Решение № 2-197/2019 2-197/2019(2-5428/2018;)~М-4847/2018 2-5428/2018 М-4847/2018 от 28 января 2019 г. по делу № 2-197/2019

Дело № 2-197/2019

Строка №2.042


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 января 2019 года г. Воронеж

Ленинский районный суд г.Воронежа в составе:

председательствующего судьи Гусевой Е.В.,

при секретаре Колесниковой Я.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному бюджетному учреждению Воронежский региональный центр судебной экспертизы Министерства Юстиции Российской Федерации о признании незаконным дисциплинарного взыскания в виде выговора и его отмене, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Первоначально истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику Федеральному бюджетному учреждению Воронежский региональный центр судебной экспертизы Министерства Юстиции Российской Федерации (далее ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ) о признании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ года о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора незаконным и его отмене.

В обоснование заявленных требований указала, что она с 08 января 2002 года работает в ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ, в должности старшего государственного судебного эксперта с 01.12.2008, трудовые отношения оформлены сторонами трудовым договором. Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ она была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

Истица считает приказ работодателя от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении дисциплинарного взыскания» незаконным, наложенное дисциплинарное взыскание необоснованным и подлежащим отмене, по следующим основаниям.

К истцу применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за то, что 17 августа 2018 года ею были предприняты действия по получению от следователя Свидетель №9 СО ОМВД России по Острогожскому району Воронежской области и размещению в ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ спилов деревьев в количестве 89 штук. 21.08.2018 истцом были представлены скан -копии двух постановлений о проведении экспертиз спилов деревьев в канцелярию для регистрации. Согласно скан- копиям, постановления были вынесены следователем СО ОМВД России по Острогожскому району Воронежской области Свидетель №9 13.08.2018 по материалам проверки КУСП № и КУСП №. При этом истец пояснила, что эти документы поступили на её электронную почту от следователя.

Истица указывает, что с данными доводами согласиться не может, поскольку на личную электронную почту с неизвестного ранее электронного адреса, не отражающего принадлежность какому-либо ранее знакомому лицу, поступили скан- копии постановлений, не соответствующие нормам права, оформленные не надлежащим образом, не имеющие соответствующих реквизитов документа, предусмотренных ГОСТом Р 6.30-2003. Далее истицей скан -копии были переданы канцелярию, и работники Свидетель №1 и Свидетель №2 должны были самостоятельно определить в соответствии с Инструкцией по делопроизводству, как правильно поступить с представленными документами, поскольку они не подчинены истцу.

Полагает, что указание ответчика в приказе №-№ на факт предварительной договоренности следователя, вынесшего постановления с истцом о направлении в Учреждение объектов исследований –спилов деревьев подтверждается пояснениями СО ОМВД России по Острогожскому району Воронежской области, материалами видеонаблюдения не состоятельны. В представленном ответе заместителя руководителя СО ОМВД России по Острогожскому району Воронежской области ФИО6 от 22.08.2018 нет подтверждений предварительной договоренности следователя Свидетель №9 с истцом.

По утверждению истца, до вынесения постановления сотрудники следственных органов обращаются к сотрудникам экспертных учреждений используя их специальные знания (статус специалиста), для грамотного правильного формирования постановлений, что находит свое применении в многолетней практике в ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ.

Кроме того по мнению истца, указания в приказе №, что ФИО1 были допущены грубые нарушения своих трудовых обязанностей, выразившиеся в нарушении установленного действующим законодательством порядка производства и организации экспертиз в соответствии со ст. 16 Федерального закона от 31.05.2001 №73 –ФЗ, являются несостоятельными, правонарушаюшими, искажающими фактические данные.

Истица указывает что, объявляя ей ДД.ММ.ГГГГ дисциплинарное взыскание, ответчик нарушил процедуру его применения, в частности положения статьи 193 ТК РФ. При этом, истице не представлено возможности дать объяснения. Кроме того, при наложении дисциплинарного взыскания ответчик не учел тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. В мотивировочной части обжалуемого приказа на выполнение указанных обязательных требований трудового законодательства РФ ответчик не ссылается.

Действия работодателя, выразившиеся в незаконном применении к истице дисциплинарного взыскания, нарушило её права как работника, предусмотренные трудовым законодательством РФ и причинило нравственные и физические страдания. Процедура привлечения к дисциплинарной ответственности с ДД.ММ.ГГГГ явилась для истицы стрессовым фактором, усугубила её психологическое состояние.

Считая свои права нарушенными, истец обратилась в суд с настоящим иском, в котором с учетом неоднократных уточнений заявленных требований в порядке ст. 39 ГПК РФ в окончательном виде просила отменить наложенное на истца приказом № от ДД.ММ.ГГГГ дисциплинарное взыскание в виде выговора и взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.

В судебном заседании истица ФИО1 и ее представитель по доверенности ФИО2, заявленные исковые требования с учетом уточнений поддержали, просили удовлетворить в полном объеме, пояснив изложенное в исковом заявлении и в письменных пояснениях.

Представитель ответчика ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ адвокат по ордеру и по доверенности ФИО3 в судебном заседании возражала против заявленных требований, просила отказать в их удовлетворении по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав материалы дела, и оценив в совокупности предоставленные суду доказательства, суд приходит к следующему.

Как следует из положений статьи 5 ТК РФ регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется: трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из настоящего Кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права; иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (указами Президента Российской Федерации; постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти; нормативными правовыми актами органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации; нормативными правовыми актами органов местного самоуправления).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

Нормы трудового права, содержащиеся в иных федеральных законах, должны соответствовать настоящему Кодексу.

Согласно ст. 21 ТК РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину.

В соответствии со статьей 189 ТК РФ дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Работодатель обязан в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором создавать условия, необходимые для соблюдения работниками дисциплины труда.

Судом установлено, что Воронежский региональный центр судебной экспертизы Министерства Юстиции РФ является федеральным бюджетным учреждением (далее ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ).

Целью деятельности ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ согласно Устава являются защита интересов государства, прав и свобод гражданина, прав юридического лица посредством проведения объективных научно обоснованных судебных экспертиз и экспертных исследований (т. 1 л.д. 69-76).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 является работником в Федеральном бюджетном учреждении Воронежский региональный центр судебной экспертизы Министерства Юстиции Российской Федерации с 08.01.2002. 01 декабря 2008 года между сторонами был заключен трудовой договор (б/н), по условиям которого ФИО1 была принята на работу в Государственное учреждение Воронежский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции РФ на должность эксперта отдела химико-биологических экспертиз, впоследствии, между сторонами были заключены дополнительные соглашения, согласно которому, истец была назначена на должность старшего государственного судебного эксперта (т. 1 л.д.121-126). Заключив трудовой договор и дополнительные соглашения к нему, истец взяла на себя обязательство по неукоснительному соблюдению его условий, а также должностной инструкции по занимаемой ею должности.

В соответствии с должностной инструкций «старшего эксперта ГУ ВРЦСЭ старший эксперт должен знать: действующее законодательство в области судебной экспертизы, ведомственные нормативные акты, регулирующие экспертную деятельность ГСЭУ системы Министерства юстиции РФ», «старший судебный эксперт ГУ ВРЦСЭ исполняет обязанности, предусмотренные Федеральным законом «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации и соответствующим процессуальным законодательством» (л.д. 64-66 т. 1).

Факт ознакомления истицы с трудовым договором и должностной инструкцией не оспаривается сторонами.

В соответствии со ст. 16 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ эксперт не вправе:

принимать поручения о производстве судебной экспертизы непосредственно от каких-либо органов или лиц, за исключением руководителя государственного судебно-экспертного учреждения;

осуществлять судебно-экспертную деятельность в качестве негосударственного эксперта;

вступать в личные контакты с участниками процесса, если это ставит под сомнение его незаинтересованность в исходе дела;

самостоятельно собирать материалы для производства судебной экспертизы;

сообщать кому-либо о результатах судебной экспертизы, за исключением органа или лица, ее назначивших;

уничтожать объекты исследований либо существенно изменять их свойства без разрешения органа или лица, назначивших судебную экспертизу.

Условия и порядок организации производства судебных экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях системы Министерства юстиции РФ регулируются Инструкцией по организации производства судебных экспертиз в судебно-экспертных учреждениях системы Министерства юстиции РФ, утвержденной Приказом Минюста РФ от 20.12.2002№347.

В соответствии с п. 16 Инструкции основаниями производства судебной экспертизы в СЭУ являются: определения и постановления суда, судьи, органа дознания, лица, производящего дознание, следователя или прокурора.

Согласно п. 8 Инструкции руководитель судебно-экспертного учреждения по получении постановления или определения о назначении судебной экспертизы обязан проверить правильность оформления материалов, поручить ее производство конкретному эксперту или комиссии экспертов данного учреждения, при необходимости определить ведущее подразделение или эксперта-организатора. При этом поручение оформляется в письменной форме с определением сроков производства экспертизы.

В соответствии с п. 19 Инструкции поступившее в СЭУ постановление (определение) о назначении судебной экспертизы в течение суток рассматривается руководителем СЭУ и регистрируется в журнале регистрации экспертиз. И только после регистрации постановления (определения) о назначении экспертизы и принятии экспертом СЭУ к производству порученной руководителем экспертизы (п. 12) эксперт вправе проводить мероприятия, связанные с производством экспертизы.

Согласно п.13 Инструкции эксперт не вправе принимать поручение о производстве судебной экспертизы непосредственно от каких-либо органов или лиц, за исключением руководителя СЭУ.

Прием от лиц, назначивших экспертизу, исследуемых объектов, вещественных доказательств может осуществляться, во-первых, только вместе с постановлением (определением) о назначении экспертизы либо после поступления такого постановления (определения), а, во –вторых, только уполномоченными на то лицами.

Правила и порядок работы с несекретными документами, письмами граждан, а также определениями судов, постановлениями следователей, судей, дознавателей, прокуроров и материалами, которые поступают в государственные судебно-экспертные учреждения Министерства юстиции РФ (далее СЭУ) для производства судебных экспертиз и экспертных исследований устанавливаются Инструкцией по делопроизводству в государственных судебно-экспертных учреждениях Министерства юстиции РФ, утвержденной Приказом Минюста России от 05.06.2007 №115.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 17 августа 2018 года ФИО1 были получены от следователя СО ОМВД России по Острогожскому району Воронежской области Свидетель №9 и размещены в ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ спилы деревьев в количестве 89 штук.

Указанные обстоятельства подтверждаются:

служебной запиской Свидетель №3 от 22.08.2018, в которой представлена подробная расшифровка видеозаписей, с камер видеонаблюдения. В служебной записке подробно описывается, что ФИО1 17 августа 2018 провела мужчин, привезших спилы деревьев, в здание через запасной вход, открыла им дверь кабинета химии и показала куда носить пеньки, а сама ушла на обед (л.д. 51-55 т. 1);

объяснительной запиской Свидетель №4 от 22.08.2018 (л.д. 56 т. 1);

объяснительной запиской Свидетель №6 от 22.08.2018 (л.д. 57 т. 1);

служебной запиской Свидетель №3 и ФИО11 от 22.082018 (л.д. 58 т. 1);

ответом от 22.08.2018 заместителя руководителя СО ОМВД России по Острогожскому району Воронежской области ФИО6 от 22.08.2018 (л.д. 61-62 т. 1).

Далее, эксперт ФИО1 на личную электронную почту 20 августа 2018 года получала от следователя СО ОМВД России по Острогожскому району Воронежской области Свидетель №9 постановление о назначении по делу экспертизы, давала указание следователю о редактировании постановления, которое также было отправлено на электронную почту ФИО1 В последствии истицей были распечатаны постановления и скан -копии постановлений переданы в канцелярию 21 августа 2018 года.

При этом, из материалов дела, пояснений сторон и показаний свидетелей установлено, что оригиналы данных постановлений в канцелярию не поступали. В производстве ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ экспертиза, назначенная следователем СО ОМВД России по Острогожскому району Воронежской области Свидетель №9 отсутствовала, что также подтверждается постановлением о назначении криминалистической судебной экспертизы от 13.08.2018 с отметкой о приеме в ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ 21 августа 2018 года. Также Инструкция по делопроизводству не предусматривает права государственного эксперта получать от участников какую-либо информацию и документацию лично.

Из материалов дела следует, что руководству ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ стало известно о совершении ФИО1 дисциплинарного проступка в связи с подачей служебной записки главных специалистов Свидетель №2 и Свидетель №1

Так, 21 августа 2018 года и.о. начальника ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ поступила служебная записка главных специалистов Свидетель №2 и Свидетель №1, в которой было сообщено, что 21.08.2018 в канцелярию на регистрацию ФИО1 представила скан- копии постановлений следователя СО ОМВД России по Острогожскому району Воронежской области Свидетель №9, а также о том, что 17.08.2018 в канцелярию никто не обращался по поводу принятия вещественных доказательств (спилов), при принятии вещественных доказательств они не присутствовали (т. 1 л.д. 47).

В ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ также действуют Правила хранения, учета и передачи вещественных доказательств, поступивших в ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ для производства экспертиз и экспертных исследований, утвержденные Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ, утверждены и ответственные за хранение вещественных доказательств в камерах хранения вещественных доказательств – главный специалист Свидетель №2 и главный специалист Свидетель №1

Согласно п. 17.1 Инструкции по делопроизводству писем, обработка и регистрация поступающей в СЭУ корреспонденции осуществляются работниками подразделения делопроизводства.

Входящая корреспонденция подлежит обязательной централизованной регистрации в подразделении делопроизводства (п. 17.4).

Уведомлением от 22.08.2018 года (л.д. 48 т. 1) истцу было предложено в течение двух рабочих дней представить письменные объяснения по факту поступления постановлений о назначении судебной экспертизы от 13.08.2018, назначенных следователем СО отдела МВД России по Острогожскому району Свидетель №9 (КУСП № и КУСП №). На уведомлении истцом даны пояснения следующего содержания: «С уведомлением ознакомлена, 17.08.2018г. вещественных доказательств не получала, постановлений не принимала. 20.08.2018 по электронной почте получила копию постановления следователя и по его просьбе передала ее в канцелярию. ФИО1».

Более того, факт ознакомления ФИО1 с уведомлением о предоставлении письменного объяснения подтверждается и показаниями свидетелей Свидетель №2, Свидетель №5, Свидетель №6 допрошенных в судебном заседании.

Из пояснений представителя ответчика в судебном заседании следует, что в планах работы ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ предусмотрено проведение производственных совещаний с руководителями структурных подразделений по вопросам нарушения работниками требований действующего законодательства в области судебной дисциплины, Правил внутреннего трудового распорядка и должностных обязанностей.

Так, по результатам производственного совещания было принято решение об изъятии и сохранении записей с камеры видеонаблюдения 17.08.2018 в период с 12.30 до 14.00, о запросе пояснения по фактам в СО отдела МВД России по Острогожскому району (л.д. 49-50 т. 1).

Приказом N № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 43-44) истец привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора за ненадлежащее выполнение трудовых обязанностей, выразившихся в нарушении требований ст.ст. 5, 16 Федерального закона от 31.05.2011 №73-ФЗ, п. 15 Инструкции по организации производства судебных экспертиз в судебно-экспертных учреждениях системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденной приказом Минюста РФ от 20.12.2002 №347, основанием для привлечении истца к дисциплинарной ответственности послужили служебная записка главного специалиста Свидетель №2, главного специалиста Свидетель №1 от 21.08.2018, Требование о представлении письменных объяснений от ФИО1 (с объяснением работника) от 22.08.2018, служебная записка заместителя начальника Свидетель №3 от 22.08.2018 (л.д. 47, 51-55 т. 1).

В связи с нетрудоспособностью ФИО1 в период с 28.08.2018 года по 25.09.2018 года с данным приказом истец была ознакомлена в первый рабочий день после выхода с больничного - 26.09.2018 года.

Суд исходит из того, что в приказе N № от ДД.ММ.ГГГГ указаны обстоятельства совершения всех вменяемых ФИО1 нарушений, указаны даты совершения нарушений, описаны все совершенные ФИО1 нарушения должностных обязанностей со ссылкой на нормативные документы.

Доводы истицы о том, что она не имела общения с лицами, передавшими спилы, что она не знала о намерениях назначить экспертизу, что ей не известно, каким образом спилы попали в помещение ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ, являются безосновательными.

То обстоятельство, что именно ФИО1 препроводила лиц, доставших спилы в Учреждение, и приняла от них вещественные доказательства, подтверждаются материалами видеозаписи.

Также из ответа заместителя руководителя СО ОМВД России по Острогожскому району Воронежской области ФИО6 от 22.08.2018 следует, что перед направлением на экспертизу спилов был осуществлен телефонный звонок эксперту ФИО1, в ходе которого последней было сообщено о том, что будут направлены спилы и оговорено их количество (л.д. 260 т.1).

В то же время, из объяснительной Свидетель №4 следует, что ей было известно, что ФИО1 предварительно договаривалась со следователем, что привезут 2 машины спилов.

Так, исходя из содержания видеозаписи, которая обозревалась в ходе судебного заседания, 17.08.2018 именно ФИО1 встретила лиц, доставивших спилы, провела их через запасной вход, пропустила в помещение, а также указала на место разгрузки объектов, данные обстоятельства также подробно описаны в служебной записке Свидетель №3 и подтверждены им в судебном заседании.

Таким образом, суд приходит к выводу, что принимая вещественные доказательства (объекты исследования) в отсутствие к тому оснований, не имея на то полномочий, не ставя в известность о прибытии вещественных доказательств уполномоченных лиц, старший государственный судебный эксперт ФИО1 нарушила нормы действующего законодательства о государственной экспертной деятельности и фактически приняла к собственному производству экспертизу напрямую от лица, назначившего экспертизу, также что именно ФИО1 предприняты действия по получению от следователя Свидетель №9 спилов деревьев.

В судебном заседании истец ФИО1 не отрицала факт поступления на ее электронную почту постановлений (скан- копий) о назначении судебной экспертизы 20 и 21 августа 2018 года, а также не отрицала то обстоятельство, что данные постановления (скан- копии) были сданы ею в канцелярию ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ. При этом, истец утверждает, что поступившие на ее электронную почту постановления не являются документами, поскольку не имели реквизитов и не должны были подлежать регистрации.

Однако, из материалов дела и видеозаписи с рабочего стола ФИО1 следует, что истица со своего служебного компьютера редактировала, изменяла цветовые характеристики, размер данных постановлений, запускала на печать постановления, отправляла электронной почтой в адрес следователя СО ОМВД России по Острогожскому району Воронежской области (л.д. ).

Таким образом, не имея распоряжения руководителя Учреждения о поручении производства экспертизы, ФИО1 приняла к своему производству экспертизу: давала указания следователю об изменении постановления о назначении экспертизы, указала следователю на необходимость личного общения для определения того, какие спилы по какому постановлению будут исследоваться.

Также представителем ответчика в материалы дела представлена распечатка звонков ФИО1, подтверждающая факт её общения 17.08.2018 с заместителем руководителя СО ОМВД России по Острогожскому району Воронежской области ФИО6

Кроме того, установлено, что эксперту ФИО1 было распределено постановление о назначении экспертизы только по 10 спилам, а приемку вещественных доказательств она осуществила в большем количестве.

В соответствии со ст. 69 ГПК РФ были приняты в качестве надлежащего доказательства и оценены по правилам ст. 67 ГПК РФ показания допрошенных свидетелей.

Так, допрошенные в судебном заседании, свидетели Свидетель №2 и Свидетель №1, суду пояснили, что 17.08.2018 в канцелярию никто, в том числе ФИО1 не обращался по поводу принятия вещественных доказательств (спилов). При принятии данных вещественных доказательств они не присутствовали. По внутреннему телефону из них никто ФИО1 для принятия вещественных доказательств не приглашал.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №4, она случайно увидела мужчин, заносящих спилы, которые ей пояснили, что привезли данные спилы для ФИО4 Свидетель попросила мужчин, чтобы они вещественными доказательствами не заставляли проход к ее столу.

Из показаний свидетеля следователя Свидетель №9 следует, что спилы в ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ были направлены по её постановлениям, при этом постановления о назначении экспертизы от следователя 17.08.2018 не поступало. Также указала, что предварительную договоренность с ФИО1 осуществлял заместитель начальника ФИО6 Постановления следователь направила на личную электронную почту эксперта ФИО1, которая дала ей указание об изменении назначения экспертизы, попросила с ней связаться и указала свой номер телефона. После чего, следователем было изменено наименование экспертизы, а постановление направлено на электронную почту ФИО1 Только через несколько дней следователь прибыла в ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ, осуществила пересчет вещественных доказательств и передала в канцелярию постановления о назначении экспертизы.

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется, поскольку они были предупреждены об уголовной ответственности по ст. ст. 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложных показаний и отказ от дачи показаний. Допустимых доказательств, бесспорно свидетельствующих о факте дачи ими заведомо ложных показаний или о личной заинтересованности в исходе дела в материалы дела не представлено. Показания указанных свидетелей являются последовательными, не противоречат другим доказательствам по делу, согласуются с содержанием исследованных судом письменных доказательств по делу. Нахождение свидетелей в служебных отношениях с ответчиком само по себе не свидетельствует о невозможности использования их показаний в качестве доказательств по делу и о недостоверности изложенных ими сведений.

Также в судебном заседании по ходатайству истца, был допрошен в качестве свидетеля Свидетель №8 (ранее занимал должность вахтера). Данный свидетель указал, что препроводил лиц, доставивших спилы в ФБУ ВРЦСЭ в канцелярию учреждения. К показаниям данного свидетеля суд относится критически, поскольку они опровергаются совокупностью имеющихся в деле доказательств.

В частности, по данным видеозаписи с камер видеонаблюдения видно, что лица, привезшие спилы, не проходили в канцелярию и не сдавали какие-либо документы. Данные лица зашли в Учреждение и сразу сделали звонок со служебного телефона, после чего к ним вышла ФИО1 При этом, из видеозаписи следует, что Свидетель №8 с ФИО1 по телефону не общался.

Более того, Свидетель №8 также пояснял, что на него оказывали давление, что он писал служебную записку, где указал, что лица, доставившие вещественные доказательства заходили в канцелярию. Но его принудили написать новую объяснительную записку, где он не указал про канцелярию. При этом, свидетель Свидетель №8 указал, что всего им было составлено 2 документа: служебная записка и объяснительная. Данные документы приобщены к материалам дела (л.д. 9-10 т. 2). Однако, ни в одном из указанных документов не имеется указаний на то, что лица, доставившие спилы заходили в канцелярию.

Каких-либо доводов и доказательств, которые бы опровергали изложенные выше обстоятельства и служили достаточным основанием для удовлетворения иска, истцом не представлено.

Установленные обстоятельства дела с учетом приведенных выше норм свидетельствуют о том, что со стороны истицы имело место ненадлежащее исполнение без уважительных причин должностных обязанностей, нарушение запрета принимать поручения о производстве судебной экспертизы непосредственно от каких-либо органов или лиц, за исключением руководителя государственного СЭУ; вступление в личные контакты с участниками процесса, если это ставит под сомнение его незаинтересованность в исходе дела; самостоятельное собирание материалов для производства судебной экспертизы.

В соответствии со ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания:

1) замечание;

2) выговор;

3) увольнение по соответствующим основаниям.

Федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине (часть пятая статьи 189 настоящего Кодекса) для отдельных категорий работников могут быть предусмотрены также и другие дисциплинарные взыскания.

К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным пунктами 5,6,9 или 10 части первой статьи 81, пунктом 1 статьи 336 или статьей 348.11 настоящего Кодекса, а также пунктом 7, 7.1 или 8 части первой статьи 81 настоящего Кодекса в случаях, когда виновные действия, дающие основания для утраты доверия, либо соответственно аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей (в ред. Федеральных законов от 30 июня 2006 года N 90-ФЗ, от 28 февраля 2008 года N 13-ФЗ, от 03 декабря 2012 года N 231-ФЗ).

Не допускается применение дисциплинарных взысканий, не предусмотренных федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

По делам об оспаривании дисциплинарных взысканий бремя доказывания наличия основания для привлечения работника к ответственности в порядке ст. 192 ТК РФ возложено на работодателя. Именно ответчик обязан доказать, что со стороны работника имелось виновное поведение, связанное с нарушением трудовой функции, а также то, что у работника имелись все условия для выполнения трудовой функции, в том числе и распоряжений работодателя. Кроме того, в круг юридически значимых обстоятельств, подлежащих доказыванию работодателем, входит соответствие и соразмерность примененного вида дисциплинарного взыскания тяжести проступка.

Порядок и сроки применения дисциплинарных взысканий предусмотрены статьей 193 ТК РФ.

Согласно ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Не предоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание может быть обжаловано работником в государственную инспекцию труда и (или) органы по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.

Оценивая представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что ответчиком представлено достаточно доказательств совершения истцом дисциплинарного проступка.

Доводы истца о том, что со стороны работодателя не были затребованы письменные объяснения, не могут быть приняты во внимание по следующим основаниям.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с указанной статьей работодатель до применения дисциплинарного взыскания должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Из смысла и содержания данной правовой нормы следует, что объяснение работника необходимо для того, чтобы выяснить все имевшие место обстоятельства совершенного работником дисциплинарного проступка, установить степень вины работника. Этот двухдневный срок должен исчисляться с момента затребования работодателем объяснения. Следовательно, процедура наложения дисциплинарного взыскания будет нарушена и примененное к работнику дисциплинарное взыскание будет считаться неправомерным в том случае, если такое письменное объяснение с работника не затребовано.

Как следует из материалов дела, Приказ N 174-лс о привлечении к дисциплинарной ответственности был издан ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с подпунктом "б" пункта 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий.

Днем обнаружения проступка, с которого необходимо исчислять месячный срок в отношении истицы, в данном случае считается 21.08.2018г., то есть день, когда впервые стало известно руководству ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ о совершении ФИО5 дисциплинарного проступка.

Суд принимает во внимание, что каких-либо требований к содержанию письменного объяснения работника законодательством не установлено. Не имеет значения, как будет называться документ, содержащий в себе объяснения работника и каким образом предоставлены объяснения.

Установлено, что работодатель не ограничивал ФИО1 в предоставлении дополнительных письменных объяснений. Обязанность работодателя по запросу у работника объяснений считается исполненной с момента затребования от работника письменных объяснений.

При этом, работник самостоятельно определяет предоставлять работодателю объяснения или нет. Предоставление объяснений по факту нарушения трудовых обязанностей является правом, а не обязанностью работника.

Приказ работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявлен истцу под роспись в первый день после выхода ФИО1 с больничного листка, т.е. 26.09.2018, в пределах установленного Трудовым кодексом Российской Федерации трехдневного срока для ознакомления работника с приказом.

Таким образом, истец была привлечена к дисциплинарной ответственности в пределах одного месяца с момента обнаружения проступка и объяснения у ФИО1 были запрошены и представлены ею, в связи с чем нарушений положений ст. 193 ТК РФ не имеется. Порядок наложения дисциплинарного взыскания на истицу работодателем соблюден. Факт совершения истцом проступка подтвержден всей совокупностью исследованных доказательств.

Доводы истца о том, что 17 августа 2018 года были привезены не 89 спилов, а меньшее количество, не подтверждаются материалами дела.

Так, следователь Свидетель №9 в судебном заседании подтвердила, что спилы довозила в ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ, так как после пересчета оказалось, что их меньше, чем указано в постановлениях. Однако, конкретное количество спилов, по которым была назначена экспертиза и конкретное количество спилов, которые были привезены в ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ следователь не смогла вспомнить.

Суд исходит из того, что факт нарушения ФИО1 ст. 16 ФЗ «О государственной судебной экспертной деятельности» заключается в самом факте самостоятельного принятия истицей вещественных доказательств по экспертизе, которая не была поручена эксперту, в отсутствие у эксперта и в учреждении постановления о назначении экспертизы, независимо от количества полученных вещественных доказательств.

Доводы ФИО1 о том, что при привлечении её к дисциплинарной ответственности не была учтена тяжесть проступка, предшествующее поведение истца, её отношение к труду, опровергается материалами дела, показаниями свидетелей, а также пояснениями представителя ответчика.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.)

В пункте 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъясняется, что «обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1,2,15,17,18,19,54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания, учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Необоснованными также являются доводы ФИО1 о том, что при применении дисциплинарного взыскания работодателем не соблюдены требования ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса РФ, поскольку при применении работодателем выговора учтены следующие обстоятельства:

ФИО1 при приеме вещественных доказательств осуществила допуск посторонних лиц в помещения ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ, оставила их одних в помещениях в обеденный перерыв, зная об отсутствии работников на рабочих местах, чем создала угрозу причинения имущественного вреда ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ;

ФИО1, принимая поручение непосредственно от следователя поставила под угрозу репутацию ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ, поставила под сомнение независимость и компетентность экспертов данной организации, а также создала предпосылки для оспаривания участниками процесса экспертного заключения ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ.

Таким образом, риск наступления неблагоприятных последствий является обстоятельством, свидетельствующим о тяжести совершенного дисциплинарного проступка.

Как следует из представленных сторонами доказательств, ответчиком до применения дисциплинарного взыскания от ФИО1 истребовано объяснение 22.08.2018г., которое принималось во внимание при решении вопроса о привлечении её к дисциплинарной ответственности; при наложении дисциплинарного взыскания был соблюден месячный срок его применения, учитывалась тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен; приказ работодателя о применении дисциплинарного взыскания был объявлен работнику.

Каких-либо доводов и доказательств, которые бы опровергали изложенные выше обстоятельства и служили достаточным основанием для удовлетворения иска, истицей не представлено.

Доводы представителя истца об исключении из числа доказательств по делу представленных ответчиком документов (ответов заместителя начальника СО отдела МВД России по Острогожскому району ФИО6 от 23.01.2019 и 28.01.2019), необоснованном отказе суда в удовлетворении заявленного истцом ходатайства о вызове свидетеля ФИО6 несостоятельны. При этом, суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Довод истца о том, что причиной его дискриминации являются неоднократные обращения по поводу нарушения руководством ответчика законодательства о труде, не принимаются судом, поскольку ни одного факта необоснованного привлечения к ответственности, либо нарушения трудовых прав или иных проявлений дискриминации истца суду не представлено.

Так, судом установлено, что по факту нарушения работниками канцелярии своих трудовых обязанностей, а именно принятия и регистрация постановлений о назначении экспертизы не от органа, назначившего такую экспертизу, а от эксперта, работники канцелярии Свидетель №2 и Свидетель №1 были привлечены к дисциплинарной ответственности (л.д. 222-223 т.1). Более того, привлечение или непривлечение к дисциплинарной ответственности одного работника, не может служить основанием к отмене дисциплинарного взыскания другого работника.

Каждый работник самостоятельно отвечает за совершенный им дисциплинарный проступок, а право работодателя на привлечение виновного к дисциплинарной ответственности не поставлено законом в зависимость от привлечения других работников к ответственности за аналогичные нарушения. Поэтому приказ о наложении дисциплинарного взыскания не может быть признан незаконным только на том основании, что другие работники за такой же проступок наказаны не были.

Действия работодателя, на которые ссылается истец, в своей совокупности не имеют признаков дискриминации в том, смысле, какой придается данному понятию в трудовом законодательстве и международных нормах права. Действия и решения работодателя не указывают на намеренное создание каких-либо различий между истцом и иными работниками (работником) Учреждения по признакам, перечисленным в законе, не могут быть признаны допущенной в отношении работника дискриминацией.

По мнению суда, доводы истицы о наличии дискриминации со стороны работодателя по отношении к ней не подтверждены никакими доказательствами, а потому признаются судом несостоятельными.

По мнению истца, личные контакты со следователями по вопросу назначения и производства экспертизы, а также прием вещественных доказательств по делу в отсутствие поручения о производстве экспертизы, а также в отсутствие постановления о производстве экспертизы является допустимым и не нарушает никаких норм действующего законодательства, так как применяется в многолетней практике работы ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ.

Однако, свидетели ФИО15, Свидетель №6 в судебном заседании опровергли наличие какой-либо практики в ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ, идущей вразрез с установленными законом и подзаконными актами требованиями.

Вместе с тем, консультирование по вопросам о правильности формулировки вопросов допустимо в рамках направления писем, запросов и получения на них официальных ответов. Ни одним из нормативных актов не предусмотрена возможность личного консультирования экспертом следователей или других участников процесса. Показания одного свидетеля ФИО17 не могут являться доказательством иного. Тот факт, что кем –либо из экспертов установленный законом порядок нарушается не может свидетельствовать о сложившейся практике.

Довод ФИО1 о том, что осуществляя личный контакт, эксперт выступает в качестве специалиста, противоречит нормам действующего законодательства. В соответствии со ст. 57 УПК РФ специалист самостоятельный участник процесса. В данном случае ФИО1 в качестве специалиста по делу никто не привлекал, в связи с чем доводы истца не состоятельны.

Также, в материалы дела истицей представлен ответ Государственной инспекции труда в Воронежской области, из которого следует, что предмет рассмотрения обращения трудовой инспекцией по Воронежской области не связан с рассматриваемым спором, по результатам проверки в возбуждении дела об административном правонарушении было отказано (л.д. 13-14 т.1).

Исходя из изложенного, суд полагает, что истцом не доказаны обстоятельства ограничения её в трудовых правах, доказательств нарушения работодателем прав истца не представлено.

Доводы истицы о том, что действиями ответчика нарушаются конституционные права истца, не могут быть приняты во внимание судом, поскольку установление видеокамер в служебном кабинете, который являлся местом работы истца, не влечет нарушения ее права.

Следует также отметить, что при приемке спилов деревьев, ФИО1 осуществила допуск посторонних лиц в помещения ФБУ ВРЦСЭ МЮ РФ и оставление их одних в данных помещениях в обеденный перерыв, что могло повлечь причинение вреда имущества организации, а также разглашение конфиденциальной информации и персональных данных.

С учетом установленных обстоятельств, суд приходит к выводу об отказе ФИО1 в удовлетворении требования о признании приказа N № от ДД.ММ.ГГГГ о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора незаконным и его отмене, так как факт ненадлежащего исполнения истцом своих трудовых обязанностей нашел свое подтверждение в материалах дела, установленный законом порядок применения дисциплинарного взыскания был соблюден, по факту вменяемого истцу дисциплинарного проступка у неё были затребованы письменные объяснения.

На основании ст. 237 ТК РФ во всех случаях причинения работнику морального вреда неправомерными действиями или бездействием работодателя ему возмещается денежная компенсация морального вреда. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994г. N 10).

Учитывая, что в ходе рассмотрения дела суд не усмотрел оснований для признания незаконным приказа N № от ДД.ММ.ГГГГ о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора и снятии дисциплинарного взыскания, требования истицы о компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению, поскольку возмещение морального вреда возможно лишь в случае установления нарушения трудовых прав истца, чего в данном случае не произошло.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Федеральному бюджетному учреждению Воронежский региональный центр судебной экспертизы Министерства Юстиции Российской Федерации о признании незаконным дисциплинарного взыскания в виде выговора и его отмене, взыскании компенсации морального вреда, – отказать.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд через Ленинский районный суд г. Воронежа в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.В. Гусева

Решение изготовлено в окончательной форме 01 февраля 2019 года.