Решение № 2-484/2018 2-484/2018(2-5936/2017;)~М-6058/2017 2-5936/2017 М-6058/2017 от 23 сентября 2018 г. по делу № 2-484/2018

Дело № 2-484/2018


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

24 сентября 2018 года город Новосибирск

Ленинский районный суд города Новосибирска

в лице судьи Кишенской Н.А.,

при секретаре судебного заседания Сериковой Е.И.

с участием представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

третьих лиц ФИО4, ФИО5

рассмотрел гражданское дело по иску ФИО6 Михаэля к ФИО2 о возмещении ущерб, причиненного пожаром,

у с т а н о в и л:

истец обратился с вышеназванным иском, в котором просил взыскать с ответчика сумму ущерба, причиненного в результате пожара.

Исковые требования мотивированы тем, что истцу на праве собственности принадлежит земельный участок по адресу: <адрес> Ответчик в 2012-2013 годах оказывал истцу услуги по строительству жилого дома с баней на данном земельном участке. 29.11.2014 произошел пожар, по мнению истца, причиной пожара послужило ненадлежащее изготовление ответчиком печи с дымоходом. В результате пожара истцу причинен ущерб на сумму 1 941 002,84 рублей (в виде повреждения строения).

В ходе рассмотрения дела истец снизил сумму исковых требований и просил окончательно взыскать с ответчика в счет возмещения ущерба денежные средства в размере 1 647 280 рублей и расходы по проведению оценки в сумме 9 500 рублей.

В судебном заседании представитель истца требования поддержал, в дополнительных пояснениях указал, что вина ответчика ФИО2 установлена решением Центрального районного суда г.Новосибирска от 05.09.2016, поскольку именно ответчик выполнял работы по устройству печи и дымохода.

Ответчик против иска возражал, ссылаясь на то, что пожар возник из-за установки сэндвич-труб, нарушения правил эксплуатации печи. В ходе строительных работ все вопросы он обсуждал с отцом истца ФИО7, именно заказчик настоял на нарушении технологи строительства и уменьшении отступов. Размер короба вокруг трубы согласован с супругой ФИО7., которую ответчик предупреждал о необходимости делать короб большего размера ввиду риска возникновения пожара. Полагал сумму ущерба завышенной, просил назначить по делу экспертизу и повторно направить дело в экспертное учреждение.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения иска, указал, что вина ответчика в причинении вреда не доказана, проект отсутствовал, все работы согласовывались с заказчиком и его женой.

Третьи лица ФИО4, ФИО5 возражали против удовлетворения иска.

Истец просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Третье лицо – ФИО7 извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился. Ранее опрошенный в судебном заседании полагал, что иск обоснован. Указывал, что специальными познаниями не обладает, при строительстве короба ответчик не предупреждал о необходимости увеличить размеры и риске возникновения пожара, доверился ему, как специалисту.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

ФИО8 на праве собственности принадлежит земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>

На указанном земельном участке в 2012- 2013 годах под руководством ФИО7 (отчима истца) за счет его средств возведено строение, использовавшееся в качестве дома с баней.

В строительстве принимал участие ФИО2, который устанавливал в строении печь, производил отделку второго этажа строения, в том числе организовал в нем короб, закрывающий печную трубу.

Строительство осуществлялось без проекта.

29.11.2014 в доме произошел пожар, в ходе которого повреждено строение и находящееся в нем имущество. В момент пожара печь топилась.

Истец, полагает, что виновным в возникновении пожара является ФИО2, который ненадлежащим образом, в нарушение противопожарных норм и правил установил печь.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Как указал Конституционный Суд РФ в Постановлении от 15 июля 2009 года № 13-П, обязанность возместить причиненный вред является, как правило, мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.

Как указал Верховный Суд РФ в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса РФ), отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ).

В силу пунктов 1 и 2 статьи 401 Гражданского кодекса РФ лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Согласно пункту 1 статьи 702 Гражданского кодекса РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Статья 309 Гражданского кодекса РФ определяет, что обязательства должны исполняться надлежащим образом.

Истец ссылается на ненадлежащее качество работ, выполненных ответчиком.

Как установлено в ходе рассмотрения дела, возгорание произошло в районе печи и дымохода.

Поскольку заявлен спор о возмещении ущерба, причинено ненадлежащим качеством выполненных работ, то применительно к названным нормам закона, а также правилам, установленным в статье 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, на ответчика возлагается обязанность доказать отсутствие его вины в возникновении пожара (надлежащее выполнение работ), наличие вины иных лиц – истца, третьего лица, нарушившего правила эксплуатации печи.

Вместе с тем, таких доказательств в ходе рассмотрения дела не представлено.

8.02.2015 дознаватель ОНД по Новосибирскому району УНДиПР ГУ МЧС России по НСО вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту пожара, в котором указал, что причиной возникновения пожара явилось неправильное устройство отопительной печи и дымохода, выразившееся в недостаточной отсутки металлической трубы дымохода от горючих материалов обрешетки крыши в помещении, которое выполнено наемными рабочими в ходе строительства, проведения отделочных работ и монтажа печного отопления. Основные термические повреждения сосредоточены в районе нахождения печи и трубы.

В результате проведенной по делу судебной экспертизы, эксперт пришел к выводу, что, поскольку наибольшие термические повреждения сосредоточены в северной части мансардного этажа, в районе прохождения дымохода отопительной печи через перекрытие – именно в данном месте очаг возгорания.

Эксперт указывает, что вероятной причиной пожара было возгорание деревянной обшивки дымохода на мансардном этаже дома от термического воздействия стенок дымохода (л.д. 98).

Таким образом, несмотря на различие различий в выводах относительно конкретного места возгорания (место прохождение трубы дымохода в районе обрешетки крыши – по версии инспектора, проводившего доследственную проверку; и место обшивки трубы дымохода на мансардном этаже – по версии эксперта, проводившего судебную экспертизу), оба специалиста сошлись во мнении, что причина пожара связана с устройством трубы дымохода.

В ходе рассмотрения дела, ответчик ФИО2 признал, что работы по установке трубы дымохода, ее обшивке на мансардном этаже проведены им с привлечением третьих лиц.

Соответственно, при разрешении спора суд исходит из того, что возгорание произошло в месте, где ФИО2 выполнял работы.

Доказательств того, что названные работы выполнены в соответствии с требованиями правил противопожарной безопасности в суд не представлено.

Напротив, согласно заключению проведенной по делу экспертизы, наиболее вероятная причина пожара – возгорание обшивки дымохода на мансардном этаже дома от термического воздействия стенок дымохода (л.д. 97).

Не может служить основанием для отказа в иске ссылка ответчика на то, что вывод в заключении судебного эксперта носить вероятностный характер.

Так, эксперт в заключении указал, что вывод эксперта о причинах пожара носит вероятностный характер поскольку, в результате пожара произошло полное разрушение кровельных конструкций, дымохода и окружающих его конструкций на мансардном этаже в очаговой зоне (л.д. 98).

Соответственно, вероятностный характер вывода обусловлен объективными причинами.

При этом, эксперт в заключении пришел к категоричному выводу и исключил версии о возможности возгорания в результате аварийного режима работы электрооборудования; поджога. Версия о возможности возникновения пожара от непотушенного табачного изделия признана маловероятной. Нарушений правил эксплуатации печи со стороны владельцев дома эксперт также не установил, указав при этом, что ограничения по продолжительности топки печи, установленной в доме истца, инструкций производителя не установлены.

По мнению эксперта наиболее вероятной причиной возгорания явилось именно несоответствие отступки между обшивкой и дымоходом требованиям СП7.13130.2013.

При этом сам ФИО2 в судебном заседании пояснял, что короб был маленький, он предлагал сделать больше, хозяйка отказалась, настояв на его уменьшении.

Следовательно, ответчик не оспаривал, что организованная им конструкция создает пожарную опасность, а выводы эксперта согласуются с позицией ответчика по делу.

Возражая против иска, ФИО2 ссылался на то, что исполнял заказ, размер короба определял заказчик, он его предупреждал о возможных последствиях.

При оценке названных доводов ответчика, суд исходит из положений статьи 716 Гражданского кодекса РФ, согласно которой при обнаружении непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи возлагает на подрядчика обязанность немедленно предупредить заказчика об этом и до получения от него указаний приостановить работу.

Применительно к рассматриваемому спору названная норма означает, что при отсутствии технической документации, исполнитель ФИО2, обнаружив, что данное заказчиком поручение об организации короба непригодно (опасно) для использования обязан был приостановить работу до получения от него соответствующих указаний.

Вместе с тем, суд не представлено доказательств того, что ФИО2 предупреждал заказчика о несоответствии предложенной к монтажу конструкции (ее размеров) требованиям противопожарной безопасности. Напротив, опрошенные в судебном заседании ФИО7 и его супруга – ФИО9, данный факт отрицали, ссылались, что с ФИО2 размеры короба не обсуждали, доверились ему, как специалисту (л.д. 182).

Ссылки ответчика на наличие противоречий выводов судебной экспертизы с выводами, содержащимися в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела, не имеют значения для разрешения заявленного спора.

Так, эксперт, проводивший экспертизу, является специалистом экспертом, наделенным специальными познаниями в определенной области знаний – по специальности «реконструкция процесса возникновения и развития пожара», он предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Тогда как постановление об отказе в возбуждении уголовного дела вынесено дознавателем ОНД по Новосибирскому району, экспертиза (как специальное исследование) в рамках доследственной проверки не проводилась, соответственно, выводы в постановлении носят предварительный (общий) характер.

При таких обстоятельствах, разрешая спор, суд принимает заключение судебного эксперта, как допустимое и достоверное доказательство, установившее, что очаг пожара располагался в районе короба.

В ходе рассмотрения дела не установлено наличие иных внешних источников тепла (кроме трубы), приведших к возгоранию короба, в связи с чем, суд считает установленным, что именно ненадлежащее качество организации короба (без учета расстояния от дымохода) стало причиной возгорания. При надлежащей организации короба возгорание не должно произойти.

Суд считает возможным применить при разрешении настоящего спора положения части 3 статьи 401 Гражданского кодекса РФ, так как, несмотря на то, что ответчик в установленном законом порядке, статус индивидуального предпринимателя не имеет. Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела ФИО2 указывал, что регулярно на платной основе оказывает услуги по строительству частным лицам, ссылался, что претензий к качеству его работы никогда не было.

Ответчик выполнял работу, связанную с установкой печи, обшивкой ее коробом, то есть, требующую соблюдения противопожарных норм и правил, в силу названой нормы закона он обязан проявлять осмотрительность и принимать все меры к недопущению нарушений указанных норм и правил во избежание возникновения пожароопасных ситуаций и наступления вреда. Ответчик, как выполняющий работы в особой специфической области, связанной с использованием источников повышенной опасности, к каковым относятся печи и дымоходы, обязан принимать все меры к устранению различных угроз и опасностей, которые могут возникнуть при реализации данных объектов. Следовательно, при отсутствии доказательств принятия должных мер для надлежащего исполнения своих обязательств, ответчик несет ответственность.

То обстоятельство, что причиной пожара явилось неправильное обустройство дымохода печи, выразившееся в недостаточном отступе от горючих конструкций короба, свидетельствует о том, что ответчик как лицо, обязанное строго соблюдать правила пожарной безопасности, не принял необходимых и достаточных мер к тому, чтобы исключить возникновение пожароопасной ситуации, осуществляя ненадлежащий контроль за своей деятельностью при выполнении подрядных работ. При этом, доказательств отсутствия вины в нарушении прав потребителя ответчиком, на которого возложено бремя доказывания данного обстоятельства, суду представлено не было.

Более того, истец, не обладает специальными знаниями в данной отрасли, соответственно, не мог объективно оценить качество (безопасность) предложенного варианта установки печи, обшивки коробом трубы.

Поскольку, как указано, во всяком случае, возгорание произошло от теплового воздействия трубы дымохода на деревянные конструкции дома, соответственно, действия ФИО2, выразившиеся в несоблюдении норм и правил противопожарной безопасности, состоят в причинно-следственной связи с возгоранием.

Объяснения ответчика об отсутствии его вины не могут быть положены в основу решения суда, так как в соответствии со статьями 60, 68 Гражданского процессуального кодекса РФ, они подлежат проверке и учитываются наряду с другими доказательствами. Совокупностью оцененных судом доказательств факт ненадлежащего выполнения ответчиком работ по установке печи, в результате чего возникло возгорание, установлен. При этом доказано, что обстоятельства, приведшие к причинению ущерба, возникли до передачи объекта подрядных работ заказчику.

Отсутствие технической документации, как таковой, не может служить основанием для освобождения ФИО2 от ответственности по возмещению ущерба, поскольку в подобном случае, он мог отказаться от выполнения работ, а согласившись, принял на себя риск по определению безопасности ее результатов.

Суд отклоняет, ссылки ответчика на то, что в дымоходе использованы сэндвич - трубы, технические характеристики которых, заявленные производителями, не соответствуют фактическим, поскольку доказательств указанному обстоятельству не представлено.

Таким образом, в суд не представлено доказательств того, что ФИО2, производивший монтаж печи, дымохода и короба вокруг него, не виновен в произошедшем возгорании.

Руководствуясь принципом распределения бремени доказывания, установленном в части 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ, суд считает установленным, что в возникновении пожара виновен ФИО2

При таких обстоятельствах, требования истца о взыскании с ответчика суммы ущерба, причиненного в результате пожара, подлежат удовлетворению.

Не может служить основанием для отказа в иске то, что, как указывает ответчик и подтверждают третьи лица, дымоход и короб они монтировали совместно.

Истец реализовал принадлежащее ему процессуальное право, предъявил иск к лицу, которого полагал ответственным за причинение вреда.

Определяя размер ущерба, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд учитывает, что между сторонами возник спор по данному вопросу, в связи с чем, по делу назначена экспертиза.

Согласно выводам экспертов, стоимость ущерба, причиненного пожаром строению, составляет 1 647 280 рублей (л.д. 222).

Выводы экспертов не оспорены.

В суд не представлено доказательств существования обстоятельств, которые могли бы, в силу положений части 3 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ служить основанием для снижения суммы подлежащего взысканию ущерба. Соответственно, указанная экспертом сумма подлежит взысканию с ответчика.

Истец просит взыскать с ответчика понесенные по делу судебные расходы.

Право стороны, в пользу которой состоялось решение, на компенсацию понесенных по делу судебных издержек закреплено в статье 98 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Так, истец понес расходы по оценке в сумме 9 500 рублей, что подтверждается копией чека, отчетом (л.д. 9).

Поскольку заявление об уточнении иска в части снижения размера исковых требований подано истцом только после получения результатов товароведческой экспертизы, определившей сумму ущерба, суд считает разумным и справедливым при взыскании судебных расходов применить принцип пропорциональности, относительно первоначально заявленным требованиям.

Соответственно, пропорционально удовлетворенным требованиям, с ответчика надлежит взыскать в счет компенсации расходов по оценке 1 647 280 /1 941 002 * 9500 = 85 % * 9 500 = 8 075 рублей.

Кроме того, с ответчика надлежит взыскать государственную пошлину, от уплаты которой истец был освобожден при подаче иска, что в сумме составляет - 16 436 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ,

р е ш и л:

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО6 Михаэля в счет возмещения ущерба денежные средства в размере 1 647 280 рублей, компенсацию расходов по проведению оценки – 8 075 рублей.

Взыскать с ФИО2 в пользу бюджета государственную пошлину в размере 16 436 рублей.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 7.11.2018.

Судья (подпись) Н.А. Кишенская

Подлинник решения находится в гражданском деле № 2-484/2018 Ленинского районного суда города Новосибирска.