

Суд не может согласиться с доводами ответчика о пропуске истцом срока обращения в суд, предусмотренного ст. 392 ТК РФ.

В соответствии с ч.ч.1-2 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении – в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Фактически работодателем были прекращены трудовые отношения с истцом в связи с ликвидацией торговой точки, где работала истец – без надлежащего оформления прекращения трудовых отношений. В последний день ее работы истцу работодателем в нарушение ст.ст.22, 77, 74 ТК РФ не был вручен приказ ни о расторжении трудового договора, ни о перемещении ее на другое рабочее место.

Таким образом, настоящий спор является спором об увольнении, по котором течение срока начинается со дня вручения работнику копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. Вместе с тем, до обращения истца в суд приказ о расторжении трудового договора работодателем так и не издавался, трудовая книжка истцу не вручалась, в связи с чем у суда отсутствуют основания для вывода о пропуске истцом срока для обращения в суд, установленного ст. 392 ТК РФ. Кроме того, суд принимает во внимание, что предметом настоящего спора являются и требования истца о взыскании причитающихся ей при увольнении выплат – среднего заработка за время вынужденного прогула. С учетом изложенного срок на обращение в суд истцом не пропущен.

Не имеют правого значения для разрешения спора и ссылки на то, что истец фактически работала у другого работодателя после прекращения работы у ответчика.

В п. 62 постановления Пленума Верховного суда РФ от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ» разъяснено, что при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет.

В соответствии с частью первой статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в сумме 2 346,03 руб.

Руководствуясь ст.ст. 103, 194–199, 211 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Удовлетворить иск ФИО1 частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 заработок за время вынужденного прогула с 01.12.2018 по 10.06.2019 в сумме 71 534 (семьдесят одна тысяча пятьсот тридцать четыре) руб. 40 коп.

Отказать ФИО1 в удовлетворении остальной части исковых требований.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 2 346 (две тысячи триста сорок шесть) руб. 03 коп.

Решение в части взыскания в пользу ФИО1 заработной платы за время вынужденного прогула в пределах 3-х месяцев в сумме 33 531 (тридцать три тысячи пятьсот тридцать один) руб. 75 коп. подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Балтийский городской суд Калининградской области в течение месяца с момента принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 17.09.2019.

Судья Балтийского городского суда

Калининградской области подпись Агуреев А.Н.

Копия верна. Судья: